Рассказы про охотничьих собак

Паршев 01.11.2010 — 10:29

Свои и чужие. Тема моя, офтопик тру сам, не дожидаясь перитонита 😊

Лопатка
Знакомый охотник угостил меня медвежатиной. Мы её сварили, а лопатку отдали Ларьке, всё равно он постоянно что-то грызет — так пусть уж лучше косточку, чем провод от утюга. Она такая — по размеру как туристическая лопатка без ручки, или как мастерок у каменщика, только потолще.
Унёс он её в прихожую и трудится. Подхожу, присаживаюсь — а он на меня рычит, не отрываясь. А вот это уже не дело. На хозяина собака рычать не имеет права. Легонько шлепаю его по морде и косточку отбираю. А потом отдаю обратно — я же не жадный, просто принципиальный. Но на всякий случай звоню знакомому натасчику. Он, правда, с собаками строгий, поэтому не все советы его я могу применить, пороть собаку как-то у меня не получается, хотя иногда надо бы. А он и говорит: «ты, дескать, косточку-то поотбирай со словами <Дай!», а потом обратно давай, с командой «Возьми». А если он уж он совсем оборзевший, рычит и кусается — ты его легонько оттолкни, но не бей — щенков бить нельзя, чего бы они ни делали>. Н-да…
Позанимался я с Ларькой, как натасчик велел, больше он не сопротивлялся, но не очень ему это понравилось, ушел в комнату косточку полировать. А через час с работы пришла жена. Выбежал её Ларька встречать, тут же вернулся в комнату, вынес лопатку и положил к её ногам.
« — Я ведь тоже не жадный, просто привычка такая: у нас в стае надо было уметь за себя постоять, а то голодный останешься».

ShYar 03.11.2010 — 01:48

Можно?
Попробую, вдруг получится.
Утро, осень. Мы с моей спаниелькой Леди уже прошли болотце и бобровые запруды, теперь прочёсываем перспективнейшую опушку на предмет вальдшнепов. И бекасы, и гаршнеп, и кякаш уже были, и шнеп один, а сердце так несказанно радуется! Где-то далеко слышу гон: тяжёлым басом, будто какой-то колокол: «Бум-Бум» — ведёт выжлец. Я знаю и самого пса — зовут его Рой, разумеется, знаю хозяина. Фоном к басовитому голосу Роя, часто-часто альтом заливается молодая выжловка с легашачьей кличкой — Дианка. Красивое, почти идеальное сочетание голосов: редкоскалый, доносчивый, басовитый выжлец дополнен тонким, частым голосом выжловки. И радость вдвойне: глазами видишь работу спаниеля, ушами слушаешь гончих. А тут ещё «очей очарованье», на закате октябрь, постепенно редеет лес, на опушке висят последние паутинки …
Неожиданно умудрённая опытом Леди переходит на короткий челнок: от сапога — до сапога. И гон сбился, Рой «бумкает», а выжловка умолкла. Осень тускнеет, тучки набегают, под низкими ветками ёлок прячется злая, предательская темнота, из соседнего ложка тянет серый туман. В воздухе висит какое-то противное предчувствие беды.
Неожиданно из-за спины появляется Дианка. Выжловка занимает место в метре за мной, в точности повторяя наши с Леди маневры между деревьями. Собаки, разумеется, знакомы. И, правду говоря, любви взаимной никогда не испытывали, только нейтральное противостояние двух взрослых сук, а сегодня, вот чудо, даже не рыкнули. Леди стремится в луга, выжловка тоже странно тяготеет к светлым, открытым местам. Что ж, ладно, будет вам. Выходим на опушку: Леди начинает искать пошире, а вскоре легким галопом уходит в осоки ближайшей болотинки. Незаметно исчезла и наша спутница.
В понедельник на работе врасплох застаёт звонок: «Знаешь, у нас появились волки! Позавчера Роя чуть не сняли!»

Паршев 03.11.2010 — 02:38

Дохлый дрозд
Приехали мы на дачу. Вот раздолье для щенка! Это тебе не скучная квартира, где запахи совсем не интересные. Лазил Ларька по всему участку и нашёл дохлого черного дрозда. У нас на даче такие не водятся, видно перелетный. Вроде целый. А что дохлый — об окно второго этажа разбился, слишком оно чистое, небо отражается. Вот он вместо того, чтобы дом облететь, и срезал, бедняга.
Принёс трофей, нам показал. Но в руки не даёт, не умеет ещё подавать дичь. Даже отбегает, когда подходишь, ну я не стал настаивать, а то привыкнет от хозяина с добычей бегать. Уж он эту бедную птичку таскал-таскал, потом стал прятать — выкопает под смородиной ямку, положит туда — и носом давай землю нагребать. И так ровно загладит — совсем не видно, что тут копали.
Но, видно, переживает, хорошо ли спрятал. Выкопает и в другое место отнесет. И так полдня. Я уж даже раскопал раз и посмотрел — ничего птичка, свеженькая. Пусть таскает.
Но тут он последний раз его откопал, лежит на солнышке — и давай из дрозда перья дёргать и жевать. А это не хорошо, не дай бог будет потом дичь мять. Кричу жене: отвлеки его чем-нибудь! Жена позвала его обедать, миской погремела. Он сорвался, потом остановился, повернулся обратно: но жена опять позвала. Побежал в дом. Ну я дрозда этого и выбросил на помойку, а туда собакам доступа уже нет.
Вышел Ларька после обеда — и на свою полянку, к добыче. А её и нету. Всё обыскал, все места, где закапывал, проверил — нету птички. Украли. Расстроился Ларька и ушёл среди бела дня в дом. Лег на свой коврик калачиком и лежит, вздыхает. Обидели собаку.
А на окно я силуэт ястреба наклеил. Нашёл кусок пленки-самоклейки, темно-коричневой, да и вырезал как сумел. Не шедевр, конечно, но пернатая мелочь теперь и близко не подлетает.

Покет 03.11.2010 — 09:44

Кончилось бабье лето. Сменился ветер, надул на нашу грешную землю дождь с мокрым снегом, а также Водолаза Петровича, заглянувшего на огонек к Угличскому отшельнику. Так как день был полон забот и хлопот, а вечер манил своей холодной томностью было принято стратегическое решение — не дергаться, съездить на вечерку. Праздничный обед, плавно перетекший в ужин, а также известные проблемы с кнутом и кучером, который век уже мешающие тронуться в путь вовремя, опять внесли свои коррективы в планируемую охоту. Короче, в угодьях мы оказались ближе к 20-00, когда уже стемнело… Спустились по уступам речной террасы к руслу заросшей Кореги, решили не шарится по берегу, а встать на мыску при впадения в Корегу безымянного ручейка. Собаки ускакали в темноту, полазить в прибрежных кустах. За приделом видимости с кряканьем поднялся табунок уток… Темно. Дождь. Ветер. Нет перспектив… достал сигаретку и шарю по карманам в поисках зажигалки… Чуть слышно — кряканье. Петрович достает манок и вступает в деловые переговоры… Ближе, БЛИже, БЛИЖЕ!!! вот они- пара кряковых. борясь с ветром и дождем налетает прямо на нас, коварно притаившихся в темноте и хищно оглаживающих разящую сталь испытанного оружия. Первым стреляет Петрович, летящий правее и чуть впереди птиц тряпкой падает в темную воду Кореги. Моя — вторая… провожаю стволами, обгоняю, проходя середину корпуса нажимаю на спуск. ЕСТЬ вторая!!!! Упала далеко, в камыши на другом берегу. Собаки ушли на подачу. Через пять минут первая утка лежит в рюкзаке. Со второй покруче будет… расстояние метров 70, через воду в камышах. Подзываю почетного истребителя уток Филяна Экспресовича, даю наводку выстрелом, с тихим всплеском и похрюкиванием боец отправляется в дальний путь… По хрусту в камышах и шлепанью тел понимаю что подранок… Темно, ни зги не видать, не только Филян, но и другой берег виден только в ощущениях, руководствуясь слухом понимаю, что операция «Перехват» в самом разгаре… И вот финал. По громкому похрюкиванию и покашливанию догадываюсь, что супостат взят и транспортируется через реку, для последующего его торочению в торока и поеданию в живота. Смотрю на часы — с начала охоты прошло 10 минут. Ну блин, такого уже не будет… что бы не портить впечатление — покидаем место битвы и двигаемся в сторону автотранспортного средства, для транспортировки себя. собак и трофеев в теплый и гостеприимный дом, к печке и пиву… Дождь и ветер завистливо свистят нам в след, пытаясь хоть на последних метрах омрачить нашу гордость, о всуе, дорогие, всуе все ваши жалки потуги. Мы победители! Две жирные осенние кряквы оттягивают рюкзак, маня нас вкусным шулюмом. Вот такая короткая. но запоминающаяся охота…

vetdoctor 03.11.2010 — 13:35

ЗАГАДОЧНАЯ ОТКРЫВАШКА.

Попробую по свежим следам ещё не остывшей памяти рассказать о предпоследнем дне вальдшнепиной охоты последнего сезона. Утро выдалось мерзопакостное, с мокрым пушистым снегом. Хотелось снова залезть в тёплую палатку и не вылезать оттуда до обеда. Но Диман всех поднял и энергичные пойнтера начали призывно лаять на своих хозяев, требуя немедленно отправляться на охоту. Попили чаю из подогретого на костре чайника, закусили бутербродами с сыром и разошлись в разные стороны.

Портос увлекаясь, ушёл далеко и довольно долго не реагировал на свистки, время от времени появляясь на опушке леса, вдоль которого я шёл по раскисшей жиже разбитой машинами лесной дороги. Путь наш лежал в так называемую Открывашку, где раньше по такой погоде удавалось найти высыпку вальдшнепов. Опустился туман и снег повалил ещё сильней..

Портос начал работать нормально, в контакте, не упуская меня из вида. Шли мы и шли, а Открывашки всё не было. Туман стал рассеиваться и обнаружилось, что мы заблудились, уйдя совсем в другой лес километров на 12 от нашего лагеря. В это время Портос потянул, стал, оглянулся на меня и стал продвигаться на потяжках вдоль молодого осинника. Вальдшнеп бежал, кобель тянул и тянул, а я никак не успевал забежать впереди собаки и перехватить птицу. Наконец долгоносик вспорхнул в 50 метрах от собаки и улетел через очередную протоку.

Мы направились в сторону стана. По пути кобель стал твёрдо в густом терновнике. С дороги посылаю собаку, слышу шум крыльев взлетающего вальдшнепа, но вижу его уже в 50 метрах в прогале, опаздываю с выстрелом и мажу. Выходим на край большой пашни, которую надо обойти по периметру, чтобы попасть в наш лагерь. Идём таким образом по раскисшей хляби километров 10, по пути провожая взглядом улетающих из-под стоек вальдшнепов, которые не дают подобраться к стойке на выстрел.

Так продолжается в течение 3-х часов. Портос сделал за это время работ 10, хотя мне думается что это были 2-3 одни и те же перемещающиеся птицы. Наконец при подходе к Открывашке твёрдая стойка, подход, посыл, подъём. Вальдшнеп летит низом по поляне хватаю его на мушку и вижу на той стороне поляны грибников. Вовремя не нажал! Прямо с сердцем плохо стало. Снег тем временем перестал идти и стал интенсивно таять везде, где выпал. Поворачиваем в лагерь.

Ноги еле есть сил переставлять, у Портошки на лапах «лыжи» от прилипшей грязи. Решаем идти по листве лесом, но там другая засада: поваленные деревья и скользко. Ну всё. Ещё километр и чай, рюмочка, горячие щи из котелка на костре… Размечтавшись, потерял из виду ищущую собаку. А она СТОИТ! Потихоньку подхожу к кобелю сзади, он при моём приближении начинает тянуть в лес, 10 метров, 20, 40… Опять стойка. Оглянувшись на меня, Портос вдруг резко забегает вперёд в лес метров на 30 и стаёт мордой ко мне. Заход. Молодец, умница. Готовлюсь к стрельбе и посылаю собаку.

Лес высокоствольный, открытый и вальдшнепу улететь некуда. Мелкий ярко-рыжий долгоносик летит низко прямо мне в лоб. Мелькает мысль: разобью, пропустить надо и в угон. Там опушка, чистое место. Пропускаю, разворачиваюсь корпусом, не переставляя ног, усталость даёт о себе знать. Чуствую, что не хватает доворота корпусом, жму 4 раза, три промаха и четвёртым перебиваю ноги птице. Вальдшнеп улетел через протоку. Перейти туда нереально. Подранок, который погибнет.

Кляну себя на чём свет стоит и иду к палатке с машинами. Мужики подтрунивают: ну ты автоматчик, надо же так быстро стрелять, вальдшнеп должен был от испуга умереть. Принимаю походные сто грамм, съедаю миску щей с майонезом, пью чай и начинаю осознавать, что жизнь продолжается. А на другой день одна из наших собак поймала подранка. Но это уже другая история. 😊 😊 😉

КИМ видео 03.11.2010 — 17:46

А старые можно? Или только свежак?

Паршев 04.11.2010 — 12:02

Какое литературное слово: «свежак» 😊 Конечно можно, не думайте, что если рассказ старый, то его все читали.
И товарищи писатели, не забывайте о существовании абзацев. Конечно, летописи писали даже без пробелов, но тогда читатели-то были пограмотней, разбирались 😊

ShYar 05.11.2010 — 12:04

А про неохотничьих можно? Трите, если что.
Моя карьера собаковода началась с боксёра по кличке Денвер, а чаще просто Ден — милого, вислоухого, тяжёлого и немного похожего на мастифа пса. Собака совершенно не охотничьей породы, Денвер был нашим другом и защитником, нянькой для сына и другом всех наших многочисленных друзей. Если же мы выезжали в поле, Ден охранял семью. Однако охотничий инстинкт заложен в каждой собаке, даже в самой маленькой. Помню, однажды я видел миниатюрнейшего той-пинчера, который с отчаянным лаем атаковал громадного кота — бродягу. Услышав собачий лай, этот зверюга быстро, но с достоинством направился к отверстию в подвальном окне, но на полдороги понял, кто его преследует. Немного, только для порядка, выгнув спину, и оскалив клыки, кот ждал своего врага. Заливавшийся звонким лаем той, не добежав до кота около полуметра, вдруг резко изменил направление и, описав короткую дугу, атаковал кота сбоку. Кот прыжком развернулся к собачке, но храбрый малыш уже отскочил, вновь залился лаем и, выполнив ещё одну дугу, атаковал кота сзади. Всё это напоминало работу увёртливой лайки, с той только разницей, что лайка могла поместиться на ладони, а «тигр» имел от кончика исцарапанного в чердачных поединках носа до кончика хвоста около полуметра. Но той крепко «поставил» кота, заставив его вертеться на месте. Бежать от маленькой собачки было позорно, и бродяга, застигнутый на лишённом древесной растительности газоне, вынужден был обороняться. Так они и вертелись, пока не подоспела хозяйка «лайки». Девушка поймала, взяла на руки дрожавшего от возбуждения пёсика и пошла прочь. Пройдя метров двести, она опустила малыша на землю, и тот сломя голову: помчался обратно — добивать кота!
Первое лето семейной жизни, мы с женой и молодым тогда Деном провели в деревне. Наш дом стоял у самого края леса, прямо за забором, возле колодца, жил выводок рябчиков, на огороде пересвистывались бурундуки, а зайцы периодически наведывались к нам на грядки. Я не трогал рябчиков и зайцев, уж очень приятно было видеть лесную живность прямо из окна дома, а пугавший иногда косых Ден, рябчикам приносил ощутимую пользу — гонял соседских котов.
К рябчикам пёс относился настороженно, уж больно напугали они его при первой встрече. В тот раз, в самом конце июля, мы гуляли по опушке за деревней. Пёс без дела носился по кустам, забегая иногда в поле и вдруг в одном месте удивлённо замер. Это была настоящая стойка (к случаю сказать, стойка встречается у многих собак, не только у легашей, по моим наблюдениям чаще всего у овчарок, колли, боксёров и особенно у доберманов, в последней породе — не сказалась ли примесь крови старонемецких легавых?). По команде Ден пошёл вперёд, метрах в десяти поднял выводок рябчиков, застигнутых им на открытом месте и так выдержавших стойку. Быстрее ветра молодой пёс ринулся к нашим ногам, услышав перед собой пушечный грохот десятка рябцов, поднимавшихся из чахлой пшеницы. С той поры Ден весьма уважал рябчиков.
Была в жизни Денвера и вторая стойка. После надоедливого августовского дождя развиднелось, и мы всей семьёй отправились на прогулку. На дороге у опушки Ден стал разбираться в каком-то запахе и, наконец, встал. Не желая беспокоить выводок рябчиков, который жил в этом месте, я отозвал боксёра, и провёл его немного, держа за ошейник. Но на обратном пути Ден в этом же самом месте вновь замер на стойке. Выводок за полчаса должен был убежать, и я послал собаку вперёд. Каково же было наше удивление, когда почти из-под самой брылястой собачей морды выскочил заяц. Ден, взревев, немного прогнал зайца, по-зрячему, но вскоре вернулся к нам.

***

Ден лишь однажды непосредственно участвовал в добыче птицы. Правда птица была вороной, но уж очень надоело мне чёрное племя своим разбоем на огороде. По правде говоря, наш огород являл собой довольно жалкое зрелище: буйные заросли сорняков лишь кое-где прерывались едва ухоженными грядками. Но однажды я сделал усилие над собой: тщательно перекопал и удобрил довольно большую грядку и пересадил на неё сотню кусточков одичавшей клубники, бесприглядно произраставшей на задворках нашего просторного деревенского огорода. Вернувшись в культурные условия, клубника одарила нас на удивление крупными, душистыми ягодами, сохранив при этом жизнеспособность и неприхотливость своих давно одичавших предков. И тут в дело вмешались чёрные разбойники. Нахальные птицы расклёвывали ягодки по принципу «не съем, так понадкусываю». Водружённое в центре грядки чучело отпугнуло ворон только на несколько часов, а в дальнейшем использовалось как наблюдательный пункт и, простите, место общего пользования. Страсти накалялись, и душа новоявленного агронома требовала крови. Но применения «табельного» — охотничьего оружия в деревне могло вызвать неадекватную реакцию местных властей. И предпочтение было отдано пневматике. И вот пистолет — переломка ждёт своего часа на подоконнике, а мы с Деном притаились у окна. Ворона не заставила себя долго ждать. Птица приземлилась на грядке и, склонив голову вбок, разглядывала ягоды, выбирая видимо ту, что повкуснее. Я тихонько прокрался к углу летней кухни, позволявшей стрелять в ворону с семи метров, а Ден выбежал в огород. Ворона совершенно не испугалась собаки, и, подняв голову от грядки, с интересом разглядывала пса. Тут её настигла пуля. Я немного обнизил, так что пуля попала в грудь птице. Ворона подпрыгнула, но, не видя опасности, осталась сидеть. После второго выстрела — опять обнизил — ворона попыталась удрать, но двойное попадание в грудь сделало своё дело. Ден быстро догнал низко летевшую птицу, в прыжке сбил её грудью и задавил. Знал бы пёс, что мясо чёрной воровки пошло на корм соседскому коту, он бы наверняка не одобрил моих действий. А вот шкурка птицы стала прекрасным дополнением к пугалу. Видя в «руках» моего Страшилы мёртвую товарку, вороны далеко облетали наш огород.

чинг 14.11.2010 — 21:58

Пятимесячный щенок курцхаара бодро прочесывает отаву на берегу Волги, в районе города Кимры. Стоит утро приятного июльского дня, справа от нас берег Волги, на котором расположилось много отдыхающих, слышен смех, вьются дымки шашлыка, слева болото на месте бывшей старицы реки.
Ровный ветер дует нам навстречу и Гвард щенячьим челноком обыскивает метров двадцать покоса примыкающего к болоту. Время от времени щен пытается уйти вперед, на ветер. Свистком отвлекаю его и своим движением показываю куда идти дальше.
Вдруг щен останавливается как будто наткнувшись на стенку и принимает позу какой -то буквы «Зю». Я не могу понять, что случилось, свищу в свисток. Ноль эмоций, щен не реагирует. Тут до меня начинает доходить, что это стойка. Но по кому?. Вон метрах в тридцати — лежат загорают, вон в метрах пятидесяти — шашлык жарят. Подхожу — стоит, командую «Вперед» — стоит, топаю ногой — метрах в пяти как стрела срывается дупель и уходит в болото. Щен прижимается к моим ногам — испугался.
Трудно описать мое состояние, понять меня может только легашатник увидевший первую стойку по дичи своей собаки. Но вкратце. Руки ласкают ошалевшего от счастья щенка, в груди стоит какой-то теплый ком, на глаза наворачиваются слезы. В голове вертятся сумбурные мысли и вдруг вот оно- ощущение торжества- «А пес то мой легаш, настоящий легаш, будет толк из собаки, будет».

ujylehfc 15.11.2010 — 12:56

Не хочу никого обидеть или задеть. Но которые понимают, согласятся, что собаки охотничьи главнее всех остальных собак. Нет, конечно, если на собаку охотничью нападет какая-нибудь бойцовая собака, то последняя, главнее окажется. Правда, если на бойцовую стаю волков тамбовских напустить: Но, впрочем, я не об этом хотел рассказать, а припомнить один случай про охоту и про охотничьих собак.
Где-то в середине 80-х МООиРовская команда лаек заняла первое место на региональном чемпионате по пушному зверю. В личном зачете 1-2 места поделили тоже московские собаки РЕЛ Ч. Ким и ЗСЛ Ч. Аркан. Собаки, конечно, были выдающимися, но оба, по характеру, на большом себе уме. Нашу команду за чемпионат наградили лицензией на кабана. Мы нашли хозяйство под Серпуховом, где нас готовы были принять и, как водится, в пятницу двинули на охоту.
В субботу, в первом же загоне на мой номер четыре имевшиеся в наличии лайки, выгнали средних размеров секача. Место было чистое, кабан вылез на кромку высоковольтной линии, где были расставлены стрелки, и остановился в задумчивости. До цели было ок. 35 метров, ружье я вскинул и снял с предохранителя заранее, когда секач еще шлепал в лесу. Ничто не мешало точному выстрелу, ну я и выстрелил, и еще раз выстрелил. Кабан заковырялся в снегу и пополз в ту сторону, откуда вышел. Справа от меня стоял на номере Ю*, который, не долго думая, тоже отдуплетился и тоже попал, как потом выяснилось. Перезаряжаясь на ходу, мы, вопреки правилам загонной охоты, ринулись к туше, чтобы окончательно добить подранка. Но в этот момент из леса выскочили Аркан с Кимом и с ходу бросились на секача. Собаки принялись с такой злобой драть, правда уже подыхающего кабана, что только щетина летела в разные стороны. Отвалили они только тогда, когда секач окончательно перестал подавать признаки жизни.
Я перерезал кабану горло, Ю* трижды проорал:»Доше-ол!» и мы уселись на секача, чтобы покурить. Аркан с Кимом успокоились и оттирались поблизости.
В этот момент из леса появились две оставшиеся лайки и стали приближаться к нам. На что Аркан им прямым текстом заявил:» «Эй вы, двое, стоять, где стоите!»
Вновь прибывшие сгоряча не очень разобрались в ситуации и продолжали движение. Тогда уже Ким хором с Арканом, внятно предупредили опоздавших:» Мы, ща вам пасти порвем, обоИм». Опоздавшим тоже, видно, палец в рот класть было очень не с руки, т.к. они быстро нашлись с ответом и к месту процитировали популярный кинофильм :» Это кто там тявкает?» Дело очень быстро шло к капитальной драке с участием четырех матерых кобелей и окровавленной туши кабана в качестве переходящего кубка. Оказаться в центре рассвирепевшей своры нам совсем не улыбалось, поэтому вскочив на ноги, я заорал на собак не своим голосом,
Я: Фу-у-у-э, разгав-гавцы, разгав-гавские! Отрыщ, гав-гав-гав вашу мать!! Я вас сейчас всех четверых угав-гавкую!!!
Опоздавшие лайки (вместе): Вот мерзавец, лается как собака!
Ким: Совсем человеческий облик потерял.
Аркан (в сторону): Ага, оборзел, видно, Старика Хоттабыча на него нету:
Так или иначе, но на какое-то время, я кобелей слегка озадачил, но тут Ю* совершил непростительную ошибку: он произвел два безответственных выстрела в воздух. Лайки восприняли эти предупредительные выстрелы, как сигнал стартового пистолета и, с криками:»Пионеры наших бьют», — бросились друг на друга. Они быстро смешались в пестрый клубок, в котором было совершенно не понять, кто из них «пионеры», а кто «наши»: Хорошо, что на выстрелы и крики, стали подтягиваться остальные члены команды, в том числе и кое-какие хозяева , замозабвенно дерущихся лаек. Общими усилиями кобелей разняли и привязали к деревьям.
Через некоторое время подкатил егерь на тракторе с телегой, мы выпатрали кабана, погрузили его и собрались возвращаться на базу. Собак, во избежании второго раунда, развели по парам: опоздавшие поехали на Ниве, а Ким с Арканом в тракторной тележке, привязанные по диагональным углам и, черт, с мясом посередине: Через пять минут пути, все мы, находящиеся в телеге, ясно поняли, что не телега это вовсе, а вроде как боксерский ринг. В синем углу ринга — Чемпион Аркан ( I — вольн. каб., 2II — медведь, 3I — барсук и т.д., классных потомков — 120 шт.), в красном — Чемпион Ким (I-2II-3III- медведь, I-II каб. Вольерный и т.д. и т.п., классных потомков — :.).
Аркан: Мы, сибиряки, русско-европейских завсегда шкурали.
Ким: Осина по тебе плачет, валенок сибирский.
Хозяева (хором): Гав-гав, гав-гав, гав-гав.
Аркан: А шапка из тебя пушистая получится.
Ким: А из тебя унты теплые.
Хозяева (вразнобой): Гав, гав, гав-гав-гав. (Нецензурно ругаются, угрожают собакам жестами и физической расправой).
Аркан: Смотри, Комик зырянский, какие у меня клыки длинные!
Ким: Что ты тундра неогороженная, шавка ездовая, про мою историческую родину протявкал? А ну повтори!
Тут, почти одновременно, лопаются карабины на поводках и чемпионы мертво схватываются пасть в пасть в центре тракторной тележки.
Мы бросились растаскивать сцепившихся кобелей. Я схватил Аркана за хвост и изо всех сил потянул назад и вверх, так, что у того задние лапы оторвались от пола. Аналогичный маневр произвел и хозяин Кима. Несколько мгновений держалось шаткое равновесие. Но здесь Аркан извернулся и, до сих пор непонятным мне образом, последовательно произвел следующие действия: отцепился от Кима, повернул башку на 180 гр., прокусил мне руку до крови через ватный офицерский бушлат и толстый свитер деревенской вязки, вернул свою пасть в первоначальное положение и даже успел опять вцепиться в Кима всего лишь в паре сантиметров дальше от исходного захвата. Все это произошло ну:очень быстро. Я от неожиданности и боли, хвост выпустил и тихо присел в свободном углу телеги. Дальнейшие разборки обошлись без моего участия. На кобелей навалились всем скопом, отвалтузили их и наконец то разняли. Аркана выкинули на снег и велели идти дальше пешком.
Ким (перегнувшись через борт): Ну что, допрыгался Тайсон, хренов?
Аркан(хватая пастью на бегу снег): Я ща всю вашу колымагу на бок повалю и шины прокушу, разъездились тут.
Ким (еще больше перегнувшись через борт): Лапы коротки:
Аркан: А у тебя:и т.д. до бесконечности.
Этот случай я припомнил как пример неподражаемой ловкости, сверхбыстрой реакции и несомненной сообразительности охотничьих собак, в данном случае лаек. Ну и, надо признать, э-э некоторой лингвистической ограниченности их хозяев.

Паршев 15.11.2010 — 14:38

КИМ видео
Ну я чесно говоря не знаю как.
«

Ну хотя бы примерно так 😊

ЩЕНОК.
Сижу на полу и смотрю на маленького белого с коричневой головой щенка, и он внимательно смотрит мне в глаза, чуть наклонив голову. Выбираю из приготовленных игрушек теннисный мяч, пускаю по полу. Сучка бросается за ним забавными скачками, догоняет, хватает и с гордо поднятой головой несёт ко мне. И когда она начинает совать его мне в руку, до меня доходит, что произошло. Я с запозданием командую: «Подай!». Что ж, придётся раздобыть утиное крылышко.
С этого начался курс домашнего воспитания.

Моей собаке три месяца. К вечеру спадает жара и мы выезжаем в луга. Трава вымахала высокая, густая. Собачка бежит недалеко впереди, часто оглядывается, крутит головой по сторонам. Вдруг подаётся назад и заливается звонким лаем. Подхожу ближе. В траве стоит бетонный столбик, который моя собака пытается напугать. Успокаиваю её, оглаживаю. Выбираю на лугу место повыше и, подминая под себя траву, сажусь. Пахнет травой, цветами, нагретой землёй. Щенок крутится рядом, провожает глазами бабочку, рассматривает кузнечика, пытается его понюхать. Щёлк, и кузнечика уже нет. С недоумением оглядывается на меня, в глазах вопрос. Я улыбаюсь в ответ. Хорошо летом на лугу!

Справа близко ударил коростель, да так, что, кажется, задребезжала сама земля. Я замер. Собака — ноль внимания. Роет что-то лапками и шумно нюхает землю. Ветра по-прежнему нет. Сижу, не шевелясь. Собачке надоело рыть, подбегает ко мне, мордочка в пыли, на ухе соломинка. Осторожно показывая рукой в сторону коростеля, посылаю вперёд. Она проходит метра полтора, останавливается и поворачивается ко мне, собираясь вернуться. Но тут лёгкий ветерок закачал верхушки трав. Кончик носа зашевелился, смешно двигаясь из стороны в сторону. Пытается рассмотреть сквозь траву, чем это пахнет, с недоумением оглядывается на меня. Я уже энергично машу рукой в том же направлении. Щенок, осторожно переставляя лапки, скрывается в траве.

Осторожно поднимаюсь и я, смотрю вслед. Ветерок слабый, то и дело стихает. Собачка вертит головой, не может понять, куда подевался запах, оглядывается. Я продолжаю показывать рукой направление. Опять подул ветерок, уже поувереннее она направляется вперёд, и вдруг в полуметре от неё прямо по носу взлетает коростель. Она приостанавливается, провожая его глазами, затем подходит к сидке и начинает её обнюхивать. А я стою и наблюдаю, как приходит в движение её хвостик, всё энергичнее, быстрее. Опять поворачивает ко мне голову, смотрит. Подхватываю её на руки, прижимаю к себе и повторяю: «Умница ты моя, какая же ты у меня умница!»

TerIg 15.11.2010 — 17:24

Спасибо за рассказ про лаек(Кима и Аркана). Посмеялся от души. И вообще с удовольствием читаю все рассказы, пишите ещё.

Паршев 15.11.2010 — 17:57

Были такие писатели Аскольд Павлович Якубовский и Алексей Алексеевич Ливеровский (старший), рассказы у них про собак классные. К сожалению, Ливеровского (про собак) в сети нет.

КИМ видео 15.11.2010 — 19:06

Ну хотя бы примерно так

Спасибо. Так гораздо лучше но как это сделать? У меня, что не делай, кирпич получается.

Паршев 15.11.2010 — 19:37

Да, тут с отступами напряжёнка. Надо пустые строки между абзацами вставлять.

КИМ видео 16.11.2010 — 12:15

Взяли ещё двух, но радости нет: у собачки разом пропала подача. Придётся начинать с нуля.

TerIg 16.11.2010 — 18:04

у собачки разом пропала подача. Придётся начинать с нуля.

И что было дальше? У меня похожая история.

КИМ видео 16.11.2010 — 22:04

И что было дальше? У меня похожая история

Ну и читал и говорили мне бывалые:» оставь тетерю и утку на следующий сезон». А тут такое, интересно, многие бы в такой ситуации собаку на поводок и с поля вон? А с нуля это и значит с нуля. Опять мячики, палочки, крылышки всякие. И времени заняло больше, чем первое обучение. Мелочь начала подавать а первого тетерева подала через два года как раз на день рождения.

Паршев 17.11.2010 — 01:00

У него есть серия «Милые уродики» — может как-н7ибудь отсканю.

КИМ видео 17.11.2010 — 12:19

Спасибо Юстас!

Юстас 17.11.2010 — 15:51

КИМ видео
Спасибо Юстас!

Пожалуйста!
Там вообще хорошая подборка рассказов и различных статей.

Юстас 17.11.2010 — 15:53

Паршев
У него есть серия «Милые уродики» — может как-н7ибудь отсканю.

Это где это эта серия напечатана?
Я считал что у меня весь Ливеровский есть…
«Радоль», «Озеро Тихое», «Охотничье братство» + еще какая-то детская книжка…

Паршев 18.11.2010 — 01:35

В журнале Ох и Ох

vetdoctor 18.11.2010 — 12:15

А.А. Ливеровский конечно же классик охотничьей литературы. Чего только стоит такая фраза: » В густом ольшаннике выстрел угас, не родив эхо. Собака подошла, положила вальдшнепа. Вот он лежит у меня на ладони, удивительно красивый…»

Ещё рекомендую почитать книгу С.А.Русанова «70 лет охоты». Там есть чему поучиться любому охотнику.
Интересна также давно не переиздававшаяся книга Валериана Правдухина «Годы. Тропы. Ружьё.»
Ну и конечно же М.М. Пришвин, В. Бианки.

Интересную темку затронули. Попробую кое-что добавить.

МАРТ.ПЕРВЫЙ ВАЛЬДШНЕП.

Своего первого пойнтера помню как сейчас. Наверное потому, что всё, что происходит с человеком в юности, надолго остаётся в памяти. Мне, тогда ещё 16-летнему пацану, на день рождения подарили настоящее охотничье ружьё. Был это ничем особо не примечательный стандартного исполнения ИЖ-58 16 калибра.

Уже год как я имел возможность стрелять из него на охоте вместе с отцом и имел билет кандидата в охотники, готовясь к сдаче охотничьего минимума через год. Но главное заключалось в том, что мой 1,5 годовалый пойнтер, натасканный мною в мае-июне по перепелу, должен был сдать экзамен на пригодность к охоте в лесу. На дворе был конец сентября и отец в воскресный день повёз нас с Мартом в лес.

Высадив меня с кобелём на опушке, он с его другом и его англичанкой поехали в другое место, договорившись встретиться там через два часа. Лес был мне хорошо знаком, егеря меня знали в лицо, технику безопасности с оружием я строго соблюдал, поэтому никаких неожиданостей от самостоятельного нахождения почти 17-летнего юноши в лесу с ружьём не предвиделось.

Зарядив ружьё, я поставил его на предохранитель и пустил собаку в поиск. Март на небыстром галопе, не теряя меня из поля зрения, методично обыскивал близлежщие опушки. Вдруг он вытянулся в струну, высоко задрав и без того курносый нос и поднял к груди левую лапу. Направление стойки было на куст шиповника, особняком росшего на поляне среди кустов молодого клёна. Подойдя к собаке я так взволновался, что забыл снять ружьё с предохранителя. Послал собаку.
Крупный серый вальдшнеп вылетел на чистое. Я повёл стволами, держа длинноносого на мушке и долго давил пальцем спуск…

Март с укоризной посмотрел на молодого хозяина. Казалось, взгляд его говорил: -«Салага, ну что с него взять? Ему не с ружьём ходить, а в крестики-нолики играть с детьми. Лучше бы я пошёл с папой, тот понимает в охоте толк…»
Такие, или примерно такие мысли можно было прочитать в глазах у собаки.

Пошли дальше. Через четыреста метров снова стойка, причём в непролазной чаще. На этот раз всё сделано как следует: ружьё снято с предохранителя, стволы на уровне глаз. Командую: Вперёд! И вальдшнеп вылетает на чистое. Чуть оторопевший отпускаю его метров на 20, вскидываюсь, вижу на стволах птицу и жму спуск. Выстрела даже не заметил, только не понял, улетел вальдшнеп или нет. Март уже нёс в зубах нашу первую с ним общую добычу.

Oleg-Yan 26.11.2010 — 10:14

Очень хорошие рассказы.
Не будите ли возражать если я их пощлю сергею Фокину пусть опубликует их в РОГ или ОиР 21в. Можно под НИКами, можно под фамилиями авторов.

vetdoctor 26.11.2010 — 10:56

Не будите ли возражать если я их пощлю сергею Фокину пусть опубликует их в РОГ или ОиР 21в. Можно под НИКами, можно под фамилиями авторов.

Кто же откажется от такого заманчивого предложения? Лично я не против.

vetdoctor 26.11.2010 — 12:46

Очень хорошие рассказы.
Не будите ли возражать если я их пощлю сергею Фокину пусть опубликует их в РОГ или ОиР 21в. Можно под НИКами, можно под фамилиями авторов.

edit log

Да на здоровье. Могу ещё впридачу стихов на охотничью тематику добавить. Собирал на книжку, да денег нет издавать и руки всё никак не доходят. Всё больше озабочен публикациями профессиональными, в ВАКовских журналах, чтобы быстрей давно написанную докторскую защитить. Тут уж не до душевной литературы. «Исходя из вышеизложенного, узловым моментом является. Но некоторым образом, особенно иногда» Вот такие примерно штампованные формулировки приходится использовать гораздо чаще, чем что-нибудь из того, что согревает душу, т.е. о наших ушастых. Заранее большое спасибо за хлопоты. С уважением, д-р Б.

Паршев 26.11.2010 — 14:45

vetdoctor
. Тут уж не до душевной литературы. «Исходя из вышеизложенного, узловым моментом является. Но некоторым образом, особенно иногда» Вот такие примерно штампованные формулировки приходится использовать .

Vetdoctor, немного художественности и там не повредит. Может, слышали о таком человеке, Николае Власове? Он главный вирусолог Минсельхоза или как-то наподобие. Так вот он как-то по пути на конференцию потерял портфель с доклаом (или сперли). Доклад был о новом заболевании кошек. Пришлось читать по памяти, а так как иллюстрации пропали также, то пришлось ему демонстрировать характерные позы больных кошек самому.
Говорят, его доклад был единогласно признан самым запоминающимся.

Oleg-Yan 26.11.2010 — 14:58

vetdoctor
Могу ещё впридачу стихов на охотничью тематику добавить.

Хорошо бы и добавить.

Паршев
Говорят, его доклад был единогласно признан самым запоминающимся.

Андрей Петрович, Ну ты как всегда

vetdoctor 26.11.2010 — 16:22

Олег Игоревич, я Вам в РМ отправил.

Андреевич 27.11.2010 — 14:56

Когда-то в детской книжке прочитал рассказ Остапа Вишни, который мне очень понравился, но, к сожалению, не запомнил названия.
Помню только сюжет.
Автор приезжает в украинскую глушь к старому охотнику-легашатнику и находит его на охоте в поле. Старый, с трудом двигающийся, дед охотится с таким же старым кобелем. Дед сидит на копне сена, а собака ищет. Когда кобель на стойке, дед, крехтя подходит, посыл, взлетает переплка дед стреляет, а потом оба отдыхают. Запомнилось, что на момент встречи у деда было семь перепелок.
Я не могу передать своеобразный язык Остапа Вишни, но этот рассказ один из запомнившихся мне рассказов об охоте. Искал в И-нете, но не нашел. Если у кого-нибудь есть, выложите пожалуйста.

ShYar 29.11.2010 — 11:06

Ох, графомания так и душит. Простите великодушно, вспомню покойного драта по кличке Вамба. Место действия — юг Приморья 2000 год, после августовских тайфунов.

В тот вечер на N-ских полях я хотел пострелять уток. Вода залила несколько неубранных полей, и утки стаями собирались на этих кормных местах. Приехали рано, и для тренировки я пустил Вамбу искать на сырой поскотине. Пёс быстрым галопом начал обыскивать луговину. Бекасов он, правда, не нашёл, но весь луг оказался заполнен жаворонками. Видимо проходил самый разгар перелёта: жаворонков было очень, очень много. На каждой параллели перед Вамбой со звонкими трелями поднималось не меньше десятка птичек. Говорят, во Франции жаворонков стреляют, поскольку эти птички выдерживают стойку. Мой пёс к жаворонкам был абсолютно равнодушен, но картина получилась красивая — невозмутимо работающий дратхаар, и жаворонки поднимающиеся перед ним. Видевшие нас со стороны говорили, что путь собаки можно было проследить по жаворонкам. Вот только бекасов мы так и не нашли.
***
Вечерело. Взяв Вамбу к ноге, я вышел на пшеничное поле. За те несколько дней, что мы не были здесь, оно изрядно подсохло, из озера превратившись в череду луж, окружённых жалкой, растрёпанной, поникшей пшеницей. Жирная, вязкая почва засасывала ноги. Но Вамба вдруг прямо с места перешёл на потяжку и встал. После посыла пёс почти носом выковырял из грязной пшеницы крупного бекаса. Уже увидев кулика, вспоминаю, что в стволах патроны на утку — в одном шестой, в другом четвёртый номера. Но стреляю из правого ствола, отпустив бекаса метров на двадцать, и куличок, сложив крылья, падает и разбивается об единственный во всёй округе сухой бугорок. Из-под лопнувшей на груди кожицы глядит толстый слой осеннего жира.

Не пройдя и двух параллелей, Вамба вновь потянул и встал. Так вот куда пропали бекасы! Луга подсохли, а в поле такая жирная грязь. Я, забыв об утках, спешу к стойке, в спешке меняю патроны, роняя их в грязь, волнуюсь, горячусь, мажу. Быстро темнеет, на фоне земли уже не видно взлетающих бекасов, и только их бойкое «кчжек», да мелькание белого брюшка выдаёт птицу. Но вот попал, ещё раз попал и всё … Стемнело.

С заката налетает стайка крякв. С ними, как ребёнок в кампании взрослых, бойко летит чирочек, отставший от своих и ради общества прибившийся к кряквам. Заметив нас с Вамбой, утки отворачивают метрах в ста, и только беспечный чирок с разгона садится на воду большой лужи, но тут же, сообразив опасность, свечкой взлетает вверх, летит за большими и падает, сбитый запоздалым выстрелом. Апорт!

Строить шалаш поздно. Прижав к себе грязного и очень мокрого Вамбу, кое-как устраиваюсь возле роскошной куртины полыни, оставшейся в одном из углов поля. Вот тема для философских размышлений: после наводнения вся пшеница полегла, а сорняк переросток стоит себе. Снова налетают какие-то утки, ростом поменьше крякв, но не чирки. Словно снаряды, они со свистом проносятся над головой, так быстро, что я не успеваю поймать их стволами и не стреляю. «Так и не узнаю, что это за утки!» — проносится в голове какая-то совершенно несуразная мысль. Вот ещё стайка чирков, пара крякв, но всё далеко. Баста! Зорька закончилась. Где-то высоко пролетают с гнусавым криком невидимые цапли, испуганным призраком бесшумно отворачивает в сторону кваква. Зорька закончилась!
Мы с Вамбой идём обратно. По серебристому от лунного света по воде полю дратхаар уходит вправо, потом влево, постепенно расширяя челнок, потом, засуетившись, немного неуверенно разбирается в запахе и встаёт, смешно припав на передние лапы. С надеждой посылаю его вперёд, но в темноте только слышу, как с криком вылетает бекас. Далеко впереди, он поднимается над землёй, и я вижу летящего куличка на фоне посветлевшего неба. Стрелять нельзя, но собака ищет, и мы «в чахоточном свете Луны» идём по залитому полю, стойка, посыл и поднимаются бекасы … Хотя и не охотимся вовсе.
***
Вода ушла, оставив по берегам соблазнительную жирную грязь. На ней много бекасов, но кулички сидят группами, где по паре десятков, а где и побольше и стойки не держат. Напоровшись на первую высыпку, Вамба срывается, галопом провожает долгоносиков по луговине, но вскоре виновато приходит ко мне. Однако, раскаяния на усатой морде не видно. Несколько минут, забыв про комаров и жару, я упражняюсь в педагогике: хватает сил не выпороть бандита, но не могу отказать себе в удовольствии высказать всё, что я думаю о нём. Закончив обзор ненормативной русской лексики с кратким экскурсом в способы эутаназии собак, которые сделали бы честь отъявленному живодёру, цепляю Вамбе двадцатиметровую брезентовую корду, от воды ставшую совершенно неподъемной. Поработай! Пёс понемногу успокаивается, и, убавив поиск, идёт челноком по берегу. Вот новая ложбинка, грязь. Бекасы даже не дали кобельку разобраться с запахом — ещё на потяжке начали взлетать метрах в двадцати впереди, и лететь почему-то над нами. Один, другой, пятый. Мне приходится сдерживаться, чтоб не выстрелить, не набаловать молодого легаша, а каково ему! Несколько шагов вперёд, и снова один за другим вылетают кулички. Но вот высыпка разлетелась, и можно идти дальше. Вамба страстно обнюхивает сидки, по свистку нехотя идёт вперёд, у края воды поворачивает, снова проходит передо мной, влево, поворот, короткая потяжка и стойка. Ну что ж, собаке надо верить. Пиль! Вамба, с опаской оглянувшись на меня, тихонько идёт вперёд. Бекас взлетает из-под стены осоки, зигзагами уходит к реке, но, после выстрела, кувыркается в траву. Вот, дурачок, как надо: ты встаёшь, потом поднимаешь птицу, а я стреляю, понял!
Вскоре снимаю с дратхаара корду. Он ищет, немного горячится, но воспоминания о корде дают себя знать, и по следующей высыпке пёс встаёт. Но бекасы не выдерживают: вылетает один, а за ним, как чёртики из табакерки ещё пара. Но Вамба держит характер — стоит. Ловлю стволами бекаса, стреляю и сразу же бью следующего. Краем глаза вижу, как первый бекас кувырком летит в траву, за ним падает и второй. От выстрелов бекасы начинают взлетать ото всюду, но мой легаш стоит. Успеваю перезарядить двустволку, стреляю на штык летящего прямо на меня бекаса — промах, ещё один уходит вправо; разворот, выстрел, бекас падает! Ура! Иду за первым бекасом, он плавает в луже кверху брюшком. Вамба тычется в руку усатой мордой, в пасти его второй бекас. Я вроде тебя за птицей не посылал?! В наказание укладываю Вамбу, где стоял — брюхом в воду. Но при тридцатиградусной жаре для дратхаара сплошного кофейного окраса это не наказание, а облегчение. Выхожу на чистое место, где должен лежать третий бекас, но его нет. Долго ищу куличка на чистой, выеденной коровами луговине, но тщетно. Вамба потихоньку подходит, включается в поиски, однако и он не находит нашей добычи. Пропал триплет. Я сажусь на траву, достаю из рюкзака флягу с тёплым от солнца чаем. Когда кладу флягу обратно, замечаю, что Вамба застыл в напряжённой позе: припав на передние лапы, он стоит метрах в десяти от меня. По сидкам? Подхожу к нему: прямо перед собакой в глубоком следе-ямке от коровьего копыта вверх лапками торчит наш третий бекас!
***
Вамба выпрыгнул из электрички, чуть не свалив меня с ног. Сколько энергии и задора в молодом псе! Вот за деревней отстёгнут надоевший поводок, и кобелёк радостно уносится к ручью. Лапы выбивают дробь на пыльном просёлке. И тут, на бегу, дратхаар резко тормозит, прихватив запах птицы. Он встал, но тело по инерции уносит вперёд, и пёс немного проезжает по пыльной дороге. Прямо у ручейка, на месте где я всегда собираю ружьё, Вамба стоит. Вот только бекас не выдерживает и срывается раньше, чем я успеваю приготовиться к выстрелу — ружьё то в чехле.
***
Года за два до этого случая довелось мне, тогда ещё бессобачному, просидеть несколько часов, в ожидании путёвок, в холе спорткомплекса, где тогда располагалось районное общество охотников. Под монотонные удары короткостриженных парней из секции то ли каратистов, то ли тайских боксёров, то ли рэкетиров, колотивших по большим кожаным грушам, все собравшиеся с увлечением слушали седого сухопарого старика — охотника, рассказывавшего о временах своей молодости. В географии его охот мелькали знакомые всем названия пригородов, покрытых ныне густой порослью разномастных дачных домиков, где когда-то стрелял он коз, рябчиков, фазанов. Рассказ медленно, но уверенно тёк от темы к теме, поневоле коснувшись и преобразований охотничьих угодий. Тут наш ветеран разволновался, вспомнив, как его спаниель чуть не погиб, пытаясь достать утку из недавно проложенного канала ирригационной системы . Прыгнуть в воду он прыгнул, а вот вылезти на берег рукотворной речки не смог — берега крутые как в бассейне. Все, кто охотился с собакой, знают опасность таких каналов, люков, шурфов, ям, вырытых под столбы ЛЭП и «любезно забытых» на горе собакам и их хозяевам. Вот от этого старика и узнал я, что в шестидесятых какой-то энтузиаст завёз в Приморье несколько рабочих борзых. В самом деле, Приморье не только край сопок и тайги, это ещё и приханкайские степи, восточная граница обитания дрофы. В степях и полях раздолье борзым, но каналы с их холодной водой и крутыми берегами да открытые люки только устраиваемой в те годы ирригационной системы в первую же осень сгубили всю свору.
Не избежал этих напастей и Вамба. В первый свой люк он попал, когда я начал знакомить его с коротким поиском у воды и по лесозащитным полосам. Мы шли по заброшенному кукурузному полю вдоль рукава, соединявшего два озерка. Какой-то крестьянин-охотник выкосил комбайном дорожку вдоль воды, оставив только редкую полосу осоки. Не один товарищ по страсти благословил его: идти удобно и тихо, сквозь осоку и не скошенную вовремя кукурузу видно зарастающую ряской гладь воды. А вот лежат утиные пёрышки радом с примятой кем-то осокой и не успевшей раскиснуть и проржаветь бумажной гильзой. Вамба заинтересованно разбирается в одному ему ведомых запахах, то уходя в поле, то разгоняя ряску старой протоки. И вдруг, из-под кучки гниющей травы, срезанной комбайном, выскакивает енот . Прежде чем я успел как-то отреагировать, Вамба взревел и бросился за зверьком. Но через пару секунд его залив сменился жалким щенячьим лаем. Что за напасть? Неужто молодой, полный сил дратхаар не справился с каким-то енотом! Бегу к нему и чудом сам не падаю в люк. Ловушка сделана по всем правилам: над люком, оставшимся без бетонной окантовки-навершья, нависла, полегла кукуруза. Лёгкий енот или перепрыгнул илди проскочил по кукурузным стеблям, а пёс провалился в яму. Глубина метра четыре, отвесные стенки бетонного колодца, а на дне мой Вамба. Хорошо с собой была двадцатиметровая брезентовая корда. Привязал её к бетонному навершью, валявшемуся в нескольких шагах от колодца, и по корде спустился вниз. Пёс вроде цел, только дрожит весь. Ладно, главное лапы не сломал. Посадил Вамбу себе на плечи, благо тот сообразил и не дёргался, потихоньку начал подниматься. Пёс вскоре выпрыгнул, и я кое-как вылез наверх.
Несколько дней подряд Вамба панически боялся маленьких замкнутых помещений, но постепенно его страхи ушли. А вот я долго волновался, что первый неудачный контакт с енотом отобьёт у молодого дратхаара если не злобу к зверю вообще, то желание работать по енотовидным собакам. Но вскоре Вамба поймал енота, доказав, что охотничья страсть в нём не угасла. Насилу отобрал я у кобеля его добычу. Необычную злобу к мёртвому зверю я приписал тем неприятным событиям, которые ассоциировались у Вамбы с прошлой охотой на енота. Но на привале рюкзак вдруг ожил, и енот-притворщик попытался сбежать.
***
Дорога на участок натаски проходит через речку. Тут переброшен мост, на котором обычно достают корды, собирают ружья, обувают болотные сапоги. Мост служил и местом встреч и разговоров охотников. На этом мосту с Вамбой случилась занятная история. Мы встретились с пожилым охотником, хозяином пятилетней ирландки. За разговором стали переобуваться, расчехлять ружья. Собаки, обнюхав друг дружку, крутились вокруг. И вдруг Вамба стал что-то прятать за мой рюкзак. Услышав удивлённый возглас хозяина ирландки и оглянувшись, я увидел в зубах моего Вамбы целлофановый пакет с аккуратно завёрнутыми в бумагу бутербродами, несколькими помидорами и шкаликом водки. Оказалось, мой пёс тихонько стащил чужой «тормозок» и принёс его мне. Заботливый!

На обратном пути я иногда переодевался на том же мосту по-городскому. Правда привычка эта раз подвела. Пока я сменял грязные штаны и выцветшую штормовку на вполне цивильные джинсы и куртку, уже прилично работавший Вамба ушёл от меня в болото. Одевшись и обувшись, я оглянулся, а драт стоит в полусотне метров, стоит крепко, по дичи. Мне бы обратно переодеться, да время дорого. По лужку, по кочкам кое-как добрался до собаки. «Пиль!» — Вамба тихо ведёт вперёд, а искомый долгоносик или далеко, или отбежал. Забыв обо всём, иду за собакой, мы поднимаем бекаса, после выстрела он падает в окошко вонючей болотной жижи. И тут я замечаю, что и щёгольские остроносые туфли, и новые джинсы до самого бедра вымазаны в болотной грязи. А тут ещё Вамба принёс куличка, отдал и хорошенько отряхнулся ;-).
***
Выстрел застал бекаса над водой, и, свернувшись, долгоносик упал метрах в десяти от берега. Тут бы послать собаку, но первые пять метров между нами и куличком вода покрыта густым слоем мусора нанесённого наводнением. Здесь и трава, и листья, и приплывшая откуда-то пластиковая бутылка, и палки, есть даже довольно приличные брёвна. Но Вамба лихо бросается в эту грязь, отчаянно работает лапами, и через несколько минут выплывает на чистую воду. Схватив добычу, он разворачивается, но ума плыть обратно по уже проложенной им дороге не хватает. Пёс, немного снесённый вниз по течению, вновь начинает таранить стену наносов. Пробиться ему удаётся только с третьей или четвёртой попытки, и на берег Вамба выходит уже с моей помощью. Выходит и ложится отдохнуть. Устал!
***
Кукурузное поле, залитое наводнением, так и осталось неубранным. Вода ушла, оставив сломанные, искорёженные стебли кукурузы, зацементировав их наносным илом и разным речным мусором, и создав причудливый лабиринт. В этом странном пейзаже, среди стен уцелевшей кое-где кукурузы и речного мусора остались довольно приличные лужи, на которых мы с Вамбой ищем бекасов. Ходить ужасно неудобно, зато разжиревшие долгоносики подпускают чуть не вплотную. В одном месте Вамба встаёт, сердито вздыбив шерсть на загривке. По команде он пошёл вперёд, быстро перешёл на галоп и с лаем скрылся в кустах. Через секунду, я со смехом разнимал моего пса с некрупным телёнком, отбившимся от стада и заплутавшим в кукурузных дебрях.
Что делать, Вамба или приезжал на охоту в машине, или выходили мы с ним из электрички на станциях, где можно прямо в поле. А в лугах теперь корова — зверь редкий, почти краснокнижный. Даром, что на участке натаски трава по грудь. Когда-то паслось здесь стадо колхоза-миллионера, тысяча двести голов крутобоких молочных коров. Бекасов было не счесть, только при стрельбе приходилось быть осторожным, чтоб не задеть корову. Но с приходом новых экономических отношений тысячное стадо пошли под нож, и вот мой Вамба впервые встретил в поле пусть маленькую, но корову и сработал по ней, как положено дратхаару работать по зверю. Ладно, телёнок отделался лёгким испугом, да царапиной от зубов на загривке. Цепляю его на корду и, держа на всякий случая Вамбу за ошейник, вывожу нашу «добычу» к дороге. Отсюда видно уже жалкое стадо голов в двадцать, пасущееся без присмотра на заброшенных полях — всё, что осталось в соседнем колхозе, агония которого под вывеской какого-то агрообъединения длиться уже несколько лет. Увидев коров, телёнок с жалобным мычанием припустил к ним, а мы с Вамбой вернулись в поле.
Минут через десять за нашими спинами хлопнул выстрел. Я ревниво оглянулся — кто это стреляет на пройденной («зачищенной») нами территории: двое мужчин с ружьями загружали нашего недавнего знакомца в багажник белого универсала. Что ж, от судьбы видно не уйдёшь.

КИМ видео 30.12.2010 — 19:16

Паршев 10.01.2011 — 01:16

Спаниели
Борис Владимирович Заходер (1918 — 2000)
Зовутся по-всякому Спаниели;
Но две разновидности
Есть на деле:
Толстенькие
(Которые СПАЛИ-ЕЛИ!)
И тоненькие
(Которые СУПА-НЕ-ЕЛИ!).

Антон_Белореченск 17.01.2011 — 10:30

Долгожданный телефонный звонок раздался в пятницу, в конце рабо-чего дня. Звонил Андрей — мой товарищ, в чьих угодьях были приобретены лицензии на фазана.
— Антон, у тебя остались две незакрытые лицензии, — говорит мне Анд-рей. — Собираешься ли ты завтра ко мне приехать?
До этого я уже приезжал к нему три-четыре раза и добывал фазанов со своими помощниками, дратхаарами. От предвкушения новой охоты едва не проглотил язык, но сумел сказать:
— Конечно!
Справившись с нахлынувшими чувствами, спросил, могу ли я взять с собой своего товарища, Юрия, у которого тоже есть дратхаар. Получив от Андрея согласие, сразу же перезвонил своему коллеге-охотнику и стал с не-терпением ждать вечера. Время тянулось мучительно долго, но все рано или поздно кончается, даже рабочий день.
В гараж примчался на предельной скорости. Бывалые охотники знают, что удовольствие получаешь не только от самой охоты, но и от подготовки к выезду, а потом — от триумфального возвращения с трофеями и, конечно же, от охотничьих баек. И вот, наконец, сапоги, одежда и ягдташ готовы, патро-ны уложены в патронташ, проверены бипер и рация. Осталось только ждать утра в предвкушении праздника души.
* * *
Утром встал с кровати в 6-30 по сигналу будильника и тут же поспе-шил позвонить и разбудить Юрия. Однако тот уже не спал, а готовил бутер-броды и заправлял чаем термос. На короткие сборы ушло несколько минут, и вскоре я уже подъезжал к вольерам, где загрузил в автомобиль дратхааров. На въезде в охотничий рай, куда мы примчались на двух машинах, нас с Юрием встретил Андрей. После радостных рукопожатий задали самый глав-ный вопрос: остался ли фазан?
— Фазан есть, — обнадежил нас Андрей, — но погода, сами видите, ка-кая:
Да, погода в тот день охоте не особо благоприятствовала — моросящий мелкий дождь при полном безветрии. Но разве это могло остановить двух мужиков, в крови которых с пятницы бурлил адреналин и охотничий азарт? Решение приняли мгновенно и единогласно: раз приехали, значит, будем пы-таться что-то добыть.
Собаки, выпущенные из багажника, радостно забегали вокруг машин, а мы тем временем включили биперы и зарядили ружья. Пожелав друг другу ни пуха, ни пера, разошлись по двум балкам, местами заросших густым не-проходимым камышом или высокой травой. Услышав звук свистка, которым я дал собакам команду на поиск птицы, кобель и сука дратхааров радостно скрылись в камыше. Минут пять-семь их не было видно, но вот, наконец, раздался долгожданный сигнал бипера. По звуку понял, что бипер работает в 25-30 метрах от меня. Сделав несколько шагов в камыш, я дал команду на подъем птицы. После прыжка Троя свечкой вверх взмыл красавец петух. Первый выстрел — промах! Почти сразу же я выстрелил еще раз, фазан за-мертво упал в камыш, и я дал команду на подачу птицы. Ждать пришлось не долго, вскоре из камыша высунулась довольная морда Троя, который держал в зубах фазана. Тут же подбежала и Эрна, радостно виляя хвостом. В ее глаза я без труда прочел: «Хозяин, Трой не один сработал, я тоже там была и виде-ла этого фазана!»
Прикрепив добытого фазана на подвязку к ремню, я со своими четве-роногими друзьями пошел дальше. Камыш кончился, и мне было хорошо видно, как собаки челночат впереди. Вскоре я заметил, как Эрна, высоко за-драв голову, словно пойнтер, начала делать потяжку и остановилась метрах в сорока от меня. Увидев, как грациозно ей секундирует Трой, я горько пожа-лел, что забыл в машине фотоаппарат. Два красавца дратхаара стоят в ши-карной стойке — высоко задрав головы и замерев на месте. Думаю, со мной согласятся многие: мало, что может сравниться по красоте с собаками в та-кой ситуации.
К сожалению, времени любоваться у меня было немного: пришлось подойти и дать команду на подъем птицы. Из травы взлетело два фазана. Пе-туха я взял с первого выстрела, а улетающую курицу собаки долго провожа-ли тоскливыми взглядами. Как им объяснить, что курей я не стреляю прин-ципиально, зная, что на следующий год эта курица приведет 10-12 цыплят, подарив мне и другим охотникам еще одну великолепную охоту! Услышав команду на подачу птицы, собаки наперегонки бросились к битому фазану. Маленькую победу в этом коротком забеге умудрилась одержать Эрна, кото-рой на этот раз и выпала честь подать мне птицу.
Всё, охота завершена, лицензии закрыты. На все про все ушло не больше часа. Подозвав и уложив собак, осмотрел фазана: бит чисто, хоть чу-чело из него делай! Какая красивая все же птица наш кубанский, вернее, кав-казский фазан!
У машины меня уже ждал Юрий. Фазана в тот день ему не встретилось, но его дратхаар Чак сделал стойку на зайца. Юрий не упустил такого подарка судьбы и метким выстрелом настиг косого, который попытался было дать стрекача после подачи команды. Не растерялся и Чак, который принес и от-дал хозяину в руки этого «длинноухого фазана».
По традиции сфотографировали друг друга с трофеями и поблагодари-ли за охоту Андрея. Выпили «на кровях» по чашке чая за острый глаз и креп-кую руку. Напитка покрепче выпить хотелось, но не пришлось: предстояло ехать домой.
* * *
Домой мы проезжали мимо своих угодий. Времени было еще много, и само собой родилось решение продолжить охоту, тем более, что у меня име-лась лицензия на вальдшнепа. Вскоре мы уже были в лесу, и собаки со вклю-ченными биперами устремились в поиск. В лесу поиск у них очень широкий, и на какое-то время дратхаары совсем пропали из виду. Вот, где бипер ну-жен, как никогда! Услышав его работу, я побежал на звук и, увидев, как Трой и Эрна застыли перед кустом шиповника, понял, что там вальдшнеп.По ко-манде на подъем птицы два континентала одновременно прыгнули в куст, и оттуда рыжей молнией вылетел вальдшнеп. Взяв его на мушку, накрыл птицу стволами, и вальдшнеп рухнул на взлете. Птица, которую мне по команде принес Трой, оказалась обворожительно красивой и по-осеннему упитанной. Весов под руками у меня не было, но я думаю, что он точно весил не менее 450 граммов. Его даже можно было сравнить с карликовой курочкой, кото-рых разводят у нас местные птицеводы.
Через несколько шагов, пройдя буквально три-четыре метра, я увидел очередную стойку. На этот раз вальдшнеп попытался убежать и спрятаться под ближайшим кустом. Но разве таким образом обманешь собаку! На полу-согнутых лапах Трой пополз к птице и за семь-восемь метров до вальдшнепа застыл в стойке. Мышцы его напряглись, и весь его замерший вид говорил мне: «Ну что же ты, хозяин, вот он, вальдшнеп, пора давать команду, еще немного, птица сорвется и будет поздно:». Чтобы не разочаровать собаку, я дал команду и, почти не целясь, выстрелил по взлетевшей птице. Первым вы-стрелом промазал, но второй вальдшнепа задел. Подранок упал, и я отправил в поиск обеих собак. Прошло не больше пяти-шести минут, и второй вальд-шнеп оказался у меня в руках.
Остаток пути домой собаки блаженно отдыхали, зная, дома заслуженно получат свою пайку мяса и каши.
* * *
Итак, за день были добыты два фазана и два вальдшнепа. Добыты при помощи дратхааров, что не может не радовать. Выходит, не зря столько тру-да, сил и любви было вложено в своих четвероногих питомцев. Они мне пла-тят тем же: птица добыта, страсть охоты удовлетворена. Теперь вместе с Троем и Эрной будем с нетерпением ждать открытия следующей охоты — на перепела — в августе 2011 года.

vetdoctor 17.01.2011 — 16:57

Отличный рассказ.Ну и у меня всплеск памяти прорезался.

ТРУДОВЫЕ УТКИ.

Шли девяностые годы.
Однажды мы с одним моим ныне покойным приятелем-англичанистом Олегом решили поехать в о/х «Сокино» поохотиться на утку.Дело было во второй половине сентября и часть местной утки уже улетела.На базе нас гостеприимно встретил мой хороший знакомый егерь Иван, с которым пришлось поработать в этом же охотхозяйстве, где я занимался дичеразведением и ветеринарией.Застолье под» -А помнишь?» затянулось далеко за полночь.

Утром жена Ивана Нина накормила нас завтраком, а Ивана уже не было, он уехал по делам.Зная угодья как свой дом, пошёл проверить уток на днёвке в близлежащих от базы озёрах.Пусто, как в пустыне, хотя мой Атос и англичанин Олега Крис облазили все камыши.Пришлось вернуться на базу ни с чем.Приехавший Иван обещал хорошую вечёрку в дальних озёрах. Мы поехали, но за всю зорю на троих было два налёта, из которых мы выбили чирка и две кряквы.Собачки исправно подали уток, но больше ничего не было.
Утром следующего дня мы с Олегом поехали к нашему знакомому второму егерю Андрею, который с семьёй жил в соседней деревушке.

Его жена радушно приняла нас, накормила вкуснейшими щами, а Андрей рассказал, что сейчас идёт пролёт и утка вся в озёрах вдоль реки Медведица.Ещё он сообщил нам, что недавно там были высокие гости и было много стрельбы. Поскольку до вечёрки оставалось время, мы поехали на разведку, посмотреть перспективные места для зорьки.Как только я хлопнул дверкой машины, в 150 метрах от нас поднялся табун крякв, голов 70. Взору нашему предстала неприятная картина: перья, пух, головы уток, банки, бутылки и пачки от патронов, разбросанные по берегу водоёма в радиусе 30 метров.Я поднял одну пачку. На ней было написано: дробьN1. Однако охотнички-произнёс Олег,поднимаю другую пачку-нулёвкой уток стреляют. Значит, должны быть подранки, ведь собак у них не было.Только я подумал об этом, как обе наши собаки вышли из камышей, каждая держа в зубах по живой крякве.

Решили обойти вокруг всех баклужин пока светло. Это был удивительный вечер. Атос плавал вдоль камыша и через каждые сто метров заплывал в них, гонялся по прибрежному лесу и неизменно выносил очередную раненную крякву. Когда обошли 3 озерка, у нас в сетке было 9 крякв и одна широконоска.
Стало темнеть. На фоне леса снижающуюся утку почти не было видно, да я ещё и траншейные стволы МЦ-8 не сменил на раструбы.Но утка сыпалась, как из мешка и расстреляв 12 патронов, прибавилось ещё 8 уток, которых Атос не упустил не одной, независимо от того, падали они на воду в камыш или на лес.Стало совсем темно и уток было только слышно, но не видно совсем. -Заканчивай, не жадничай-закричал где-то близко Олег. Выйдя к машине, стали выкладывать добычу и оказалось, что от «стрелков-начальничков» собачки нашли нам 17 уток, да 12 мы взяли на заре.

Всю дорогу мы молчали, а при подъезде к городу Олег высказал то, что мучило меня всю дорогу: -Почему не запретят охотиться на водоплавающих птиц
бз собак? И сколько же ещё такой ненайденной и погибшей птицы оставляют подобные «охотнички» по всей стране? Вопрос риторический. Слава собакам и здоровья их владельцам.Уже нет в живых ни Атоса, не Криса, да и Олега уже несколько лет как похоронили. Но память об ушедших счастливых днях по-прежнему жива…

vetdoctor 31.01.2011 — 13:18

Вспомнилось почему-то детство. Охота с гончими очень ярко запечатлелась в моём мальчишеском мозгу. Итак рассказ из далёкого прошлого.

АГРА.

Шёл далёкий 1969 год.Погиб выжлец Мухтар от выстрела из малокалиберной винтовки участкового милиционера. Осталась его верная подружка, выжловка Агра. Трудягя ГАЗ-69М вёз нас с отцом по раскисшей от дождей ноябрьской дороге. Впереди уже виднелся конечный пункт нашего назначения-лес вокруг вьющейся в степи малой речки Кушум, кои несут свои воды по земле российской, петляя среди степей, лесов и в конце впадая в какую-нибудь крупную реку.

Сказочной красоты сбоку виднелись озимые, с блестящими каплями от прошедшего накануне дождя и вся эта картина: жёлто-багряный лес, река и зелёное озимое поле с удивительно чистым голубым небом навевали какие-то мысли о волшебности всего происходящего. Машина остановилась на поляне среди осинок. Слева текла река, справа был сад с яблоками, которые ещё не все собрали.

Отец собрал Голланд-Голланд с шустованными и обрезанными стволами 16 калибра и зарядил в правый ствол четвёрку, а в левый двойку в металлических гильзах. Их желтоватый отблеск придавал охоте какой-то колорит золотой элитарности. Агра выпрыгнула из машины, потянулась, умно посмотрела на отца, как бы спрашивая что делать. -Давай, давай Агрушка!!!-закричал на весь лес отец-Тут был, тут ходил, бууудиии его, родная!

Агра скрылась в полазе, а мы пошли в направлении ушедшей собаки. АААВВВ! АЙ! АЙЯЙЯЙАЙЯЯЯЙЙЙАЙАЙ!-закипел гон страстным жалобным полувоплем-полувоем. И пошёл плачь по лесу в сторону сада. Казалось что-то неземное в этих звуках. Это никак нельзя было назвать лаем. Это был гон породной русской гончей. Отец заслушался собаку, даже закрыл глаза. Я тронул его за рукав. ОН расплылся в блаженной улыбке и тихо хитро подмигнул мне. Ставай сзади меня-сказал он мне тихо-сейчас косой назад на лёжку покатит.

Агра смолкла на несколько минут и вдруг опять завопила так, как будто с неё живой сдирают кожу. -По-зрячему пошла-улыбнулся отец. Прошло минут 15 и вдоль сада по просеке прямо на нас выкатил здоровенный русак. Отец поднял ружьё и опустил его. Я обиделся.-Чего не стрелял? 20 метров было. -Подожди, дай Агрушку послушать, этот всё равно никуда не денется. Заяц пошёл на большой круг и гон сошёл со слышимости. Наконец где-то на другом конце сада нарастая волна за волной на нас пошло плачевно-заунывное действо. Заяц неожиданно выпрыгнул на дорогу в 40 метрах, развернулся и хотел задать стрекача, но Голланд уже сказал своё веское слово. Бьющийся на тропинке в конвульсиях заяц, оглушительно плачущая Агра и дымок из открытого ружья, отец, подбирающий стреляную гильзу, выброшенную эжектором-всё слилось в какое-то нереальное происходящее. Как будто не с нами, а в какой-то волшебной сказке. Агра дошла с гоном до зайца, ткнулась мокрым чутьём в окровавленную морду косого и гордо посмотрела на меня. Отец подошёл, погладил собаку по голове и взял на сворку. -Поехали, сын,хватит на сегодня. Я никак не хотел прекращать охоту и не мог понять, почему надо уезжать, когда ещё можно всех зайцев перебить.

Но мы уехали. Дома нас ждал приготовленный мамой вкусный обед, овсянка с мясом для Агры и бесконечные рассказы о том, какая растёт замечательная гончая.

В тот год было взято из-под неё около 40 зайцев. Зимой Агра пропала на гону,поиски ничего не дали, а через неделю она была найденной мёртвой и замерзшей в чьём-то капкане.

Вот так пропадают хорошие работники. Больше отец гончих не заводил. Через два года мы переехали из посёлка обратно в город, но охоту с гончими люблю и сейчас, когда есть возможность поехать с друзьями и послушать их собачек, никогда не отказываюсь.

Пересвет58 31.01.2011 — 13:35

Здорово, как сам на охоте побывал. Спасибо.

чинг 31.01.2011 — 16:17

Прочел с удовольствием, душевно.

Степан31 01.02.2011 — 11:26

ветдоктор, спасибо за калссные рассказы

vetdoctor 02.02.2011 — 11:42

На здоровье. Вот Вам ещё один, хотя может быть и не совсем корректно, но из песни слов не выкинешь.

УКРАДЕННЫЙ ДИПЛОМ

Май в том году выдался удачным на птицу. Перпела в полях было предостаточно не только для испытаний и состязаний, но и для натаски довольно большого количества собак.Вечером приехав в лагерь, пошёл с Атосом в поле неподалёку. Пустил в поиск. Сразу же на первой параллели кобель резко развернулся на ветер и застыл как изваяние с высоко поднятой головой. По посылу стремительно подал перпела в 14 метрах от стойки прямо по чутью и остался на месте самостоятельно. Походив ещё минут пять по полю, мы спустились к речке Идолге и я искупал собаку, бросая ему палки для аппорта. Вернувшись в лагерь попал на жеребьёвку. Нам выпал первый номер.

Утром судейская бригада (не буду называть участников по этическим сооображениям и из уважению к возрасту)уже ждала нас на поле. Дул лёгкий ветерок, но роса была ещё достаточно обильна. Проверив послушание собаки перед пуском нам с Атосом показали направление по которому стучал перепел.

Две великолепные параллели безукоризненного челнока с крыльями метров по 90 и собака «сломалась» на ветер, протянула прямолинейно около 15 метров и твёрдо стала принизив голову до уровня спины. -Посылайте-скомандовал главный эксперт. По повторной команде Атос прыгну и прямо из-под морды у него вылетел перепел. Выстрел и собака осталась на месте. Перепел переместился метров на 150 и сел в траву.

Описав работу эксперт скомандовал-Наводите на перемещённого. Опять прекрасный челнок, резкий разворот на параллели, потяжка прямолинейно около 11 метров и твёрдая стойка с высоко поднятой головой. По посылу бросок метров 5 и «выбивание» перепела прямо по чутью. -Похоже, он у нас Д.1 получит-сказали эксперты-но он ведь всего 7 минут работает, надо ещё посмотреть.

Атос 10 минут довольно широко и красиво челночил, приэтом подняв со стойкой двух коростелей и одного перепела. В это время начался дождь. -Пойдёмте в лагерь, сказали эксперты. Придя в лагерь и посовещавшись, он подошли к нашему столику и во всеуслышание сказали следующее: Мы в принципе уже определились, там диплом первой степени при 83-х баллах, но нам всё-таки хотелось бы ещё посмотреть чутьё.Уж очень нереально далеко собака причуивает. Мы такого никогда не видели. Давайте сходим ещё после дождя.

Не подозревая подвоха, я согласился на это условие. После дождя Атос пошёл быстрым галопом и вдруг упал и заскулил, после чего встал и захромал на левую переднюю лапу. Оказывается, в траве лежала борона и он ушиб об неё скакательный сустав. Я говорю судьям-Давайте пусть на трёх лапах ищет, чутьё-то всё равно покажет.

А они переглянулись и говорят-нет, ход нельзя измерить.-Так говорю-Вы же ход уже оценили. -Ну ладно говорят, Д,2 при тех же баллах. Родословной у меня с собой не было, забыл дома. -В среду-говорят в обществе будем награждать победителей в обществе-так и запишем. Придя в среду вижу, что эксперты глаза прячут. Подозвали и говорят-ну ты же на Всероссийскую выставку поедешь, а там посмотрят родословную и скажут-Что у Вас за эксперты, что при баллах на Д.1 Д.2 дают.

Вот мы посоветовались между собой и решили снизить некоторыую расценку. В общем, мы не совсем уверены в верности и поставили 875, ну и так с 83-х переделали на 79. -Не огорчайся, говорят-Атос всё равно полевой победитель стал.-Спасио, говорю, а должен был быть полевым чемпионом. Вот такая история. Сора из избы я выносить не стал, экспертам этим уже за 80, история всех рассудит.Хотел о собаке, а получилось как всегда о людях.

Al-markus 02.02.2011 — 16:21

Может где-то здесь уже было, но в этой теме быть должно непременно. Думаю Петрович будет не против…Спасибо ему за рассказ!
копировать не буду вот ссылочка http://dogexpert.ru/forum/topic/3085/

чинг 02.02.2011 — 16:25

Игорь, понравилось, весна, лето вспомнилось. А какую еденичку зажали, я бы после этого, руки не подал.

Степан31 02.02.2011 — 16:55

Да уж… Дураков и *удаков в России всегда хватало(

КИМ видео 02.02.2011 — 19:01

Слава Богу, тема опять проснулась. И рассказы… один лучше другого. Спасибо!

vetdoctor 03.02.2011 — 12:36

А вот у Петровича про Ункаса… Очень пронзительно-трагичный рассказ. Ох люди, люди…

vetdoctor 04.02.2011 — 14:55

Ну вот опять про гончих вспомнилось.Сейчас про эстонскую. Итак по порядку.

ДЖЕРРИ

Джерри была выжловкой эстонской гончей. В роду у неё было много рабочих собак. И всё было бы хорошо, но был у неё один порок, который записными гончатниками сводит на нет все остальные достоинства гончей-она нередко гоняла в пяту, особенно если след был не слишком свежий. Выяснилось это по белой тропе, где все действия участников спектакля читаются как на бумаге. По этой причине владелец никогда не выставлял собаку на испытания.

А надо сказать, что Володя человек очень незаурядный, с университетским образованием и энциклопедическими знаниями. В своё время, будучи ещё совсем молодым, он отработал три года консультантом в дружественном нам тогда Ираке и заработал на трёхкомнатную квартиру в центре города и новенькую «Волгу». К моменту описываемых событий у меня своей машины не было, а старенькую «Волгу» Владимир жалел и зимой на ней не ездил. Ездили мы с ним на перекладных. Обычно рано утром садились на междугородный толейбус и ехали через Волгу в соседний Энгельс, откуда с автовокзала уезжали на автобусе в какой-нибудь не очень отдалённый уголок, где водились зайцы. Чаще всего это были либо Энгельский, либо Ровенский районы, где тогда гончих держали мало, а автобраконьеров ловили местные охотоведы.

Места наших охот чаще всего были в оврагах, буграх, посадках и пашнях, изрезаных мелиоративными каналами. Несмотря на то, что Джерри иногда гоняла в пяту, по свежему следу она шла довольно успешно, а на сколах Владимир помогал ей разбираться. Поэтому не было ни разу, чтобы мы приехали с охоты без зайца.Как раз в это время отец подарил мне Дефурни и оно не раз радовало меня дальними и результативными выстрелами. Где-то в 4 часа дня мы обычно уже стояли на трассе, на остановке и ждали обратный автобус. Маленькая собачка никому не мешала, да и места много в автобусе не занимала. Так мы и катались несколько лет, пока Володя не стал начальником отдела информатики в НИИ Геофизики. После этого возможности наши расширились и нас стал возить водитель-охотник на УАЗе-буханке с компанией их институтских охотников. Но всё это было позже.

А в описываемое мною время так мы и продолжались кататься на автобусах и бродить по заснеженным полям, не удаляясь далеко от трассы, чтобы вовремя успеть на обратный автобус.

Как-то после одной из таких охот ко мне заглянул мой давний знакомый сеттерист-пенсионер и попросился с нами на охоту. Я позвонил Володе и он не отказал в просьбе старому заслуженному человеку. Всеволод Георгиевич (так звали дедушку)сказал, чтобы мы не беспокоились, а он повезёт нас на свою дачу на своей машине на два дня.Поскольку он был полковник в отставке и бывший военпред авиационного завода, то дача его была вполне приспособлена для зимнего проживания. Голому собраться-только подпоясаться. Нас как нельзя лучше устраивало это предложение и мы с большой радостью согласились.

Утром видавшая виды «Нива» подъехала к дому Владимира. Поехали сначала чуть дальше, чем мы обычно забирались пешком. Возле системы мелиоративных каналов по бугам высились вышки ракетных точек со шлагбаумами и запрещающими надписями. Заячьих маликов было море. При подъезде к лесополосе мы увидели, как из неё выскочил довольно крупный русак, который поскакал по дороге вдоль посадки. Мы оставили машину около стога сена, а Всеволода Георгиевича поставили на номер в разрыве между посадками. Пустили Джерри по свежему следу. Начался гон. Голосок у Джерри был не ахти какой музыкальный, достаточно глухой, но доносчивый. Собачка она была не паратая, поэтому заяц под ней шёл почти шагом и недалеко впереди собаки на очень малых кругах.

Через 20 минут мы услышали дуплет и радостный крик старика:-Дошёёёлл.
В это время Джерри подняла ещё сразу двух зайцев, лежавших рядом и погнала по зрячему одного из них. Второй шумовой, выскочил на дорогу и попал под выстрел Володи. Гонный заяц начал нарезать круги: канал-пашня-скидка-лёжка-посадка. Володя исправно помогал выправлять собаке гон и поскольку след был свежим, Джерри гнала в нужном направлении.

Так продолжалось почти полдня. За это время, перебегая под гоном, я взял шумового зайца, поднявшегося на поле прямо из-под ног. Наконец гонный заяц забился в непролазные камыши искусственного пруда, вдоль оросительного канала и гон смолк. Джерри в очередной раз скололась, причём с довольно длительной премолчкой. Уставший от беготни по пашням Володя подошёл ко мне и затрубил в рог. Обычно очень позывистая собака на этот раз проигнорировала сигнал на снятие с гона. Пролезть через высокие сухие, засыпанные снегом камыши мы никак не смогли, поэтому стали трубить и кричать. Вдруг в середине камышей раздался яростный взбрёх Джерри и тут же камыши рядом с нами закачались, после чего в пяти метрах от нас по бетонной стенке канала бодро проскакал заяц, а за ним, в трёх метрах, истошно голосящая Джерри. Четыре выстрела слились почти в один, подняв снежную пыль и одуревший от выстрелов испуганный заяц стремглав понёсся по заснеженному полю.

Джерри продолжила гон и скрылась за зайцем в посадке, откуда раздался выстрел и радостный возглас старого охотника:-Доооошшёёёёлл!!!.

Уже смеркалось. Мы сидели в «Ниве», пили обжигающе горячий чай из термоса, закусывали бутербродами с салом, а Всеволод Георгиевич не уставал повторять: -Какая собачка! А на вид такая маленькая! И скармливать Джерри приготовленный женой вкусный пирог с мясом. Давно нет ни Джерри, ни Всеволода Георгиевича, давно уже мы не ездим на пригородном автобусе за зайцами, но память время от времени возврашает меня к тем очень счастливым для меня временам.

Брюзга 04.02.2011 — 16:03

Рассказ,
Фантастический. Но про собак.
Назевается ШАМПУНЬ.

Утро, пахнет росой, цветами, чем-то ещё:.
Но некогда отвлекаться. Искать, Искать.
Кусты, будь они не ладны. Колючие. Вот тот в стороне, особенно с крапивой, там посмотреть.
Ы-ХЫ, Ы-ХЫ, Ы-ХЫ.
Попить бы, чуток, жарко. А вот, пахнет гнилой травой. Там вода.
Ы-ХЫ, Ы-ХЫ, Ы-ХЫ.
Но, стоп, вот, она, да кажется, точно, так, ближе, ещё немного:
ХОЗЯИ-И-И-Н.
Стоять. Там где-то , точно, там она. Стоять.
Где его черти носят? Сколько можно так стоять? Он что слепой?
Так повернуться осторожно, где он? Нет! За кустами не видно.
Но она же там, впереди. Стоять. Стоять.
Хозяин иди сюда.
Посмотри на меня, ну где ты?
Ага, свистит, зовет, зачем зовешь, иди сюда.
Нет, зовёт, надо идти. А она там. Но завёт. Ладно, иду. Иду уже, не ори.
Вот он, злой. Зачем злой?
Там хозяин, ну иди, там она. Вот я тебе покажу. Вот встаю, смотри там:.
Ну, долго я опять буду тебя звать? Лапы затекли.
Не пыхти, руки в ноги и ко мне бегом.
Как будешь готов стрелять, скажи ПИЛЬ!
Ну?
— ПИЛЬ.
А ура!!! Вот я тебя сейчас..
По своему, матерно ругаясь, взлетел бекас.
УХ ТЫ Птица-а-а-а, надо сесть.
— ДАУН!!!!
Сам ты Даун, уже лежу давно. Стреляй, давай.
Выстрел.
МИМО!
Выстрел и опять мимо.
Э-ех, мазила.
Да чтобы я ещё хоть раз за тобой пошла, и тебя звала, да лучше бы сама её подняла.
Но может там ещё одна рядом есть, надо проверить, понюхать, тут, тут, тут:

Хозяин был счастлив, ещё бы, АНОНС! За это можно было и выпить. За первый и последний анонс собаки. Два повода в одном.

Степан31 05.02.2011 — 09:38

Улыбнуло!Супер!

КИМ видео 05.02.2011 — 10:00

Брюзга

😊 Очень правильный взгляд. Может откроем новый раздел «Охота глазами собаки» 😊

Степан31 05.02.2011 — 12:49

КИМ видео
раздел «Охота глазами собаки»

Было бы интересно

vetdoctor 07.02.2011 — 15:31

Ну пока наш зоопсихолог борется с ветряными мельницами в соседней теме, напишу ещё один рассказик про гончих. На этот раз про русских пегих или как это нынче принято называть, анло-русских.

МЕТЕЛЬ

Такие гончие рождаются очень редко. В ней было всё: чутьё, паратость, нестомчивость, ум, позывистость. Была она собакой егеря в элитном охотхозяйстве, поэтому почти не посещала выставок, испытаний и состязаний, хотя в её родословной были прекрасные заслуженные собаки.
Начав гонять на первом году жизни, она обслуживала охоты высокого начальства и гостей. За первый год из-под неё было взято больше восьмидесяти зайцев.

Очень много рассказов слышал я от разных охотников про эту удивительную собаку, но в деле долго увидеть её не удавалось. Однажды меня попросили привить щенков в этом охотхозяйстве. Думая, что вернуться придётся быстро, я даже не предупредил жену, что поеду далеко от города.

Иван, хозяин Метели, сказал, что УАЗик, который привёз меня, срочно уехал в город и предложил мне остаться у него в гостях. Тем более это были последние выходные зимнего охотничьего сезона.

Мы позвонили в город и предупредили домашних о моей задержке. Утром Иван выделил мне резиновые сапоги,тёплые ватные брюки, вязанные перчатки и старенький ТОЗ-34 с десятком патронов.

На улице была оттепель после пороши-прекрасная погода для охоты с гончей. Метель без сворки пошла рядом с Иваном у ноги, что сильно меня удивило. Поднявшись от охотбазы метров на двести по лесной дороге, Иван сказал Метели:-Иди пошарь, моя умница. Тут он где-то, степашка эдакий. Метель внимательно посмотрела на хозяина умными карими глазами и ушла в полаз. -Выбирай место на дороге-сказал Иван-Сейчас Метла степана поднимет. Мы разошлись в разные стороны. И тут такой зарёв, метрах в двустах от меня, что у меня даже мурашки по коже пошли.Без перемолчек, очень быстро Метель прогнала зайца кругом с полкилометра и завернула назад. Ах!!! Какой это был концерт в зимнем лесу!!! Гон буквально летел как на крыльях и заяц выскочил на меня по дороге с такой скоростью, что первым выстрелом я обзадил и отбил ему заднюю лапу. Второй выстрел остановил зверька. Метель вынеслась из-за поворота, посмотрела на меня, лизнула зайца и тут же ушла опять в полаз. -С полем, барин!-поздравил меня Ваня-Вешай косого на дерево, потом на снегоходе соберём. Метель тем временем опять ярко погнала. Чувствуя, что опаздываю, бегу на перехват. Впереди метрах в семидесяти мелкий осинник-карандашник. Именно оттуда и льются звуки гона.

Вижу зайца, летящего по осиннику во весь опор и почти висящую на хвосте, метрах в пяти сзади, гончую. Опережаю метра на два. Жму спуск. Заяц кувыркнулся и ползёт. Не успел я выстрелить второй раз, как Метель посмотрела в мою сторону и видя, что я опустил ружьё, деловито придушила зайца, после чего не останавливаясь, снова ушла в поиск.

-Ну сегодня у тебя фарт-сказал подошедший Иван-а я не успел подвалить. Смотри, опять погнала. В это время гон стал еле слышен. Гончая ушла вниз к озёрам в пойму Медведицы.- Пойдём к базе, сейчас она его начнёт по озёрам кружить, там и перехватим-сказал Иван. И добавил-это профессор, на кабаньи лёжки собак уводит. Метель первый раз возле базы гоняет.

Спустившись в пойму, поняли, что заяц ходит на малых кругах по камышам близлежащих озёр. -А кабаны Метель не травмируют?-спросил я.-Да она умная, копыта не гоняет-ответил Ваня.

С дороги видимость была очень плохая, все озёра окружены ивовыми кустами и плотно заросли камышом. Удивительно, но собака гоняла уже больше часа по таким густым местам, а сколов не было. Такого раньше я никогда не видел.

Гон приближался к нам, но различить ничего было нельзя. Наконец в сплетении веток я разглядел какое-то движение. Это был крупный заяц. Он сидел и слушал приближающуюся к нему собаку. До него было метров семь.Я решился и выстрелил через ветки в голову зайцу.

Когда осыпалась снежная кухта, я увидел бьющегося косого и подвалившую Метель. Подошедший Иван вынес наш третий трофей и спросил собаку: -Метла, домой пойдём? Метель вздохнула, подошла к хозяину и пошла рядом с ним у ноги.

Придя на базу, Ваня получил известие, что его жена Нина родила ему дочку.
-Ну давай, располагайся. Я за водкой в деревню поеду на Буране. Заодно и твоих зайцев соберу по дороге. Витя, сынок, иди Метлу покорми и с дядей Игорем ужин сварганьте. Я мигом.

Уже ночью Ванька приехал вовсю «весёлый», чуть не упал со снегохода. Оказывется, он по пути заезжал к соседнему егерю и наугощался. Витя первым делом спросил:-Пап, а степашек привёз?-Привёз, сынок, привёз-ответил Иван, откупоривая свежую бутылку.

Ночью приехали ещё охотники, приглашали назавтра опять на охоту, а я уже ничего не хотел.Во сне мне привиделся зимний лес и в ушах моих звучал необычайный концерт под названием Метель…

Брюзга 07.02.2011 — 17:37

vetdoctor
Ну пока наш зоопсихолог борется с ветряными мельницами в соседней теме,

😊

Антон_Белореченск 08.02.2011 — 12:03

vetdoctor
Такие гончие рождаются очень редко

Хороший содержательный рассказ с Волжских берегов!!!

vetdoctor 09.02.2011 — 17:23

Ну вот ещё один добавлю. О легавых.

МАРТ. КАЗАХСТАНСКАЯ ЭПОПЕЯ.

Однажды в начале восьмидесятых годов мы большой компанией поехали на охоту в соседнюю с нами Уральскую область. Тогда ещё живые мой отец и его друг, известный врач-травматолог Л.В.Маторин поехали к аспиранту Льва Владимировича, который работал хирургом в местной районной больнице.

Решено было поехать в туман вдоль газопровода и в результате заблудились в степи. Наконец в тумане стала вырисовываться овечья кошара и мальчик лет десяти, стоящий у дороги.

-Как проехать в Джангалу?-спросили мы мальчугана.-Моя жанакала нэ знай-было ответом.-А мама где?-Мамы нет.-А папа?.-А папа баран. Дружный смех от такого бесхитростного ответа ребёнка был ответом и мы поехали дальше не солоно хлебавши. Сергей, мой товарищь по охотам, долго не мог сдержать смеха, повторяя раз за разом-ПППАААПППААА ББББААРРРАААННН!!!ХА!ХА!ХА!

К вечеру, изрядно поплутав по степи, мы наконец приехали к месту нашего назначения. Аман, местный доктор, встретил нас очень хлебосольно. А нас влекло на обещанную охоту. Нам уже виделись куропатки, фазаны, гуси и утки.

Переехав в другое место и взяв путёвки у местного егеря, узнали, что пеганку здесь стрелять можно, когда у нас она числилась краснокнижной уткой. И гусей с 1 октября можно стрелять без всяких норм. Поскольку приехали мы на неделю, то план охоты был таков: кто без собак охотятся на водоёме по уткам и гусям, самые отъявленные гусятники роют окопы в степи, собачники утром и днём охотятся по куропаткам и фазанам, а вечером стоят зорьку со всеми на озёрах.

Стан наш расположился около воды большого степного солёного озера. Поскольку в степи дров нет, нам привезли кизяки, а остальную еду готовили на таганках с помощью паяльных ламп.

Утром наш проводник Айтуган, брат Амана и местный охотник, повёл нас с собаками в угодья. Два наших пойнтера, Март и Веста Льва Владимировича, на красивом челноке обыскивали барханы с кустиками саксаула и перекати-поле, а также прибрежные камыши и кусты колючек держи-дерева.

Мы с Сергеем пошли в одну сторону с Мартом, а отец с Львом Владимировичем и Вестой в другую. Вдруг на красивом поиске с высоко поднятой головой Март протянул метров пятьдесят на ветер и замер в картинной стойке в направлении края камышей. Мы приготовили ружья и послали собаку. Из камышей с характерным квохтаньем взмыло сразу три красавца петуха-фазана. Прогремело четыре выстрела и Март одного за другим подал нам всех трёх петухов.

За утро мы взяли ещё пару петухов и восемь куропаток. Прийдя на стан, узнали, что отец с Маториным ещё не возвращались. Пошли в ту сторону, куда они ушли и увидели следующую картину: вокруг куста держи-дерева бегали наши охотники, пытаясь помочь собаке кого-то поймать. Подойдя, выяснили, что Веста никак не может поймать бегающего подранка гуся, которого отец сбил из Дефурни мелкой дробью.

Пока продолжалась вся эта кутерьма, Март вышел из камышей метрах в ста от места поисков с живым гусём в пасти. Радости отца и нашей гордости за собаку не было предела.

Вечером на заре я сбил восемь широконосок, которых Март исправно подал.Все были с добычей, а бессобачники попросили пойти найти им битых уток и подранков. Собачки наши потрудились на славу: возле палаток образовалась довольно приличная горка из взятых уток. При свете костра из сильно и едко дымящих кизяков, мы пили кто чай, кто водку и как всегда слушали рассказы бывалых о том, что раньше и метр был длинней, и килограмм тяжелей.

Утром Март ушёл в барханы с отцом, а я остался кашеварить в лагере. Надо было вынуть кишки из битой птицы и присолить.Хотя был уже октябрь, но мухи ещё не заснули. Часть птицы было решено приготовить на обед. Пока я сидел на стульчике и занимался готовкой, надо мной на недосягаемой высоте прошли тысячные стаи серых гусей, которые сели где-то в километре от стана среди камыша. Отец пришёл с охоты, очень хвалил Марта и принёс девять петухов фазана. Я расказал отцу про гусей, но он отмахнулся от меня, как от надоедливой мухи.

Вечером я пошёл в место предполагаемой днёвки гусей и обнаружил там мелкий заливчик с куртинами рогоза и стрелолиста, весь покрытый гусиными перьями и пухом. Наскоро соорудив скрадок, пошёл на стан. Наши «полевые» гусятники приехали с охоты, взяв на троих одного гуся, жалуясь на неправильно выбранное место.

Утром я взял Марта, вытряхнул из рюкзака все патроны с дробью крупнее тройки и набил ими патронташ. Многозначительно мигая, отозвал отца от застолья и предложил ему составить мне компанию.Он наотрез отказался, сказав, что это утопия и он лучше пойдёт с Л.В. и Вестой по фазанам с куропатками.

Подойдя к месту, я зарядил ружьё единицей и нулёвкой, после чего залез в скрадок и взял туда с собой кобеля. Ровно в 11.30 первый косяк гусей неожиданно незаметно на большой скорости вылетел из-за спины метрах в двадцати от меня. Совершенно не целясь, сдуплетил и вывалилось сразу четыре гуся. Два из них подранки. Март около десяти минут гонялся по камышу за подранками, наконец все четыре гуся оказались на тороках.

С интервалами в десять-пятнадцать минут на меня стали налетать табунки гусей. Март не успевал подавать. Наконец обнаружилось, что патронташ пуст, а гуси всё летели и летели. И тут я отрезвел. Гусей оказалось шестнадцать штук, так что утащить их на стан, преодолев 200 метров прокоса в камышах и почти километр по краю озера мне было явно не под силу. За час мы с Мартом кое-как дошли до берега. Вспомнилась картина «Бурлаки на Волге». И так я шёл по мелководью, таща на бечеве волоком по воде связанных за шею гусей.

Март как умная собака трусил рядом по берегу, изредка поглядывая на хозяина. Через три часа мы были на стане, чем вызвали необычайный фуррор. Все сразу кинулись собирать профиля, отбирая гусиные патроны. И лишь отец тихо посмеивался, нервно куря. -С полем, сын, -сказал он наконец-смотрю Вы у меня с Мартышкой выросли совсем.

Больше в ту поездку гусей никто не взял, поэтому при дележе добычи все были очень признательны нам с Мартом, а мы с отцом ещё и горды за великолепную охотничью собаку…

Антон_Белореченск 09.02.2011 — 23:20

Да уж,,, Игорек-очень хороший рассказ!
Ну а если — бы с тобой не пойнтер,а дратхаар он бы и тебя и гусей вынес бы к стану. (шутка)!

чинг 09.02.2011 — 23:28

Антон_Белореченск
Ну а если — бы с тобой не пойнтер,а дратхаар он бы и тебя и гусей вынес бы к стану.

Еще бы ощипал и выпотрошил.(тоже шутка)

vetdoctor 11.02.2011 — 15:22

Ну вот опять Остапа понесло (с). Опять память возвращает в прошлое.

МАРТ.НОЯБРЬСКИЕ ГАРШНЕПЫ

Было это в начале восьмидесятых годов. С моим одноклассником Виталием как-то после школы мы долго не виделись. Он занимался инструментальной музыкой и играл на гитаре в ресторане по вечерам, а я работал ординатором на кафедре акушерства в Альма Матер.

И вот однажды в начале ноября мы совершенно случайно встретились в обществе охотников в очереди за путёвками по зайцам. Разговорились и он начал меня склонять поехать на моторке последний раз на Волгу, пока ещё не закончился птичий сезон и не вся утка улетела. Поскольку ноябрь начался без морозов, то была надежда найти и вальдшнепов на островах.
Я конечно же согласился.

Ехать решили на его «Прогрессе», так как в нём удобнее ночевать, не связываясь с палаткой. Сказано-сделано. Завезли на автобусе на базу три канистры бензина, моторное масло, спальники, одежду и стали дождаться пятницы. Днём в пятницу приехали налегке, с ружьями, патронами и едой. Погузились, отчалили, завели мотор и в путь.

Март как всегда стоял на сиденье между нами и смотрел вперёд.
Под гул старенького «Вихря» пересекли коренную Волгу и вошли в протоки вдоль левого берега. Очарование поздней осени с уже почти облетевшей листвой на деревьях по островам вдоль бортов захватила нас сразу. Март тоже разделял наше настроение. Ведь это была последняя поездка сезона.

В одном месте решили покидать спиннинг. В результате на ужин в садке оказалось три довольно приличных щуки. Вокруг входа в Генеральские луга кружились стайки чернетей, гоголей и кряквы, перелетавших с места на место.

Пройдя длинный прокос в камыщах, наш катер вошёл в луга.
Виталик прибавил газ и старенький «Прогресс» задрав нос, полетел по протокам. Казалось что-то нереальное в этих бегущих по сторонам пожухших камышах и прозрачной чистой воде, рассекаемой форштевнем нашего «дредноута».

Ещё пара поворотов такой знакомой протоки и мы прибыли на место, называемое нами в шутку Гавайскими островами. Вот и место нашей постоянной стоянки. Причаливаем, набираем дров на вечер, разжигаем костёр и вешаем заслуженный прокопченный чайник. Поздней осенью быстро темнеет и мы не мешкая, заварив чай, отправились на зорьку.

Встали метрах в двухстах от стана на первом мелком озерке.
Зарядили ружья.Темнота стала подкрадываться незаметно.
Уже растворились во тьме деревья дубовой гривы напротив озера, плохо видно дальние камыши. Собрались уже уходить, как вдруг утка как из мешка посыпалась. За какие-нибудь пятнадцать минут нами было сделано не меньше тридцати выстрелов, а взято всего четыре утки.
Зато каких!!! На моём ягдташе красовались три зеленоголовых кряковых красавцев-селезней, причём один из них размером почти с белолобого гуся. Мартышка уже в полной темноте при попадании сразу же плыл в камыши и выносил очередную добычу. У Виталика тоже был селезень шилохвоста. Что-то не припомню, чтобы на Волге шилохвость летела так поздно. Это была несомненная удача.

На стану, насухо вытерев мокрую собаку, покормили её и сели ужинать. Попив чаю и закусив домашними припасами, достали заветную фляжечку кафедрального медицинского спирта, разбавили его забортной водой и выпили за охоту, за встречу и наконец, с полем. Костёр весело трещал сухими дровами, Март дремал возле огня на старой телогрейке, а мы рассказывали, рассказывали, вспоминали школу, свои тогдашние мечты, одноклассниц, в которых поочерёдно влюблялись когда-то.
За разговорами пролетело полночи и мы пошли укладываться в катер на разложенную постель.

Утром проспали зарю. Встали и удивились: всё в инее, а напротив большая скошенная луговина со стогами сена. Наскоро попив чаю, решили пройтись по луговине и только отошли от костра на пятьдесят метров, Мартышка сделал стойку с краю камыша накоротке. Подойдя,я послал собаку. Вылетел, как мне показалось, очень мелкий бекас и его начало бросать ветром, как спичечный коробок. Мы промазали из четырёх стволов (а я тогда стрелял из двадцатки ИЖ-58 со стандартными чоковыми сужениями). Не успели мы перезарядиться, как новая стойка, опять взлёт, три промаха и четвёртое попадание. Март подал куличка и тут мы разобрались, что это не бекас, а гаршнеп.

Гаршнепа оказалось на редкость много. Расстреляв по патронташу и взяв около десятка птиц,мы пошли на стан и выгребли все оставшиеся патроны, большинство из которых было с утиной шестёркой.
Второй заход дал куда как более существенный результат.
Март работал как часы: параллель-стойка-подъём, опять параллель-стойка-подъём. За два часа было расстреляно 67 патронов на двоих и взято 27 гаршнепов и один вальдшнеп, каким-то образом забравшийся на луговину и сидевший в камыше.

Вечером приготовили шулюм из куликов и поскольку заветная «кафедраловка» ещё оставалась, нам показалось, что ничего вкуснее мы в жизни не ели.
На утиную зорю мы не пошли, а прогорланили под гитару песни Розенбаума, закусили жаренными щуками, попили чаю и чувствовали себя самыми счастливыми людьми на свете. Пьяный Виталик всё время лез целоваться к Марту, а я разводил и разводил «кафедраловку».

Утром пошли по луговине и ни одного гаршнепа Мартышка больше не нашёл. Кончилась высыпка. На обратном пути заехали на острова и побродили в поисках вальдшнепа. Март сделал шесть великолепных работ, но мы взяли только двух, а всех остальных промазали.
Зато при подходе к лодке из-за деревьев на нас налетело штук десять крякв и двумя дуплетами мы умудрились выбить трёх уток.

Назад пришлось переваливать Волгу в сильное волнение, на базу мы пришли все мокрые и дрожащие. Подняв лодку на подъёмник и сгрузив вещи, выяснили, что на соседней базе приехал на машине сын дежурного, который вызвался отвезти нас домой. Мы допили последние глотки «кафедраловки», погрузились и поехали. В благодарность предложили отдать подвозившему крякового селезня, но тот отказался.

Гаршнепы вызвали гастрономический восторг у моей мамы, а отец долго расспрашивал, где и как мы охотились. Больше ни разу в жизни не пришлось мне попасть на такую высыпку гаршнепа, а последние годы луга на островах не косят, поэтому ни бекаса, ни дупеля давно встречать не приходилось.

Встречаясь время от времени с Виталиком, неизменно вспоминаем ту прекрасную гаршнепиную охоту…

Антон_Белореченск 11.02.2011 — 17:21

Хороший рассказ, как будто побывал в Саратове!
И навеяло настальгией (о вальдшнепиной охоте)

vetdoctor 11.02.2011 — 17:41

А сверху бекасик или дупелёк?

Антон_Белореченск 11.02.2011 — 21:58

[QUOTE]Originally posted by vetdoctor:
[B]
А сверху бекасик или дупелёк?

Гаршнеп!

vetdoctor 15.02.2011 — 17:16

УДИВИТЕЛЬНОЕ КУРОПАТЧИНОЕ ЦАРСТВО

Отгремела седьмая Всероссийская в Питере. Наладились новые связи с пойнтеристами из разных городов. Как-то летом был я проездом в Москве в командировке и решил обзовонить вечерком знакомых охотников. Первый же звонок Виталию Ефимовичу Шварцу и тут же следует категоричное приглашение в гости. Приезжаю на Ленинский проспект и вижу знакомую фигуру, прогуливающую Катерину. Познакомились с его женой, пообедали, после чего гостеприимный хозяин предложил остаться ночевать у него.

Утром я уехал по делам в Минск, а на обратном пути через неделю опять заехал к Шварцу. После этого, бывая в Москве, я почти каждый раз гостил у него. На следующий год осенью Виталий Ефимович со своим другом Сергеем и двумя собаками приехали ко мне в Саратов. Водитель кооператива, где я тогда работал, отвёз нас в пригородную деревеньку Буркин, где я снимал дачу у вдовы покойного пойнтериста.

Приехавший с Виталием Ефимовичем Сергей оказался очень интерсным человеком творческой профессии-он был художником-реставратором. Собака его была старым английским коккер-спаниелем по кличке Итон с одним оставшимся в уличных собачьих боях глазом. Хорошо устроившись, пообедали и пошли на охоту.

Охота начиналась уже на другом берегу ручья, поскольку вся деревня была окружена лесом. Атос нашёл вальдшнепа, которого мы взяли из раструбов МЦ-8. Следующая стойка Атоса, но не успел я подойти, как Кэт бросилась вперёд и спорола птицу, не дав мне выстрелить. Шварц объяснил это тем, что собака не выдерживает конкуренции. Разошлись и вскоре я услышал с их стороны пару дуплетов. Мы с Тошкой тоже нашли ещё пару вальдшнепов, которых взяли. Встретившись у дома выяснили, что Виталию Ефимовичу в этот день не везло, он мазал,а Сергей с Итоном отличились и взяли вальдшнепа.

За неделю, что мы жили там, вместе с ребятами взяли всего семнадцать вальдшнепов и десятка два куропаток. Видя, как загрустили охотнички, я предложил оставшуюся неделю посвятить экспедиции на остров, граничащий с Волгоградской областью, где всегда было много серой куропатки, по которой всерьёз никто в то время не охотился.

Мои гости воодушевились, но сказали, что тогда надо съездить в город на рынок и купить еды для себя и собак. Я уехал на электричке, а днём вернулся с водителем на машине. Мы загрузились, поехали на рынок, закупили всё необходимое и вечером отправились в путь.

Остров этот носит название Голодный и простирается вдоль фарватера на двенадцать километров. Ериком он отгорожен от левого Волгоградского берега, а через коренную Волгу в одиннадцати километрах правый берег и деревня Нижняя Банновка. Приехав, я попросил знакомых рыбаков за дефицитный тогда спирт «Ройал» отвезти нас на остров. Длинная рыбацкая «гулянка» со стареньким движком Л-6 почти за час привезла нас на верхний край острова.

Пока ехали, мы с Сергеем угощали рыбаков и угощались сами к негодованию
Виталия Ефимовича,справедливо считавшего, что сначала надо поставить лагерь, а потом выпивать и закусывать. Но мы были молоды и не очень-то прислушивались к словам опытного человека. Уезжая, рыбаки оставили нам на уху большого судака.

Уже начинало темнеть, а Сергей засыпал на ходу. Нам же надо было перетащить все вещи с берега на место постоянного стана в трёхстах метрах от берега вглубь острова. Перенеся туда посуду, рюкзаки и часть ружей, мы с В.Е. поняли, что на остальное нас двоих уже не хватит, а Сергея мы явно не дотащим, он уже спал на берегу, расстелив спальник. Пришлось разводить костёр,ставить палатку, затаскивать туда «груз 200» и стелить постель для самих.

Ночи в октябре на большой воде часто холодные, поэтому с наветреной стороны мы развели костёр, который согревал палатку. Виталий Ефимович по-стариковски ругался, костерил нас с Сергеем за несерьёзное отношение к жизни и переживал за оставленные нами в другом лагере ружья. Но остров был полностью необитаем и представить себе чтобы кто-то ночью попёрся в барханы воровать наше имущество мог только несведущий.

Утром первым делом сходили в другой лагерь и решили принести вещи назад, а палатку поставить между кустами недалеко от берега. Так и ветром не продувает, и когда уезжать, грузиться недалеко. Покончив с обустройством лагеря, пошли на охоту. Разошлись на 200-250 метров друг от друга. Остров весь сотоял из барханов высотой метров по сорок, между которыми были спрятаны низинки с ковылём, кусты и внутренние озёра-блюдца, по пятьдесят-семьдесят метров в диаметре.

Собак пришлось придерживать на поиске, так как за следующим барханом уже ничего не видно. Сначала пошли все вместе. Атос показывал прекрасный челнок. Засмотревшись на него, Шварц произнёс уважительно: -молотило! -и прозевал стойку Кати за кустами.

Куропатки веером брызнули после нашего подхода к стойке и мы в четыре ствола кое-как от неожиданности выбили всего двух птиц. После этого Виталий Ефимович пошёл по напралению улетевшего выводка, а мы с Атосом ближе к Сазаньему ерику с Волгоградской стороны. Тоша работал как часы. Я, соскучившийся по дичи в таком количестве, увлёкся и настрелял десяток куропаток.

Прийдя на стан обнаружилось, что и Сергей пожадничал. Один лишь старик взял только четыре штуки. После этого он устроил нам разнос, поскольку стрелять надо столько, сколько съедаем мы и собаки. Было решено: норма черыре штуки за утро и можно одного зайца, поскольку это сильно решало проблему разнообразного питания собак.

Однажды мы пошли вдвоём с Сергеем и мне пришлось наблюдать работу Итона. До этого я был не очень высокого мнения о рабочих качествах спаниеля. Атос как всегда показывал высокий класс работы. Вот он потянул на ветер и стал как античная статуя. Мы с Сергеем подошли и я послал собаку. Итон, не мешая, внимательно смотрел на Атоса и на нас.Подъём большого выводка, два дуплета и четыре сбитых птицы. Тоша подобрал двух и никак не хотел искать остальных. Итон совершенно по-деловому уткнул нос в след и поймал на пятачке двух подранков, принеся их Сергею. После этого я сильно зауважал маленькую собачку.

Шёл день за днём, мы наслаждались обилием дичи и работой собак. Однажды я решил пойти на утреннюю зорю пострелять уток на заливе. Одел траншейные стволы и в предрассветных сумерках пошёл на залив. Лёт был слабый и сбив пару серок, мы с Тошкой отправились на стан. На огромной песчанной поляне с выгоревшими кустами кобель вдруг стал ходить на потяжках в разные стороны. Не успел я подойти, как со всех сторон начали «взрываться» куропатки. Кобель ошалел и начал гоняться за ними под мою брань и «болезнь дауна». Наконец собака пришла в себя от потрясения. Разогнанно было не менее двухсот птиц. Я такого никогда не видел. Место было не кормное и зачем они там собрались, одному Богу известно. Это чем-то напоминало тетеревиное «порхалище».

Наконец разогнав куропаток, Атос стал на паремещённых. Подхожу, посылаю. Вылетает пара и летит строго угонно параллельно друг другу. Отпускаю метров на двадцать пять и делаю дуплет. Кобель стоит опять.
Опять подъём пары и следующий дуплет. Атос никак не может найти сбитых кур. Наконец находится по несколко фрагментов от вдребезги разбитых тушек.
Всё правильно,у меня ведь ведь траншейные стволы и контейнерная семёрка. Сожаление от зря загубленной птицы не покидало меня весь этот день. Даже зайца не стал стрелять , поднявшегося из-под стойки. Сергей, видя такое дело, выпросил у В.Е. двести грамм строго лимитируемого НЗ и под эгиду психотерапии и спасения товарища, мы с ним опять наклюкались.

Последние дни стреляли без нормы, чтобы ребята смогли увезти домой птицу.
В назначенный день и час за нами пришла рыбачья лодка и мы покинули гостеприимный остров. Было немножко грустно, но отпуска заканчивались и всех ждала работа.

На берегу, пока мы ждали машину из города, Виталий Ефимович взялся приготовить нам уху из подаренной рыбаками большой щуки. Уха получилась знатная и все смогли оценить гастрономические способности старого охотника.

На другой день, после небольшой экскурсии по городу, я провожал ставших такими близкими за эту охоту мне людей. Планировали обязательно ещё приехать на Голодный, но планам и мечтам так и не суждено было осуществиться. Зимой на остров по льду с суши перешли волки и куропатчиному царству пришёл конец, а на следующий год остров ощетинился нефтяными вышками. Так больше никому из нас и не удалось побывать на острове после той, такой памятной поездки.

Давно нет в живых Атоса, Кэт и одноглазого Итона, но встречаясь время от времени с Виталием Ефимовичем, с удовольствием и грустью вспоминаем эту поездку. Последний раз, встретившись в Тверской области на «Пойнтер-фестивале» Шварц подарил мне свою книгу охотничьих воспоминаний. Этот рассказ посвящается ему.

Al-markus 18.02.2011 — 16:36

Ветдоктору спасибо за рассказы! Продолжайте в том же духе!

Антон_Белореченск 18.02.2011 — 17:06

Игорь ждем нового!

vetdoctor 18.02.2011 — 17:56

Ветдоктору спасибо за рассказы! Продолжайте в том же духе!

Игорь ждем нового!

Идя на поводу некоторых читателей и в связи с тем, что об этом давно хотелось написать,попробую выдать ещё один рассказ из далёкого прошлого.

НЕЗАБЫВАЕМАЯ ВЫСЫПКА.МАРТ.

Посвящается покойному Саратовскому пойнтеристу, кандидату медицинских наук, доценту Л.В.Маторину, мс по фехтованию и другу моего отца.

Итак на пороге 1982 год. Я только что выписался из больницы после серьёзного нокаута на соревнованиях по боксу. Моё физиологическое состояние было вполне удовлетворительным, я учился в институте, на пятёрки сдал очередную сессию, но моё самолюбие никак не могло смириться с тем, что почти выигранный бой с тогдашним чемпионом СССР в полусреднем весе так трагично и бездарно закончится для меня и моего тренера.

Тренер сторонился разговоров о соревнованиях, советовал мне пока вообще не приходить в зал. В это время Лев Владимирович, как бы случайно прийдя к нам в гости, завёл разговор о том, что в давние времена в начале октября бывали высыпки вальдшнепов. Папа поддержал тему, правда сослался на занятость и обещал помочь с доставкой к месту охоты, дав нам своего верного водителя Валерия Николаевича, тоже охотника.

Но всё решилось иначе. У дядьки одного из аспирантов Льва Владимировича Сергея, который ныне вырос в очень авторитетного хирурга, а тогда ещё только закончил ординатуру, есть старенький, но надёжный «жигулёнок».К тому же старый человек, прошедший войну, был в душе легашатником, когда-то державшим курцхаара немецких кровей и показал нам при встрече изумительной красоты «Зауэр» с полными замками, привезённый им с войны.

Утром второго октября у моего подъезда просигналила машина и мы с Мартышкой спустились с восьмого этажа во двор. В машине сидели Лев Владимирович с молодой Вестой, Сергей, а за рулём был его дядька. Положив
ружьё на полочку перед задним стеклом я не обнару
жил ружья Сергея. Это стало для меня странным, поскольку он был зятем владельца отца Марта, ч.Гарсона, а сам Сергей регулярно постреливал на траншейной площадке стенда и входил к одну из команд ДСО «Луч».

На мой вопрос, почему нет Гарсона и ружья, Сергей ответил: -Да какие вальдшнепы второго октября? Я лучше грибочки пособираю.
За окном машины хлестал сильный дождь, стёкол и дороги почти не было видно. Подъехав к перезду через ж/д в районе станции Буркин, мы стояли около двух часов, пока дождь немного не стих. После этого решено было всё же пойти в лес.

Ни на что не надеясь, зашли со стороны опушки и тут же первая стойка обеих собак. Посыл и поднялось сразу четыре вальдшнепа, по которым мы успешно пропуделяли. Дальше начало твориться то, о чём я только читал в книжках. Март не искал, а просто двигался на потяжках от поляны к поляне, а Веста ему секундировала, поскольку охотничьего опыта у неё тогда не было и это была её первая охота в лесу. Из-под каждой стойки поднималось три-четыре птицы.

Первый раз я попал с тринадцатого выстрела, хотя Лев Владимирович за это время успел настрелять уже девять вальдшнепов. Стойка следовала за стойкой, взлетало неимоверное и непостижимое для моего понимания количество птицы, а а стрелял я из рук вон плохо. Очнулся я тогда, когда закончися патронташ. У Льва Владимировича ещё оставались патроны, поэтому охота была продолжена. Я шёл за ведущего работающей «егерьской» собаки, а Лев Владимирович исполнял роль гостя и стрелка.

Но наконец и у него патроны закончились (а ружья у нас были разных калибров) и мы пошли к машине за пополнением боезапаса. В этот раз я взял все патроны, бывшие в рюкзаке, а это патронтащ девятки+десяток утиной четвёрки и два патрона с дробью три ноля, всегда бывшие при мне на случай встречи с волком.

Сергей, увидев наши трофеи, завопил: -Дайте мне ружьё и хотя бв пару патронов. Что, я зря приехал? Я же охотник ит.д. На это Лев Владимирович ему с ухмылкой ответил: -Иди грибочки собирай! Нету вальдшнепов, это тебе мерешится! В конце концов мы сжалились, я дал Сергею свой ИЖ-58, два патрона и он сделал великолепный дуплет по сработанным Мартом вальдшнепам.

Перекусили и дождь закончился. Пошли опять. В этот раз решили разойтись, чтобы Веста смогла сама поймать вкус этой охоты. Когда ещё столько птиц увидишь? А между прочим, Веста происходила от чемпиона СССР Капура С.И. Кремера и однопомётницы моего Марта ч.Джины моего друга В.П. Костюка, который возил собаку на вязку в Тбилиси к Саркисову, купившему Капура у Кремера.

Стойка следовала за стойкой. Вальдшнепы сидели на полянах, на чистом месте, часто по две-три птицы рядом. Но азарт так захватил меня, что расстреляв патронташ и пачку четвёрки, чя зарядил ружьё оставшимися тремя нолями. Стойка, вылет пары, дуплет в ту сторону и к моему удивлению, одна из птиц падает на конце поляны, отлетев метров сто. Оказалось, что одна дробина тёхнулёвки вскользь попала по голове, в результате чего образовалась субдуральная гематома (прошу прощения за диагностические подробности), которая и решила летальный исход птицы на отлёте.

Взяв обазартившуюся собаку на поводок, я с разложенным ружьём проследовал к машине. Лев Владимирович уже давно был на месте. Он успел развести костёр, вскипятить чайник и достать из багажника фляжку с коньяком.

После этого он буквально настоял на том, чтобы я выпил и очень хвалил Марта и Весту. Взято нами было ровно сорок два вальдшнепа. Никогда, ни до, не после этого случая, такого количества этой птицы я не видел. Всего по ощущениям, собаки сделали не менее семидесяти работ, из-под которых было поднято не меньше двухсот птиц.

Назавтра я приехал в Буркин на поезде с двумя коробками заряженных патронов, по сто штук в бумажных гильзах. Пробродив с Мартом до темноты, мы нашли только пару птиц, которых взяли без промаха. Высыпка ушла, вальдшнепы, застигнутые погодой, улетели на юг.

На другой день я с удовольствием пришёл в зал и тренер поразился произошедшей во мне перемене. Через месяц я одними нокаутами выиграл очередной турнир и больше никаких сомнений в собственных силах у меня не возникало. Лев Владимирович же стал уговаривать отца на поездку в Казахстан. Но это уже другая история…

чинг 18.02.2011 — 18:53

vetdoctor
После этого он буквально настоял на том, чтобы я выпил и очень хвалил Марта и Весту. Взято нами было ровно сорок два вальдшнепа. Никогда, ни до, не после этого случая, такого количества этой птицы я не видел. Всего по ощущениям, собаки сделали не менее семидесяти работ, из-под которых было поднято не меньше двухсот птиц.

Игорь, это беспредел, никогда такого не видел. Счастливчик.
Рассказ очень понравился, молодец.

Антон_Белореченск 18.02.2011 — 20:57

Степан31 19.02.2011 — 09:23

Мечта любого легашатника! Хоть бы раз так повезло)

vetdoctor 28.02.2011 — 14:41

Вот ещё один рассказик про гончую.

ЛАДА.

В 1980-м году под закрытие зимнего сезона по зайцам приехали мы на границу с Волгоградской областью. Уже вечерело и в заброшенной деревушке Шмыглино горело только одно окно, в которое мы и постучались. Вышел высокий сухой парень лет тридцати на вид и не спрашивая кто мы и откуда, любезно пригласил в дом.

Во дворе из будки высунулась голова русской гончей и снова скрылась обратно. Прошли в дом, состоящий из длинной кухни, в которой стояла ванна, наполненная живыми щуками и двух комнат. В кухне была сложена огромная жарко натопленная печь. Хозяин представился Иваном и рассказал нам, что живёт один, родители переехали в соседнее село, а он работает сторожем турбазы, расположенной неподалёку.

Иван оказался страстным охотником-гончатником и рыбаком.
Зайцев в то время там было немеряно, поскольку через речку находился заказник, в котором зайцев время от времени отлавливали для расселения в другие районы.

Гончую выжловку звали легашачьим именем Лада, в честь одной из возлюбленных Ивана, жившей в соседней деревне. Иван верил в Бога, в горнице висели иконы, вся же остальная обстановка была типичной для холостяка-отшельника. Поскольку на дворе была уже ночь, Иван оставил нас у себя, предоставив в наше распоряжение кровать и печку.

Посиделки как всегда, затянулись допоздна, Лев Владимирович с отцом рассказывали различные жизненные и охотничьи истории. Мне же, Сергею и Ивану отводилась роль благодарных слушателей. Наконец веки у всех начали слипаться и мы разошлись по своим спальным местам.

Утром Иван встал раньше всех, протопил остывшую за ночь печь, подогрел завтрак из жаренной щуки с картошкой и свежезаваренного чая. Сходя на двор в туалет и умывшись, мы наскоро позавтракали и отправились на охоту.

Вокруг стояло зимнее великолепие. С одной стороны маленькой затерянной деревеньки бежала извилистая речка Еруслан, по берегам которой росли кусты краснотала и орешник. Другая же сторона представляла из себя цепь заснеженных холмов, на которых росли островки берёзового леса и сосняка.
В низинах серели осиновые колки. Снег играл под солнцем всеми цветами радуги, а сосны казались то зелёными, то голубыми, а то какими-то прозрачными неуловимо серовато-ситцевыми.

Каждая травинка на ветру раскачивалась в такт и всё это вместе с контрастирующим необъятным голубым небом приводило в восторг своим ощущением гармонии с окружающим миром.

Ваня показал нам своё ружьё. Это была видавшая виды курковая тулка двенадцатого калибра с очень неудобным, каким-то квадратным цевьём, модели ТОЗ-54. Иван принципиально не стрелял готовыми патронами, а заряжал их сам в металлические гильзы под капсуль Жевело и дымный порох, поскольку другого в магазинчике ближайшего райцентра не было. Пыжи он рубил сам из старых валенков, а дробовую прокладку заливал парафином.

Лада вышла из будки,потянулась всем своим ладным телом, подошла и познакомилась с нами, дружелюбно виляя гоном. На вопрос отца, как собачка, Иван лениво протянул:-Да гоняет, куда же ей деваться?

Только вышли из двора, как Лада скрылась в ближайшем осиновом колке. Мы не спеша пошли по дороге вдоль речки в сторону бугров. Прошло так минут десять. И тут началось!!! На очень тонкой визгливой ноте с плачем и воем выжловка унеслась в бугры и сошла со слуха.

Маленькая перемолчка и опять зарёв и плач, перемежающийся с визгом и воем. Казалось, что гоняют две собаки, а не одна. Под гон мы переместились в бугры и расставились по холмам, поскольку видимость была сильно ограничена. За спиной моей росли молодые сосны.
Я присел на ствол поваленной берёзы и стал наблюдать всё вокруг.

Гон гремел, пел, визжал и плакал, отражаясь в холмах, напрягая слух и создавая особое аккустическое воздействие. Слышу выстрел Сергея и его громкий мат. Понятно, мазать никому не хочется. Ещё выстрел, но гон продолжается. Наконец вижу, как отец, стоящий напротив меня метрах в двустах, поднимает ружьё. Выстрел, вижу зайца, несущегося в мою сторону во весь опор и скрывающегося между разделяющими нас холмами. Наконец выскакивает поющая свою песню Лада и тоже исчезает из видимости, спустившись в низину.

Гон по-прежнему ревёт, поёт и плачет в мою сторону, но ничего не видно. Наконец крупный, почти полностью белый русак выскакивает из-за берёзы, растущей в низинке и катит метрах в тридцати от меня боком. Первым позорно обзаживаю, но двойка из чока привычного ИЖ-58 16 калибра заставляет зайца сделать около шести пируэтов через голову и растянуться на ослепительно белом снегу. Лада вышла точно по следу косого, смолкла, облизала зайца и улеглась рядом на снег. Подошедший Иван отрезал пазанки и бросил собаке.

Ваня поздравил меня с полем, сказал, что у Сергея ружьё было на предохранителе, поэтому момент выстрела он упустил, а у отца первый патрон осёкся из-за старого капсюля. Спустились к речке и опять закипел-заплакал гон. Со стороны отца послышался торопливый дуплет, потом ещё один одиночный, Лада прогнала метров триста и всё стихло. Через пять минут опять гон закипел с новой силой, но снова прервался одиночным выстрелом. Когда сошлись на дороге, то у Сергея и отца за спиной висело по зайцу.

Лада снова погнала и опять выстрел на первом кругу. На этот раз отличился Иван. Повернули к дому. Не доходя метров двести до Ваниного огорода Лада поднимает ещё одного зайца, который выскочил на дорогу прямо под выстрел Льва Владимировича. Внизу хлопнула дверка и просигналила машина. Спустившись на дорогу вижу отца, подогнавшего уазик-буханку.

Садимся, пьём чай из термоса и решаем, что делать дальше. Ведь время всего только полдень, а у всех взято уже по зайцу. Иван просит съездить через заказник в большую деревню Дьяковка, которая находится уже в нашей Саратовской области и отвезти в обмен на продукты добытую им рыбу. Отец соглашается, мы грузим рыбу, запираем Ладу и едем в деревню. Постоянные покупатели Ивана быстро отдают ему много всякой всячины, не забывая и про спиртное, и мы едем назад.

Вечером едим щи из зайчатины, бутерброды с кабаньим салом, пьём дефицитный тогда индийский чай со слонами и наперебой, захлёбываясь от восторга, делимся впечатлениями от работы Лады. Оказывается, она очень известных кровей, но Иван никак не хочет выставлять её на выставки и испытания.А ему она досталась от умершего художника, когда-то купившему дом в Шмыглино.

Утром день выдался пасмурный, прошлого великолепия уже не наблюдалось, но охота на редкость выдалась удачной. Всего было взято девять зайцев и две лисы. За одним подранком отец прошёл почти полкилометра, расстреляв пять патронов, но Лада добрала зверька, дождалась охотника и не отходила от добычи, пока не получила пазанки.

Мы сдружились с Иваном. Я каждый год ездил к нему в зимние студенческие каникулы. Ловили рыбу подлёдной сеткой,отвозили её в деревню на санях с лошадкой, охотились на косых и слушали необычайные песни Лады. Много зайцев было взято из-под этой прекрасной собаки, ещё больше было замечательных эмоций. В конце моего пребывания Иван на этих же санях отвозил меня с дарами леса на железнодорожную станцию. Но всё когда-нибудь кончается. На восьмом году жизни Ладу снял с гона волк, причём не съел, а просто задрал и бросил.

Ещё несколько лет ездили мы к Ивану. Заброшенная деревня доживала свои последние деньки и Ваня переехал в соседнюю деревню к матери.
У него постоянно бывали какие-нибудь гончие, охота проходила всегда успешно. Но такой собаки как Лада никто из нас уже никогда не увидел, а главное-не услышал…

чинг 28.02.2011 — 23:07

vetdoctor
Вот ещё один рассказик про гончую.

Красота, как сам побывал на этой охоте.

vetdoctor 02.03.2011 — 17:04

Вот стихи об этой охоте, написанные сразу по впечатлениям:

Холмы и ели, снег искристый
Внизу заснежена река
И воздух свеж,прозрачный,чистый
И серебристы облака

Идём. Нас пятеро сегодня
Хрустят лишь льдинки у ручья
Да лист дубовый прошлогодний
Под снегом замечаю я

Вот Лада юркнула в осинки
Проходит так минута, две
Заметно лишь дрожат травинки
Да солнце светит в синеве

Но вдруг над тихими холмами
Раздался тонкий, громкий крик
И мы, застыв меж валунами
Окаменели в этот миг

То приближаясь, нарастая
То удаляя звуки в лес
Казалось, меж холмов летает
Никем не виданный певец

Мы все расставились холмами
Я у начала сосняка
И дело лишь теперь за нами
То Лада гонит русака

Вот первым выстрелил Серёга
За ним отец, потом Иван
А я стоять замёрз немного
Присел погреться на чурбан

Гон поворачивает будто
И приближается ко мне
Хоть не промахивайся тут-то
Неслышно кто-то шепчет мне

Но показался русачишка
Из-за берёзы, что внизу
Дуплет гремит и как мальчишка
За лапы зайца я несу

И Лада следом прибежала
Лизнула кровь и улеглась
А в жилах моих кровь бежала
Душа и пела, и рвалась

Как жаль, что нет на память фото
Сегодня первый с полем я
Но здорово, что есть охота
И на охоте есть друзья…

Степан31 03.03.2011 — 09:27

vetdoctor
Вот стихи об этой охоте, написанные сразу по впечатлениям:

Браво!

Alex196 03.03.2011 — 10:10

Кстати, многоуважаемый Игорь! Со всемирным днем писателя Вас! Безо всяких шуток. Писатель — не всякий, кто пишет, а кого хочется читать. И рассказы Ваши замечательные, а стихи, так Николай Алексеевич с его : «Мы с верным Фингалом грозу переждали и вышли искать дупелей…» просто отдыхает. Пишите! Все прочтем, не сомневайтесь!

vetdoctor 03.03.2011 — 13:11

Спасибо! Ну тогда, если топикстартер не возражает, ведь ветка рассказов, а не стихов, то ещё по теме гончих одно своё старое стихотворение добавлю:

Поля, поля.В них серый мглистый сумрак
Вокруг земля, покрытая жнивьём
Но только гонит из домов нас страсть безумных
Бродить по тем полям с собакой и ружьём

Озимых изумрудный шёлк пленяет глаз
И таловых кустов вдали краснеет нить
Увидеть чудеса возможно только раз
Но прелести полей и раз не пережить

По пашням я шагал неведомо куда
И глазом всё искал невидимый предел
Но грустно было мне и брёл я в никуда
Стараясь отдохнуть от сущих дел

В кустах возможно,где-то заяц промелькнёт
Простелется стрелой коварная лиса
И грудь моя тогда взволнованно вздохнёт
И станут милыми поля и небеса

А может быть ещё,ружьё сорвав с плеча
Я выстрелом прерву зайчиный бег
Тогда быть может,я так просто,сгоряча
Орать буду как дикий печенег

Поля, поля.Я к вам вернусь зимой
О Бог Диана!Это ты узнай
И снова страсти закипят(о Боже мой)
И снова зазвучит в полях собачий лай…

КИМ видео 03.03.2011 — 19:36

буду

Начну орать… сори

vetdoctor 03.03.2011 — 19:46

КИМ видео
Начну орать… сори

Уже не редактируем. Как пришло на ум, так и написал. Тем более лет мне было в то время чуть за двадцать. 😊

Паршев 04.03.2011 — 01:11

СТАРШИЙ СУДЬЯ
М.М.Пришвин
Люблю я собак! Первое,- люблю, конечно, охотиться и держу их для охоты, а еще — и это, может быть, даже больше охоты — люблю поговорить с ними, посмеяться, поиграть и, как говорят, «отвести душу»… Но выставлять своих собак я не люблю. Почему? Вот об этом я и расскажу…
Однажды назначили выставку собак, и мне позвонили из охотничьего общества, что выставлять необходимо.
Ну, если так, делать нечего! Привожу свою Нору.
Небольшая собачка эта Нора, величиной с зайца, на коротких ногах, и хвостик обрублен, а уши длинней сеттеровых, и если голову держит пониже, уши метут пыль на земле. Во время кормления надеваем колечко из старого чулка, и оно подхватывает уши и не дает им валиться в миску. Псовина у Норы сеттеровая, густая, волнистая, черная с белым, ножки в белых чулочках. На охоте у нас она годится только для уток, вытуривает их из тростников, приносит убитых, вылавливает подранков.
Смешна и мила эта собачка своей важностью: идет — от земли не видно, а сеттер — настоящий сеттер! Из человеческих свойств — у нее замечательная память на адреса, и, говорят, в Лондоне эта собачка, спаниэль, водит за собой слепых на веревочке. Привожу я свою Нору на выставку. За столиком сидит, регистрирует известнейший у нас главный судья охотничьих собак.
— А. А.,- говорю,- не хочется мне свою Нору показывать, если можно, зарегистрируйте и отпустите.
— Это почему? — отвечает.- Чумы боитесь? Не бойтесь! У нас на выставке все предусмотрено.
— Не чумы боюсь, а стыдно сказать: чужого глазу боюсь, сглазят.
Он откинулся назад, поглядел на меня, как глядят русские люди, когда догадываются, что собеседник задумал немного подурачиться, и принялся хохотать, приговаривая:
— Ох, уж эти мне охотничьи писатели!
Отсмеявшись, он положил мне руку на плечо и ладонью по шее потрепал, как лошадей треплют: любовно, с улыбкой дружбы. И, указав на мою спаниэльку, сказал:
— Золотая медаль! Я вам ручаюсь: такой другой сучки нет в городе, ей обеспечена золотая медаль. Я это вам как старший судья говорю.
Вот подумайте теперь, как тут совсем отказаться от суеверия? В этих собачьих золотых медалях нет ни малейшей частицы золота, это просто бумажка, на которой только слова. Но довольно было произнести слово «золото», чтобы какой-то яд вошел в меня. Яд вошел в меня в один миг и начал соблазнять меня. Мне вдруг ужасно захотелось получить золотую медаль. Но я знал один тайный порок Норы и сказал:
— Не получит Нора золотую медаль: у нее бульдожинка.
А. А. наклонился к Норе, оглядел ее осторожно, умело развел ей губы и потемнел в лице: зубы нижней челюсти у Норы выступали вперед, а верхние зубы заходили за них.
— Бульдожинка явственная,- сказал он.
— Так отпустите же меня, как я вас просил. Зачем мы будем выставлять собаку с бульдожинкой?
Он побыл немного в задумчивости, с темным лицом. Вдруг молния прорезала тьму, и чистое здоровое лицо его, как природа, обновилось после грозы.
— Отчего же не выставлять? — спросил он.- Не я буду сегодня спаниэлей судить, а судьи наши, может быть, и проглядят.
С великим изумлением и смущением я поглядел на него.
Лет тридцать уже я знаю этого человека. Он живет за городом. У него жена — одна на всю жизнь, всегда с ним, несколько замечательных собак, есть гитара и краски. Пишет он исключительно собак и охотничьи сцены. Сбывает картинки в охотничьи магазины. Какая корысть такому совершенно независимому судье кривить душой на собачьих судах? Мало того! Сам я, когда пишу свой охотничий рассказ, виляя между правдой и выдумкой, как в море между волнами, гляжу всегда на А. А., как на маяк. И вот теперь этот-то мой маяк явно ведет меня на скалу.
Он же, видя мою растерянность, подмигнул и сказал:
— И очень просто, что бульдожинку они проглядят. Собака такая очаровательная, такого превосходного экстерьера: про мелочь такую и не вспомнят. Обрадуются — и проглядят. Получите медаль! Ведите!
И я повел.
Это была длинная широкая аллея среди собак разных пород. Была там низенькая каракатица-такса, длинная, на кривых ножках, была огромная борзая с белой расчесанной шелковой псовиной, с бархатным голубым, шитым золотом ошейником, был дрожащий, как часовая пружинка, голенький черный пойнтер, был здоровый и рыжий ирландец, и волшебная балеринка, самка лаверака, и пудели были, остриженные подо львов и под дам со шлейфами.
Возле страшных сторожевых собак собрался народ. Разговоры и споры тут были всякие.
— Для чего у них глаза скрываются в кустах, глаз вовсе не видно, как вы думаете, для чего?
Интересный вопрос привлекает многих: никто ничего не знает по книгам, каждый старается догадаться по себе и нисколько не гнушается сравнивать свою человеческую душу с собачьей.
— По-моему,- сказал один из любителей,- кусты на глазах, как и всякие кусты: прохожий думает — куст, а там, в кусту, глаз наблюдает за ним. Сторожевая собака!
Так везде идут разговоры, и всё не по книгам, всё по себе…
Мы, пришли с моей Норой к рингу. Тут были уже все спаниэли со своими хозяевами в ожидании судей.
Посмотрев на моих конкурентов, я почувствовал в себе ласковое сердце: ни одной мало-мальски даже подходящей для сравнения с Норой собаки не было. И что тут говорить, каждый из нас спортсмен в чем-нибудь: каждый ищет хоть в чем-нибудь установить свое первенство. Как я тут это чувствовал и повторял про себя слова старшего судьи: «Золотая медаль обеспечена!»
Пришли судьи: два великана и один маленький,- все незнакомые. Нас пригласили на ринг; мы попросили собак к левой ноге и пошли друг за другом по рингу кругом. Все судьи, как глянули на мою Нору, так и не отводят от нее глаз…
Радуйтесь, охотники, радуйтесь, дорогие собачники, радуйтесь, все чудесные люди, сумевшие сберечь в себе до старости наше золотое детство. Был я угрюмый себялюбец, сберегавший свою красавицу от чужого глаза и презиравший выставки! Пожалуйте, глядите, вот он перед вами с седеющей бородой, ходит по кругу, водит маленькую собачку и никак не может скрыть от людей своего счастья в борьбе за первенство.
Судьи глядят только на одну Нору, забегут вперед и глядят, отстанут — и глядят сзади; один, великан, стал на колени, другой, маленький, даже и лег.
Но самое главное в этом счастье было, что я и забыл про бульдожинку: как будто ее вовсе не было или как будто само собой выходило в движении славы, что раз уже свет заметил красавицу, то тут же и простил ей эту бульдожинку.
Судьи вдруг перестали смотреть на мою Нору и делать отметки в своих судейских журналах.
Они собрались всей кучкой, и маленький судья махнул рукой в том смысле, что я могу уходить. Мне оставалось сделать несколько шагов до массы людей, гуляющих по широкой аллее. Две-три секунды — и толпа бы меня поглотила, и я исчез бы от суда в толпе, как рыба в воде. Но мне сказали: «Вас зовут!» Я оглянулся и увидел: все судьи руками звали меня обратно к себе.
Нет! Нет! Положа руку на сердце, я и сейчас благословляю этот великолепный путь к славе и верю, что чистого человека он может подвести к самым звездам. В своем падении я сам виноват, что поддался соблазну…
Судьи мне сказали:
— Надо посмотреть пасть. И только посмотрели…
Так вот вынимают билет и проваливаются на экзаменах; век проживи — и все будет сниться, как вынул этот проклятый билет. Но, в конце-то концов ведь сам же виноват, что не выучил… Всю свою досаду, конечно, я перенес на А. А.: зачем он вовлек меня в это дело, зачем?..
С трудом я нашел его на выставке. И он, сияющий здоровьем, готовый обнять меня и поздравить, спросил:
— Ну, как, проглядели?
— Совсем было проглядели,- сказал я,- но под конец…
— Заметили? — радостно загораясь, воскликнул он.- Неужели заметили?
— Вы меня подвели…
— Ну, милый,- похлопал он меня по затылку ладонью,- о каких пустяках вы говорите, а судьи-то у нас какие! Что из того, что мы не получим медали,- судьи-то, судьи какие, а?..
И тут вот только и понял я, зачем это мне тогда подмигнул старший наш судья собак: это старший судья так сговаривался со мною на испытание маленьких судей; и когда оказалось, судьи хорошие, то действительно стоило ли печалиться, что я потерял золотую медаль?

vetdoctor 04.03.2011 — 15:41

Пришвин, как всегда, супер. Но позвольте непрофессиональным писателям и поэтам написать ещё одно старое стихотворение про охоту:

Тоньчайшею нитью сквозь запахи трав
Вальдшнепом внезапно ударило в нос
Охота! Милее нет в жизни отрав
От предков её унаследовал пёс

Он вытянув тело, застыл на бегу
В глазах перевёрнутый лес отражён
Сжимая двадцатку к нему я бегу
И тоже отравой его заражён

А ветки всё хлещут штормовку мою
Вода ручейками за ворот течёт
Но Мартин застыл,как в волшебном раю
И словно магнитом Диана влечёт

Закрыла берёза дорогу мою
Белеет,лежа средь пожухшей травы
Мой бег остановлен, я тихо стою
Лишь сектор обстрела ищу средь листвы

Сказав неожиданно громко:-Вперёд!
Глазами листву пожираю вокруг
Пёс вздрогнул,шагнул и крадучись идёт
Неужто уже улетел? Нет? А вдруг?

Но валдшнеп с полянки вспорхнул и пошёл
В плечо упирается мягко ружьё
Дуплет опоздал, долггоносик ушёл
Лишь бешено сердце стучится моё

В руках унимаю азартную дрожь
Да дую в стволы, выдувая дымки
Мартин смотрит с видом:меня ты не трожь
И взгляд его полон обидной тоски

Ну что, ж-говорю я собаке- Ищи
Другого быть может, не скоро найдём
Тогда не промажу, не будет тоски
И снова осенней опушкой идём…

vetdoctor 05.03.2011 — 11:48

Вот вам ещё один рассказик:

ДЖИНА.

Мой Мартышка был рожден в 1977 году. Однажды в мае следующего года пришлось мне втретиться с его сестрой и однопомётницей. В овраге пел соловей, мы сдели у костра и чувствовали удивительную общность легашатников.Хозяином её был человек старше мення и учившейся в аспирантуре технического ВУЗа. Звали его Валерий Петрович. Мы подружились и стех пор стали очень близкими людьми.

Джина (так звали однопомётницу Марта), была собакой с великолепным экстерьером и начавшая работать в поле чуть раньше своих однопомётников.

Первые дипломы в поле были получены именно Джиной, среди её однопомётников. Получив сразу диплом второй степени, Джина продолжила свою
карьеру на охоте. Поскольку я был другом владельца, то все последующие охоты проходили на моих глазах.

Удивительно ранним для полуторагодовалой собаки собаки, показалось мне открыие охоты 1978 года. Мы приехали в луга и конечно же, серьёзно «надрюкались». Утром Валера пригласил меня на охоту. Отойдя метров 40 от стана наши собаки начали стоять. Джина великолепно стояла по дупелю, а Март ставал где-то недалеко по другой птице. Мы стреляли без промаха, а Валера стрелял из ружья «Робуст».

Следующий раз мы поехали на открытие охоты по утке в Ровенский район
Саратовской области. Валерий Петрович взял тогда Браунинг Авто-5 16 калибра.

Утки было очень много, но основную часть подали Джина и Март.

Ещё была удивительная охота по вальдшнепу, где Джина сделала более тридцати работ, очень врезалась в память. Долгие годы мы с Валерием охотились с нашими собаками и получали невиданное удовольствие.

Однажды Джина была повязана с чемпионом СССР Капуром С.И. Кремера, когда его продали в Тбилиси Саркисову. После этой вязки у неё было три прекрасных рабочих потомка, которые вывели её в класс «элита».

Ныне Валера, мой друг, охотиться с шотланским сеттером, но никога не забывает про Джину, которая подарила нам множество охотничьих воспоминаний.

Охотники. как всегда, понимают работу собак и умеют оценить их вклад в результат охоты.

Alex23 06.03.2011 — 20:42

Не жалея живота своего
Владимир ДЕНИСОВ.
История эта произошла с Иваном Дмитриевичем Сырцевым, инвалидом Великой Отечественной войны, жителем поселка Тюлюк Катав-Ивановского района…
Путь мой лежал через поселок, и я заехал к старому приятелю, с которым давно не виделся. Принят был, как всегда, радушно, и дружеская наша беседа затянулась за полночь. И нельзя было не заметить, что одна из собак моего знакомого — западносибирская лайка Кунак — свободно бегает по комнатам просторного деревенского дома и даже чувствует себя в них хозяйкой, хотя собак своих хозяин держал в строгости и в дом не пускал. Спросил хозяина. Иван Дмитриевич смутился, переглянулся с женой, та кивнула. Так я был посвящен в эту историю.
В осеннюю октябрьскую пору решил Дмитрич посмотреть заготовленные летом на дальнем покосе стожки сена: поправить, чтобы не замокли, да и на дорогу взглянуть — скоро вывозить.
На прогулку увязались две собаки Кунак и Рыжий, огромный пес рыжей масти, похожий на овчарку. Рыжий — характера злобного, нелюдимый, в общем, сторожевой, а Кунак телосложения для лайки среднего, добряк, лизун, ласкаться готов со всеми, только бы гладили. Что, естественно, хозяину очень не нравилось, но пса терпел — на охоте хорош. Брал с ним и белку, и глухаря, и куницу, да он и енотом при случае не брезговал.
Ружья с собой Сырцев не взял. Не захотел душу травить и охотников дразнить. Охота уже была закрыта, он тогда егерем служил и дурной пример подавать не хотел.
Ходок он отличный, вот уже и ручей прошли, с хребта Бакты бегущий. Лайка несколько раз брала след или запах (хвост бешено вертелся), но хозяин был строг, пса одернул:
— Не пора, пошли, Кунак.
Дошли до покоса, стожки стоят не хуже соседских, ждут своего часа. Осталось взглянуть на последний, что за еловой посадкой. Собаки принялись мышковать, узнав родной покос и поняв — охоты не будет.
А вот и крайний стог, самый маленький, что-то покосившийся. Решил подойти поправить.
То, что случилось дальше, видимо, останется у Ивана Дмитриевича на всю жизнь. Сделал он последний шаг к стогу, а из-за него буквально вывалился огромный черный лохматый злобного вида медведь.
Оторопел человек от неожиданности — хотя был не робкого десятка, в войну в разведке служил. А что делать? Все-то и оружие, что перочинный ножичек, да и тот достать миша не позволит.
Заговорил, как можно, спокойно, а медведь приближался, и понял егерь: будет нападать. Старый, жира в зиму не набрал. Понял и вскрикнул, и медведь одновременно рявкнул. И только тут
боковым зрением увидел человек несущихся к нему псов. Кунака со злобным рыком и Рыжего с визгом. Отвлекся на полсекунды — и медведь бросился на Дмитрича…
Но раньше медведя поспел Рыжий. Прыгнул со страха на грудь хозяина, сбил с ног и бросился с визгом к дому. «Все, конец», — подумал егерь, попытался встать и услыхал страшный рык зверя.
Кунак с разгона впился в медвежий зад. Затем отскочил и снова бесстрашно пошел вперед.
Иван Дмитрич поднялся, потихоньку попятился и, как говорится, начал выходить из драки.
Сначала бежал, сколько мог, потом шел. Шутка ли. Почти в лапах побывал.
Дорога до дома показалась короткой, а там переполох, поняла хозяйка: беда. Пес прибежал с визгом, с ходу — в будку, дрожит, скулит, отпевает хозяина на своем языке.
Попил воды. Отдышался. Рассказал все жене, достал из сейфа ружье, патроны, кликнул друзей-охотников.
Выгнали из гаража старенький ЛуАЗ, и на покос.
Уже смеркалось, от реки тянул легкий ветерок.
Тихо. Обошел поляну, осмотрел все стожки. Никого. Еще во что-то веря, позвал: «Кунак, Кунак!».
В ответ тишина. Кричали до хрипоты — тщетно. Пытались найти следы, да где там. Не зима и совсем стемнело.
Домой машину вел сосед. Самому не хватило сил, но все же надеялся, приедет — а пес дома.
Хозяйка встречала у ворот. На немой вопрос мужа покачала головой.
Редко егерь смотрел на дно рюмки, а тут налил стакан. За упокой, по старому обычаю. Хорошую рабочую лайку всегда охотники-промысловики за товарища почитали.
Всю ночь ждал, не ложился спать до утра. А Кунак не пришел.
Прошло два дня. На третьи сутки ночью собаки заскулили. Сразу вскочил. У приворотной доски что-то лежало. Зажег свет. Кунак. Но в каком виде! Из разорванной брюшины вывалилась часть внутренностей, морда вся в крови, губа порвана, голова сверху оскальпирована и шкура висит на тонкой полоске кожи. Внесли пса в дом. Позвали ветеринара. Осмотрел.
— Застрели собаку, не мучай.
И ушел. Да как застрелишь! Решили: друзей не предают. Будем лечить.
Согрели воду, одеколоном продезинфицировали суровые нитки и большую иглу, на стол положили клеенку и уложили на нее лайку.
— Держи, мать, — сказал Иван Дмитриевич и принялся промывать вывалившиеся внутренности, затем, стараясь причинять как можно меньше боли, заправил их в брюшину собаки. И без всякого обезболивания принялся зашивать порванный пах. Пес все понимал. Он тоже боролся за жизнь. И «хирургу» в общем-то не мешал, а когда было совсем уж невмоготу, брал руку хозяина в пасть. Нет, не кусал, даже не сдавливал. Держал, как бы говоря: «Подожди, передохну».
Справились с брюшиной, перешли к голове. В общем, залатали.
Поправлялся медленно. Заживало плохо. А меж тем пришли морозы. Поняли — во дворе не выживет и оставили в доме.
— Вот живу по его велению, — сказал Сырцев и погладил Кунака…
* * *
Подобные операции не единичны. На охоте на барсука пострадал ягд-терьер Милка охотника А.Арнаутова из Озерска. Осталась без нижней части челюсти. Перекусил барсук. Все советовали: прибей. А хозяин, к медицине не имевший никакого отношения, решил: буду оперировать.
И слесарными инструментами, электродрелью и бритвой сделал, казалось бы, невозможное. Вот оно прелестное создание, добрая, ласковая к людям Милка лижет мне под столом руку, а я незаметно от всех скармливаю ей с общего стола колбасу.
И самое интересное. Эти собаки работают. Так говорят охотники. Хорошо работают. А я думаю, сколько же они ради нас могут вытерпеть.

Степан31 06.03.2011 — 20:57

Тронуло…

vetdoctor 09.03.2011 — 13:08

Да, лучше собак друзей не бывает. Это точно. Был в моей молодости такой случай. Правда не со зверовыми собаками, а с пойнтером.

ОПАСНЫЙ КОЛОДЕЦ.

Как-то в середине восьмидесятых годов приехал я на автобусе в одну из деревень Лысогорского района Саратовской области. Там жил ныне покойный друг моего отца Николай Иванович, по прозвищу Оратор. Работал он в своё время и егерем охотхозяйства «Инякинское»,и водителем лесхоза, и лесником. Дом его стоял на краю села, а окна выходили на лес, который Николай Иванович знал как свои пять пальцев.

Оратором его окрестили друзья-охотники с лёгкой руки его супруги, которая однажды во время застолья и произнесения им долгого тоста, сказала:-Заканчивай, оратор, людям спать пора. Характер у Оратора был очень добрый и охотником он был знатным. Знал все тропинки в лесу, понимал все привычки зверей и птицы. Держал как все деревенские охотники, гончих.

В тот раз приехали мы с моим верным Мартом в октябре, надеясь побродить по вальдшнепу. Николай Иванович обрадовался, рассказал, что собирая опята, поднял вальдшнепа. Сам он не мог составить мне компанию, поскольку надо было выкопать картошку и складировать её в погреб.

Особенно много вальдшнепов, со слов Иваныча было вокруг заброшенной лесной деревеньки в пяти километрах от его дома. Там остались одни холмики от давно разрушенных домов и заброшенные огороды, в прегное которых и любили ковыряться клювами лесные кулики.

Утром в субботу мы с Мартом вышли из калитки, за которой сразу начинался лес под названием Калинники. Пройдя с километр по песчанной дороге, я спустил собаку с поводка и зарядил ружьё. Справа от опушки леса начиналась череда лесных озёр. С первого озера от заплывшего в тростник кобеля с громким кряканьем поднялась утка, которая после выстрела девяткой картинно свернулась и шлёпнулась в затопленные кусты. Сразу же после выстрела вылетело сразу три кряквы и ещё один селезень стал нашей общей добычей.

Скоро начались заросли молодого клёна и почти сразу же Март твёрдо стал в направлении поляны. Посыл, подъём двух вальдшнепов и великолепный дуплет из императорской тулки модели Б 16 калибра. Погода стояла превосходная. Жёлтые, красные,зелёные листья дрожали под дуновением лёгкого ветерка. Удивительно голубое прозрачное небо ласкало всё вокруг тёплыми лучами осеннего солнца. И весь лес с наполовину облетевшей листвой, полянками, как бы специально засеянными изумрудной травой, вселял в душу восторг и неповторимость происходящего.

Побродив по дубовым гривам и спугнув оленей, грациозно пробежавших мимо нас, направились на поиски вожделенной заброшенной деревушки, в которой я ни разу не был. Наконец, дойдя до реки Медведица, мы повернули обратно. В мелком осиннике-карандашнике опять стойка, вылет вальдшнепа на чистое и два моих позорных промаха. Не успел я взвести курки, перезарядив ружьё, как новая стойка на краю крапивы и вылет коростеля, которого удалось благополучно взять, взведя правый курок во время вскидки ружья.

Через триста метров новая стойка и вылет петуха фазана.
От неожиданности чуть было не промазал. Потом выяснилось, что через речку в элитном охотхозяйстве разводят фазанов и после выпуска многие из них разлетаются и даже зимуют. Наконец уже почти под вечер нашлась затерянная деревушка. О её присутствии говорили лишь холмики и остатки фундаментов давно разобранных домов. Находилось всё это на поляне шириной метров в триста и длинной полкилометра, в середине которой проходила когда-то проезжая лесная дорога.

По краям рос орешник и ольха, сбоку журчал ручеёк. Март сразу преобразился и начал ходить на потяжках от развалин к развалинам, затем метров через пятьдесят твёрдо стал. По посылу вылетела пара вальдшнепов и я сделал второй за этот день удачный дуплет. Обойдя поляну по периметру, мы подняли десять птиц, шесть из которых попали в наш ягдташ.Последняя стойка перед очередными развалинами, подъём зайца, выстрел, шаг вперёд с разложенным ружьём. И…больше ничего не помню.

Очнулся я на дне какой-то квадратной ямы около двух метров по периметру. Сверху горели звёзды и скулил Мартышка, царапая когтями скользкое дерево вверху. Вокруг были подгнившие брёвна, невероятно скользкие. Сколько я ни пробовал выбраться, всё время срывался и падал вниз. Колодец-понял я. Видимо он был прикрыт сверху осыпавшимися досками, дёрном и зарос мхом, поэтому я его и не увидел. Ягдташа и ружья со мной не было.

-Мартыша, дружок, иди домой, к дяде Коле, пожалуйста-просил я собаку. Но кобель только скулил, выл и лаял. Наконец всё стихло. -Март-позвал я собаку-в ответ тишина. Постепенно воображение моё начало рисовать картины, одна страшнее другой: собаку мою съели волки или атаковали кабаны. Мне уже никогда отсюда не выбраться. Я начал погружаться в сон. Проснулся, когда стало очень холодно. Опять возобновил попытки вылезти из колодца. Всё было тщетно.

Вдруг ухо моё уловило отдалённый лай и треск мотоцикла. Звуки приближались ко мне. Наконец в проёме среди звёзд показалась ушастая и брылястая голова моего пойнтера и раздался радостный лай. А уже через минуту Оратор с его другом-егерем спускали мне длинную складную лестницу. Наверху Март сшиб меня с ног и не успокоился, пока не облизал всего с ног до головы. Я не сопротивлялся, а только гладил собаку и целовал её в бархатную дрожащую морду.

Мне повезло, что ничего из костей моего скелета не было сломано. Глубина старого засыпанного колодца была около пяти метров. Оратор рассказал, что когда я до темноты не пришёл, то они стали сильно беспокоиться. В это время прибежал Мартышка, начал лаять на них и тянуть в лес. Он догадался, что я упал в колодец, взял складную лестницу, верёвку и вместе с егерем поехали на мотоцикле «Урал» потихоньку за собакой, которая и привела их к заброшенной деревеньке. Ружьё моё и ягдташ лежали рядом с битым зайцем в метре от злополучной ямы.

Николай Иванович рассказал за поздним ужином под самогон, что в этом месте одна женщина несколько лет назад, собирая грибы, провалилась в скрытый погреб и сломала обе ноги, после чего осталась инвалидом на всю жизнь. В следующие свои поездки в Урицкое я обходил стороной заброшенную деревушку и никакие вальдшнепы меня уже не могли заставить пойти в это злосчастное место. А Март стал мне с тех пор ещё ближе. Родители после этого случая стали баловать его ещё больше и он получил подпольную кличку Спасатель. После него не сразу я взял следующую собаку, которой стал Атос. Но об этом как-нибудь попозже…

Покет 09.03.2011 — 14:28

Даааа… заброшенные деревни полны капканов 😊.
В прошлом сезоне в Волгодской провалился в колодец мой Филян, слава богу обошлось ушибом задней левой лапы. я было подумал что кабана держит, судя по лаю, бежал быстро, чуть сам не спикировал 😊
Навело… спасибо док.

чинг 10.03.2011 — 20:46

Достаточно частый случай. Опасно, черт побери. А Март то, какой молодец. Спасибо, Игорь.

vetdoctor 14.03.2011 — 16:04

МАРТ.ПОСЛЕДНЕЕ ПОЛЕ.

Заканчивались восьмидесятые. Мартышка сильно постарел. На правом бедре выросла внушительных размеров опухоль.
Гистология диагностировала аденомиому. Но оставлять охотничью собаку дома, самому уехав на охоту, было равносильно тому, что похоронить её заживо.

Поэтому на очередной праздник души, открытие летне-осеннего сезона, мы как всегда, поехали вместе. Мой друг Валера на своей тогдашней лодке повёз нас на острова в районе Чардыма. Его Джина уже год как ушла в страну вечной охоты.

Приехали на остров, на котором кроме нас никого из охотников не было. Провели разведку, определили пути пролёта утки.
Остров зарос настолько, что даже грязей, на которых традиционно водились бекасы, практически не стало.

С нами был родственник жены Валерия Юрий, приехавший с семьёй из Краснодара, тоже рыбак и охотник, а также младший сын Валерия Сашок и его двоюродный брат, сын Юрия, Сергей. Стоянку выбрали так, чтобы можно было детям купаться и загорать на песочке, а самим, недалеко отплывая на лодке, блеснить окуней и щук.

Охота открывалась в субботу с утренней зари, поэтому времени у нас было ещё вагон и маленькая тележка. Мы с Валерой занялись обустройством лагеря, а Юра заплыв на надувной лодке чуть выше по течению, приступил к блеснению.

Дети помогали нам, собирая дрова для костра и размещая вещи в лагере. Натянули тент из целофана, поставили две двухместные палатки и приступили к приготовлению обеда. Март лежал у моих ног, время от времени отгоняя комаров и слепней, клацая зубами. Его полностью седая голова с уже начавшими слепнуть глазами, время от времени поворачивалась ко мне, как бы спрашивая, что делать дальше.

Юрий приплыл с полным куканом окушков и парой небольших щучек. Решено было варить уху. Дети стали чистить рыбу под руководством Валерия, а мы с Юрием сели чистить картошку. Так незаметно подкрался вечер и мы наблюдали красивейший закат, который бывает только на Волге в августе. Одевшись в брезентовые куртки от комаров и намазавшись Дэтой, вышли понаблюдать вечерний лёт уток. Все наши ожидания оправдались и мы окончательно определились со стрелковыми местами на утрянку для каждого.

Костёр выхватывал из темноты песчанный берег, на который тихо накатывали ласковые волны, глаза Марта отсвечивали в темноте, дети ушли спать в палатку, а мы просто сидели и слушали тишину.

Утром в тумане расставились по местам. Всё вокруг было в росе. Постепенно туман начал рассеиваться, на востоке засветлело всё сильней и вот уже первые пока невидимые утки просвистели где-то недалеко. Заря разгоралась всё сильней и вот уже раздались первые раскаты выстрелов, полетевшие над водой.

Вот из всё больше просматриваемого тумана на нас несётся пара кряковых. ИЖБ-47 12 калибра дважды говорит своё громкое «АХХ!!!» и обе утки падают метрах в двадцати друг от друга. Мартыша подаёт одну и плывёт за другой.

Совсем рассвело и показался огромный диск красного солнца. Всё вокруг заиграло красками, отражаясь в мокрой от росы осоке. Лёт был слабый, но летели исключительно кряквы. Вот Валерий где-то рядом выстрелил из своего верного Шольберга два раза, Юрий стрельнул несколко раз и всё стихло.

Идём потихоньку по тропинке между озёр. Вижу, как на очень большой высоте над озером, у которого я стою, заходит кряковой селезень.
До него метров пятьдесят. Решаюсь и стреляю шестёркой из левого ствола. Селезень складывается и падает метрах в ста пятидесяти от нас в густой камыш на мелководье. Как-то становится стыдно посылать старика в такое крепкое место, но он уже сам там, пыхтит и вылезает с битым крякашом в пасти.

Проходим мимо Валерия и он говорит: -Пошли кобеля, вон на чистом утка битая плавает. Посылаю, собака плывёт, берёт утку поперёк тушки и вдруг останавливается на одном месте, задрав голову вверх, начинает тонуть. Я как был, в сапогах и одежде, бросаюсь на помощь другу и плыву туда, где видно только круги на воде. Запутываюсь в рыбацкой сети, рву её, освобождаю Марта, который никак не хочет выпускать из пасти утку, хоть и нахлебался воды. Так и плывём: я аппортирую собаку, а собака утку.

В сентябре я решаюсь и оперирую собаку сам, удаляя опухоль на бедре.
Келлоид формируется удачно и в конце октября на вновь купленном пластиковом катере «Нептун-2» с тридцатисильным «Вихрём» мы с Мартом едем в луга к уже месяц как живущему там Дмитрию.
Отчаливая с базы, волной поднимает лодку и сносит ветровое стекло натянутым корабельным тросом.

Становится не очень-то комфортно. Скорость катера большая, а от ветра защититься нечем. Кутаюсь в телогрейку, а лицо обматываю шарфом.
Март дрожит у меня в ногах. Усаживаю его в передний рундук на спальные мешки. На Волге штормит и если бы не хорошие обводы катера, то наверняка пришлось бы нахлебаться водички. Перевалив коренную, чуть сбавляю газ и наше дальнейшее путешествие проходит уже не так экстремально.

Красивый бурун за кормой и бегущие по бортам острова наполняют мыслями о вечности жизни. Уже тринадцатый сезон мы с Мартышкой ездим и плаваем на охоту. Старик вылез из рундука и внимательно смотрит на меня. Наверняка мысли наши и настроения совпадают.
Кто-то ведь сказал, что собаки похожи на своих хозяев.
Значит и мыслят они одинаково.

За размышлениями прибыли на один из островов, на котором во все сезоны мы обязательно стреляем вальдшнепов. Собираю ружьё, заряжаю спортивной девяткой. Мартышка выпрыгивает на песок. Отношу якорь на берег и отправляемся на охоту. Первая стойка сразу же за кустами. Кобель не слышит команды, тужит. Приходится самому вытаптывать птицу. Первый дуплет сезона из нового для меня ружья. Находим ещё трёх вальдшнепов и успешно приглашаем всех в ягдташ.

К вечеру приплываем на стан. Дима рад нашему появлению. Его тогдашняя собака, ирландка Лизавета, облизывает своего старого ушастого друга.
На дереве бечева, по которой висит гирлянда вальдшнепов, связанных за ноги.
По приблизительным подсчётам, там их не меньше тридцати штук. На другом дереве висит десятка два уток.

Дима с подозрением осматривает мой новый корабль и сочувствует мне в езде без стекла.Решаем ездить на охоту по гривам на его «Казанке-5М3», а моего «Нептуна» оставлять в лагере. Поздней осенью на Волге не бывало в те времена мародёров, поэтому лагерь мы оставляли со спокойной душой.

На другой день выяснилось, что у моего «Вихря» сломался торсионный вал и Димка взялся разбирать мотор. Починив, предложил попробовать его в работе. Оставляем собак на берегу, отплываем от берега и пытаемся завести мотор. В это время слышу всплеск и вижу плывущего ко мне кобеля.
Он подумал, что мы без него на охоту собрались.
Приходится вылавливать старика за шиворот из холодной воды и водворять в рундук, предварительно протерев насухо.

Неделю охотимся. Кобель разодрал о колючки келлоид операционного шва и приходится всё время его обрабатывать перекисью и заклеивать медицинским клеем БФ-6. Март по-прежнему тужит, он не слышит посыла, но чутьё стало ещё дальше и верней. Он не пропускает ни одной птицы. ИЖБ-47 тоже не подводит и несмотря на несколько коротковатую для меня ложу, вальдшнепы падают почти все. Вечерами в палатке слушаем приёмник «Абава» на батарейках «Крона». Очень часто повторяют хит Малинина про напрасные слова. Мы с Димкой выучиваем эту песню наизусть.

Ездим по дубовым гривам, охотимся по вальдшнепам, ловим щук на блесну, вечером стреляем уток в ближайших озёрах и неделя пролетает незаметно.
Мой отпуск заканчивается, а Диман ещё остаётся на недельку.
На дворе девятое ноября. Иногда по вечерам сыплет дождь со снегом, но птицы пока много и уезжать домой мой друг не хочет.

Мы прощаемся и я отчаливаю от берега. Отремонтированный мотор взревел с первого рывка стартера и мы с Мартом понеслись по протокам в сторону города. На одном из островов Шумейки я не выдерживаю, причаливаю и решаюсь ещё на одну, возможно последнюю в жизни собаки охоту. Проходив полчаса, мы взяли семь вальдшнепов и одного крякового селезня, сидевшего с края протоки в камышах.

Дёргаю мотор. И тут начинаются злоключения. Работает только один цилиндр, из-под прокладки головки блока идёт пар. Так и едем небыстро ночью вдоль левого берега по тихой воде, ориентируясь на освещённые турбазы. Через три часа, преодолев последние восемнадцать километров, причаливаем к лодочной стоянке. Ловим такси и едем домой.

Охота та действительно оказалась последней для Марта. Самочувствие его к зиме резко ухудшилось, пошли метастазы, он таял на глазах.
Он ушёл в страну вечной охоты в 1990 году, немного не дожив до своего четырнадцатилетия. На могиле его после похорон лежало тринадцать стрелянных гильз…

Антон_Белореченск 15.03.2011 — 17:44

Игорь спасибо за рассказ тронуло от души!!!

vetdoctor 21.03.2011 — 14:18

Ну и закрывая темы про Марта, напоследок одно из стихотворений о нём:

Не жалей того, что было
То, что было,не вернёшь
Лишь о том,что сердцу мило
Ты украдкою вздохнёшь

Ты вздохнёшь и вспомнишь сени
Деревенского двора
Сыплет мелкий дождь осенний
На охоту нам пора

Вновь осение забавы
испытать нам суждено
Стынут жёлтые дубравы
Клёна лист глядит в окно

Всё, чем в юности дышали
В сердце лишь отозвалось
Как на крыльях лёгкой шали
В вечность ветром унеслось

За околицу выходим
Я патроны заложил
С Мартом целый день пробродим
Он охоту заслужил

В леса храм нога ступает
Неба свод, вдали жнивьё
Только вальдшнепы взлетают
От Мартыши под ружьё

Раз попал и раз промазал
Дело ведь не в том, друзья
Захватила осень разом
Без неё нам жить нельзя

Набродившись до упаду
По златых дубрав листам
Вальдшнепов сложу я рядом
И хозяйке их отдам

А когда за чарку сядем
Мы с хозяином к столу
Засыпая листопадом
Возьмёт память в кабалу

И запомнится надолго
Как осенний лист дрожит
Как внизу синеет Волга
И рыбак домой спешит

Как Мартинка застывает
В позе страстной,словно бес
Как ружьё в плечо толкает
Вальдшнеп падает на лес

Но не жаль того, что было
То, что было, не вернёшь
Лишь о том,что сердцу мило
Ты украдкою вздохнёшь

vetdoctor 21.03.2011 — 16:19

АТОС. НАЧАЛО ПУТИ.

Марта не стало. Со своей прежней женой у меня были сильные разногласия по поводу собак и охоты. Вероятно впоследствии это и стало основной из причин развода, а в то время это недопонимание друг друга только отдаляло нас всё больше.

В связи с постоянными скандалами в семье я ушёл жить к матери.
Как раз в это время мне предложили возглавить первую в городе коммерческую «ветеринарную скорую помощь» при успешно развивающемся кооперативе.
Днём я ездил по вызовам, проводил реанимационные мероприятия и оперировал, а по вечерам тренировал учеников каратэ-до, работая штатным тренером объединения боевых исскуств.

В мае 1990 года родились щенки пойнтера у заводчика, с которым была связана вся моя сознательная охотничья жизнь. Он пригласил меня принять роды и обещал отдать любого щенка, которого я выберу. Мне очень понравился крупный, ладный и очень подвижный кобелёк.Так и решили закрепить его за мной. Но неясность моего семейного положения и места проживания не позволило мне тогда взять щенка, которого специально для меня держали три месяца.

Сезон я охотился с чужими собаками, которых натаскивал у малоопытных владельцев, но удовольствия такого, как обычно бывало со своими собаками, не получал. Справедливости ради следует отметить, что собачки, с которыми приходилось заниматься, были довольно высокого полевого уровня.
Очень интересной оказалась сука английского сеттера Грета у ныне покойной, трагически погибшей художницы, пробовавшей тогда свои силы в охоте.
Один раз на вальдшнепиной охоте Грета сделала выдающуюся по красоте дальнюю работу на краю лесной поляны. Владелица промазала птицу и пришлось исправлять положение дальним выстрелом через кусты. Грета подала птицу и я предсказал владелице, что её участь-это диплом второй степени. Так впоследствии и вышло. В старости собака стала чемпионом породы, дав линию прекрасных рабочих собак.

В сентябре следующего года мне позвонил заводчик Константин Георгиевич и сказал, что от того кобеля, которого я не взял, отказываются по причине преклонного возраста владельца и неуёмного темперамента молодой собаки. Быстро уговорив маму, я позвонил в районный центр Аткарск и договорился об
осмотре и возможной покупке собаки. Прежний владелец сначала запросил одну сумму, но узнав о том, что я ветврач, быстро добавил ещё триста долларов.

Своей машины у меня тогда не было, гонять «скорую помощь»по своим личным делам я не решился, поэтому попросил своего лучшего друга, работавшего тогда заведующим производства в одном из ресторанов города, поехать на его транспорте. Дима приехал на своей тогдашней «шестёрке» и мы поехали в Аткарск.

Приехав в районный городок и войдя в хрущёвскую квартиру двухэтажного дома я увидел красавца пойнтера, привязанного цепью к платяному шкафу. Сердце моё дрогнуло и все сомнения в приобретении взрослой собаки отпали сами собой. Вручив хозяйке, бывшей дома, требуемую сумму, я взял родословную, спустил собаку с цепи и больше мы не расставались. Кобеля звали Атос. Он спустился без поводка со мной, прогулялся по двору и самостоятельно сел в машину, не посмотрев на своих прежних хозяев даже вполглаза.

Приехав домой он начал носиться по квартире, прыгнул вверх и разбил люстру прутом, сильно огорчив маму. После этого он взгромоздился на мою постель и не хотел слезать оттуда, а при моей попытке выдворить его оттуда силой, довольно чувствительно укусил мнея за руку. Пришлось шомполом объяснять собаке кто в доме хозяин, причём кобель бросался и грыз шомпол. После этого конфликта он ни разу в жизни не позволил себе залезть на кровать, но и все попытки наказать его физически вызывали ответную оборонительную реакцию. Видимо сказалось цепное содержание. Прежний владелец был отставной военный и Атос на протяженни всей дальнейшей жизни проявлял агрессию ко всем людям в военной форме. Меня же он любил беззаветно.

За две недели я обучил кобеля всем командам, в поле за городом он очень быстро усвоил челнок. Пришло время без натаски попробовать его сразу в охоте. В начале октября мы с Константином Георгиевичем и матерью Атоса, впоследствии чемпионкой Гетерой-Бас, приехали на несколько дней в Буркин, в домик вдовы покойного пойнтериста Владислава Николаевича.

Константин Георгиевич был экспертом и он сразу сказал, что из Атоса растёт выдающаяся собака. Утром мы вышли в лес и пошли вдвоём с двумя пойнтерами вдоль ручья. Со мной был стендовый ТОЗ-57 с раструбами, а у К.Г. была императорская тулка модели А. Гетера искала на небольших кругах, довольно быстро. Вскоре мы увидели её на стойке. Хозяин послал собаку, выстрелил и вальдшнеп упал в кусты. Гетера подала птицу, которую мы дали понюхать Атосу.

Спустя некоторое время Атос пропал из видимости. Оглянувшись назад, я обнаружил торчащий из густого куста напряжённый прут.
Самой собаки не было видно. Подойдя, я разглядел довольно комичную картину: кобель стоял, изогнувшись в дугу, с головой почти под мышкой.
Я послал. Атос прыгнул вперёд и из-под его морды свечкой стал подниматься вальдшнеп. Отпустив его на высоту деревьев, я выстрелил и вальдшнеп упал на чистую поляну. Атос снова стал над битой птицей. Я схватил собаку в охапку, протанцевал по поляне с пойнтером на руках и поцеловал его в мокрую морду.

В ту охоту взяли мы с Тошкой двенадцать вальдшнепов за три дня. Георгиевич требовал сразу же выставить его на испытания по боровой.
В следующие выходные мы уже стояли на остановке автобуса в Лесном посёлке Энгельса и ждали экспертов. После трёх довольно приличных работ по вальдшнепу мнения их разошлись, но учитывая молодой возраст собаки, решили дать диплом лишь третьей степени с баллами за семьдесят.

Оттуда мы сразу поехали на поезд и остаток выходного дня провели в лесу, взяв ещё шесть птиц. Опыт Атоса рос день ото дня, он всё уверенней пользовался чутьём и первый сезон в лесу мы с ним закончили с цифрой сорок один вальдшнеп. Причём стрелял я только чисто сработанных и стрельба из привычного стендового ружья, которое удалось выкупить у команды в личную собственность, была просто фантастической. Затрачено было пятьдесят один патрон и за сезон сделано восемь дуплетов.

Весной было много работы, поэтому на испытания по перепелу я собаку не подготовил.
Зато мы с Атосом попали в областную команду для участия во Всероссийской выставке в Ленинграде, где он получил свой заслуженный второй класс и большую серебрянную медаль. Я пообщался со своими родственниками, живущими в Питере и обрёл много новых интересных знакомств. Увидел очень красивых собак. Там было на что посмотреть.

Ринг пойнтеров блистал такими собаками, как Топ А.Р.Иоанесяна, Дюк К.М.Петрова-Полярного, детьми Дюка Русланом и Фрамом, Чарой Львова. Мать Атоса на той выставке заняла первое место в первом классе, один балл не добрав до элиты.

Открытие следующего года мы провели на Волге в дружной компании легашатников и спаниелистов. Вечером у костра, с песнями под гитару и неумеренным застольем, я еле залез в палатку и проспал зарю. Проснулся я от того, что Атос вылизывал моё сонное лицо, приглашая в пампасы.

Вокруг было уже довольно светло. Пройдя по луговине метров четыреста мы ничего не нашли и встали в углу леса на конце мелкого заливчика.
Солнце взошло и стало пригревать вовсю. Вот на меня летит кряква, но увидев, не долетая метров сорок, разворачивается. Ни на что не надеясь, стреляю спортивной семёркой «Хубертус-трап» и вижу, что утка полетела в лес со снижением. Атос внимательно следил за отлетающей уткой и вдруг рванул в лес самостоятельно. Через две минуты он появился из кустов, неся в зубах живую крякву. Я пошёл на стан, попил чаю и лёг спать в палатку.

Через некоторое время меня разбудил один из наших охотников со словами:
-Иди забирай своего вурдалака. Он всех наших уток с воды после выстрелов вынес на берег, сложил в кучку и рычит, не отдаёт.
Мы пошли и действительно увидели Тошку, охраняющего трёх чирков и крякву. Увидев меня, он обрадовался и стал мне приносить по одной утке из кучки.
Для меня это была новость, ведь я его никогда не учил аппорту, да и уток он увидел первый раз в жизни.

Осенью он наконец-то получил свой заслуженный диплом второй степени по вальдшнепу. Сезон сложился удачно: было взято сорок два бекаса, тридцать семь коростелей, пятьдесят три вальдшнепа. Познакомились с разрешаемой тогда ещё только для дипломированных собак куропаткой, которую в те годы строго лимитировали.

По пролётной утке на островах Атос поздней осенью работал выше всяких похвал. Вот так начинался путь будущего чемпиона. За этот год он окреп, возмужал и очень ко мне привязался. Приехавшая как-то мириться жена сказала, что к такой собаке она меня станет ревновать ещё больше, чем к прежней и уехала в очередной раз ни с чем. В связи с этим вспомнилось высказывание о том, что чем больше узнаёшь людей, тем больше нравятся собаки.

В конце октября Константин Георгиевич, сбежав на выходные из больницы, где он лежал в отделении урологии, пригласил меня в Буркин.
Мы опять прекрасно поохотились. Уезжая на поезде, увидели пошедший за окном снег. Это был последний раз, когда я видел живым этого замечательного человека. Через месяц мы его хоронили.
У его сына Дмитрия оставалась Гетера и ружья, поэтому мы с ним ещё неоднократно охотились потом. Благодаря Константину Георгиевичу я стал пойнтеристом. Две мои первые собаки были от его собак.
Светлая ему память…

vetdoctor 25.03.2011 — 14:21

АТОС.ВОЛЖСКИЕ ЗАРИСОВКИ.

Открытие третьего сезона с Атосом мы ждали с повышенным нетерпением. Было и ещё одно обстоятельство, объяснявшее это. Мне удалось купить великолепное ружьё МЦ-8-4 с двумя парами стволов, ложа которого настолько подходила мне, что в первую же серию на кругу удалось разбить 24 мишени.

Однако поездка на Волгу, в луга с разношёрстной и малознакомой компанией принесла лишь одни разочарования.Спустя неделю мы вдвоём с Валерием навестили наши любимые «Гавайские острова». Поехали на моей «Казанке 5М3» с двадцатипятисильным «Вихрём».

Обустроив лагерь, пошли побродить по скошенной луговине. Атос на красивом челноке с высоко поднятой головой обыскивал практически всё скошенное пространство. Вот развернувшись на ветер он застыл в скульптурной позе.
Посыл, вылет двух бекасов, дуплет. Укладываю птиц в сетку ягдташа и движемся дальше. Следующая стойка и я приглашаю стрелять Валеру. Ещё один бекас взят. Так мы неспешно обыскали кошенное место с мочажинками, взяли десяток бекасов и трёх коростелей, после чего присели передохнуть на стожок сена.

Приятно пахло свежескошенной травой, диск красного солнца опускался за горизонт, а мы сидели и наслаждались природой. Опустилась вечерняя прохлада, зажужжали комары и начало сереть. Пройдя метров двести в сторону стана, встали на сухом перешейке между двумя озёрами. Лёт был слабенький, но удалось взять по три утки, которых Тошка с удовольствием аппортировал.

В субботу переехали на другое место, где также нашли скошенную луговину с мочажинками и островками некоси, в которых водились коростели. Побродив по лугам, ощипали и распотрошили уток, кишки бросив в воду возле лодки. Через некоторое время я увидел, как на них наползли раки. Быстро соорудив импровизированную острогу из палки с примотанной проволокою вилкой, начал рачью охоту. За какие-нибудь полчаса удалось таким образом набрать полный котелок раков. Праздник чревоугодия под разливное пиво из привезённой канистры затянулся на полдня, после чего мы залезли в палатку и проспали до позднего вечера.

На другой день опять охотились на бекасов и коростелей. С одного из небольших мелких озёр Атос поднял десятка полтора кряковых и четыре из них перекочевали в наши ягдташи. Перед вечерней зорькой Валера отправился блеснить окуней и случайно зацепил блесной лежащего на дне небольшого сомика, килограммов на восемь. На удивление, леска 0,5 выдержала такую рыбу и сомик был отправлен в коптильню для приготовления балыка.

После вечерней зари, взяв трёх чирков на двоих, поехали в темноте к дому.
По спокойной воде вдоль левого берега наш корабль стремительно летел вперёд, блестя бортовыми огнями. Было ощущение сказки, которая никогда не закончится.

Через неделю мы с Димой охотились уже в других местах Генеральских лугов.
Его тогдашняя собака, ирландка Лизка, прекрасно работала в паре с Атосом и мы наслаждались работой собак при хорошей погоде. Птицы было не очень много, но взять за утро пяток бекасов и парочку коростелей удавалось всегда. Утки в этой стороне угодий было значительно больше, чем на «Гаваях» и мы с Дмитрием стали ограничивать себя в стрельбе, чтобы не протушить птицу при жаркой погоде начала сентября.

Так потихоньку подкрался октябрь и раззолотил листву на деревьях. Выехав с Дмитрием на несколько дней, мы нашли первых пролётных вальдшнепов.
Дни полетели, как паутинка над водой. Сказочные загадочные птицы с длинным клювом и большими глазами отняли нас с собаками у семей, работы и всего цивилизованного мира. Атос прекрасно приспособился к Волжской охоте, он уже знал все места на островах, где сидят долгоносики.

Каждое утро, возвращаясь из похода по дубовым гривам, заезжали в речку Дубяшка и блеснили щук. Собаки чувствовали себя превосходно и совершенно не утомлялись. Но как это часто бывает, первая волна вальдшнепов прошла и мы вернулись с островов в город, решив провести разведку на материке.
В это время ко мне в гости приехали московские охотники, да ещё как назло у меня сломался лодочный мотор, а запчастей нужных не было, поэтому Волжская эпопея на время прервалась. Но впереди были ещё не менее удивительные охоты на острове Голодный…

vetdoctor 28.03.2011 — 11:47

Ну вот опять музыкой навеяло(с)Анекдот. Стихи конца семидесятых, поэтому не судите строго.

Вот опять зовёт в леса нас
Молодость души
Завтра встречу возле стана
Я рассвет в глуши

Зашагаю по тропинкам
Что не испытал
Холодить мне руки будет
Лишь ружья металл

Среди прелести берёзок
Вдруг увижу дуб
Потреплю его тихонько
За косматый чуб

И откроется полянка
Там передо мной
Где застынет в страстном беге
Верный пойнтер мой

Страсть Дианы в душе рвётся
Испытать сполна
Когда вальдшнепом взорвётся
Альтова струна

Грянет гром и закружится
Красное перо
В этом мире не найдётся
Лучше ничего

И присевши на пенёчек
С видом на реку
Да из термоса хлебнём мы
Крепкого чайку

На траве лежит ненужный
От машины скат
А над лесом светит кружев
Ласковый закат

Тут захочется в квартиру
Домик милый свой
И в чехлы сложив мортиры
Едем мы домой

Город каменный встречает
Блёсками огней
Ах! Скорей бы випить чаю
И поесть скорей

А затем набив утробу
И вкусив уют
Разговоры, снявши робы
Молодцы ведут

Было ль? Не было?
Не важно!Главное-сказать
То, что было, невозможно
Словом описать…

Покет 28.03.2011 — 14:33

Сайт раскручиваем? 😊

vetdoctor 28.03.2011 — 16:14

НОРА.

Когда у Дмитрия ушла в мир иной ирландка Лиза,он поехал по объявлению в Москву за новым щенком. Маленький живой комочек оказался сукой английского сеттера, происходившей от будущих чемпионов Всероссийской выставки Бена
В.М. Шестаковского и Пюрсель-Молль К.Г.Горба. Названа собака была Норой, но с приставкой Пюрсель, имеющей отношение к собакам, выведенным Пюрселем Льюэллином, линию которых вёл Горб.

Общаясь со щенком и делая профилактические прививки, я удивился абсолютному равнодушию малышки к играм и прочим детским шалостям, обычно присущим собачкам в этом возрасте. Щенок рос крупной,с хорошо сформированным костяком собакой красивого оранжево-крапчатого окраса.

Пришедших гостей Норка встречала гостеприимно, но тут же уходила на своё место и больше её никто не видел. Передержавший к этому времени нескольких собак Дмитрий переживал, что ему на этот раз досталась собака без страсти.
Но в первый же выезд в поле сильно озадачил Диму. Собака оказалась в поле совершенно неуправляемой. Её как-будто подменили. На бешенной скорости она уносилась на край поля, распугивая всё живое и гоняясь за птичками.

И вдруг с Норой случилось чудо: она стала по перепелу, вся дрожа от кончика носа до кончика пера и вытянувшись в струну. По Диминому посылу она резво подняла птицу и осталась на месте по команде. С этого дня Нора начала работать так, как будто всю жизнь только этим и занималась. Первый же диплом она получила сразу второй степени, показав прекрасное чутьё и лишь немного не добрав до восьмидесяти баллов.

Так родилась замечательная рабочая собака. Оказалось, что при совершенном безразличии и спокойствии ко всему бытовому, её начинало колотить ещё задолго до выезда на охоту, который она безошибочно определяла по Димкиному поведению и даже по словам.

Пришёл охотничий сезон и Нора стала понимать, что такое ружьё.
К тому же в ней была врождённая страсть к аппортировке любой дичи.
Однажды мы охотились в степи по выводкам куропатки.
Атос и Нора, не мешая друг другу, обыскивали широкую полосу ковылей с куртинками бурьянов. Вдруг к тянущему Тошке подтянулась Норка и мы увидели, как две собаки работают каждая свою птицу из бегущего выводка.

Это была впечатляющая картина: Нора вся распласталась, держа голову вверху, а Атос метрах в пяти от неё вытянулся в струну. Иногда в такие минуты жалеешь, что в руках ружьё, а не фотоаппарат.

На Волжских охотах Нора замечательно быстро поняла, где и какая дичь водится, и как с ней себя вести. Прекрасно работая по вальдшнепу в лесу, при выходе на луговину она тут же начинала широко челночить, ища бекасов и коростелей, а при встрече с утками проявляла настойчивость, завидную даже для континенталов.

Будучи повязанной в пятилетнем возрасте, имея уже несколько дипломов второй степени по разной дичи, она дала прекрасных полевых потомков.
Нора участвовала во многих состязаниях, являясь победителем и призёром последних,смогла попасть на две Всероссийские выставки. На девятой Всероссийской в Тамбове она заняла второе место в классе «элита».

Много охот было проведено с этой удивительной и прекрасной собакой, сумевшей совмещать в себе абсолютное спокойствие в быту и неуёмную страсть в охоте. В старости мне пришлось прооперировать Нору по поводу экстирпации трансмиссивной венерической саркомы и овариогистероэктомии. После этого Норка проохотилась ещё три года.

Последние годы, имея уже внучку Норы Соню, Дима всё равно брал старушку на охоту и опытная собака много раз находила птицу там, где молодая проскакивала. В сезон 2005 года, охотясь вместе с тремя собаками:
Норой, Соней и моим молодым Портосом, нам удалось попасть на большое скопление пролётного перепела и коростеля в полях правобережья. Старушка показывала высокий класс работы, правда уже непродолжительное время.

Особенно пригодилась её вежливость на охоте по позднеосенней строгой куропатке. Мы брали Нору, а Портоса с Соней оставляли в машине. Норка находила выводок, мы его разбивали, перемещали, а затем охотились по одиночкам с молодыми собаками. В возрасте четырнадцати лет у чемпионки породы Пюрсель-Норы проявилась опухоль молочной железы, пошли метастазы и она довольно быстро скончалась.

Похоронили мы её с Димой там, где очень любили охотиться по перепелу и отдыхать под дубом. Живой памятью Норы осталась её внучка Соня, которая сейчас тоже уживается в Димкиной семье с молодой пойнтерихой. Проходят поколения собак, от ушедших остаются только медали и память…

чинг 28.03.2011 — 17:31

Дай бог каждому, такую собаку. Тронуло.

vetdoctor 29.03.2011 — 12:08

Ну а это, чтобы не грустили просто так, а только по охоте.

Гуси летят,камыши пожелтели
Стала с свинцовым отливом вода
Жаль, но осенние эти недели
Уж не вернуть никогда

Воздух прозрачен,летит паутина
Утром на лужах ледок
В рощах знакомая с детства картина
Гончих сзывает рожок

Листья плывут по реке на закате
Гаснет в заливах заря
Лишь на иконе в углу Богоматерь
Ждёт своего октября

Хочется вырваться мне на охоту
В лес, на болота, в луга
Но не могу,ведь не бросишь работу
Слышу во сне птичий гам

Скоро придёт и моё воскресенье
Снова охоты хлебнём
Вместе с Мартином справляя веселье
В сене душистом уснём

Гуси летят,камыши пожелтели
Стала с свинцовым отливом вода
Только осенние эти недели
Нам не вернуть никогда

allforhunt 29.03.2011 — 15:51

Покет
Сайт раскручиваем? 😊

Почему же? Пытаяюст принять участие в разговоре, рассказов и стихов у меня не было. Все араторы просто молодцы

😊

vetdoctor 29.03.2011 — 16:36

Почему же? Пытаяюст принять участие в разговоре, рассказов и стихов у меня не было. Все араторы просто молодцы

А Вы выложите своё видео в тему:»Легашатники и спаниелисты,рассказывайте, хвастайтесь».Там оно будет очень даже к месту.С уважением, д-р Б.

vetdoctor 29.03.2011 — 18:11

Ну и ещё один рассказик про собачек.
АТОС И АЛИСА.УТКИ В СТЕПИ.

Время второй половины сентября, о котором пойдёт речь,в те годы считалось у наших легашатников непродуктивным.Местная утка к этому времени почти вся уже отлетала, пролётная ещё не приходила. Куропатка в те времена строго лимитировалась, а перепел был запрещённым к отстрелу видом.
Оставалось только ждать вальдшнепа.

И как раз в это время один владелец собаки, которую я прооперировал успешно, пригласил меня на охоту в один из дальних степных районов, граничащих с Каз.ССР. Я конечно же согласился.Он со своими сослуживцами заехал за мной на новеньком УАЗике. Мы с Тошкой погрузились и вся команда охотников тронулась в путь.
Четыреста километров были преодолены к вечеру и мы прибыли на круглый как блюдце, мелкий заливной лиман, около километра в диаметре.

Поставив палатку и перекусив с дороги, стали осматриваться вокруг в бинокль. Казалось, что нигде нет никакой жизни, только степь, пыль и низкорослый ковыль. Никакого движения птицы не было видно даже на горизонте. Мы забрались в палатку и продремали до захода солнца.
Затем расставились по мелким местам открытой воды среди камышей.

Только начало сереть и казалось бы совершенно безжизненная степь вдруг ожила. С разных концов потянулись ниточки многочисленных утиных стай.
Летела в основном кряква, серка и широконоска. Через несколько минут лиман превратился в место боевых действий, такую канонаду открыли мои спутники, стреляя часто совсем не в меру. Сбив из коротких стволов семь уток, я прекратил охоту, ожидая, что компаньоны попросят собаку для поисков сбитых уток. Но не тут-то было: они просто ни во что не смогли попасть.

Утром повторилось всё то же самое. Потом приехал местный начальник их ведомства и пригласил переехать на другой лиман. Этот лиман представлял собой длинную кишку с озёрами-блюдцами через каждые пятьдесят метров. На нём водились лысухи. Тут мои компаньоны разошлись не на шутку и наколотили целый мешок плохо летающей птицы. Атос замучился плавать.

Выходные заканчивались и мы отправились в город. Проезжая днём по дороге вдоль тех мест,где мы до этого охотились, я увидел большие стаи уток, летящие в одном направлении. Я догадался, что это первая волна пролёта северой утки. Приехав домой, быстро закупив провизию и собрав пару сотен сэкономленных на тренировках стендовых патронов, позвонил Дмитрию, доложив обстановку. Друга моего долго уговаривать не пришлось и в ночь этого же дня мы двинулись туда, откуда я только что приехал.

В полдень следующего дня, взяв у местного егеря путёвку для Димы, мы поехали сразу на последний длинный лиман, так как дорогу к первому я не запомнил. Проплутав по степи и найдя лиман только в сумерки, я указал Диме примерное направление пролёта, а сам пошёл через степь, срезая расстояние между поворотами водной глади.

Неожиданно прямо посреди степи на большой высоте меня накрыл огромный табун кряквы. После дуплета из траншейных стволов чётко были слышны четыре последовательных удара о землю. Атос подал одну за одной четыре кряквы.
После этого идти охотиться дальше совсем расхотелось и я отправился назад в лагерь, где Димка ставил новую большую каркасную палатку, выменянную им на какие-то запчасти от лодочного мотора.

Он обиженно сказал мне что я специально поставил его не на то место, хотя утки над степью без воды были и для меня самого новостью. Утром разошлись метров на двести по берегу лимана. Лёт был неплохой. Дима позвал меня к себе. Подойдя, обнаружилось, что Лизавета не хочет подавать уток там, где по её мнению, хозяин сможет достать их сам. Поэтому две утки, плавающие под самым берегом,где глубина была на выше болотных сапог, её не интересовали. А Димка в этот раз пошёл в кроссовках. Пришлось Атосу доставать уток.

Подойдя к стану увидели летящую прямо на нас очень крупную утку непонятной породы. Четыре выстрела один за другим и утка падает на воду лимана под противоположный берег, пытаясь уплыть. Пришлось ещё достреливать. На этот раз поплыли сразу две собаки, но Атос как джентльмен, уступил утку даме.
С удивлением рассматривали мы неизвестный трофей да так и не смогли определить породу. Только спустя несколько дней, уже в городе, показав утку знакомому орнитологу, выяснили, что это гага.

Днём утки всё время мотались с полей на воду и я решил походить вдоль камыша. В одном месте вижу, как прямо над серединой трёхметровых тростников летит селезень кряквы. До него метров сорок пять. Выстрел траншейной семёркой из верхнего ствола и он падает в самую гущу тростников. Атос плывёт к нему, но не может пробиться сквозь тростниковую стенку, скулит, лает от обиды, но поворачивает назад. После этого решаю отказаться от стрельбы над тростниками.

Вечером выходим вдвоём с Димкой в степь, расходимся метров на сто и ждём. В сумерках крупные стаи кряквы на предельной высоте начинают тянуть одним и тем же марщрутом. Моя МЦ-шка валит из траншейных стволов семёркой всё подряд, а Димкин ТОЗ-34 делает подранков. Начав стрелять пятёркой и четвёркой, он выравнивает ситуацию. Собачки подают всё подряд из того, что падает, да часть отлётной утки они собирают по пути на стан. Уток столько, что нет сил их донести до палатки. Слава Богу, что погода похолодала и нам нет нужды заботиться о сохранении дичи.

Утром следующего дня Алиса стаёт на стойку возле палатки. Атос стаёт рядом. Выходим, готовим ружья и со смехом наблюдаем большого ежа, спрятавшегося под куст перекати-поля и шипящего оттуда на собак.
Видим на горизонте стаю больших птиц, низко летящих на нас. Думая, что это гуси, заряжаемся крупной дробью. Когда до птиц остаётся метров двести, раздаётся гортанное КУУУРРРЛЛЛЫЫЫЫ и мы опускаем ружья. Красивые серые журавли величественно пролетают в двадцати метрах над нами.

Сбоку от основного лимана обнаруживаем мокрые участки с зелёной травкой, на которых собаки поднимают то бекаса, то молодых выпей. Очевидно, что и у этой птицы идёт пролёт. Одеваю раструбы и начинается классическая легашачья охота. Мешают только выпи, вызывающие реакцию вскидки, стойки по которым собаки чередуют со стойками по бекасам. Увлёкшись, расстреливаем по полсотни патронов, уйдя от стана на десяток километров.

Возвращаемся, опять продуктивно стоим вечернюю зорю в степи, но на этот раз не жадничаем, экономя оставшиеся патроны. Возвращаемся назад и вдруг наши собаки рванули куда-то в степь, подняв клубы пыли. Вижу, как мимо меня от Алисы бежит какой-то непонятный баран с опущенной кривой мордой. Сайгаки-мелькает мысль и что есть мочи ору:-ДДДАААУУУННН!!! Собаки ложатся, тяжело поводя боками. Табун степных антилоп голов в тридцать скрывается в ночной степи, оставляя за собой облако долго не оседающей пыли.

Утром просыпаемся и видим что всё вокруг мокрое. В степи идёт ливень, а вокруг солончаки. Наша «шестёрка» на обычных шоссейных колёсах. Быстро собираемся, складываем палатку, грузимся и с большим трудом, чуть не увязнув совсем, добираемся до бетонки вдоль оросительного канала. Дождь тем временем разошёлся так, что ничего вокруг не видно. Пережидаем до вечера и потихоньку двигаемся в сторону шоссейной дороги.

Когда уже проехали километров двести в строну города дождь кончается и показывается большое вечернее солнце. Над степью висит исключительной красоты радуга. Перед городом останавливаемся и выпускаем собак погулять. Они тут же стают на стойку в посадке вдоль дороги.
Диман подходит, посылает и мы лицезреем красивый фонтан разлетающихся во все стороны мокрых куропаток. Вытираем собак, успокаиваем их, грузимся и едем домой. А впереди нас ждала Волга и конечно же вальдшнепы…

vetdoctor 01.04.2011 — 12:30

Осенних цветов полыхает палитра
Грустно немного,но хочется жить
Из рюкзака достаётся поллитра
Можно чуть-чуть закусить

Столик походный уставлен закуской
Жёлтые листья кругом
Мышцы приятно прогреты нагрузкой
Рядом палаточный дом

Жмурятся,греясь на солнце собаки
Стадо в деревне мычит
Выпьем,съедим по куску кулебяки
Памятью время помчит

Вспомнятся старые добрые годы
Вальдшнепы,стойки,стрельба,ягдташи
Дай же нам Боже,хорошей погоды
Осень всегда для души

vetdoctor 01.04.2011 — 12:35

А это так, по настроению. Тоже из прошлого.

Паутинкою дни пролетают
Как в метель,затеряется след
И не каждый наверно узнает
Счасть где? Есть оно или нет?

i_itiro 02.04.2011 — 07:11

Игорь, привет! Отличные рассказы (стихи оценить не могу, ибо поэзию в принципе не перевариваю). И Портос твой замечательное создание… Прямо даже не собака, а почти уже как кот!

vetdoctor 04.04.2011 — 11:50

Прямо даже не собака, а почти уже как кот!

Ну уж и сравнил! Это две совершенно разные категории животных. Кот гуляет сам по себе, а собака нуждается в дружбе с человеком,готова к самопожертвованию ради хозяина. Кошка на такое не способна никогда.

vetdoctor 04.04.2011 — 12:41

Вот один рассказик про лайку Туза, которая однажды спасла моего отца от тигра в тайге.

ОПАСНЫЙ МАРШРУТ.

Начинаю этот рассказ из детских вопоминаний, составленных из рассказов отца после одной из командировок на Дальний восток.

Было это в 1966 году. Мне в то время было пять с половиной лет. Очень много раз отец рассказывал о собаке, жившей в геолого-разведочной экспедиции, которую папа в то время уже возглавлял. Собака была охотничьей лайкой без документов, скорее всего, восточно-сибирской, не утверждённой у нас официально, породы. Принадлежала собака в то время постоянно кочующему с экспедицией старому буровому мастеру,имеющему ограничения на место проживания благодаря пресловутой статье 58-прим., по которой дядя Коля (так звали старика) отсидел в сталинских лагерях 25 лет.

Звали собаку Туз. Был он красивой пушистой собакой крепкого сложения серо-пегого окраса с очень выразительной мордой и стоячими ушами. По нынешнему стандарту он вполне бы мог получить оценку отлично в любой группе пород крупных лаек. Но в те времена на Севере и Дальнем Востоке собак разводили без документов, отбирая только самых лучших в работе. В то время там признавались лишь две разновидности лаек: охотничья и ездовая,которые никак не вписывались ни в какие кинологические документы, а просто помогали людям выживать в суровых условиях.

И вот этот самый Туз кормил дичью практически всю экспедицию. Признавал он только двух человек: дядю Колю и моего отца, которые постоянно с ним охотились и брали его на маршрут. Кобель работал по любому зверю и птице, не признавая за дичь только рябчика. В трудные времена, когда вертолёт с продуктами задерживался на неопределённое время, у геологов были в запасе лицензии на копытных и медведя, для пропитания. И тут без Туза никогда не обходилось.

Однажды отец пошёл в обход для поисков мест сверления шурфов с рудой молибдена и взял Туза с собой. При нём было промысловое ружьё «Белка» с одним гладким стволом 28 калибра и вторым нарезным под патрон кольцевого воспламенения 5,6 мм. Разыгралась метель и им пришлось ночевать в тайге, сложив нодью. Туз грел отца, лёжа под боком в спальном мешке. К утру метель закончилась и отец, перевалив очередную сопку, продолжил маршрут.

Спустившись в очередную падь, он решил набрать воды из ручья. Поставив ружьё к дереву, пошёл набирать воды в закрывающийся военный котелок. Только нагнулся, как сверху раздался рёв и что-то рыжее просвистело над головой, а сбоку этого рыжего висел впившийся зубами Туз. Тигр приземлился после промазанного прыжка, с которого его сбила собака и начал кататься на снегу, пытаясь лапой достать кобеля или раздавить его своей тушей.
В один миг отец перепрыгнул ручей, схватил ружьё, заряженное дробью и выстрелил из гладкого ствола поверх головы зверя. Тигр бросил собаку и скрылся в кустах.

Причина нападения на человека стала ясна чуть позже. По следам было видно, что кошка таскала на себе медвежий капкан и была разъярена до предела.
Это и спасло Туза, а также отца от верной гибели. У собаки была сломана лапа и отец сорудил лубок из бересты, прибинтовав всегда с собой носимой походной аптечке имеющимся бинтом. Обратную дорогу в местах с глубоким снегом отец переносил собаку на руках. Через два дня они были в лагере и медицинский врач экспедиции наложил гипс на сломаную кость у Туза.
По рации передали охотоведу о раненном и нападающем на людей тигре, которого местные охотники быстро добрали.

После этого случая отец привязался к Тузу ещё больше. Лапа прекрасно зажила и он замечательно охотился по-прежнему на всякую таёжную живность.
В следующую экспедицию отца выяснилось, что дядя Коля реабилитирован и он отбыл на Большую землю, к своей семье. Туза он подарил папе.
После последней своей экспедиции отец забрал собаку с собой и привёз её в Саратов. Так и жил Туз с нами в коммунальной квартире, пока отцу не дали двухкомнатную квартиру в Ленинском районе, а потом он вместе с нами переехал в посёлок, где и погиб на тринадцатом году своей охотничьей жизни, утонув в полынье, преследуя раненного волка.

Всю оставшуюся жизнь отец за рюмочкой любил рассказывать про Туза и тот случай с тигром, чуть не ставшем для них последним впечатлением в жизни.

i_itiro 04.04.2011 — 18:04

Вот это самый лучший рассказ, Игорь.
зы. А вот насчет самопожертвования кошек, ты не прав, есть примеры, знаешь ли…

чинг 04.04.2011 — 18:17

Да уж, выдающийся был собак. Спасибо Игорь.

vetdoctor 04.04.2011 — 18:41

Ну и ещё из мальчишеских времён рассказик про одну собачку.

БОЙ.

Когда отцу предложили возглавить завод, находящийся в одном из степных районов области, он с энтузиазмом согласился.
Был он в то время сравнительно молод, здоров и привыкший к смене обстановки, а также путешествиям, человек. Маме, привыкшей ждать его из беконечных полугодовых экспедиций, оставалось только согласиться на переезд.

Как раз в это время умер известный Саратовский пойнтерист Спрышков, семья которого жила во дворе моего прадеда, папиного дедушки. Вдова предложила отцу за какие-то символические даже по тем временам деньги два ружья, взамен получив обещание взять старую собаку и охотиться с ней до конца её дней. Отец конечно же согласился, тем более, что у него уже были мысли о приобретении легавой.

Так в нашей семье, вместе со стариком Тузом появился старик пойнтер. Предложенные ружья были ИТПВОЗ- курковая уточница десятого калибра под длинные гильзы и дымный порох, а также изуродованный стрельбой рубленными гвоздями Голланд-Голланд Ройал шестнадцатого калибра.
Знакомый оружейный мастер за три бутылки армянского коньяку шустанул изуродованные стволы Голланда и обрезал разорванные чоки. Ружьё получило вторую жизнь, ничуть не утратив резкости боя и равномерности осыпи.

Собака была почти десятилетним кобелём пойнтера чёрной масти.
Звали его Бой. Поскольку у отца был опыт охот с легавыми собаками, когда он проводил отпуска в Подмосковье на даче своего дяди Яши, державшего в то время ирландского сеттера Наля, то с Боем он получал колоссальное удовольствие.

В молодости Бой имел диплом первой степени по дупелю и обладал исключительным послушанием. Такую вежливую собаку сейчас встретить большая редкость, а я-то маленький думал, что все пойнтера такие должны быть только потому, что порода такая.

Приехав в посёлок, мы окунулись в неизведанный мир степных просторов и обилия непуганной дичи. Вокруг совершенно спокойно бродили стада дроф, огромные табуны стрепетов, нельзя было пройти и двухсот метров,чтобы не поднять выводок куропаток или не поднять зайца.
На озёрах в пролёт собирались огромные стаи уток и гусей. В-общем, это было непуганное Эльдорадо конца шестидесятых годов.

Бой осенью работал по три часа утром и стоял зорю на озёрах по вечерам в выходные. Здоровья его пока на это хватало. Помню, как в одно красивейшее утро середины октября мы охотились по вальдшнепу вдоль степной речки Иргиз.
Бой удивительно красиво подводил к каждому лесному кулику, оглядываясь на отца.- Из-под такой собаки, да из Голланда стыдно мазать-смеясь говорил отец, приторачивая очередного долгоносика к ягдташу.

Как-то раз к нам приехал министр строительства республики, чтобы вручить отцу звание заслуженного строителя РСФСР. Он оказался охотником, разбирающимся в ружьях и собаках. Привёз с собой он курковое МЦ-9 12 калибра, из которго никак не мог попасть в куропаток, поднимаемых Боем.

Отец предложил ему свой Голланд, из которого тот стал сразу во всё попадать и они поменялись ружьями. В это время Бой с очень длинной потяжки
стал, отец подбежал и с посыла начали подниматься дудаки.
Папа сдуплетил шестёркой и два индюка остались на месте. Видя такое дело, министр предложил обмен и отец не смог отказать уважаемому человеку.
После смерти дяди Яши в Москве и получения в наследство Дефурни, папа продал МЦ-9 одному своему другу-геологу, приехавшему к нам в гости, но об обмене на Голланд не жалел до конца своей жизни.

Через два года старик начал явно уставать и плохо слышать. Папа привёз в дом маленького ирландца в помощь пенсионеру. Джим (так звали эту рыжую бестию), был не в пример Бою упрямой и хитрой собачкой, да к тому же обидчивым кобельком. Поэтому даже когда Джим заработал, папа всё равно больше любил ходить на охоту с Боем. Из Дефурни по куропаткам у него получались просто фантастические результаты.

Однажды на охоте по куропаткам Джим никак не мог найти переместившийся выводок, а когда отец выругался на него, просто ушёл к машине, лёг и демонстративно отвернулся. Выпущенный пенсионер в мгновение ока нашёл куропаток и отец сумел набить сетку ягдташа в считанные минуты, сделав три дуплета. Подойдя к машине, он показал птичек Джиму и тот радостно завилял пером.

В двенадцать лет Боя не стало. Он не болел, не страдал, а ушёл тихо и с достоинством, как и подобает настоящим трудягам. Он просто заснул и не проснулся. Туз и Джим скулили рядом с телом своего погибшего друга. За всё время, живя вместе, они ни разу не поссорились между собой.

Потом пришло время увлечения отцом охотой с гончими, которая яркой полосой осталась в моей памяти совместно с подружейной охотой. Но охоты с легавыми так и остались для нас самыми любимыми. Переехав назад в город, у нас уже не было ни одной собаки не легавой породы.

С тех пор отец всё время повторял мне, что лучше пойнтера нет породы легавых. Судьба провела меня через разные породы сеттеров и всё-таки закономерно привела к пойнтеру. И в этом, помимо всего прочего, немалая заслуга Боя…

i_itiro 05.04.2011 — 07:06

Даже не могу себе представить невежливого пойнтера!

vetdoctor 05.04.2011 — 11:28

Вот одно из последних лет, но очень ностальгичекое стихотворение:

Проходят видением годы
Где папа был молод и жив
На лоне прекрасной природы
Свой отпуск трудом заслужив

По Волге на лодке плывём мы
И кажется, будто пока
Ожившие пенные волны
На берег бросает река

Протоками тихо уходит
Прозрачный и сказочный день
Где осень багряная бродит
Бросая вечернюю тень

Уснули, уставши, собаки
Журчит ненатужно мотор
И листьев красивые бляхи
Плетут разноцветный узор

Повеяло тихой прохладой
Над озером утки зашли
А нам торопиться не надо
Уже виден лагерь. Пришли

Палатки и люди в штормовках
Встречает нас запах костра
Разместимся все на циновках
Пойдёт разговор до утра

Качались кленовые ветки
Тростник и шептала вода
Всё в сердце оставило метки
И кануло вдруг в никуда

vetdoctor 05.04.2011 — 13:22

Ну и маленький рассказик про конец Туза, не сумел найти, как ссылку дать, поэтому просто переношу из другой старой темы:

ТУЗ.ПОСЛЕДНЯЯ ОХОТА.

Решился написать про воспоминания детства. Может быть сейчас это уже было бы не актуально, но для мальчика 8 лет это было что-то.
Итак, перенесёмся в далеко забытый 1969 год.

Новенький блестящий краской ГАЗ-69М везёт нас с папой в лес по берегу степной речки Кушум. В машине привязан смычок гончих Мухтар и Агра, да без привязи сидит старый доживающий свой век ветеран-лайка Туз, привезённая папой из геолого-разведочной экспедиции на Дальнем Востоке.

На дворе конец ноября, чернотроп, но реки уже замерзли. Только промоины и полыньи блестят в местах где течение сильней.
С нами едет тогда ещё молодая и красивая мама. Она любит слушать голоса гончих, хотя к самому процессу добычи относится не очень положительно.

Вдруг мама спрашивает отца: -Валера, а какой породы собачки бегут? -Волки-отвечает отец-, останавливает машину и достаёт из-за спинки длинного заднего сиденья ружьё-уточницу 10 калибра Тульского Императорского завода. Быстро заряжает два патрона с дробью 00 и дымным порохом, стреляет по волкам с расстояния около 60 метров.

Всё заволокло дымом, а когда рассеялось, то видно было как один волк бьётся в агонии, а второй, преследуемый нашим стариком Тузом, прыгает в полынью и плывёт к тому берегу. Отец что-то кричит Тузу, но он его не слышит.

Отец бежит к полынье, на ходу перезаряжая ружьё. В это время волк выбирается на лёд другого берега, звучит ещё выстрел, волк падает, а Туза на наших глазах затягивает течением под лёд. Было ему в то время больше 12 лет, из которых почти 10 он прожил в тайге, где исправно работал почти по всему, не считая дичью только рябчика. Больше мы в тот день не охотились. Вот такая грустная история из детства.

vetdoctor 05.04.2011 — 17:22

Ну вот, расписался совсем, ностальгия по прошлому накрывает:

ДЖИМ.

Когда Боя не стало, Туз погиб, гончих тоже не стало, отец полностью переключился на охоту с Джимом. Был он подарен отцу кем-то из знакомых ему по работе москвичей. Родители его были дипломированными работниками, но сам он родился от внеплановой вязки.

Довольно высокий цвета красного дерева высокоперёдый кобель за два года сильно возмужал. Обидчивость и игривость правда, остались. Положиться на него как на покойного старичка Боя было нельзя, он мог отказаться работать в самый неподходящий момент при любом грубом высказывании в свой адрес.

В это время один из знакомых отца охотников подарил мне фроловку 32 калибра, думая, что я буду брать её на охоту только вместе с папой.
Но неуёмная мальчишеская самостоятельность вынуждала меня брать собаку и гулять с подаренным ружьём вокруг посёлка.

Хитрюга Джим очень быстро понял, что из этого можно для себя поиметь. Он шёл за мной в поле, пока в моём кармане были испечённые мамой печенья. Как только его нос определял, что лакомства кончились, он тут же разворачивался и убегал домой.

В один из таких выходов при моём подкрадывании к Джиму, стоящему на стойке по куропаткам, меня с поличным поймал участковый милиционер, который отобрал моё ружьё и нажаловался папе. Отец был с ним в это время в антагонистических отношениях, поскольку тот застрелил нашего выжлеца Мухтара и поэтому не стал забирать «игрушку» назад.
А мне сказал, что сам виноват, нечего было самостоятельно охотиться в третьем классе.

Поздней осенью Джим вдруг очень осознанно начал работать по вальдшнепу. Это была его любимая охота, здесь он позабыл даже про обиды.
Единственное, что мешало результативной охоте, была горячность пса в сочетании с плохо различимым в осеннем лесу окрасом.
Помню одну очень красивую охоту конца октября. Лес вокруг речек совсем облетел и весь вальдшнеп держался в низинках с мелким осинником-карандашником.

Кобель как-то очень задумчиво кружил по разрозненным колкам и с ходу ставал на опушках, приподнявшись вверх и замерев как отлитая из бронзы статуя. Его перо всегда в таких случаях красиво вытягивалось в прямую линию и слегка подрагивало. Отец сменил для этой охоты Дефурни сначала на Зауэр с парадоксами, а потом на императорскую тулку 16 калибра.
После этого вся добытая птица приезжала домой в более целом состоянии.

Вечером мы стояли зорю по утке недалеко от вальдшнепиных угодий и Джим прекрасно справлялся с подачей даже в холодной воде.
Правда после каждого купания его приходилось вытирать насухо, ведь на дворе было около нуля. Для этой цели я, не отвлекая отца, держал под рукой махровое полотенце и каждый раз после купания вытирал кобеля, которому такая забота маленького охотника очень даже нравилась.

В один из дней начала ноября мы поехали на охоту по куропатке. В ковыльной степи Джим сверкал на поиске огненным вихрем. Отец завороженно смотрел на него. -Почти как Наль у дяди Яши-сказал он. В это время кобель стал неожиданно низом и поднял шерсть на загривке, как на кошку.

-Пиль-скомандовал папа, и крупный выцветший русак покатил по озимому полю, граничащему с ковыльной степью. Отец неожиданно промазал из Зауэра два раза, после чего кобель как борзая, догнал зайца и одним движением прикончил его. Если бы мы знали, что поощрение этого поступка сыграет в будущем с собакой трагическую шутку.

Скоро мы переехали обратно в город, съехавшись с бабушкой и дедушкой в одну большую четырёхкомнатную квартиру в центре города.
Очередной отпуск родители решили провести на море и мы поехали на своих «жигулях» в район Сочи. Джим остался с тогда ещё вполне шустрым дедом.

Отдых прошёл успешно, мне очень понравилось море, папа купил мне ласты, маску, трубку и мечту всех мальчишек-подводное ружьё. Я буквально не вылезал из моря, снабжая семью бычками, кефалью и крабами.

Но отпуск родителей заканчивался и мы отправились в обратную дорогу,
торопясь назад, чтобы успеть на очередное открытие сезона летне-осенней охоты. Приехав, я не услышал привычного лая из-за двери.
Смущённый дедушка протянул нам поводок и ошейник. Я не мог понять, что случилось. Дед объяснил, что он в аллее выпустил Джима без поводка, тот неожиданно бросился за кошкой, выскочил на проезжую часть и попал под идущий грузовик «Зил».

Тот сезон мы охотились без собаки.Затем уже для меня взяли другого ирландского сеттера, который точь-в-точь повторил судьбу Джима, только уже не с дедушкой, а с папиным другом дядей Серёжей, не дожив и до года, начав работать в девять месяцев. Больше ирландцев мы не держали.

vetdoctor 06.04.2011 — 13:55

Хоть сейчас и весна, а я всё про осень.

Двадцать третье,октябрь
Облетела листва
И опять я,как встарь
Подбираю слова

Чтобы высказать грусть
И тоску описать
Давит что-то на грудь
Так на то-наплевать

Мокрый снег за окном
Свою сырость несёт
Ветер.Дверь ходуном
И ветвями трясёт

Только скоро из туч
Из-за гроз и дождей
Глянет солнечный луч
Ты меня обогрей

Обогрей и последним
Прощальным теплом
Мне напомни о летнем
Ушедшем, былом…

i_itiro 07.04.2011 — 07:02

Игорь, рассказ хороший, но зачем же кошек тиранить?!

vetdoctor 07.04.2011 — 15:25

ЛЕДА.

В 1977 году с маленьким Мартышкой прибыли мы на четырнадцатый километр Волгоградского шоссе, где тогда проводились областные испытания легавых по перепелу. Пообщавшись с охотниками, пошли посмотреть на испытуемых собак.
Внимание на себя обратила красивая и стильная сука пойнтера, получившая тогда у очень строгого эксперта А.А.Никифорова диплом третьей степени.
Вёл её молодой парень по имени Дима, чуть старше меня.

Мы познакомились и обменялись телефонами. Так началась дружба, которая не прерывается и по сей день. Собаку Димы звали Леда. Была она сестрой матери моего кобеля, поскольку у них была одна мать, известная в то время чемпионка Леди Гамельтон В.К. Сочкова.

На другой год Дима пригласил меня в близлежащие от города угодья для натаски собак по перепелу. Так мы и ездили туда на пригородном автобусе, а собачки наши набирались опыта. В том году Леда получила на состязаниях диплом второй степени у известного московского эксперта В.В. Беделя.

Пришёл 1980 год и Дима выставил собаку на испытания под А.А.Никифорова. В Рыбушанской пойме она показала себя во всей красе и заслуженно получила диплом первой степени.

На охоте Дмитрий с его, теперь уже покойным, отцом Олегом Ивановичем стреляли из-под Леды бекасов, дупелей, коростелей и вальдшнепов. Утку собака принципиально не хотела брать в рот.
Дмитрий провалил экзамены в институт и ушёл в армию.
Олег Иванович вовсю охотился с Ледкой. Мы с отцом были частыми компаньонами на этих охотах.

Однажды мы поехали в Военно-охотничье хозяйство в Усть-Караман на двух лодках. Утки было очень много и Март постоянно подавал сбитую птицу.
Леда не выдержав конкуренции тоже начала подавать уток.
Преодолев брезгливость к сильно пахнущей птице, она начала прекрасно работать и по утке.

Один раз в Рыбушке на испытаниях по перепелу охотники приготовили ведёрный котелок каши для всех собак. Утром котелок оказался пустым. Леды нигде не было видно. Вдруг из-под палатки выползло одно большое пузо, неспособное к передвижению на ногах.
Разгадка исчезновения котелка была наяву.
Смех сменился озабоченностью за здоровье собаки, но всё обошлось.
На другой день Леда получила диплом второй степени при высоких баллах за чутьё.

Пришедший из армии Димка сразу включился в охоту и Леда доставляла ему немыслимое наслаждение. Повязать её так и не удалось. Она не подпускала к себе породных кобелей, но отводила прут при приближении дворняжек.
В возрасте восьми лет у Леды стал прогрессировать рак матки и очень быстро она ушла в страну вечной охоты. Дима похоронил её на своём любимом охотничьем острове, недалеко от постоянного стана.

Это была единственная собака Саратова в период с 1980 до 1996 года, получившая диплом первой степени по перепелу. Следующей собакой Дмитрия стала ирландка Алиса.

vetdoctor 08.04.2011 — 15:34

ВАЛЬДШНЕПЫ В СТЕПИ.

В середине октября 2001 года поехали мы с Димой в один из степных районов на охоту по куропатке и пролётной утке. Моя тогдашняя старенькая «шестёрка» начала нам преподносить сюрпризы уже по дороге в угодья. Неожиданно вышел из строя аккумулятор, но возвращаться мы не стали, поскольку у той модели была предусмотрена возможность завода с помощью ручки, вставленной в храповик со снятым номерным знаком.

Сборы были поспешные и мы не взяли с собой горячительных напитков.
К счастью, колёса стояли с жёстким протектором, так называемая «снежинка»,поэтому грязь и бездорожье нас не пугало. Приехав в знакомую нам посадку с шестью рядами акации, решили двигаться с собаками навстречу друг другу. Начал моросить противный дождик, перешедший в перепархивающий снежок. Одиннадцатилетний Атос прочёсывал посадку в поисках куропаток, а я шёл сбоку. Вижу кобеля на стойке. Подхожу, посылаю. Неожиданно вместо куропаток вылетает два вальдшнепа, а у меня в руках кучное Дефурни и патроны с семёркой.

Дуплет и ни одного попадания. Идём дальше и попадаем на высыпку.
Первый раз в степи такое наблюдал. В посадке акации шириной двадцать метров и длиной около километра мы подняли не меньше сорока вальдшнепов.
Мазал я безбожно, как первоклассник.Когда мы встретились с Димой, то у него в ягдташе было около десятка птиц, а у меня ни одной с четырьмя оставшимися в патронташе патронами.

Наконец стойка, вальдшнеп вылетел на чистое, я отпустил его метров на тридцать и спокойно обогнав стволами, нажал. Наконец-то попал с двадцать первого выстрела. Не мой день, ничего не поделаешь. Заводим машину «кривым стартером» и едем в ближайшую деревню за водкой. Но и тут неудача. Магазин на замке. Подошедшая женщина объясняет нам, где можно купить самогон, так как водку в село не завозят уже две недели.
Покупаем у бабушки полтора литра самогонки и едем к месту своего обычного стана.

Приезжаем, ставим на берегу озера под осокорем палатку,раскладываем походный столик и приступаем к трапезе. Сыплет мокрый снег с градом.
Ружья наши стоят рядом. В это время на нас налетает табунок витютней.
Не сговариваясь, хватаем ружья и выбиваем по две птицы. Нора и Атос плавают и подают голубей. Не успели мы налить ещё по рюмочке удивительно вкусного самогона, как новый налёт витютней и ещё три сбитых птицы.

Начинает темнеть и мы идём не зорю. Резкий мокрый ветер и полное отсутствие уток не вселяют оптимизма.- Ну что, пойдём в палатку и по рюмочке?-спрашивает Димка. В это время налетает первый табунок крякв и четыре птицы становятся нашими трофеями. Кругом становится совсем темно и мы идём в палатку. Затаскиваем в «предбанник» столик, разжигаем «Шмеля», который одновременно и греет и освещает, кипятим на нём чайник и приступаем к трапезе.

Утром едем опять к нашей «вальдшнепиной» посадке. Горячность прошла и стрельба наладилась, а Дмитрий, наоборот, что-то стал мазать, правда, не так позорно, как я накануне. Собаки работают великолепно, птицы много.
Проредив посадку в одну сторону, меняемся напралениями и идём по другому маршруту, но с другой стороны. Вальдшнепы вылетают часто на чистое и промахов не наблюдается. Встретившись у машины, подсчитываем трофеи. Семнадцать куликов на двоих, просто великолепно, а главное, неожиданно.

Встречаем местных охотников и они нам рассказывают, что если проехать около десяти километров от трассы, там есть большой рыбоводческий пруд, в котором всегда в пролёт очень много утки. Мы едем, находим пруд и поражаемся: весь пруд крякает. Проходя мимо камышей, поднимаем четыре кряквы, которые падают тут же в воду. От выстрелов поднимается не меньше двух тысяч уток разных пород, которые кружат, налетают и попадают под наши выстрелы.

Атос не чует сквозь густые тростники и мне приходится на руках заносить его в воду, откуда он может причуять сбитых крякв. Старик исправно подаёт.
В бурьянах вдоль пруда находим два больших выводка куропатки и переключаемся на полевую охоту. Взяв норму успокаиваемся.
Зорьку решаем стоять на сухом перешейке, чтобы не простудить собак.
Заря проходит успешно, все утки падают на сухое и собачки их исправно собирают.

В ночь отправляемся к дому. На полпути глохнет мотор, долго возимся, на ветру продувая жиклёры карбюратора. Атос мелко дрожит, но я тогда не обратил на это внимания. Уже в Энгельсе заканчивается бензин и я иду с канистрой к ближайшей заправке. Выгрузив Димку с Норой, получаю приглашение в гости для отмечания успешной охоты, поскольку вкусный самогон остался ещё в большом количестве, а у меня к тому же ещё и День рождения. Как-никак, сорок лет. Выгрузив вещи и оставив Атоса дома с мамой, решаю машину на стоянку не отгонять, а оставить её под окнами.

Вместе с Димкиной теперешней женой, а тогда ещё невестой Ириной прекрасно посидели у них и через три часа я отправился домой. Подходя к дому обращаю внимание на какую-то неестественность в машине. Подошёл ближе и ахнул: передних колёс нет, а рычаги стоят на подложенных кирпичах.
Дома ещё хуже. Мама говорит, что Атос ничего не ест и дрожит.
Аускультация выявила хрипы в лёгких, температура высокая, да слизистые ещё побледнели. Вот тебе и поохотились. Пироплазмоз и пневмония.
И сам ведь врач, да так невнимательно просмотрел клинические признаки.
В-общем, всё одно к одному.

Дальше началась интенсивная терапия, которая невозможна была бы без помощи Дмитрия, поскольку Тоша очень не любил лечиться. Каждое утро Дима приезжал ко мне, мы обманом завязывали собаке пасть,Димка ложился на кобеля всем телом, а я ставил больному внутривеные системы с инфузионными растворами.
На четвёртый день собаке стало значительно лучше и мы прекратили интенсивную терапию. В том сезоне Атос больше не охотился, а ездили мы с одной Норой. После той охоты каждую осень мы проверяли нашу заветную «вальдшнепиную» посадку акации и почти всегда какое-то количество птицы там находили. Но на такую высыпку в этом месте попасть нам уже никогда не довелось.

i_itiro 10.04.2011 — 07:34

Вчера имел счастье принимать у себя в гостях этого замечательного человека — Портоса… Еще он привел с собой vetdoctor’а. С ним мы выпивали. И, к моему огромному сожалению, в очередной раз не удалось приучить своих кошек к тому, что собака тоже может быть нормальной.

vetdoctor 11.04.2011 — 14:45

Ну раз уж так очеловечили мою любимую собаку, то вот Вам про него:

Портошка, он напрягся весь
Лишь чуть подрагивает прут
Раскрыты ноздри: вот он, здесь
Смотрите, я нашёл, он тут

В лесу всё жёлто от листвы
Нет звуков даже от сапог
Нет там не сплетен, ни молвы
Есть только всё, что дал нам Бог

Скульптурно мышцы сложены
Рельеф под кожею застыл
О пойнтер! Лишь тебе даны
Мгновенья, дарящие сил

Подход, посыл, бросок и вот
Мелькает вальдшнеп средь листвы
И планкой с мушкою повод
Венчает действие на Вы

Разносится по лесу гром
Кружится сбитая листва
У кобеля во рту перо
И в рифму сложены слова:

vetdoctor 11.04.2011 — 16:38

БИМУШОНОК.

В 1975 году отец решился взять для меня следующую собаку.
Поскольку опыт с ирланцами был печальным, выбор наш пал на пойнтера, либо английского сеттера.

В это время ощенилась сука у одного покойного ныне пойнтериста.
Поскольку мы уезжали отдыхать на юг,попросили его подержать кобелька ещё две недели,сразу же полностью расплатившись за щенка.
Но приехав, обнаружилось, что человек, довольно сильно пьющий, обещания своего не сдержал, щенка перепродал и деньги потратил, обязуясь вернуть и извиняясь перед отцом.

Он не был надоедливым,быстро прекращал играться, когда чувствовал, что люди уставали. Он просто уходил на свой лежачок, вздыхал и засыпал.
Команды к моему удивлению, Бимка усвоил очень быстро.
Он не гонялся за кошками и предельно дружелюбно относился к другим собакам.

Вокруг нашего дома сформировалась в то время команда из владельцев легашей. Рядом жил пойнтер Арго, старше Бима на два месяца и его однопомётница Вега, сука красивого чёрно-пегого окраса.
Собачки наши играли, росли и превращались в ладных породных легавых.

На шестом месяце Бим сделал первую самостоятельную стойку по вальдшнепу, которого папа успешно отстрелял. Сезон осенней охоты заканчивался, зато у нас была полная уверенность, что на будущий сезон будет отличная рабочая собака.

Встретившись на прогулке с ребятами, я обратил внимание, что у обеих пойнтеров текут сопли и гноятся глаза. В те времена не было ещё хороших вакцин от чумы. И мой любимый ласковый Бимушонок тоже заболел чумой.
Начались ежедневные походы в ветлечебницу. Иммуномодуляторов тогда в свободной продаже не было и все назначения сводились к антибиотикотерапии, и симптоматическому лечению.

И вроде бы всё обошлось, щенок начал есть и поправляться.
В это время пали оба пойнтерёнка, от которых произошло инфицирование.
Через месяц начали прогрессировать нервные явления.
Кобель слабел на глазах, появился тик, позже начались судороги.
Ветврачи ничего нового в схему лечения не внесли, но мы так и продолжали бороться за жизнь любимой собачки.

Потом отказали задние конечности, кобелёк лизал мне руки и преданно смотрел в глаза, но я ничего не мог для него сделать.
В последнее посещение лечебницы он скончался у меня на руках, не дожив до десяти месяцев.После этого я уже точно знал, что обязательно стану ветеринарным врачом. Так что выбору своей профессии я должен быть обязан Бимушонку, оставшимся в моей памяти как очень светлое, доброе существо, которому вовремя никто так и не сумел помочь.

Следующего щенка мы взяли пойнтера, которым стал Мартышка.
Но это случилось только в 1977 году.

vetdoctor 12.04.2011 — 17:28

А вот реквием по Атосу.

Атос! Тебя мне не вернуть
Умчалась прочь былая слава
В лесах,где вечнось,где-нибудь
Ты снова ищешь дичь в дубравах

Как много пройдено дорог
Лесов,полей,болот,тумана
И память с грустью за порог
Ведёт меня как Ариадна

Жизнь пролетела словно миг
Оставив только звон медалей
Дипломов ворох, птичий крик
Да гром ружейный рвался в дали

Сегодня дождик за окном
Я помню всё, прощай Атос
У ног забылся сладким сном
Твой правнук,верный друг Портос

vetdoctor 14.04.2011 — 17:22

НОЯБРЬСКАЯ СТЕПНАЯ ЭПОПЕЯ.

На закрытие летне-осеннего сезона и открытие охоты по зверю поехали мы небольшой дружной командой легашатников. Мы-это два Дмитрия с тремя сеттерами и я с молоденьким Портосом, только отработавшим своё первое поле.
Дорога в двести с хвостиком километров на двух машинах далась относительно легко. Дождей несколько недель не было, поэтому по степным просёлкам наши автомобили катились как по хорошо наезженному гладкому асфальту.

Сначала по традиции заехали в «вальдшнепиную» акацию и собрали там маленький урожай в виде пяти вальдшнепов на троих, а заодно размяли собак.
Затем по пути к «крякающему» пруду прочесали посадки с прилегающими полями, взяв десяток куропаток и двух зайцев.

Уже совсем к вечеру, прибыв в конечный пункт нашего назначения, поставили палатку, набрали дров, вскипятили чайник и отобедали. Потом пошли на зарю. Старушку Норку Дима решил не брать и оставил её в машине. Так и пошли с двумя сеттерами Соней и Сетом, а также моим Портошкой.

Для того, чтобы попасть на место охоты, надо было перейти через плотину, преодолеть по степи вдоль сплошных непроходимых тростников около километра и обойдя маленький мелкий заливчик, встать каждый на свою, заранее выбранную баклужину.

Пока шли, на ушедшего вперёд Дмитрия-старшего налетел табунок свиязей и он отдуплетился. -Смотри, одна из уток где-то в степь упала-сказал шедший рядом со мной младший Дмитрий. Поскольку мне для того, чтобы попасть на свою баклужину, надо было обходить большой массив тростника, я решил срезать расстояние и пошёл степью в направлении упавшей на отлёт утки.

Портос энергично челночил по степи, отдаляясь от меня на двести метров в каждую сторону. Вдруг он подбежал ко мне. В пасти его была битая свиязь.
Я похвалил собаку и пошёл к выбранной баклужине вдоль тростников.
На одном плече моём висел костюм химзащиты, другое же оттягивало разложенное МЦ-8, в траншейные стволы которого были вложены два патрона спортивной семёрки.

Неожиданно кобель картинно стал у края тростников. Стойка была в направлении поля. Думая, что там куропатки,я сложил ружьё и послал собаку. В десяти метрах от стойки поднялся крупный заяц и покатил по уже плохо видимой в сумерках степи.
Вкладываюсь и в это время костюм ОЗК перекашивается, мешая мне прицелиться.
Стреляю: первый промах, а вторым отстреливаю зверьку левую заднюю лапу.
Заяц скрывается в резко темнеющих сумерках.

Портос верхом берёт след и убегает в степь за подранком. Вскоре метрах в двухстах вижу в ковыле белеющее пятно. Бегу туда и вижу стойку в упор на прижатых передних лапах и торчащем кверху крупе с вытянутым прутом.
Не успеваю добежать, как слышу крик зайца. -Тубо,отдай-кричу я на всю степь, но это бесполезно. Кобель с выпученными от страсти озверевшими глазами мёртвой хваткой вцепился в косого.

Только подняв зайца вверх и погладив пса по голове, удалось отнять изрядно покусанную добычу. Вот уж не ожидал от своего тихони таких зверовых качеств. Водрузив зверька во вновь купленный ягдташ-сетку и повесив его на куст, становлюсь лицом в сторону гаснущей зари.
Друзья мои уже давно открыли интенсивную стрельбу. Вот прямо над моей головой заходит табунок крякв. До них метров тридцать пять.
Дуплет и три красавца селезня кряквы становятся нашей с Портошкой добычей.

Хорошо постреляв и наполнив ягдташ, в полной темноте при свете звёзд возвращаемя к стану. Одно плечо оттягивает дичь, на другом путешествует ОЗК и в разы потяжелевшее ружьё. Портошка бежит рядом. Он доволен таким досугом. Вступив на плотину вижу огонёк костра у палатки.

-Чего так на собаку орал?-в один голос спрашивают меня оба Димки. Рассказываю,но они не верят, что такая спокойная собачка, как Портос, с которого всегда можно было брать пример уравновешенности, оказался таким хищным к зайцам. Ужинаем, вспоминаем старые охоты на этом месте.
Димка-старший рассказывет о том, как мы нашли это озеро несколько лет назад. Младший, перебивая, с восторгом повествует о сегодняшней заре и впечатлениях, радуется за своего кобеля, собравшего всех сбитых им уток.

Утро выдалось холодным, с пронизывающим ледянящим ветром.
На поверхности пруда корка льда. Уток нигде не видно.
Ну что поделаешь, ведь на дворе двадцать седьмое ноября.
Старший Диман находит почему-то брошенную на берегу какими-то рыбаками запутанную сеть, в которой бьётся много карася и карпа. Садимся перебирать сетку, не пропадать же добру.
Домой каждому набирается по небольшому ведёрному мешочку свежей рыбы, да и на обед сковородочку пожарили.

После обеда пошли побродить по бурьянам вдоль озера. Одеваю раструбы и заряжаю спортивную девятку. Разошлись широко по полю.
Собаки страстно и стильно ищут, смотреть одно загляденье.
Смотрю, как Сет твёрдо становится в бурьяне. Младший Димка стремглав несётся к стойке. Вот она-молодость, с лёгкой печалью думаю я и жду выстрела. Выстрела нет, а лишь отборный мат и крики с угрозой в адрес собаки. Наконец вижу счастливого охотника, поднимающего выше головы агонизирующего крупного русака.

Оказывается,накануне там охотились с гончими и собака потеряла подранка, которого наш сеттер прекрасно нашёл и придушил.
Слушая брань и крики Димки, представил себя вчерашнего со стороны в подобной ситуации.
Почему-то становится неимоверно смешно и я беспричинно расхохотался.
Эхо в камышах подхватило смех, к которому сразу же прибавилось лошадиное ржание.
На полянке среди выкошенных камышей впереди нас паслись три стреноженные лошадки, по-своему ответившие на мой смех.

Портос впереди на стойке. Подхожу, посылаю. У края тростников поднимается выводок каких-то мелких, видимо поздних куропаток и я отпускаю их без выстрела.
Кобель укоризненно смотрит на меня. Идём дальше. Снова стойка в бурьяне накоротке и вылетает запоздавший с отлётом жирнющий перепел.
Отпустив его метров на двадцать, бью из нижнего ствола. Портос бежит подавать, нагибается, но перепел опять взлетает у него прямо из-под морды. Стреляю второй раз, но кобель почему-то не спешит с подачей, а смотрит на меня. Приглядываюсь и вижу торчащую из пасти тушку перепела. Так вот в чём дело, их там пара была.

Забираю битого и посылаю на розыск второго. Идущая ко мне с перепелом в зубах собака неожиданно разворачивается на ветер и снова стаёт.
Посыл и вот уже третий перепел в нашем ягдташе.
Смещаемся к тростникам. Слышу выстрелы со стороны своих друзей, оборачиваюсь и вижу летящую ко мне со снижением утку. Не долетая метров сто до нас, она падает в густые камыши на сухом. Идём туда и скоро мой красавец показывается из них с крупным крякашом в пасти.

Переходим на другую сторону пруда через замёрзшее мелководье в конце водоёма и движемся назад в сторону плотины. Поскольку идём по ветру, Портос широко и красиво челночит, забегая вперёд и двигаясь на меня. Собаке только недавно исполнился год, это её первое поле.
Радуюсь за смену, Тошка теперь в такую холодрыгу сидит дома с мамой.
Старик и не противится, как бы понимая, что всему своё время.

За размышлениями отвлёкся, а Портос скульптурно стоит мордой ко мне в тридцати метрах. Делаю два шага и прямо из-под моих ног дружный взрыв большого выводка крупных куропаток, которые после дуплета перемещаются на другую сторону пруда. Но и этой пары нам достаточно, ведь какая красивая работа была.

Ребята на стану удивляются добытым мною перепелам. Даю каждому по птичке, чтобы не обидно было дома перед жёнами, которых от жаренного перепела за уши не оттащить. Собираемся, делим добычу, грузимся и едем домой.
До свиданья степь, до нового сезона. В пути видим высоко в небе отдельные стайки пролётных гусей и дроф. Незабываемая картина, есть что вспомнить в долгие зимние вечера.

vetdoctor 19.04.2011 — 18:05

Ну вот Вам маленькое философское размышление на тему: от чего?

Отчего полыхает над Волгой закат
Отчего вдаль мы мчимся не зная преград
Отчего опуститься душе не даём
Отчего в лес стремимся,с собакой,с ружьём

Отчего, привыкая к коробкам домов
Очень трудно иного поднять от томов
Отчего, поднимаясь порой по утрам
Один видит коробки и пыльный квартал

А другой, подходя спозаранку к окну
Видит жизни рассвет и небес глубину
Отчего же приятель,скажи мне, скажи
В мире много подделки,злорадства и лжи

Отчего не хотим мы поверить в себя
Отчего мы живём, никого не любя
Отчего и в душе и в мозгах перекос
Жёлтый лист жизни суть отчего не донёс

Не донёс, не успел.Ветер дунул-упал.
И случайный грибник сапогом затоптал
И живём в мире здесь, сохраняя оскал
И не тем, чем приятель в Правительстве стал

Отчего? Оттого,мне приятель сказал
Что живём на земле и не лезем в скандал
В душу к людям ты парень залезть не спеши
Ведь в душе у них много таится в глуши

В уголках, закоулках, такое лежит
Будет время, проснётся и вдаль побежит
Распахнутся просторы для всех, кто уснул
И поймут тогда все, для чего ветер дул

Для чего разгулялся на Волжской волне
И зачем стало лучше, тебе брат и мне
Все цвета и оттенки зачем расцвели
И впитать мы сумели, что взять не смогли

Отчего у природы берём мы дары
Несмотря на погоду, не в счёт комары
Отчего лес осенний умытый зовёт
А глаза провожают с тоской самолёт

Отчего? Отчего? Отчего? Отчего?
В толк никак не возьму то,что в душу легло
На вопросы на эти я понял ответ
Ведь душа-бсконечность,конца у ней нет…

vetdoctor 21.04.2011 — 15:18

СЕРЕБРЯННЫЙ ЛУННЫЙ ПУТЬ.

Как-то раз в середине девяностых я был приглашён на очень необычную охоту.
Заканчивался осенний сезон, но было ещё не так холодно, как это обычно бывает в ноябре.
Пришедший ко мне на работу Олег таинственно сообщил, что ему звонил парень, с которым они вместе служили в армии. Жил тот в одном из отдалённых степных районов области, работая в местном кооперативе телевизионным мастером.

Однополчанин Олега рассказал, что на водохранилище недалеко от его села всеми ночами летят утки и гуси. Поскольку было время полнолуния, то мы рискнули поехать по приглашению. Триста с лишним километров, из которых
почти семьдесят по раскисшему от дождей грейдеру, дались нелегко.

Алексей, так звали нашего гостеприимного хозяина, удивился, что мы взяли с собой собак, сказав об их абсолютной ненадобности в такой охоте.
Поужинав, перегрузились на бортовой уазик Алексея и выехали в степь. Светила полная луна и ковыль блестел серебром. В свете фар то и дело пробегали русаки, вызывая бурную радость у Олега, надеявшегося днём походить по степи в поисках куропаток и зайцев.

Наконец наш вездеход прибыл к большому заливу местного водохранилища, противоположного берега которого ночью не было видно. Лёша выгрузил две раздвижные лодки, представлявшие собой двухметровые доски,являющиеся одновременно бортами по бокам широкой транспортёрной ленты. Олег и Алексей погрузились в лодки, взяв с собой чучела с ружьями, а несчастный Крис был оставлен в кабине уазика.

Я любезно отказался от такого, на мой взгляд, ненадёжного плавсредства
и пошёл с Атосом по берегу водохранилища, в надежде найти узкий мелководный заливчик, в который любят садиться кряквы.
Пройдя километра два по берегу, я обнаружил стенку невысокого камыша, из-за которой раздавалось интенсивное кряканье. Вдруг сзади от моих компаньонов прозвучало два поспешных дуплета. Впереди меня поднялся страшный шум и на фоне луны мне предстала неповторимая картина.

Уток взлетело столько, что за ними не видно было даже просвета. Растерявшись, я завороженно смотрел на кружащихся над водоёмом уток и почему-то совсем не хотел стрелять. Сзади опять прозвучало три выстрела.
В это время меня обдало ветром от низко и близко идущих на посадку уток.
Не целясь, выстрелил и ни одной не упало. Утки начали заходить на посадку в баклужину под разными углами. Стволы моёй МЦ-шки раскалились от стрельбы, а на ягдташе висел лишь один кряковой селезень.

Луна светила вовсю.Казалось, что вокруг видно как днём, но из траншейных стволов в близко налетающую птицу у меня никак не получалось попасть.
Расстреляв два десятка патронов, я пошёл к машине. Олег с Алексеем сидели у костра, сушили мокрую одежду и грелись водкой. Оказывается, к их чучелам села стайка свиязей и отдуплетившись, они взяли восемь уток.

Подобрав битых и дострелив ныряющих подранков, Алексей как-то неудачно качнул лодку и утлая посудина, зачепнув воду бортом, стала тонуть.
Подобрав тонущего товарища в свою лодку и намокнув сам, Олег поплыл к берегу. Я предложил им переодеться в сухое и пойти охотиться со мной, взяв Криса, но они отказались.

Посидев с ребятами у костра, я поменял стволы на раструбы и мы с Тошкой снова выдвинулись в пампасы. За время нашего отсутствия ничего не изменилось, заливчик кишел утками. Приготовившись, я крикнул:-А ну-ка, утки, поднимайсь!!!-и снова взрыв воды и мелькающих уток. Вот пара летит прямо надо мной в сторону берега. Стреляю раз за разом, слепну на мгновение от огня из стволов, но Атос уже тащит мне крякву.

Это была волшебная ночь. Всё вокруг залито мерцающим серебрянным светом, гладь воды казалась зеркалом, на котором время от времени пробегала рябь от садящихся птиц. Из раструбов стрельба пошла веселее. Чтобы не простудить кобеля, я старался стрелять в сторону степи. Внезапно руки моей коснулся мокрый нос. Я опустил голову и увидел прибежавшего ко мне Криса.Не выдержала душа охотника сидения на стане под разговоры хозяина.

Так и подавали мне собачки всех сбитых уток. Неожиданно раздалось гортанное ГА-ГА-ГА и в десяти метрах надо мной закрыли луну силуэты гусей.
Дуплет и вот уже Атос тащит одного гуся, а второй, подранок, шипит и бросается на Криса, норовя заклевать высокопородного английского сеттера.
Вдвоём с подоспевшим Атосом они справляются с гусём. Радости моей нет предела.

Через пару часов такой охоты у меня не осталось ни одного из взятых с собой тридцати пяти патронов, вмещавшихся в патронташи жилетки, а у ног лежала внушительная горка из взятых уток.

Но уходить не хотелось. Я просто сидел в полынной степи и смотрел на удивительную картину из мира диких птиц. Степь и водоём светились каким-то фосфоресцирующим серебрянным светом, луна то ослепляла, то пряталась в тучах, камыши шелестели от ветра, а утки всё летели и летели.

Придя на стан, обнаружил своих спутников спящими в кузове на расстеленной соломе в спальниках. Ружья их лежали у тлеющего и догорающего костра.
Мне стало скучно, захотелось вдруг пообщаться и выразить восторг.
Раздув костёр и подбросив дров, решил пошутить над спящими. Присев возле кузова, громко крикнул:-Рота, подъём!!!-никакого эффекта. Увидев опустошённую бутылку, понял, что этим их уже не проймёшь.

Но спать не хотелось. Светила полная луна, степь пахла полынью и донником, собаки ласкались ко мне, поддевая локти рук головами с разных сторон.
Это и было настоящее счастье, которое случается только на охоте…

Степан31 22.04.2011 — 10:52

Хоть не читай Ваши рассказы. Слюнки текут)

Спасибо

vetdoctor 25.04.2011 — 17:10

Пойнтер застыл, ветерка лишь порыв
Близится время моё
Мушкой движения все перекрыв
Вальдшнепа ловит ружьё

Вот он, комочек из перьев и клюв
Листьев осенних венец
Подал Портос на «Аппорт»,(де ла рю)
Вот и охоте конец

Может мгновения, может-века
Птица кочует на юг
Нынче Портос, да и я лишь пока
Все, кто охоту поймут

Движемся дальше в надежде на дичь
Время с пространством течёт
Может быть в этом движении лишь
Нам и опять повезёт

чинг 25.04.2011 — 18:05

vetdoctor
Портос верхом берёт след и убегает в степь за подранком. Вскоре метрах в двухстах вижу в ковыле белеющее пятно. Бегу туда и вижу стойку в упор на прижатых передних лапах и торчащем кверху крупе с вытянутым прутом.
Не успеваю добежать, как слышу крик зайца. -Тубо,отдай-кричу я на всю степь, но это бесполезно. Кобель с выпученными от страсти озверевшими глазами мёртвой хваткой вцепился в косого.

Да, каждый пойнтер в душе мечтает быть курцхааром.
Ну, это шутка. Игорь пиши еще, здорово.

vetdoctor 26.04.2011 — 14:23

НАМ НЕ СТРАШЕН СЕРЫЙ ВОЛК.

В середине восьмидесятых годов охотились мы с Мартом по вальдшнепу в Буркинском охотхозяйстве. Денёк выдался великолепный. Наполовину облетевший лес с удивительно голубым небом и ласковым тёплым солнцем создавал ощущение праздника. Высадившись с автобуса у знакомого мостика через ручей, мы пошли в сторону Волгоградского шоссе по оврагу вдоль ручья.

Вскоре ручей перешёл в заболоченную местность и мы поднялись наверх, идя краем оврага по дороге вдоль яблоневого сада. Поскольку совхозники плоды ещё не все собрали, я остановился и набрал половину рюкзака сладких багаевских яблок.

Мартышка обыскивал близлежащие опушки, позванивая привязанным к ошейнику рыболовным колокольчиком. Вот колокольчик смолк и пройдя метров пятьдесят по склону оврага я обнаружил кобеля стоящим на стойке у ручья.

Посыл, шумный взлёт пары вальдшнепов и один из них отправляется в наш ягдташ. Идём в сторону куда улетел второй долгоносик и вскоре Март становится в опушке мордой ко мне. Красивый крупный вальдшнеп вылетел на чистое. Стреляю дымным порохом и ничего не вижу, но собака приносит мне кулика.

Пройдя километров шесть по оврагу, решаюсь сделать привал. Сев на поваленную осину у ручейка, достаю из рюкзака бутерброды с сыром, термос и закусываю. Март внимательно смотрит мне в глаза. Достаю крупное яблоко, разрезаю его надвое и делюсь с другом. Кобель аппетитно хрустит белой мякотью, после чего благодарит меня, лизнув в щёку.
Ягдташ с вальдшнепами висит на дереве, к которому прислонено ружьё, кленовые жёлтые листья дрожат от ветерка, собака сидит рядом со мной и ощущение гармонии не покидает нас обоих.

Расстреляв к вечеру двадцать один патрон, взяли девять птиц. Солнце уже опустилось ниже деревьев и повеяло прохладной свежестью. Колокольчик снова смолк на краю большой вырубки. Бегу туда и вижу скульптурно стоящего Мартышку. Захожу впереди и сбоку от стойки. Вальдшнеп вылетает на чистое. Обогнав стволами, жму спуск. Облако дыма закрывает видимость, из него вылетает лесной кулик, складывается и красиво падает на ковёр из опавших листьев.

Уже в сумерках подходим к выходу из леса. Ещё метров двести и переезд, а там шоссе и попутные машины. Вдруг Март завизжал и поджав прут влетел мне в колени. В трёх метрах за ним мелькнули серые тени. Передний волк, расставив лапы, начал тормозить по листве, пытаясь развернуться. Стреляю семёркой в шею с двух метров, всё заволокло дымом и бьющийся в агонии огромный волчара лежит на расстоянии вытянутой руки от меня.

Не складывая ружья, тащу неожиданную добычу за лапы волоком к дороге.
Март скулит и бежит рядом. Он боится даже мёртвого зверя. Дотащив свою ношу последние двести метров, выходим на дорогу и складываемся. Начинаю голосовать, но никто не останавливается. Наконец останавливается «Урал» с кунгом. Это геологи, едущие с нефтяной вышки, где они отработали вахту.

Мужики удивляются, как можно с такой собакой охотиться на волка. Мартышка чувствует себя героем, он уже обнюхивает своего врага, который хотел им поужинать. Мужики тут же распечатывают бутылку портвейна, режут на столик в кунге закуску и дорога домой пролетает под рассказы про охоту.
Привезли нас прямо домой, хотя им надо было в другой конец города.

Шкуру мы сдали в охотинспекцию и получили премию в пятьдесят рублей, что в те годы было очень даже немало. На вырученные деньги была приобретена подержанная «Казанка-метла» с булями и двадцатисильным «Вихрём». Следующие выходные мы с Мартом на этой лодке выехали в Дубяшку. А ещё говорят, что с пойнтером нельзя на волков охотиться.

Случай удивительно удачный, чаще всего «серые помещики» безнаказанно воруют собак.
Вот что-то вдруг вспомнилось, поскольку это был первый взятый волк из двух, отстрелянных за всю мою охотничью жизнь.

vetdoctor 27.04.2011 — 12:46

КОНЦЕРТ МОЛОДОГО СМЫЧКА.

Опять память возвращает во времена детства. Поздняя осень. Только что отец выпустил из машины смычок молодых гончих, русских багряных, выжлеца Мухтара и выжловку Агру. Им только что исполнилось по десять месяцев и это их первое поле. В заброшенном саду на берегу степной речки Кушум все застыло в воздухе. Чувствуется дыхание предзимья. Из наших носов вырываются струйки пара при выдохе.

Отец одет в байковую куртку коричневого цвета и подпоясан открытым «бурским» патронташём, из которого выглядывают блестящие металлические гильзы. В руках его укороченный Голланд-Голланд, ложе которого отливает красно-коричневыми разводами комлевого ореха. Отцу очень нравится незамысловатая гравировка ружья, где крупные листья чертополоха в сочетании с большими цветами, окружают знаменитую Голландовскую «вертушку».

Собачки скрылись в полазе, а мы с папой всё стоим и любуемся ружьём.
-Жаль, что стволы шустованы и обрезаны-говорит отец-зато из-под собак охотиться удобно. А мне очень нравится это ружьё, да и баланс после обрезания чоков стал идеальным. Но я не спорю, ведь папа для меня первый авторитет в охоте.

Вдруг собачки как завопят!!! Пошёл гон!!! Вот густым басом выводит Муха, ему визгливо и протяжно-плачевно подпевает Агра. Отец зарядил ружьё и присел на пенёк от спиленного дуба, а я разместился за его спиной.
Так у нас строго-настрого было принято:кто с ружьём, тот спереди, а остальные только сзади. Техника безопасности с детства была мне разъяснена очень строго.

Переливающиеся и сливающиеся голоса ушли со слуха вместе с удалелым зайцем.
Прошло не меньше часа, прежде чем мы опять услышали дуэт смычка.
Ну и сила была в этих голосах! Казалось, что-то древнее вырвалось наружу из глоток наших гончих. Представлялось, что это не собаки, а какой-то невиданный сказочный персонаж звучит в лесу. Наконец голоса неожиданно смолкли на полпути к нам. -Подожди, сейчас они разберутся и выправят скол-сказал отец, широко улыбаясь.

И снова зарёв, в котором страсть,боль,неимоверное желание догнать слились воедино. Концерт звучал всё ближе и вот уже сам виновник торжества, заложив уши на спину, катит между рядов осыпавшихся яблонь.
Отец поднял ружьё, выстрел и заяц неимоверно быстро совершив почти десятиметровую дорожку из гимнастических кульбитов, затих в двадцати метрах от нас.

Собачки с рёвом, воем и плачем дошли до зверька, понюхали его, после чего развернулись и самостоятельно ушли в полаз.
Папа сменил патрон в ружье,приторочил зайца на специальный ремень и мы двинулись глубже в сад за ушедшими собаками.

После обеда, пережидая отдалелый гон, отец начал трубить в рог, но собаки были увлечены охотой и не среагировали на эти звуки. Мы вернулись к машине, отец завёл мотор, прогрел его, после чего поехал в объезд сада по периметру. Проехав километра три, папа остановил машину и вышел послушать.
Гон гремел где-то в перелесках вдоль большого поля, на котором мы остановились.

-Сиди в машине-строго приказал мне отец-и побежал на перехват гона в сторону ближайшего осинового колка. Вскоре оттуда раздался дуплет и крик отца-Вот,вот, вот,вот, сюда идите, мои родные! А вскоре вся троица охотников показалась из перелеска. Собачки шли на сворке, разложенное ружьё без антабок лежало на правом плече папы, а из-за спины висел пушистый хвост огромного лисовина, так долго водившего наших собак.

Это была первая охота этого смычка, но впечатления от неё остались в моей памяти на всю оставшуюся жизнь.

i_itiro 02.05.2011 — 12:51

Наконец-то прочитал твои новые рассказы, Игорь. Хорошо.

vetdoctor 10.05.2011 — 13:04

ВОСКРЕШЕНИЕ ИЗ МЁРТВЫХ.

Как-то раз, будучи в командировке по сбору научных материалов в одной из соседних областей, пришлось оперировать лайку, от которой мало что осталось после встречи с кабаном-секачом.

Остановился я как обычно, в помещении районной ветстанции.
Уже ложась спать, услышал требовательный стук во входную дверь.
Открыв, увидел двоих возбуждённых мужчин в запачканных кровью маскхалатах. Оказалось, что они только что с охоты по копытным и их кобеля западно-сибирской лайки серьёзно ранил секач.

Осмотр раненного животного не внушал оптимизма. Рентгена в местной лечебнице не было, а медицинский стационар ночью не работал.
Кроме нескольких проникающих колото-резанных ранений в области паха, пальпация выявила крепитацию костных отломков правого бедра.

Вместе с разбуженным местным коллегой решено было срочно оперировать собаку, поскольку была вероятность полостного кровотечения.
Кобель настолько ослаб, что сразу же вошёл в наркоз. Наскоро выбрив поле операции, сделали надрез по белой линии живота. В брюшной полости нам открылась совершенно безрадостная картина.
Была повреждена селезёнка, ранен желудок и в нескольких местах перфорирован кишечник.

Селезёнка была удалена, брюшная полость просанирована и анастомозы наложены на участки удалённого некротизированного кишечника.
Закончив полостную операцию, приступили к ортопедической.
Отломки бедренной кости после репозиции были подвергнуты интрамедуллярному остесинтезу, для чего из имеющихся средств пришлось приспособить спицу от мотоциклетного колеса.

Во время операции у собаки трижды останавливалось сердце и ей оказывались реанимационные мероприятия. После наложения последнего шва на разрез в области средней трети бедра, кобель мученически вздохнул…и отошёл в мир иной. Три минуты непрямого массажа сердца и укол адреналина не дали никакого результата. Обессиленные и буквально убитые от собственного несовершенства и бессилия, мы неожиданно перекрестились и вышли из операционной к ожидавшим нас хозяевам собаки.

Владельцы молча пожали нам руки, сказали-Спасибо, мы понимаем, что Вы и так всё возможное сделали-и налили нам по стакану коньяку.
Выпив и немного закусив,пошли отдать труп собаки для похорон.
В это время я увидел глубокие дыхательные движения нашего «трупа» на операционном столе. Быстро была поставлена система и поминки после этого перешли в радостное пиршество по поводу неожиданного «воскрешения» собаки.

Насколько мне известно, собака эта после того случая жила и охотилась ещё несколько лет, а охотники из этого населённого пункта много лет подряд лечат своих питомцев у меня, несмотря на значительное расстояние от них до Саратова.

Случай этот я поведал, для того, чтобы принять поговорку «Несмотря на старания доктора, пациент остался жив» всерьёз. И ещё об удивительной силе жизни зверовых лаек. Много раз удавалось успешно оперировать лаек и гончих после встречи с клыками кабана, и каждый раз приходилось поражаться этому необъяснимому с точки зрения ветеринарной медицины феномену.Казалось бы несовместимые с жизнью травмы позволяли собакам выживать несмотря ни на какие безнадёжные прогнозы.

i_itiro 10.05.2011 — 17:54

отлично!

vetdoctor 11.05.2011 — 21:50

Как мы хотели, как желали
Понять,где истина вдвойне
И иногда мы отмечали
Вопрос,что истина в вине

И тем охотней понимали тоже
Что всё когда-нибудь пройдёт
Что все мы зесь пока моложе
Чем тот, кто в космос дал полёт

Искали мы в лесу отметин
И находили их слегка
В берёзе сок текущий мечен
И вкус его хорош пока

Да вальдшнеп, хоркая как лет сто
Назад на мушку налетел
Мой пойнтер,вдруг одномомоментно
Подал его, и в руки-то

И долго в воздухе кружилось
«Серово»-красное перо
И клюв же птичка свой вонзила
Во грязи озера Неро…

vetdoctor 11.05.2011 — 22:01

Господа, если Вам сильно не нравится моя литературная деятельность, то пишите и я прекращу писать и стихи, и рассказы. Мне очень интересно, нравится ли это людям, занимающимся охотой с собаками или нет? С уважением д-р Б.

i_itiro 11.05.2011 — 22:25

Д-р Б, ты главное петь не надо, и все будет нормально!

Alex196 12.05.2011 — 10:03

Д-р Б, а, может, ну ее на фиг — диссертацию? Зачитывался в свое время Джеймсом Херриотом «Записки сельского ветеринара». И ведь еще до войны написано. А по сей день бестселлер. Сколько переизданий прошло, да на сколько языков переведено.
У Вас же, по крайней мере, ничуть не хуже. Плюс еще и поэзия. Может, кинуть силы на литературный сборник? Правда, согласен, искать издателя нынче не просто — никакой чернухи, никакой порнухи.
По-моему, осталось только название достойное придумать сборнику и вперед по издательствам. Не знаю, какие были бы у Чехова или Бунина диссертации, но я бы их точно не читал. А так…

vetdoctor 12.05.2011 — 13:58

Д-р Б, а, может, ну ее на фиг — диссертацию?

Да послал бы, но куда же её девать, если уже написана.Осталось ВАКовских публикаций добрать до норматива и на защиту.А сборник-это мысль.Спасибо за поддержку.Да и пожалуй до Бунина с Чеховым мне далековато будет.
Ну вот Вам ещё один небольшой рассказик.

АСТРАХАНСКИЕ ЗАРИСОВКИ.

Однажды поздней осенью мы с десятилетним Атосом отправились небольшой компанией в Астраханскую область.Большинство едущих было записными рыбаками, много лет подряд ловивших щук и судаков на жерлицы и спиннинг в прикаспийских плавнях и на Нижней Волге. Мы с Тошкой были приглашены за компанию со строгим уговором никого и никогда в эти места потом не привозить.

По пути на дальний кордон, где нам предстояло прожить неделю, мы заехали в местное районное общество охотников, взяв путёвки на фазана, куропатку, уток, гусей и зайцев. Приятно удивили некоммерческие цены на путёвки.
К тому же нам сказали, что там на месте довольно много тетеревов, но отстрелять можно только пару петухов по специальной отстрелочной карточке. Это сильно удивило меня, поскольку так далеко на юге о тетеревах я раньше ничего не слышал, а у нас они в Красной книге Саратовской области.

Долго проплутав по степи, неожиданно спустились в пойму Волги. Везде, где только видно было глазом, рос пойменный лес, вокруг которого текли старицы и озёра. Очень длинная лесная дорога вывела к бескрайним зарослям тростников. Дальше дорога пошла через чередующиеся дамбы и Волжские заливы.
На открытой воде везде сидели стада лысух, уток и лебедей. Запахло речной прохладой.

Неожиданно опять пошёл пойменный лес с полянами и через пару километров мы прибыли на базу. Среди берегового леса на поляне стояло несколько дощатых сараев, на стенах которых везде были развешаны рыбацкие сети. Посреди всего этого стояла бревенчатая баня и два саманных домика с побеленными стенами. При подъезде к базе из-под колёс нашего «Соболя» с харктерным квохтаньем взетела пара петухов фазана, один из которых тут же уселся на дерево. -Это «домашние», мы их здесь не стреляем-сообщил нам Василий, местный егерь,вышедший встречать нас на поляну.

Приятно пахло шашлыками. На поляне стоял большой стол, уставленный закусками. Нас ждали. -Шашлычок шорошо пахнет-сказал я Василию.-Да вот вредителя огородов извёл по санитарной лицензии-в такт мне ответил Василий.
Оказывается, шашлык был из секача, от набегов которого страдали местные жители, жившие рыбой и дарами огородов.

Застолье затянулось за полночь. Вася достал аккордеон и затянул песню про фронтовые дороги. Мы подхватили нестройным хором полупьяных голосов и эхо нашего концерта отразилось от речных плавней.

Поселили нас в длинном саманном домике без света. Основным источником света служили керосиновые лампы да привезённые нами фонари, работающие от автономного автомобильного аккумулятора.

Утром рыбачки взяли лодки и отправились блеснить щук с окунями. Василий угостил нас ухой из стерляди и замечательным крепким чаем. На десерт мы отведали сочный большой арбуз. -Как пойнтерок?-спросил Вася меня-Да чемпион России был, правда уже старенький-ответил я.-Красавец-с нескрываемым восхищением произнёс Василий.-А у меня курц в прошлом году погиб от секача-грустно сказал он в ответ и замолчал.

Вдвоём с Василием мы пошли в сторону, с которой приехали на базу.
Тошка обыскивал лес и край камыша по обе стороны от дороги, по которой мы
шли. Наконец длинная потяжка и стойка в краю тростников. -Я с той стороны зайду-шепнул мне егерь. -Посылай-крикнул он откуда-то напротив. Посыл и вот уже два длиннохвостых петуха фазана, блестя на солнце удивительно красивым оперением, набирают высоту.

Как только ближний ко мне петух остановился, чтобы перейти в горизонтальный полёт, я выстрелил.
Раскрыв Дефурни и подобрав нагнувшись стреляную гильзу, выброшенную эжектором, чуть не столкнулся лбом с Атосом, сующим мне в руки петуха. Отдав птичку, Тошка тут же ушёл назад и вот уже второй петух у него в пасти. Оказывается, что мы с Васей одновременно стреляли, поэтому выстрелов друг друга не слышали.

-С полем-радостно закричал Василий-Какое чутьё у кобеля-восторженно прибавил он-через тростник на тридцать метров причуял. Я горд за старика, он ещё пока в силе. Только в том году последние состязания с дипломом второй степени выиграл, а ведь ему уже одиннадцатый год. Время летит неумолимо. Его высокопородная пегая голова с широкой проточиной вся седая, только в глазах пока ещё озорной огонёк играет.

Пройдя километров пять, вышли на плато с террассами, которые поднимались над поймой. Тут же Тошка находит четыре больших выводка куропатки, мы настреливаем полные ягдташи и возвращаемся назад уже по другой дороге.
-Больше сюда не пойдём-говорит егерь строго-нечего куропаток изводить, пусть размножаются, а то с такой собакой и стрелками ни одной не останется.
Я его прекрасно понимаю, ведь он тут хозяин, а не временщик.

На берёзах и осинах в двустах метрах сидят косачи. Но стоит нам сделать
только первый шаг в их сторону, как они стая за стаей срываются и улетают.
-В ноябре не очень-то их тут возьмёшь с собакой-скалит зубы Василий-А чучелить я тут никому не разрешаю-добавляет он и смолкает, всматриваясь куда-то вдаль. -Сядь-настойчиво шепчет мне егерь. Я послушно сажусь, но ничего не вижу. Вася шарит по патронташу, раскрыв свой ТОЗ-34 и меняет патроны.

В это время низко из-за леса прямо на нас вылетают три огромных серых гуся. До них не больше тридцати метров. Не сговариваясь, стреляем, причём я семёркой и все три гуся наши. Вот это да!!! Вот это удача!!! Но радость наша скоро сменяется озабоченностью. Тащить их становится тяжело, поэтому через каждые триста метров садимся и отдыхаем.

Ну вот наконец мы на базе и есть возможность снять добычу и передохнуть. Не останавливаясь, выпиваю полутаролитровую бутылку минералки. Василий хлопочет по хозяйству, перебирая выкопанную картошку, а я сижу на раскладном стуле и любуюсь Волжскими пейзажами. У меня уже нет никаких сил, а Вася человек серьёзной деревенской закалки, жизнь которого проходит всё время в непрерывном труде.

После обеда из варёной картошки с жаренной щукой хочется спать, я с удовольствием сняв тяжёлые болотники, ложусь на постель и тут же засыпаю.
Вечером наши рыбачки прибыли и привезли несколько вёдер разной рыбы, которую тут же присаливают и развешивают между деревьями.
Перед сном паримся в баньке,получая ощущение полного счастья.

За неделю удалось узнать много интересных мест. Я старался не переутруждать старого кобеля, поэтому далеко от базы не уходил.
С каждым днём трофеев становилось всё больше и были они всё разнообразнее.
Самым удивительным событием была одновременная стойка Атоса на фазана, тетерева и зайца, оказавшихся недалеко друг от друга и попавших в поле его чутья.

Последний день я дал отдых кобелю и поплыл с ребятами на рыбалку.
Наделав с непривычки к неудобной инерционной катушке несколько «бород», приспособился и к вечеру наловил два ведра щук и окуней.
Последний вечер. Сидим во дворе, слушаем тишину, пьём чай.

Уезжать не хочется. Василий пишет список заказов на боеприпасы, чтобы рыбаки привезли ему через месяц. Через месяц будет зима и наша с Атосом охота закончится. Сколько ещё даст Бог поохотиться со стариком?
Никто не знал этого, поэтому радость от прошедшего сезона сменилась печалью о будущем…

Степан31 13.05.2011 — 08:43

vetdoctor
я прекращу писать и стихи, и рассказы.

Ни в коем случае! Общественность Вам этого не простит!)

Покет 13.05.2011 — 09:22

Доктор, мне нравится. Слежу за публикациями. 😊

doctor73 13.05.2011 — 09:56

Нормуль! Получается хорошо, без лубочных глупостей, соплей и пафоса. Аффтар пеши ищо! 😊)))

vetdoctor 13.05.2011 — 14:35

ОДНАЖДЫ.В СТУДЁНУЮ ЗИМНЮЮ…

В конце семидесятых годов в зимние студенческие каникулы приехал я на автобусе в одно из сёл Новобурасского района Саратовской области. Встретил меня ныне покойный сослуживец моего друга Валерия, Алексей, работавший в то время председателем местного колхоза.
Алексей был гончатником, держал смычок русских пегих и русскую выжловку.

Вечером за ужином нам не понравилась разыгравшаяся на улице метель и опускающийся столбик термометра. Утром термометр показывал -15 градусов по Цельсию.На улице заввывала метель в сочетании с сильным пронизывающим ветром. Обычно в такую погоду с гончими не охотятся, но зимний сезон скоро заканчивался и хозяин сказал, что бешенной собаке семь вёрст-не крюк.

Очень тепло одевшись,кое-как погрузились в «Ниву», посадив собак сзади, на месте снятых сидений и выехали со двора. Все дороги были переметены, шла позёмка, но «Нива» героически преодолевала снежные завалы с завидным постоянством, упрямо рыча мотором.
К полудню, несколько раз засев и откапывая машину из снежного плена, мы прибыли в место охоты. Справа виднелся глубокий овраг, заросший лесом с множеством ответвлений, слева виднелись покрытые густым дубняком заснеженные бугры.

Выпустив собак, встали на лыжи и прикрывая лица шарфами от ветра, двинулись вдоль оврага. Спустившись вниз, попали в безветрие и стало жарко от надётой тёплой одежды. Собаки, глубоко проваливаясь в снегу, ушли в полаз.Всё кругом было заметено снегом, никаких следов не было видно.
Пробродив так почти полдня, ни разу не услышали гон.

-Давай выходи наверх-закричал Алексей и затрубил в рог,отзывая собак.
Из последних сил, цепляясь за кусты, кое-как буквально выползаю на гребень оврага, откуда слышу отдалённый гон. -Гонят, в соседнем распадке-кричу я Алексею, но он продолжает трубить, не слыша меня за ветром.

Превозмогая усталость бегу на лыжах в соседний распадок на перехват. Метель утихла, только мороз похоже усилился. Голоса собак еле слышны и плохо различимы. Наконец вижу чепрачную Шнырку, идущую по гребню следующего оврага. За ней, проваливаясь в пушистом снегу по грудь, еле бредут пегие Вопила и Флейта. Голос собаки отдают очень редкий, им тяжело двигаться, не то что лаять.

До них метров двести, но надо преодолеть ещё один отрог оврага. Снимаю лыжи, сажусь на пятую точку и скатываюсь в овраг, стараясь держать ружьё стволами вверх. По пути ноги мои разъезжаются и я повисаю промежностью на кусте бересклета. Кое-как выбираюсь из коварного куста, догоняю скатившиеся вниз лыжи и сажусь передохнуть. Здесь внизу не слышно ни собак, не трубящего в рог Алексея.

Иду по дну оврага на лыжах, пока не добираюсь до места, где он раздваивается. Слева стены отрожка не такие уж крутые и я решаюсь подниматься здесь. Выхожу наверх, вижу бескрайнее поле, уходящее за горизонт и отрог оврага, змейкой вклинивающийся в это поле.
Где-то далеко, еле слышно идёт гон. Двигаюсь по кромке оврага, постоянно цепляя носками лыж засыпанные сверху снегом кусты клёна и бересклета.

Солнце вышло из метельной мглы огромным огненным шаром, который уже готов был скатиться за горизонт. Над снежной пустыней напротив заходящего солнца вышел серебряный полумесяц. И тут откуда ни возьмись буквально в ста метрах от меня яркий зарёв всех трёх собак. Моментально всё забыто, быстро бегу к оврагу, встаю в разрыв между кустами. Заяц на удивление бодро выскочил боком ко мне в двадцати метрах и после выстрела сделав «свечку» вверх на полтора метра, затих в пушистом снегу.

Уставшая и вся трясущаяся от холода Шнырка лезет ко мне лизаться. Остальные собачки кое-как подваливают ко мне и никуда не отходят.
Солнце садится. Потихоньку пробираемся с собаками по глубокому рыхлому снегу в направлении машины, обходя отроги оврага по полю. Наконец лыжи мои выезжают на засыпанную тракторную колею и идти становится легче.
В овраге протяжно и гнусаво завыли волки. Срочно заряжаю свой ИЖ-58 мелкой картечью. Собаки трясутся от холода и страха и никуда от меня не отходят.

Вдруг в десяти метрах от меня через дорогу нагло переправляется семейство кабанов, вышедших на кормёжку. Они не обращают на меня с собаками никакого внимания.Опасаюсь, что гонцы сорвутся и погонят свиней, но собаки жмутся к моим ногам, напуганные волчьим концертом.

Наконец вижу фары приближающейся машины. Алексей останавливает «Ниву» метрах в пятистах от нас, трубит и стреляет. Стреляю дуплетом в воздух в ответ. Слава Богу, нас услышали, но проехать через заснеженное поле машина не может, поэтому еле переставляя ноги, потихоньку бреду вперёд. Через пятнадцать минут мы уже сидели в тёплой машине, пили чай из термоса и обсуждали ситуацию, насколько опасной может оказаться нахождение зимой ночью в незнакомой местности, где поблизости живёт выводок волков, в случае, если бы Алексей меня потерял.

На другой день Алексей собрал деревенских охотников и попробовал организовать загоны на волков, но ничего не получилось. Волки не стали дожидаться и ушли из зафлаженного оклада нестреляными.

Сезон зимней охоты закончился. Как назло для нас, установилась мягкая погода с оттепелью. Лёша провожал меня на автобус, дав домой вдобавок к зайцу ещё всяких деревенских гостинцев. -Вот бы сейчас поохотиться-мечтательно произнёс он на прощание…

чинг 13.05.2011 — 16:18

Игорь, пиши и еще раз пиши. Очень нравится, читаю и свои похожие моменты охот вспоминаются. Красота.

i_itiro 13.05.2011 — 18:54

Валерич, я в издатели к тебе первый на очереди (ну ты в курсе возможностей моих в этом плане).

Паршев 14.05.2011 — 13:48

vetdoctor
БИМУШОНОК.

. В те времена не было ещё хороших вакцин от чумы. И мой любимый ласковый Бимушонок тоже заболел чумой.
.

Ужасно. А ведь прививки от чумки проводились ещё до революции, в Першинской охоте Великого князя Николая Николаевича.

Андрей Сергеевич 15.05.2011 — 22:46

Замечательные рассказы! Огромное спасибо автору!!! Записываюсь на сборник с автографом 😊

Паршев 16.05.2011 — 03:03

И.С. Тургенев
Пэгаз

Охотники часто любят хвастать своими собаками и превозносить их качества: это тоже род косвенного самовосхваления. Но несомненно то, что между собаками, как между людьми, попадаются умницы и глупыши, даровитости и бездарности, и попадаются даже гении, даже оригиналы;* а разнообразие их способностей «физических и умственных», нрава, темперамента — не уступит разнообразию, замечаемому в людской породе. Можно сказать — и без особенной натяжки, — что от долгого, за исторические времена восходящего сожительства собаки с человеком, она заразилась им — в хорошем и в дурном смысле слова: ее собственный нормальный строй несомненно нарушен и изменен, — как нарушена и изменена самая ее внешность. Собака стала болезненнее, нервознее, ее годы сократились; но она стала интеллигентнее, впечатлительнее и сообразительнее; ее кругозор расширился. Зависть, ревность — и способность к дружбе, отчаянная храбрость, преданность до самоотвержения — и позорная трусость и изменчивость, подозрительность, злопамятность — и добродушие, лукавство и прямота — все эти качества проявляются — иногда с поразительной силой — в перевоспитанной человеком собаке, которая гораздо больше, чем лошадь, заслуживает название «самого благородного его завоевания» — по известному выражению Бюффона.

______________________

* Весной 1871 года я видел в Лондоне, в одном цирке, собаку, которая исполняла роль «клоуна», паяца; она обладала несомненным комическим юмором.

______________________

Но довольно философствовать: обращаюсь к фактам.

У меня, как у всякого «завзятого» охотника, перебывало много собак, дурных, хороших и отличных — попалась даже одна, положительно сумасшедшая, которая и кончила жизнь свою, выпрыгнув в слуховое окно сушильни, с четвертого этажа бумажной фабрики; но лучший без всякого сомнения пес, которым я когда-либо обладал, был длинношерстый, черный с желтыми подпалинами кобель, по кличке «Пэгаз», купленный мной в окрестностях Карлсруэ у охотника-сторожа (Jagdhiiter) за сто двадцать гульденов — около восьмидесяти рублей серебром. Мне несколько раз — впоследствии времени — предлагали за нее тысячу франков. Пэгаз (он жив еще до сих пор, хотя в начале нынешнего года почти внезапно потерял чутье, оглох, окривел и совершенно опустился) — Пэгаз — крупный пес с волнистой шерстью, с удивительно красивой, громадной головой, большими карими глазами и необычайно умной и гордой физиономией. Породы он не совсем чистой: он являет смесь английского сеттера и овчарной немецкой собаки: хвост у него толст, передние лапы слишком мясисты, задние несколько жидки. Силой он обладал замечательной и был драчун величайший: на его совести, наверно, лежит несколько собачьих душ. О кошках я уже не упоминаю. Начну с его недостатков на охоте: их немного, и перечесть их недолго. Он боялся жары — и когда не было близко воды, подвергался тому состоянию, когда говорят о собаке, что она «заръяла»; он был также несколько тяжел и медлителен в поиске; но так как чутье у него было баснословное — я ничего подобного никогда не встречал и не видывал, — то он все-таки находил дичь скорее и чаще, чем всякая другая собака. Стойка его приводила в изумление — и никогда — никогда! он не врал. «Коли Пэгаз стоит — значит есть дичь» — было общепринятой аксиомой между всеми нашими товарищами по охоте. Ни за зайцами, ни за какой другой дичью он не гонял ни шагу; но, не получив правильного, строгого, английского воспитанья, он, вслед за выстрелом, не выжидая приказания, бросался поднимать убитую дичь — недостаток важный! Он по полету птицы тотчас узнавал, что она подранена, — и если, посмотрев ей вслед, отправлялся за нею, подняв особенным манером голову, — то это служило верным знаком, что он ее сыщет и принесет. В полном развитии его сил и способностей — ни одна подстреленная дичь от него не уходила: он был удивительнейший «ретрйвер» (retriever — сыщик), какого только можно себе представить. Трудно перечесть, сколько он отыскал фазанов, забившихся в густой терновник, которым наполнены почти все германские леса, — куропаток, отбежавших чуть не на полверсты от места, где они упали, — зайцев, диких коз, лисиц. Случалось, что его приводили на след два, три, четыре часа после нанесения раны: стоило сказать ему, не возвышая голоса: such, verloren! (шершь, потерял!) — и он немедленно отправлялся курц-галопом сперва в одну сторону, потом в другую — и, наткнувшись на след, стремительно, во все лопатки, пускался по нем… Минута пройдет, другая… и уже заяц или дикая коза кричит под его зубами — или вот уже он мчится назад с добычей во рту. Однажды, на заячьей облаве, Пэгаз выкинул такую удивительную штуку, что я бы едва ли решился рассказать ее, если б не мог сослаться на целый десяток свидетелей. Лесной загон кончился; все охотники сошлись на поляне близ опушки. «Я именно здесь ранил зайца», — сказал мне один из моих товарищей — и обратился ко мне с обычной просьбой: направить на след Пэгаза. Должно заметить, что на эти облавы, кроме моего пса, прозванного «l’illustre Pegase» (знаменитый Пэгаз (фр.)), ни один не допускался. Собаки в этих случаях только мешают; сами беспокоятся и беспокоят своих владетелей — да своими движеньями предостерегают и отгоняют дичь. Егери-загонщики своих собак держат на сворах. Мой Пэгаз, как только начиналась облава и раздавались крики — превращался в истукана, смотрел внимательно в чащу леса, чуть заметно поднимая и опуская уши, — и даже дышать переставал; дичина могла проскочить под самым его носом — он едва дрогнет боками или облизнется — и только. Однажды заяц пробежал буквально по его лапам… Пэгаз удовольствовался тем, что показал пример, будто укусить его хочет. Возвращаюсь к рассказу. Я скомандовал ему: «Such, verloren!» — он отправился — и через несколько мгновений мы услыхали крик пойманного зайца — и вот уже мелькает по лесу красивая фигура моего пса — скачет он прямо ко мне. (Он никому другому не отдавал своей добычи.) Внезапно, в двадцати шагах от меня — он останавливается, кладет зайца на землю — и марш-марш назад! Мы все переглянулись с изумленьем… «Что это значит? — спрашивают у меня. — Зачем Пэгаз не донес до вас зайца? Он этого никогда не делал!» Я не знал, что сказать, ибо сам ничего не понимал, — как вдруг опять в лесу раздается заячий крик — и Пэгаз опять мелькает по чаще с другим зайцем во рту! Дружные, громкие рукоплескания его приветствовали. Одни охотники могут оценить, какое тонкое чутье, какой ум и какой расчет должны быть у собаки, которая, с только что убитым, теплым зайцем во рту — в состоянии, на всем скаку, в виду хозяина, учуять запах другого раненого зайца — и понять, что это издает запах именно другой, — а не тот заяц, которого она держит между зубами!

В другой раз его навели на след раненой дикой козы. Охота происходила на берегу Рейна. Он добежал до берега, бросился направо, потом налево — и, вероятно, рассудив, что дикая коза, хоть и не дала больше следа, пропасть, однако, не могла — бухнулся в воду, переплыл рукав Рейна (Рейн, как известно, против великого герцогства Баденского делится на множество рукавов) — и, выбравшись на противулежащий, заросший лозняками островок, схватил на нем козу.

Еще вспоминаю я зимнюю охоту в самых вершинах Шварцвальда. Везде лежал глубокий снег, деревья обросли громадным инеем, густой туман наполнял воздух и скрадывал очертанья предметов. Сосед мой выстрелил — и когда я, по окончании облавы, подошел к нему — сказал мне, что он стрелял по лисице — и, вероятно, ее ранил, потому что она взмахнула хвостом. Мы пустили по следу Пэгаза — и он тотчас же исчез в белой мгле, окружавшей нас. Прошло пять минут, десять, четверть часа… Пэгаз не возвращался. Очевидно, что мой сосед попал в лисицу: если дичь не была ранена и Пэгаза посылали попустому, он возвращался тотчас. Наконец, в отдалении раздался глухой лай: он примчался к нам точно с другого света. Мы немедленно двинулись по направлению этого лая: мы знали, что когда Пэгаз не в состоянии был принести добычу, — он лаял над нею. Руководимые изредка раздававшимися, отрывочными возгласами его баса, мы шли; и шли мы точно как во сне — не видя почти, куда ставим ноги. Мы поднимались в гору, спускались в лощины, в снегу по колени, в сыром и холодном тумане; стеклянные иглы сыпались на нас с потрясенных нами ветвей… Это было какое-то сказочное путешествие. Каждый из нас казался другому призраком — и все кругом имело призрачный вид. Наконец, что-то зачернело впереди, на дне узкой ложбины: то был Пэгаз. Сидя на корточках, он свесил морду — и, как говорится, «насуровился»; а пред самым его носом, в тесной яме, между двумя плитами гранита, лежала мертвая лисица. Она заползла туда прежде, чем околела, — и Пэгаз не в состоянии был достать ее. Оттого он и оповестил нас лаем.

У него над правым глазом был незаросший шрам глубокой раны: эту рану нанесла ему лисица, котрую он нашел еще живою, шесть часов после того, как по ней выстрелили, — и с которой он вступил в смертный бой.

Вспоминаю я еще следующий случай. Я был приглашен на охоту в Оффенбург, город, лежащий недалеко от Бадена. Эту охоту содержало целое общество спортсменов из Парижа: дичи в ней, особенно фазанов, было множество. Я, разумеется, взял с собой Пэгаза. Нас всех было человек пятнадцать. У многих были отличные, большею частью английские, чистокровные собаки. Переходя с одной облавы на другую, мы вытянулись в линию по дороге вдоль леса; налево от нас зачиналось огромное, пустое поле; посредине этого поля — шагах от нас в пятистах — возвышалась небольшая кучка земляных груш (topinambour). Вдруг мой Пэгаз поднял голову, повел носом по ветру и пошел размеренным шагом прямо на ту отдаленную кучку засохших и вытянутых, сплошных стеблей. Я остановился и пригласил г-д охотников идти за моей собакой — ибо «тут наверное что-нибудь есть». Между тем другие собаки подскочили, стали вертеться и сновать около Пэгаза, нюхать землю, оглядываться — но ничего не зачуяли; а он, нисколько не смущаясь, продолжал идти, как по струнке. «Заяц, должно быть, где-нибудь в поле залег», — заметил мне один парижанин. Но я по фигуре, по всей повадке Пэгаза видел, что это не заяц, и вторично пригласил г-д охотников идти за ним. «Наши собаки ничего не чуют, — отвечали они мне в один голос, — вероятно, ваша ошибается». (В Оффенбурге тогда еще не знали Пэгаза.) Я промолчал, взвел курки, пошел за Пэгазом, который лишь изредка оглядывался на меня через плечо, — и добрался, наконец, до кучки земляных груш. Охотники — хотя и не последовали за мною, однако все остановились и издали смотрели на меня. «Ну, если ничего не будет? — подумал я, — осрамимся мы, Пэгаз, с тобою…» Но в это самое мгновенье целая дюжина самцов-фазанов с оглушительным треском взвилась на воздух — и я, к великой моей радости, сшиб пару, что не всегда со мной случалось, ибо я стреляю посредственно. «Вот, мол, вам, г-да парижане, и вашим чистокровным собакам!» С убитыми фазанами в руках возвратился я к товарищам… Комплименты посыпались на Пэгаза и на меня. Я, вероятно, выказал удовольствие на лице; а он — как ни в чем не бывало! далее не скромничал.

Без преувеличения могу сказать, что Пэгаз сплошь да рядом зачуевал куропаток за сто, за двести шагов. И, несмотря на свой несколько ленивый поиск, как обдуманно он распоряжался: ни дать ни взять, опытный стратегик! Никогда не опускал головы, не внюхивался в след, позорно фыркая и тыкая носом; он действовал постоянно верхним чутьем, dans le grand style, la grande maniere (в высоком стиле (фр.)), как выражаются французы. Мне, бывало, почти с места сходить не приходилось: только посматриваю за ним. Очень забавляло меня охотиться с кем-нибудь, кто еще не знал Пэгаза; получаса не проходило, как уже слышались восклицания: «Вот так собака! Да это — профессор!»

Понимал он меня с полуслова; взгляда было для него достаточно. Ума палата была у этой собаки. В том, что он однажды, отстав от меня, ушел из Карлсруэ, где я проводил зиму, — и четыре часа спустя очутился в Баден-Бадене, на старой квартире, — еще нет ничего необыкновенного; но следующий случай показывает, какая у него была голова. В окрестностях Баден-Бадена как-то появилась бешеная собака и кого-то укусила; тотчас вышел от полиции приказ: всем собакам без исключения надеть намордники. В Германии подобные приказы исполняются пунктуально, и Пэгаз очутился в наморднике. Это было ему неприятно до крайности;, он беспрестанно жаловался — то есть садился напротив меня — и то лаял, то подавал мне лапу… но делать было нечего, надлежало покориться. Вот однажды моя хозяйка приходит ко мне в комнату и рассказывает, что накануне Пэгаз, воспользовавшись минутой свободы, зарыл свой намордник! Я не хотел дать этому веры; но несколько мгновений спустя хозяйка моя снова вбегает ко мне и шепотом зовет меня поскорее за собою. Я выхожу на крыльцо — и что же я вижу? Пэгаз с намордником во рту пробирается по двору украдкой, словно на цыпочках — и, забравшись в сарай, принимается рыть в углу лапами землю — и бережно закапывает в нее свой намордник! Не было сомнения в том, что он воображал таким образом навсегда отделаться от ненавистного ему стеснения.

Как почти все собаки, он терпеть не мог нищих и дурно одетых людей (детей и женщин он никогда не трогал) — а главное: он никому не позволял ничего уносить; один вид ноши за плечами или в руке возбуждал его подозрения — и тогда горе панталонам заподозренного человека — и в конце концов — горе моему кошельку! Много пришлось мне за него переплатить денег. Однажды слышу я ужасный гвалт в моем палисаднике. Выхожу — и вижу — за калиткой человека дурно одетого — с разодранными «невыразимыми» — а перед калиткой Пэгаза в позе победителя. Человек горько жаловался на Пэгаза — и кричал… но каменщики, работавшие на противуположной стороне улицы, с громким смехом сообщили мне, что этот самый человек сорвал в палисаднике яблоко с дерева — и только тогда подвергся нападению Пэгаза.

Нрава он был — нечего греха таить — сурового и крутого; но ко мне привязался чрезвычайно, до нежности.

Мать Пэгаза была в свое время знаменитость — и тоже пресуровая нравом; даже к хозяину она не ласкалась. Братья и сестры его также отличались своими талантами; но из многочисленного его потомства ни один даже отдаленно не мог сравниться с ним.

В прошлом (1870) году он был еще превосходен — хотя начинал скоро уставать; но в нынешнем ему вдруг все изменило. Я подозреваю, что с ним сделалось нечто вроде размягчения мозга. Даже ум покинул его — а нельзя сказать, чтобы он слишком был стар. Ему всего девять лет. Жалко было видеть эту поистине великую собаку, превратившуюся в идиота; на охоте он то принимался бессмысленно искать — то есть бежал вперед по прямой линии, повесив хвост и понурив голову, — то вдруг останавливался и глядел на меня напряженно и тупо — как бы спрашивая меня, что же надо делать — и что с ним такое приключилось? Sic transit gloria mundi! (Так преходяща слава мирская! (лат.)) Он еще живет у меня на пенсионе — но уж это не прежний Пэгаз — это жалкая развалина! Я простился с ним не без грусти. «Прощай! — думалось мне, — мой несравненный пес! Не забуду я тебя ввек, и уже не нажить мне такого друга!»

Да едва ли я теперь буду охотиться больше.

vetdoctor 16.05.2011 — 13:44

Спасибо, Андрей Петрович! Тургенев И.С.- это пожалуй лучший из писателей-охотников,прекрасно понимавший собак и людей.
Ну а я ещё попробую рассказик написать.

ДВА МУШКЕТЁРА В ОДНОЙ КВАРТИРЕ. (СОВСЕМ НЕ ПО А.ДЮМА)

Наступил 2003-й год. Сезон с 13-ти летним Атосом мы начали в степи. Утром по влажной росе старик старательно, но уже не быстро, обыскал близлежащие
поля, заросшие ковылём и полынью. Первая стойка случилась в период, когда уже начало пригревать взошедшее солнце. Куропатки дружно поднялись и после дуплета переместились к степной речке Узень, до которой идти надо было около километра.

Учитывая то, что в степи солнышко в августе начинает довольно быстро пригревать, мы не пошли за отлетевшим выводком, а решили вернуться к машине. По дороге к машине надо было пройти вдоль придорожной посадки около трёхсот метров. И вот на этих-то трёхстах метрах мы обнаружили несколько больших выводков, сидевших в посадке недалеко друг от друга. Тоша приободрился и пошёл довольно быстрым челноком, пронизывая посадку слева-направо и справа-налево.

Набив сетку ягдташа, я разложил МЦ-8 и повесил его на плечо. Кобель по-прежнему искал, ставал и поднимал куропаток, а я любовался стариком и у меня уже совершенно не возникало желания стрелять по вылетающим с треском птицам.
Вечернюю зорю мы стояли на мелкой небольшой заводинке, расположенной в конце крупного степного озера. Непуганные утки заходили на посадку, падали в редкий камыш на мелководье, а Атос подавал их одну за другой. Жадничать мы не стали, поскольку в степи в августе птицу надо сразу же щипать, палить и готовить. Иначе есть шанс привезти домой кучу протухшей дичи.

В сентябре мы опять очень удачно поохотились в степи по куропаткам, но я начал замечать, что на расстоянии больше пятидесяти метров Атос перестал реагировать на мои свистки. Это было плохим предзнаменованием.

Октябрь пришёл в тот год с дождями и ветром, а заодно принёс довольно много вальдшнепа в наши леса. И тут началось то, чего я больше всего опасался. Кобель не слышал меня, да к тому же стал довольно плохо видеть. Несмотря на это его могучий организм позволял ему искать в лесу по полдня, а великолепное чутьё находило всё, что там находилось.

Начались мучения с поиском стоящей собаки. Однажды мы с Дмитрием охотились в Саратовском районе. Первую стойку я заметил и успешно сдуплетил пару вальдшнепов.После этого кобель исчез. Я пошёл в сторону ушедшей в поиск собаки и лишь через час обнаружил его по взлетевшему из-под стойки вальдшнепу, по которому тот мёртво стоял в густых акациях.

Затем он стал искать где-то впереди меня. Я старался не упускать его из виду.
Вот он подходит к Дмитрию, облизывает Нору и даёт возможность взять себя за ошейник. Дима идёт с ним ко мне, но не доходя до меня метров тридцать отпускает. Тот не видя меня, уходит куда-то в поиск, несмотря на мои свистки и крики. Через полчаса Тошка приходит к машине по моим следам.
Грустная охота.

В ноябре нас с несколькими Саратовскими легашатниками приглашают в Волгоградскую область на охоту по фазану. Вечером, уже в сумерки в пойменном лесу Атос находит несколько вальдшнепов и пара из них попадает в наш ягдташ. Утром в пойме кобель уходит далеко и мои крики со свистками, которых он не слышит, сильно нервируют окружающих. Немного устав, к полудню кобель принимается за работу накоротке, но последнего фазана, раненного в крыло далеко из траншейных стволов, он не находит в камышах.

Вернувшись домой с этой охоты получаю известие, что родились щенки у внучки Атоса от кобеля финских кровей. Тут же принимаю решение брать вторую собаку, несмотря на некоторые возражения мамы. Через месяц мой друг и тренер по стендовой стрельбе Алексей привозит мне домой маленький живой комочек красно-пегого окраса с блестящими бусинками тёмных глаз.
Щенок потешно зевает и лезет сосать мой палец, а полакав молоко из миски, доверчиво засыпает на моих коленях.

Атос сначала очень ревниво обнюхивает пришельца, а потом начинает его облизывать. В ответ маленький мурлычет себе что-то под нос и тоже лижет старика. -Ну вот и познакомился с правнуком-расстроганно говорит мама.
На её щеках слёзы. -Как назовём-спрашивает она-Я придумал имя: Гранд-гордо отвечаю я. -Нет-отвечает она-Был Атос, а этот пусть Портосом будет, хоть и худенький, как Арамис. Так и порешили.

Стали в нашей квартире сосуществовать два мушкетёра-родственника. Можно было часами наблюдать за их взаимоотношениями. Атос очень заботливо относился к малышу, позволяя тому всякие безобразия и шалости. Мелкий доставал старого своими маленькими острыми зубками, укусы которых были весьма чувствительны. Так как-то сложилось сразу, что старик спал на отдельной раскладушке в маминой комнате, а мелкий безобразник сразу оккупировал старый Тошкин лежак в моей комнате. Атос немного ревновал меня к нему, но разрешал мелкому делать с собой буквально всё.

Сразу отметился очень спокойный характер малыша. Большинство времени он спал, потом ел, играл, затем уходил на своё место и его не было не видно, ни слышно. Приходившие к нам гости даже не догадывались, что у нас живёт ещё одна собачка. Гуляли мы все вместе. Портошка начал подрастать, перестал ходить дома в туалет и очень прилично вёл себя на улице. Атос ревностно оберегал малыша от взрослых собак. Однаджы почти полностью слепой и глухой старик задал довольно чувствительную трёпку молодому кобелю овчарки, напавшему на его правнука.

Пришла весна и мы отправились на тягу. Пока на поляне в лесу я далеко до тяги раскладывал столик и доставал вещи, оба мои мушкетёра куда-то убежали в лес. Довольно сильно забеспокоившись, пошёл искать их и через час нашёл. Старый обыскивал опушки, а мелкий, как хвостик, бегал за ним.
На тяге на меня был всего один налёт. Портос абсолютно спокойно среагировал на выстрел и долго с удовольствием разнюхивал сбитого вальдшнепа.

В мае в первую же поездку в поле Портос стал по перепелу, сидевшему в бурьянах. После подъёма птицы на его ещё щенячьей мордашке было выражение восторга и удивления. Так мы и ездили в поля всё лето. Атос немного пройдясь, сидел в машине, а мы с Портосом ходили по угодьям.

В восемь месяцев перед охотой, я решился и взял в поле ружьё. Портос стал по токующему петушку перепела и я отстрелял его из Дефурни. Кобелёк был в восторге, подержав птичку во рту. Через неделю открылся сезон, а у меня в руках уже была надёжная рабочая собака.

Первый сезон Портосу повезло с дичью. Мы нашли большие высыпки пролётных перепелов и недостатка в охотничьей практике у молодой собаки не было.
В сентябре мы охотились по куропатке, а в октябре с первого же выезда кобелёк твёрдо стал по вальдшнепу. В ноябре он начал подавать и уток, а также познакомился с зайцем.

При всём при этом в быту это была совершенно уравновешенная собака.
Ни кошки, ни другие уличные раздражители для него не существовали.
С собаками он только играл, а в случае проявления агрессии от них к нему, разворачивался, подняв прут и уходил под защиту Атоса.

Атос на охоте охранял машину, а мы с Портосом охотились.
Ребята-легашатники, впервые увидевшие Портоса, сначала несколько разочарованно восклицали-Да, ладный кобелёк, но вот головка уж больно простовата, не то что Атос-но впоследствии пообщавшись с ним на охоте, говорили, что никакого золотого экстерьера не надо, это, на их взгляд, вообще просто «идеальная» собака.

Так мы и жили. Мушкетёры мои общались душа в душу, дополняя друг друга во многом. Перед тем, как лечь спать, у них существовал особеный ритуал. Сначала Портошка прибегал к Атосу и облизывал его морду, а затем Тошка приходил к Портосу и повторял процедуру, проявляя максимальную нежность.

Пришла зима и мы по-прежнему все вместе гуляли в парке неподалёку.
В компании местных собаководов мои мушкетёры были очень любимы и уважаемы.
-Какие у Вас интеллигентные собачки-восклицали владельцы различных пород собак. -Ну так ведь пойнтер, чего же Вы хотели-в тон им отвечал я.

В конце декабря 2004 года мы как всегда вернулись с прогулки.
Мелкий аппетитно поел, лизнул Тошку перед сном и отправился на свой
лежачок. Старый повторил процедуру отхода ко сну, я посмотрел телевизор и тоже пошёл спать. В три часа ночи меня разбудила мама. На глазах её стояли слёзы. -Тошка умирает-сказала она. Срочно встав, я пытался оказать ему рениамационные мероприятия и сразу несколько раз мне это удалось.

Кобель вроде бы оживел и стал проситься на улицу. Выйдя, он как всегда задрал лапу на стенку и помочился. -Ну вроде бы пронесло-мелькнула мысль.
Но увы, чудес не бывает. Три часа он лежал около моих ног, положив голову мне на стопу. Я гладил его по голове. Вдруг он встал и стал тянуться чутьём в углы. Я понял, что это гипоксия мозга и счёт пошёл на минуты. Затем кобель пошёл в коридор, откуда вскоре я услышал какой-то стук. Выйдя, я увидел собаку, бьющуюся в агонии. Через минуту его не стало.

Ровно в восемь часов утра чемпион восьмой всероссийской выставки охотничьих собак, многократный полевой победитель, лучший кобель породы России 1997 года вылетал с дымом и пеплом в трубу крематория ветеринарного факультета агроуниверситета. Коллеги помогли мне с этой услугой бесплатно.
Портос тоже долго искал своего старшего друга, но потом успокоился.
Так в нашей семье остался только один мушкетёр.

Alex_D 16.05.2011 — 15:23

Пробрало до глубины души…..
Спасибо за Ваше творчество!

чинг 16.05.2011 — 20:01

Игорь, до глубины души тронуло, спасибо. Эх, мало они живут, вроде щенка недавно натаскивал и уже все, время пришло…..

Alex196 17.05.2011 — 10:31

Правильно, что Портос был своевременно взят, а то такая дыра в душе возникает! Потом все обретает нормальные формы доброй памяти, но сначала… Лучше не вспоминать!
У меня Флинтуха ушел из жизни очень «громко». Через три часа после того, как мы с сыном его похоронили на даче, уже вернулись, позавтракали, я поехал на работу и… Перекресток набережной Макарова и съезда с Тучкова моста. Я стою на «мертвом» островке, впереди валяется кенгурятник, разбита левая фара, вытек радиатор. А метрах в тридцати изогнутая углом «девятка». Я был уверен, что ехал на зеленый. На самом деле сознание было где-то сзади. Конечно, я не должен был садиться за руль, но переоценил себя. Потом подъехал сын. Как я ему благодарен за это возвращение меня «на землю»! Ростом 190, существенно шире меня в плечах, он сам еще три часа назад рыдал взахлеб. А тут идет ко мне, улыбается и произносит фразу, от которой мы с ним начинаем просто хором хохотать: «Папа! Как ты его (в смысле, «девятку»)грамотно убрал!» И самим неудобно перед ни в чем не виноватым водителем, но ничего не можем с собой сделать — с нас сваливался стресс всей предыдущей ночи. Потом » за дополнительное вознаграждение» быстро оформили ДТП, на эвакуаторе отправили машину на стоянку, купили водки и пошли домой вспоминать все самое лучшее.
Сейчас Флинт под двумя сосенками на защитной полосе бессменно охраняет нашу дачу, а нынешний молодой знает, что на эти сосенки лапу поднимать категорически нельзя.

чинг 17.05.2011 — 19:32

Alex196

За исключением аварии, у меня примерно так же все было.

Alex_D 17.05.2011 — 20:09

У многих тут на форуме, наверное, такие сосенки заветные есть…

vetdoctor 18.05.2011 — 14:53

КОРОСТЕЛИНОЕ РАЗДОЛЬЕ.

В 1983 году, работая в одной из городских ветлечебниц, я умудрялся довольно активно охотиться. В конце сентября у Дмитрия заболела его ирландка Алиса и мне пришлось её лечить.Посмотрев слизистые и померив температуру я вынес безрадостный вердикт: пироплазмоз. Таким образом Димка лишался возможности охотиться в самую середину сезона с собакой, что было для его деятельной натуры нестерпимой трагедией.

К концу недели Алиса стала похожа на синюшного ходячего мертвеца от применяемого тогда препарата Трипанблау, прозванного в простонародье «синькой». Но общее состояние собаки было стабильно удовлетворительным, поэтому мы с моим Мартом, оставив Лиску на попечение тогдашней Диминой жены Татьяны, уехали в луга.

Старый «Прогресс» Диминого папы Олега Ивановича по спокойной воде доставил нас на место, именуемое нами «осинки». Напротив стана, проезжая мимо, мы отметили большую скошенную луговину, по краям заросшую большими лопухами.
На самом островке, где мы расположились станом, были грязи, в которых традиционно водились бекасы и несколько мелких небольших озёр.

После обеда, обустроив лагерь,пошли побродить по грязям. Март тут же сработал пару бекасов, которых мы и отстреляли. До вечерней зари оставалась ещё пара часов, которые мы с успехом посвятили рыбалке.
На впервые купленную Олегом Ивановичем новую жёлтую колеблющуюся блесну «Днепр» Дима с первого же заброса поймал очень большую, килограммов на девять, щуку. Этот «крокодил», вытащенный в катер при помощи темляка, сильно напугал моего кобеля, который залез на переднее сиденье и лаял оттуда на щёлкающее зубами невиданное страшилище, ползающее по сланям.

Сварив уху, пошли на ближайшее мелкое озерко. Поскольку собака была у нас одна, решили стоять на одном озере, но таким образом, чтобы не мешать стрелять друг другу. В очень густых сумерках на Димку налетела пара крякв, одна из которых сразу же после стрельбы шлёпнулась на середину озерка, а вторая была мною бессовестно промазана.

Уже на выходе из камышей почти в полной темноте прямо над нами зашла стайка уток. Стреляем и слышим два удара о землю в прибрежном дубовом лесу.
Две минуты поисков и вот уже Март подаёт сначала первую, а потом и вторую крякву, причём обе утки были подранками в крылья.

Утром решаем переплыть на вёслах через протоку и пройтись по замеченной накануне луговине с лопухами. Только выгрузились из катера, как Мартышка сразу же стал на первой выкошенной полянке. Посыл и рыжий крупный коростель падает от нашей стрельбы, не успев отлететь и десяти метров.
Март подаёт перемешанные с грязью перья без головы и половины тушки.
Решаем не горячиться и отпускать птицу подальше, ведь у обоих по ИЖ-58 со стандартными дульными сужениями, правда у Димки 12-й, а у меня 16-й калибр.

Коростеля оказалось на редкость много и самое главное, он почему-то твёрдо держал стойку, чего обычно за этой птицей не наблюдается. Видимо сказалась обильная роса, сильно смочившая коростелиные перья. Стреляем по очереди, промахов по прямолинейно и небыстро летящей птице нет, поэтому пройдя луговину, решаем закончить это истребление дичи. Подсчитываем трофеи. Оказывается 24 птички. Очень здорово, ни разу такой высыпки коростелей не наблюдали.

Гребём назад, на стан. Вдруг Димка шёпотом говорит: -Утки, на нас заходят.
Бросаю вёсла, хватаю ружьё и лишь потом оборачиваюсь на шёпот. Низко над камышами по-над противоположным берегом летят четыре кряквы. Стреляем в четыре ствола и все утки падают в прибрежный камыш. -Ура!!!Ай да Пушкин, ай да мы!-кричит Дмитрий, не в силах сдержать восторг от неожиданной удачи. И вправду, дуплеты были красивыми. Мартышка уже спрыгнул с борта и плывёт в камыш за добычей.

На стану Дмитрий достаёт по такому случаю из рундука бутылку марочного дагестанского коньяку и мы отмечаем прекрасное охотничье утро, от начала до конца пронизанное удачей. К вечеру на грязях стреляем из-под Марта семь бекасов и одного дупеля. Лёт на заре начался необычайно рано.
Ещё при свете
солнца над нашими озерками стали одна за одной заходить большие стаи чирков. Обазартившись, начинаем беспорядочную стрельбу с минимальными для себя результатами. Расстреляв до конца патронташи, берём всего лишь семь маленьких уточек. Рассмотрев их внимательней, понимаем, что это пролётные, не гнездящиеся у нас трескунки.

Идём на стан, опять есть повод тяпнуть по рюмашке из недопитой бутылки коньяку. Диман достаёт из своих запасов свежий лимон, режет его дольками и оставшийся вечер проходит под бурное застолье.
Затягиваем:
-В плавнях шорох и легавая застыла чутко…

Утром мы уже опять на заветной «коростелиной» луговине. Март уже не просто обыскивает луговину, он сознательно идёт к зарослям лопухов, под которыми они и прячутся. Берём ещё семнадцать коростелей и к своему глубокому разочарованию, констатируем, что патронов мы взяли явно маловато в эту поездку. Все патроны с мелкой дробью у нас обоих закончились.
Не снимая палатки, едем назад в город.

Оставив лодку на базе на плаву, прямо в сапогах топаем по проспекту Кирова в единственный тогда в городе охотничий магазин. Нас пускают туда вместе с собакой. Дарим продавщицам по пятку коростелей и в ответ получаем возможность покупки дефицитных тогда патронов с дробью N8, по сотне штук на брата, тогда как в те времена была разнарядка, не выдавать в одни руки больше тридцати патронов.

Садимся на троллейбус, доезжаем до Диминого дома, отдаём птиц в морозилку, берём ещё несколько бутылок припрятанного коньяку и снова на базу.
Перед уходом я осматриваю Алису. Динамика стабильная и есть надежда ещё поохотиться с ней в текущий сезон по вальдшнепу. Отчаливаем от базы и через полтора часа на пустой лодке под тридцатисильным «Вихрём» мы уже снова на стану.

Обедаем и ложимся спать. Вечером опять «отстреливаемся» от чирков, заходящих на нас как «мессершмитты». Кряквы к нам не прилетают, видимо мы отбили у них охоту. Вечером опять продолжение банкета и дуэтный концерт песен Розенбаума.

Утром мы снова на заветной луговине. Март показывает прекрасные работы, правда коростели начинают сильно бегать, видимо влажность поменялась и они стали вести себя как обычно. Стреляем ещё двенадцать штук и на луговине коростелей больше не остаётся. Проходя мимо одного озерца, Март плюхается в воду и плывёт к другому берегу в камыши. Оттуда с громким кряканьем начинают «рваться» кряквы. Сбиваем по паре и пока перезаряжаемся, кобель поднимает оттуда ещё штук двадцать. Последняя уже почти улетела, но быстрый Диман успевает закрыть ружьё и сбитая утка шлёпается на сухое посреди коростелиной луговины.

Едем на катере в Дубяшку, блесним щук, приезжаем на стан, готовим обед.
Вечером на грязях стреляем ещё по паре бекасов и встаём на зорю.
Чирки тоже перестали летать к нам. Стоим и скучаем. Вот где-то высоко, чмокая летит бекас. До него метров пятьдесят. Дима стреляет и быстрый длинноклювый летун падает почти в середину камышей соседнего озера.
Март очень долго плавает в камышах, но наконец-то я слышу характерное похрюкивание. Кобель приносит долгоносика и отдаёт его мне в руки.

Идём на стан, ужинаем, выпиваем по сто грамм приятного золотистого коньяку и сидим молча, слушая тишину. Неожиданно начинает накрапывать мелкий противный дождик и мы прячемся в палатку. Засыпаем.
Просыпаемся от какого-то дискомфорта. Оказывается, что поднявшийся ветер сломал большую ветку дерева, которая упала на нашу палатку, придавив нас к земле. Поднимаем тяжёлую ветку, заново натягиваем растяжки палатки.

Дождь кончился, спать уже не хочется. Разжигаем костёр. Димка говорит, что на Волге не бывает мокрых дров, а бывает мало бензина. Сжигаем упавшую ветку, кипятим чайник, принимаем ещё по сто грамм коньяку и нам становится хорошо. Мартышка спит в палатке.

Просидев у костра до утра видим, что погода резко изменилась.
Небо затянуто тучами, поднялся холодный ветер. В этот день на охоту не идём, а сидим в палатке, со скуки играя в карты на вожделенный коньяк.
В результате опять выпиваем по двести граммов, закусываем жаренными на сковородке жирнющими коростелями и жизнь опять нам кажется прекрасной.

На другое утро опять повторяем поход по луговине, но видимо пролёт закончился. Мартышка находит всего двух коростелей, один из которых оказывается подранком и он его ловит без выстрела. -Не всё коту масленница-констатирует Дмитрий-Поехали домой.

Давно заросли камышом и тростником бекасиные грязи, очень много лет уже не косят прежние добычливые луговины, давно сменились и не раз, наши собаки.
Но в памяти остаются те добрые прекрасные мгновения, когда мы были молоды и бесшабашны.

vetdoctor 18.05.2011 — 18:56

А вот Вам немного не про собак, но про охотника, воспитавшего не только собак, но и меня. К сожалению, лишь эпитафия.

Я как-будто бы был и как-будто бы не был
Всё смотрел на людей и на папу в гробу
Время словно застыло и жаркое небо
Лишь безмолвно внимало людскую мольбу

Кто мы здесь в этом бешеном вихре событий
В этой странной и Богом забытой стране
Там, где властвует вечность, ничто не забыто
Но при взгляде в неё стало холодно мне

Этот холод души, он как холод могилы
От далёких миров и небесных светил
Не даёт нам забыть, пока близкие живы
Будь же счастлив, что всё-ж этот мир посетил

Ночью жаркой над кладбищем души летают
И никак не найдут сокровенный покой
Где мы? Кто мы? Никто не узнает
Кто томится в гробу под сосновой доской

Где душа? Что имеет субстанция эта?
Средь могил и оград, да дубовых крестов
Зафиксирует память горячее лето
И прощание с телом: уже я готов

Закидали землёю сырую могилу
Троекратно, прощаясь, ударил дуплет
Так закончилось прошлое, мне оно мило
Но постичь так не хочется: всё-ЕГО нет

Я как-будто бы был и как-будто бы не был
Всё смотрел на людей средь надгробий пустых
Время словно застыло, лишь жаркое небо
Слилось с болью утраты, отдав этот стих

Alex196 19.05.2011 — 10:40

Просыпаемся от какого-то дискомфорта. Оказывается, что поднявшийся ветер сломал большую ветку дерева, которая упала на нашу палатку, придавив нас к земле.

Прямо по классике:
«…А кто спросонья что понимает? —
Сушину ветром на нас свалило,
Чуть всю рыбалку не загубило…»
(Анатолий Полотно, песня «На рыбалку») 😊

Как всегда, здорово! Будет преступлением перед всей охотничьей общественностью, если все это ограничится только рамками форума. А заодно и всяким «гражданским» показать, что охота, как национальная культура, никуда не делась, все продолжается в лучших традициях Тургенева, Аксакова, Некрасова, Сабанеева и др. Кстати, в отличие от многочисленных других откровенно деградирующих сторон нашей жизни.

vetdoctor 19.05.2011 — 13:08

ПАПИН ПЕРВЫЙ ЛОСЬ.

Знаю об этом событии только по далёким уже рассказам отца.
Было начало шестидесятых годов. Геологическая экспедиция, в которой работал отец, искала руду молибдена на Дальнем Востоке. В очередной раз нелётная погода задержала доставку продовольствия в геологическую партию. На этот случай у геологов всегда были так называемые «пищевые» лицензии на копытных и медведя.

Вместе со своим первым охотничьим учителем, буровым мастером Николаем Ивановичем, отец выдвинулся в тайгу на охоту. Решено было искать сохатого.

Оружие у них было довольно слабенькое для такой серьёзной охоты.
Николай Иванович был вооружён двуствольной курковой «тулкой» шестнадцатого калибра, а у отца был рассверленный под гладкий патрон двадцать восьмого калибра военный карабин Винчестера со скобой Генри, когда-то сделанный по заказу царского правительства под трёхлинейный патрон.

Ещё молодой в то время Туз ушёл в поиск за следующую сопку.
Примерно через час охотники услышали отдалённый лай собаки и поспешили на голос.
Вся поверхность склона следующей сопки была скрыта от глаз молодым пихтовым подростом, мелкими ёлочками, а посредине склона рос большой кедр.
Именно оттуда и раздавался яростный лай Туза.

Осторожно, чтобы не подшуметь зверя, мужчины подкрадывались к кедру.
Выглянув из-за ближайшей ели, папа увидел следующую картину.
На небольшой поляне, прижавшись задом к кедру и опустив вниз голову с огромными лопатами рогов, стоял высоченный, почти весь чёрный лось.
Ноздри его были раздуты, глаза навыкате и время от времени он бросался на собаку, делая стремительные выпады вперёд. Туз очень ловко уворачивался от рогов и копыт сохатого, держась на безопасном для себя расстоянии.

Охотники подкрались к зверю метров на пятнадцать. Прозвучало три выстрела и бык завалился набок, подмяв под себя мелкие деревца.
Отец стал подходить к упавшему лосю, но дядя Коля предостерегающе крикнул:
-Не подходи, Валера! Уши прижаты!
Туз трепал поверженного зверя за шею. В это время лось вскочил, поднялся на дыбы, вместе с впившимся как клещь в его шею Тузом и передней ногой срубил молодую ель одним ударом, срезав её острым копытом как бритвой.

Прозвучал ещё выстрел, пуля Винчестера попала зверю в глаз и он окончательно слёг. Потом они долго разделывали тушу, готовили язык, губы и печень на костре, грузили мясо в захваченные с собой большие заплечные мешки. После этого дядя Коля пошёл в лагерь за мужиками, чтобы перенести всю эту груду мяса, а отец остался у костра охранять добро от хищников.

Самое неприятное для всех изголодавшихся людей оказалось почти полное отсутствие соли на складе экспедиции.Дорвавшись до мяса, геологи ели его несолёным, что спровоцировало у многих расстройство пищеварения.
Рога этого лося долгое время висели в прихожей дома моего прадеда, а при переезде их сначала убрали в гараж, а потом они куда-то затерялись.
Как сейчас помню, что там было по тринадцать отростков на каждой лопате.

vetdoctor 20.05.2011 — 13:15

И снова дорога нас в поле ведёт
Палатки стоят,как всегда,на стану
И может быть снова опять повезёт
Нам птичку добыть не одну

Но может собака случайно погнать
Стрелять я не стану тогда
А буду лишь матерно громко орать
На близкого мне кобеля

И ляжет испуганный мой мушкетёр
В траву,под себя убрав прут
Но вгляд его будет лукав и хитёр
Он знает про всё.Вот ведь плут

И станем по полю челночить опять
Лишь стойкой прервёмся на миг
И выстрела гром будет снова звучать
Атос! Тебе слава, старик…

vetdoctor 24.05.2011 — 14:06

НЕКОТОРЫЕ ДИСКУССИИ О СОБАКАХ И НЕ ТОЛЬКО О НИХ.

В середине восьмидесятых годов собрались легашатники Саратовской области в поле. Целью их было традиционно закончить весенний полевой сезон очередными областными состязаниями по полевой дичи.
Главным экспертом был тогда ныне покойный уже неподкупный А.А.Никифоров, когда-то вырастивший первого чемпиона Всероссийской выставки 1957 года, знаменитого английского сеттера ч.Чингиза.
Ассистентами его были В.В.Васильев и М.Д.Калихман.

Охотники собрались в теперь уже застроеной дачами вездесущих
«новых русских» пойме реки Карамышки, что протекает близ села Рыбушка.
Участников набралось не много. На жеребьёвке присутствовали владельцы одного пойнтера, одного ирландского сеттера, одного английского сеттера, шести курцхааров и двух дратхааров.По положению допускались только собаки, имеющие диплом второй степени по профилирующей дичи.

Вечером у костра каждый из присутствующих нахваливал свою собаку, предрекая ей обязательную победу в предстоящей баталии с перепёлками.
Один довольно опытный собаковод весь вечер учил меня, с его точки зрения, ещё салагу в охотничьем собаководстве, как правильно надо натаскивать собаку. Другой стыдил меня тем, что я в такую жару привёз девятилетнего заслуженного кобеля в поле и этим насилую старую собаку.

Нам с Мартом по жребию выпал последний номер. Утром на поле размером двести на двести метров, стучало одновременно шесть перепелов-петушков и вавакала одна самочка. Уже с самого восхода солнца росы в поле не было, дорогу к полю покрывал толстый слой пыли и тянул едва заметный ветерок.
Температура катастрофически быстро поднималась и собакам становилось работать всё трудней и трудней.

Начались состязания. И тут фатальное невезение у многих, достаточно известных собак.Погода и сушь не давали им раскрыться полностью.
У некоторых просто «сносило крышу».
Первый номер-непроявление чутья,второй-погонка,третий-непроявление чутья. И так до восьмого номера.Хорошо поставленная и прекрасно подготовленная сука дратхаара получает наконец диплом третьей степени. Присутствующие переглянулись и сразу же двое участников заявили о том, что они снимают своих собак с состязаний.

-Пускайте собачку-объявил мне Никифоров.Пущенный в поиск Март тут же убежал к речке, искупался и вернулся обратно. Температура тем временем всё поднималась, а ветерок стал еле заметным. Закуривший Васильев отметил, что дым чуть-чуть относит в сторону. -Пускайте собачку-повторил главный эксперт.
Делать нечего.-Давай дружище, выручай-тихонько прошептал я на ухо кобелю и бодро скомандовал-Ищи!

Март на абсолютно правильном челноке не очень быстрым ходом стал обследовать поле. На второй параллели кобель развернулся на едва заметный ветерок, протянул около восьми метров и твёрдо стал. -Посылайте-крикнули судьи. -Вперёд!-крикнул я. Кобель резво прыгнул вперёд и прямо из-под его прута свечкой поднялся одуревший от пробежавшей по нему собаки, перепел, резво улетевший за речку. Выстрел, после которого сзади раздался дружный хохот экспертов и гром аплодисментов зрителей.

Описав работу, эксперты сказали:-Наводите на бьющего. Ещё метров пятьдесят и снова красивая, дальняя и верная работа по паре перепелов. Затем работа по перемещённым, которых Мартышка отработал каждую птичку в отдельности.
-Всё, достаточно-объявили судьи-Возьмите собаку на поводок.
Долго посовещавшись, эксперты пригласили меня к себе.

-Поздравляем Вас с дипломом второй степени и званием Полевого победителя-вынес свой вердикт Никифоров, крепко пожав мне руку. И добавил-Если бы не жара, он у Вас диплом первой степени мог бы получить.Прекрасная собака.
Потом было награждение, вручение призов. Нам дали новый кожаный ягдташ, с которым я охотился вплоть до двухтысячных годов, пока тот не рассохся, сетка не оборвалась и не оторвались торока.

В автобусе те, кто учил меня вечером у костра, смущённо молчали.
Остальные искренне поздравили нас с Мартом с заслуженной победой.
Тут же откуда-то взялась большая бутылка-«огнетушитель» с каким-то виноградным вином, мужики достали закуску и закрытие полевого сезона прошло, как всегда, традиционно успешно. На тех состязаниях я познакомился и подружился с дратхааристом Лабунским. Много полей после этого мы провели с ним на охоте.
Несколько лет назад, по привычке зайдя к нему в гости, узнал, что Юрия недавно не стало. Никифорова мы тоже похоронили в девяностых годах.
Даже провели состязания его имени. Светлая им память…

Паршев 24.05.2011 — 15:33

С Экслер.ру

от Faust1983 20 марта 2011, 02:47 Украина, Киев

Вот решил поделиться домашней историей…

Как-то на днях решил навестить отца. Сидим, чаек попиваем с вареньицем, в нардишки играем. Воцарившееся молчание мерно нарушалось бросками зариков. Я решил как-то завести разговор, поинтересовавшись его делами и смурным настроением. На что услышал следующее.
Был я на даче на прошлых выходных, — начал отец. Там подправил, венички в баню подвязал, дрова подготовил и т.д. Собрался уезжать как пес прибегает. Старый бродяга уже как года четыре время от времени навещающий друга, зная что ему всегда будут рады и накормят до отвала. Но тут пес что-то странно начинает себя вести, словно завет куда. Наш домик рядом с лесополосой, куда пес и повел отца. В метрах тридцати вглубь леса дачники вырыли компостную яму,куда сбрасывали сорняки со своих огородов. Ямка добротная, глубокая. В к ней и привел пес. Смотрю, говорит, а на дне ямы старый матерый заяц лежит. Целый, не подранок. Видно свалился в яму, да шею и свернул. Видать по старости и не заметил.
Здесь надо отметить,что отец у меня заядлый охотник. Ещё его отец, мой дед, начал брать его на охоту с собой лет с восьми.
И что, — говорю я отцу, — мертвый заяц, ты то чего расстроился.
Да ты не поймешь так, — ответил отец, — это тот САМЫЙ заяц.
В смысле «тот самый»? — заинтересовался я.
Отец продолжил рассказ.
Говорит, — я этого зайца не первый год наблюдаю. По началу я натыкался на его следы. Наглец сначала прохаживался около дачи, порой на огород да в сад захаживал, в конец за последние два года четко подходил к дому поедая оставленную для собак еду. Его самого не раз видел. Только засранец этот появлялся именно в тот момент когда я либо на чердаке, либо в саду на дереве. Пока с чердака иль с дерева слезу, он уже и уйти успевал. Именно УЙТИ, -подчеркнул отец.
Стоит ли говорить, что отца спокойно расхаживающий заяц по его территории задел за живое. Кто охотник, тот поймет возникший азарт, спортивный интерес. Такая себе игра в «поймай меня,если сможешь» между старым охотником и бывалым матерым зайцем.
Я на него и засады с ружьем устраивал, — продолжал отец, — и ночевал подряд на даче несколько дней в ожидании… Все ни почем, заяц был или вправду умен, либо просто везучим, но то что это был один и тот же заяц не было никаких сомнений.
Когда я стоял над ямой, осмысливая происходящее, — говорил отец, — я подумал, что наверное этот старый заяц умирая подозвал к себе пса, чтобы тот передал мне — старому охотнику, что мол ОН — заяц, пока я за ним бегал и устраивал засады, умер своей смертью, от старости…
По началу я рассмеялся от души, а затем проникся отцовой грустью. Зайца больше нет, а с ним и прежнего азарта, с которым отец собирался каждый раз на дачу за последние два с половиной года….

К пятидесятилетию старого охотника посвящается….

vetdoctor 25.05.2011 — 19:29

Однажды, по Волге-реке мы плывём
И в дымке рисуется даль
Когда-нибудь все мы из мира уйдём
И радость заменит печаль

Бегут по бортам, как всегда, острова
Вихрится бурун за кормой
И в сердце, как прежде,найдутся слова
Где есть самый верный страж мой

Меня сбережёт он от страшных годин
Где трудно остаться без бед
И если когда-то останусь один
Даю жизни клятву-обет…

vetdoctor 27.05.2011 — 14:03

СТЕЧЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ.

Однажды один мой достаточно близкий знакомый охотник попросил помочь ему с выбором щенка. Сколько я его не уговаривал взять пойнтера, его неудержимо тянуло к континенталам. После долгих поисков и предварительных созвонов решено было ехать за щенком в Волгоград. С нами поехал ещё один охотник, всю свою сознательную жизнь державший дратхааров.

Прибыв на место, осмотрели щенков. Мне приглянулась очень спокойная и хорошо развитая кофейно-пегая сучка. Её я и порекомендовал взять Володе(так зовут охотника). Опытнейший Дима, передержавший за свою охотничью жизнь несколько бородачей, выбрал себе шустрого чёрно-пегого кобелька.

Шло время, собачки росли и развивались. Пришло время для занятий в поле.Поскольку у Владимира никакого опыта в натаске легавых не было, то мы с моим лучшим другом Димой взяли над ним шефство. Дана (так зовут собачку) оказалась очень талантливым щенком и буквально на третий выезд в поле твёрдо стала по перепелу.

С братом же Даны хозяин мало занимался, в поле почти не выезжал, зато на открытие сезона сразу стал использовать кобелька на подаче утки, чем ещё сильнее затормозил полевое развитие собаки.
Вскоре Данка стала получать дипломы как по полю, так и по всем возможным для континентальной легавой дололнитеьным видам, включая вольерного барсука и медведя.

На многих выставках и состязаниях она стала занимать призовые места. Однажды увидевший её Гена Казаков просто влюбился в эту собаку, поставив её впереди большого ринга межрегиональной выставки. Владимир благодаря Дане стал очень правильным охотником. Дважды повязаная она дала несколько прекрасных потомков и получила титул чемпиона породы.

А её однопомётник каким-то трудно постижимым образом пропал в лесу, куда владелец взял его во время сбора грибов. Есть подозрение, что собаку просто украли. Так иногда складывются обстоятельства, что малоопытный владелец, благодаря большому желанию становится опытным легашатником, а казалось бы потомственный охотник несерьёзно относится к новой собаке.

Как важно направить старания собаковода в нужное русло, помочь ему во всех начинаниях. У всех нас обязательно есть в жизни такие люди, которые вовремя направили нас в правильном направлении. А ведь по большому счёту это всего лишь стечение обстоятельств…

Alex_D 30.05.2011 — 13:24

vetdoctor
А ведь по большому счёту это всего лишь стечение обстоятельств…

У самого так же, по случаю, появился лабрадор в семье, сейчас подрастает и набирается ума-разума голдяшка.
До появления охотничьих собак в доме, казалось, что охотничья собака и ее натаска, это что-то из разряда фантастики и самостоятельно я с этим делом никогда не справлюсь. Да и с наставниками беда. Однако как показало время, не боги горшки обжигают 😊
Слава богу человечество придумало интернет, с помощью которого удалось узнать много замечательных людей-собаководов-охотников, с чьей помощью удается воспитывать замечательных собак.

vetdoctor 30.05.2011 — 16:38

СПАСИТЕЛЬ.

Уже несколько лет как похоронили мы известного Саратовского гончатника, лайчатника, эксперта-кинолога и стендовика Ивана Маркеловича Сметанина.
Был он человеком с очень тонким, только ему одному присущим юмором.
Чего только стоят такие его перлы: «Это же никакого мышления»,»Это просто невообразимо!»,»Всплеск памяти прорезался» и некоторрые другие, очень колоритные высказывания. Был Маркелыч, как называли его друзья-охотники, большим мастером охотничьего рассказа.

Работая с ним в конце восьмидесятых годов в одном охотхозяйстве, время от времени мы, молодёжь, с большим интересом слушали различные охотничьи истории, которые в его устах превращались в колоритнейшие повествования.

Однажды зимой, сидя в бендешке, встроеной в конце вольеров для собак, пришлось услышать эту удивительную историю. — Ну вот опять всплеск памяти прорезался-начал своё повествование старый охотник.
Мы придвинулись к нему поближе, чтобы не пропустить ни одного слова из очередного рассказа.

Была у Ивана Маркеловича западно-сибирская лайка по кличке Сибирь.
Однажды высокое начальство в лице генерального директора предприятия, которому принадлежало охотхозяйство, приехало на закрытие зимнего сезона по копытным. Приехали высокие гости, в том числе и академик из Москвы, светило отечественной микрохирургии глаза. Так что в грязь лицом ударить было никак нельзя. В первом загоне были отстреляны два оленя. Оставалась ещё лицензия на кабана.

Охотники свежевали зверя, кое-кто фотографировался и закусывал «на крови».
Сибирь в это время отдала голос. Ближе всех к собаке были гендиректор Георгий Архипович, его жена Людмила и Маркелыч. Они поспешили на лай собаки. На поляне среди густых ёлочек они увидели следующую картину.
Огромный секач, прижавшись задом к куче поваленных деревьев, прижав уши кидался на собаку, облаивающую кабана с безопасного расстояния.

Иван Маркелович приложился и выстрелил в голову вепрю, но пуля, скользнув по черепу, не причинила тому никакого видимого вреда. Второй патрон в надёжном и привычном МЦ-6 осёкся. Кабан бросился на старого охотника, но в это время Сибирь повисла у секача сзади, глубоко вонзив клыки ему в ляжку.
Это-то промедление и спасло Маркелыча. В это время опытный Архипыч, заскочив сбоку, точным выстрелом из карабина с левого плеча попал кабану в глаз.

Прибежавшая вместе с мужчинами женщина нервно расплакалась и сказала, что больше никогда на кабана с ними не поедет.
Маркелыч вытер испарину, повернулся к своему старому другу, обнял и расцеловал его.
Маркелыч замолчал, пристально вглядываясь в мерцающий огонь электроплитки, на которой варился корм для собак. -Вот так бывает, ребятки-закончил он свой рассказ и ласково погладил старую Сибирь по седой голове.

vetdoctor 01.06.2011 — 14:24

ПОДСТАВА.

Была зима последнего года восьмидесятых. Я сидел в столовой для работников охотхозяйства и с удовольствием уплетал вкусный завтрак из мяса даров леса.
В это время зашёл с морозца местный электрик Сергей. Был он человечком довольно авантюристичного склада, «мутный»,как сказали бы сейчас молодые.

Прямо с порога он объявил:-Чего тут сидишь? Вон у Маркелыча молодые собаки гоняют вокруг базы, а он сам спит дома. Ты же хороший охотник, стрельни мне зайца, а то у моей тёщи в городе завтра день рождения.
Да и собакам надо понять, для чего гоняют.Маркелыч тебе ещё спасибо скажет.

По неписанному закону охотничьей этики стрелять из-под чужих собак нельзя. А если уж и принял зайца, то обязательно надо дождаться владельца, отдать ему трофей, а взамен получить патрон. Но тут вроде как самостоятельная нагонка молодых гончих, так почему бы действительно не стрельнуть?
Попутал меня бес и был он в виде Сергея по кличке Деловой.
Тут же он мне свой ТОЗ-34 тащит и два патрона. Вышел я из столовой, не допив кофе.

Самого азарт захватил, собачки в распадке на другой стороне озера напротив базы гоняют. Знал я все переходы зайцев как свои пять пальцев. Перебежал по льду на другой берег, присел на корточки, слушаю. А молодые выжлята выводят на все лады. Смотрю, метрах в семидесяти по льду в метре от берега прямо на меня катит матёрый русачина. Увидел меня метров с сорока, да поздно было, такие у меня никогда не уходили. Выжлята подскочили,стали зайца трепать.
-Отрыщь-кричу-а сам пазанки отрезаю и первым двум из трёх бросаю.

Отдал я зайца Деловому, а сам сижу, допиваю остывший кофе в столовой. Опять бежит бесина, снова, говорит гоняют,давай ещё одного, я в городе твоей невесте отдам. Купился я вторично. Снова перебежал по льду, опять жду зайца. А он сам в руки идёт, выжлята его по склону берега гонят.
Как поравнялся он со мной, с двадцати метров ему и всыпал троечкой из спортивной гильзы Хубертус-трап, переснаряженной Деловым.
Опять выжлятам по пазанку и снова в тёплую столовую.

Тут уж Деловой меня с полем поздравляет, рюмочку Мартини с водкой наливает, про охоту рассказывает, меня хвалит. Разомлел я.
А собачки снова гоняют вокруг базы. -Ну давай ещё одного, последнего-говорит Деловой-Маркелычу за собачек тоже заяц полагается. Опять перешёл я по льду, занял лаз.

А выжлята гоняют, любо-дорого послушать. Солнце в снегу искрится, лес красивый, лёд блестит. Третий косой как по ниточке бежит краем берега и опять пересняряженный Хубертус укладывает его в пушистый снежок в тридцати метрах от меня.

Рассказал я Деловому, как с моей невестой связаться, обязал его третьего зайца дяде Ване отдать с благодарностью и пошёл в свою комнату спать.
Вечером позвал меня к себе Иван Маркелыч. Говорит:-Садись, у меня бутылочка твоего любимого Мартини с прошедших праздников осталась.
-Спасибо, говорю, Маркелыч, за собачек. -За каких собачек?-спрашивает он в ответ.-А разве Деловой Вам зайца не отдал?-Нет, говорит, ничего не отдавал. А за что отдавать-то?

Поведал я Маркелычу историю утренней охоты в перерыве между кофепитием. -Ну и подлец твой Серёга, ну и жучило!-вдруг совершенно серьёзно говорит старик.
-Да в чём дело?-спрашиваю-Да я ведь утром с молодёжью охотился, а ты из-под моих гончих стрелял.-Поскольку тебя знаю хорошо, никогда бы на тебя не подумал. Вот ведь какой ты Игорёха, легковерный, что каждому пройдохе веришь.

Да и зайцев твоих он всех в город увёз. Хорошо, если Наташке твоей передаст, а то ведь может просто по своей родне развезти. Огорчился я, что так меня развели. Хорошего человека ещё обидел, да без зайца оставил.

Зачесались мои кулаки. Ну,думаю, паршивец, по печени ты себе заработал.
Маркелыч посмотрел на меня и говорит:-Вижу, что нехорошее задумал, не надо, не стоит он того. А тебе впредь урок будет, может всё оно и к лучшему.Давай лучше Мартинку уговорим до конца, да спать пойдём.
А завтра я тебя с собой на охоту с молодёжью возьму, развеешься от плохих мыслей.
Душевный человек был Маркелыч…

Паршев 01.06.2011 — 15:12

Как-то автор легко купился на действительно очевидную подставу. Нормальная же реакция должна быть — «ну так сам иди и стрельни». А то и ружьё есть, и патроны сам снаряжает, а типа «пойди мне стрельни зайца».

vetdoctor 02.06.2011 — 13:26

Белая, белая, белая мгла
Крутит позёмкою сильно весь день
Да за дорогою буря смогла
С корнем у яблони вывернуть пень

Третие сутки сижу у окна
Да замело все тропинки кругом
В городе где-то скучает она
И не выходит далече за дом

Зайцы зарылись в сугробах больших
Вьюга лютует в бескрайних полях
Только остатки стожков небольших
Путь указуют как лоцман в морях

Нету полос от охотичьих лыж
Как и собачьих не видно следов
Лишь занесённый виднеется пыж
Ветром носимый с прошедших годов

Да на кровати лежит Дефурни
А у прихожей выжловка скулит
Всё впереди! Наши лучшие дни!
Выпьем,поскольку стакан уж налит…

doctor73 02.06.2011 — 13:51

Душевно 😊 Мне понравилось:

vetdoctor
Зайцы зарылись в сугробах больших
Вьюга лютует в бескрайних полях
Только остатки стожков небольших
Путь указуют как лоцман в морях

vetdoctor 03.06.2011 — 16:44

ПОСЛЕДНИЕ СОСТЯЗАНИЯ СТАРОГО МУШКЕТЁРА.

Шло лето двухтысячного года. Прошли Всероссийские состязания памяти Г.Троепольского в Воронеже, ещё в мае закончились наши областные межпородные . И тут опять объявление в обществе охотников про состязания среди островных легавых. Ну, думаю, всё равно уже 10-ти летней собаке терять нечего, так что выставлю пожалуй я последний раз Атоса.

Приехали, прошли жеребьёвку. С вечера начал накрапывать дождик, который разошёлся и к ночи перешёл в ливень. Приехавшие не на внедорожниках участники забеспокоились, а часть из них так и не смогли проехать по грязи к месту состязаний. Утром картина та же: сыпет мелкий дождь, всё вокруг мокрое. Опытный председатель комиссии Д.Л.Рабинович спрашивает:- добровольцы есть? В ответ тишина.

Через пару часов дождь прекратился и состязания начались. Но слишком мокрая трава забивает чутьё собакам. Несколько номеров снимают за непроявление чутья. А перепелов, как назло, навалом. Петушки, как бы издеваясь над собаками, стучат тут и там.

Настаёт очередь английского сеттера Дези, принадлежащей А.Турсунбаеву. Это собачка московских кровей и пока о ней ещё мало что известно. Несмотря на обильную влагу, Дези отрабатывает пару, затем перемещённых, ещё работа и на листе появляется результат:
Д.2 при 76 баллах.

Наконец и нас с Тошкой вызывают. -Главное ничего не потерйяте в траве-шутит Давид Львович-а то уже старенькое достоинство, как бы не потерять.
-Старый конь борозды не портит-в тон ему отвечаю я и командую-Ищи!

Спокойненько, небыстро, совершенно по-деловому, Атос закладывает пару параллелей и картинно стаёт посреди люцерного поля. -Посылайте-командует Рабинович. -Вперёд-выдыхаю я, и кобель плавненько продвинувшись ещё на десяток метров застывает с головой ниже линии спины. Второй посыл и прямо из-под морды взрывается перепел.Выстрел и никакой реакции старой опытной собаки.-Да он наверное просто не слышит-язвит Рабинович-раньше-то иногда мог и заложиться до горизонта, а сейчас видно силёнок нет.

Быстренько, по-профессиональному описав работу, эксперты дают команду наводить на перемещённого. Хороший плотненький челночок с крыльями по 90 метров и снова красивая твёрдая стойка. Посыл, подъём перепелишки и снова наведение на перемещённого. Третья верная и довольно дальняя работа и мы получаем вердикт от экспертов. Диплом второй степени при 76 баллах.
Всё точно так же, как и у молодой англичанки.

Больше никто выставлять собак в такую мокреть не хочет, поэтому состязания заканчиваются. В результате только два диплома, зато оба второй степени.
-Плохо, что вода чутьё собакам забивает, зато перепел мокрый и не бежит-констатирует Рабинович.

Поскольку у обеих собак оценки за чутьё и стиль одинаковы, то осталось сравнить только егерьские баллы. И тут старик выигрывает.
У Атоса 77, а у Дези 66. Так и закончил мой престарелый мушкетёр свою полевую карьеру в ранге полевого победителя. А Дези А.В.Турсунбаева позже перешла к Д.Л.Рабиновичу и долгое время показывала очень неплохие результаты в поле.
Но это уже совсем другая история…

vetdoctor 08.06.2011 — 14:32

Поразительно наивно
И до глупости смешно
Полагать,что всё так дивно
Хоть на деле-всё равно

Но сегодня всё как надо
Потому что мне везёт
Вновь весёлая отрада
Нас в угодья приведёт

Будут уточки на зорьке
Мимо мушки пролетать
Будет водочка не горькой
Да и ружья нам под стать

Наши лучшие собачки
Станут птицу приносить
На стану не будет драки
Просто будем мы гостить

У природы нашей дивной
И под шум бегущих волн
Царство звёзд слегка постигнем
Там, где мир покоем полн…

vetdoctor 14.06.2011 — 18:46

ВОТ ТЕБЕ И УТОПИЯ…

Как-то раз в середине сентября позвонил мне один знакомый легашатник и пригласил к себе в деревню,где он вырос и в которой жила его мать.
Собаки у него временно не было, поэтому все надежды возлагались на моего молодого Портоса. Причём товарищ совершенно серьёзно обещал много перепелов. Созвонившись с людьми из облохотуправления,я спросил, как обстоят дела с перепелом на
правом берегу Волги, на что был получен ответ:-Это Вам не Краснодарский край. Это утопия и сказки для тех, кто никогда больше десятка перепелов за выход не брал.

Вечером к моему дому подъехала маленькая «Ока», за рулём которой сидел бывший пойнтерист и «афганец» Дима, а Василий, приглашавший нас на охоту, сидел рядом.
-Сколько патронов взял?-спросил меня Вася-Да два патронташа и Дефурни, чтобы по полю тяжёлую МЦ-шку не таскать-Ну-нУ!-ответил Василий-а мы по паре сотен взяли- и переглянулся с сидевшим за рулём Димой.

Уже в сумерках приехали мы в село и не заезжая домой,сразу проехали на ближайший пруд. В почти сплошной темноте на пруд начали заходить кряквы.
Василий с Дмитрием выбили по паре штук, Портос полез в камыши подавать, а у меня как назло, две осечки по близко налетевшим кряквам.

Вечером хорошо посидели под самогон местного изготовления. Я рассказал ребятам о разговоре с охотоведом. Они криво усмехнулись и ничего не сказали. Утром позавтракав, выехали в поля. Между посадками шириной в полкилометра тянулось поле, с убранным нутом, который был сложен в длинные валки поперёк, с интервалами между ними около пятнадцати метров.
В длину поле уходило за большой бугор, до которого было не менее километра.

Портос начал идеально челночить, чему способствовали сложенные длинные валки, вдоль которых он и закладывал свои параллели. Первая стойка с головой в сторону валка. Посыл и Портошка,ткнувшись носом под солому, как мышей выдавил из-под валка пару жирных перепелов, которые через двадцать пять метров оба упали, сражённые самоснаряженной десяткой.

Пошла охота. Компаньоны мои не отставали и по очереди стреляли из-под работающей собаки. Портос собирал и битых, и ловил подранков. Пройдя через поле я вдруг обнаружил, что патронташ пуст.-Мы тебе говорили, Фома Неверующий ты наш-поддразнил меня Василий-А наши патроны в твой шестнадцатый патронник не залезут.

-Ну ладно, не огорчайся, бери мой Бекас, а я пока похожу, на кобеля твоего полюбуюсь.-сказал Василий.-Давно такой чутьистой собаки не видел.
Пройдя до конца поля, мы развернулись и пошли обратно к машине другой стороной, которую не захватывал поиск Портоса. Ветер, к счастью, переменился на противоположный и собаке опять легко было искать. Денёк был нежаркий и собака не уставала, совсем не сбавляя хода, хотя прошли мы уже около четырёх километров по скошенному полю, перепрыгивая через валки убранного нута.

Когда дошли до машины, солнышко начало припекать и мы поехали в деревню.
Василий с Дмитрием занимались по хозяйству, складывая стог сена во дворе у Васиной матери, а я прилёг на кровать и уснул как убитый. Вечером поехали на другое поле. Оно тянулось вдоль оврага, по дну которого тёк ручей. Ковыль перемежался со скошенным подсолнечником,острые срезаные дудки которого время от времени довольно чувствительно утыкались в голень через камуфляжные брюки.

Патроны в моём Дефурни закончились на этот раз ещё раньше, чем утром. Остались лишь два патрона с семёркой, давшие осечку по уткам.
Так я и ходил: стойка, посыл, вылет перепела, два щелчка и отборный мат на всё поле.Вася опять дал мне свою пятизарядку и мы стали стрелять с ним по очереди.Вскоре стало совсем темно, не видно вылетающих перепелов и мы прекратили охоту.

Приехав в деревню Василий выгреб из сундука старые бумажные гильзы шестнадцатого калибра,барклай, пыжи, прокладки, жевело и мы сели снаряжать мне патроны. Дробь была только пятёрка, но и это было хоть каким-то выходом.
В результате снарядили ещё сорок патронов.

Утро застало нас опять в убранном нутовом поле.Было ощущение, что перепелов значительно прибавилось. Портошка великолепно приспособился выбивать их из-под валков, прыгая на солому сверху передними лапами.
Стойки были разнообразные. И с хода, и с разворота, и после потяжки, и уткнувшись в упор, и с высоко поднятой головой. Как ни странно, пятёрка не разбивала перепела, поскольку попадало обычно две-три дробины, тогда как десятка делала из птички друшлаг.

Прошли поле туда и обратно. Заряжаю последние два патрона. До машины остаётся уже около пятидесяти метров и Портос верхом далеко потянул на слабенький ветерок.Стойка прямо у машины. Не доверяя собаке, всё же на всякий случай готовлюсь и посылаю. Прыжок и со всех сторон от беленькой «Оки» фонтан охристых перьев. От неожиданности сразу не стреляю, а когда куропатки отлетели метров на сорок, жму два раза и вот уже мой молоденький мушкетёр подаёт их одну за другой. Похоже, что охотоведы знают лишь о копытных в своих угодьях, а перепелов они не отслеживают.
Вот тебе и утопия…

чинг 14.06.2011 — 18:55

vetdoctor
Дробь была только пятёрка, но и это было хоть каким-то выходом.

У как знакомо, самое главное по тушке попасть. После пятерки у меня тройка пошла.
Игорь, а нут шо це таке?

vetdoctor 14.06.2011 — 19:18

Игорь, а нут шо це таке?

Бобовая кормовая культура.

vetdoctor 15.06.2011 — 18:59

ОБ АНОНСИРОВАНИИ И ПРОЧЕМ…

Второй сезон в лесу Портос начал в привычных мне угодьях Саратовского района. Бывший со мной на охоте авторитетнейший легашатник начал меня учить жизни, как только мы оказались в лесу. -Да куда он у тебя улетел? Ты же будешь его два часа на стойке искать.
Я смущённо молчал, придавленный авторитетом старейшего охотника.

Портос тем временем начал выходить на опушку, проверяя моё месторасположение. Так мы шли и шли, собака старика ничего не находила, хотя и работала вблизи. Вдруг Портос вышел из опушки, посмотрел на нас и медленно двинулся в лес, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Я двинулся за ним. Кобель, постоянно оглядываясь на меня, явно шёл к какой-то, ему одному понятной цели. Через двести метров, он, очередной раз оглянувшись на меня, как по нитке потянул к кустам, росшим на краю большой поляны. Подойдя к ним он ещё раз оглянулся и увидев, что я его вижу,твёрдо стал на краю большой поляны.
Морда его была направлена в кусты.

Подойдя, я послал собаку. Неожиданно Портос обежал кусты со стороны леса и прыгнул навстречу мне. Из кустов в разные стороны свечкой поднялось два вальдшнепа. Промазать я не имел права, поэтому МЦ-шка дважды сказала своё веское слово и оба долгоносика приземлились по разные стороны открытой поляны.

Авторитет, видевший всю работу от начала до конца, подошёл ко мне и сказал, что таких собак в принципе он не разу не видел. За этот выход Портос сделал три анонса и мы с ним взяли ещё четыре вальдшнепа. Собака же опытного охотника сумела лишь один раз предоставить ему возможность стрелять.

Этот анонс укрепился с опытом и сильно разбаловал меня как охотника. Иногда мне думается, что если не было бы Портоса, то никогда я бы не узнал так много нового о легавых собаках. И всё же всех своих собак вспоминаю с грустью и благодарностью…

vetdoctor 16.06.2011 — 14:04

ЗВЕРОВОЙ ПОЙНТЕР.

Осенью 1986 года охотились мы с моим другом Дмитрием на Волжских островах. Как раз в тот год мой отец взял на моё имя в охотинспекции лицензию на косулю. Много раз, привязав собак в катере и зарядив ружья картечью мы устраивали загоны по дубовым гривам, но косули, как назло, на номер не выходили.

Оставалась неделя до моего двадцатипятилетия, на отмечание которого были приглашены наши родители и некоторые их друзья. Отпуск протекал, как всегда, замечательно. Дни текли размеренно, по своему расписанию.
Утром после завтрака мы ездили по дубовым гривам и стреляли вальдшнепов. Затем заезжали в одно заветное место в Дубяшке, вставали на якорь и блеснили щук, после чего ехали на стан, готовили обед, отдыхали и к вечеру стояли на ближайших озёрах зорьку, карауля пролётных осенних уток.

В один из дней накануне моего дня рождения решено было объехать большое количество островов и поискать вальдшнепов в местах, куда мы до этого не заглядывали. Тонкая паутинка летала над водой тут и там, солнышко светило на удивительно прозрачном голубом небе, жёлтые и багряные листья отражались в воде. Настроение у нас было превосходное. Новенькая Димкина «Казанка5М3» под двумя моторами «Привет-22» и «Вихрь-25» летела по осенним протокам и волны от неё колыхали зёлёные и уже кое-где желтеющие камыши.

На первом из островов у нас случилось каждому сдуплетить по паре вальдшнепов. Март и Алиса прекрасно работали, захватывая почти всё пространство острова. Находившись по кустарникам и собрав на двоих десяток птиц, решили переехать на соседний островок, хотя на нём обычно вальдшнепы держались только с одного конца, куда надо было пройти почти с середины.

Причалив лодку, попили чаю. Вижу, как вдоль острова по-над водой летит ворона. Заряжаю свой ИТОЗ-Б шестым номером и когда ворона поравнялась с лодкой метрах в сорока, жму спуск. Ворона, как сбитый гитлеровский «Юнкерс», со всего размаху врезается в воду. Кобель хочет подать птичку, но я его останавливаю.-Браво!-кричит мне Диман. Да мне и самому понравился выстрел. Одним пернатым разбойником в угодьях стало меньше.

Идём по острову вдоль цепи небольших озёр, где часто сидят на днёвке кряквы. Меняем в стволах девятку на шестёрку.Март ищет где-то справа от меня в кустах. Между нами большая поляна, заросшая бурьяном и крапивой.
Кобель неожиданно резко стаёт посреди бурьянов, мордой ко мне.
В глазах его какой-то хищный огонёк. Обычно он так по зайцу становится.

Подхожу и при моём подходе в пятнадцати метрах от меня неожиданно как из-под земли выпрыгивает козёл косули. До него так близко, что вижу его глаза и отточенные красивые рожки. Пропустив мимо себя, бью под лопатку из левого ствола. Косуля, не сбавляя хода, убегает с поляны и скрывается в ивовых кустах. -Зачем зверя испортил?-с гневом и недовольством в голосе говорит подошедший Димка.-Подожди-отвечаю-с такого расстояния должен был взять. Пойдём, посмотрим.

В это время метрах в двухстах от нас раздаётся лай обеих собак.
Идём и видим следующую картину: собачки наши облаивают большой ивовый куст, из-под которого торчат вверх все четыре копытца косули.
Потом закрывали лицензию, разделывали козла, перевозили мясо в лагерь.Оказалось, что заряд шестёрки разбил косуле сердце, сделав в нём двадцать шесть аккуратных сквозных пробоин.

Вечером к нам в лагерь начали съезжаться гости на катерах.
Начался праздник чревоугодия под эгидой дня рождения охотника.
Дмитрий проявил чудеса кулинарного искусства. На первое была уха из щуки, на второе-вальдшнепы с грибами и шампиньонами, на третье-шашлык из седла косули. Все поздравляли меня с таким неожиданным трофеем.

И тут козёл, даже уже застреленный и приготовленный, мне отомстил.
Болтая без умолку, я не заметил, как большой кусок шашлыка застрял у меня в глотке. Я начал задыхаться.В это время Дмитрий быстро и сильно ударил меня по основанию шеи сзади и злополучный кусок жаренного мяса вывалился у меня изо рта. Из глаз моих потекли слёзы, а Олег Иванович тут же налил мне штрафную рюмку коньяку. Все выпили за благополучно восстановленное дыхание.

Долго обсуждали мы такую неожиданную развязку закрытия лицензии на косулю.В конце пришли к однозначному выводу, что не только континенталы обладают зверовыми качествами. Но тот свой день рождения я запомнил надолго.

Давно перевели в воспроизводственный участок те наши любимые вальдшнепиные угодья. Несколько лет мы не ставим лагерь под знакомым дубом.
Иногда, закрыв глаза, вижу гирлянду вальдшнепов и уток на шнурке, спускающуюся с дубовой ветки, Марта, заглядывающего мне в глаза и молодого Димку, ласкающего прислонившуюся к нему и вставшую на задние лапы Алису…

vetdoctor 22.06.2011 — 14:00

ВАЛЬДШНЁПОВ ЧТОЙ-ТО НЕ ВИДАТЬ…

В один из прозрачных солнечных дней конца бабьего лета собирались мы на охоту. Папин друг дядя Серёжа, по кличке Борман, отчего-то задерживался с приездом. Каждые пять минут мы выходили на балкон и смотрели, не приехал ли до боли знакомый УАЗик.Но машины всё не было, время шло и отец начал нервничать.В те далёкие времена не было ещё сотовой связи, поэтому оставалось теряться в догадках, почему Борман не приехал, хотя из дома давно уже выехал.

Наконец, спустя два часа после назначенного времени, во двор въехала ожидаемая машина. Быстро спустившись на лифте, мы погрузились и поехали.
Оказывается, что кто-то ночью слил из «буханки» бензин и дяде Серёже пришлось бегать с канистрой на заправку за несколько километров.

С Борманом приехал «борманёнок», его сын Дима, младше меня на десяток лет.
Уже к полудню прибыли мы в Буркин. Лес с наполовину облетевшей листвой втретил нас каким-то торжественным видом. Казалось, что и густые заросли молодого клёна,и поляны с белеющими берёзами, и всё вокруг прозрачно и непередаваемо красиво.

Сложив ружья, мы двинулись в лес. Март стал на первой же поляне. Папа с Борманом подошли к стойке с разных сторон. Вылетело сразу три вальдшнепа и отпустив их на двадцать метров, наши охотники попали во всех.-Молодец Палыч-сказал дядя Серёжа, открывая старый довоенный Зауэр-А по второму, похоже, вместе стреляли. -Похоже так-ответил отец, заряжая Дефурни. Мартышка подал все три птицы и мы двинулись дальше.

Вальдшнепов было достаточно много и мы стали стрелять из-под стоек по очереди. Часам к четырём дня у каждого из нас сетки ягдташей уже внушительно оттягивались. Решено было переехать в другой лес, а по пути пообедать. Машина спустилась к ручью и дядя Серёжа достал большой кусок фанеры, положил его на два длинных бревна и организовал импровизированный столик.

Тут же из ручья был набран котелок воды и разведён костёр. Из рюкзаков были вынуты съестные припасы и началась трапеза. Ягдташи мы повесили на дерево. Шустрый Димка тут же подсчитал, что взято уже семнадцать вальдшнепов. Папино Дефурни, Зауэр дяди Серёжи и мой скромненький ИЖ-58 были приставлены к тому же дереву, на котором висели наши ягдташи.

Неожиданно Март начал лаять на кого-то в лесу. Вскоре появились коровы и пастух на лошади, подгоняющий их кнутом. Подъехав к нам, он спешился, поздоровался, спросил закурить, после чего внимательно пересчитал вальдшнепов. Затянулся разговор о дефиците продуктов в селе, о том, что без личного подсобного хозяйства прожить стало невозможно. О том, что хлеб на автолавке привозят два раза в неделю, что денег мало платят за пастьбу, а коровы бывает, что и пропадают в лесу.

Отец предложил пастуху отобедать с нами, но тот отказался, ссылаясь на гастрит и диету. Уезжая, пастух вдруг сказал фразу, которую мы никак не ожидали услышать от человека, всю жизнь проводящего в лесу. -Эвон, скока утаков набили. А вальдшнёпов-то чтой-то не видать. Не видать вальдшнёпов-под нос себе сказал пастух, отъезжая на лошади от костра.

vetdoctor 23.06.2011 — 16:27

ТАКИЕ РАЗНЫЕ ХАРАКТЕРЫ.

В 1978 году на испытаниях легавых собак по перепелу познакомились мой отец и я с очень интересными людьми, владельцами легавых. Среди них были люди совершенно разных слоёв общества, с разнообразными, порою противоположными взглядами на жизнь. Но всех их объединяла охота и собаки.

Очень консервативным, порою даже слишком «правильным», был пойнтерист Крыштановский К.Г. Широкою душой и удалью блистал уже тогда начинающий стареть интеллигент Шувалов А.Д. Человеком с техническим подходом, но которого постоянно «заносило» в область неизведанной фантастики, был известный Саратовский архитектор Рыжов Б.Г. Полной их противоположностью был очень мягкий и тонко чувствующий оттенки охоты с легавой Вилюмсон О.И. Довольно сварливым, но вместе с тем преданным породе пойнтер выглядел Сочков В.К.

Эти люди впоследствии сформировали меня как охотника с легавой собакой, передавая свои глубокие практические навыки. Это как сенсей-от сердца к сердцу, от души к душе. Со многими из них мне, тогда ещё подростку, пришлось провести в полях и лесах по несколько сезонов.

Что самое удивительное, их собаки во многом копировали своих хозяев. Помню очень сварливую и вечно ворчащую на всех на стану, но неутомимую и страстную в работе пойнтериху ч. Леди Гамельтон Сочкова В.К. ч. Нега-пойнтер Крыштановского К.Г. была воплощением классического английского, я бы даже сказал, чопорного стиля, с безупречным челноком и высоко поднятой головой. На стану она также горделиво проходила мимо всех остальных собак.

Английский сеттер ч.Чайка Шувалова А.Д. блистала безудержным поиском и какой-то, только ей одной присущей стильной удалью. Первый пойнтер Рыжова Б.Г., чёрно-пегая Альфа, то совершенно консервативно двигалась заученным поиском, а то могла показать совершенно невиданную прыть, изменив рисунок поиска на невообразимый, вместе с тем показав очень дальнее и верное чутьё.

Собака Олега Ивановича Вилюмсона пойнтер Леда, натасканная моим другом и сыном Олега Ивановича Дмитрием,в руках папы и сына вела себя совершенно по-разному. У Димки собака слушалась беспрекословно, показывая очень высокие результаты, у Олега Ивановича могла «сорваться с катушек» и либо погнать, либо работать на себя, пока не устанет.

Интересно к этому добавить, что мой Март совершенно одинаково работал как с папой, так и со мной. Ему было совершенно безразлично количество стрелков за спиной. Он мог отработать вдоль идущей цепи и подавать под выстрел дичь любому, но взятую птицу всегда нёс либо мне, либо отцу.

Когда-нибудь я соберусь с мыслями и напишу большую монографию про этологию собак, по крайней мере, охотничьих…

vetdoctor 27.06.2011 — 14:18

СОВСЕМ НЕ ХОРОШО.

История эта произошла довольно давно, в бытность моей работы в охотничьем хозяйстве. Так повелось издавна, что зимой члены охотколлектива, отстреливая копытного зверя, положенного по лицензии, мылись в баньке, отдыхали «культурно» на базе и к концу выходных разъезжались по домам.

И всё было бы хорошо, если бы не подранки, оставленные охотниками, которых нам, работникам о/х-ва приходилось добирать на следующий день.
Вот об одном из таких доборов и хочется мне поведать эту грустную историю.

Однажды в конце сезона на копытных по просьбе высокого начальства к нам прибыли хоккеисты известной местной команды. В последнем загоне на один из номеров вышел секач. Стрелок растерялся, пропустил момент верного выстрела и слегка заранил кабана в переднюю правую ногу.

Вечером, когда все уезжали, оставляя егерю Ивану лицензию, я сказал, что у меня к 16 калибру пулевых патронов больше нет,после чего владелец лицензии оставил мне свой новенький ИЖ-27 12 калибра и десяток патронов с пулей Майера.

Лаек рабочего возраста к тому времени на базе не было, так что пришлось нам с Иваном, скрепя сердце, взять с собой стареющую русскую выжловку, испорченную в своё время охотами по копытным. Снегопада ночью не было, так что мы довольно легко обнаружили кровяной след, пустив по нему собаку.

Гон пошёл по высоким тростникам довольно большого лесного озера.
Мы старались забегая на лыжах вперёд гона по льду, перехватить вепря на полянках среди кустов. Так мы и продвигались около двух часов.
Кабан кружил по тростникам, показыаваясь лишь на миг и не давая возможности произвести по себе прицельный выстрел.

Время перевалило за полдень, взошло ярко-красное солнце, которое слепило нас, светя как раз со стороны камышей, по которым передвигался кабан.
Мы решили сменить тактику. Иван встал в середине тростников возле звериной тропы у куста на полянке, а я продолжал передвигаться по периметру, подстраиваясь под гон.

В один из таких моментов,раздался истошный визг и прямо со стороны слепящего в глаза солнца я вдруг увидел летящую выше тростников собаку.
В следующее мгновение я увидел кабанью голову с опущенной мордой буквально в метре от носков моих лыж. Изо рта вепря валил пар,маленькие свиные глазки не предвещали ничего хорошего, уши были прижаты, а клыки блестели двумя маленькими белоснежными шпажками.

Последнее, что я успел сделать инстинктивно, это резко развернуть назад и в сторону правую ногу, делая подобие боксёрского сайд-степа. После удара в правое бедро я упал, выронив ружьё. Кабан удалялся от меня по льду в десяти метрах, когда перевернувшись лёжа, мне удалось всё-таки схватить ружьё и выстрелить в угон. От отдачи я потерял сознание.

Когда очнулся, то первое что я увидел, были искорёженные стволы новенького чужого ружья. Видимо, когда я упал, в них попал снег и в месте дульного сужения нижний ствол разорвало. Подняв глаза, я увидел кабана, пытающегося уползти по льду буквально в пятнадцати метрах от меня. Всё вокруг него было забрызгано кровью, а в двух метрах валялась напрочь по бедро отстрелянная задняя нога.

Попытавшись встать, я снова упал. Правая нога отказывалась меня слушаться.
Вскоре я услышал рёв мотора и по льду прямо ко мне подкатил «Буран» с санками. Иван бережно переложил меня в санки. -Посмотри собаку, она там, в камышах-попросил я его-Живая, но кишки выпущены-ответил он.
И спросил-шить будешь? Я кивнул в ответ. Вскоре выжловка лежала рядом со мной в санках на спине и тихо поскуливала.

Внезапно сани остановились. -Рассчитайся с обидчиком, добей его-сказал Иван, протягивая мне свой СКС. С пяти метров на чистом промахнуться было невозможно, поэтому пуля попала прямо в правый глаз зверя, навсегда прекратив его мучения.

Ванька снял с карабина ремень и сделав петлю, зацепил кабана за морду сзади клыков, а второй конец прикрепил к санкам. Так мы и приехали на базу, кто в санях, а кто и волоком за санями.
Единственное, о чём я твердил всю оставшуюся доргогу, так это о том, что я скажу владельцу ружья и как буду оправдываться перед ним.

Потом я оперировал собаку, санируя брюшную полость, удаляя разрубленную клыками селезёнку и зашивая брюшину. После этого мы попытались снять мои пропитанные кровью брюки, но ничего не получилось. Пришлось разрезать штаны и накладывать тугую повязку. После этого врачи приехавшей «скорой помощи», оказали мне первую помощь и выписали направление в ортопедический иснтитут, так как было подозрение на повреждение связок мениска правого колена.

Так всё оно и вышло. Диагноз врачей оказался правильным и дальнейшие три месяца я провалялся в СарНИИТО. Рана на внутренней поверхности бедра оказалась хоть и глубокой, но не опасной, крупные кровеносные сосуды по счастью, не были задеты клыком вепря. Выжловка та прожила ещё год, но по кабанам её больше не брали. Напоминанием об этой истории у меня остался шрам на внутренней поверхности бедра. Но, как это ни странно, кабанов бояться я не стал. Просто стал осторожнее.

чинг 27.06.2011 — 18:50

Это настоящая охота. Молодец Игорь.

vetdoctor 28.06.2011 — 16:51

Сосны и ели, да белая тишь
Всё кабанами разрыто кругом
Вот пробегала голодная мышь
Лес для зверушек единственный дом

Заячий малик от речки идёт
Снегом укрыта кабанья тропа
Надо идти и скорее, вперёд
Видно лыжню на снегу лишь пока

Тени от сосен в сугробы легли
Солнце спустилось за лес отдыхать
Хочется чтоб мы с Будилой дошли
Он в конуру, я в постель свою спать

Кружится, вьётся по лесу лыжня
Заяц с ружьём оттянули плечо
Лес на исходе красивого дня
Всё хорошо. И в груди горячо

Вот из-за леса крутой поворот
Да огоньки там, где люди живут
Воздух морозный хватает мой рот
Дым из трубы вижу в доме,где ждут…

Паршев 29.06.2011 — 12:35

ПЕРВЫЙ КОРОСТЕЛЬ, ПОСЛЕДНИЙ КОРОСТЕЛЬ
Сразу за воротами нашего дачного кооператива начинается поле, когда-то колхозное, а до того монастырское. Давно заброшенное, по краям уже зарастающее березками и ольхами, оно каждый раз немного разное, от года к году и от выходных к выходным. Обычно мы проходим его минут за десять, направляясь к дальнему лесу. Справа от тропинки болотистое «блюдце», зарастающее кустами, а слева — небольшое возвышение, почти незаметный бугорок. В кустах живет «дежурный» коростель. Утром и вечером он отправляется из кустов на бугорок, пересекая тропинку, чтобы исполнить свой сольный концерт — «крэкс-крэкс, крэкс-крэкс!». Знаком я с ним, или, точнее с ним и с его предками, уже лет двадцать пять, но до прошлой недели не видел ни разу.
Моджахед несется впереди меня, мелькают мощные лапы, на длинно купированном коричневом хвосте светится «фонарик» — белый кончик, специально оставленный ветеринаром, это у спаниелей признак породности. Я любуюсь его размашистым бегом, он худ, но мышцы уже переливаются под шкурой кофейного цвета с сединой.
Моджахед — русский спаниель. Много лет прошло с тех пор, когда выводил я его на ринг, а эксперты — и Виктор Т., и Маргарита С. — его помнят и почему-то улыбаются. Помнят не из-за призовых мест. Наоборот, места были у нас последние: Маджик был переростком. На лишний сантиметр судьи иногда закрывают глаза, но тут уж всё было слишком явно: был он раза в полтора крупнее обычного русского спаниеля. И хоть в остальном он был неплох, даже красив, но: стандарт есть стандарт.
В поле же я не видел никого подобного по качеству челнока. Так называется манера поиска, когда собака, по выражению Тургенева, «метет направо и налево» перед охотником, плотно прочесывая поле. Спаниель к тому же, в отличие от легавой, должен не убегать далеко, оставаясь всегда в пределах выстрела. Для этого пёс должен постоянно, краем глаза, следить за хозяином, поддерживать контакт. Моджахед так и делал. Он никогда не отходил далеко от меня, и старался не отпускать и моих спутников: когда мы всей семьёй ходили за грибами, он постоянно носился между нами, в качестве связного.
Такой правильный, плотный челнок очень полезен, чтобы не пропускать дичь. И не думайте, что подмосковные поля совсем пусты. Бессобачный охотник даже представить себе не может, сколько вокруг нас всякой живности. Вы можете гулять по дорожке в городском парке, не зная, что за лужей, в пяти метрах, в пожухлой крапиве лежит здоровенный русак, а в заболоченных кустах притаился пролётный вальдшнеп. Вот поэтому только охотник с собакой является действительно охотником, без собаки же он даже не половина.
Значит, был Моджахед идеальной охотничьей собакой? Ну: почти. Был у него один маленький недостаток. Совсем незначительный. Его не интересовала пернатая дичь. То есть вообще. Какой-то дефект чутья? Бывают же люди без обоняния. У Маджика-то обоняние точно было, и неплохое, но вот почему-то не на птицу.
Чего же он искал-то тогда в полях и лесу? Трудно сказать. Может быть, просто наслаждался запахами, как эстет-созерцатель. Но скорее он был охотником с собственными предпочтениями. Любил покопать мышек, облаять ежа, если попадался заяц — тут уж он забывал и про дистанцию, гнал с голосом, что твоя гончая. А птички: нет. Не любил.
А ещё он не подавал. Ни дичь, ни мячик. Считал это ниже своего достоинства. Даже брошенные палочки, хотя и приносил, но не отдавал, а играл «в перетягивание каната». А так как был он псом сильным и тяжелым — отобрать было невозможно, он уносил палочку в кусты, прятал там и ещё задирал на неё ногу.
Я пытался приохотить его к прямому, так сказать, предназначению спаниеля — но ни живая, ни битая дичь так и не вызвали в нём ни малейшего интереса. Я засовывал стреляных болотных курочек ему в пасть — он безразлично глядел в пространство, челюсть безвольно отвисала, и обслюнявленная птичка падала на землю. После тяги он послушно бродил по кустам, куда упал чисто битый вальдшнеп, но мог на него даже наступить, не сделав и попытки подобрать или хотя бы отметить.
То есть для охоты мой пёс был совершенно бесполезен. Да, вот так тоже бывает. Урождаются такие во всех породах — бесчутые легавые, безголосые гончие, беззлобные овчарки. По-моему, отклонения в экстерьере всегда сигнализируют, что у собаки что-то не то и с рабочими качествами — не все так думают, но я думаю так.
Естественный вопрос — так зачем же я его держал? Ну: а куда его девать? У серьёзного заводчика в старые времена судьба его была бы короткой и трагичной, да и сейчас правильный охотник, а тем паче деревенский, нашёл бы способ избавиться: а у меня он жил, в качестве компаньона. Назовем так. И на охоту я с ним ездил — как с приятелем-неохотником.
Стрелял я из-под него и зайцев, немного. Ну не будешь же специально охотиться на ушастых со спаниелем. Охота на зайцев должна быть красивой, мы же не из-за килограмма тощей зайчатины на неё ходим, а послушать голоса гончих. Так что когда случалось съездить на зайчика, Моджахед оставался дома.
С первой своей охоты я люблю стрельбу по бекасам — но приходилось охотиться, как раньше, «самотопом». Внешне это выглядело как охота с собакой, Маджик носился передо мной челноком, бекасы взлетали, я стрелял (в основном, как полагается на этой охоте, мазал), но никакого отношения к собаке эта забава не имела, он не обращал ни на живых, ни на битых никакого внимания.
Правда, не совсем так уж всё было плохо. Был у него на портрете светлый штрих. Он всё-таки доставал утку и гуся с воды. Не подавал в руки, а просто клал на берегу. Причём делал это надёжно, как-то знал, куда упала подраненная утка, даже в темноте, когда зорька кончается и стреляешь по неясному силуэту на фоне темно-серого неба. Даже всплеска не слышно, а он бесшумно спускается с берега и исчезает в темноте — чтобы появиться минут через двадцать с уткой. Положит на берег, отряхнётся — и всё, больше её в зубы не возьмет, проси — не проси.
Девять лет прожили мы с ним душа в душу, где только не побывали — и у Белого, и у Черного моря, но однажды он приболел. Дело было далеко от дома, дорога назад была длинной, и в Москву он приехал совсем плохой. У него раздуло живот, и было ему явно очень нехорошо. Но я никак не ожидал, что, выслушав его, терапевт-ветеринар скажет: «ну вы же взрослый человек:».
Сердечная недостаточность. Сердце не может нормально прокачивать кровь, в животе скапливается плазма крови, сдавливает внутренние органы, и сердце работает ещё хуже. Порочный круг. У собак это означает, что надо усыплять — живут они с этим месяца два-три, не больше, в отличие от людей. Но как же так? Он же ещё не старый! Да и с чего, что же произошло?
Я заметался по лечебницам. Диагнозы ставили, везде, правда разные; анализы показали даже не одну болячку, а сразу несколько инфекций, да ещё экзотических, некоторыми и собаки-то не болеют. Такое впечатление, что у него просто не было иммунитета. С инфекциями мы справились лошадиными дозами разных антибиотиков, но сердце не восстановилось. Водянка душила бедного пса. Откачивали из живота жидкость, на несколько дней ему становилось легче — но затем она набиралась снова, и так происходило всё чаще и чаще.
Моджахед ходил медленно, с остановками. По лестнице идти не мог совсем, а тут ещё, как на грех, в доме ремонтировали лифт — и два-три раза в день приходилось выносить его на руках, как ребенка.
Я сажал его на траву во дворе, за гаражами — и он сидел, шевеля ноздрями. Был конец июля, и волны жаркого воздуха приносили ароматы цветущего разнотравья. Кто знает, что он чувствовал, кроме цветов — у собак обоняние в миллионы раз чувствительнее нашего. Он мог сидеть так часами, наслаждаясь миром, который ему предстояло вскоре навсегда покинуть.
Три месяца истекали, приближался роковой срок. Мы записались на приём к очередному врачу — собачьему кардиологу. Принимала она не каждый день, и нам надо было дожить до следующего понедельника.
В выходные мы ездили на дачу. Охотничьи собаки не могут усидеть на участке, они всегда просятся на дальнюю прогулку, и мы с Моджахедом прошли немало сотен километров по округе, но в последние месяцы прогулок не было, ему и на крыльцо подняться-то было нелегко. Но на этот раз он тихим шагом подошёл к калитке и встал около, повесив голову. Ну что ж, пойдём гулять.
Всё так же, тихо, но целенаправленно он поплелся к нашему полю.
Неужели Маджик надеется дойти до леса? До него ведь с километр, ну куда ему. Я небыстро иду за ним, готовясь подхватить его на руки. Но я никак не ожидал того, что увидел.
Уткнув нос в землю, он дошёл до невидимого перекрестка — того места, где коростель переходил нашу тропку, направляясь на свою «эстраду». Затем он повернул налево и прошел немного, видимо, по следу, поразбирался в невысокой траве, но недолго. Поднял голову и двинулся дальше, ещё несколько чуть ускоренных шагов — и впереди Маджика из травы вылетела бурая птица. Летит небыстро, ноги свисают. Да, это коростель. Так вот он каков, мой старый знакомый.
Чистая, красивая работа по коростелю, на пятёрку.
Моджахед стоит, часто и тяжело дыша, и смотрит на меня, а я смотрю на него. Он молчит, молчу и я — а что я могу сказать? Беру его на руки и несу домой, он, повернув голову, смотрит вперёд.
Когда мы едем домой, он сидит на полу машины, уткнувшись лбом в сиденье и обхватив лапами голову. Так ему немного легче дышать.
Врач — приятная, красивая женщина, с редким русским именем, внимательно смотрит на экранчик ультразвукового локатора. «Видите — сердечная сумка наполнена жидкостью». Действительно, видно сердце, и оно бьётся как золотая рыбка в круглом аквариуме. Что же делать?
«такое бывает у крупных собак, если жидкость удалить, то иногда наступает ремиссия. У вас, конечно, вряд ли такой случай: Но давайте попробуем?».
Конечно, давайте.
Пёс послушно стоит на столе, я с ужасом смотрю, как длинная толстая игла входит снизу ему в грудь, и таз наполняется тёмной кровью. «Спокойный он у вас, с другой собакой у меня этот тазик был бы сейчас на голове» — шутит врач. Это да, Моджахед спокоен и терпелив.
Я заношу его домой и опускаю на пол. Он падает на свой коврик. Выглядит он как сдутая надувная игрушка. Скелет, обтянутый шкурой.
Вечером на всякий случай подставляю ему под нос его миску с нарезанным сырым мясом. Пёс с трудом встаёт — и вдруг начинает жадно глотать, впервые за последние месяцы.
Авиценна писал ещё тысячу лет назад, что если у пациента есть аппетит, то ещё ничего не потеряно. Не помню, много ли было у меня в жизни более счастливых моментов, чем этот — когда пес облизывал пустую миску.
В следующие дни он ел, спал и гулял, всё больше и больше. К концу недели он уже носился по лестнице и вокруг дома как молодой, а в машине сидел на своем месте, то смотря вперед, то высовываясь из окна, хватая пастью набегающий воздух. И вот мы опять идем по дорожке через поле, к дальнему лесу.
Нет, второго чуда не произошло: Маджик пересек коростелиную тропу даже не задержавшись. Если бы не прошлое воскресенье, я так бы и продолжал думать, что у него нет чутья, что он просто не чует птичьего запаха и ничего про птицу не знает. Да, немного же я знаю про своего друга, с которым прожил рядом почти десять лет!
Он снова потерял всякий интерес к бесполезным птичкам и бежал на настоящую охоту, искать настоящую добычу.
Я не расстроился. У меня в кармане была путевка в Переславское хозяйство, на открытие по утке, и я почему-то был уверен, что у нас впереди много месяцев, может быть даже лет. Откуда у меня была такая уверенность, непонятно, но она оправдалась.
Много лет прошло с тех пор, давно нет со мной моего Моджахеда. Не самый лучший это был мой пёс, но вспоминаю его не реже, чем остальных. Хватит ли у меня страсти так же выйти на последнюю охоту, как вышел он?

Alex_D 29.06.2011 — 08:54

Паршев, спасибо! Очень трогательный рассказ!

Степан31 29.06.2011 — 13:01

+

Спасибо!

vetdoctor 29.06.2011 — 14:41

Андрей Петрович, спасибо за рассказ! Хороший кардиолог попался. Гидроторакс, да и гидроперикардит редко лечатся путём отсасывания транссудата, чаще всего наступает декомпенсация. Хоть и сам врач,чуть не прослезился, читая.
Ну и я попробую что-нибудь вспомнить.

МЫ ВДВОЁМ С БУДИЛОЮ В ЛЕСУ.

Один раз во второй половине восьмидесятых отец зимой привёз меня на неделю к своему старому другу Оратору. Работал я в то время в облплемобъединениии,за командировки по племенным совхозам в выходные дни у меня набралась неделя отгулов, поэтому предчувствие предстоящего отдыха вселяло в меня необыкновенную радость.

Николай Иванович встретил нас, как всегда,хлебосольно. -Мать, иди залезь в погреб, достань огурчиков солёных, грибочков, да с лягушками не забудь.
Какие лягушки?-подумал я-наверное старик из ума выживает. На самом деле так на местном наречии назывался самогон-первач. Тётя Тоня подала на стол принесённые кушанья и большую запотевшую бутыль с прозрачной, как слеза, жидкостью.

-Чтой-то Палыч, забыли Вы нас с Гошкой-начал свою обычную песню Оратор.
-Ну вот видишь, Иваныч, приехали же, значит, не забыли- в тон ему ответил папа. -Ну тогда с праздником-поднял свой тост дядя Коля. -А какой праздник сегодня?-выпив рюмку спросил отец. -Да вот Вы приехали к нам, старикам, у нас и праздник приключился-ответил Оратор, хитро подмигивая мне.
И добавил-вот ведь, грех семнадцатый, работа замучила, некому с Будилкой в лес прогуляться, а тут и Гошка приехал, у него ножки быстрые, спортивные. Не всё ему по рингу бегать. -Да он теперь по татами бегает-ответил отец-каратэ называется.-Ну тогда за успехи на татами по второй-опять хитро подмигнув, наполнил рюмки Оратор.

Утром отец уехал. Позавтракав, мы вышли с Николаем Ивановичем во двор.
-Порошка печатная легла-мечтательно сказал он-Будилку-то помнишь? Он ведь щенком был от моей Певки, когда ты с Мартышкой приезжал и в колодец упал.
Маленький пегий щенок вырос в рослого выжлеца с очень умными, внимательными глазами. -Вот на выставке в младшей группе «оч.хорик» получили и больше никуда два года не выезжаем-с грустью сказал дядя Коля.
-А гоняет?-спросил я. -Да гоняет, но теряет зайца быстро, перемолчки долгие, а ноги у меня уже не те, чтобы помочь собаке разобраться и выправить скол. А заяц есть и немало. Я вот что тебе скажу. Иди сегодня в Унитаз, там крупный такой русак завёлся, я его вторую зиму никак перехватить не могу.

Унитазом назывался заросший лесом большой овраг, по форме действительно напоминающий это сантехническое чудо. Деревенские охотники очень тонко подмечают такие вещи и дают порой совершенно неожиданные названия местным достопримечательностям. Будило увидев ружьё и маскхалат, начал тереться об мои ноги и тихо нетерпеливо поскуливать. Сразу же за домом начинался лес и мои новенькие охотничьи лыжи быстро вынесли меня на лесную дорогу.
-Рог возьми-крикнул мне вдогонку Оратор, но я его уже не слышал.

Будило смирно бежал на сворке рядом со мной, не делая никаких попыток уйти в лес. Пробежав около километра, мы подошли к началу Унитаза. Спустив собаку, я побежал на лыжах вдоль оврага, а выжлец спустился вниз и пошёл в полаз. Наверху было множество заячьих маликов. Видно было, как косые кормились, как мышковала лиса. Вот засыпанная утренним снежком кабанья тропа и множество покопок под дубами. Вот следок мыши, а вот и её норка в снегу.

Мы прошли так по Унитазу около километра, а Будило всё молчал.
Солнце красиво отражалось в елях и соснах, снег искрился и преливался всеми цветами радуги. Так мы дошли почти до конца Унитаза. Впереди виднелся высокоствольный сосновый лес, а внизу петляла речка Медведица. АААААВВВВФФФ!!!!ОООООХХХХ!!!-громким басом вскрикнул вдруг Будило, вернув меня от созерцания природы к действительности.

Размеренно, монотонно, гон загудел по оврагу в сторону сосен. Ружьё в руках, курки взведены и сам я весь превратился в слух и зрение. Гон дошёл до сосен и смолк. Постояв так минут десять, я снял лыжи, спустился вниз и встал примерно там, где выжлец поднял зайца. Через пять минут Будило опять подал голос, но гон отдалялся от меня в противоположную сторону. Я уже хотел сходить с лаза, но вдруг глаз мой уловил какое-то движение. Прямо на меня спокойненько прыгал огромный, почти весь белый русачина. Время от времени он присаживался и внимательно слушал собаку. Когда до него оставалось около двадцати метров, я поднял ружьё. Стрелять так просто почти сидячего зайца стало как-то неинтересно, поэтому я крикнул:
-ну, заяц, погоди!!!

В мгновение ока русак развернулся на сто восемьдесят градусов и полетел назад. Стволы привычной тулки ткнулись между ушами, жму спуск и вот уже мой новый трофей лежит на ослепительно белом снегу. Будило тем временем опять скололся где-то в километре от меня. Достаю из рюкзака термос, приготовленные заботливыми руками тёти Тони бутеброды, присаживаюсь на лыжи, предварительно расчистив под ними снег и приступаю к трапезе.

Примерно через час Будило, разобравшись со скидками зайца, пришёл с гоном ко мне.
Отрезаю пазанки, кидаю их выжлецу. Он проглатывает их, даже не разжёвывая.
-Ах ты крокодилья мордаха-ласково говорю я собаке и глажу Будило по большой голове.-Наверное, ума у тебя много?-опять вопрошаю я собаку. Выжлец внимательно смотрит мне в глаза, силясь понять, чего же я от него хочу. В результате он выпрашивает у меня последний бутерброд и в благодарность как кот трётся о мои колени.

-Такой большой и такой слюнявый-говорю я ему-весь маскхалат обслюнявил.
Опять внимательный преданный взгляд. -Ну кончились бутерброды, не взыщи-отшучиваюсь я, и став на лыжи, приторачиваю зайца на зайценоску.
-Иди ещё косых ищи-говорю я собаке и отправляюсь назад по чьей-то лыжне, идущей по дну Унитаза в сторону деревни. Будило снова в полазе, а я всё иду и иду по петляющей между соснами лыжне. Вижу гонный заячий след, пересекающий лыжню и кричу:-вот, вот, вот, вот!!! Выжлец, умница, тут как тут. Сунул нос в след и давай глухо бумкать. БУМ!БУМ!БУМ!БУМ!

Гон дошёл до речки и смолк. Иду туда на помощь собаке, нахожу скидку, показываю её Будиле и снова БУМ!БУМ!БУМ! Уже начинает вечереть и подмораживать, а заяц нас всё водит и водит по Унитазу. Никак подставиться не удаётся, но важно, что Будило начал сам обрезать кругом след на скидках косого и перемолчки стали короче. Вот в очередной раз БУМ!БУМ!БУМ! прямо на меня и вот он, виновник торжества, рыжий-рыжий косой катит вдоль берега речки ко мне. Вкладываюсь, жму и вот он, наш второй трудовой трофей у меня на зайценоске.

Беру выжлеца на сворку и двигаемся по лыжне в сторону деревни. Солнце спустилось ниже сосен, в наступающих сумерках лыжню видно всё меньше и меньше. Наконец из-за лесного поворота видны огоньки и дымки над трубами. Крайний дымок-это наш…

vetdoctor 30.06.2011 — 16:43

ГУСАР.

После гибели эстонской гончей Джерри Володя взял себе её сына, от которого отказался прежний владелец. Что-то там не прижился выжлечок, а в Вовкиной семье он нашёл себе прекрасную компанию. Был он достаточно дружелюбным и компанейским, поэтому сразу прижился в новом для себя доме. Первое с чего мы начали с ним своё знакомство, было его заболевание энтеритом. Щенок прекрасно давал ставить себе капельницы и делать уколы. К сезону это была уже вполне здоровая жизнерадостная молодая собака.

Первый сезон мы ездили в Ровенский район с компанией Володиных сослуживцев на уазике-«буханке». Гусар с первого же выезда, ещё по чернотопу, начал исправно гонять косых и благодаря ему почти все члены коллектива всегда приезжали домой с зайцем.В отличие от своей матери Гуслик никогда не гонял в пяту, а голосок у него был звонким и доносчивым. Угодья там были совершенно разнообразные, от пустынь с бахчами, изрезаных мелиоративными каналами, до густых колючих кустов, с полянками между ними.

Зайцев в середине девяностых там было вполне достаточно, поэтому охоты всегда проходили успешно. Как-то раз Гусар ушёл за лисой по глубокому оврагу уже в сумерках.Владимир трубил, стрелял, но гон сошёл со слуха. Сослуживцам надо было домой, поэтому мы бросили ватник в месте, где выпустили выжлеца из машины и скрепя сердце, поехали домой. Утром рано Володя заехал за мной на уазике и мы поехали в место вчерашней охоты. Подъезжая к телогрейке мы увидели трясущуюся от холода, но радостную собачью морду.

В первый сезон из-под Гусара было взято более шестидесяти зайцев.
Второй сезон был ещё более удачным. Собака приобретала бесценный опыт, её добычливость росла день ото дня. В один из выездов, я сменил Дефурни на МЦ-8 с траншейными стволами, на котором по причине излома шейки ложи стояла временная ложа, подогнанная от старого МЦ-6, списанного со стенда и разобранного на запчасти. Эта ложа была мне неприкладиста, ружьё низило. Поездив по заснеженным бахчам и погоняв там зайца, который был успешно отстрелян Володей, решено было переместиться в густые многорядные посадки, идущие вдоль мелиоративного канала.

Не успели мы выпустить собаку, как она тут же погнала зайца.
Мы расставились кто вдоль канала, кто в разрыве посадки, а я встал на повороте дороги. Гусар довольно уверенно, без сколов, гнал зайца в мою сторону. Наконец косой выпрыгнул на дорогу в сорока метрах от меня и сел, слушая собаку. Вкладываюсь, жму и вижу, как из-под зайца летит во все стороны земля со снегом. Обнизил. Косой прыгает с дороги в кусты и больше я его не вижу. -Взял?-кричит Владимир.-Промазал-отвечаю я.
— Не ожидал-было ответом.

Гуслик прошёл за зайцем метров двести в поле и вдруг смолк. Вижу, он стоит на одном месте и смотрит в нашу сторону. Вот он нагибается и что-то там разнюхивает. -Иди посмотри-кричит Вова-может попал всё-таки? Иду, подхожу ближе и вижу на морде Гусара что-то белое. Пух-догадываюсь я. Подхожу и вижу битого зайца. -Молодец Гуслёныш, умница ты наш-говорю я собаке, вторачивая зайца. Оказывается, заряд тройки ударил в мёрзлую землю под зверька и три дробинки рикошетом попали зайцу в грудь, насквозь пробив сердце. Так вот с пробитым сердцем косой пробежал около двухсот метров и если бы не Гусар, то никто его и искать бы не пошёл, поскольку была твёрдая уверенность в промахе.

Шли годы и наш коллектив успешно охотился с Гусаром. На закрытие одного из зимних сезонов Владимир выпросил у начальства ГАЗ-66 с кунгом, в котором можно жить. Перед этим я пристреливал на стенде обе свои двустволки, выпил, поэтому оставил их в стендовой оружейной комнате до выходных.
Но неожиданно наши планы поменялись и выезд был назначен в четверг вечером, с тем, чтобы поохотиться три последних дня сезона. Делать нечего, пришлось брать с собой единственное остававшееся дома оружие-помповик Моссберг с цилиндром длиной 61 см. Беда была ещё и в том, что все мои патроны 12 калибра тоже оставались на стенде, поэтому я попросил Володю взять на мою долю несколько патронов 12 калибра.

Приехав, мы подключились к электропитанию на геологической точке и пир пошёл горой. Наш дом на колёсах был просто превосходен. Наряду с прекрасной проходимостью, машина внутри была прекрасно приспособлена для жизни в любых зимних условиях. Гуслик свернулся калачиком под столом и не обращал на выпивающий народ никакого внимания.Один из охотников, Геннадий, хвастался всю дорогу, что привёз прекрасный кабаний зельц, обещая всех угостить. В нужный момент зельца нигде не обнаружили и только по невозмутимой морде Гусара можно было догадаться о причинах исчезновения кушанья. Все посмеялись, тем более что закусок у всех было много, усугубили привезённым мной коньяком «Белый Аист» и легли спать.

Утром Владимир выдал мне обещанные патроны. Увидев их, мне стало грустновато. Это были некалиброванные, самоснаряженные патроны в бумажных гильзах с дробью от четвёрки до трёх нулей. В патронник моего помповика они входили туго. Но делать нечего, пришлось снаряжать магазин тем, что имеется. Сначала решили сделать так. Двое заходят с разных сторон в разрывы между посадками, один перекрывает оросительный канал, а Владимир с Гусаром заходят в середину посадки и ищут зайца.

Я встал с таким рассчётом, чтобы в случае чего перекрыть ход зайца и по каналу, и по чистому, если тот выйдет из посадки на поле. Через двадцать минут я услышал яркий гон. Собака гнала в мою сторону. Неожиданно из посадки выбежало сразу два зайца. Беру первого на мушку и тут начинаются мои злоключения. Чик-выброс патрона,чик-выброс патрона, чик-выброс патрона. Наконец по уже казалось ушедшему зайцу моё ружьё стреляет и косой кувыркается через голову в пятидесяти метрах от меня. Второй в это время завернул обратно в посадку в том направлении, откуда пришёл.

Гуслик дошёл с голосом до стреляного, развернулся и опять ушёл в посадку. Вскоре он опять погнал. Я растерянно стою и собираю выброшенные затвором патроны. Ни на одном из них нет накола капсуля. Следовательно, в патронник они не заходили из-за того, что гильзы раздуты. Шарю по карманам в поисках нормального патрона. Нахожу лишь итальянский патрон Фьоччи с оболоченной шестимиллиметровой картечью. Делать нечего,заряжаю его первым,да ещё парочка патронов с единицей внушает доверие. А Гуслик всё гоняет зайца, то в поле, то по посадке, то по каналу. Никто пока не стреляет. Стою, мёрзну, морозец крепчает, ветерок подул.

Опять ко мне гон заворачивает. Как по ниточке, как и в первый раз выскакивает заяц на поле, но почему-то вдруг передумав, резко сворачивает и мчит прямо на меня. Вскидываю ружьё, заяц отворачивает в сторону, но мой замёрзший на морозе палец уже нажимает спук. Заяц как-то боком скользит по снегу, а из шеи струйкой льётся кровь.Не могу понять в чём дело, потом догадываюсь, что с такого близкого расстояния картечью срезало косому голову, как гильотиной.

Гусар запыхавшись прибегает и ложится рядом со мной на снег. Все его лапы кровят, сказывается гон по насту. Подтягиваются охотнички, поздравляют меня с полем, а я начинаю высказывать Владимиру недовольство от патронов.
Все порылись в своих патронташах и собрали для меня деяток заводских патронов. Я показываю на лапы Гусара, предлагаю на сегодня охоту прекратить, тем более, что начинается позёмка. Собираем зайцев и скользим на лыжах к нашему дому на колёсах.

Обедаем, немного спим, готовим ужин, хорошо, плотно закусываем, выпиваем ещё пару бутылок «Белого Аиста» и жизнь расцветает новыми красками.
За бортом кунга воет ветер, шофёр Федор, вернувшись из туалета на природе, трясётся от холода. Играем в домино, пьём чай и отходим ко сну.Утром всё кругом бело, тихо и солнечно. Завтракаем и решаем переехать в другое место. Лапы у Гусара вроде бы без особых повреждений. В другом месте наверху на холмах растут сосны, а внизу в лощине сплошные кусты фиников с колючками.

Володя находит свежий заячий след и пускает по нему Гусара. Тот уходит на махах в лес и вскоре начинается весёлый гон. Слышу выстрел и крик Володи:
-Дошёл! Но гон опять продолжается и вот уже Фёдор стреляет зверька, а за ним и Геннадий. Такое ощущение, что зайцы со всей округи сбились в этот сосновый лесок. Гуслик опять погнал. Вижу идущего довольно далеко для короткого цилиндра зайца, но не удерживаюсь и стреляю по нему четыре раза.
Гусар лает на одном месте. Что такое? Непонятно. Спешу туда и вижу следующую картину. На небольшой полянке оборудован загон для скота.
В середине него лежит перевёрнутая кормушка из половины большой стальной трубы. Следы зайца с капельками крови ведут под эту кормушку. Гусар роет снег и лает на железную трубу. Упираюсь ногой и чуть-чуть приподнимаю краешек трубы. Заяц не выдерживает, выскакивает на снег и Гусар тут же его ловит в открытую пасть.

Вечереет, движемся гуськом по лыжне к машине. Гуслик важно вышагивает, замыкая шествие. Опять едем на точку, запитывемся электроэнергией, готовим первого зайца с салом и картошкой, допиваем последнюю бутылку «Белого Аиста» и плавно переходим на водку. Фёдор просит всё не выпивать, а оставить ему для дома. Жаль человека, всю жизнь за баранкой, даже расслабиться не может. Гена рассказывет истории про гусиные охоты на Ямале, а я потихоньку залезаю на кровать и засыпаю.

Утром видим изменение погоды к худшему. Подул северный ветер и становится холодней. Мои усы моментально леденеют, как только я вылез по надобности «до ветру». Ждём полдня, едим, выпиваем и закусываем, травим байки.
К полудню ветер немного стих и мы решаемся на последнюю в сезоне охоту. Гуслик устал и раскровянил лапы, поэтому решаем его оставить в кунге.
План охоты таков. С разных сторон одновременно зайти на заброшенную животноводческую ферму, на которой в такое время частенько лежат зайцы.

Заходим, поднимаем двух зайцев и берём их. Бреду на лыжах, обходя загон для скота. Вспоминаю, что когда-то в былые времена здесь был колхоз-миллионер с прекрасными симментальскими коровами. Вдруг лыжа моя прыгает куда-то вверх и с фонтаном снега из-под неё выскакивает здоровенный русак. От неожиданности теряю равновесие и падаю на колени. Ружьё держу стволом вверх. Сидя прицеливаюсь, стреляю, но заяц в это время скрывается за ближайшей фермой. Встаю на лыжи, бегу посмотреть след. Так и есть,попал, заяц уходит на трёх лапах. Подошедший Владимир говорит, что жалко терять подранка, скоро стемнеет и предлагает пустить по следу Гусара.

Гуслик заголосил и понёсся по следу как ни в чём не бывало.Через триста метров слышим крик зайца и гон прервался. Подъехав поближе видим нашего ушастого пегого триумфатора рядом с добранным здоровенным русаком.
Ещё несколько полей доставлял нам удовольствие этот маленький эстонец с горячим охотничьим сердцем, но всё когда-нибудь кончается, продолжаясь в новых собаках…

manitu-inhuhuna 01.07.2011 — 10:16

Подача должна быть веселой игрой,у Игоря у самого проблемы с подачей.

Oleg 51 01.07.2011 — 11:52

Тепло тут у вас.
Стареем наверно,стараемся согрется дорогими воспоминаниями,сохранить навечно то.за чем всю жизнь и ходили на охоту.
Вот и я пишу в стол потихоньку .как бы восстанавливая потеренный охотничьий дневник.Пишу больше для себя,переживая заново случаи на охоте .пишу зимой в межсезонье .Может и Вам будет интересно.

В лес с лайками за дипломами(рассказик)

.
Это было время когда наша маленькая охотничья компания,наряду с легашачьими охотами летом и осенью,увлеклась
охотами на копытных.
Увлеклась это слабо сказано- практически все выходные мы проводили в лесу,иногда отъезжая на несколько сот километров в Псковскую,а иногда и под Ленинградом.
Все стало с нами настолько плохо,что жены уже начали сомневаться в нашем с Володей Бубновым психическом здоровье.
Лидия Александровна-жена Константина Владимировича,как могла старалась их успокоить- подождите.годам к пятидесяти ребята успокоятся-повторяла она имея в виду собственный жизненный опыт. и своего мужа.
Наши жены почему то не верили и не успокаивались,видя перед глазами неугомонного Густылева ,которому как раз и было 50 лет.
Лидия Александровна просто настолько любила своего Костю,что прощала ему все чудачества, связанные с охотой и собаками.и если в пятьдесят лет его можно было посчитать спокойным.то можно только попытаться представить каким он был в тридцать лет.
С собаками стало о тоже не все просто-к легавым в наших домах добавились и зверовые собаки.и это для быта был уже совсем как говорится иной коленкор.
У меня в квартире- три ягдтерьера,.которые на долгие годы превратили нашу жизнь в пороховую бочку.но зато жена получила уже в первый сезон енотовую шубу в подарок.
.У Кости в загородном доме восточно сибирские лайки,сначала две.потом ….много……около десятка.

.Моя жена терпела .терпела ,но спустя годы смирилась и занялась фотографией,где собаки стали постоянным объектом съемок.Когда прошла ее персональная выставка друзья со смехом предложили назвать ее-«МОЙ муж и мои собаки на охоте».вообщем все утряслось.но не у всех
Володе пришлось -по совокупности всего содеянного- все таки развестись с его первой женой.

Пиком нашего испытыния терпения близких стала охота на новогодних праздниках. в N-году/
31 декабря вечером мы .,вернувшись из леса с успешной охоты ,ввалились прямо к праздничному столу с кабаньими окороками.Окорока запекли в духовке в ржаной лепешке и праздник получился не только веселый .но и вкусный.
Но уже к 9 часам 1 января мы уже опять были в угодьях в районе шлюза Гремучий, более чем за сто км от Питера.

Нет,мы конечно не были такими уж неуправляемыми в своих желаниях идиотами. Просто Костя попросил помочь ему провести испытания двух его восточников..,молодых собак с которыми мы весь сезон охотились по копыту.
как было можно ему отказать?
Жаль,что жены думали на сей счет иначе..
И по большому счету были правы- затея чистой воды авантюра, в лесу снега по пояс ,а из нас никто толком не представляет как это делать.в смысле как испытывать..
Тем не менее,забрав в 6 часов утра Костю с двумя лайками- крупным почти белым кобелем Барсом и сукой Бойко,а также по дороге грузного и колоритного эксперта — лаечника Николая Рясного, мы на 11 моделе жигулей двинулись по заснежненной и замершей дороге по Выборгскому шоссе.
Всю дорогу в машине слушали объяснения Коли Рясного как нужно резать кабанов — одной рукой держать за ухо ,а другой переезать горло.. БРРРР.
Я задавленный на заднем сиденьи Барсиком,переодически выпадал в почти бессознательное состояние после бессоной ночи.В полу-дреме ,в мозгу вплывали воображаемые сцены убийства кабана — всегда почему то сидя на нем верхом .Эти сцены перемешивались в голове со сценой последнего по счету провожания на охоту и словами изумленной жены,которая только под утро узнала.что я опять уезжаю на охоту.
Володе за рулем пришлось еще хуже- все время поездки он боролся со сном и со скользкой дорогой.
В угодьях к нам должен был присоединится егерь,который и должен был составить вместе с Рясным экспертную комиссию.

С большим трудом в угодьях пробрались километра полтора в лес по дороге пробитой газиком егеря в соответствие с предварительным уговором..Там где его мы нашли дорога и закончилась ..
Достали термоса с кофе,какие то свертки с остатками с новогоднего стола,выпили по полтинику,ожили.

Уже возбужденные рассказом егеря о близком нахождении стада собрали ружья и выпустили собак.своего кобеля егерь привязал на сворку.
Проваливаясь почти по пояс ,цепочкой двинулись
вдоль ручья.

Снег пушистый и глубокий,, проваливаешься,двигаться очень трудно ,но можно.

Собачек снег не остановил- Бойка сразу ушла на махах в лес,а Барсик периодически показывался на глаза.

Сказалось Густылевское — Барсик поди сюда,возьми конфетку.
Нам повезло- через час послышался злобный лай Бойко,а также и голоса, подвалившего к ней кобеля.
Показалось,что очень далеко- но лес закухтованный после ночного снегопада.Может потому собак еле слышно..а на самом деле работают не далеко?.
Мы с Володей ,как самые молодые, рванулись под собак,рванулись и сдохли.дальше передвигались приостанавливаясь через каждые несколько десятков метров ,чтобы перевести дыхание и послушать периодически прерывающийся лай.

Уже через несколько минут бега,старики потерялись где то сзади .

.Володя ушел левее ,а я начал обходить густой ельник справа.
Собак слышал периодически,но практически в одном и том же направлении..
-Ага,кабана крутят.Молодец егерь,теперь бы только его не подвести- не убить матку.Строго наказывал.-мелькали отдельные мысли в голове.
Уже спускаясь с бугорка к краю мохового болота,поросшего редкими соснами,услышал лай кобеля и злобное урчание.

И тут же вижу впереди заваленную снегом поляну и широкую борозду ее наискосок пересекающую.

Из совсем последних сил вывалился в эту борозду и ,наклонился опершись в колени руками,но даже не успел опустить глаза вниз и перевести дух,как увидел ,что справа прямо на меня катится рычащий и визжащий ком. состоящий из двух лаек и здоровущей, как показалось. огромной,свиньи.
Кобель висит на ушах ,а сука, вцепившись в пятак,волочиться за свиньей боком,,практически полностью подмятая Барсиком.
Оцепенев от ужаса и от нереальности происходящего,тем не менее успеваю подумать- они же меня сейчас сомнут ,ногу сломают- и судорожно делаю шаг в глубокий снег,падаю на бок и отпихиваю свободной ногой набежавшего на меня кабана,который не обратил на мои попытки никакого внимания и пробежал прямо по моим ногам , больно ударив по колену.И ушло дальше ,по борозде.

Весь засыпаный снегом,перекатываюсь на живот,с трудом встаю на колени ,подхватываю упавшее ружье,разламываю ,разряжаю,выдуваю снег попавший в стволы,,опять заряжаю и .так на коленях и выползаю на утрамбованный снег,а там только встаю на ноги ,бегу следом за кабаном .

.Собаки продолжают висеть на кабане тормозят его ход и я их быстро догоняю

Бегу почти следом ,а что делать не знаю.

Стрелять не могу,да и нельзя- если пробьет насквозь кабана.а она точно пробьет,то собаку может убить или ранить..А жизнью собаки я не стану рисковать ни при каких обстоятельствах.

Да и егерь опять же предупреждал -свинью не трогать.

В отчаянии догоняю и бью сапогом по заду ,покрытому темной щетиной.

Измученная свинья ,прыгает в сторону по пути ,стряхивает с себя кобеля,а сука летит вперед раскручиваясь по дуге.Потому.что .что пятак так и держит в стиснутых зубах..

Свинья отлетает в одну сторону.лайка в другую,сначала в натяг ,а потом ужеоторвавшись и катясь по снегу.-все это сопровождается жутким хрустом оторванного пятака со здоровенным куском скальпа.
Ужос от увиденного сопроводился чувством облегчения -от того,что ситуация хоть как то разрешилась- свинье то все равно уже не жить и как действовать дальше ясно,- торкаю ей почти на лету стволами за ухо и нажимаю на крючек..
Свинью отбрасывает в сторону как будто ее бревном ударили,я отскакиваю в другую на всякий случай.Ружье чуть из рук не выронил от отдачи,стрелял то даже не вложившись в плечо,держа ружье на весу.
Отползаю в сторону поваленного дерева,подальше от бесчинствующих лаек,которые тут же опять вцепились в неподвижную тушу свиньи.
Пусть это во всех кинологических книжках пишут .что злоба к зверю не сопровождается злобой к человеку.Я уже насмотрелся ,как они себя ведут эти незлобные охраняя добычу от чужих.Меня они знают,но лучше от греха подальше..

.Ладони в крови кабана ,вытираю их об снег и закуриваю с трудом найдя сигареты в кармане..
Внутри все трясется- не столько от адреналина,сколько от смертельной усталости.
Безучастно и молча смотрю как пара наших сцепилась с подвалившим егерьским кобелем,отгоняя его от туши кабана.

Через какое то время,пыхтя и отдуваясь на поляну по моему следу выползают старшие.

Костя светится от счастья и идет привязывать собак,а Николай строго начинает допрашивать меня.первый вопрос в шутку — ты чего здесь устроил?
И действительно,поляна имеет вид неопрятный- вся перерыта, в пятнах и лужах крови,собаки озверевшие до невозможности и рычащие на чужих,

Барсик-хочешь конфетку- из белого превратился в красного ,а истерзанная свинья с оголенной до кости верхней частью морды выглядит как персонаж фильмов ужасов..
Я ,уже со смехом-оправдываюсь..типа это не я .это было до меня,а потом подробно рассказываю..
Николай торжественно объявляет ,что он дает диплом 2 ст.,дал бы первый ,если бы это была не свинья ,а секач.
-Секача мне только не хватало-,реально с содроганием думаю про себя-хотя диплом 1 степени было бы лучше.Впрочем правил я не знаю и уж если Константин Владимирович доволен.то я тем более должен быть удовлетворен.
Охота классная получилась.
Пока разделывали кабана,Володя сушился у костра и рассказывал как он провалился в незамершее болото,
Намек понятен-пора согреться и Костя достал из рюкзака бутылку .чтобы выпить на крови за удачу.

Потом Николай Лукъянович Рясный. с кружкой водки в руке, травил различные охотничьи байки,
.Коля .ты выпей и передай кружку товарищу-взмолился кто то из нас -а потом трепись сколько хочешь.
Охота состоялась.испытания тоже..
Потом с этими собаками мы очень много охотились,они стали опытными и могучими зверовыми собаками.,
Псы на охотах совершили много подвигов,вплоть до самостоятельного добора подраненного лося.Без них скорее всего бы подранка потеряли.Но это другая история из тех ,что сохранились в памяти.
.Но и эти испытания там же нашли место,хотя ничего особенного и не произошло-просто добыли очередного кабана..

КОНЕЦ.

Паршев 01.07.2011 — 11:59

У Игоря может и проблемы, а вот у его собак — не видел.

vetdoctor 01.07.2011 — 13:44

Там,где так славно мы сидели
Под дубом с видом на залив
Уже давно метут метели
Среди снегов дубовых грив

Там в камышах пробиты тропы
Больших и малых кабанов
В обход без страха и упрёка
Там ходит егерь Иванов

А на протоках,что под льдами
Сидят над лункой рыбаки
Мне мнится только,что с годами
Их стали удочки тонки

И рядом там на льду рыбёшки
Ерши, густёрки, окуньки
И в рыбьей чешуе-одёжке
Вновь дожидаются ухи

Искрится льдом и снегом Волга
След длинный виден от саней
Но помнится мне осень долго
Багряно-жёлтым тянет к ней…

бондарев 01.07.2011 — 14:17

Прочитал и сразу на ум пришли мысли всё таки как не хватает качественной отечественной литературы на охотничью тематику, как не зайду в книжный супермаркет всё те же и о том же сплошные перепечатки статей из книги в книгу, может издать сборник охотничьих рассказов под маркой Ганза ру.

vetdoctor 04.07.2011 — 18:10

КОНФУЗ ПОРТОФЕЛЯ.

Осень в том году вовремя вступила в свои права. Уже в середине сентября заалели опушки и вдоль шоссейных дорог все посадки отливали желтизной, перемешанной с зелёным и красным. Особенно красиво выглядели берёзки на фоне дикой смородины с жёлтыми, красными и чёрными ягодами. Путь наш лежал в степь, где всегда в это время года была хорошая куропатчиная охота.

Со мною ехал покойный ныне пойнтерист Юра, работавший тренером по плаванию и его собачка, довольно раскормленная Юркиной супругой Клеопатра. Ехали мы на его маленькой, очень экономичной «Оке», в большой багажный контейнер «Тулей», держащийся на крыше нашей машины, нам удалось затолкать массу нужных в поездке вещей. Юра уже изрядно принял до поездки, поэтому я рулил, а он, находясь в превосходном расположении духа, рассказывал всякие случаи из своей молодости.

Приехали мы на место охоты где-то в полдень. Поскольку клеща в посадках и бурьянах было много,а собаку я от клещей не обрабатывал уже почти две недели, поэтому мы на всякий случай ещё раз обработали Портоса спреем «Барс». Клёпу Юра обрызгивать не стал, сказав, что только позавчера обработал её»Фронтлайном». Оставив машину возле посадки, мы двинулись по неглубокому овражку, вклинивающемуся между полем с убранным подсолнечником и пашней.

Толстенькая Клеопатра уже через сорок минут охоты начала «чистить шпоры», поэтому Юрий повёл её к машине. Мы с Портосом продолжили поиск. Тянул довольно заметный ветерок и кобель мой крыльями челнока захватывал обе стороны овражка, двигаясь между полями. Вдруг он заковырялся на одном месте и вокруг него стали рваться куропатки. С огорчённым видом он подбежал ко мне. -Эх, Портофель-картофель ты бесчутый-начал выговаривать ему я. Портошка с виноватым видом отворачивал глаза и потешно моргал.

Мы пошли вслед разлетевшумуся выводку. Через двести метров опять ковыряние и выковыривание одиночной куропатки далеко до моего подхода к собаке. Опять виноватый вид и моё непонимание собаки. Через двадцать метров стойка низом накоротке, после которой удалось сделать дуплет из поднявшейся тройки. Когда собака, с большим трудом найдя битых куропаток, подала их мне, в ноздри мои ударил запах «Барса». И тут я догадался, в чём дело.
Виноват-то был не кобель, а вонючий спрей, заглушающий чутьё. -Ну извини меня, Портошка-начал подлизываться я к собаке.Он начал тереться мордой о мои камуфляжные брюки, на которых оставались жирные, едко пахнущие пятна.

Мы закончили охоту и пошли к машине. Отстояв вечером зорьку на пруду, сбили пяток кряковых, которых Портос нашёл всех. Переночевав, продолжили охоту по куропатке. Кобель прекрасно далеко на ветер стал прихватывать запахи выводков и охота доставила нам обоим несравненное наслаждение. Клёпа, слегка расстреся жирок, тоже втянулась в охоту и за утро Юрий получил от её работы массу незабываемых мгновений. Даже тужить по куропаткам Клеопатра перестала, чего с ней никогда не приключалось при охоте по перепелу.

Затем мы переехали в другое место, где нашли лесопосадки, буквально набитые куропатками и пролётными коростелями. Собачки прекрасно работали, доставляя нам не только птиц в ягдташи, но и наполняя радостью наши сердца.
Ещё три дня той степной эпопеи прошли со знаком плюс.В одном из полей Юра обнаружил большое скопление шампиньонов, а в посадке мы набрали полный котелок дикой смородины. Вечером мы приготовили куропаток в фольге, обложив их свиным салом, а на гарнир потушили картофель с шампиньонами. Из собранных ягод Юрка сварил превосходный компот.

Вечерняя заря была довольно слабенькой. Ещё по-светлому далековато на меня налетело две кряквы. Решаюсь и из траншейных стволов МЦ-8 делаю дуплет. Первая утка упала недалеко от нас в камыши, а вторая утянула за плотину и упала где-то в степи метров за пятьсот от нас. Портос нашёл первую и мы пошли за второй.

Стало быстро темнеть, но бросать добычу было не в моих правилах, поэтому уже в темноте Портошка челночил белым пятном по ковыльной степи. Вдруг он развернулся на слабенький ветерок, протянул как по ниточке около пятидесяти метров, стал, оглянулся на меня, затем прыгнул и поймал живую очень крупную крякву. Наблюдавший всё это с плотины Юра сказал: -ну вот, а ты ругался на собаку, что не чует.Если тебе нос «Барсом» намазать, так и ты даже водку не учуешь.-и добавил-Пошли за Портоса по рюмахе, пока чуешь.

Больше никогда, обработав от клещей на охоте по необходимости собаку, я не пускаю её в поиск, пока не пройдёт какое-то время и запахи не улетучатся. Поскольку по большому счёту, оконфузился не Портофель, а его хозяин.

vetdoctor 05.07.2011 — 13:43

И сыпятся кряквы с подъёма в камыш
И эхо в деревьях разносит стрельбу
Лишь речка течёт и журчит, кругом тишь
Я больше сегодня стрелять не могу

Подаст мне Портос этих уток в зубах
Повешу на ветку свинцовый ягдташ
И сядем с собакой тихонько в дубах
Смотреть на природный лихой эпатаж

Затем потихоньку в деревню войдём
Завистливых взглядов соседей ловя
Во дворик присядем там, где водоём
И гладить я стану Портошку, любя

Потом, потихонечку шомпол достав
Свой полуавтомат я вычищу и смажу
И разогнув колени, чуть привстав
В который раз я с чайника очищу сажу

Насыплю в миску кобелю я вкусный корм
Ну а в другую я ему ж налью воды
И в чай варенье положу я-сладкий торн
И рюмочку себе налью я за труды…

чинг 05.07.2011 — 19:26

Добор.

Октябрьское солнышко бросает свои лучи на грешную землю, в его лучах, на досчатом полу веранды, раскинувшись, спит курц. Его напарник Патрик, шотландский сеттер сосредоточенно вычесывает репейные колтуны из шерсти, изредка взрыкивая когда когти застреваю в шерсти и больно натягивают ее. Мы неспеша пьем чай на веранде и любуемся осенними тверскими просторами, удачная утренняя охота на уток весьма способствует сладостной неге.

Пасторальную тишину вдруг нарушает звук мотора, из-за угла дома выезжает буханка охотхозяйства. По нашу душу — говорит приятель. Из машины выходит местный егерь Федор (Он косноязычен и очень любит выпить), в машине виднеется председатель. Подходит. Внимательно оглядывает стол, спиртного нет, тяжело вздыхает. Далее следует диалог.

— Здорово мужики.
— Здорово, коль не шутишь.

Приятелю — Вить, ета свинья.
Виктор, все прекрасно понимая, решает подколоть. — Кто, я свинья?!
У Федора округляются глаза, машет руками — Не, в гари, стрелят.
— Свинья в лесу стреляет? Ну, ты даешь.

Вмешивается подошедший председатель охотхозяйства
— Виктор, они свинью подранили.
— Ну и что?
— Добрать бы надо.
— А Вы сами не можете?
— Собак нет.
За спиной председателя, Федор
— Быват.

Чувствую, что тезке до боли не хочется добирать чужого подранка, да и сам испытываю сходные мысли.

— Вить, а у вас собаки.
— Что с шотландцем кабана добирать предлагаете?
Вмешивается Федор, показывая рукой на курца
— Не, вот етот в полосах, они свиней рвуть.
Про себя думаю, вот абориген хренов, откуда про курцов узнал?

Приятель отзывает меня — Вить, надо помочь, путевки на открытие с легавой они ведь нам дали. Делать нечего, приходится соглашаться. Устраиваем «допрос с пристрастием» из него узнаем, что стреляли два часа назад, по свинье-двухлетке, заранили надежно.

Собираемся, у меня находятся две пули Бреннеке, напарник вооружается любимым с армейских времен СКСом, которого таскает с собой всегда.
Доезжаем до леса, место хуже некуда. Высокий березняк, заросший понизу еловым подростом. Показывают место стрела, да, кровь есть, в начале много, потом количество уменьшается. Следы не разобрать. Выдвигаем категорическое требование местным охотникам, идти не ближе ста метров от нас. Те нехотя соглашаются.

Вожу рукой по следу и даю команду собаке — Ищи хрюшку, ищи.
Пес встает на след и низко опустив голову, идет вперед. Идет не по правилам, время от времени останавливается, поднимает голову, работая верхним чутьем. Иногда оборачивается и если оторвался от нас далеко, стоит и ждет. Так проходим с километр, след идет по частинкам, не углубляясь в подрост. Радует легкий ветерок, продувающий рощу. Подходим к куртине подроста выделяющегося из общей массы своей густотой и высотой, в этот момент ветерок резко меняет свое направление, курц поднимает голову и резко по пойнтериному стает, однозначно указывая на эту куртину. По вздыбившийся шерсти собаки понимаем, что вот он подранок, здесь.

Начинаем расходится, что бы охватить большую площадь. Вдруг, в какой то момент, практически бесшумно из куртины подроста появляется мохнатая туша, которая торпедой несется на меня, мелькает мысль, сейчас Кутумыч рванет его останавливать, а я выстрелить не смогу, ведь в собаку могу попасть. Остановить не остановит, а выстрелить не даст. Во всю мочь ору — Стоять. Вижу, что кобель на месте.

Как целился не помню, затыльник приклада беретты мощно и надежно толкнул два раза в плечо, и тут же ударило стаккато выстрелов СКСа, напарник выпустил три патрона наверно быстрей, чем калашников стреляет очередью. Туша, проехав по земле, останавливается метрах в трех от меня. В ногах предательская слабость, еще бы свинья- двухлетка превратилась в нехилого кабана. Кутумыч с хвоста осторожно подходит к туше, обнюхивает, и теряет интерес. Все конец добору.

В голове начинают появляться мысли, а если б кобель его не почуял, что с нами было бы, упели бы подстрелить или нет, ведь он конкретно на меня кинулся. Ну его нафиг, такие доборы, а то получится как в русской поговорке — Пошли по шерсть, вернулись стриженные.

Прошу прощения за некоторую путаницу с именами, но мы оба Викторы.

Паршев 06.07.2011 — 01:34

РАССКАЗ ВОЕНМЕДА
Нет более мирных людей, чем наши военные. Нет, не то чтобы они боялись воевать с каким бы то ни было противником. Это-то как раз без проблем, какие бы ни были на той стороне герои — наша армия их пузом задавит в конце концов, и все это в общем понимают. Но вот не любят наши офицеры военного дела, и поэтому не знают. Не знают оружия, не знают тактики, кроме того, что положено по службе. Я в общем не встречал офицера — любителя оружия. Зато видел, как целый полковник патроны в обойму задом наперед запихнул.
И поэтому я точно знаю, что большинство военных охотников (а я 30 лет состою в Военохоте) на самом деле не профессиональные военные. Может быть в войну и после войны было по-другому — тут ничего не могу сказать, а вот в нашем поколении так. Я вот оружие люблю и даже разбираюсь, на уровне «продвинутого любителя», но, насколько я знаю, во всей Академии, где я прослужил более 10 лет, никому даже в голову не пришло купить, когда это было легко и недорого, винтовку-трёхлинейку времен войны, или немецкую трофейную винтовку-маузер.
А из кого же состоят коллективы Военохоты? Да не знаю я. Я так например — «пиджак», закончил гражданский ВУЗ и погоны надел не сразу после выпуска; работал в хоть и военном, но НИИ, все наши были такие же. А когда перешёл в Академию, то знакомство с местными охотниками произошло так: дежурил я по части в воскресенье, народу никого, я обходил помещения — и через окно полуподвала увидел удивительную картину — по плацу шел офицер, ровно отмеривая широкие шаги (видно было только нижнюю половину), и у левой его ноги, как пришитый, бежал ягд-терьер. Это такая маленькая гладкошерстная черная собака с рыжим пузом — «подпалая». Хвост обрезан, мордочка остренькая. Удивительное было то, как был послушен пёс — ведь собачки эти по жизни абсолютно бешеные.
Мне как-то чуть было не продали щенка ягда, спасла редкая удача. Зашёл приятель из другого отдела с мощными царапинами, даже можно сказать рытвинами на носу.
— Это что у тебя?
— Да вот собачку в рюкзак сажал, на электричке ехать. Чего на него нашло?
— А что за порода-то?
— Ягд-терьер.
Мама дорогая:
Есть у них странный рефлекс — они вцепляются в разные болтающиеся предметы. Видел даже клоунский номер в цирке, и там по ходу собачки висели на болтающемся канате, а ещё хватали за полы пальто идущего клоуна. Так что при них не стоит ходить без трусов даже хозяину.
Вот поэтому пёс и хватанул за нос моего знакомого — не нагибайся.
С другими собаками они дерутся — с любыми, и «поставить» их очень сложно. Боли они не боятся, как бультерьеры.
Так что когда я увидел такого вышколенного ягда у ноги — и без поводка — я сразу подумал, что это хороший охотник.
Так и оказалось — это был председатель охотколлектива Академии, Александр Чирков.
Ну и как вы догадались из вступления — не совсем военный. Военный медик, начальник медчасти. И заядлый охотник.
Потом увидел его на охотничьей выставке. Не помню причины, но над ним подтрунивал сосед по рингу. Тем не менее, собака Чиркова, сука Дара, по команде запрыгнула на стол, села, встала, дала себя осмотреть, а потом по команде «зубки!» оскалилась.
— Саша, это как же надо было ее бить?
Саша только ухмыльнулся.
В это время его сосед отдирал свою собаку от живота, чтобы поставить на стол.
Так что Дара была не один раз чемпионом породы — и экстерьерно хороша, и поставлена, и дипломы хозяин не ленился зарабатывать. А одну из его историй я расскажу.

«Охотники мечтают иметь доступ в нетронутые угодья, но это сложно — надо налаживать контакт с местными охотниками, которые городских не любят. А вот с рабочими собаками даже и городской охотник — желанный гость. Вот и у меня есть база в Кировской области, местные меня приглашают на охоты по копытным и медведю. Бывают приглашения и неожиданные. Рано утром, я ещё спал, в избу ко мне вваливаются знакомые — районный охотовед и местный охотник. Как я и заподозрил сразу — нужны собаки. Вечером охотник с ведома охотоведа караулил на овсах медведя, подранил его и медведь ушёл. Задача простая — найти тушу рядом с полем. <Заранен тяжело, кровь ручьём, еле ушёл, сейчас наверно уже дошёл». Но я знаю эти «заранен тяжело», одеваюсь, обуваюсь. Ещё беда — Вепрь свой я отдал этому же охотоведу, а он его кому-то передал чуть не в другой район, и связи нет — нравы тут простые, ничего не пропадёт, но вот так принято — отдать нарезное без документов. Район глухой, понятное дело.
Едем на «козлике», с Дарой и её сыном, а ружьё досталось — разболтанный Иж-27 с парой пулевых. Доезжаем до места — и на поле я понимаю, что предчувствия меня не обманули: крови мало, медведь заранен может и тяжело, но удирал на махах и по следам не было ощущения, что он вот-вот помрет. Мы дошли до опушки, крови уже почти не было, и без собак идти по следу было бы затруднительно. Прошли березнячок, потом участок мохового болота с кочками, потом пошёл высокоствольный лес, собаки не сбавляли темпа, и я старался не отставать, оставив ребят далеко позади. И тут медведь напал.
Он лежал за поваленным деревом метрах в тридцати от следа, сбоку, и контролировал его. Медведь делает стометровку за 8 секунд — у меня было секунды три, и я бы не успел — но собаки напали на медведя с обеих сторон. Он замешкался на секунду, отвешивая оплеухи собакам, я видел, как Дара покатилась в сторону — и этой секунды мне хватило. После двух выстрелов медведь лёг на месте. Я потом померил — обе входные дырки можно было закрыть спичечным коробком (слушая его, я не усомнился ни на секунду — на стене его кабинета висели дипломы за победы в соревнованиях по стрельбе, Александр — мастер спорта по стрельбе из пистолета-АП).
Когда подошли мужики, я занимался собакой. У неё была сломана лапа и челюсть, зуб выпал, но она мужественно терпела. Ей повезло, что у неё хозяин военный хирург, и что я всегда вожу инструменты с собой, но её охотничья карьера на этом кончилась>.

vetdoctor 06.07.2011 — 13:12

ВЕДМЕДЕЙ ТУТА НЕТУ.

Опять память возвращает к рассказам отца об охотах на Дальнем Востоке.
Было это в одну из его многочисленных экспедиций. Вокруг лагеря всегда крутились какие-то бичи,которые за пайку пропитания всегда были готовы на любую тяжёлую работу. Однажды один из бичей, собирая голубику и клюкву,потревожил медведя,который был ранен петлёй из стального троса. Медведь тут же снял с мужчины скальп и прокусил ему череп. Придя в лагерь, человек лёг на землю и через несколько минут скончался.

Тут же была организована бригада для отстрела медведя, куда как всегда, вошли мой отец,буровой мастер дядя Коля и ещё один молодой геолог Сашок,из местных, у которого было одноствольное переломное курковое ружьё со стволом от ручного пулемёта Калашникова,привезённого им из армии и сделанное местными умельцами. Ну и конечно же главной действующей фигурой был, как всегда, трудяга лайка Туз.

Охотники выступили на болото, где произошла трагедия. Довольно быстро Туз нашёл след зверя и умчался за ним по мху среди сосен. Уже к вечеру собака потеряла след, поскольку медведь вошёл в воду речки. Решено было переночевать, а утром продолжить добор зверя.Следы во мху говорили об очень внушительных размерах медведя, правая передняя лапа его сильно кровила и на ней не хватало двух когтей.

Утром решено было пройти вдоль речки сначала в одну сторону по обеим берегам, а потом в другую, надеясь на то, что зверь выйдет из воды.
Уже к вечеру след был найден, но преследование опять решили отложить до утра. В двух километрах вверх по реке находилась заимка, на которой жил безвыездно отсидевший в сталинских лагерях бывший политзаключённый со своей семьёй.

Придя к нему в гости, охотники постучались в дверь. Вышедший красивый седой старик радушно пригласил всех в дом. У него в гостях был местный житель, который мог прояснить ситуацию с медведем. -Где тут он скорее всего спрячется?-спросил того отец.
-Насяльника,ведмедей тута нету,отродясь не бывало-было ответом. Мужики поняли, что толку от аборигена никакого, поэтому прекратили бессмысленные разговоры. За столом Аркадий Иванович, как звали хозяина, поведал геологам историю своего несчастья, как лучший друг в Ленинграде настучал на него в НКВД, инкриминировав тому террористическую деятельность.

Утром Аркадий Иванович подсказал охотникам, что медведь скорее всего пойдёт на заброшенные рудники, где много пещер, в которых тот будет в недосягаемости. Через несколько километров Туз взял след, который привёл всех к пещерам. И тут кобель злобно отдал голос. Огромный медведь, встал на дыбы, отбиваясь от собаки. Но не тут-то было.

Туз всё время забегал сзади и хватал косолапого за гачи. Удрать в пещеру зверю не давала собака, но и стрелять было неудобно. Расстояние было явно не для гладкоствольного оружия, а подойти к медведю, задерживаемого собакой, не представлялось никакой возможности. Молодой геолог Сашок выстрелил из своего нарезного ружья, но пуля попала не по месту, угодив медведю в правую щёку.

Медведь бросился на охотников, быстро сокращая расстояние. Туз повис на гачах зверя, но это его не останавливало.Отец быстро раз за разом выстрелил в медведя из гладкоствольного Винчестера тридцать второго калибра и одна из пуль попала тому точно между глаз. Огромная туша лежала перед ними, буквально в метре от стрелявших. Николай Иванович ещё раз выстрелил из двустволки в голову лежащего медведя и всё было кончено.

Мужчины перевели дух. Сашок, у которого никак не выходила из патронника открытого ружья раздувшаяся стреляная гильза автоматного патрона, нервно расхохотался и передразнивая вчерашнего аборигена сказал:-насяльника, нетути тут ведмедей, отродясь не бывало. Охотников охватил безудержный смех и страх от пережитого стал постепенно уходить. Николай Иванович достал фляжку спирта и все они сделали по большому глотку «на крови»…

vetdoctor 06.07.2011 — 16:46

ЭТИ БЕЛЫЕ БЕРЁЗЫ…

-Яме!Сиро:дзё дан гери-иппон! Просыпаюсь в холодном поту. Снится последний турнир по каратэ-до, где в финале, пропустив сильнейший маваши-гери в голову,я был снят за несколько секунд до окончания поединка в связи с травмой. Но всё хорошо. Напротив меня стоит полуавтомат,сполохи огня отражаются в блестящей походной посуде, костёр потрескивает догорающими дровами, а Портос спросонок поднял голову, не понимая, почему хозяин вдруг проснулся.

Мы отдыхаем после трудового дня, отмахав восемьсот с лишним километров в надежде поохотиться по тетеревам, которые у нас, к сожалению, запрещены к отстрелу.
Только вчера удалось на исходе рабочего дня взять путёвку и просмотрев карту неизвестного нам района, наугад отправиться на охоту.Встаю, подкидываю дровишек в костёр и наливаю себе рюмочку местной, только вчера в супермаркете купленной, водки. Выпиваю и приятное тепло разносится по организму, унося тревоги и печали.Вспоминается, как я решился на такую безрассудную поездку в одиночку. Однажды, познакомившись на состязаниях легавых собак с одним экспертом, заслушался про добычливые поля с тетеревами. И тут же возникло решение, которое долго зрело и наконец, дозрело.

И вот мы с Портошкой тут, одни в этом красивом краю желтеющих берёз.
До поездки меня многие, причём достаточно опытные охотники предупреждали, что в конце сентября косачи совсем не держат стойки, поэтому охота будет бесполезной. Но я искренне надеюсь на свою талантливую собаку и длинный ствол полуавтомата, куда я вкрутил получёк, плюс моя безграничная вера в спортинговые патроны. Рассвет начинает потихоньку светлеть на востоке,уже скоро вставать, но я наооборот, проваливаюсь в глубокий сон.

Зазвонил будильник сотового телефона. Как же не хочется просыпаться, но я встаю, за мною выходит из палатки Портос и тут же задирает заднюю лапу на ближайшую берёзу. На востоке уже совсем светло.
Ставлю чайник на портативную газовую плитку,перебираю продукты в сумке-холодильнике, готовлю себе завтрак. Насыпаю кобелю корм, но он отказывается есть, весь в предвкушении охоты. Он постоянно ходит вокруг меня, заглядывает в глаза и тихонько поскуливает.

В низине под нами туман. Одеваю сапоги и непромокаемые бродни, которые удалось купить за день до отъезда в новом охотничье-рыболовном магазине.
Завтракаю сомовьим балыком, пью удивительно душистый чай с мятой и жизнь начинает казаться интереснее, чем тридцать минут назад. Выходим из лагеря.Заряжаю свой Пегасус шестью патронами с дробью 7,5 с 28 граммами.

Отходим метров пятьсот по полю с высокой травой. Бродни, хоть и непромокаемые, уже дали промокнуть моим ногам от ступней до паха. Делать нечего, всё равно иду. Портос челночит нешироко, поскольку в высокой траве уже в сорока метрах собаку не видно совсем. Встаёт солнце и туман начинает рассеиваться. Наконец вижу свою собаку на стойке, с высоко поднятой головой. Направление стойки на небольшой лесок из белеющих берёз,стоящий посреди полевого разнотравья.

Быстро подбегаю к стоящей собаке, обхожу кобеля кругом метров на тридцать и встаю напротив берёзового колка. Командую и вот они, чёрные с лирами, штук тридцать, срываются в сорока метрах от меня. Стреляю последнего и…О,радость!!! Сразу два черныша, летевшие в одном створе, падают в траву. Портос несёт их обоих, прихватив за шеи. Чувствую приятную тяжесть тушек. Ощущаю, что не зря проделан столь непростой путь. Целую кобеля прямо в широкий нос.Он смущённо чихает и виляет прутом.

Идём вслед улетевшему выводку. Снова стойка. На этот раз коростель,очень крупный рыжий и жирный. Наконец опять берёзовый лесок и потяжка прямо на него. Забегаю далеко впереди собаки. Посылаю. Быстрый бросок и опять дружный подъём выводка в пятнадцати метрах. Стреляю три раза и увидев три упавших черныша, опускаю ружьё. Всё.На сегодня охота состоялась.

Становится жарко, роса испарилась и идти назад около пяти километров приходится тяжеловато. Портос высунул язык и тяжело поводит боками, идя возле моей ноги. Приходим в лагерь, потрошим птиц и складываем их в сумку-холодильник. Ложимся спать. Вечером сидим и слушаем радио, а потом магнитофон. С удовольствием подпеваю Митяеву. Потом костёр, ужин, разговоры по телефону с братьями по страсти.Утром опять в поле.

Так быстро промчались три дня в краю красивых осенних берёз. Больше не удалось нам с Портошкой взять за выход больше одного петуха, но всё равно съездили мы не зря. На обратном пути пришлось стать свидетелем крупного ДТП, где мне удалось откачать одного из пострадавших до приезда «скорой». Но в памяти остался только край белых берёз с шелестящими на ветру золотистыми листьями…

vetdoctor 07.07.2011 — 13:47

Куры,вовсе вы не дуры
Старка увела щенка
Притворяясь больной курой
Жили,б птенчики пока

Над полями ветер кружит
На траве роса блестит
Если Ваш питомец тужит
Кура мигом убежит

За всё утро два дуплета
Нам лишь сделать удалось
В красоту степного лета
Сердце билось и рвалось

Нас всегда манит охота
Хоть Портосик и щенок
Не хочу другого лота
Я опять не одинок…

vetdoctor 07.07.2011 — 15:47

ФАЗАНЫ В ДЕКАБРЕ.

Во время работы в охотхозяйстве в зимнее время обычно работы на дичеферме было мало,основная же нагрузка была во время инкубирования яиц и вывода цыплят, а это обычно приходилось на весну. Зимой всё сводилось к кормлению и поению маточного поголовья фазанов. В свободное время всегда имелась возможность похотиться. Зима в том году пришла не сразу. До середины декабря стоял чернотроп с небольшим выпадением быстро тающего снега.

Это дало возможность продлить сезон охоты с легавой. Вокруг озёр было много перезимовавших, уже одичавших фазанов. И вот в один из дней мы с Мартом отправились на охоту.Температура была плюсовая,накрапывал мелкий моросящий дождик. В лесу всё пространство было покрыто упавшими прелыми листьями.

Как раз я только что купил себе новое ружьё. Был это ИЖБ-47 12 калибра с замками на боковых досках и нестандартными дульными сужениями. Правый ствол имел чок 0,45, а левый 0,8 мм при каналах 18,5мм.

В патронташе моём было два десятка патронов «Хубертус-трап», только что подаренных мне приезжавшими на охоту членами областной сборной по стендовой стрельбе.Мартыша очень старательно для своего двенадцатилетнего возраста прочёсывал полянки и островки леса в пойме.

Через полчаса он на длинной потяжке проследовал через всю большую поляну и стал у густого куста, росшего на берегу озера. По посылу он кинулся под куст и прямо
из-под его морды взмыл вверх красавец-петух с длинным хвостом. Отпустив его метров на тридцать, я выстрелил и петух камнем упал в прибрежные камыши.

Не прошло и минуты, как я увидел своего старика выходящим из камышей с петухом в зубах. Голова фазана была вся зеленоватого цвета, на шее белое жабо, а тушка вся сияла и переливалась красновато-золотистыми оттенками.
Хвост его был побольше метра в длину. Очень важно, что тушка была не разбита, поэтому я решил отдать птицу заводскому таксидермисту,уже давно просившему у меня добыть именно такой трофей.

Обойдя озеро вокруг, я вновь увидел старика на стойке. Посыл и матёрый русак прибавился к трофейному петуху. Уже подходя к базе новая потяжка, после которой кобель забежал вперёд и стал мордой ко мне, лишив фазана возможности бежать дальше. На чистом месте примерно такой же петух, как и первый взмыл свечой, но я поторопился с выстрелом, начисто отстрелив тому красивый хвост.

Вечером пошёл снег и сезон птичьей охоты с пойнтером закончился.
Поэтому я был благодарен природе, продлившей наш с Мартом охотничий сезон.
А через неделю наступил Новый год.

Ganser 07.07.2011 — 16:22

мне кажется, что vetdoctor сделал большую часть нашей ветки наркоманами!!! сидишь и ждешь нового рассказа!!! а про издание книги-верно на 150%, так как качественных и красивых рассказов, статей — раз, два и кончились. Плюс такие рассказы были бы полезны для подрастающего, начинающего поколения (к коим и себя отношу) очень актуальны!!!!

Степан31 07.07.2011 — 16:40

Ganser
сидишь и ждешь нового рассказа!!!

+10000000000000

Стас 07.07.2011 — 16:56

Весело у вас тут. А я вот с начала лета не могу гастарбайтеров нанять яму выкопать на даче. Собака у меня мастиф английский, девочка, милейшее и добрейшее существо 85+ кг весу, заведена для детей и служит им плюшевым мишкой, лавочкой, ездовой собакой и др. по обстоятельствам. И вот научилась она, сволочь, носом калитку открывать. Стоит кому прийти в гости — она защелочку сбрасывает и радостно встречает. И вот незадача, уже 3 бригады проезжали и проходили в поисках работы, только я не успеваю к калитке подойти, а обратно они уже не возвращаются, сколько ни зови… 😊

За оффтоп извиняюсь, собака конечно ни разу не охотничья…

vetdoctor 07.07.2011 — 17:35

Утром Катай был вместе с другими собаками погружен в уазик-буханку и поехал на охоту. Но гонять с другими собаками он почему-то не стал, а стал крутиться возле охотников. И вот из-под собак идёт на верный лаз лиса-огнёвка. Стрелок весь в ожидании. И тут откуда-ни-возьмись Катай наперерез лисе, угоняет её в соседний лес и там бросает.

Привязали Катая в машине на сворку. Переезд, гон зайца, завершающийся стрельбой и снова переезд в другое место. Пока суть да дело, смотрят, а от зайца уже полтушки осталось, зато у Катая бочковатости рёберной дуги прибавилось. Привязали его совсем коротко. Поохотились и решили отобедать.
А крышка с судка снята и ни одного бутерброда не осталось.

Так Катай за одну поездку, по выражению Ивана Маркеловича, успел сделать три мерзостные пакости.Больше на охоту его не брали, хотя справедливости ради надо сказать, что в одиночку он вполне сносно мог полкруга или даже круг прогнать зайца.

Приехал его владелец. Рассказывают ему об приключениях выжлеца, а тот смехом давится, остановиться не может. -Чего ржёшь?-спрашивают его.
А он говорит:-да он ещё и не на то способен. У бабы моей шубу лисью на клочки изорвал, когда её в прихожей повесили. Так и рассказывал много лет подряд Маркелыч историю про выжлеца Катая, который за один день умудрился сделать сразу три мерзостные пакости.

vetdoctor 08.07.2011 — 13:27

РЫЖАЯ КРАСАВИЦА.

Жил в нашем городе, к сожалению, уже покойный оружейный мастер Александров А.Г. Георгиевич, как величали его охотники, очень любил ирландских сеттеров и был неравнодушен к штучным ружьям.Были в его коллекции и Голланд-Голланд, подаренный Д.Эйзенхауэром Г.К.Жукову, и Дж.Пёрдэ курковое, и Август Лебо, и Форжерон, и ещё множество прекрасных ружей известных мировых брендов.

Я с детства дружил с его сыном Сергеем. В то время у нас в семьях были ирландцы, а отец мой обладал тоже несколькими выдающимися ружьями. Это нас и сблизило. Впоследствии Сергей закончил сельскохозяйственный институт по специальности: охотоведение и стал работать районнным охотоведом в одном из райцентров области. Несчастный случай на охоте, когда нерасторопный клиент вместо кабана выстрелил в охотоведа, сделав того инвалидом на всю оставшуюся жизнь, заставил Георгиевича за довольно смешные деньги распродать свою коллекцию ружей, таким образом обеспечив сыну операцию и протезирование в Германии.

Но это всё было гораздо позже описываемых мною событий. А в то время Георгиевич держал красавицу суку ирландского сеттера по кличке Лайма.
Однажды наши с Сергеем родители поехали вместе на охоту на Волгу.
Мы с Серёжкой, как хвостики, последовали за ними.Наш тогда ещё во вполне хорошей рабочей форме, Джим, сидел рядом с папой на переднем сидении списанного спасательного катера «Дракон», стационарный двигатель ГАЗ-53 которого, вовсю шумел над водой, разгоняя пернатых обитателей Волжских проток.
Георгиевич с Сергеем и Лаймой ехали у нас у кильватере на «Прогрессе-2» под 30-ти сильной «Москвой».

Наконец мы прибыли в луга. Все луговины левого берега и вдоль проток были тщательно выкошены. Назавтра ожидалось открытие летне-осеннего охотничьего сезона. Мы с Серёжкой натаскали дров, поставили большую палатку, натянули тент из большого куска брезента, под которым был поставлен походный стол и раставлены стулья. Родители наши в это время купались в протоке и ставили раколовки. Вскоре над костром был повешен котелок с пойманными раками, а родители наши предались откушиванию пива из привезёной канистры. Нам с Серёжкой тоже налили по маленькой кружечке пивка, отчего у меня сразу же закружилась голова. Но после съедения большого рака по прозвищу «рачий президент», я стал чувствовать себя опять в своей тарелке.

Вечером Георгиевич достал Лебо, а папа Геринговский Зауэр и между взрослыми пошло обсуждение оружия. Зауэр был не похож ни на одно из ружей, которое мне, тогда ещё совсем мальчишки, удавалось увидеть. Курки были сделаны в виде оленя, которые взводились за рога, а копытцами били по бойкам. На правой доске был портрет Геринга в обнимку с курцхааром, а на левой асс Люфтваффе сидел за штувалом «Мессершмитта». К сожалению, это ружьё было насильно куплено у отца во время начала регистрации в 1977 году. Официальной причиной послужило то, что длина нарезной части прадоксов была 400 мм, вместо 140, разрешённых законом. Но всё это было потом.

Утром папа и Георгиевич, надев болотные сапоги и патронташи, двинулись по луговине. Мы с Серёжкой пошли сзади. Две ярко-рыжие кометы быстро и широко обыскивали кошенное пространство. Вот Лайма высоко неся голову, прихватила на ветер и потянула как по ниточке к кусту камышей, став как бронзовая статуя, не доходя до него около пятнадцати метров. В двух метрах сбоку стоял наш Джим. Родители наши подошли, изготовились и почти одновременно крикнули:-пиль!!! Поднялось сразу три дупеля, сидевшие кучно. Прозвучало три выстрела и наши рыжие красавцы подали отцам всех птиц.

-Однако, Георгич, Лебо-то птичку вблизи разбивает, а Зауэр-нет-сказал не без ехидства отец.-Да где же уж нам угнаться за фашистскими парадоксами?-в тон ему ответил дядя Саша. Мы двинулись дальше. Дупелей было много, рыжие молнии то и дело застывали на стойках, выстрелы гремели один за другим.
Когда Лайма стала уже в тридцатый раз, отец попросил: -Георгиевич, дай Гошке из-под собачки стрельнуть.-А чего не даёшь из-под Джима?-спросил Александр Георгиевич.-Да тот обидится, если промах будет и может вообще отказаться работать потом-ответил отец.

Папа дал мне свой Зауэр. Взведя правый курок, весь трясясь от волнения, я подошёл к стойке Лаймы. -Пиль!-громко скомандовал я и Лайма быстро прыгнув вперёд, самостоятельно легла при взлёте птицы. Быстрокрылый бекас, чмокнув, начал выписывать броски из стороны в сторону. Увидев его на планке между курками, я нажал спуск.

В следующее мгновение Лайма подавала бекаса Георгиевичу в руки, а отцы вместе с Серёжкой поздравляли меня с полем. Из под следующей стойки дали стрельнуть Сергею. Взяв кучное Лебо, он промазал, обиделся и попросил папу дать ему стрельнуть из Зауэра. Следующий его выстрел был результативен.

На стану мы подсчитали трофеи. Было взято тридцать два дупеля и восемь бекасов. И несомненно пальму первенства среди собак надо было по справедливости отдать рыжей красавице Лайме. Позже от Лаймы у Георгиевича был кобель Атос, превзошедший мать и ставший полевым победителем. Но это уже совсем другая история…

vetdoctor 08.07.2011 — 18:54

АЛА ВЕРДЫ.

В конце девяностых годов, охотясь с моим другом Петровичем из-под моего, тогда очень знаменитого Атоса, однажды решили пригласить на охоту старика Георгиевича. Сказано-сделано. Я приехал к нему в пригородный посёлок и пригласил на охоту. Георгиевич согласился. И вот в назначенный день моя старенькая ВАЗовская «шестёрка» утром стоит у его дома. Георгиевич выходит, садится на переднее правое сиденье, пристёгивается и мы едем за Валерием.

Берём Валерия, у которого только что пала ирландка и едем в лес. Георгиевич всю дорогу рассказывает нам, как здорово он охотился по вальдшнепу со своим покойным ирландцем Атосом. Ему очень льстит, что мою собаку тоже зовут Атос и что он является чемпионом Всероссийской выставки.
Приезжаем в малодоступные для общего пользователя угодья, где вопрос нашего нахождения решает военный генерал, у которого мне удалось успешно прокесарить собаку.

Очень красивый лес, с разнообразными ландшафтами, втречает нас. Оставляем машину в военном городке и идём в указанном нам егерем направлении.Атос великолепно ищет, всё время оставаясь на виду. Наконец первая стойка в дебрях посадки среди акаций. Подходим, посыл и вальдшнеп рвётся вверх,делая свечку. Обгоняю его стволами, жму и очередная жертва МЦ-8 подаётсяя Атосом прямо в руки.

Георгиевич предлагает перекусить и выпить его домашнего самогона. Категорически отказываюсь по причине того, что я сегодня за рулём.Валерий с Георгичем выпивают и закусывают, мы же с Атосом только съедаем по бутерброду. Идём дальше. Атос работает, как машинка германской фирмы «Зингер». Стойка следует за стойкой, а при наличии трёх стрелков никакой из поднятых собакой вальдшнепов не улетает.

Второй привал, после девятого взятого нами вальдщнепа и Валерий просит меня, чтобы следующую птицу стрельнул Георгич. Следует стойка Атоса на краю соснового бора, посыл, вылет вальдшнепа на чистое. Дядя Саша почему-то не стреляет. Его Дж. Пёрдэ ведёт и ведёт за птицей,но выстрела не слышно.
Наконец, нервы мои не выдерживают и я нажимаю спуск привычного МЦ-8.

Одновременно звучит выстрел Георгиевича
из Дж.Пёрдэ и вальдшнепа подбрасывает дважды в разные стороны.
Поданный Атосом трофей представлял из себя грустную картину из перемешанных перьев и разбитой тушки. Несмотря на это, я поздравил Георгиевича с полем и в конце охоты отдал ему всех, отстрелянных в этот день птиц.
В благодарность за это Георгиевич пригласил нас с Валерием на маленький пикничёк, где его жена приготовила вальдшнепов вместе с отстрелянным нами в этот день зайцем.

Замечательный праздник чревоугодия состоялся под рассказы про охоты хозяина дома вместе с моим отцом и демонстрацией оставшихся, пока ещё непроданных ружей. После этого Георгиевич однозначно решил, что Дж.Пёрдэ обязательно должно достаться Сергею, а впоследствии, внукам.
Так закончилась охота, где я попытался хоть чуть-чуть вернуть Георгиевичу обстановку той охоты, где я впервые стрелял из-под его,давно ушедшей в мир иной, Лаймы.

бондарев 08.07.2011 — 20:54

Ganser
мне кажется, что vetdoctor сделал большую часть нашей ветки наркоманами!!! сидишь и ждешь нового рассказа!!! а про издание книги-верно на 150%, так как качественных и красивых рассказов, статей — раз, два и кончились. Плюс такие рассказы были бы полезны для подрастающего, начинающего поколения (к коим и себя отношу) очень актуальны!!!!

Как ещё охотничьему сердцу в демежсезонье утешиться, общение на форуме выезд в поля с собой, причём утром, днём жарко, а на досуге то бишь на выхи можно и почитать, все маломальские книжные магазины в городе Ростове на Дону знаю, когда жил продолжительное время в Москве покупал книги на Тверской в книжном, даже карточку дали для скидки, можно сказать охотничьи книги люблю, но кроме Олега Малова, который издал свою книгу с иллюстрациями Вадима Горбатова, для себя из последних изданий в охотничью коллекцию книг не чего не добавил, сплошные энциклопедии и перепечатка, а тут живая проза ещё бы иллюстрации и на книжную полку, первый бы купил сборник 😊

Простите, за навязчивость может, издадим сборник рассказов, с иллюстрациями, скинемся, дело ведь нужное.

Андрей Сергеевич 08.07.2011 — 21:06

Так закончилась охота, где я попытался хоть чуть-чуть вернуть Георгиевичу обстановку той охоты, где я впервые стрелял из-под его,давно ушедшей в мир иной, Лаймы.

Очень достойный поступок — пожилому охотнику каждый выезд — счастье, а возможность есть далеко не всегда.
Здесь уже говорили о пользе Ваших рассказов для подрастающего поколения, все это это верно — после прочтения не стать охотником очень непросто 😊

vetdoctor 11.07.2011 — 16:11

ВЕСЕННИЕ РАЗЛИВЫ В СТЕПИ.

На одно из открытий весеней охоты выехали мы вдвоём с Петром в заволжскую степь. С нами в машине поехали мой Портос и молоденький пойнтер Петра,Том.
По пути заехали в супермаркет в соседнем Энгельсе, закупив провизию себе и собакам. Через двести километров наша «Нива» свернула с асфальта, направляясь к знакомым угодьям.
Проехав по довольно хорошо держащей машину подмороженной степной дороге около двух километров, прибыли на полянку среди кустов барбариса и фиников.
На небольшой сухой площадке с прошлогодним ковылём поставили палатку, натянули тент, под которым организовали походную столовую.

Затем прошлись к видневшимся неподалёку камышам, наметив места, где утром ставить скрадки. Вернувшись, приняли по первой рюмочке и сразу же по второй за прибытие. Солнце село и взошла луна. Время от времени со стороны водоёма раздавались голоса летящей птицы. Вот закрякали кряквы, вот просвистели свиязи, а вот и загагакали белолобые гуси, пролетая где-то в стороне.
Ужин с последующим чаепитием удался на славу и уложив собак в машину, мы залезли в свои спальники в палатке.

Рано утром мы встали, попили чаю и нагрузившись гусиными профилями с утиными чучелами, отправились в заранее приготовленные скрадки.
Петя оставил щенка в машине, а я взял Портоса с собой. Расставив гусиные профиля и высадив на воду утиные чучела, я сел в камышах на приготовленый с вечера стульчик, уложив кобеля в ногах.Зарядил Дефурни шестёркой и двойкой.

На востоке начало быстро светать, первые стайки уток пролетели ещё по-тёмному. Я ждал, когда рассветёт, чтобы было хорошо видно птицу.
Наконец взошло солнце. Вижу, как на чучела из-под солнца заходит пара кряковых. Отвечаю манком и птицы идут на второй круг.Но в это время Портос встрепенулся и кряквы стали отворачивать на пределе выстрела. Зная, что задним почти всегда летит селезень, обгоняю его стволами и жму первый спуск. Крякаш падает на чистую воду сразу за камышами. Портос, посланный вперёд, плывёт. Слышу характерный хрипящий звук. Кобель выплывает из камышей и…О,мой ужас и сметение. Во рту его вместо селезня битая крупная утка.

Решаюсь не стрелять в лёт совсем, только по гусям. Сижу, жду налётов.
А селезни разных пород, как-бы дразня меня, налетают время от времени на выстрел.Всё. Заря кончилась. Иду на стан, сгорая от стыда за непоправимый выстрел. Теперь парой выводков утят осенью станет меньше. Петя успокаивает меня, но говорит, что надо срочно птицу ощипать и сварить, чтобы неожиданно подъехавшие охотоведы не увидели наш позор. Так и поступаем.

Вокруг становится тепло, кругом летают всякие неохотничьи птахи, а мне грустно и стыдно. После обеда к нашему стану подъезжает ещё одна «Нива».
В ней наши знакомые охотники, Стас и Виталий. Они предлагают переехать на другое место, пока дорога совсем не раскисла под солнцем. Сворачиваем лагерь, едем. По пути наблюдаем, как в пяти километрах за следующим прудом над полем поднимаются и садятся сотни гусей. Но пройти или проехать туда проблематично, так как талая вода сорвала плотину и перейти бурлящий поток не представляется возможным.

К вечеру добираемся до заветного пруда, ставим лагерь под вётлами и расходимся в поисках мест для скрадка. К сожалению, почти все камыши и кусты на нашем берегу залиты водой,поэтому подойти к ним невозможно. Сажусь в траву на берегу, высадив чучела на воду и воткнув гусиные профиля в берег. Сижу, жду лёта. Портос лежит в траве рядом.

Пахнет полынью и водной свежестью. Компаньоны мои переплыли на резиновой лодке на другой берег. Там есть островки с кустами. С их стороны время от времени доносятся выстрелы, но я вижу, что это по гусям, летящим в поднебесье. Соскучились мужики по воле, вот и палят. Слышу почти в темноте шварканье селезня. Отвечаю ему манком и вот он уже сам пролетает надо мной в двадцати метрах.
Жму спуск, слышу тяжёлый шлепок в тину за своей спиной и радостный Портос несёт нам большого зеленоголового красавца.

Ребята приплывают к моему скрадку, высаживаются, выносят лодку на берег и несут её на руках до стана, время от времени проваливаясь в снег, не успевший расстаять в степных низинках. Оказывается, они тоже с полем.
У них в лодке два шилохвоста и один селезень широконоски. Очень красивые трофеи. Любуюсь ими на стану при свете костра. Дрова мокрые, они сильно дымят и шипят.

Томик лезет играться к Портошке. Вытираю собаку насухо, кормлю кобеля и отправляю спать в машину. Мелкий, немного побегав и поиграв с веточками, тоже засыпает в ногах у Пети и он тоже отправляет его спать в машину. Сидим, ужинаем. Стасик рассказывает, как он прошлой весной удачно поохотился на гусей, вырыв окоп в мокрой пашне, после чего простудился и пробюллетенил целый месяц. Пётр вспоминает свою бывшую собаку, сеттера Рекса и надеется, что из Томика тоже вырастет хороший помощник. Ещё по рюмочке,по кружечке чайку и идём спать по палаткам. Утром проспали зарю. Встав, вижу прямо над головой пролетающих на выстреле гусей. Но, увы, пока ружьё достал, пока зарядил…

Решаюсь снять чучела,обойти пруд вокруг и поискать место для скрадка на другом берегу. Солнце уже вовсю взошло. Наконец выхожу к мелкому перешейку в степи, перехожу его и направляюсь в сторону затопленных деревьев.
Портос идёт за мной. Находим небольшой вяз с густой кроной на берегу неглубокого залива. Рассаживаю чучела, садимся с Портошкой под вяз и ждём.
Слышу свист крыльев сзади, крякаю в манок и вот красавец селезень шилохвости налетает чуть справа на уровне верхушки дерева. Обгоняю, жму и селезень наш.Портос с удовольствием подаёт его из густых камышей напротив, куда тот упал по инерции.

Сидим ждём. Гуси над полем в пяти километрах от нас продолжают кружиться. Засмотревшись на них, теряю контроль за водоёмом. В это время Портос тихонько поскуливает. Смотрю за направлением взгляда собаки и вижу как низом, прямо на нас летит кряковой селезень. Подпускаю того близко, сажусь на колени. Селезень взмывает вверх прямо надо мной и падает сзади в озерцо, оставив после себя плывущую по воздуху кучку выбитых дробью перьев.
Кобель приносит селезня, кладёт его мне в колени и отряхивается, обдавая меня холодным душем.

-Тубо, свинюшонок ты эдакий-с нарочитой строгостью выговариваю я собаке, но тот всё прекрасно понимает и начинает тереться о траву, ползая на спине. Уже собираясь уходить, вижу, как довольно высоко мимо нас летит стайка из кряковых селезней. Маню в манок, вроде бы заинтересовались, но подлетать не собираются. Обгоняю ближнего, бью шестёркой метров за шестьдесят. Селезень зависает в воздухе вертикально, слегка шевеля крыльями. Стреляю из левого ствола двойкой и селезень начинает планировать, а затем, крутясь вокруг своей оси, замертво падает в раскисшую пашню метрах в ста пятидесяти от нас. Портос убегает в пашню. Вижу, как кобель проваливается по плечи в вязкую жижу, но тем не менее, искать не бросает. Наконец мой мушкетёр с торжествующей мордой приносит огромного селезня, тыкаясь им мне в колени. На другом берегу слышу крики: -браво! И заслуженные аплодисменты.Ребята, оказывается наблюдали весь процесс с самого начала.

Сложив добычу в ягдташ, идём вдоль берега к плотине, пытаясь найти место для перехода. В одном месте показалось, что там мелко. Иду, вода начинает подходить к подмышкам, вот уже почти совсем заливает ОЗК, но тут вдруг дно резко уходит вверх. Еле-еле вылезаю на берег плотины. Завидую Портосу.
Он-то легко переплыл и ждёт меня на сухом.Завтракаем, любуемся степью. Видим пролётных дроф, гусей и журавлей. Ложимся спать в палатку до вечера.

Последний вечер. Нет никаких сил проделывать утренний маршрут, поэтому сажусь возле своих гусиных профилей. Портос устраиваетя рядом. Птицы стало меньше, над нами лёта нет. Приходим все в темноте на стан без выстрела.
Опять шашлык на углях, уха из пойманной Виталием в луже икряной щуки, рассказы, рассказы. Утром коротенький лёт и один сбитый селезень, никак не хотевший подлетать к моим чучелам и взятый Портосом из гущи камышей напротив, куда тот утянул после моего дуплета. У ребят тоже один чирковый селезень на троих. Закончилось открытие, пора уезжать. Пётр решает ехать напрямую через степь, но коварный солончак раскис и наша «Нива» повисает на обеих мостах. Мужики едут в деревню за трактором, а мы сидим и рассуждаем, что нормальные герои всегда идут в обход.

Наконец, уже к вечеру, за нами приезжает гусеничный трактор, тракторист которого за тысячу целковых вызволяет нашу машину из грязевого плена.
-А если бы у тебя «Лендкрузер» был, наверное не меньше «Кировца» пришлось бы пригонять-шутит Стасик. -Слава Богу, что не «лендкрузер»-отвечает Петя, широко улыбаясь. По пути заезжаем в знакомое кафе на трассе, покупаем вкусные фирменные здешние беляши. Мы со Стасиком сегодня не за рулём, поэтому позволяем себе по рюмочке «охотничьей водки». Виталик с Петром завистливо смотрят на нас и язвят по поводу того, что плохо пошла.
В ответ мы принимаем по второй, пьём чай с лимоном, после чего грузимся по машинам.

Уже в темноте приезжаем в грязный от весенней слякоти Энгельс.
Первым делом заезжаем на мойку, иначе нас не пропустят гаишники через мост. Стасик тут же где-то раздобывает ещё бутылочку «Столичной» вместе с баночкой лососевых консервов и мы с ним продолжаем банкет.
К дому подъезжаем далеко за полночь.

Делюсь с ребятами добытой птицей, обнимаемся на прощанье и лифт послушно доставляет нас с Портосом и вещами на восьмой этаж.
Следующий раз удалось в тот сезон с ребятами выехать только на тягу вальдшнепа, где мне посчастливилось взять ещё одного крякового селезня.
А Стасик успешно съездил в Балаково, где они с Виталиком взяли на двоих восемь белолобиков.

vetdoctor 13.07.2011 — 13:05

БАБУШКИН ПОДАРОК.

В 1985 году в сентябре месяце, будучи в отпуске гостил я у своей московской бабушки. Собственно бабушкой она мне доводилась двоюродной, поскольку была папиной тётей.Прошла она всю войну в медсанбатах и госпиталях, а в то время, хотя и была давно на пенсии, ещё работала в НИИ скорой медицинской помощи имени Склифосовского, офтальмологом-консультантом.Жила баба Шура возле кинотеатра «Эстафета», что на проезде Соломенной сторожки, в четырёх домах от известного в те годы всей Москве комиссионного оружейного магазина. Я часами простаивал возле витрин, заполненных красивым оружием. И чего только там не было, от старой курковой одностволки до великолепных образцов вылизанных английских, бельгийских и немецких ружей с полными замками, изящно гравированных.

Но одной из целей моей поездки была покупка патронов с девяткой шестнадцатого калибра, которых в провинции в то время в магазинах днём с огнём не сыщешь, а с дробью был период большого дефицита. За неделю, что я жил у бабушки, кроме посещения оружейной палаты и Третьяковской галереи, почти все оружейные магазины в пределах доступа метрополитена, были мною изучены. И вот в магазине возле станции метро Кировская мне удалось наконец найти требовавшиеся мне патроны. Но тут новая беда. В одни руки за один раз больше трёх пачек по десять штук не выдаётся. Поскольку поездка на метро стоила тогда пять копеек, то за три поездки мне удалось купить девяносто патронов. Через день был назначен мой отъезд домой, но тут бабушка заявила, что у её соседа по даче в деревне, есть двести патронов с девяткой шестнадцатого калибра, уже второй год лежащие без дела.

Вечером мы поехали к соседу, жившему возле метро «Красные ворота». Им оказался старенький архитектор, квартира которого представляла из себя музей охоты. Кругом висели чучела птиц, на рогах висело старинное шомпольное ружьё Вестли Ричардса, а стены были увешаны фотографиями охот, на которых я с удивлением и радостью увидел покойного мужа бабушки, дядю Яшу, в ногах которого сидел ирландец Наль. Сергей Феоктистович, так звали старика, вынес из кладовки рюкзачок, в котором были сложены пачки патронов с иностранными надписями. Легиа Стар, шот номер девять,было написано на пачках и стоял 1984 год. -Это же целое состояние-сказал я бабушке.-Не твоя забота-сказала она и добавила-это мой тебе подарок ко дню рождения. Поблагодарив хозяина и тепло распрощавшись, мы поехали домой к бабушке.
На другой день она поехала провожать меня на Павелецкий вокзал.Выйдя из вагона, она долго махала рукой вслед уходящему поезду.

По приезду мы с Мартом сразу же похали на Волгу, навстречу новым охотничьим приключениям.Патроны, подаренные бабой Шурой, оказались какими-то волшебными. Мой ИЖ-58 валил ими и крякв на вечёрке, и вальдшнепов из-под стоек собаки. Промахи были крайне редки. Однажды отец поехал со мной на моей тогдашней «Казанке-метле» с булями. Решено было поехать в Усть-Караман, по приглашению тогдашнего председателя Военно-охотничьего гарнизонного общества А.А.Фирсова. Прибыли мы в хозяйство к вечеру. Егерь Виталий встретил нас, поселил в одном из домиков и сказал, что нас велено отвезти на озеро Кочкарное. Я очень удивился, поскольку это было озеро, где разрешалось охотиться в те времена лишь генералитету и приближённым.

Высадив нас с отцом с катера на луговину, егерь сказал, что в темноте подберёт нас на этом же месте и уехал. Папа не захотел лезть во внутренние озёра, поскольку из-за полиартериита у него осенью болели ноги, а предложил встать недалеко друг от друга с краю озёра на сухом. Так и сделали. Начало темнеть и утки полетели сразу во всех направлениях. Отец только успевал крикнуть:-Март, подай!, как такую же команду давал кобелю я.
Мартышка исправно выносил сбитых уток как из камышей, так и аппортировал с выкошенной луговины. Наконец патронташи наши опустели и собрав внушительную вязанку уток, мы волоком потащили их к месту сбора.
-Вы чего там войну что ли, устроили?-спросил не на шутку встревоженный Виталик. -Держи,жене пару десятков отдай, пусть нам пяток сготовит, а остальное себе оставь-ответил ему отец. При подсчёте добычи оказалось, что бабушкины патроны оказались добычливее, чем отцовская шестёрка.
Мы с Мартышкой взяли двадцать две кряквы, а у отца было семь крякв, два чирка и одна широконоска. Два сезона расстреливали мы с отцом бабушкин подарок и много разной дичи полегло от выстрелов этими бельгийскими патронами. Каждый раз, когда баба Шура приезжала к нам в гости, я с благодарностью напоминал ей об этом.

vetdoctor 13.07.2011 — 16:46

АВГУСТОВСКАЯ ЖАРА.

Однажды в начале двухтысячных годов мы с Дмитрием взяли путёвки на «собачье», раннее открытие охоты. При этом нам объяснили, что стрелять можно любую разрешённую пернатую дичь, но выбор разрешённых хозяйств и районов у нас невелик. Поскольку ехать в такое пекло в дальние степные районы нам не улыбалось, взяли путёвки в одно из хозяйств Марксовского района. Охотовед объяснил нам как проехать на большой пруд, заросший вокруг камышом и сказал, что в конце него есть бурьян, в котором он лично поднимал в прошлом году перепелов.Обнадёживала только относительная близость к реке Большой Караман и перспектива искупаться, а затем пересидеть жару под деревьями вдоль реки.

Поскольку открытие было назначено с утреней зари в субботу, выехали мы под вечер в пятницу. По нарисованому охотоведом плану нашли место предполагаемой охоты. Палатку поставили в глубине сосновой посадки, где приятно пахло хвоей, не было вездесущих мух и в тени деревьев можно было переждать жару. Окопали широкую полосу песка в междурядье, приготовили песок на случай тушения огня и разошлись собирать сухой хворост. Выйдя из посадки я увидел величественную картину. Внизу лежало большое озеро, со всех сторон окружённое высокими тростниками. В середину его вёл широкий прокос, на конце которого виднелись деревянные сходни.

В середине озера плавало сотни две уток и лысух, а также два лебедя.
По краям основного водоёма виднелись небольшие озёрца-блюдца, уходящие в поля, а в конце виднелось довольно перспективное поле с бурьяном, в котором в такую погоду любят кормиться куриные. Набрав хвороста, поделился планами с Димой. Он тоже решил утром отстоять зарю в середине на небольших мелких блюдцах, а затем проверить обнаруженный бурьян.

Ночь прошла в ожидании у костра.Наше одиночество было прервано лишь дважды. Первый раз большой филин, усевшись неподалёку на ветку громко ухнул, переполошив наших собак, а затем улетел восвояси. Затем почти в полночь к нам явились неожиданные гости.Это были подвыпившие егерь вместе с участковым миллиционером, которым кроме наших путёвок почему-то обязательно захотелось сверить номера наших ружей. В результате они не отказались от угощения, а выпив, начали рассказывать, как они зимой охотятся на куропаток на дорогах. Когда Дмитрий пристыдил их, ссылаясь на правила охоты и этику,егерь засобирался домой и выпив ещё по рюмахе, наши гости удалились восвояси, пожелав нам не пуха, ни пера.

Туманное росное утро застало нас в «хвостах» озера. Передо мною с обеих сторон тянулись длинные неглубокие баклужины, слегка заросшие по берегам зелёным хвощом, камышом и осокой. Мы с Атосом встали на перешеек на сухом, как раз между этими баклужинами. Димка с Норой ушли куда-то дальше вдоль камыша. Наконец водоём стал оживать. Вот первой подала голос выпь, за ней где-то прокричала кряковая утка и вот в сером утреннем воздухе замелькали силуэты уток, вылетающих в поля на кормёжку. Первый табунок проплыл где-то стороной, а вот следующий летит прямо на меня. Дефурни говорит своё веское слово,два раза как кнутом щёлкая над тихим до этого озером и три кряквы тряпкой падают в соседнюю баклужину. Атос подаёт первую, вторую, плывёт искать третью, но на меня уже следующий налёт и ещё одна утка шлёпается в прибрежный камыш. Димка тоже не отстаёт. Его ТОЗ-34 стреляет так быстро, как будто это полуавтомат. -Когда же он перезаряжаться успевает?-недоумеваю я.

Наконец всходит солнце и лёт уток прекращается. На моём ягдташе девять птиц. Иду в сторону стана, вижу Дмитрия, согнувшегося под тяжестью добычи.
-Не пойдём сегодня перепелов стрелять-авторитетно заявляет он.-Почему?-спрашиваю я.-Птицу надо срочно щипать и потрошить, а потом на вертела и шашлык делать.Иначе всё пропадёт-резонно отвечает он. Солнышко действтительно начинает серьёзно припекать и мы оголившись до плавок, прячемся в сосновую прохладу, приступая к обработке дичи. Оказывается, Дмитрий кроме двенадцати уток, взял ещё двух бекасов и пару коростелей, которых Нора нашла на заболоченном мелководье.

Делаем шашлык, меняя шампура, кипятим чайник. Солнце потихоньку начинает проникать и в наш сосновый рай. Становится нестерпимо душно от костра и солнечных лучей. Наконец съедаем по одной утке на вертеле, выпиваем трёхлитровый чайник и принимаем решение ехать на речку. Приезжаем на речку, находим хорошее место в тени с пологим берегом. Купаемся. Собаки вообще не хотят вылезать из воды, особенно Нора. Её густая сеттериная шубка мучает её нестерпимо. Димка вычёсывает у неё колтуны из-под мышек, снимает репьи с ушей. -Наверное следующую собаку опять поню возьму, надоело с шерстью возиться-вгорячах говорит он. Но я-то знаю его пристрастие к сеттериной интеллигентности, поэтому скромно помалкиваю. Повеяло вечерней прохладой и мы покидаем купальню.

В этот раз решаем попробовать забраться в середину большого озера.Дмитрий снимает болотники, одевает кеды на босу ногу и прямо по воде вместе с Норой идёт по прокосу в камышах. Только блестящие стволы его ружья указывают на его местоположение. Я же повторяю свой утренний маршрут, идя к знакомым баклужинам. Неожиданно Атос тянет по степи метров сто вдоль камышей, привстаёт, а затем прыгает и идёт ко мне с живой кряквой в зубах. Надо же, отлётный подранок. При подходе к перешейку Тошка опять плюхается в воду левого озерца и плывёт к противоположной стороне. Оттуда с громким кряканьем поднимаются шесть уток, две из которых попадают в наш ягдташ.

По всему озеру переполох. Утки разных пород и размеров кружат над водой во всех направлениях. Слышу Димкину стрельбу. Вот от него ко мне несётся на сумасшедшей скорости чирок. Обзаживаю первым, после второго маленькая уточка сворачивается и падает очень далеко от нас куда-то в степь. Атос переплывает баклужину и убегает в сторону дороги, которая вьётся вдоль камышей. Скоро он довольный возвращается с чирком в пасти. Начинает темнеть. Пошёл второй вал лёта уток. Сшибаю ещё пару широконосок и иду на стан. Димка уже там. -Давай, не сочкуй, щипи остальных, а то завтра по перепелам не поохотимся-говорит он мне. В темноте, разрезая грудь утки, я поранился птичьей костью. Приходится доставать аптечку из машины и обрабатывать порезанный палец.
Наконец вкусно запахло свежим птичьим шашлыком. Хитрый Диман достаёт затаренную им бутылку красного сухого вина, затем ещё пару. Причём они холодные, лежали в сумке-холодильнике. Пробуем шашлык из бекасов и коростелей. Мне очень нравится. Вино приятно терпкое, очень соответствует мясу. Говорю об этом Димке, а в ответ получаю:-ну ты и гурман. -Сам такое слово-шучу я и Дмитрий смеётся, гладя Норку за уши. Атос тоже лезет целоваться. -Это уже собачье-человеческая оргия называется-опять шутит Димка. Всходит луна, всё вокруг выглядит таинственным. Сосновые шишки в лунном свете кажутся ёлочными игрушками из детства.

Наше уединение прерывает рёв мотора. Опять приезжают наши знакомые. Димка срочно прячет драгоценное вино и достаёт для встречи бутылку водки.-Ну как, с полем что ли?-спрашивает егерь. От него за версту несёт куревом. Чтобы сгладить этот запах, решаем вместе с ними выпить водки. -А мы тут с Ляксеечем брыконеров пымали-плохо выговаривая слова, говорит участковый-оне на зеленях свиней гоняли- и громко икнув, замолкает на время. -Да отпустить пришлось-вторит тому егерь грустно-начальство ихнее-показывает на участкового.-Мне чо, кабана чо ли жалко?-как бы оправдываясь передо мной, вещает он опять. -Ну, поехали, нечего ребятам отдых портить-виновато говорит егерь. Они уходят и скоро мы слышим рёв мотора отъезжающей буханки.
-Видно глушитель просекает-говорю я.-Совесть у них просекает, разве не заметил, что стыдятся-отвечает Диман. -Ну доставай вино тогда, что ли?-пристаю я к другу.-Плохо, когда друг пьяница-парирует он, наливая вино мне в кружку.

Утро с росой и туманом встречает нас у края озера, там, где кончаются камыши. Тянет лёгонький низовой ветерок. Пускаем собак, расходимся. Нора с Атосом обыскивают каждый свой край бурьянов. Собаки опытные, работают в полном контакте с нами. И вот она-награда-первая стойка в середине бурьянов. Посыл и жирнющий коростель после выстрела оказывается в моём ягдташе. Норка тоже кого-то нашла, со стороны Димки слышится торопливый дуплет и крик:-держи! Прямо на меня низом летит выводок куропаток. Пропускаю их мимо кобеля и делаю успешный дуплет. Разбитый выводок улетает в лесопосадку через поле. Идти туда не имеет смысла. Продолжаем охоту, встречаясь в конце большого клина нескошенной суданки среди бурьянов. У нас с Атосом полная сетка ягдташа, да и на тороках птички висят. У Димки тоже.-С полем, барин-одновременно говорим мы друг другу и смеёмся на всё поле. Идём на стан. По пути метрах в шестидесяти на нас налетает ворона.
-Попробуй, Дефурни должно достать-подначивает меня Димка. Перезаряжаться некогда, поэтому стреляю девяткой с большим упреждением. Ворону подбросило, но линии полёта она не изменила.
-Помирать полетела-подтрунивает Димка. В это время ворона как камень падает в камыши. -Отлично!-кричит Диман-я же говорил, что достанет.

На стану опять возня с дичью, приготовление шашлыка из перепелов, куропаток и коростелей. Кушаем, затем складываем палатку, едем на речку, купаемся. Поскольку Диман не за рулём, он дразнит меня, допивая вкусное вино. Мне же приходится довольствоватья только чаем. Перепела на шампурах получились удивительно вкусные. Несъеденную,но пожаренную дичь складываем в сумку-холодильник. Вечером опять стоим зорю и мокрые, прямо из болота, едем по домам.Собаки высовываются из окон машины, жадно ловя носами прохладный воздух. Домашним очень понравилась птица, жаренная на шампурах, но нам с Димкой больше не хочется охоты в такую жару…

vetdoctor 14.07.2011 — 14:05

ПАМЯТНАЯ ВСТРЕЧА.

В 1979 году приехали мы с отцом на катере в охотугодья острова Березниковский. Было это тогда закрытое для гражданских лиц охотхозяйство общества охотников «Динамо». Но какой-то процент путёвок гражданским лицам всё же продавался, поэтому нас всё-таки туда пустили. Егерь в военной форме с погонами капитана внутрених войск придирчиво осмотрел мой кандидатский билет и сказал, что с ружьём в угодья он меня пустит только под ответственность отца. Папа заверил его в полной безопасности моего нахождения в угодьях. Затем тот выдал нам ключи от крайнего домика, бельё и предупредил, чтобы с 23 часов никакого шума не было, потому что ожидается приезд генерала КГБ. И таинственно поднял вверх большой палец правой руки.

Устроив быт, пошли с Мартом посмотреть ближайшие места. Нашли скошенную луговину со стожками сена, вокруг которой были в шахматном порядке разбросаны несколько небольших озёр, а конец луговины упирался в подковообразный большой залив, на берегу которого лежало несколько гребных лодок.Вернувшись назад, мы спросили егеря, можно ли охотиться на луговине с собакой и в каких озёрах мы никому не помешаем.Его ответ нас несколько обескуражил.Оказывается, генерал заядлый спаниелист,любящий стрельбу луговой и болотной дичи, поэтому по лугу можно будет ходить только с его разрешения. А вот утку можно стрелять везде, поскольку на базу из охотников никого больше не приехало.

Поужинав, мы сели на сходнях за стол и стали наблюдать за коренным фарватером. Вот издалека показались огни большого теплохода, с которого доносилась музыка, вот прошёл гружённый нефтеналивной танкер, а вот быстро пролетели огоньки моторной лодки. Через час к причалу подошёл катер на подводных крыльях. Из него выгрузились двое. Первый был небольшого роста, крепкого сложения седой человек с пронзительным взглядом умных глаз, а второй был белобрысым молодым человеком лет двадцати пяти в очках.
За ними на сходни выпрыгнули и тут же легли два чёрно-пегих спаниеля.
Март подбежал знакомиться, но один из спаниелей злобно зарычал, после чего наш кобель вернулся назад.-Нельзя,Малыш!-строго прикрикнул седой и кобель отвернулся от нас, продолжая лежать. -Красивый пойнтер у Вас-сказал он отцу и представился-Васькин Василий Тимофеевич-добавив-Дмитрий, мой младший сын,учёный- биолог. После чего представил собак:-Малыш и Бекас.
Мы также представились .

Утром егерь постучал к нам в окно, сказав, что приехавший генерал зовёт нас вместе чай пить. Быстро умывшись, мы с папой проследовали в генеральский домик. -Присаживайтесь, Валерий Павлович-пригласил за стол генерал-ничего такого особенного нет, вот малинки с нашей дачи попробуйте.
После чаепития Василий Тимофеевич поинтересовался, как у молодого охотника с техникой безопасности и узнав, что с этим у меня всё в порядке, вдруг предложил мне пострелять из привезённого им ружья.

Я был польщён и удивлён этим,а отец мой не меньше моего.-Да не волнуйтесь, сейчас все вместе пойдём на луговинку, надеюсь что дупелишки с бекасиками ещё остались.Генерал открыл два ружейных ящика. В первом лежал хорошо исполненный ИЖ-12 с серебряной гравировкой и двумя парами стволов, во втором лежал великолепный Голланд-Голланд Ройал с двумя парами стволов и золотой гравировкой на досках.
Нуте-с, пойдёмте молодой человек Вам ружьё посмотрим-сказал он и потянул меня за руку в следующую комнату дачи. Вот это попробуйте-сказал он, вручая мне в руки на вид довольно простенькое ружьё с неполными замками.
w.w.Greener-прочитал я надпись на стволах. -Ну пошли на охоту-сказал Василий Тимофеевич и добавил-вскиньте, как ложится?Не длинновато ложе?
Но я уже весь раздулся от счастья и такого доверия, совсем забыв о привезённой папой специально для меня императорской тулке.

Туман над луговиной постепенно рассеивался, потянул едва заметный ветерок.
Мы разошлись. Дмитрий Васильевич с Бекасом обыскивали левую часть луговины, Василий Тимофеевич с Малышом правую, нам же с папой и Мартом, как гостям была предоставлена практически вся середина. -Это как раз для пойнтера-сказал нам генерал, добавив-ни пуха! Март начал широко челночить между стогами сена. Наконец первая стойка, из-под которой отец дал мне стрелять. Крякнув, жирный дупель потянул по дуге через луговину. Гринер лёг в плечо, планка догнала птицу и вот уже папа поздравляет меня с полем.

Птицы оказалось немного. Выстрелы со всех трёх сторон звучали нечасто. Когда охотники сошлись в конце луговины, то у всех на ягдташах висело по пять-шесть птиц. У одного лишь отца было шесть дупелей, четыре бекаса и один коростель. Все поздравили друг друга с полем и мы двинулись на базу.

Всю дорогу Василий Тимофеевич рассказывал нам про свой Голланд.Оказывается, когда он был министром МГБ Таджикистана, это ружьё в ужасном состоянии подарили ему местные миллиционеры.Сначала его хотели отдать в музей, поскольку по преданиям, его подарили Бухарскому эмиру англичане во время интервенции 1919 года.Затем, за неимением документальных свидетельств этого, его подарили министру-охотнику. После этого ружьё было направлено в ЦКИБ, где его полностью отреставрировали, вдобавок изготовив к нему новую тульскую пару цилиндров.

Придя на базу генерал сразу же достал принадлежности для чистки, посадил нас всех рядом с собой и мы приступили к чистке, и смазке ружей. -Оружие, за ним ухаживать надо, тогда и оно нам не откажет никогда-сказал он нам в назидание. Разговорившись, узнали, что Васькины всей семьёй живут в доме, где живёт семья маминой старшей сестры. Прощаясь, Василий Тимофеевич пригласил нас к себе в гости.

Много лет после этой первой встречи, пришлось мне общаться с членами этой удивительной семьи. Дмитрий Васильевич, впоследствии работавший доцентом кафедры зоологии и энтомологии СГСХИ и преподававший там охотоведение, научил меня основам таксидермии.
Много раз мне приходилось оказывать врачебную ветеринарную помощь различным животным, жившим в их семье.

Я знал наизусть все ружья в генеральской коллекции. Мною прочитана каждая книга домашней библиотеки с их Ex librisом. Но время неумолимо. Из всей семьи единственным живущим ныне охотником остался их внук, сын Дмитрия Васильевича. После смерти Василия Тимофеевича почти вся коллекция ружей и библиотека были распроданы далеко не за их действительную стоимость.Нет в живых многих, с кем приходилось много общаться и дискутировать. Но та давняя памятная встреча как сейчас стоит у меня перед глазами.

vetdoctor 15.07.2011 — 12:19

Сидим вдвоём мы возле ели
Уж зорька кончилась давно
Собачки корм совсем подъели
Им что-то снится всё равно

Поблескивают ружья тускло
Висят на ветках ягдташи
Плывёт по пруду чёлник утлый
Здесь есть отрада для души…

vetdoctor 15.07.2011 — 15:52

ТО ЛИ ПООХОТИЛИСЬ, ТО ЛИ ПОРАБОТАЛИ…

В один из очередных зимних выходных середины девяностых годов приехал я на поезде в один из райцентров области. Встречать меня приехал мой бывший однокашник Сергей, работавший в то время ветеринарным врачом в одном из местных сёл. У его соседа был смычок русских пегих гончих,псовая борзая без документов и ягдтерьер. Зайцев в том году было много, поэтому охота ожидалась интересная. Приехав, познакомились с соседом.Звали того Женя. Для знакомства мой коллега выставил на стол бутылку с каким-то прозрачным напитком непонятного цвета.На мои расспросы он ответил, что это настойка женьшеня, только что полученная им в одной из ветеринарных аптек.
На вкус настойка действительно оказалась приятной и заметно прибавляла сил.

Утром на лыжах мы вышли за околицу. Крупный пегий выжлец по кличке Дунай сразу же ушёл в видневшийся неподалёку яблоневый сад.Выжловка Затейка последовала за ним. Борзяк по кличке Ястреб всё это время бежал где-то сбоку. Вот очень низким басом рявкнул Дунай, ему вторила визгливым фальцетом Затейка и гон начался. Женя сказал, чтобы я встал в посадку вдоль дороги, идущей через сад, а сам он занял лаз в заснеженных камышах залива маленькой степной речки Еруслан. Собаки ушли к концу сада, скололись, затем выправив скол, пошли по-зрячему. Очень далеко вижу быстро бегущего между рядами яблонь русака. Он должен пройти от меня на пределе выстрела. Дефурни уже в плече. Заяц показывается из-за яблони, стреляю двойкой и косой развернувшись в другую сторону, уходит, скрываясь от меня за деревьями.

Гончие доходят до места стрела, разворачиваются и уходят, повторяя заячьи петли. Вижу, как Ястреб залёг возле того места, где заяц крутанул гончих.
Гон возвращается назад. Вижу как подранок выходит на чистое. В это время огненно-рыжий вихрь поднимает снежную пыль и затаившийся борзяк на моих глазах залавливает зайца в доли секунды. Красивое зрелище,никогда раньше такого не видел. Подвалившие гончие устраивают с борзой свару за зайца.
-Отрыщь!-кричит Евгений, отбивая трофей у собак. Внезапно начинается обильный снегопад и мы прекращаем охоту.

У околицы нас уже ждёт ветеринарный уазик. Озабоченный Сергей просит у меня помощи. Оказывается, в соседней деревне у его тёщи никак не может разродиться рано покрытая быком первотёлка. Заезжаем в ветпункт, берём всё необходимое и едем за двадцать километров через заснеженные поля в соседнюю деревню.

Тёща встречает нас вся в слезах и просит о помощи. Пока кипятятся хирургические инструменты, осматриваю роженицу.Так и есть, сама не разродится. Таз ещё узкий, плод большой и без кесарева сечения не обойтись.
Переодеваемся, фиксируем корову в привезённом нами складном станке.
Делаю надплевральную новокаиновую блокаду по Мосину. Надеваем специальные фартуки, готовим руки по Спасокукоцкому, моя их в тазике с расствором нашатырного спирта. Ассистент мне попался, прямо сказать, неважнецкий.
Видимо его навыков в хирургии и акушерстве для проведения полостной операции было явно недостаточно. Там, где надо было придерживать вылезающий из раны кишечник и тянуть на себя матку, он делал всё с точностью ровно наоборот. Наконец с помощью ненормативной лексики мне удалось найти взаимопонимание с ассистентом. По крайней мере кетгут он уже заряжал в иглу с иглодержателем почти профессионально, не путаясь в номерах нити.

Через два часа пятнадцать минут с начала операции крупный лобастый телёнок уже сосал вымя прооперированной матери. В это время выяснилось,что шофёр Сергея уехал домой в райцентр и до сих пор не вернулся. Телефон работал плохо, дозвониться никак не удавалось, да тут ещё впридачу снегу навалило полно, а снегопад так и не обещал прекращаться. К тому же выяснилось, что надо помочь им хотя бы в первые сутки послеоперационного периода, поскольку без врачей там все были беспомощны, как дети.

Радовало только то, что с едой и выпивкой там был полный порядок.
Тёща Сергея моментально накрыла великолепный стол, на котором было полное изобилие. Так мы и прожили последние сутки. Стол, сарай и оказание очередной помощи роженице, небольшой чуткий сон и опять сарай, затем опять стол. Снега на улице намело столько, что водитель ветстанции к нам не проехал, поэтому мы задерживались ещё на сутки, ожидая, когда бульдозер расчистит дорогу.

В результате моё пребывание затянулось ещё на два дня и поохотиться больше не удалось. Кода я уезжал, Сергей подарил мне небольшой набор хирургических инструментов. Уже в купе поезда мы выпили с ним водки, обнялись и попрощались. Через неделю он позвонил мне и сказал, что успешно снял швы, а также сообщил, что готовится к поступлению в аспирантуру по хирургии, поскольку ему очень понравилось, как я делаю операцию.
Мечтам его не суждено было сбыться.Через два месяца я получил известие о том,что он насмерть разбился на машине…

vetdoctor 18.07.2011 — 16:38

ЛЕТАЮЩИЙ ПО ЛЕСУ КОЛОКОЛЬЧИК.

В начале восьмидесятых годов осенью мы с Мартом приехали на десятую дачную, где была конечная остановка трамвая . Там уже собралось несколько легашатников для участия в полевых испытаниях по вальдшнепу. Ждали лишь судей. Наконец прибыли две машины. В одной из них сидел А.Д.Шувалов, за рулём другой сидел В.К.Сочков. Проведя жеребьёвку, пошли в лес.

Первой выступала ирландский сеттер Динга А.Ф.Дубина. Вскоре она нашла трёх требуемых правилами птиц и получила свой заслуженный диплом. Следующим двум курцхаарам не повезло. Первая собака погнала, а вторая никак не могла найти вторую птицу в отведённое время. Судьи предложили мне не выставлять собаку. Я согласился. Сочков пригласил меня в свою машину, поскольку жили мы с ним неподалёку на одной улице. -Только в один лесок заедем, поохотимся-предупредил меня Вячеслав Константинович.

Старенький москвичонок-403 довёз нас в район нынешней кольцевой автодороги. Сочков вынул из чехла видавший виды Зауэр со стянутой болтами сломанной шейкой ложи. -Игорь, оставьте пожалуйста пока кобеля в машине, а то Ледка нервничать начнёт-попросил он меня. В следующее мгновение он одел на Леди-Гамельтон ошейник с огромным рыболовным колокольчиком, занимающим половину груди и без того миниатюрной собачки. -Ледка, ищи!-дал команду собаке Вячеслав Константинович.

И тут началось неописуемое действо. Леди на огромной скорости унеслась в лес, распространяя вокруг себя гамму звуков, переходящих в кокафонию.
Мы двинулись вслед лесному концерту. Колокольчик извлекал какие-то совсем необычайные тона, а собака носилась по кустам и полянам как сумасшедшая.
Наконец звон смолк, оставив в воздухе последнюю звенящую ноту, переходящую в гул. Сочков поспешно побежал туда, откуда исходили эти звуки. Леди, вытянувшись в струну и высоко задрав и без того курносый нос, указывала на густую посадку акации. -Пиль!-крикнул Сочков и вальдшнеп сделав свечку, завис над кустами. БОТ-БОТ-сказал Зауэр и птица спокойно пролетела мимо нас в другой лес.

Опять кокафония звуков колокольчика, цепляющегося за кусты и мотающегося в разные стороны на груди Леди, заканчивается протяжным звуком на очередной стойке. Опять два промаха и всё повторяется сначала. Так продолжается часа два. Мы возвращаемся к машине. Сочков предлагает мне взять его ружьё и походить с Мартом. Оказывается, сегодня у кого-то из его родственников юбилей, поэтому вернуться домой «попом» никак не входит в его планы.

Я вскидываю ружьё и удивляюсь, как Вячеслав Константинович вообще может из него попадать, поскольку оно мне прикладисто, а мои руки намного длиннее его.Делаю замечание по этому поводу и слышу в ответ:-Не порите чушь! Я его с войны привёз и прекрасно к нему привык. Выпускаю Марта из машины.

Тот спокойно, не спеша обыскивает опушки, не упуская меня из виду.
Через пять минут первая стойка в тех же акациях. Посыл, вылет вальдшнепа на чистое и спокойный выстрел на двадцать пять метров. -Давайте ещё поохотимся-предлагает старик. Я не возражаю. Так мы и ходили почти до заката. Ягдташ заметно потяжелел. У машины Вячеслав Константинович извинился за свою резкость и отдал мне пять вальдшнепов из девяти взятых.

-Наверное, действительно надо ложу под себя подогнать-сказал он мне на прощание, высаживая нас с Мартом возле дома. Но как показала практика, так он и стрелял до конца своей жизни с той ложей, со скреплённой болтами шейкой. И Леди до самой смерти носилась по лесу с этим невообразимым колоколом, издававшим такие непредсказуемые звуки. Такие они были, эти старики…

Покет 18.07.2011 — 20:05

——————
«A retriever is a huntingdog for multiple use -«BR»NOT a companiondog that can be used for hunting.»

vetdoctor 19.07.2011 — 13:11

Какие синие по полю
Везде разбросаны цветы
Опять мы вырвались на волю
Где воплощаются мечты

Везде трава до горизонта
И перестук перепелов
Лучи искрящегося солнца
В росе сияют.Нету слов

Восторгом наполняет сердце
Простор засеянных полей
Ступни мои обуты в берцы
И травы они мнут всё злей

Уж мы плотину миновали
Мой пойнтер спущен с поводка
И остановится едва ли
Дичь не причует он пока

Он сразу с ходу развернётся
И статуей замрёт на миг
Лишь чуть ведущий улыбнётся
У нас с собакой общий бзик…

vetdoctor 19.07.2011 — 15:59

ОБ НАЦИОНАЛЬНЫХ ОСОБЕННОСТЯХ ГЕОГРАФИИ,БАРАНАХ, СОБАКАХ И КОНЕЧНО ЖЕ ОХОТЕ.

В конце семидесятых годов большая компания Саратовских легашатников отправилась на поиски охотничьих приключений в соседний с нами Казахстан. Всю дорогу шло обсуждение зверовых качеств тогда довольно редко встречавшейся у нас породы дратхаар. Её представителем в нашей буханке присутствовал Боб Юрия Ивановича Боровского. Тогда погранпостов между союзными республиками не существовало, поэтому мы и не заметили, как очутились уже в Уральской области.

Очередной перекур у взрослых был устроен возле плотины через оросительный канал. На другой стороне канала паслись овцы.Пастуха вообще не было видно, овцы совершенно самостоятельно двигались в нашу сторону, блея и пощипывая траву.

Вдруг мой папа закричал:-Юра, смотри что твой вурдалак делает.Нас сейчас здесь арестуют и больше на охоту никогда не пустят. Боб плыл по каналу с противоположной стороны к нам, а в зубах его был небольшой барашек.
Юрий Иванович кинулся к каналу, вытащил собаку из воды и отобрал барашка из пасти. Но, увы, тот был уже скорее мёртв, чем жив. Поскольку пастухов вокруг не было, пришлось погрузить неожиданную добычу в уазик, а остановившись через несколько километров, ошкурить барашка и освежевать.
Присолив мясо и убрав его в мешок, с чувстсвом вины мы двинулись дальше.

Едем, едем, а на лес и никакого намёка нет.Отмахали километров пятьдесят, бензин пришлось с одного бака на другой переключать. Возвращаемся назад. Там всё, как и прежде. Сидят себе аксакалы, беседуют неспешно. Попросили показать, обещали назад привезти.
-Арака бар?-было вопросом.-Бар!Бар!Вот тебе сразу две бутылки, только покажи дорогу пожалуйста. -Поехали-было ответом. Подъезжаем к первой развилке. Старик спрашивает-как тут ехал?
Ему показывают.-Правильно ехал-отвечает. Доезжаем до второй развилки.
Тут как ехал?-опять вопрошает старик и удивляется-правильно ехал.

Через несколько километров он вдруг говорит-астанави шайтан арба. Останавливаемся, он выходит, подходит к маленькому кустику саксаула и говорит-ты что, слепой однако?Вот адын лес. А вон многа-многа лес-показывет он рукой на виднеющуюся невдалеке лесопосадку. Подъехав к ней обнаруживаем заросшую ковылём дорогу, сворачиваем на неё и попадаем на огромное степное озеро. Только теперь до нас дошло, что в степи любая растительность на вес золота и каждый кустик уже сам по себе лес.

Старик решил заночевать с нами. Ему тут же выделили спальный мешок, посуду и мы приступили к трапезе. Адаптировавшись в нашей компании городских интеллигентов, старик говорит, что зовут его Семён, отец его из поволжских немцев, которых выселили в начале войны в казахские степи, а мать местная.
Уезжать он отсюда никуда не хочет, потому что прожил тут всю жизнь. -Все тут на кладбище лежат. Я уеду, кто за могилами ухаживать будет?-задаёт он самый важный для себя вопрос и сам же отвечает-некому, только Сёмка должен-говорит он о себе в третьем лице. Утром дед Семён показал нам подходы к мелким плёсам, на которых кормилась масса утвы и гусей. Впервые тогда увидел я колпиц, удивившись их лопатообразным клювам и белоснежному оперению.

Началась охота. Боб вместе с Мартом наперегонки подавали сбитых птиц всей команде. После зорьки Олег Иванович пошёл с Ледой вдоль озера. Через некоторое время с той стороны раздались частые выстрелы. Олег Иванович пришёл на стан с ягдташём, полным куропаток, а сзади его висел какой-то мелкий зайчишка. -Олег, зачем зайчонка застрелил?-спросил его отец.
-Нету зайчонка, талай называется-объяснил дед Семён. Все пошли по куропаткам и зайцам. На дворе был уже ноябрь, поэтому птицу вполне можно было довезти домой, не опасаясь за то, что она пропадёт.

Мы с отцом и Мартом пошли в строну видневшейся посадки, а Константин Георгиевич вместе с Боровским, в сопровождении Боба, отправились туда, откуда пришёл Олег Иванович. В посадке Март нашёл три больших выводка куропатки и поднял около десятка толаев. Оказалось, что попасть по мелкому, быстро шныряющему между кустами прекати-поля зверьку, не так-то просто. Мы с отцом расстреляли по пятку патронов, прежде чем первый толай стал нашим трофеем. Наполнив ягдташи, мы двинулись к стану.
-Хороший многа-многа лес-прокомментировал охоту папа.

Семён показал нам свои вентеря, которыми разрешил пользоваться, пока мы здесь живём.-Всё равно рыба прападает, нету харашо это. Пусть люди едят лучше, харошие Вы ребята, приезжайте ещё-высказал он свою мысль.

Водитель Валерий Николаевич отвёз Семёна в селение без названия, оставив ему в благодарность собранные нами в рюкзаках городские гостинцы в виде пачек чая, сухарей и конфет. Хотели отдать ему уток и гусей, но тот наотрез отказался. -Барашка кушать надо, итак волки кушают барашков-сказал он нам на прощание. И добавил-барашка в степи увидете, смело можно кушать, а то волки сожрут. У Юрия Ивановича после этих слов отлегло от сердца. Оказывается, овцы и скот здесь пасутся весь сезон без присмотра, а в середине зимы их отлавливают и загоняют в кошары. А бычков отправляют на мясокомбинат.

Ещё неделю жили мы на гостеприимном озере Сор-Чеганак. Ловили рыбу, стреляли дичь. Собачки приспособились работать среди кушырей. Бобу Юрий Иванович каждый вечер при свете костра прочищал глаза от репьёв и просянки.Впрочем, и наши пойнтера резались осокой, что тоже было не совсем приятным.
Ночь в конце недели выдалась холодной. Пришлось нам вместе с собаками закутываться в овчинные зимние полушубки.

В середине ночи повалил снег. А к утру мы услышали сквозь завывания вьюги гул тракторного мотора. Оказывается Семён послал своего сына узнать, не надо ли нам чего. Мы были благодарны за такую заботу этому старенькому степному человеку с большим человеческим сердцем.
Через пару часов по рассчищенной трактором дороге мы покинули стан на озере Сор-Чеганак. Приехав туда через пару лет, узнали, что Семён уже год как лежит на том самом кладбище, из-за которого он там и оставался жить.

Паршев 19.07.2011 — 23:07

ОДНОРАЗОВЫЙ ПОВОДОК
Есть у моего спаниеля плохая привычка — он грызет поводки. Только поводки, не обувь, не мебель, не провода. Даже с вешалки снимает, когда «один дома», выражает свой протест против одиночества, что ли. Столько их извёл — не сосчитать, и приходится водить его на одном недогрызенном — разлохмаченный весь, но несколько ниток осталось целых. Вид конечно ужасный. Вот моя дочка — а она уже девушка самостоятельная, работающая — и купила два поводка новых, а старый, погрызенный — отобрала. Нечего, говорит, позориться.
А мы как раз собрались на испытания по утке, пора нам уже себя показать. Мероприятие это торжественное и не короткое. Комиссия ходит по озеру с каждой собакой не менее получаса, это если собака сразу находит утку, а может и до часа, пока не найдёт. А собак не один десяток, так что это с рассвета до темноты. Очередь устанавливается по жребию, если вытянул большой номер — то сиди и жди в лагере, под тентом, пей чай. Так что чаю выходит много, и вода быстро кончается, а в этот раз место такое, что воды-то как раз рядом и нет, только та, что с собой привезли. Надо ехать или идти. Время есть, и решил я сходить за водой в магазинчик при автозаправке, она там из лагеря даже видна, не так далеко. Ларри с собой взял, пусть поносится по полю, пар стравит.
Пришли к заправке, и привязал я пса около входа к такому небольшому рекламному стенду у входа, он раскладывается как лестница-стремянка. «Где, говорю, вода простая у вас?» — спрашиваю продавщиц. — «А вот у входа стеллаж». Полез я за водой на верхнюю полку — Ларри на меня смотрит с улицы — а стеллаж оказался хлипкий. Бутыли с водой с грохотом посыпались на пол. Тут Ларри и дал дёру. «Хозяин, видно, погиб — дай хоть я спасусь, дам своим знать о страшной трагедии». Стенд рекламный хоть и вдвое тяжелее самого пса, но на его скоростных качествах это никак не сказалось, в мгновение ока он исчез за углом, только лязг от стенда ещё был слышен некоторое время. За ним с воплями несусь я, машинально схватив бутыль, за нами — охранник магазина. Ну как же, воду спёрли, да и стенд ведь тоже имущество!
За вторым углом поводок наконец развязался, пёс остановился, забрал я его, стенд, бутыль и вернулся в магазин, за воду заплатить. Продавщицы говорят «ну и заходили бы с ним, чего вы его на улице оставляете?». Ну как же, зайдёшь, сразу начнут: «куда вы с собакой прётесь», знаю я.
В общем вернулись мы в лагерь, попили чаю, дождались своей очереди, пошли на испытания. Испытания трудные — спаниель должен пробираться через камыши, почти всё время вплавь, встать там особо не на что, а почуяв утку, должен её преследовать и почти догнать, пока она не поднимется в воздух или на чистое не выплывет — а то эксперты не увидят и работу не засчитают. Эксперты кто на надувнушке плывет, кто бредет за владельцем по воде. А владелец: где в грязи по колено, а где и вплавь — причем ила на дне тоже по колено, да ещё с корягами. В сапогах никакого смысла нет, зальёшь всё равно, поэтому в кедах да штанах, какие не жалко. Грязные все, и хозяин и спаниель, как цуцики, грязнее только те эксперты, которые вброд ходят. Хорошо хоть тепло. Слепни ещё, чёрт, жигают как иголками, а как хлопнешь по нему мокрой ладонью — в ухе потом звенит.
Ларька молодец, нашёл уток сколько надо, одну на чистое выставил, с голосом, другую поднял глубоко в камышах, тоже с голосом — и проводил до воды, так что эксперты убедились, что утка не шумовая, а именно собакой поднятая. Единственно только пока его отзовешь — оборёшься, никак не хочет охоту прекращать. А надо, а то другим утки не останется, испытания-то ещё не кончились. И так-то некоторые испытуемые — кто «без подъема», а у кого только одна утка сработана — и непонятно, не то собака ищет неохотно, не то уже утка распугана.
Потом на подачу проверили — не без шероховатостей, но подал утку и с суши, и с воды, только выплевывает быстро, надо ловить, чтобы на землю не упала, а то за это штраф. Так что всё в целом неплохо. Посадил я его в машину, чтобы в лагерь ехать, свертываю поводок — и аж похолодел. Он пока стенд волочил по асфальту, поводок-то об асфальт и протерся, там, где узел был, почти на половину ширины! На один день его хватило!
Что ж теперь дочка скажет, когда узнает?
Одно может спасти: дипломчик-то мы всё-таки получили, первый в нашей карьере, хоть и третьей степени. Только этим и оправдаемся.

vetdoctor 20.07.2011 — 16:22

ВЕЧЕРНИЙ ТРИЛЛЕР.

В октябре 1984 года,в одну из суббот, по предварительному созвону приехал ко мне на кафедру мой приятель Сергей. Был он уже с ружьём, рюкзаком и патронами. Мы быстро доехали на троллейбусе до моего дома, взяли ружьё, патроны, бутерброды и термос, после чего вместе с Мартом выехали на пригородном автобусе в близлежащие угодья.

Почти в сумерках, пройдя несколько километров от трассы, мы очутились в овраге, вокруг которого располагалась большая свалка. Сложив ружья, пустили кобеля в поиск.

Через несколько минут первая стойка, подъём вальдшнепа и успешный выстрел Сергея. Далее моя очередь и всё повторяется в той же последовательности.
До темноты оставалось ещё около сорока минут, но Март всё находил и находил вальдшнепов. Последний вылетел почти в полной темноте, полетев в сторону белеющей мусорки. Ловлю птицу на планку, жму и вот уже Мартышка подаёт мне десятую за этот успешный вечер птицу.

Выходим из оврага, присаживаемся на траву. Сергей расстилает газету. Достаём помидоры, огурцы, бутерброды, термос с чаем. Серёга припас заветную четвертиночку «Столичной» и банкет под взошедшей луной начинается.
Вспомнили свою поездку в Казахстан, где мальчик назвал отца «папой бараном», гусей, которых подавал Мартышка, свои прежние охоты по вальдшнепу и фазану.
Время перевалило за полночь и мы расстелив спальные мешки, легли спать.

Утром, пройдя вдоль заброшенных дач, взяли ещё шесть вальдшнепов.
С одним из них приключился забавный случай. Март стал, я подошёл, приготовился, послал. Вальдшнеп вылетел между яблонями. Чувствую, что слишком обгоняю птицу, жму, но вальдшнеп падает чисто битым. Оказалось, что дробь опередила птицу, а причиной гибели оказался войлочный пыж, вошедший в тушку на достаточную глубину и повредивший внутренние органы.

К вечеру выдвигаемся на автобусную остановку. Я одеваю на кобеля металлический намордник, купленный мною на рынке, без которого правила на транспорте запрещали тогда провоз собак. Идём вдоль нефтеналивных отстойников.

Вдруг Март спускается по бетонной стенке вниз и пробует пробежать по застывшей сверху нефтяной плёнке. Через мгновение я вижу только страдальческие глаза собаки,смотрящие на меня сквозь сетку намордника, а всё остальное уже погрузилось в густую нефть.

Быстро сбросив рюкзак и ружьё, я пытаюсь дотянуться до собачьей морды. Под руку попадает только проволочная сетка намордника.
Тащу на себя что есть силы, а Сергей тащит меня сзади. Так и вытащили как в сказке про репку почти уже совсем утонувшую собаку.

Март весь в нефти. Пытаемся протирать его травой. Затем переходим на свалку, находим там всякие тряпки, продолжая оттирать бока собаки от пристывшей нефти. Так продолжалось почти до темноты.

В результате мы пропустили последний в эти сутки автобус, идущий к городу. На дороге лишь третий таксист согласился подвезти нас до центра города. Ещё две недели кобель неимоверно противно пах нефтепродуктами, но это нас не смущало. Триллер с тонущей собакой закончился успешно, а это для нас было самым главным.

чинг 20.07.2011 — 17:47

Игорь, наконец все прочитал, очень понравилось, дафай исчо.

vetdoctor 21.07.2011 — 16:46

Сегодня фефраль как всегда, за окном
Метёт, беспокоя соседей, метель
Я снова забылся коротеньким сном
И снится мне вечно зелёная ель

Под нею когда-то сидел я в ночи
И ждал на тропе своего кабана
Там было всё тихо:кричи-не кричи
Ночь выдать удачу не хочет сполна

Заряжены пулею оба ствола
Напряжены сильно зренье и слух
Как водится, вышла из тучек луна
И вот я сижу,слегка нем и чуть глух

Но видят глаза мои вепря во тьме
Туда направляю тихонько стволы
Огонь всё сметает, неся свою смерть
И вот он, секач, уж готов на балык…

Kir777 22.07.2011 — 03:12

Спасибо всем за эту тему, а особенно тем кто её наполняет! Не всем хватает времени и эпистолярного мастерства 😛 чтобы передать всё в полном объёме. Ждём продолжения!

PS Игорь Валерьевич, стихи это импровизация или домашние заготовочки?

vetdoctor 22.07.2011 — 11:56

PS Игорь Валерьевич, стихи это импровизация или домашние заготовочки?

Это в основном, старые стихи,написанные раньше, но среди них попадаются и посвежее.

vetdoctor 22.07.2011 — 12:59

ПОЗДНИЙ УЖИН В СТЕПИ С ГУСЯМИ.

За окном моей старенькой «шестёрки» мелькают убранные поля, перелески, кое-где блестят придорожные озёра, окружённые пожухшим камышом. Мы с Юрой едем в степь. Наши собачки лежат на заднем сиденье среди части тёплой одежды и спальных мешков. Сейчас самое время пролёта гусей и уток, но мы надеемся поохотиться ещё и по куропаткам.

Сворачиваю с трассы на знакомую степную дорожку. Ещё десяток километров и мы прибудем к месту нашего постоянного стана. Дорога петляет между полями, затем выводит на финишную прямую вдоль широкой лесополосы. -Стой, Гоша-говорит вдруг азартным шёпотом Юрка-куропатки. Вижу как впереди забегает в посадку большой выводок. Останавливаю машину, открываю багажник. Складываем ружья, на ходу рассовывая по десятку патронов по карманам камуфляжных курток, проверяем наличие свистков и выпускаем собак.

Портос и Клеопатра тут же устремляются вперёд по дороге, но пробежав метров сто, мёртво стают недалеко друг от друга. Носы их направлены в посадку. Показываю Юрию, чтобы он забежал с другой стороны посадки напротив стойки. И вот я, стоя между стоящими собаками, вижу его напротив себя. Посылаю собак. С шумом и треском выводок разлетается в разные стороны. Дуплетим оба и вот уже собачки подают нам трёх птиц, после чего Клёпа убегает в поле со стернёй, возвращаясь назад с живой куропаткой в зубах. Хвалим умную собаку и расходимся в разные стороны вдоль посадки.

Портос на быстром ходу убегает по дороге вперёд метров на двести, застывая как белая статуя с поднятой лапой, мордой на ветер. Бегу и вижу, как кобель по мере моего приближения к нему поворачивает голову вправо, следуя носом за отбегающей птицей. Подбегаю, посылаю. Кобель быстро продвигается ещё на тридцать метров и стаёт опять. Забегаю по полю сзади собаки, оказываясь как раз в том месте, куда указывает её чутьё. Посыл, резкий бросок Портоса в посадку и взлёт полутора десятков куропаток. Ближние две вылетают на поле и моя МЦ-шка говорит два раза своё веское слово.
Слышу дуплет со стороны Юрия. Остальные куропатки улетают назад вдоль посадки.Уже в сгустившихся сумерках иду к машине. Встречаю Юру. У него тоже пара. Отлично. Он за неимением второй пары стволов возит с собой постоянно два ружья. Одно-это ИЖ-12 с обрезанными стволами, а второе-ИЖ-27 со стандартной чоковой парой.

Едем на стан. Оставляем машину под осокорем и спешим к водоёму, пытаясь захватить остаток вечерней зари. Свиязи налетают на нас раз за разом и выбив с трёх налётов четыре утки, мы успокаиваемся, и идём ставить палатку. Ставим палатку, протираем мокрых собак, разводим костёр и садимся за столик. Начинаются рассказы-воспоминания под рюмочку чая и кое-чего покрепче. Всходит полная луна и степь озаряется фосфоресцирующим светом.

Через некоторое время слышатся знакомые звуки гусиной музыки. Над полем, примерно в середине его, где-то в полкилометре от нас, низко пролетают гуси, стая за стаей. Спрятаться нам там негде, высота скошенной стерни не более пятнадцати сантиметров. С горя принимаем ещё по рюмочке. Гуси всё дразнят и дразнят нас, пролетая над серединой поля. И тут Юрку озаряет.

-Там ведь впереди поперечная посадка проходит между полями, так почему бы нам в кустах не посидеть?-предлагает он-Да столик со стульями поставим, совместим приятное с полезным. Зная осторожность гусей, я мало верю в успех такого сомнительного мероприятия, но здоровый авантюризм во мне всё же побеждает, тем более никогда ещё не приходилось выпивать и закусывать на трассе гусиного пролёта ночью. Я соглашаюсь. Срочно меняем кто стволы, кто ружьё, выискиваем в патронташах патроны с дробью от пятёрки до нулёвки.

Перетаскиваем столик с закусками на два километра по дороге. Собачки бегут рядом, удивляясь нашим чудачествам. Наконец ставим столик около посадки с внутренней стороны от гусиного лёта, садимся на стульчики и банкет под луной продолжается. Через пятнадцать минут слышим гагаканье большой стаи гуменников, летящих в нашу сторону. Тут же хватаем ружья и перебегаем на другую сторону посадки. Шипим на собак:-ДДДДАААУУУННН!!!! Те ложатся, наблюдая за нами. Луна светит вовсю, видимость отличная. И вот он,подарок судьбы. Прямо над нами на высоте около пятнадцати метров летят шесть гуменников. Стреляю из траншейных стволов в ближнего и падают сразу три гуся. Один из них пытается удрать по полю, но собаки его быстро ловят.
Слышу рядом Юркин дуплет, но ничего не упало. Юрий уверяет, что один гусь утянул на дальнее поле метров за двести и там сел. Идём туда против ветра и вскоре уже Клеопатра становится на стерне, затем прыгает и ловит подранка. Поздравляем друг друга с неимоверной удачей.

Садимся опять за столик и продолжаем банкет. Но гуси видимо всё поняли и изменили трассу пролёта. Мы пытались переносить столик вдоль посадки вправо-влево, но налётов больше не было. Иду к палатке, завожу машину и приезжаю за Юркой. Грузим собак, гусей, столик, стульчики и возвращаемся на стан.

Через тридцать минут к нашему костру подъезжает уазик. Из него выходит человек с кокардой охотинспекции. Увидев наших собак, успокаивается. Спрашивает, что тут ночью была за стрельба? Он предположил, что это автобраконьеры по полям косых гоняют. Рассказываем ему историю охоты на гусей, он не верит. Показываем ему трофеи и он смущённо кивая головой, поздравляет нас с полем.

Ещё два дня мы посвятили куропаткам и уткам, но гусей ночью больше не видели. На ноябрьские праздники жена Юрия Рая приготовила нам великолепного гуся с яблоками. Уже несколько лет как Юра скончался от внезапного инсульта, Клёпа давно охотится с другим хозяином, но память время от времени опять напоминает о том нашем прекрасном совместном ужине с гусями в ночной степи.

vetdoctor 22.07.2011 — 18:07

Вот Вам маленький экспромт, хотя об этой охоте давно хотел написать стихи.

И быстрым карьером летит пойнтер мой
Челнок его снова, как прежде красив
Вот он на потяжке идёт. Боже,ж мой
Поёт нам собака охоты мотив

И снова на стойке красиво замрёт
Слегка развернувшись, как встарь
Никто среди нас никогда не поймёт
Сидит там фазан иль глухарь

Но вот подошёл я и снова готов
Осталось лишь собу вперёд мне послать
Но ноздри раздувшись,влекут кучу снов
Я снова в раздумьях:стрелять-не стрелять

Но вылетел яркий красивый петух
И мушка ружья, как всегда ловит цель
Пока мой азарт до конца не потух
Всё сделаю так, как сумею теперь…

vetdoctor 25.07.2011 — 14:06

ТО ЛИ ВЫКИДЫШ, ТО ЛИ ПОДКИДЫШ,А ТО ЛИ УТОПЛЕННИК…

Однажды зашёл я в гости к своему давнему товарищу. Мама его сообщила, что он после окончания института уехал куда-то на Север служить в армию офицером на год, где женился, жена его забеременела и они переехали к её родителям в Волгоградскую область, где тот работает и сейчас главным инженером совхоза. Я записал все телефоны товарища и вскоре позвонил ему.

В трубке ответил мне приятный нежный женский голосок: -Аллё! Ты где?
-Здравствуйте-сказал я-это Игорь, мы с Алексеем вместе боксировали когда-то. -А он на мехток уехал, там надо какие-то механизмы доукомлектовывать. У нас сейчас уборка-было ответом. Я оставил свои координаты и через несколько дней в трубке послышался знакомый Лёхин голос. -Чего пропал, бродяга?-спросил он меня и не дав опомниться, ошарашил-приезжай зимой, у меня гончая собачка супер, не пожалеешь.

И вот Алексей встречает меня на одиноком полустанке в степи. Обнялись, после чего сели в служебный «москвич-пирожок» и покатили в сторону его теперяшнего места жительства. По приезду нас встретила очаровательная маленькая женщина с большими карими глазами.
-Глаша-представилась она, добавив-идите за стол садитесь, а то всё остынет. Как водится, приняли по первой, по второй. И пошли расспросы про житьё-бытьё. Тут-то мне Лёшка и поведал удивительный рассказ про свою нынешнюю гончую.

Служить его направили офицером в одну из частей инженерных войск, базирующуюся на Тынде, где военные обслуживали одну из веток БАМа. Поселили Алексея в новом домике в офицерском посёлке. Домик тот стоял на вечной мерзлоте, поэтому и туалет там был с выгребной ямой, и отопление с помощью индивидуального котла на угле. Электричество тоже было от генератора военной электроустановки. Лучшим занятием в нерабочее время там была охота. Поэтому Алексей вступил в местное гарнизонное общество военных охотников, купив в местном магазинчике подержанный ТОЗ БМ 16 калибра.
Сосед его держал русских гончих и они много раз вместе с ним ходили на охоту по белякам. Однажды даже взяли рысь.

Как-то раз, возвращаясь с зимней охоты по тетеревам на лунках, Алексей переходил под мостом железнодорожного полотна кое-где незамерзающую речку и услышал со стороны полыньи жалобный скулёж. Быстро подбежав к полынье, Лёшка обнаружил там барахтающегося щенка гончей с неотрезанной пуповиной и совершенно слепого. Он тут же спрятал щенка за пазуху и побежал домой. Дома щенок начал тыкаться мордочкой в палец Алексея,прося есть. Он намочил молоком палец и дал щенку его облизать. Позже он выкармливал маленькое существо из соски, в чём ему помогала тогдашняя невеста Глафира.

Оказывается, выжловка соседа, родив первого щенка, не успела разгрызть плодный пузырь, как у неё начались очередные схватки. В это время она легла на первенца, придавив того всем телом. Пришедший хозяин, увидев щенка в плодных оболочках, не подающего признаков жизни, подсчитав количество родившихся щенков и соответствие их количеству сосков матери, решил избавиться от проблемного щенка. Он взял и бросил его в полынью.
Но то ли от удара об лёд, то ли об воду, плодный пузырь лопнул и младенец со всей жаждой жизни задышал.Человек в это время был уже далеко и ничего не услышал.Подобранный щенок оказался выжловкой русской гончей багряного окраса. В память об утоплении Алексей назвал щенка Уткой.

Поскольку щенок не был актирован, то и документов никаких на него Лёша не получил. Выжловка росла ладной и рослой собачкой, привязавшись к хозяину всей своей собачьей душой. Вскоре Лёша с Глашей поженились, она забеременела, а срок службы в армии у Алексея истёк и они переехали в деревню к родителям Глафиры, прихватив с собой Утку. Вскоре у них родился сын. Утка всячески ухаживала за малышом, охраняя оставленную у деревенского магазина детскую коляску.
-Утка, ко мне-сказал Алексей и из подсобки вышла красивая русская гончая, положив голову с умными карими глазами ему на колено.
-Завтра на охоту пойдём-сказал Лёша и выжловка энергично завиляла гоном.-Давай ещё по рюмочке и спать-резюмировал Алексей.

Утром Утка уселась на сидении между нами и мы двинулись в сторону видневшегося невдалеке соснового леска. Подъехав, мы одели маскхалаты, сложили ружья и выпустили собаку на волю. Она быстро ушла в полаз и уже скоро подняв на пашне русака, ушла за ним в посадку кучно растущих сосенок с визгливо-плачущим голосом. -Иди вставай на углу у дороги, а я в середине попробую перехватить-почти бегом, на ходу скороговоркой выпалил мне Лёшка и как самолёт унёсся в середину сосновых посадок.

Гон стал отворачивать куда-то в сторону. В это время стал накрапывать мелкий дождик с мокрым снегом и мои валенки без калош стали потихоньку мокнуть. Вскоре гон выровнялся и направился в нашу сторону. Не доходя до меня около ста пятидесяти метров, глухо хлопнул выстрел и радостный Лёшкин крик:-дошёл!!!-разнесся по всей округе. Вижу Алексея, идущего ко мне по дороге с большим зайцем в левой руке и ружьём в правой. -Где Утка?-спрашиваю. -Да там ещё один след шумового, она видно тоже видела. Сейчас опять погонит-отвечает Лёша. И действительно, гон опять закипел с новой силой. На этот раз повезло мне. Погода совсем испортилась, стало мокро и мы поехали в сторону дома.

На другой день ударил морозец, везде был гололёд с настом и мы решили не портить собачьи лапы, не пойдя на охоту. Весь день мы то отдыхали, то сидели за столом, а вечером Глафира протопила нам с Лёшкой баньку и мы знатно попарились. Весь день только и разговоров было, что про Уточку.
Алексей рассказал, что и по уткам она работает как ретривер. В общем, наблюдалась полная гармония и взаимная влюблённость семьи, и собаки.

Утром после небольшой пороши мы выехали в поля. В другом месте, среди небольших оврагов Утка нашла ещё четырёх косых, которых мы и взяли с Алексеем. Вечером этого же дня Лёшка провожал меня на поезд. Договорились встречаться почаще. Впечатлений от собаки у меня была масса.

Но скоро пришла перестройка, страна впала в беспредел и беззаконие.
На следующий год я узнал, что Алексей со всей семьёй переехал в Новосибирск, где ему предложили бизнес по торговле автомобильными запчастями. Связавшись с какой-то из криминальных группировок и отстаивая свои интересы в бизнесе, Алексей был убит в начале девяностых. Дальнейшей судьбы Глаши и его сына я не знаю. Утка, не привыкшая к большому городу, в одну из прогулок с сыном, погибла под проезжавшей мимо машиной…

vetdoctor 26.07.2011 — 14:29

ГДЕ БЫЛИ…

Рассказ этот я услышал от папиного друга дяди Серёжи по кличке Борман.
В конце шестидесятых годов держал он русских спаниелей. В момент, о котором идёт повествование, был у него кофейно-пегий кобель по кличке Дик.
А дядькой у Бормана был известный в то время в городе зубной врач, тоже дядя Серёжа. Охота была их главным увлечением, поэтому часть отпусков они проводили вместе, уезжая куда-нибудь подальше.Один-от семьи и начальства, а другой от своих назойливых пациентов.

В один из октябрьских дней двинулись они на поезде в Уральскую область соседнего с нами Казахстана. Пока ехали, Дик свернувшись калачиком лежал под нижней полкой. За одну остановку поезда до выхода в вагон села толстая женщина, которая бесцеремонно задвинула под лавку, где лежал Дик,большой дорожный баул. На своей остановке охотники, нагрузившись вещами, двинулись по проходу к выходу.

-Дик, ко мне!-скомандовал дядя Серёжа. В это время из-под лавки сначала выдвинулся тёткин баул, а затем показалась ушастая голова спаниеля.-Караул, собака!-завопила женщина, разбудив весь вагон. Пока разбуженная криками проводница успокаивала нервную даму, наши герои уже выгружались на станции Джанибек.

На попутной машине охотники доехали до знакомого солёного озера, поставили новую польскую палатку, предмет гордости старого стоматолога, возле стога сена. Обойдя озеро вокруг, собрали из-под всех кустов деревяшек на дрова и приступили к завтраку. День прошёл спокойно, а вечером охотники выдвинулись в ближайший мелкий залив на зарю. Птицы оказалось много и настрелявшись по гусям с утками вволю, пошли к палатке.

Утром,вернувшись после успешной зари, они обнаружили на своём стану гостей. Были это молодые ребята на лошадях. Разговорились и когда выяснилось что пожилой дядя Серёжа зубной врач, тут же стали просить его полечить их родственников. Оказалось, что в деревне есть прекрасно оборудованный по тогдашнему последнему слову стоматологической техники кабинет, а последний фельдшер, понимающий в стоматологии, уехал в город насовсем и там женился. Делать нечего, надо помогать людям.

И вот утром следующего дня у кабинета выстроилась очередь из людей с зубной болью. Дядя Серёжа принимал там два дня, в основном удаляя безнадёжно больные зубы. Так очередная охота была испорчена неожиданной работой. Младший дядя Серёжа в это время всё-таки охотился. Дик выдал удивительный случай. Он поймал маленького сайгачонка, у которого была сломана нога, придушив того во время посещения водоёма. Так Борман попробовал шашлык из нежной молодой сайгачатины.

В конце недели родственники успешно излечённых больных подогнали к палатке в степи грузовик, погрузили охотников и отвезли их на ближайший полустанок. В благодарность доктору они положили в купе несколько тушек баранов и прибавили к взятым на охоте диким гусям десяток уже ощипанных, и потрошённых домашних. Тепло расспрощавшись, казахи вышли из купе и помахали вслед охотникам руками. Подъезжая к станции Джанибек, Борман достал бутылку водки и разложил закуску на столике в купе.

Но не успели охотники поднять первый тост, как в купе постучали. На пороге стоял милиционер с погонами сержанта. Был он очень маленького роста, с грозным взглядом из-под козырька милицейской фуражки. Руку представитель закона держал на расстёгнутой кобуре пистолета. Тааак-протянул он первую фразу, подозрительно осматриваясь в купе-гдэ били? -На охоте-было ответом.
-Тааак.Чито упили?-с ноткой подвоха в голосе задал свой второй вопрос милиционер.-Да вот дичь всякую-отвечает ему Борман. -А гусь домашний нэ пили? А паран нэ пили? Как нэ пили, нога торчат!-невозмутимо гнёт свою линию милиционер.

Снимает местный участковый на транспорте наших охотников с поезда, сажает в кутузку и по одному через два-три часа вызывает на допрос. -Тааак, гдэ пили? Чито упили? А гусь домашний не пили?А баран не пили? Как не пили, нога торчат-с убийственной методичностью и непогрешимой логикой продолжает свою песню сержантик. Ему объясняют: -позвони в соседний колхоз, там тебе всё подтвердят. Ничего мы не воровали, а в ответ опять одно и то же.
-Тааак, гдэ пили? Что упили? И так до бесконечности. Наконец приехал какой-то местный милицейский начальник, который всё же догадался позвонить в соседний колхоз.

В результате приехавшие родственники больных заставили сержанта купить два билета на проходящий скорый в вагон СВ,остановить поезд, посадить их в купе. В конце он занёс в вагон ящик водки. Когда тот разогнулся, наши охотники увидели под его левым глазом огромный синяк и расхохотались.
Отъехав от станции сто метров, старый стоматолог поднял рюмку и изображая сержанта, сказал:-где пили?Что упили? Купе захлебнулось нервным смехом, а Дик начал лаять на хозяина, протягивая к нему левую лапу…

Паршев 26.07.2011 — 15:48

Есть у меня обшего характера литературное замечание. Вовсе не обязательно доводить повествование до смерти главгероев, если этого не требует художественная задача. Все мы смертны, всё этим заканчивается — но постулирование этого совсем не входит в задачу литературы.

vetdoctor 26.07.2011 — 16:46

Грустью осенней наполним бокалы
Все мы достигли чего-то давно
Как у Есенина, под ручкою Лалы
Тихо глоточками пью я вино

Где в нашем мире тревог и сомнений
Спряталась тихо забытая грусть?
Там,где война и не видно сомнений
Тихую лирику лучше забудь

Женщины лечат хандру нам годами
Но не уймётся гусарская блажь
Нам бы померяться в степи конями
Где палашом ты сопернику дашь

Лишь одинокая нам поёт скрипка
Кажется, что не успееешь уже
Но возвращает за стол нас наливка
Дай посмотреть мне дружище Гранже

vetdoctor 27.07.2011 — 14:47

АНОНСИРУЮЩИЙ ЛАЙФ.

Лайф был однопомётником моего Марта.Хозяин его служил в системе МВД, работая преподавателем местного милицейского учебного центра. Звали его Владислав Николаевич. Встречаясь на выставках, испытаниях и состязаниях, мы как-то очень быстро с ним сдружились, несмотря на значительную разницу в возрасте. Через два-три года общения Владислав Николаевич начал приглашать меня с собой на охоту. Обычно это были выезды выходного дня в ближайшие от города вальдшнепиные угодья.

Собачки наши прекрасно ладили между собой, часто секундируя на стойках.
Начиная с двухлетнего возраста у Лайфуши стал проявляться анонс, чем его хозяин безмерно гордился. Как-то в конце сезона в уже сильно облетевшем лесу возле станции Буркин охотились мы вдвоём. Лайфуша ушёл далеко и затих. Через две минуты он явился на свисток, всем своим видом приглашая следовать за собой. -Пойдём Игорёк, сейчас он нас к вальдшнепу приведёт-сказал Владислав Николаевич и мы потихоньку двинулись вслед за кобелём.
Март проследовал за нами. Вскоре на полянке Лайфуша стал в необлетевших кустах молодого клёна, а Март секундируя ему, стал сбоку.

Приготовившись к стрельбе, мы послали собак. Из кустов вылетело сразу два вальдшнепа, прозвучало четыре выстрела и обе птицы упали в конце поляны.
Собачки аппортировали дичь, а Владислав Николаевич стал обниматься с любимой собакой, задавая ей разные вопросы и сам же на них отвечая. Выглядело это примерно так:-Абдулла, а где ты птичек нашёл? Да вот, длинноносые такие, спрятались от нас, а потом улететь хотели. А почему сразу не пришёл с докладом? Да ведь пахнут сильно, никак от них не уйдёшь. Вдруг улетят, пока я тебе докладываю? Или Мартышка их обнаружит.
И такие разговоры с кобелём продолжались минут по пять после каждой успешной работы собаки. Очень любили они друг друга с Лайфушей.

Через час мы присели на поваленное дерево и достали бутерброды с термосами.
Собачкам тоже перепало при этом. Решено было перейти в другой лес через два больших оврага. По пути удалось наблюдать удивительную картину.
На поляне совершенно спокойно лежали бык и корова лосей, спокойно пережёвывающие жвачку и не обращавшие на нас с собаками ровно никакого внимания.В те времена копытные вели себя осторожно только в сезон отстрела.
С появлением в свободной продаже нарезного оружия сейчас остаётся только вспоминать о лосях, спокойно жующих жвачку или переходящих через лесную дорогу.

Лес, в который мы стремились, представлял собой большой склон горы с террассами, на которых росли густые посадки акации. Собаки ушли в поиск, скрывшись из глаз и где-то на следующей террассе затихли. Мы начали свистеть. Скоро показался Лайфуша, приглашающий нас за собой. Поднявшись на террассу, мы увидели стоящего на стойке Марта, к которому и привёл нас Лайф. Посыл и вот уже с грохотом замелькали кругом поднимающиеся куропатки.
Но место было настолько густое, что с двух дуплетов нам удалось выбить лишь одну птицу. Куропатки перелетели из леса на ближайшее поле, где и сели в хлебную стерню. Мы проследовали за ними. Собаки сразу же изменили манеру поиска,показывая широкий челнок в обе стороны. И вот уже наша пара тянет за отбегающим выводком, время от времени оглядываясь на нас.

Куропатки взлетели,не подпустив нас близко. Стреляем и две птицы остаются лежать на стерне. Собаки разыскивают битых и подают их нам в руки.
Идём обратно в лес. Март скрывается в опушке, а Лайф вдруг стаёт прямо на поле впереди нас. Владислав Николаевич подходит к стойке и в это время в десяти метрах впереди собаки срывается крупный русак. Выстрел и вот уже Лайфуша, забыв все приличия, и благородное происхождение, треплет косого как тряпку. -Нельзя Абдулла-опять начинает разговаривать с собакой хозяин. И как водится, сам же и отвечает:-как нельзя?Он такой негодяй ушастый, убежать от нас хотел, а я не дал, держу крепко. И следует опять монолог ещё минут на пять. Лайфуша наконец успокаивается и подносит зайца хозяину.

В это время Март пропал в лесу. Скоро стемнеет, а нам ещё идти километра три до автобуса, поэтому Владислав Николаевич даёт команду Лайфу:-чего расселся?Иди Марта поищи, небось опять вальдшнепа нашёл. Лайф скрывается на очередной террассе с акациями и появившись назад буквально через две минуты, приглашает нас за собой. Идём вверх и видим впереди белое пятно среди жёлтых листьев. Подходим и нам уже явственно виден вытянутый в струну прут. Всё остальное скрыто густой листвой молодого кленового подроста. Лайф становится рядом. Команда -вперёд! И очередной долгоносик делает свечку над акациями. Мне стрелять неудобно, затягиваю с выстрелом и в это время вальдшнеп падает, а через долю секунды я уже слышу выстрел своего напарника.

Поздравляю его с полем, складываем ружья в чехлы, берём собачек на сворку и движемся в сторону автобусной остановки. Прекрасное было время…

Паршев 27.07.2011 — 15:46

МК тут отжёг (XXI век N 99 от 1 июля 2011 г.):

Лейкин

Петр Михайлыч

Только часу в девятом вечера проснулся спавший на огороде под вишней Петр Михайлыч, да не проснулся бы и теперь, если бы не пошел дождь и не стал мочить его. С всклокоченной головой, с опухшим лицом поднялся он с травы, схватил ковер и подушку и, ругаясь, что его раньше не разбудили, направился в охотничью сборную избу. Уже темнело, спускались августовские сумерки. На дворе он встретил егеря Амфилотея, старающегося поймать на цепь рыжего понтера, но тот не давался ему.

— Подлец! Мерзавец! Что ж ты меня раньше не разбудил?! — сказал Петр Михайлыч егерю.

— Три раза будил, да что ж с вами поделаешь, если вы не встаете и даже деретесь во сне? Сон-то у вас какой-то бесчувственный.

— Деретесь! Знамо дело, человек в забытьи. Ну и выпил тоже малость.

— Уж и малость! От такого питья медведь лопнет. Вы разочтите: вчера питье, потом сегодня:

— Ты бы хорошенько меня потряс.

— Господи Боже мой, ваша милость! Да ведь не поленом же по брюху мне вас колотить. Я уж и так раскачивал вас, что тумбу.

— На охоту теперь поздно? — спросил Петр Михайлыч.

— Какая теперь охота! Сейчас ночь. В слона теперь не попадешь, а не токмо что в куропаточного выводка. Да и леший может в лесу обойти. Пожалуйте чай пить в избу. Самовар готов.

Егерь подхватил из рук Петра Михайлыча ковер и подушку и понес их в избу. Петр Михайлыч шел и почесывался.

— Ведь эдакая незадача! Второй день не могу попасть на охоту: — бормотал он.

— Завтра утречком надо постараться сходить. Сегодня уже как-нибудь потрезвее, а завтра чем свет, — отвечал егерь:

— Так-то оно так, но вот беда — я сказал жене, что сегодня к вечеру вернусь домой.

В избе кипел самовар. За столом на клеенчатом диване сидел доктор Богдан Карлыч и еще охотник — молодой человек из местных лесопромышленников, в кожаной куртке, в кожаных штанах и в таких высоких сапогах, что они доходили ему прямо до туловища. На столе около самовара стоял изящный раскрытый ларец в виде баула, и из четырех гнезд его выглядывали четыре горлышка бутылок. Доктор и охотник пили чай с коньяком.

— Петр Михайлыч! Вот так встреча! Гора с горой не сходятся, а человек с человеком сойдутся! — воскликнул охотник. — Откуда это?

— Спал: — хриплым голосом произнес Петр Михайлыч, щурясь на свет шестериковой свечки и маленькой жестяной лампочки, которые уже горели на столе, протянул руку охотнику и сказал: — Здравствуй, Василий Тихоныч.

Молодой человек посмотрел на него и пробормотал с усмешкой:

— Вишь, у тебя лик-то как перекосило! Или уж на охоте намучился?

— Всего было, кроме охоты. На охоту еще только сбираюсь. Завтра поеду.

Петр Михайлыч грузно опустился на массивный стул с продранным сиденьем.

— Так вот и отлично. И я на завтра с вечера приехал. Вместе и пойдем, — отвечал Василий Тихоныч. — А я, брат, приехал на уток выписную собаку попробовать. Собаку я себе из Англии выписал. Тридцать пять фунтов стерлингов: Это ведь на наши-то деньги по курсу: с провозом и прокормом около четырех сот рублей собака обошлась.

— А только уж и собака же! — мрачно откликнулся егерь. — За эту собаку и четырех рублей жалко дать. Ведь вот сколько ловил ее, чтоб на цепь взять — так и не поймал.

— Это оттого, что она русских слов не понимает, а знает только по-английски. Собака на редкость. Чутье — изумление: Дрессировка: Да чего тут! Я ей папироску зажженую в зубы давал — держит, не смеет выбросить, а уж собаки на что табачного дыма не любят.

— А к себе ее между тем кусочком говядины подманиваете.

— Ну уж это ты оставь: Я ей кладу на нос кусок сахару и только погрожу пальцем:

— А цыпленка сейчас у хозяйки на дворе задушила и съела.

— Ну уж это ты врешь!

— Извольте выйти на двор и посмотреть. Весь двор в перьях, да и по сейчас она по двору с крылом возится. Да ведь как уворовала цыпленка-то, проклятая! Забежала в чулан, сняла его с насеста и сожрала.

— Не может быть! Никогда не может быть, чтобы английская дрессировка братьев Роджерс: Приведи сюда сейчас собаку! — воскликнул Василий Тихоныч.

— Да как ее привести, ежели она в руки не дается?

— Да, да: Русских слов она не понимает. Англичанка, кровная англичанка: Вот тебе кусочек сырой говядины, примани ее на говядину и приведи. На говядину она сейчас подойдет. Скажи только слово «на» и протяни говядину. Должно быть, «на» и по-английски значит «на», потому что она его отлично понимает.

Василий Тихоныч полез в карман своей кожаной куртки, вынул оттуда кусочек сырого мяса и подал его егерю.

Егерь взял мясо и цепь и неохотно пошел за собакой.

— Ужасные деньги — четыреста рублей за собаку, — произнес доктор.

— Но за то уж собака! Огонь, а не собака! Я знаю, что люди и по шести сот рублей за щенка от известных матерей и отцов платили, а это ведь взрослая сука. Я считаю, что щенками в два года эти деньги выручу. Да и помимо щенков — медали на собачьих выставках буду за нее получать. А ведь большая золотая медаль стоит семьдесят пять рублей. Три золотые медали в три года получить — вот уж двести двадцать пять рублей. Нет, тут никогда не будет убытка, а напротив, — барыш.

— Цыпленка-то она своровала — вот что нехорошо, — опять сказал доктор.

— Позвольте-с: Да может быть, она своровала его потому, что егерь ей какое-нибудь такое слово по-русски сказал, которое она приняла за слово «взять», — возражал Василий Тихоныч. — Говорю вам, что собака только по — английски знает и по русски — ни слова, ну она и ошиблась.

— А жрать-то цыпленка зачем же?

— Да не жрала. Никогда я не поверю, чтобы жрала! Просто нарочно егерь говорит, чтобы за цыпленка с меня сорвать. Вот сейчас приведут собаку, и увидите вы, что положу я ей на нос кусочек мяса и только пригрожу пальцем — как истукан будет она сидеть, пока не скажу «на». «На» — она отлично понимает.

Петр Михайлыч сидел молча и зевал и даже не слышал разговоров о собаке, до того у него болела голова. В глазах ходили какие-то круги, в висках стучали точно молотки, а затылок был как бы налит свинцом.

— А здорово, должно быть, ты хватил сегодня, Петр Михайлыч! — взглянул на него молодой охотник и покачал головой.

— Ох, уж и не говори! — вздохнул Петр Михайлыч.

— Так отпивайся скорей крепким чаем.

— Чаю потом: А прежде: Ох, не осудите только, господа: Не осуди, и сам не осужден будешь: Все мы люди и человеки. Вот чего прежде надо.

Петр Михайлыч протянул руку к одной из бутылок в ларце Василия Тихоныча и дрожащей рукой стал наливать из нее себе в рюмку содержимое.

vetdoctor 28.07.2011 — 14:08

В один из выходных дней я пригласил с собой на охоту своего друга Валеру. Его пойнтера Джины уже не было, а следующая ирландка была только в проекте, поэтому он с удовольствием согласился составить мне компанию. Утренний пригородный автобус доставил нас в знакомые угодья, высадив в районе моста через лесной овраг. По дну оврага тек ручей, а сам овраг направлялся к лесной деревеньке Буркин.

Сложив ружья и спрятав в куче дров футляры от них, мы двинулись вдоль ручья. Атос обыскивал дно и оба склона оврага, прекрасно слушаясь моих свистков и указаний руки. Через двести метров первая стойка в опушке на левой стороне оврага. Показываю Валерию направление, где занять позицию, а сам обегая кобеля сверху, встаю на чистом. Посыл, но Атос начинает показывать, что там сидят две птицы, поводя носом влево и вправо.

Чуть отбегаю назад от опушки и посылаю вторично. Атос прыгает вперёд и сразу же куда-то вбок. Два вальдшнепа вылетают на чистое и привычное ружьё не обманывает меня в ожиданиях, делая дуплет. Обиженный Валерий выбирается наверх, смущённо поздравляя меня с полем. Мне и самому неудобно, что птицы вылетели не на него.
Решаю следующую работу собаки полностью предоставить Валерию.

Идём дальше. Через триста метров опять стойка, на этот раз внизу, на краю большой поляны. Среди кустиков бересклета обнаруживаю много ежевики и пока Валерий стреляет вальдшнепа, набираю полную горсть сочных чёрных ягод, укладывая их в целофановый пакетик в ягдташе. Валерий довольный подходит ко мне. Его штучный Пауль Шольберг открыт и из правого ствола струится дымок. Тошка тычется ко мне в колени.

В зубах у него крупный вальдшнеп. -С полем, барин!-традиционно поздравляю я друга. Глаза его светятся счастьем. -Первый вальдшнеп в этом сезоне-говорит он, добавляя-какой кобель, какая работа красивая. Мне вдвойне приятно и за друга, и за собаку. -Давай перекусим, я сегодня солдатский котелок взял, так что можно чай вскипятить с водой из ручья-предлагает Валерка. Я не возражаю.
Он работает доцентом политехнического института, поэтому в отличие от меня,отпуск осенью взять не может. Он дорожит каждой минутой на природе.

Через несколько мгновений весёлый костерок уже потрескивал поленьями на берегу ручья, а мы сидели на поваленной осине и расскладывали из рюкзаков различные съестные припасы. Тошка подлизывается к Валере, зная что у меня он ничего не выпросит. Тот спрашивает, можно ли дать попрошайке колбаски. Я разрешаю и наглая курносая морда, проглотив большой кусок охотничьей колбасы, снова смотрит Валерию в глаза.

-Тубо, бубуська ты этакий!-с нарочитой строгостью выговариваю я собаке, но через некоторое время не выдерживаю просящего взгляда и тоже угощаю кобеля сыром. -Будешь по глоточку?-спрашивает меня Валерий, наливая из фляжки коньяк.-Куда же от тебя деваться?
-отшучиваюсь я. -С полем, дружище и за твою новую собаку-поднимает тост Валерий.

После обеда дошли мы по оврагу до места, где тот соединяется с примыкающей сбоку посадкой, после чего двинулись вдоль неё в сторону покрытых лесом холмов. В середине посадки новая стойка и опять я отличился дуплетом по паре вальдшнепов. В самом конце посадки кобель долго тянул. Мы уже было подумали, что это куропатки, но после стойки в бурьяне поднялся коростель, который быстро перекочевал в ягдташ Валерия.

Склон с густым дубовым подростом не давал возможности всё время видеть собаку, поэтому я начал отсвистывать кобеля, сокращая ему поиск. Наконец такая тактика приносит успех и мы лицезреем красивую стойку в кустах на опушке. При нашем подходе вальдшнеп поднялся на два метра над кустами бересклета, после чего неожиданно резко снизился, не давая по себе выстрелить.-Однако, противозенитный маневр-констатирует Валера.-Ты доцент, человек учёный, тебе видней-шучу я. Идём в сторону улетевшей птицы и метрах в ста пятидесяти вновь видим собаку на стойке.Меняем тактику изготовки к стрельбе.

Валерий подходит к собаке сзади, а я обегаю кобеля вокруг и встаю метрах в пятнадцати впереди и чуть сбоку. Посылаю и вот уже долгоносик летит в десяти метрах мимо меня. Вкладываюсь,ловлю на планку, жму. Атос с умиленим тычется носом мне в колено,ожидая когда же я заберу у него птицу.
Поднимаемся по склону наверх. Там хорошо знакомые нам полянки между кленовыми рощицами. Предлагаю Валерию утолить жажду ежевикой из ягдташа.
-Какой Гоша-кацо запасливий-коверкая язык на грузинский манер говорит мне Валерка, с удовольствием уплетая сочные ягоды.

Красивые полянки с изумрудной травой окружали кленовые рощицы.Согретые осенним солнцем золотистые листья слегка шелестели на ветру,а между ними просвечивало прозрачное голубое небо. Так мы и ходили по полянкам, а Тошка обыскивал ближайшие рощицы.Вальдшнепов было не много, но после каждой стойки в сетках наших ягдташей прибавлялось птичек. Но осенний день короток, поэтому сказка быстро подошла к концу. Вечерние тени от деревьев легли на землю и мы двинулись в обратный путь.

Уже в сумерках на краю сада Атос опять стаёт и мне удаётся сделать четвёртый за этот день вальдшнепиный дуплет. Такой фантастически удачливой охоты не было у меня никогда в жизни. Всего было взято двенадцать вальдшнепов на двенадцать патронов, а Валерий взял семь вальдшнепов и коростеля. Прошло уже много лет с той охоты, а мы встретившись, всё вспоминаем время, когда нам так удивительно сопутствовала удача.

vetdoctor 29.07.2011 — 13:32

Тучи хмурятся над Волгой
Гребни волн в барашках все
Осень кажется недолгой
Всё в дожде, а не в росе

Во дворе повис стеною
Ливень серым полотном
Я сижу, совсем не ною
Всё мне мило за окном

Будет лес стоять умытым
Снова солнышко взойдёт
Будет сад,пригорком скрытый
Рад всем,кто в него войдёт

Станет жёлтою листвою
Все овраги золотить
В конце дня,придя домою
Сядем чай душистый пить

Будет всё,как было прежде
Кто,ж доверил осень мне?
Снова день прошёл в надежде
И закончен при луне…

vetdoctor 29.07.2011 — 15:35

КЛЫКАСТЫЙ ЗАЯЦ ПОД ВИДОМ КУРОПАТКИ ИЛИ КАК ОСТАТЬСЯ ЖИВЫМ, НЕ СТАВ БРАКОНЬЕРОМ…

Один из наших друзей-пойнтеристов взял в аренду охотничье хозяйство недалеко от города. Было это не так давно. Построили ребята охотничий домик в деревне. В одну из осеней пригласил он меня пожить в отпуске в этом домике и разумеется, поохотиться. Октябрь прошёл неплохо. Разнообразие угодий позволяло добывать и вальдшнепов, и куропаток, и запоздавших с отлётом перепелов. На быстрой речке постоянно была возможность пострелять по уткам с подхода.

В ноябре там открылась охота по копытным и мне пришлось съёхать с базы, поскольку был наплыв народа, жаждущего кабанятины. Но Василий (так зовут нашего друга) всё же в дни среди недели нашёл возможность пригласить меня на охоту по куропаткам и зайцам. Зарю вполне можно было отстоять по уткам в некоторых местах на быстрой речке.

И вот мой Портос челночит по полям вокруг речки. Правый ствол моего Дефурни заряжен семёркой, а в левом патрон единицы с контейнером на случай далеко поднявшегося зайца. Перед этим Василий предупредил меня, чтобы я в лес не ходил, поскольку там остался недобранный подранок-секач, килограммов на девяносто. К полудню кобель находит выводок куропаток, который долго бежит, не выдерживая стойки и наконец, поднимается на пределе выстрела. Жму первый спуск и последняя куропатка кувыркается на стерне. Выводок перемещается в длинный большой овраг, в середине которого течёт ручей, через несколько километров впадающий в небольшое озерцо, где часто в эту пору осени можно поднять крякв.

Всё пространство вокруг ручья заросло высоким бурьяном, кое-где перемежающегося с порослью молодой ольхи. Именно под этими ольхами чаще всего и сидят жирные кряквы. Выводок сел где-то там, в бурьянах, немного не доходя до затопленных деревьев. Портос челночит по оврагу по обе стороны ручья. Ветер дует нам в лицо, как раз вдоль оврага. Я уже начинаю сомневаться, что куропатки сели именно в этом месте оврага, но Портошка, высоко подняв голову, тянет вдоль ручья по высокому бурьяну в сторону озера.

Наконец стойка. Бегу к собаке, забегаю впереди неё метров на двадцать и вижу, как прямо на меня идёт волна по бурьянам. В следующее мгновение вижу клыкастую морду секача в двух метрах от себя. Сомнений нет. Он атакует.
Стреляю единицей с полутора метров прямо между глаз и вижу, как со стороны затылка кабана летит какая-то белая пыль. В следующее мгновение вижу поднятые вверх агонизирующие все четыре ноги кабана. Кричу на собаку что есть мочи:-«Даун!!!», но Портос и так не двигается с места, где стоит.
Быстро перезаряжаю оба ствола тремя нулями, после чего осторожно поднимаюсь на склон оврага, откуда видно всё, что делается в бурьяне.

Кабан побился и затих. Даже с расстояния в десять метров ощущаю его резкий запах. Звоню егерю, но телефон не принимает сигнала. Спускаюсь вниз и вижу следующую картину. Верхушки бурьяна за вепрем забрызганы чем-то белым, а затылочный бугор кабана просто отсутствует, представляя собой большую рваную рану. Дробь с такого расстояния сработала как пуля, пройдя через лобную кость и выбив мозги через затылок. Правая задняя нога у секача перебита в бедре. Так вот он, подранок, куда из леса ушёл и затаился.

Достаю нож, перерезаю зверю горло, чтобы спустить кровь. Портос близко не подходит, облаивая кабана с приличного расстояния. Вижу уазик, направляющийся мимо нас по дороге. Это Василий вместе с егерем. Ребята быстро понимают всю картину происходящего и сочувствуют мне. Грузим добранного неожиданным образом зверя в машину. Что-то он не кажется мне девяностокилограммовым,похоже центнер там явно есть.

И хорошо, что был я в гостях у своих охотпользователей, а то бы ещё и в браконьеры записали. Вот тебе и зайцы с куропатками…

чинг 29.07.2011 — 16:44

Когда много охотишься, чего только не бывает. Отлично Игорь, мандраж сильный был после?

vetdoctor 29.07.2011 — 17:03

Игорь, мандраж сильный был после?

А сам-то как думаешь?(с)Анекдот.

чинг 29.07.2011 — 17:09

vetdoctor
А сам-то как думаешь?(с)Анекдот.

Шерсть на затылке дыбом,адреналин в крови и штуки четыре сигареты подряд. Это я про себя.

ChapD 01.08.2011 — 12:57

Хорошие рассказы… Понравилось. Главное с душой написано.

vetdoctor 01.08.2011 — 14:48

НА ВОЛГЕ В НОЯБРЕ.

Сезон птичьей охоты уже заканчивался,до ледостава оставалось дней десять. И тут один из молодых охотников попросил меня показать ему работу легавой собаки. Взамен он предложил мне поездку на его дорогом катере на Волгу.
Долго уговаривать меня не пришлось и вот уже его лендровер везёт меня на частную лодочную стоянку. Первое, о чём я сильно беспокоился, это техника безопасности молодого стрелка. Поэтому всю дорогу я инструктировал его, как вести себя с оружием. Наконец мы прибыли на лодочную стоянку, запрятанную между туристическими базами левого берега.

Катер на поверку оказался целой моторной яхтой с прекрасной каютой и кучей всяких навигационных приборов. На корме висел мощный японский мотор. Погрузились, завели двигатель и отчалили от берега, направляясь по речке Каюковка в знакомые вальдшнепиные места. Алексей(так зовут хозяина судна), предложил мне одеть спасательный жилет,бандану и тёмные обтекаемые очки от ветра. Предосторожности эти были не зря. Катер быстро вышел на глиссирование и птицей понёсся по протокам. Жгучий холодный воздух сразу же дал о себе знать.

Через некоторое время я показал Лёше место, куда надо причаливать. Заякорившись, стали снимать с себя тёплую одежду и готовиться к ходьбе по острову. Лёша достал полуавтомат Бенелли, а я свой Пегасус. -Какую насадку вкручивать?-спросил он у меня.-Цилиндр и девятку без контейнера заряжай-ответил я ему.Тут выясняется, что такой мелкой дроби у него нет. Пришлось поделиться. Подробно инструктирую, как нести ружьё, как подходить к собаке на стойке. Вроде бы уяснил. Выпускаю Портоса, тот прыгает с носа на песок и уходит в лес. Спускаемся по лесенке вниз и идём в направлении, в котором скрылась собака.

Через десять минут кобель появляется и приглашает следовать за собой. Объясняю компаньону что такое анонс и как себя надо вести. Он недоверчиво смотрит на меня. Вскоре Портос оглядывается на меня, после чего тянет к кустам вдоль береговой линии и стаёт в пяти метрах от камышей. Показываю Алексею где занять место и посылаю собаку вперёд. Вальдшнеп вылетает на чистое и летит над камышами. Алексей почему-то не стреляет.
Ловлю длинноносого на мушку, жму и Портос подаёт его из затопленных камышей.
-Так быстро летает, что я даже не успел прицелиться-оправдывается Лёша.
Ну хоть понравилось?-спрашиваю его я.-Он показывает поднятый вверх большой палец.
Глаза его сияют восторгом.

Обходим весь остров и собираем пяток птиц. Лёша повесил ружьё на ремень и ходит за мной в роли зрителя. Ему нравится всё происходящее. В полдень, пробежав ещё пару островов, собираем ещё три птицы.В последнего вальдшнепа Алексей успевает выстрелить,но мажет, после чего мне удаётся попасть в долгоносика через кусты третьим выстрелом. Решаем перекусить. Алексей выносит из яхты складной столик, стулья и чемоданчик с посудой. Сидим на берегу большого залива, любуемся последними тёплыми деньками уходящего сезона. Закусываем, пьём чай из термоса. Переезжаем в утиные места с перспективой отстоять вечернюю зорьку. Алексей в каюте устраивает постели.

Собираем дрова для костра, ставим столик со стульями и надев ОЗК, идём по прокосу в камышах в сторону большого озера. Становимся недалеко друг от друга в мелководном заливчике. Постепенно небо начинает сереть, появляются первые звёзды, а уток всё нет. Наконец вижу тройку кряковых, заходящих на нас. У меня ввёрнут получок, у компаньона тоже. Стреляю спортинговой семёркой и две утки падают в камыш, а третья снижается в сторону Алексея. Слышу очередь из четырёх выстрелов и звучный шлепок утки об воду.

Портос собирает моих битых и мы перемещаемся поближе к Алексею.
Он показывает направление, в котором надо искать утку, я посылаю кобеля и скоро слышится характерное похрюкивание в камышах. У Портоса в пасти крупный кряковой селезень в брачном пере. Поздравляю коллегу с полем.
Становится холодно и мы идём на стан. В свете фонарика, укреплённого на голове Лёши, вижу что трава и камыш блестят инеем. Растираю кобеля сухой тряпкой, разжигаем костёр и приступаем к ужину. На столике появляется бутылка сухого Мартини. Надо же, откуда Алексей узнал про мой любимый напиток? Кормлю собаку. Портошка укладывается рядом с костром.
Алексей включает специальный переносной фонарь на столе.

Половина ночи проходит под разговоры у костра. Лёшу интересует всё, что связано с легавыми собаками. -Как же много я потерял, что не знал такой красивой охоты?-говорит он и добавляет-буду жену уговаривать на собаку,жаль что щенков сейчас нет.А Портоса опять вязать не будете?
Я вспоминаю, с каким трудом расходился помёт, поэтому ничего пока не обещаю.

Утром просыпаемся от того, что яхту раскачивает с борта на борт. Снаружи сильный ветер,деревья гнёт и качает. За ночь явно подморозило. Завтракаем, после чего решаем пробежаться по островам. За три часа ни одного подъёма, видимо вальдшнепы стронулись южнее. На обратном пути заезжаем на один из островов, в середине которого есть мелкое озерко, где в такую погоду всегда сидят кряквы. И тут удача улыбается нам. Мой Пегасус делает шестиплет по кряквам, а немного неудачно подошедшему Алексею удаётся сбить три птицы, поднявшихся последними. Портошка подаёт из леденящей воды все девять птиц. Мы вытираем его махровым полотенцем и последняя охота сезона на Волге заканчивается. Через три часа мы сидели в сауне Лёшиной дачи, парились и вспоминали эту удачную поездку.
По тогдашнему Лёшкиному настроению я понял, что похоже, родился ещё один новый легашатник.
Пока правда, щенка он ещё не взял.Но…как знать, как знать?…

vetdoctor 02.08.2011 — 12:32

За окнами август, который уж год
В предверии снова охоту мы ждём
И в этом сезоне мой Август Франкотт
Надеюсь,что дичи с ним вместе набьём

Надеется также на это мой пёс
Вздыхает и смотрит мне прямо в глаза
Ну что-ж, говорю я, дружище Портос
Уж ты погоди хоть чуть-чуть, егоза

На улице стало прохладней слегка
И в ночь барабанит стакатто дождя
А в небе заметна тень тучек пока
Лишь сердце стучится, меня заводя

Уж скоро вкусим мы отъезжих полей
И в дымке рисуется светлая даль
И Димка мне скажет:Гошмарик, налей!
И осени краски разгонят печаль…

vetdoctor 02.08.2011 — 15:52

ПОЙНТЕР-МОЙНТЕР-ВЫПИВОНТЕР.

В конце семидесятых годов большая компания Саратовских легашатников каждые выходные мая, начиная с прилёта перепела, проводила в Рыбушанской пойме.
Люди там собирались самые разные, но всех их объединяла охота с легавой собакой. Тогдашнее руководство областного общества охотников и рыболовов специально для этой цели выделяло транспорт. Был это довольно изношенный автобус курганского автобусного завода, сделанный на базе известного советского грузовика ГАЗ-52.
В один из выходных эксперты и экспоненты прибыли в пойму.

Лагерь в то время стоял постоянно на одном и том же месте.
Рядом протекала речка Карамышка, а вокруг простирались луга, где в зависимости от влажности водились дупеля или перепела. Интересным,но довольно редко приезжающим на мероприятия такого рода, был известный пойнтерист дядя Вася.
Был у него один довольно существенный социальный недостаток.
Он, увы, был неравнодушен к Бахусу. И пока основная часть приехавших ушла в поля размять собачек, дядя Вася предавался на стану своей пламенной страсти.

Утром дядя Вася тоже из палатки не выходил, к возмущению его собачки Дины, которая устроила скулёж и лай. Из палатки время от времени доносилось примерно следующее:-Дина, сука,даун мля… и через некоторое время-отстань, я спать хочу. Уже после восхода солнца и возвращения основной массы участников из полей,дядя Вася с всклокоченной причёской наконец вылез из палатки.
На вопрос моего отца, почему он в поле не ходил, тот огорошил всех ответом.

-Да мы с Динкой ночью под луной ходили. Она мне двенадцать работ по перепелам сделала-и добавил просяще-Палыч, у тебя водка ещё осталась?
Отец налил дяде Васе полный стакан водки и дал из открытой банки большой солёный огурец. Всё содержимое стакана было моментально отправлено по назначению и охотник аппетитно захрустел малосольным огурцом.Настроение его моментально сменилось на отличное и начались длинные рассказы про поездки на Север за глухарями, и тетеревами.

Через некоторое время эксперты провели жеребьёвку испытаний на вечер. Дине вместе с дядей Васей выпал первый номер. Весь день он купался, загорал, обедал, шутил, бросал палки в речку для Дины. Вечером они с Диной пошли в поле вместе с экспертной комиссией.
Через десять минут с их стороны раздался ружейный выстрел, а ещё через пять минут довольный дядя Вася проследовав на стан, первым делом откупорил заначенную им бутылку водки, налил сидевшему рядом с ним за столом отцу и провозгласил тост:-за диплом второй степени у Дины.

Вечером спиртное из всех рюкзаков перекочевало на стол и дядя Вася был в ударе. Он обещал любому и каждому сделать чучело из птицы или зверя,рассказывал, какой он великий стрелок и что стендовиков на охоте он обстреливает. Далее шли ненаучно-фантастические рассказы про дальность чутья Дины, причём конечно же превосходящую всех современных пойнтеров СССР.

Утром дядя Вася опять никак не смог самостоятельно выбраться из палатки. Динка бегала по лагерю, выпрашивая поесть. Уже днём, опохмелившись привезённым доброхотами из деревни самогоном, наш герой принял свой обычный вид. На шутки про вчерашние рассказы он улыбался и просил не принимать всё близко к сердцу. Где-то в полдень к нашему стану подъехали на велосипедах деревенские мальчишки.
-Дяденька, дяденька, а скажите пожалуйста, что это у Вас за собачка такая? Как порода называется? У нас в деревне только гончие, так те вроде с шубкой потеплее будут.

-Мальчишки, слушайте сюда-начал свою речь дядя Вася-порода эта специальная. Называется она пойнтер-мойнтер-выпивонтер-закончил довольный охотник свою речь и заразительно расхохотался. -А охотятся с ними исключительно на лепёрдов-вставил и свою шутку подошедший Крыштановский.
-Как на леопардов?-изумились мальчишки. -Да очень просто.Надо лепёрда облаять, а потом от него убежать к хозяину.Хозяин из засады лепёрда и застрелит-совсем с серьёзным лицом произнёс Константин Георгиевич.
Наконец мальчишки поняли, что с ними шутят, расхохотались и полезли в речку купаться.

Паршев 02.08.2011 — 16:32

Бедная собачка

vetdoctor 02.08.2011 — 17:04

Паршев
Бедная собачка

Ей после смерти дяди Васи зато повезло.Её взял Сочков, охотился с ней до последнего, а когда он сам ушёл в мир иной,то его вторая жена ухаживала за собакой до кончины. А прожила Динка почти шестнадцать лет. Наверное, компенсация за тяжёлое детство и молодость.

Паршев 02.08.2011 — 17:28

Когда Виноградовское хозяйство было ещё Военохотовским, там проводились соревнования легавых и спаниелей (вообще военохотовская кинология была вполне конкурентна скажем МООиРу, если не более). Наш охотколлектив как-то выезжал туда на трудоучастие, на центральную базу, в Хлопки. И вот такое грустное воспоминание — мы просыпаемся в субботу, спаниелисты уже ушли в поля, а у крыльца лежит один участник. «Не вздюжил», а рядом сидит грустный спаниель. Мы переложили хозяина поудобнее на травке, и пока работали на базе, он отдыхал. Потом пришёл в себя, сидел на крылечке относительно прямо, а пёс всё так же грустно сидел рядом, никуда не уходил, хотя не был привязан.
По-моему, соревнования завершились до обеда, и в пойму хозяин так и не выбрался.
Жалко таких собачек.

Юстас 02.08.2011 — 23:10

Доктор, я прочитал всё.
И хочу сказать — спасибо!

Пы.Сы. Топегстратер — сатрап, в сговоре с модераторыме: знает что литература без критики — не жива, но подчищает не без удовольствия))

vetdoctor 03.08.2011 — 13:59

МАРАЛ НА ОТСТОЕ.

Попробую воспроизвести по памяти ещё один из рассказов отца об охотах в экспедициях. Были они в этот раз где-то на Алтае. Проводником у них был местный тофолар Кузька. Местность была гористая, с пиками,»гольцами», как их там называли, уходящими в кучевые облака. Лагерь геологов стоял возле небольшой горной речки. Блёсен фабричного производства у них тогда не было, поэтому рыбу ловили на самодельные блёсна, сделанные из обточенной столовой ложки, залитой свинцом и так называемую «мышку» из подручных материалов. Хариус и щука были основной едой геологов, но людям хотелось мяса.

И вот отец в очередной раз принимает решение об использовании «пищевой» лицензии на копытных. Команда подбирается опять та же, что и всегда, кроме дяди Коли, который к тому времени получил реабилитацию и отбыл в родное село к семье. Сашок с нарезным ружьём кустарного производства, отец с гладкоствольным винчестером,проводник Кузька и лайка Туз.

Охотники вышли на рассвете, двинувшись вверх, к гольцам в надежде найти марала, у которых только что закончился гон и быки переместились на так называемые «отстои», представлявшие из себя что-то вроде террассы в горной породе. Низ горы был покрыт хвойной тайгой из молодых лиственниц. Туда-то и нырнул в полазе вездесущий Туз.

Через час где-то достаточно высоко от охотников раздался лай на одном месте. -Однако, насяльника, надо вкруг гора обходить. Иначе не пройдём-сказал Кузька. Начался подъём. Люди срывались с тропы и падали, царапаясь, и разбивая в кровь колени с локтями. Но азарт влёк их всё выше и выше.
Обойдя гору вокруг они явственно услышали лай где-то совсем недалеко от себя, но ничего не было видно. -Однако марала выше стоит-опять подъитожил Кузя и всё началось сначала.

Через три часа восхождения, сосвсем выбившиеся из сил охотники сделали ещё один виток восхождения вокруг горы. -Палыча, мотри, на той сторона Тузик маралку держит.Отстой однако-опять прокомментировал Кузя.-Да где стоит, не вижу?-ответил отец. Лай собаки раздавался где-то на той стороне ущелья, на противоположном склоне следующей горы. Наконец папа увидел оленя. Тот стоял на небольшой площадке с краю пропасти и пытался отогнать наседающую на него лайку. До него было около четырёхсот метров.

-Палыч, жалко зверя терять, столько подходили-начал заунывную песню Сашок-стрельни из моей ружбайки, у тебя ведь первый разряд по пулевой.
Отец сильно сомневался насчёт возможности стрельбы из пулемётного ствола с открытым прицелом на такое расстояние, но делать было нечего, поскольку подойти ближе к зверю не было никакой возможности. Свернув куртку, он положил её на камни. Потом встав на колени, положил ствол Сашкиного «чудо-ружья» на куртку. Прицел плыл в дымке, очки потели, марал то пропадал из поля зрения, то опять появлялся вновь. Наконец грохнул выстрел и эхо отразилось в скалах.

Марал как стоял на отстое, так и продолжал стоять. Но через некоторое время ноги его подогнулись и он рухнул вниз со скалы, пролетел метров сто пятьдесят вниз и исчез где-то среди скал у подножия противоположного склона. -Однако спускаться надо-сказал как ни в чём не бывало Кузька-а то разный зверюшка хулиганить будет, шибко олешка кушать любит. Спуск по неровной местности занял ещё больше времени, чем подъём. Туз злобно лаял на одном месте. Подойдя они увидели, что он отгоняет от туши марала небольшую россомаху,которая тоже претендовала на мясо.
Увидев людей,последняя ретировалась.

После этого тушу волоком спустили вниз к речке, а Кузька пошёл за мужиками в лагерь, чтобы принести туда мясо.-Однако, плохо что речка в другой сторона не течёт-сформулировал он перед уходом-тогда маленький плот делать можно, а так сам таскать маралка будем.
-Ну ты и стрелок, Палыч-уважительно протянул Сашок,уплетая жаренное на костре мясо. -Да я и сам не ожидал-честно признался отец-видно хорошие стволы для РПК делают, а может посто удача такая наша сегодня.

Сказать к слову, спустя много лет отец пытался повторить подобный выстрел по стоящему намного ближе оленю по просьбе владельца оружия,из карабина «Вепрь» с оптикой, но промазал. -Наверное,в то время перед Тузом и людьми, ожидающими мясо в лагере, было стыдно, вот и попал-резюмировал он тогда вечером за рюмочкой…

vetdoctor 04.08.2011 — 14:02

РУЖЬЁ МОЖЕТ БЫТЬ И КОПЕЕЧНЫМ…

Собрались как-то у костра охотники. И начали как водится, хвастаться своим оружием.Вечером, придя с зорьки открытия сезона, многие владельцы меркелей,зауэров и лебо сокрушённо кивали головами, жалуясь на ненайденную дичь. И тут к костру подошёл старичок. За спиной его висела потрепанная, видавшая виды тулка, а у ноги шёл старенький курцхаар. Поздоровавшись, старичок представился:
-Вениамин Петрович. -Лада-сказал он, кивнув на собаку.

Посидев немного и посмотрев на красивое оружие, Вениамин Петрович вежливо раскланялся, и пошёл к своей деревянной лодке. А страсти у костра разгорались всё больше. Главный в компании почтенный мужчина с властным взглядом убеждал всех, что из плохого ружья дичь никогда не добудешь.
Пошли ссылки на Бутурлина, Штейнгольца,Гринера. Приводилась масса случаев удачных выстрелов из ружей знаменитых производителей.

Утром после зари все участники вечерней дискуссии шли к стану. У одного висел чирок в тороках, у почтенного мужчины с лебо в руках в сетке вообще ничего не было. И тут мимо них спокойным шагом прошёл вчерашний старичок с собачкой. Был он весь загружен дичью. На ягдташе висело штук десять бекасов и коростелей, а через плечо была переброшена бечева, на которой висело сзади и спереди голов двадцать крякв. Старичок еле шёл. Подойдя к стану, он снял десяток крякв из связки и кинул их к костру.-Это Ваши вчерашние, возьмите-сказал он охотникам. Те поблагодарили старика.

-Не меня благодарить надо, а вот её-показал Вениамин Петрович на Ладу. И добавил-хорошее ружьё иметь конечно хорошо. Но вот старики ещё до войны мне говорили:-сынок, ружьё-то можно иметь и копеечное, а вот собаку обязательно сторублёвую. Сказав это старый охотник вежливо распрощался с несколько смущёнными господами и вместе с Ладой отправился к своей лодке.

чинг 04.08.2011 — 16:25

vetdoctor
ружьё-то можно иметь и копеечное, а вот собаку обязательно сторублёвую.

Как здорово сказано.

kefir4ik 05.08.2011 — 20:21

Что-то глючит Ганза.
Ловлю себя на мысли, что, как наркоман, жду нового рассказа, очень затягивает.
Ну и рассказ про отстрел Франкотта тоже не помешает 😊

vetdoctor 08.08.2011 — 14:57

ЧЁРНО-ПОДПАЛАЯ РОЗА НА БЕЛОМ СНЕГУ.

В конце зимнего сезона 1987 года позвонил мне знакомый охотник-ягдтерьерист и предложил поехать на охоту по зайцам к нашему старому другу Ивану в Шмыглино Волгоградской области. Ночным поездом на Александров Гай мы отправились в путь. Ранним утром, выгрузившись на станции Красный Кут, мы дождались автобуса и доехали на нём до большого старинного села Дьяковка. Вокруг Дьяковки до Волгоградской области расположен заячий заказник, поэтому мы с рюкзаками и сложенными в чехлы ружьями двинулись в путь по просёлочной дороге.

Погода была мягкая, поэтому я обул ноги в туристические ботинки, чтобы не таскать на себе тяжёлые валенки. Так мы прошагали около десяти километров. Коля (так зовут моего приятеля)вёл собачку в поводу. Собака была уже довольно взросленьким ягдтерьером со скверным характером, но отличающаяся выдающимися, со слов Николая, рабочими разносторнними качествами. В честь своей первой, весьма скандальной жены Коля назвал собаку Розой.

Зимний день короток, поэтому к Шмыглино мы пришли уже далеко за полдень.
Взору нашему предстала безрадостная картина. На месте прежних жилых домов везде возвышались небольшие остатки фундаментов,в заброшенных садах и огородах гулял ветер, а у единственно сохранившегося туалета скрипучую дверь постоянно расшатывало ветром в разные стороны. Дома, где жил Иван, не существовало. Делать нечего, надо идти в соседнюю деревню,в дом матери Ивана. Сложив ружья и зарядив их, спустили Розу с поводка.

Собака моментально уткнула нос в ближайший заячий след на огороде, ушла в густые терновые кусты и там тоненьким, беспрерывным тявканьем наполнила всё постранство заброшенной деревни. Через пять минут из кустов выкатил заяц. Ловлю его на мушку,двадцатка говорит своё хлёсткое «АХ!!!» и вот уже Колька с трудом отбирает у обазартившейся Розы весь покусанный трофей.
-С полем, барин!-традиционно поздравляет меня компаньон и мы движемся охотой в сторону чуть виднеющейся среди заснеженного пространства деревни.

Пока шли, Роза ещё раз погнала, на этот раз лису, загнала её в нору и мы до ночи ждали выхода лисы из отнорка.Наконец лиса выскочила, выстрел и Николай укладывает рыжую плутовку в целофановый пакет, предварительно побрызгав туда дихлофосом от блох.
Ловим вылетевшую пулей из норы разгорячённую погоней
собаку, пристегиваем её на поводок и движемся в сторону уже зажёгшихся огоньков.

Подмораживает и мои ноги, обутые в лёгкие туристические ботинки, начинают мёрзнуть. Переходим на бег, чтобы согреться.В конце пути ноги мои уже совсем ничего не чувствуют. Наконец-то находим нужный нам дом. Быстрее разуваюсь и прислоняю ступни к горячей печке.
Коля кормит собаку в сенях, разговаривая с Ваниной мамой.
Выясняется, что он на выходные уехал в Дьяковку к очередной своей зазнобе, поэтому нам предстоит выходные пожить здесь без него.

Утром мать Ивана, видя мои страдания, даёт мне старенькие валенки и большие портянки из порванного пухового платка.
Очень своевременно, поскольку термометр на дворе показывает минус пятнадцать. Выходим и движемся вдоль речки в сторону Шмыглино.
В первых же кустах Роза поднимает зайца и мы наблюдаем прелюбопытнейший гон.

-АРАРАРРАРАРАРАРАРАРАРРА-безостановочно тонко и злобно гремит метров по двести, затем длительная премолчка и всё повторяется опять в той же последовательности. -Давай метров через сто вдоль кустов с разных сторон станем,глядишь и прибежит зайчишка-говорит Колян. И добавляет извиняющимся голосом-это же тебе не гончая, приспосабливаться приходится.

Ну что-ж, думаю я, за универсальность надо платить.
И действительно, через некоторое время гремит выстрел напарника. Заяц взят. Так мы и приспособились перехватывать косого вдоль речки. Ещё двух до вечера заполевали.

В воскресенье рано утром, ещё по-тёмному вышли на дорогу, чтобы успеть на обратный автобус к полудню. Возле Шмыглино опять расчехлились и пустили Розу в поиск. Опять непрерывный гон и скол через двести метров. Применяем вчерашнюю тактику. Встаём таким образом, чтобы перекрыть возможные пути недалеко ушедшего зайца.

Я занял позицию среди холмов с берёзками. Вот Роза очередной раз страстно завопила и смолкла. Вижу, как метрах в двадцати пяти от меня по следующему бугру скачет огромный заяц. Почему-то он мне сначала показался чёрным на фоне белого снега. На самом деле он был рыже-белым с тёмно-серым кушаком на спине. Мушка двадцатки ловит голову зверька,хлёсткий выстрел хлопает в морозной тишине и двойка делает своё обычное дело. Заяц побился немного и скатился с бугра вниз. Там он уже не кажется мне чёрным. Пока я предавался своим мыслям, чёрно-подпалый вихрь оказался внизу и вцепился мёртвой хваткой в битого зайца.

Отобрать зверька у Розы оказалось не так-то просто. Пока Николай преодолевал разделявшие нас двести метров, трофей уже был весь в рваных ранах.
Заканчиваем охоту и движемся в деревню к автобусу. Еле-еле успеваем запрыгнуть в заднюю дверь. Роза разместилась под сиденьями, рядом с нашими рюкзаками и ружьями. Приезжаем в Красный Кут, вынимаем рюкзаки и видим неприглядную картину. Наша помощница забралась в Колькин рюкзак и распотрошила одного зайца. Половина автобуса в пуху. Водитель ругается, Николай предлагает тому уладить дело с помощью трёхрублёвой бумажки.
Тот соглашается, мы выгружаемся и идём в сторону вокзала…

vetdoctor 09.08.2011 — 15:14

И НА СТАРУХУ БЫВАЕТ ПРОРУХА.

В конце девяностых годов решились Саратовские легашатники провести состязания по тетереву с отстрелом птицы.Но с этим оказалось не всё так просто. Дело в том, что тетерев записан в Красную книгу Саратовской области. И пошли эксперты с кинологом с кучей бумаг по инстанциям,выписали специальное разрешение в облприроде,утвердили положение и стали дожидаться запланированного времени.

И вот наконец-то час икс настал.Встречаемся с экспертами, участниками и районным охотоведом на развилке возле города Вольск. Далее наш путь лежит в неизвестные нам доселе угодья, куда нас ведёт наш местный проводник, он же охотовед по совместительству.

Красивые холмы, покрытые лесом протянулись вдоль Волги на много десятков километров. Между ними поля,овраги с ручьями, посадки молодых берёз.
К полудню, проездив по многим местам и определив по порхалищам наличие выводков, охотовед указал нам место стана. Угодья для состязаний были все под рукой. Вечером прошла жеребьёвка.Нам с Атосом выпал первый номер.
Ночь у костра прошла как всегда продуктивно.

Опытные рассказывали тем, кто помоложе про то, как отличать петуха от курицы.Главное в инструктаже было то, что старку при выводке нельзя стрелять ни при каких обстоятельствах.
В результате пришли к выводу, что стрелять по птице из-под работы можно только по команде эксперта.

Утром, попив чаю, эксперты разделились на две бригады и захватив по три первых участника, разъехались по угодьям. Мы с Тошкой попали в бригаду Васильева В.В. Вадим Викторович записал все данные собаки,время пуска и дал команду на начало работы. Я, зарядив короткие стволы МЦ-8 траншейной семёркой,пустил собаку в поиск. Склон большого бугра был покрыт зарослями дикой вишни, между которыми время от времени попадались небольшие полянки.
Собака искала как на полянках, так и заходя в заросли.

Через несколько минут я увидел длинную потяжку по поляне, после чего кобель уткнулся носом в кусты и стал твёрдо. -Посылайте-скомандовал Васильев. Атос забежал вокруг зарослей и прыгнул в них мне навстречу.
С сильным хлопаньем крыльев над поляной по чистому полетел крупный тетерев.Солнце слепило мне в глаза, поэтому пол птицы был мне неясен.
-Стреляйте!-скомандовал эксперт и я послушно нажал спуск.Через несколько минут кобель по команде подал птицу.Это была старка.

На лицах у экспертов отразилось недоумение.Оказывается, что солнечная тень и с их стороны дала блики, отчего птица показалась чёрной.Делать нечего.Сопровождающий нас егерь успокаивает охотников, но настроение уже у всех испорчено.Эксперты описывают работу и снова Атос уходит в поиск.
После ещё трёх блестящих работ,из-под которых вылетали и петушки,настроение экспертов несколько приподнялось. После описания третьей работы нам объявляют вердикт:диплом второй степени при 76 баллах, чутьё 19. Егерь шепчет мне на ухо:-тетёрку в лагерь не неси,ощипи и сразу в котелок, чтобы охотовед не видел.-Понял-говорю-не дурак.Дурак бы не понял.

Прекрасно промчалось время в Вольской лесостепи.На другой день те, кто уже отработал, поохотились по пепепелам с коростелями.
К вечеру было торжественное построение, награждение и раздача призов. Мы с Атосом получили в очередной раз звание полевого победителя.Сын Атоса Крит занял второе место, уступив папе всего лишь один балл.

Перед тем, как уезжать, Вадим Викторович подошёл ко мне. Чувствовалось, что он до сих пор переживает свою ошибку с полом птицы.
В это время к нам подошёл охотовед.-Викторыч, не переживай,и на старуху бывает проруха-положив руку Васильеву на плечо, сказал он. Надо же, он оказывается всё знал и молчал до самого конца.

-Я в молодости тоже один раз случайно по старке пальнул-задумчиво произнёс он. И добавил-долго тоже переживал, поэтому потом никогда не стрелял, пока ясно черноту перьев не разгляжу.Другое дело-тетеревиная молодёжь, а старка…
Он вдруг замолчал и задумчиво посмотрел куда-то поверх деревьев.

vetdoctor 11.08.2011 — 15:38

Нам невозможно постигнуть мгновенье
Из них состоят и часы, и года
Тихою памятью ждёт возрожденье
Наших полей, тех, что были всегда

Где-то стучат возле ржи перепёлки
По вечерам там скрипит коростель
Ну а в опушках красивые ёлки
Так и зовут нас устроить постель

Ждёт за холмами красавица Волга
Вновь приглашает нас водная гладь
Нам до охоты осталось недолго
Жди у костра, только тихо присядь…

vetdoctor 12.08.2011 — 14:46

МАРАФОНСКИЙ ЗАПЛЫВ.

Как-то в начале девяностых охотился я с Атосом осенью на Волжских островах.
Так и не раздобыв ветрового стекла на свой катер,пришлось закрыть одну сторону рамки листом фанеры.Таким образом приходилось на сиденье класть ещё одну подушку,для того, чтобы сидеть выше фанерного листа и иметь обзор.
Прекрасная погода сопровождала нас всю неделю на Волге.

Лишь маленькое событие чуть-чуть огорчило меня.Один раз утром, поставив лодку на якорь и блесня щук, я решил вскипятить кофе.Для этого прямо в лодке я решил разжечь бензиновый примус «Шмель». Как только я поднёс зажжёную спичку к конфорке,весь примус вспыхнул прямо у меня в руках.
Ситуация грозила бедой, ведь в лодке находились три канистры с бензином.
Поэтому, не раздумывая долго, я выбросил полыхающий примус прямо за борт в воду.
Таким образом я лишил себя возможности приготовить что-либо без помощи костра.

Дни потекли размеренно. На бечеве, спускающейся с ветки дерева висела довольно внушительная гирлянда из вальдшнепов и пролётных уток.
Своё меню я время от времени разнообразил собранными на островах шампиньонами и пойманными на блесну щуками. Наконец запасы хлеба, бензина и патронов стали подходить к концу и мы с Тошкой,собрав стан, двинулись в сторону города.

По пути решено было заехать на один из островов, где в такое время года почти всегда можно было поохотиться на уток с подхода.
Причалив катер, я быстренько собрал МЦ-шку с траншейными стволами, зарядив их спортивной семёркой и вместе с кобелём двинулся в сторону внутреннего озера. Протиснувшись между кустами, я вышел на берег круглого, как блюдце, озерца.
Атос уже плыл к затопленным кустам на противоположном берегу,из-под которых начали подниматься тяжёлые кряквы. Выбрав пару селезней поближе, стреляю метров с сорока дуплетом.

Первый селезень как тряпка валится на песок противоположного берега острова,прямо за озерцом, а второй улетает со снижением в сторону коренной Волги. Вылезший на песок из воды Атос внимательно следит за отлетающим подранком.Метров через сто пятьдесят крякаш падает и исчезает из видимости среди волн почти на фарватере реки.
Кобель плюхается в воду и плывёт в сторону коренной Волги.
Я кричу ему-назад!,но он не слушает меня, а упрямо плывёт к своей цели.

Собаку и утку начинает сносить течением.Атос уже еле различим среди водной глади.До него метров четыреста от берега. Наконец вижу плывущую в мою сторону собаку. Тошке тяжело бороться с теченим, но он всё равно плывёт.

Уже видно, что он с добычей. Доплыв до нижнего конца островка, он кладёт утку на песок, отряхивается, затем берёт добычу опять в зубы и трусит по песочку в мою сторону. Традиционно ткнув меня носом в колено, отдаёт селезня, после чего разворачивается и уходит в сторону кустов на берегу, откуда появляется со вторым селезнем в пасти.

Начинает сыпать мелкий снежок. Очень быстро, полив найденный на берегу топляк бензином, развожу костёр и согреваю геройскую собаку,растирая кобеля старой телогрейкой, лежавшей в рундуке катера.Целую своего ушастого друга в довольную курносую морду.

Скармливаю ему последнюю оставшуюся банку тушёнки,завожу мотор и отчаливаю от островка. У базы нас уже втречает мой коллега на «скорой» ветпомощи. Делюсь с ним дарами природы и мы благополучно доезжаем до дома.Утром, выглянув в окно, я увидел всю заметённую снегом улицу.Пришла пора ставить катер на зимний режим стоянки.

vetdoctor 16.08.2011 — 17:32

ВОСЕМЬ ПРОЛЁТОВ ВВЕРХ,ВОСЕМЬ ПРОЛЁТОВ ВНИЗ…

Собаку звали Джоем. Был он старым заслуженным кобелём ирландского сеттера,честно отработавшим свой короткий собачий век. Позади были выставки,испытания,состязания и конечно же, любимое их с хозяином занятие-охота. Ради охоты Джой был готов на всё. Много осеней он со своим хозяином Николаем Ивановичем исправно работал по всей дичи, которая только водилась в угодьях, где они охотились.

Но вот опять сегодня Джою немножко полегчало. Вчера в клинике известный хирург Николай Николаевич, по прозвищу «ушастый»,откачал очередное ведро транссудата из его живота и он опять сможет с хозяином выйти на прогулку.
Раньше Джой не замечал этих четырёх этажей, с которых надо было сначала спуститься, а потом опять подняться. Как рыжий вихрь залетал он на свой этаж и требовательно царапался в дверь своей квартиры.

А теперь он стал считать пролёты лестничных клеток. Как же тяжело стало подниматься и спускаться. Хозяин опять берёт поводок.Джой завилял красивым породным пером.Вся его седая морда выражала готовность идти гулять.Гулять! С какой радостью они раньше с хозяином выбегали из подъезда старого хрущёвского дома.Где те годы? Николай Иванович снова одевает ошейник, пристёгивает поводок и они потихоньку выходят из квартиры.

Как же долго тянутся эти восемь пролётов вниз. А ведь ещё только два этажа прошли. -Ничего,Джойка, мы ещё поохотимся-подбадривает старую собаку хозяин. -Ещё четыре пролёта и мы во дворе-думает Джой и потихоньку спускается ещё на один пролёт. Вот наконец и двор, такой знакомый со щенячества. Здесь он когда-то познавал мир кошачьих запахов и недовольного ворчания старух, сидевших на лавочке.Отсюда они с хозяином уезжали на старенькой «Победе» в свой знакомый до боли лес, где живут длинноносые птицы, на которых надо ставать на стойку.

Кишечник опрожнился, мочевой пузырь пуст и хозяин говорит:-домой, мальчик,пошли отдыхать.И опять эти мучительные восемь пролётов вверх. Дыхание прерывается, в животе тяжёлый переливающийся пузырь, сердце едва колотится.Но надо идти, ведь хозяин зовёт. Ну вот наконец и дверь, а за нею лежак.Можно отдохнуть. Джой лёг и забылся глубоким сном.

Снилось ему поле с берёзками. Вот он летит, как ветер,лавируя то вправо, то влево по свисткам Николая Ивановича.Вот он наконец поймал знакомый запах больших куриных птиц и застыл как изваяние. На носу его сидит слепень, но он не чувствует укуса.-Пиль!-звучит команда и он бросается вперёд очертя голову.Мелькание чёрных и в крапинку перьев перед мордой, выстрел и вот он уже гордо несёт хозяину чёрного с лирою петуха.

Джой последний раз проскрёб конечностями по полу рядом с лежаком, на котором лежал. И вот он уже поднимается в подъезде к своей квартире.Опять впереди восемь пролетов лестничных маршей.На последнем марше ему как будто кто-то придал сил и он полетел вперёд как раньше, в молодости…

Хозяин подошёл, закрыл Джою глаза и истерично зарыдал.Но не было больше впереди этих мучительных лестничных пролётов.Джой летел в страну вечной охоты…

Степан31 17.08.2011 — 09:25

Тронуло…

doctor73 17.08.2011 — 10:11

vetdoctor
откачал очередное ведро транссудата

vetdoctor
Кишечник опрожнился, мочевой пузырь пуст

…он нежно взял девушку за верхнюю конечность… Трогательная замечательная история, но профессионализмы стоит убрать 😛

vetdoctor 17.08.2011 — 12:27

doctor73
…он нежно взял девушку за верхнюю конечность… Трогательная замечательная история, но профессионализмы стоит убрать 😛

Алексей, ну ведь из песни слов не выкинешь, а доктор-он и в Африке доктор,поэтому терминология такая 😉

doctor73 17.08.2011 — 12:34

Я вспомнил своего преподавателя по патофизиологии: «Алексей, выплюньте жвачку из ротовой полости»! 😊

vetdoctor
а доктор-он и в Африке доктор

+ 1000000

Паршев 17.08.2011 — 12:56

Это диалектизмы.

Но при издании есть такая штука, редактура. Это не с проста ума придумано, не от нечего делать.

vetdoctor 17.08.2011 — 15:12

Там, где виднеется поле вдали
И колосится созревшая рожь
Шли мы когда-то,всё шли да и шли
И недоступен был сердцу мороз

Там среди трав распознал я тебя
Нежно словами на ушко шептал
Утром проснулись,друг друга любя
Лишь осознав,что тебя я вдруг взял

Стлался по полю глубокий туман
Клин журавлей отлетал на юга
Но не выходит из мыслей дурман
Жаркое тело твоё как пурга

Но подойдёт и лизнёт щёку пёс
Скоро на зорю пора нам опять
И потихоньку пойдём мы на плёс
В новом сезоне открытье встречать

vetdoctor 19.08.2011 — 12:51

КИНОЛОГ.

В конце семидесятых годов умер наш старенький кинолог. И вот прихожу я с собакой в старое ещё областное общество охотников, распологавшееся в то время на улице Коммунарной, что возле парка Липки.Вышел парень лет тридцати с мощной жилистой шеей и глазами навыкате.

-Тебе чего?-бесцеремонно обратился он ко мне.-Да вот собаку на выставку пришёл записать, в каталог занести-ответил я.-Хорошая у тебя гончая-было ответом.-А Вы, простите, кто?-полюбопыствовал я.-Новый кинолог-было ответом.Я был в шоке.Кинолог в охотничьем обществе не разбирается в породах охотничьих собак, называя пойнтера гончей.

Нового кинолога звали Серёжей. Был он студентом-заочником зооинженерного факультета зооветинститута.Об охоте он имел примерно такое же понятие, как и о собаках.Но специалисты не шли работать на такую мизерную зарплату, а энтузиастов в то время было днём с огнём не сыскать.

Опытные охотники решили взять шефство над парнем.Подарили ему кучу всякой охотничье-кинологической литературы, а И.М.Сметанин подарил ему щенка русского охотничьего спаниеля, от которого по случаю отказались прежние владельцы.

Начали брать его на все мероприятия в поле, будь то испытания или состязания собак разных пород.Постепенно пробел в знаниях у Сергея уменьшался и он уже довольно чётко представлял себе работу различных групп пород охотничьих собак. Однажды мой друг Валера по простоте душевной пригласил Сергея с нами на охоту.

После утренней охоты на луговине возле стана тогдашний пойнтер Валерия Джина стала. Хозяин собаки решил угостить Сергея охотой и пригласил того стрельнуть из-под своей собачки. По посылу резким броском Джина подала на крыло коростеля и остановилась.Коростель не успел отлететь и метра от места подъёма, как грянул выстрел и Джина упав, заскулила.Оба её уха оказались прострелены насквозь, а злополучный коростель улетел как ни в чём не бывало.

Никогда, ни до, не после я не видел своего друга таким агрессивным.
Он отнял у Сергея ружьё,разрядил его,положил на траву, подошёл и влепил звонкую оплеуху нашему олуху по челюсти, от чего тот моментально присел на колени и замотал головой.После этого Валерий за шиворот приволок неудачливого стрелка к скулящей собаке и начал выговаривать ему всё, что он о нём и ему подобных думает.

К счастью, ранки были незначительные.Я наложил Джине повязку на голову, в результате чего она стала походить на военного ветерана-инвалида после госпиталя.Немного прийдя в себя, Валера уже начал подшучивать над бедной собачкой, напевая известную песню о раненном командире Щорсе.Но охота была испорчена, настроение тоже.Позже Сергей стал самостоятельно охотиться со своим спаниелем по вальдшнепу,выезжая в близлежащие угодья на пригородном поезде.

Каждый раз это сопровождалось весьма колоритным рассказом. Например таким:
-был в Буркино-многозначительно подмигивая, говорил он.-Ну и как-спрашивали его в ответ.-Видел вальдшнепа-было ответом.-Взял?-опять спрашивали его.
-Выстрелить не успел-отвечал охотник.

Позже он в тех же угодьях со спаниелем пристрастился охотиться по зайцам поздней осенью и зимой.
Рассказы об этих поездках были ещё смешнее.
-Был в Буркино.Мишка (так звали собаку)как бросится в кусты, заяц как выскочит,а я как выстрелю.И попал ему прямо в скакательный сустав.

Люди умирали от хохота от такой непосредственности восприятия.Позже его на должности кинолога сменил многоуважаемый старичок-охотник Валентин Аристархович Сурменев, а Серёжу перевели экспедитором в охотничий магазин на проспекте Кирова.

Там мы часто пользовалтсь его услугами при покупке дефицитных в то время патронов.Ко времени окончания института он стал уже вполне сложившимся охотником, имеющим правильные представления об охоте и собаках.Какова сейчас его дальнейшая судьба я не знаю, поскольку никто из моих знакомых с ним давно не общается.

Viksv 19.08.2011 — 18:20

Было это в те золотые для спаниелей времена, когда к концу мая вечером в пятницу на Бугре трудно было найти место, чтобы поставить палатку. Слева от дороги негласно был лагерь английских кокеров, справа — РОС, а что такое английский спрингер глава племенного сектора Архипов показывал всем на картинке. Народу собиралось так много, что однажды для меня это чуть не окончилось печально. Некий запоздалый спаниелист приехав поздно, приткнул свою машину ко входу в мою палатку. Ночью он замерз и, решил запустить двигатель, превратив мое убежище в газовую камеру, и только бдительность моей Долли спасла нам жизнь.
На деревьях висели листы записи на испытания, и порой шести комиссий было мало, чтобы удовлетворить всех желающих. Бессменный комендант Бугра и председатель секции РОС Владимир Владимирович Рогач вместе с супругой Александрой Александровной установили на Бугре необыкновенно теплую, дружелюбную, практически семейную обстановку, о которой я неизменно вспоминаю с большой ностальгией.
О Бугре и спаниелистах того времени обязательно попробую написать, но сейчас хочется рассказать об одном случае. Лев Михайлович, в прошлом цирковой акробат, а потом преподаватель эстрадно-циркового училища был заядлым спаниелистом. Профессия несомненно оставила на нем свой отпечаток и вокруг него постоянно что-то случалось.
По традиции 9 мая происходило открытие сезона на Бугре. Птица, как правило в поле еще не появлялась, и в эти дни на Бугре народ праздновал открытие сезона натаски и проводил первые практические занятия с начинающими спаниелистами. Лев Михайлович, как глава полевого сектора был в центре событий. Его синий горбатый запорожец весело в клубах пыли врывался на Бугор, из него выскакивали два РОСа Топаз и Агата и начинались чудеса.
В этот день Лев Михайлович прибыв на Бугор, пообедав в компании и , как водится, отметив открытие решил провести первое занятие с начинающими спаниелистами. Посмотреть на это сбежался весь Бугор. Собрав дестка полтора первопольных собак и их владельцев, Лев Михайлович воодушевленный праздничным обедом толкнул им вступительное слово и стал проверять, как собаки обучены выполнять команду «сидеть». Он велел владельцам передать ему поводки и намотав их для верности на руки распорядился усадить собак. Не прошло и 5 секунд, как к ужасу владельцев несколько кобелей устроили страшную свалку, которую Лев Михайлович решительно разогнал лихими страшными криками и пинками, чем привел начинающих владельцев в полное сметение — злой дядька раздавал тумаки их милым домашним ласковым питомцам. Зрители — более опытные спаниелисты тихо зароптали по поводу проведении занятий навеселе. Наконец мир восторжествовал, собак усадили и владельцы, как бандерлоги испугано и трепетно взирали на педагога. Тот, воодушевленный победой, гордо осмотрел собравшихся и перешел ко второй части марлезонского балета.
-Теперь велите собакам сидеть, а сами прячьтесь от них в лесу, тоном нетерпящим возражений сказал педагог. Люди бросились прятаться в ельничек. Того, что произошло в следующую минуту не ждал никто. Дюжина первопольных собак дружно и решительно бросилась вслед за хозяевами. Крепко привязанный к ним наставник, оглашая местность теми криками, которые так знакомы нам по попыткам остановить в поле погнавшую дичь собаку, вынужден был энергично последовать за сворой. Кусты и ельник были достаточно плотные. Через пару секунд на педагоге практически не осталось целой одежды. Бугор ликовал.
Больше на моей памяти на Бугре занятия в нетрезвом виде не проводились.

vetdoctor 22.08.2011 — 14:09

Вот они,чёрные с лирой хвосты
Крыльев мельканьем отмечен подъём
Мушкою только ведёшь снова ты
И косача мы сегодня возьмём

Грохот два раза, огонь из стволов
Падают чёрные с лирой в траву
Тяжёл ягдташ, я вернуться готов
К супу куриному всех позову

Будем под рюмочку мы вспоминать
Как каменеет в траве пойнтер мой
Как ему хочется птичку достать
И как в грозу возвращались домой

Будут наверно и схожие дни
Будут и стойки, и будет стрельба
Лишь не повтОрятся снова они
Штучное счастье нам дарит судьба…

Viksv 22.08.2011 — 23:20

Если не очень утомил, попробую продолжить. Не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет.

В те времена поездка на Бугор представляла собой некоторое приключение.
Счастливые обладатели автомобилей в пятницу вечером катили в своем личном счастье в Раменский район и ругались на пробки. О как они были наивны. Они понятия тогда не имели, что есть пробка. Менее устроенные в жизни должны были ехать сначала на метро, потом на электричке, а завершал путешествие небольшой марш-бросок 6 км. по пересеченной местности, сначала лесом, затем лугами. Причем марш-бросок этот происходил поначалу с полной выкладкой. Тащить надо было палатку, спальник, продукты на себя и ушастую на три дня, топор, прочий скарб и главное — литров 5 воды, которой на Бугре не было. Это уж потом, познакомившись с спаниелистами ты понимал, что водой с удовольствием поделятся автомобилисты, а палатку надо сшить из парашюта, чтобы вмести с трубками и тентом весила она 125 граммов и ее единственный недостаток в том, что шутники за прозрачность называют ее Резиновым изделием N2. В общем, на первых порах рюкзачок тянул килограмм на 50 и позволял испытать райское блаженство, когда, доперев его до любимой сосны на Бугре, ты скидывал его с плеч и плюхался на землю. В дороге пешехода ждало еще одно испытание. Где-то треть пути проходила через луга, в которых паслись тощие, как велосипеды, совхозные коровы, неизменно воспринимающие видимо наших спаниелей, как источник всех своих бед, и, вопреки законам природы, калорий. При встрече с этим стадом стоило заложить круг. Мой товарищ как-то пренебрег этим правилом и оказался лицом к лицу с надвигающимся стадом. Толи его необыкновенно интеллигентная, как и хозяин, собачка так раззадорила быков, толи предмет его гордости — ярко алый рюкзак «Ермак», но быки двинулись на него явно с желанием устроить небольшую корриду. Единственным спасением был бетонный забор фермы, на который Саша умудрился залезть с пятидесятикилограммовым рюкзаком за спиной, сжимая свою Лину одной рукой. Потом мы долго смеялись, предлагая ему повторить этот трюк за любое вознаграждение, но было очевидно, что сие просто невозможно.
Как-то проделав такой путь, я часам к 8 вышел на Бугор. Только я сбросил рюкзак, как мимо с гамом проследовала веселая толпа спаниелистов предводительствуемая Львом Михайловичем. Он начал активно звать меня идти с ними, и из всего шума мне удалось понять, что Лев Михайлович изготовил где-то в цирковых мастерских замечательную латунную пушку с лафетом из красного дерева, и он зовет всех произвести из нее залп во славу наших ушастых и открытия сезона. Сказав, что хочу успеть поставить палатку до темна, я принялся разбирать рюкзак, а вся компания дружно проследовала на опушку.
Минут через 15 окрестности потряс оглушительный, как потом выяснилось в прямом смысле, грохот. Из сбивчивых рассказов компании выяснилось следующее: пушка Льва Михайловича представляла из себя ствол длинной с полметра и калибром 50мм. Казенная часть вкручивалась в ствол, а в дульной части, видимо для стрельбы дробью, было организовано дульное сужение где-то в сантиметр. Лев Михайлович туго забил в ствол пару горстей, слава богу, дымного пороха, запыжил и предложил председателю Владимиру Владимировичу почетное право произвести выстрел.
Ты представляешь, говорил мне потом Владимир Владимирович, я, старый дурак, пятьдесят лет опыта общения с оружием, Леву давно знаю, как облупленного. Какого черта я согласился?!!!
В общем, все во главе со Львом Михайловичем отошли, Владимир Владимирович поджег фитиль и … Ствол нашли метров за пятьдесят, казенная часть как испарилась. К счастью, все обошлось без жертв, только главному канониру куском лафета оцарапало щеку, и с тех пор он оглох на одно ухо.
Сколько он не жаловался врачам, они хором говорили: — это от возраста. От возраста, от возраста : ворчал Владимир Владимирович и поминал тихим добрым словом Леву.
Ну если тапочками не закидают, напишу про испытания:

vetdoctor 23.08.2011 — 14:03

ХИТРЫЙ ВАЛЬДШНЕП.

Сезон 2008 года подходил к концу.Грустным и обидным было то, что ещё в самом его начале я лишился любимого привычного ружья. Украли моё МЦ-8-4 с обеими парами стволов.Приходилось стрелять из кучной старушки Дефурни.На какие только хитрости я не шёл, чтобы уменьшить кучность.Последним решением стала зарядка патронов с двадцатью граммами девятки. Трофеи стали выглядеть более-менее прилично, особено если удавалось отпустить птицу метров на двадцать пять.

Был я в отпуске, жил в деревне на даче у своего друга Валерия, который время от времени уезжал в город, решая там свои преподавательские дела.
Охота протекала успешно,уже около пяти десятков вальдшнепов были взяты нами с Портосом. Иногда удавалось поохотиться и по куропатке, так что сезон складывался удачно. Несмотря на опасения в стрельбе из бельгийской старушки,на моём счету были в этом сезоне и два вальдшнепиных дуплета.Но был у нас с Портошкой один общий секрет.

В одном из оврагов возле ручья в одном и том же месте Портос всё время находил и поднимал вальдшнепа, который постоянно либо улетал без выстрела, либо был вчистую промазан. И вот в один из солнечных дней конца октября мы опять с собакой идём вдоль знакомого ручья.Портос как по ниточке потянул к кустам, где всегда сидит «вальдшнепиный профессор», как окрестили мы его с Валерой,оглянулся на меня и твёрдо стал. Зная способность хитрой птицы улетать низом вдоль ручья, я забежал вперёд и спустился к самой воде.

Ну всё казалось бы я предусмотрел.Вальдшнепу деваться некуда.Посылаю собаку. Вальдшнеп поднимается прямо передо мной в одном метре и летит мне в лоб. Инстинктивно делаю уклон, разворачиваюсь за птицей, а вальдшнеп неожиданно пропадает из виду, завернув за густую необлетевшую ольху.
-Опять он нас с тобой провёл,Портошка-говорю я собаке. Кобель внимательно смотрит на меня, поводя головой из стороны в сторону.

Идём в сторону, куда скрылась птица и снова Портос находит вальдшнепа.
На этот раз в очень густом терновнике. Посыл, треск крыльев взлетающей птицы и опять ничего не видно. Так мы и гоняли «профессора» почти до самой темноты.
Я уже как заговорённый хотел во чтобы-то не стало обхитрить коварного долгоносика.Но мне так это и не удавалось. То отбежит от стойки и улетит низом, то за деревом спрячется хитрец.

Но вот наконец почти на закате стойка в довольно небольшом лесочке. Готовлюсь, просчитываю варианты полёта птицы и посылаю Портоса вперёд. Умная собака на этот раз работает с заходом, отрезая птице пути к бегству за берёзку, где растёт густой дубняк. Вальдшнеп вылетает впервые за последние две недели на чистое,делает «свечку» и зависает над дубовым подростом.
Хватаю силует птицы на мушку и к своему удивлению,не нажимаю спуск.
Так и остался в том лесу «вальдшнепиный профессор». Обхитрили мы его с Портофелем, а стрелять я его почему-то не стал.Пусть живёт, раз такой умный.

КИМ видео 24.08.2011 — 15:13

Ну если тапочками не закидают, напишу про испытания:

Давай. Тапочки готовы. 😊

vetdoctor 24.08.2011 — 18:18

Ну вот. Написал рассказ, а Ганза куда-то его списала.Обидно. Больше не пишу, раз нет возможности сохранить, вернуть или поправить написанное.
С уважением, д-р Б.

чинг 24.08.2011 — 18:33

vetdoctor
Ну вот. Написал рассказ, а Ганза куда-то его списала.Обидно. Больше не пишу, раз нет возможности сохранить, вернуть или поправить написанное.
С уважением, д-р Б.

Игорь, у меня несколько раз так было. Обязательно сохраняй у себя на компе.

Viksv 25.08.2011 — 12:22

vetdoctor
Ганза куда-то его списала

Сперли вороги 😊.
Не зря Ильф и Петров говорили, что братья Гонкур делали так: пока один бегал по издателям, другой стерег рукопись.
А писателя-одиночку всякий обидеть может. Жулья-то кругом полно 😊
Просто пишите, например, в word-e, сохраняйте, а потом через клипбоард копируйте текст в окно быстрого ответа Guns. И будет Вам счастье.

vetdoctor 25.08.2011 — 18:54

НЕ БЫВАЕТ ПЛОХИХ СОБАК.
Приехал я как-то зимой в одну из деревень, где как мне рассказывали «бывалые», водилось огромное количество зайцев.Место было отдалённое, автобусы туда не ходили, до ближайшей трассы надо было пройти двенадцать километров по заснеженному полю на лыжах.Еднственное сообщение с внешним миром там существовало на тракторных тележках, да и то раз в неделю.
На счастье местных жителей там существовала своя хлебопекарня, а остальные продукты привозили в деревенский магазинчик два раза в месяц, да и то по хорошей погоде.

Вот и решился я поехать туда в зимние студенческие каникулы вместе со одним своим одногрупником по институту. Высадившись в продуваемой ветром степи, мы встали на лыжи и двинулись навстречу леденящему ветру с позёмкой. Через пару часов впереди замаячили огоньки небольшой деревушки, затерянной в бескрайней заволжской степи. Скоро мы уже подъезжали по засыпанной снегом улице к дому, возле которого светил раскачивающийся на ветру фонарь,укреплённый на верхушке электрического столба.

Родители Владимира (так звали моего товарища)приняли нас с большой теплотой. Отец его начал рассказывать, какие грамотные были ветврачи в пору его молодости. Выпили по одной и по следующей. Нам пожелали хорошо учиться и стать достойными специалистами своего дела.Разморённый жарко натопленной печью и водкой я попросился спать. Меня проводили в соседнюю комнату, указали на кровать. Я лёг и провалился в сон.

Утром мама Володи накормила нас деревенским завтраком. Я начал расспрашивать её о гончих собаках, живущих в деревне и об охотниках, с которыми можно было бы поохотиться. Она рассказала мне, что у соседа сидит на цепи третий год, как тот сам говорит, совершенно никудышная собака, которую тот купил с родословной за довольно большие для деревни деньги.

Заинтересовавшись, я пошёл к соседу знакомиться. -Возьми в холодильнике пузырёк-авторитетно сказал мне Владимир-а то он и разговаривать с тобой не будет. Войдя через обветшалую калитку в соседний дом, я увидел высунувшуюся из будки голову породной русской гончей, за которой тянулась длинная цепь. Я погладил собаку и она лизнула меня в руку.

Хозяина звали Васей. Был он местным трактористом, время от времени балующимся с ружьишком. Выпив и захмелев, он начал склонять на все лады местного ветфельдшера, который никак не придёт посмотреть,беременна ли его первотёлка. Я тут же согласился осмотреть животное и после очередной рюмочки я, проведя ректальное исследование, подтвердил его мысли насчёт ожидаемого телёнка.
По этому поводу Вася выдвинул из-под кровати половину ящика водки, но тут я запротестовал, попросив его взамен дать мне собаку на охоту.

-Да хоть совсем его забирай, дармоеда этого-в сердцах воскликнул Вася
-Столько денег за него отвалил, а он негодяй,угонит зайца и назад возвращается. Мне стало интересно.Выжлеца звали Брежневым.Почему-то не боясь парткомов, Вася назвал собаку фамилией только что умершего генсека, за развитые надбровные дуги. Брежнев с удовольствием пошёл со мной, несмотря на завывающую метель.-А рог у Вас есть?-спросил я Василия.
Он недоумённо посмотрел на меня, явно не понимая о чём идёт речь.

Выйдя за околицу, Брежнев внимательно посмотрел на меня умными глазами,как бы примериваясь, что я за птица.-Буди его, тут был, тут лежит, тут он!-прокричал я сквозь вой ветра выжлецу. Собака ушла в полаз, но время от времени показывалась и проверяла моё местонахождение, как подружейная.
Наконец слышу очень яркий породный гон. Голос ведёт по кустам вдоль речки.

Бегу на перехват и вижу небыстро идущего зайца на той стороне реки. До него метров сорок. Умеряю дыхание,ловлю на мушку косого, жму и заяц кувыркается с краю камышей на той стороне речки. Брежнев доходит до зайца, ложится рядом с ним и начинает облизывать окровавленную морду косого.
Подхожу, отрезаю пазанки, бросаю их собаке. Брежнев с благодарностью проглатывает лапки и лижет мою руку. Глажу собаку по рыжей голове.

Приторачиваю зайца и опять продвигаемся вдоль речки. Я еду на лыжах по льду, а выжлец обыскивает таловые кусты вдоль берега.Вот опять очередной зарёв и гон удаляется от меня в сторону деревни.Скоро перемолчка.Вижу идущего в мою сторону выжлеца.Подхожу к нему и иду вместе с ним по следам зайца. Нахожу скидку, показываю её собаке и снова жаркий мелодичный гон в обратную сторону. На втором кругу заяц начал кружить в небольшом островке густых камышей, засыпанных снегом. Наконец хитрец не выдержал и покатил по краю камышей на чистом. Выстрел застиг его в тот момент, когда он хотел опять юркнуть в камыши.

Брежнев вышел из камышей, дошёл с голосом по следу до битого зверька и опять получил свои пазанки. Я взял собаку на сворку и покатил в деревню.Сердце моё билось и замирало от восторга от того, что мне удалось за какие-то четыре часа нагонять прекрасную породную собаку.

Василий, увидев меня с двумя русаками, очень удивился. Не поверив моему рассказу, он решил на следующий день пойти вместе со мной на охоту.
На другой день выяснилось, что человек не имеет ни малейшего понятия о том, как должна работать гончая собака.-А я думал, что раз с родословной, то должна на меня зайцев нагонять-признался он мне после первого же взятого зайца.

Брежнев оказался талантливейшей собакой. За неделю, что мы там жили, из-под него было отстреляно двадцать два русака. Василий, поняв свою ошибку, начал впитывать всё, что я ему рассказывал про гончих.После моего отъезда оттуда, он начал правильно охотиться с собакой и слава о выжлеце разнеслась на всю округу. К нему начали приезжать, предлагая продать собаку.В конце концов Брежнев пропал.То ли это было случайно, то ли кто-то украл его,так никто и не узнал…

Viksv 27.08.2011 — 23:55

Испытания. (часть I)
( Заранее прошу читателя не пытаться угадать конкретные имен экспертов и испытуемых, кроме явно указаных. Все сходства случайны)

(если не соберу большую коллекцию тапок, опкбликую продолжение 😊 )

Viksv 28.08.2011 — 20:40

Коллеги, уверен, что у кого-то из вас есть старые фото с Бугра. Поделитесь пожалуйста.

vetdoctor 31.08.2011 — 15:38

ПОТЕРЯННАЯ АНТАБКА.
Первая поездка с новым ружьём в новом сезоне.Наконец-то сбылось. Получил я из магазина давно мною оплаченный товар, теперь почти раритет и несомненно, бренд.Хотя в былые времена о ружьях Августа Франкотта бывалые охотники не отзывались столь восторженно, как сейчас, несмотря на всегдашнее уважение к ружьям этой старой, проверенной временем, фирмы.

Знакомый оружейник временно устранил шат с помощью оборачивания вокруг осевого болта золотой фольги,обещая сменить осевой болт после сезона легашачьей охоты, к коей и сам причастен, поскольку записной пойнтерист.
Передняя антабка держалась лишь на одном верхнем болте, который оружейник завернул намертво,обещая, что будет держаться по-крайней мере пару охот.

И вот с таким радужным настроением, даже ещё только с лицензией, не обменянной на разрешение, сначала я поехал на стенд. Мой друг и тренер Алексей Иванович встретил меня очень тепло. Отстреляв пару серий по программе Большого спортинга, я понял, что мечты мои сбылись. Ружьё попадает во всё, на что смотрят мои глаза.Единственное неудобство для стрельбы из-под собаки-это чрезмерная кучность накоротке в сочетании с прекрасной резкостью.

Поскольку отпущенные для регистраци две недели не истекли, я с моим другом Петром Константиновичем и его пойнтером Томом, вместе с моим Портошкой отправились в близлежащие угодья. Приехав на место мы решили пройти по известной мне по прошлым охотам луговине, на этот раз не скошенной и заросшей бурьяном. Не прошли мы и ста метров, как Портос стал накоротке в безветрие. Поднявшийся довольно крупный перепел был отпущен и легко отстрелян мною из правого ствола бесконтейнерной девяткой.

На вечернюю зорю мы встали на обмелевшем озерке,клином вдававшемся в систему Волжских разливов. Продвигаясь среди камышей, я не успел среагировать на заходящих на посадку крякв, которые сели метрах в семидесяти от меня под другим берегом. Неожиданно Портос потянул по грязи, увязая в ней всё больше и больше. Впереди раздалось характерное чмоканье взлетающего бекаса.
На фоне гаснущей зари вижу длинноклювого летуна, жму спуск и вижу место падения птицы. В это время с другой стороны от выстрела поднялось с пяток кряковых, которые улетели за камышами. Два наших пойнтера в течение всей зари безуспешно искали сбитого бекаса.

Прийдя на стан я услышал звонок сотового телефона. Звонил мой друг Володя, чьего дратхаара я прооперировал два месяца назад.-Ты где?-прозвучало в трубке.-Я там-то и там-то-отвечал я.-Так подъезжай, мы в километре от тебя здесь же-было ответом. Мы поехали по предлагаемому адресу и скоро среди кустов увидели пляшущие огоньки костра и стоящий в тени джип.

Володя был не один.С ним был ешё один дратхаарист Анатолий, которого я тоже знал давно, как серьёзного собаковода. -Покажи новую ружбайку?-было его первым вопросом ко мне. -Да посмотри-ответил я, протягивая ему Франкотт.
-Да это же ИЖ-58-приколол меня Анатолий.-Только из Бельгии-парировал я.
Вечер прошёл, как всегда, удачно, под шашлыки и охотничьи рассказы.

Утром мы с Петром проспали зорьку, а когда встали, наши компаньоны уже пришли, хвастаясь двумя парами перепелов, взятых из-под собак. Позавтракав, ребята засобирались в город и уехали.Несмотря на жару, я решился прогуляться по полю. Портос на первой же скошенной полянке стал и поднял мне под выстрел коростеля, который и попал в наш ягдташ.
Ну вот и мы с полем.

Проходя мимо протоки, краем глаза замечаю налетающих сзади уток. Стреляю из правого ствола семёркой и вот уже крупный крякаш кувыркается через крыло метрах в шестидесяти от нас и падает в камыш на противоположную сторону. Портос переплывает протоку, выгоняет подранка на чистое, но стрелять нельзя, поскольку утка плывёт в одном створе с собакой.Наконец утка ещё раз ныряет, но кобель всё равно ловит её в камышах.

Начинает подниматься жара и мы спешим на стан. Петя тоже взял коростеля.Срочно щипим птицу, готовим шулюм, обедаем и отдыхаем. Напротив нас через протоку рыбаки тягают на удочку карасей одного за одним.Увлекательное зрелище,но мы без снастей,поэтому только комментируем происходящее.Вечером идём на зорю, по пути проверяя перепелиное поле. Птицы там нет, поэтому перейдя через неглубокий заливчик, становлюсь с краю заболоченной луговины.

Начинает накрапывать мелкий дождик.В почти полной темноте на нас налетают с интервалом в несколько минут чирки и на четыре патрона мы с Портошкой берём трёх из них. Выйдя из камышей,не вижу фар Петиной «Нивы».Приходится под дождём идти пешком на стан, до которого около четырёх километров.Через некоторое время подъезжает и слегка заплутавший Пётр.

Утром, собрав стан, едем на знакомую речку Лизель.Проходя мимо одного из плёсов, Портос плывёт через камыши и поднимает крякв, две из которых падают в воду после моей стрельбы. Пройдя вдоль речки, берём ещё пару налетевших на нас витютней, одного из которых кобель подаёт из камышей.

Прийдя к машине, узнаю, что и Пётр с добычей.Его Том поднял в посадке одиночную куропатку, которую Петя и взял. Зачехляем ружья и едем домой. Достав дома Франкотт для чистки, обнаруживаю, что передняя антабка всё-таки открутилась и потерялась.Но всё равно охота прошла успешно, несмотря на большое количество снятых с собак клещей.

vetdoctor 01.09.2011 — 16:47

В который раз идём по полю
Тепло чуть,скошены валки
Опять мы выбрались на волю
И нет причины для тоски

Посадка вдоль до горизонта
А вдоль неё лишь пыль дорог
Здесь никогда не бЫло фронта
Здесь каждый метр ухожен в срок

И вот мы двинулись полями
Кобель мой спущен с поводка
И полетел он как цунами
Дичь не причует здесь пока

Уже желтеют листья просек
В полях и дышится легко
В права везде вступает осень
И вот опять нам повезло

Идти по полю, где край дивный
Никак нельзя нам углядеть
Там нет гульбы корпоративной
Там есть на что нам поглядеть

И снова выводок находит
Мой самый преданный кобель
И горячит, и планку водит
Курей поднявшая метель…

Паршев 01.09.2011 — 19:06

Vetdoctor, Вы меня просто дико напугали. Вы что, не сохраняете то, что выкладываете сюда?
Народ, немедленно прошерстите всю ветку и перегоните посты всех участников в текстовый формат, и в заначку.

vetdoctor 06.09.2011 — 14:10

НОВАЯ ВСТРЕЧА ОДНОКЛАССНИКОВ.

Очень давно, в восьмидесятые годы мы с Виталиком лишь один раз съездили на охоту, о которой до сих пор вспоминаем.Было это замечательное время, но всё безвозвратно проходит.И вот недавно встретившись, он опять стал уговаривать меня на поездку вместе.Поскольку перерегистрацию своего ружья он просрочил, то пришлось взять для него свой полуавтомат.

И вот в назначенное время, несмототря на пробки,я уже подъезжал к его дому.Виталик долго спускался во двор,вытаскивая большие баулы один за другим.В конце он вынес какой-то длинный круглый футляр. На мой вопрсительный взгляд, он ответил, что это какой-то супер-пупер спиннинг.

Путь наш лежал в степь.Выбравшись из задымленного, кишащего машинами города,я набрал скорость и мы полетели по серому полотну асфальта навстречу новым приключениям. Уже к вечеру, перед сумерками, удалось приехать на одно из озёр, где раньше всегда была неплохая вечёрка.Но заняв обычные места, мы вдруг с удивлением обнаружили, что мы здесь совсем не одни. Напротив нас расположилась пьяная компания, стреляющая по всему живому в пределах видимости. Всё это действо сопровождалось матерными комментариями. Благодаря их пальбе, заходящие к нам на посадку утки отворачивали и улетали.Лишь совсем по-тёмному напротив Виталика сел чирок, которого он благополучно пропуделял из незнакомого ему до этого ружья.

В связи с неприятным соседством мы поехали ночью на другой пруд, где и поставили свой стан. Развели костёр, вскипятили чайник, поужинали, хорошо посидели, после чего легли спать в палатку. Утром решено было пройти вдоль лесополосы, обыскав часть прилегающих к ней полей, где всегда было два выводка куропаток. Портос прекрасно отработал до наступления жары, но кроме двух налетевших чибисов, стрелять больше не во что не пришлось.

Из чибисов Виталий приготовил прекрасный шулюм.Уединение наше было нарушено к вечеру.Из подъехавшей «Нивы» вышел мужчина, представившейся председателем местного районнного общества охотников и проверил наши документы.При этом он рассказал нам, что с открытия всю птицу сильно разогнали и надо её искать.Он посоветовал нам проехать на озёра километрах в пятнадцати от нас в степи.

Вечером я сначала решил пройтись вдоль другой лесополосы по полю со стернёй.Через пятьсот метров собака стала мордой в посадку.Подхожу, посылаю. Вылетает сидевший с краю перепел, который пытается улететь через посадку. Не выдерживаю, стреляю накоротке и получаю облако перьев с летящими брызгами. Найти от птицы ничего не удалось. Обзываю в душе себя последним идиотом и иду к машине. Забираю Виталика и едем в указанном нам председателем направлении. Находим неплохие угодья, охотимся. Портос подаёт нам сбитых уток. Виталик приспособился к моему турку и из цилиндра уверенно сбил чернеть метров за сорок.

В полной темноте садимся в машину и едем на стан. Плутаем по степи, теряем направление и решаем, чтобы не жечь зря бензин, переночевать на откинутых сиденьях, а утром определиться с направлением движения. Ночь выдалась холодная. Одеваю свитер поверх безрукавки и укрываюсь жилетом-разгрузкой. Ведь все спальные вещи в палатке. Наконец медленно наступает рассвет. Когда уже становится более-менее светло, Виталик достаёт бинокль и выясняется, что мы ночевали в полкилометре от своего стана, на другой стороне большого пруда.

Едем на стан, разогреваем чайник,готовим картошку с тушёнкой, завтракаем и жизнь начинает играть новыми красками. Я забираюсь в палатку и моментально засыпаю.Через пару часов, разбуженный пригревающим солнцем, встаю. Собираем стан, грузм вещи на машину, едем в ближайший райцентр. Находим там сбербанк, снимаем немного денег с кредитной карточки, заправляемся, покупаем ещё продуктов и набираем воды в колонке.

Едем на речушку Узень,ставим машину в тени кустов. Виталик распаковывет свой большой футляр и достаёт оттуда длинное складное удилище. -Пять тысяч рублей стоит. Японский спиннинг-не без гордости комментирует он, доставая большой ящик с ручкой и извлекая из него блёсны. -Ну я пошёл-говорит он мне и отправляется вдоль реки, переходя от одного открытого места к другому. Мы с Портошкой забираемся в тень кустов.Он лежит, а я сижу на складном стульчике. Через пару часов нас «выкуривают» оттуда пришедшие на водопой коровы, которые пытаются атаковать моего кобеля. Приходится отгонять их подобранным в кустах дрыном.

Грузимся и едем вдоль речки. Солнце палит нестерпимо жарко, кругом жужжат оводы, но наш рыбак с голым торсом, отмахав около трёх километров по берегу, всё кидает и кидает свою заморскую снасть. Увидев машину, он приходит и просит попить водички. Даю ему только что купленный в супермаркете квас и он захлёбываясь от жадности, пьёт живительную влагу.
-Ну как успехи?-спрашиваю его я.-Да вот несколько щурят и одного судачка поймал, да три дорогих блесны щуки откусили-докладывает он.

Едем на разведку в известные по прошлым годам угодья искать выводки.
Но там нас ждёт табличка с надписью:»Приграничная зона.Въезд только по таможенным разрешениям» и энтузиазм наш убавляется. Решаем переждать оставшуюся жару под деревьями в знакомом месте, сварить обед, поесть, после чего поискать куропаток в другом месте, а с наступлением сумерек отстоять утиную зорю на разведанных по пути местах. Но оказывается, что сменить в плитке газовый баллончик нельзя, так как полный утерян на предыдущем стану. Приходится опять разжигать костёр, благо сухих веток по берегу высохшего озера хватает.

Наедаемся вволю, кормим собаку. Солнце постепенно клонится к закату и мы выдвигаемся в пампасы. Отъехав от стана на двести метров видим перебегающий дорогу выводок. Выходим, складываем ружья и выпускаем собаку.
Куропатки за это время отбежали около двухсот метров.Наконец длинная потяжка на ветер заканчивается красивой стойкой. Вылетает одиночная куропатка, бью её из правого ствола и в это время со всех сторон, но уже за кустами от нас фонтанирует остальной выводок.

Портос подаёт битую птицу и мы идём в сторону улетевшего выводка. Пройдя вдоль сухих тростников около километра, переходим на другую сторону высохшего залива и возвращаемся в обратную сторону. Портос тянет в сторону высохшего озера.Спускемся вниз, идём за собакой и вот она стойка пойнтера во всей красе. Посылаю, шумный взлёт выводка, стрельба и торжествующая собачья морда, подающая новые трофеи. Выводок разбился, часть птиц улетела туда, откуда мы только что пришли. Идём туда и скоро потяжка заканчивается подъёмом отбегающей одиночки.Франкотт ловит птицу на стволы и она тоже через некоторое время оказывается в нашем ягдташе.Виталик что-то мажет, никак не может справиться с азартом.

На подходе к машине новая стойка и тут уже я отличаюсь, вместе с Виталием промазав поднявшуюся на чистом месте одиночку.Но нам хватит, из этого выводка больше выбивать птиц не стоит. Подзываю разгорячившуюся собаку к ноге, грузимся и едем на болото. Оставляю Виталия в конце залива, перехожу метров на двести вперёд. На небольшом полуостровке встаём с Портошкой в камыш. Постепенно темнеет, вдали «чмокают» резвящиеся в небе бекасы, в стороне протянула стайка чирков.

Но вот прямо на нас летит тройка каких-то средних по размеру уток. Левая отворачивает к другому берегу.Обгоняю её стволами, жму, вижу, что свернулась и переключаюсь на пару, которая уже над моей головой. Стреляю и левая утка падает тряпкой в двадцати метрах от меня, подняв кучу брызг. Портос подаёт ближнюю,это оказывается серка и плывёт за второй,которая упала где-то под противоположным берегом.

Кобель выносит утку на противоположный берег, кладёт её на траву и с победным видом садится рядом. На все мои увещевания и приказания он только виляет прутом. Делать нечего, обхожу вокруг баклужины и пытаюсь вброд перейти там, где неглубоко. Коварная тина засасыват глубже, но всё-таки перейти брод удаётся мне успешно.Портошка с довольным видом приносит мне утку по сухому и отдаёт в руки.
-Устал наверное-думаю я и совсем уже не сержусь на собаку.

Иду к машине.Виталий уже ждёт меня там, разбирая ружьё. На него не было налётов. Едем домой. Дорога до основной трассы отвратительная, выбоина на выбоине. Наконец выезжаем на трассу и мой уставший одноклассник начинает потихоньку похрапывать. Встречные машины часто слепят мне в глаза дальним светом.Отвечаю им тем же, после чего следует переключение на ближний.

Не доезжая до города километров пятьдесят, чувствую, что начинаю дремать за рулём. Паркуюсь с краю очередной заправки, опускаю сиденье, ставлю будильник сотового телефона на полчаса и проваливаюсь в глубокий сон. Через полчаса, как Штирлиц просыпаюсь и во втором часу ночи мы благополучно прибываем домой.

Выгрузив Виталика, тепло прощаемся, еду домой, оставляю там собаку, оружие и вещи, а сам отгоняю машину на ближайшую стоянку, поскольку гнать её в гараж у меня нет никаких сил.
На стоянке слышу какие-то неземные звуки под пассажирским сиденьем. Запускаю туда руку и извлекаю сотовый телефон.Видимо, выпал у спящего охотника из кармана.Слава Богу, нашлась пропажа.

По пути домой захожу в супермаркет и пока иду до дома, выпиваю бутылочку пива.Неожиданно вижу привязанную к поручням крыльца сбербанка знакомую овчарку соседа, а скоро вижу и его самого, в стельку пьяного, ищущего свою, самим же привязанную собаку.Выговариваю ему всё, что о нём думаю, отдаю ему собаку и поднимаюсь домой в лифте. А впереди меня ждёт ванна и чистая постель…

vetdoctor 09.09.2011 — 13:06

Небо снова затянули
Грозовые облака
Мы с собакою уснули
За палаткою река

Полилась вода на землю
Снится мне осенний лес
И свежайшийй воздух внемлю
Пью глотками синь небес

Челночит кобель в опушке
Вот он стильно потянул
И застыл, как пишет Пушкин
Вальдшнеп крылышком махнул

Отгремел и гром дуплета
Жёлтых листьев сбитых вязь
Как огни от бертолета
Меж деревьев разнеслась

И в прекрасное мгновенье
Где подал мне птичку пёс
Сон прервался как виденье
Всё водою залилось

Это старая палатка
Пропитавшись потекла
Не всегда у нас всё гладко
Вот такие вот дела…

vetdoctor 12.09.2011 — 14:02

СТАРОЕ РУЖЬЁ.

Жил когда-то в Саратове очень рукастый оружейный мастер Яков Фёдорович Лощилов.Была у него страсть к восстановлению старых, пришедших в негодность ружей известных мастеров. Особенно любил он английские и бельгийские ружья.Многим из них он дал вторую жизнь. Ещё пристрастен он был к собакам породы английский сеттер,хотя многие упрекали его в том, что натаскав очередную собаку на диплом и поохотившись с ней два-три года, он бывало, продавал собаку в другой город и заводил новую.

В то время отец мой держал ирландского сеттера Джима. Однажды Яков Фёдорович спросил отца, не станет ли он продавать ему тот Голланд, который он когда-то отреставрировал. Отец рассказал ему историю обмена его на МЦ-9,после чего оружейник покачал головой, поцокал языком и пригласил нас на охоту по вальдшнепу.-Я Вам своё новое ружьишко покажу-с таинственным видом произнёс он.

Утром на служебном «москвиче-423» папа заехал за Яковом Фёдоровичем.Тот вышел из дома почему-то без собаки.-Да потекла, будь она неладна-ответил он на вопрос отца-правильно делаете, что кобелей держите. Сзади он положил очень компактный кожаный футляр и маленький рюкзачок. Пока ехали в лес, Яков Фёдорович всё прикладывался к фляжке с коньяком, а приехав, предложил отцу позавтракать на капоте машины.Джиму это не понравилось.Он скулил и лаял на отца всё то время, что взрослые перекусывали.

Наконец оружейник стал расстёгивать застёжки на футляре.Внутри лежала красивая двадцаточка с полными замками. «Дж.Пёрдэ и сын», было написано на стволах. Яков Фёдорович поведал нам, что случайно увидел это ружьё у одной старушки в деревне.Было оно в удручающем состоянии, поэтому быстро сторговавшись со старой женщиной, мастер приступил к реставрации ружья.
В результате оно выглядело как новенькое.

Папа похвастался в свою очередь, Геринговским зауэром.Глаза у старого мастера заблестели.Наконец Джим был выпущен из машины и охота началась.
Буквально на краю поляны, где стояла машина, рыжая бестия сразу же нашёл пару вальдшнепов.Поднявшись над кленовым подростом, птицы начали разлетаться в разные стороны.Как щелчки кнута быстро прогремели два выстрела из двадцатки и оба вальдшнепа упали на поляну. Отец даже ружья поднять не успел.

Следующая стойка минут через тридцать, папин промах и опять попадание дяди Яши. Взяв следующего кулика, отец повесил ружьё через плечо и стал наблюдать за стрельбой Лощилова. Казалось, что он вообще не целится, просто стреляет в ту сторону навскидку и вальдшнеп падает. Взяв таким образом за утро десять куликов, Яков Фёдорович засобирался домой, объясняя это большим количеством подлежащих ремонту ружей.

-А какого года Пёрдэ?-спросил напоследок отец.-1897-ого-было ответом.-Я ведь его по кусочкам собирал, ложу полностью для себя сделал, стволы на две сотки шустанул.Никогда не продам-закончил он хвалебную оду ружью.
Джим с неохотой залез в машину и мы поехали в город. Через несколько лет мы узнали, что Яков Фёдорович всё-таки не удержался и продал Пёрдэ кому-то на Север, за тысячу двести рублей и пыжиковую шапку…

vetdoctor 13.09.2011 — 14:23

МЫ ТУТ ВСЁ ВЫЧИСТИЛИ…

Как-то раз в середине восьмидесятых годов охотился я очередной раз в Буркинском охотхозяйстве по вальдшнепу.День был ветренный, птица не держала стойку и бежала, поднимаясь далеко.Но несмотря на эти обстоятельства,к полудню в моём ягдташе уже лежало четыре длинноносых красавца.

Не теряя времени даром, я решил обследовать склон большого оврага и прилегающую к нему обширную вырубку, от которой можно было опушкой пройти на железнодорожную станцию.На самом краю вырубки Март долго тянул, после чего стал среди молодой кленовой поросли.Подойдя и приготовившись к выстрелу, я послал собаку.С характерным треском крыльев поднялось сразу два вальдшнепа, один из которых после выстрела перекочевал в сетку ягдташа.

Второй из них закрывшись деревом, избежал попадания и улетел в сторону автомобильной дороги.Мы с кобелём двинулись в сторону улетевшей птицы. Вскоре я увидел собаку на стойке.Голова её указывала на чистое место среди пней небольшой полянки на вырубке. Посыл и вот уже следующий долгоносик становится нашей добычей.

-Кто это там палит?-услышал я знакомый голос известного мне охотника.
-Я это, Олег Михайлович-откликнулся я.Выйдя на поляну я увидел следующую картину.
Сбоку от лесной дороги в углу вырубки стоял заслуженный ГАЗ-69, а рядом на пенёчках сидели два до боли знакомых мне старых охотника. У одного из них была сука шотланского сеттера, а второй недавно сменил пойнтера на дратхаара.
Собаки наши обнюхались и разошлись по своим делам.

-Вальдшнепа тут нет-авторитетно сказал второй охотник, Михаил Михайлович.
И добавил не менее авторитетно-мы тут всё вычистили, нет тут птицы.
В это время мой Мартышка стал в двадцати метрах сзади охотников.
-Да это наброды-не менее авторитетно заявил мне Олег Михайлович.
На всякий случай приготовив ружьё, я подошёл и послал собаку вперёд.
Из-под куста вылетело сразу два вальдшнепа, один из которых был мною отстрелян.

Охотники закипятились, начали собирать стан и пошли по второму кругу в обход вырубки. Скоро с их стороны послышался торопливый дуплет.
В ста метрах от стана Март нашёл ещё пару вальдшнепов, а в опушке ещё одного. Таким образом мы потихонечку собрали семь птичек.

Ожидая попутную машину, я увидел «газик» наших охотников, которые с удовольствием подвезли меня до дома. Всю дорогу Михаил Михайлович молчал, а потом сказал:-надо же, как только наши собачки птичек пропустили?
Я был молод и не знал что ответить старому охотнику.Спустя много лет я понял непреложную истину, что собака-не машина и она всегда может пропустить дичь.Поэтому никогда не следует быть таким категоричным.

vetdoctor 14.09.2011 — 18:05

Когда-нибудь в землю зароют меня
При этом душа отлетит в небеса
Я только хочу, чтоб друзья у огня
Чрез много полей не забыли меня

И чтобы мой пёс оставался друзьям
И чтоб Дефурни и Франкотт
Ласкали те руки, в чьи сам бы отдал
В любой, хоть неправильный год

vetdoctor 15.09.2011 — 16:19

А КРУГОМ ТУМАН…

В начале ноября двухтысячного года погода была ещё довольно тёплой,поэтому мы с Дмитрием решили последний раз съездить на Волгу.Придя на базу и спустив его тогдашнюю «Казанку-5М3» мы заметили, что над водой начинает клубиться туман, но не придали тогда этому большого значения. Два двадцатипятисильных «Вихря» быстро вынесли нас на коренную Волгу.Через несколько километров вверх по реке туман начал сгущаться всё больше и больше.Дмитрий убрал газ и мы поплыли вдоль правого берега, чтобы иметь представление о том, где мы находимся.

Не доезжая до нового моста решаемся пересечь фарватер, чтобы попасть в Каюковку.Туман плотным кольцом обхватил нас и заглушив один мотор, Дмитрий на малом газу поехал на втором двигателе. Ощущение полной беспомощности охватило нас.Прошло уже достаточно много времени, но никаких островов или берегов не было видно.Кругом только туман и вода. Неожиданно где-то близко заревел гудок большого судна и из тумана выплыли габариты нефтеналивного танкера.Он прошёл так близко от нас, что мы разглядели надпись на борту:»Волгонефть 24″ и почувствовали запах солярки.

Через пару часов, изъездив до конца один бензобак, мы наконец увидели какие-то камыши. -Да это же тройные озёра-с удивлением сказал Димка.-Значит, мы ездили всё это время по кругу. Заведя второй мотор, он поехал вдоль камышей и скоро в пятидесяти метрах из тумана на нас стала надвигаться опора моста.-Всё.Теперь не заблудимся-уверенно произнёс мой друг и добавил-термос достань, чайку попьём, пока едем.

Через несколько минут потянул свежий ветерок и туман стал постепенно таять.Видимость увеличилась примерно до ста метров. Дима прибавил газ и мы свернули через Черныши, войдя в Каюковку. Рябин остров встретил нас почти полностью облетевшими деревьями. Сложив ружья, мы выпустили собак и разошлись в разные стороны.

Атос тут же стал с краю большой поляны. Вальдшнеп сделал «свечку» и упал после выстрела в крапиву. Кобель фыркая от жгучей травы, подал мне долгоносика в руки. Выбросив из МЦ-хи стреляную гильзу, я продул ствол и перезарядился. Туман начал рассеиваться интенсивнее.Ищущую собаку уже можно было видеть довольно далеко, поскольку лес сильно облетел.

Со стороны Дмитрия послышался выстрел, потом с небольшим промежутком, второй и вскоре дуплет. В это время из тумана над осокорями прямо на меня налетела стайка кряковых и два селезня стали жертвами спортивной девятки.
Вскоре Атос нашёл ещё пару вальдшнепов, которых я удачно сдуплетил.Встретившись с Димкой, я увидел по его радостной физиономии, что и у него всё удачно.-Ну как успехи?-спросил я.-Пяток собрал-стараясь казаться равнодушным, произнёс мой друг. В это время Нора стала около лодки.

По посылу пара вальдшнепов, разлетаясь в разные стороны, удачно налетели на нас и не сговариваясь, каждый выстрелил в своего.
-Ну с полем, барин-почти одновременно сказали мы друг другу и рассмеялись.Туман тем временем начал рассеиваться ещё сильней, видимость на воде достигла трёхсот метров.Поменяв бак бензина у второго мотора, Дмитрий завёл оба и наш корабль полетел, как птица в сторону Дубяшки.

В Иловатом затоне мы нырнули в знакомый проран и приехали на фирменный Димкин стан, носящий название ЛТП. Такое смешное название дал этому месту покойный Димин отец, Олег Иванович, после распития там ящика сухого вина «Ркацители» в незапамятные семидесятые годы.

Поставив стан, пошли прогуляться по гривам.И опять нам улыбнулась удача.Вальдшнепы и там нашлись.Вдобавок Дмитрий набрал целый ягдташ шампиньонов и полные карманы шиповника.Под занавес нашего обхода собаки подняли с мелководья пяток кряковых, три из которых мы любезно пригласили на свои торока.

Приготовив обед, посидели под дубом, попили чаю и пошли на зорю.
Я одел траншейные стволы.Заря выдалась яркая, с красивым закатом.
В результате трёх налётов на наше озерко, мы общими с собаками усилиями собрали четыре утки, все-кряквы.

Утром, собрав стан, поехали по гривам, но собачки вальдшнепов нам находили уже гораздо реже, чем в туманный день. Дмитрий правда, сдуплетил сразу трёх кряковых, поднявшихся из-под берега очень уж кучно. В полдень наши спиннинги поймали три приличных щуки и мы отправились домой, по пути пробежав ещё пару островов и собрав там по паре вальдшнепов.В результате так тяжело и экстремально начавшейся поездки осень подарила нам прощальный праздник в виде
двенадцати уток, четырнадцати вальдшнепов, не считая щук и грибов.

Приехав на базу и подняв лодку на эстакаду, мы узнали от директора стоянки, что в этот туман столкнулись несколько лодок и двое людей утонули.
-Не бывает худа без добра-промолвил Димка, задумчиво глядя на капот «Вихря»…

Viksv 16.09.2011 — 17:42

vetdoctor
Когда-нибудь в землю зароют меня
При этом душа отлетит в небеса

Уважаемый доктор!
Я конечно понимаю, что memento mori, но жизнь прекрасна!
Надеюсь у Вас все ок?

Паршев 23.10.2011 — 18:31

Я подниму тему, может у кого есть что новое

kefir4ik 31.10.2011 — 18:24

Что-то доктор пропал куда-то и рассказами новыми нас не радует.
Очень ждем.

vetdoctor 08.11.2011 — 16:25

ТРОЙНАЯ ОСЕНЬ.

Вот и удалось на рубеже пятого и шестого десятков годков осуществить мне свою давнюю тягу к путешествиям. В начале моего охотничьего отпуска в этом сезоне позвонил мне московский курцхаарист Виктор и сообщил, что приехать ко мне, как раньше договаривались, не представляется возможным. И тут же в ответ пригласил меня на недельку к себе на дачу, в один из дальних уголков Ярославской области. Долго меня уговаривать не пришлось и вот уже мой железный вазовский «коняшка» под оптимистичный гул мотора везёт нас с Портосом на север.

Первая остановка у моего друга и учителя В.А.Селиванова, в деревне под Рязанью. Виктор Александрович тепло встретил меня, несмотря на проблемы со здоровьем у его супруги Татьяны. Утром он уже провожал меня в дальнейший путь, навстречу новым охотничьим приключениям. Независимо от случайной поломки машины на трассе и вынужденного ремонта, в условленное время недалеко от московской кольцевой автодороги меня уже встречали мои новые компаньоны.
Оставив мою машину в подмосковье, во дворе одного из знакомых экспертов, мы пересели на джип Виктора и отправились в сторону Волги. Проехав через Тверскую область, въехали в Ярославскую. Какие старинные названия городов: Сергиев Посад,Углич… От них так и веет историей старой Руси, где когда-то и зарождалось Государство Российское.

Наконец уже очень поздним вечером наш «мицубиси» подкатил к маленькой деревеньке из четырёх дворов, затерянной где-то недалеко от границы с Вологодской областью. В нашем экипаже ещё один человек.Его зовут Володя, он мой коллега, уже на пенсии, кроме охоты увлекается сбором всяких старинных монет и предметов, находя их под землёй на месте разрушенных и заброшенных деревень.

Вечер с застольем под потрескивание дров в недавно установленной супер-пупер печи, гордости Виктора,поскольку она экономит дрова, удался на славу. Утро застало нас в дороге в ближайший райцентр для улаживания бумажных вопросов на право охоты. Тетерев и глухарь там оказались лицензионными видами, а на разную прочую дичь путёвки почему-то выдавались отдельно на болотную, луговую и водоплавающую, а отдельно на боровую. К тому же пришлось взять путёвки в два разных охотхозяйства, поскольку деревенька с угодьями стоит как раз на их границе.

Закупив ещё в местном магазинчике свежего хлеба, отправились на охоту. Виктор первые дни чувствовал себя неважнецки, жалуясь на простуду,поэтому высадив нас с Владимиром в лесу,поехал отлёживаться, обещая приехать за нами в определённое время.Портос тут же начал обыскивать близлежащее болото. -Тетери сейчас далеко поднимаются, заряди второй ствол чем-нибудь покрупнее-напутствовал меня перед отъездом Виктор. Заряжаю Франкотт спортивной семёркой и старой,оставшейся ещё с коммунистических времён тройкой в бумажной гильзе.

Идём всё глубже в лес.Березняк сменяется осинником вперемешку с соснами.
Как же здесь красиво! Залюбовавшись природой упустил из виду собаку. А Портошка тянет через кочки, внимательно оглядываясь на меня и приглашая меня вперёд, туда, где он учуял птицу. Бегу, спотыкаясь о кочки.Шума от меня, как от роты бегущих солдат. Неожиданно впереди и чуть сбоку грохот крыльев и большой чёрный силуэт мелькает, удаляясь от меня всё дальше. Обгоняю стволами как мне тогда показалось, крупного тетерева, жму задний спуск.

И вот он, мой первый в жизни глухарь,бьёт крыльями у Портоса в зубах.Это невиданное счастье.Не зря ехал так долго, не зря чинил машину и переживал, что не успею вовремя.Охотиться уже не хочется, но Владимир предлагает проверить хорошо знакомое ему место, где всегда есть тетерева и мы направляемся туда. Справа извилисто петляющая речка с удивительным названием Сить. От неё так и веет Левитановскими мотивами. Портос слегка поработал, петляя по следу кормившегося выводка, но вскоре он поднял голову на ветер и прямолинейно потянул к густо растущим низкорослым берёзкам среди поля. Не доходя метров тридцать до них он закатывает шикарнейшую стойку, весь вытянувшись, как струна и высоко подняв голову.

Не успеваю добежать до собаки, как слышу рвущихся на подъёме за деревьями тетеревов. Вот один черныш низом вылетает из-за березки слева от нас. До него метров сорок пять. Обгоняю стволами, жму два раза. Птица дёргается, меняет направление полёта и скрывается в ближайшем леске. Слышу справа дуплет Владимира. -Промазал-огорчается он и добавляет-извини Портос, на стойку твою красивую засмотрелся. Иду в сторону улетевшего тетерева. На опушке новая стойка,но это вальдшнеп.Приглашаем его в свой ягдташ. Через двести метров опять красивая работа по вальдшнепу и опять удачный выстрел. Петух как сквозь землю провалился.

Владимир достаёт миноискатель и возится возле остатков каких-то разрушенных печек.Я выкладываю птиц рядом с ним на дорогу и ухожу туда, куда улетел выводок. Вскоре кобель пять поднимает вальдшнепа, но хитрый долгоносик не спешит попасть на мушку, улетая низом. Вскоре стойка накоротке на поле, вылет старки на чистое и я опускаю ружьё. В густых кустах опять стойка,гром подъёма черныша за кустами, выстрел семёркой и через сорок метров кобель как из омута выныривает из густого куста с тетеревом в зубах. Всё.На сегодня достаточно.

На другой день, возвращаясь с охоты по вальдшнепам, вижу около крыльца нашего жилища ещё один джип и прыгающего вокруг него, безудержно лающего курцхаара.Оказывается, у нас гости. Приехал Алексей, владелец потомка ушедшего в мир иной заслуженного кобеля Виктора.Собака с прекрасным экстерьером и неплохими полевыми задатками, но подпорченная неправильным поведением хозяйки в быту,граничащим со вседозволенностью. Мелкий тут же проявляет агрессию к Портосу, тот отвечает ему оскалом зубов и собаки расходятся по своим местам. Алексей уходит в знакомые ему угодья, но к вечеру возвращается несолоно хлебавши.

Утром Алексей усаживает меня в свой джип и мы едем куда-то в другое место. Тетеревов мы там не нашли, зато нам с Портошкой удалось пострелять вальдшнепов и коростеля, а в результате заблудиться, уйдя в сторону от железной дороги.У Алексея опять пусто.Кобель всю обратную дорогу лает у нас над ухом и я советую Лёше купить «антилай». Подъехав к дому видим серый «лендкрузер», а возле него ещё одного курцхаара и нового охотника,аппетитно пьющего пиво из бутылки.
-Это наш брат приехал-говорит Алексей.-Саша-представляется красивый статный парень лет тридцати пяти на вид. Кобель его проявляет полное дружелюбие к другим собакам.

Вечером с Александром и Виктором едем на речку караулить вечерний лёт уток.Пока мы шли вдоль заброшенной деревни по пояс в траве, от Портоса со страшным громом поднялся огромный глухарь и внезапно быстро, в десяти метрах от меня залетел за бревенчатый дом раньше, чем я успел поднять ружьё. Вот досада! Зоря прошла тихо, с одним налётом на Александра.

Утро следующего дня посвящаем просмотру второго потомка в поле.Кобель прекрасно челночит и с высоко поднятой головой стаёт по бекасу.Виктор фотографирует собаку, а пока Александр бегает в машину за ружьём, бекас срывается и улетает. В лесу, пока мы ходим по вальдшнепам и рябчикам, Виктор набирает две большие корзины отборных грибов.Здесь и белые, и подберёзовики, и грузди.Грибов столько, что ими можно заполнить всю машину.

Вечером в очень холодную зорю стою на берегу Сити.Напротив пролетает кряква. Жму и она кувыркается под другой берег.Вода обжигающе холодная, между тем Портос плывёт, берёт утку, но выносит её на противоположный берег,лает на меня, скулит и не хочет плыть обратно.Прячусь от собаки в траву и вскоре мокрый, трясущийся от холода нос тычется мне в щёку.Утки нет.

На следующее утро мы с Виктором специально переезжаем через мост и выходим к тому месту,откуда кобель не хотел плыть.Утки там нет. В этот день, идя вдоль другого берега, вижу в траве кучу утиных перьев и отгрызенную голову крякового селезня.Значит всё-таки переплыл с уткой, но бросил её на берегу, боясь меня не найти. Нашли несколько больших стай чернышей на поле, но они не дают подойти к стойке, срываются и улетают в лес.По-прежнему собираем грибы, стреляем вальдшнепов, которых тут мало, поскольку очень обширные лесные массивы. На одной лесной поляне часто видим семейство лосей, везде присутствуют следы медведя.

Решаемся с разных сторон прогуляться вдоль Сити, где обычно сидят на днёвке утки. Виктор с молодым Сашиным кобелём с одной стороны, мы с Володей и Портосом с другой.Портос поднимает из камышей из-под берега крякв, мы их стреляем, а собака прекрасно подаёт их с воды из камышей. Александр с Алексеем разъезжаются по домам,мы прощаемся, становится немножечко грустно.

Охотимся ещё пару дней и нам с Виктором тоже пора домой.В темноте проезжаем Углич, Сергиев Посад. Перед мостом в одном живописном месте Витя фотографирует меня на фоне затопленной церкви. Берём мою машину, прощаемся и я опять еду в Рязань к Селиванову. У Виктора Александровича я провожу пару дней, мы общаемся, он показывает мне свои ружья. На прощание Татьяна дарит мне фотографию с дарственной надписью.

Легашачий Саратов кипит от известий, что очень рано в этом году пошёл пролёт вальдшнепа и друг мой Димка уже настрелял почти три десятка. Улаживаю домашние дела и своё пятидесятилетие встречаю в кругу друзей в лесу.Пока Диман жарит шашлык, мы с Портосом пробегаемся по опушкам, собирая пяток птичек.Вечером я показываю Петру и его старшему сыну Косте одно заветное местечко и они радуются работам своего пойнтера,наполняя ягдташи.

Сезон потихонечку входит в размеренную коллею,принося каждый день новые впечатления. Два Димки с тремя собаками неделю живут на островах, перемещаясь затем в другое хозяйство.Последнюю неделю мы живём вместе,получая удовольствие от охоты и общения. В начале ноября везу на охоту Дмитрия, сына покойного Крыштановского, с подаренным ему алиментным сыном Портоса.Сынишка Грэй работает вместе с отцом и мы берём ещё тройку вальдшнепов.

В последние дни отпуска неожиданно получаю приглашение от владельца ещё одного потомка Портоса, Алексея из Волгограда на охоту по фазану.Все лицензионые и путёвочные вопросы он берёт на себя. Всё это очень заманчиво и я соглашаюсь.И вот в конце дня Алексей на своей «ниве» встречает меня на въезде в город.Мы ставим мою машину на стоянку, перегружаемся к Лёше и ночью приезжаем в дом, стоящий где-то среди Волго-Ахтубинской поймы.
Там нас ждёт ещё один охотник,Владимир, с дратхааром Баем.

Вечерние посиделки, рассказы,радушный приём окружают нас с самого начала нашего пребывания там.Простые, бесхитростные люди рассказывают о своей нелёгкой жизни, при этом воспринимая всё с большим юмором. Позже к нам присоединяется ещё один охотник, Алексей, по прозвищу «покемон»,без собаки. Критически осмотрев мой Франкотт,он безапеляционо произнёс:-да тот же ИЖ-43, только цевьё с кнопкой. Ребята многозначительно переглянулись и одновременно расхохотались.

Рано утром занимаем позиции на двух озёрах. Лёт был слабый, я простоял без выстрела, а ребята взяли каждый по чирку.Поздравляю их с полем.Едем в дом, завтракаем и выезжаем на охоту по фазану.Условия очень тяжёлые, как для ходьбы, так и для собак.Это балки, заросшие высокой травой и осокой. Агой, так зовут нашего потомка, прекрасно ориентируется в этой охоте и вскоре у Алексея уже есть один трофей. Довольно часто выскакивают косули,из одной балки выкатил секач, увидел нас и повернул обратно.

Вскоре Владимир с «покемоном» уезжают на базу, а мы с Лёшей остаёмся, прочёсывая балку за балкой. Но птицы нет. -Наверное, у озёр надо искать-высказывает свою мысль Алексей и мы двигаемся в сторону блестящей вдалеке воды. Вскоре Портос стаёт, но вместо ожидаемого петуха вылетает запоздавший с отлётом жирнющий перепел. Вскоре стойка двух собак, посыл и сравнительно недалеко поднявшийся петух становится жертвой спортивной семёрки.В это время Портос тянет в сторону воды и в сорока метрах срывается второй петух.Бью раз за разом, с птицы летят сбитые дробью перья, но фазан улетает за горизонт.-Слабовата семёрочка будет-констатирует Лёшка.

Ходим довольно долго,ноги уже отваливаются, у собак порезаны осокой носы, но они не обращают на это никакого внимания.Наконец Портос на потяжке скрывается в очередной балочке.Подбегаем туда и лицезреем подъём сразу двух петухов. Бью левого, Алексей разряжает магазин своей Беретты по правому,но тот улетает. Собаки долго ловят бегающего подранка. Идём в направлении улетевшего петуха и видим Портоса на стойке.Агой заходит с другой стороны и перекрывает птице пути к отходу. Вылет петуха,Франкотт ложится планкой на цель, жму и опять долгая погоня собак по камышам за подранком.

Едем на базу, обедаем и едем на вечёрку. По пути видим забегающего в камыши петуха. Пускаем собак, петух не выдерживает натиска сразу двух пойнтеров и взлетает свечой,довольно далеко. Иду с Портосом за отлетевшей перемещённой птицей, вижу стойку, забегаю с другой стороны. Петух не выдерживает такого топота по камышам, взлетает и попадает под выстрел.
Алексей стоит на озере с чучелами.Подмораживает, вылезли звёзды. Надо мной, чмокая, пролетает бекас.Обгоняю,жму и длинноносый летун падает в воду. Портос возвращается без птицы. Внимательно смотрю на водную гладь и ничего не вижу. Странно. Потом выяснилось, что поскольку воды мало, то бекас мог воткнуться клювом в глубокий ил и застрять в нём под водой.
Алексей стреляет раз за разом.Вскоре он зовёт нас с Портосом на соседнее озеро и просит помочь найти сбитую и упавшую в густые тростники крякву.Через пять минут мой ветеран вылез оттуда со здоровенным селезнем в зубах.

Утром, выйдя на улицу и посмотрев на градусник, решаем на зорю не ходить. По-светлому идём втроём с тремя собаками, прочёсывая финиковые кусты,»маслины» по-местному,пронизывающие окружающие их балки. Вскоре Бай, виляя обрубком хвоста,потянул к очередным колючим кустам.Портос стал напротив. Петух мелькнул в прогале со стороны мужиков, прогремело три выстрела, но птица благополучно улетела. Идём с Алексеем на озеро снимать чучела. По пути Агой поднимает из балки петуха, который благополучно перекочёвывает к Лёшке в ягдташ.
-С полем, барин-традиционно поздравляю его я. На озере лёд, который держит собак, но не держит более чем стокилограммового Алексея,который, работая в роли ледокола «Красин», с трудом вынимает изо льда утиные чучела.

Нагруженные мешком с чучелами, идём на базу,завтракаем и решаем проехать ещё в одно место, где можно поохотиться напоследок. Две собаки безуспешно полтора часа прочёсывают балку за балкой, но птицы нет. Я,наученный горьким опытом в доборе подранков, в левый ствол зарядил тройку.
Наконец Портос протянув около сорока метров, становится среди редких камышей.По посылу он резко убегает в густую осоку и оттуда с храктерным тордоканьем взмывает здоровущий петух с длинным хвостом. Бью семёркой. Из птицы летят перья, она менет направление полёта и летит боком ко мне в пятидесяти метрах.Стреляю тройкой и петух начинает часто махать крыльями, после чего делает вверх свечку, останавливается, и как цветная ракета падает в камыши метрах в ста пятидесяти от нас. Подходит Алексей и две наши собаки общими усилиями находят петуха. Какой же он большой!-Трёхлетка-авторитетно заявляет Лёша. И добавляет-красивый выстрел,поздравляю.

Едем на базу, обедаем и выезжаем в Волгоград. По дороге Алексей рассказывает мне, как его дед-фронтовик сдерживал атаки немцев и как приволжские балки задержали продвижение танков Гудериана, а русские морозы заморозили солдат Паулюса. Грузимся на мою машину, Алексей провожает меня до выезда из города.Прощаясь, обнялись. Кончился сезон охоты с легавой и становится опять как-то удивительно светло и грустно в ожидании нового сезона. Ночью я был уже дома. Идя со стоянки увидел на термометре цифру:-14 градусов по Цельсию.Ночью мне снились балки, стойки и взмывающие ракетой фазаны…

чинг 08.11.2011 — 18:11

Прекрасный отчет.

vasilevn 08.11.2011 — 18:20

Игорь спасибо за охоту.

Степан31 09.11.2011 — 17:41

Вот и доктор вернулся! Заждались!

vetdoctor 11.11.2011 — 12:45

Заметает белым снегом
Все тропинки за окном
И по снегу быстрым бегом
Пойнтер мой бежит за сном

Сон тот про былую осень
Что в полях мы провели
Мы во сне природу просим
Чтоб вернуть её смогли

Чтобы снова на опушках
Золотилась вся листва
Чтоб кукукала кукушка
Всем понятные слова

И на зорьке свистом крыльев
Будоражил нас крякаш
По утрам белел бы иней
А в углу висел ягдташ

Только быстро сон промчался
И глаза открыл кобель
За окном лишь снег остался
Да гудит опять метель…

manitu.manitu 11.11.2011 — 13:14

vetdoctor
Идя со стоянки увидел на термометре цифру:-14 градусов по Цельсию.

Интересно, как у вас там фазаны выживают а снег зимой бывает?

vetdoctor 11.11.2011 — 13:31

Интересно, как у вас там фазаны выживают а снег зимой бывает?

Вы невнимательно читаете. -14 было уже дома, в Саратове, а охотился я за Волгоградом, в сторону Астрахани. Снег везде бывает, но там, где фазаны живут, несколько ужнее нас, поэтому они перезимовывают обычно нормально. У нас же несмотря на морозы, куропатка выживает, так фазан за счёт своего зимнего пера больше приспособлен к зимовке, чем куропатка.Вот где-то так.

manitu.manitu 11.11.2011 — 13:47

vetdoctor
ак фазан за счёт своего зимнего пера больше приспособлен к зимовке, чем куропатка.

А,у нас в Московской обл.зимой куропатка выживает а фазаны которые с ферм сбежали нет.

vetdoctor 11.11.2011 — 14:09

А,у нас в Московской обл.зимой куропатка выживает а фазаны которые с ферм сбежали нет.

Не путайте дикую птицу с инкубаторской. Если при дичеразведении раньше аклиматизировать птицу,обеспечить ей кормление в снежную зиму+убрать естесственных врагов, то такие случаи перезимования бывают. Например,
в о/х «Сокино», где я когда-то работал, было несколько крупных,перезимовавших петухов, которых не съели хищники.И до сих пор в соседних районах Волгоградской области можно встретить уже в природе размножившихся фазанов, из числа выпущенных под ружьё, но оставшихся в живых. И всё же фазан больше приспособлен к более южному климату,хотя свободно живёт и в приморье, и на Дальнем Востоке.Не будем засорять тему, созданную для другого.

чинг 13.11.2011 — 18:01

В 80-х годах прошлого века, фазаны круглый год жили в Лосином острове Москва.
Ес-но их подкармливали и охраняли.

Покет 13.11.2011 — 20:53

а все испытания в Гатчине до революции проводили по фазану. и встречали и стреляли их там вплоть до 30 годов.

manitu.manitu 13.11.2011 — 23:37

Ну и может надо заняться фазановыпусканием,вроде это в интересах всех.

Паршев 14.11.2011 — 12:33

Императорская охота бродячих кошек и собак стреляла сотнями и тысячами, не считая других мелких хищников — кто сейчас этим заниматься будет?
А так охрана и подкормка — ключевой момент, снега и холода они не боятся, если кормленые.

vetdoctor 14.11.2011 — 16:04

ДАВНЫМ-ДАВНО.

Было это в начале семидесятых годов. Однажды неожиданно приехавший к нам давний знакомый отца стал приглашать нас к себе на Каспий, где он работал тогда на нефтеразработках. Поскольку у папы были оставлены пара дней от отпуска, да впереди были ноябрьские праздники, долго уговаривать его не пришлось. Исходя из того, что у меня были осенние каникулы, то вопрос с моим присутствием на охоте был также решён положительно.

И вот нас уже встречают на затерянной среди степей железнодорожной станции где-то недалеко от Гурьева. Папа попросил своего приятеля найти для меня ружьё.В ответ дядя Толя (так звали папиного сослуживца)достал из-под дивана Браунинг «Ауто-5» 16 калибра с обрезанным на две трети стволом без мушки.
-Да мой старший перед армией водички зачерпнул, да потом по гусям выстрелил, вот и разорвало чок-объяснил дядя Толя-так теперь и лежит без дела, а для пацана в самый раз будет-подъитожил он сказанное.

Утром мы на катере выехали в сторону моря по каким-то извилистым протокам среди камышей. На маленьком островке меня вместе с Джимом высадили, дали три гусиных фанерных профиля, десять патронов с дробью от пятёрки до единицы и уехали дальше. Осмотревшись, я нашёл куртинку тростника на сухом в конце вдававшегося в островок залива. Берег залива был весь испещрён гусиными и утиными следами. Там же было достаточно птичьих перьев.

Зарядив полуавтомат пятью коротенькими патронами (патронник там был 65 мм), я залез в самую гущу сухих тростников, воткнув три профиля в двадцати метрах на мелководье и усадил рядом Джима.Хитрый рыжий пёс всё время залезал мне на колени, мешая удобно положить ружьё.Со стороны уехавших взрослых донеслась частая стрельба, а ко мне никто не хотел лететь. Убаюканный прижавшимся ко мне тёплым псом, я постепенно начал кемарить.

Неожиданно Джим вытянулся в струну в сторону профилей и тихонечко заскулил. Посмотрев в ту сторону я увидел, как не далее пятнадцати метров от нас по мелководью разгуливало не менее тридцати гусей. Прицелившись в ближнего, я толкнул пальцем впереди скобы, снимая ружьё с предохранителя и нажал спуск.После выстрела поднялся неимоверный гомон и замелькали разлетающиеся в разные стороны гуси.Один из них пролетал над нами в десяти метрах и я успел ещё два раза выстрелить по нему.Гусь приземлился в пяти метрах от нас с перебитым крылом и Джим быстро поймал его.

Когда же я посмотрел в ту сторону, куда был направлен мой первый выстрел, то обомлел. На одной линии лежали три гуся.Один из них судорожно стучал крыльями по песку, остальные два не подавали никаких признаков жизни. Быстро выбежал я из скрадка, собрал гусей,спрятался обратно и дозарядил ружьё. Через некоторое время напротив меня сел кряковой селезень, который тоже был отстрелян сидячим и подан мне в руки Джимом.

Вскоре со стороны моря послышался гул мотора и катер ткнулся носом в песок моего островка. На носу лежало не меньше двадцати разных птиц, но какое это имело значение по сравнению с моей мальчишеской удачей? По-взрослому я разрядил Браунинг, хотел степенно рассказать про свою охоту, но не удержался и закричал на весь остров:-папуля, мы с Джимкой тоже с полем!!!
Эхо подхватило мой крик, а отец с дядей Толей переглянулись и показали друг другу поднятый вверх большой палец.

Никогда в жизни так остро я не ощущал того, что называется счастьем…

vetdoctor 16.11.2011 — 13:32

Иногда бывает грустно
Оттого,что всё пройдёт
И хоть письменно, хоть устно
Память за мечтой уйдёт

Убежит в угодья разом
Где бродили мы с дружком
Потеплеет душа сразу
И потянет вдруг дымком

Просочившимся из леса
От знакомого костра
Дым струится, как завеса
Где на зорьку нам пора

А на деревце знакомом
Гроздью вальдшнепы висят
У подножья, частоколом
Ружья милые стоят

И вздохнув невольно громко
Я иду творить дела
Лишь виновна мать невольно
Что бродягу родила…

vetdoctor 21.11.2011 — 14:00

ПРЕКРАСНЫЕ МГНОВЕНИЯ ГОНА.

На дворе стоял ноябрь середины восьмидесятых. Впереди были несколько праздничных дней. Вальдшнепы уже улетели и по утрам стоял довольно приличный морозец,сковавший практически все водоёмы со стоячей водой. Сергей, мой тогдашний товарищ по охотам,позвонил мне вечером и стал сманивать к Ивану по зайцам. Машин у нас с ним тогда не было, поэтому пришлось добираться на поезде, после чего по залитой луной сверкающей от снега дороге ещё десяток километров пройти от расположенного в степи полустанка до забытой Богом маленькой деревушки Шмыглино.

Иван как всегда, встретил нас с большой радостью. -Вовремя приехали.Молодцы!-сказал он нам-сегодня Лада за два часа трёх косых мне сгоняла. Разомлевших в тепле после прогулки по морозцу и пары рюмок водки,нас разморило на сон.Только коснувшись щекой подушки, я моментально провалился в глубокий сон. И почти тотчас же Иван начал меня трясти за плечо-просыпайся, соня, уже солнышко взошло.

Позавтракав яичницей с салом и попив чаю, мы вышли на улицу. Стоял великолепный солнечный денёк. Лада взгромоздилась Ваньке лапами на живот и лизала ему руки, предвкушая охоту. -Пойдём в бугры сегодня-сказал нам Иван и направился по дороге к видневшемуся вдалеке сосняку, растущему на холмах.

Неожиданно сзади раздался выстрел,после чего мы услышали с другой стороны деревни отборный мат и увидели небольшого роста коренастого мужичонку в заячьей шапке,который бегал вокруг заброшенного дома с разложенной тульской курковкой. -А мать-перемать его ити-вместо приветствия сказал он Ивану-убёг такой сякой,да скаканул сюды.

В это время в кустах за домом раздался тонкий заячий крик и появилась Лада.На губе её виднелся заячий пух.-Иди забирай своего непутёвого-скороговоркой сказал мужичку Ванька и мы продолжили свой путь в сторону холмов. В первом же распадке Лада подняла зайца и ушла со слуха.-Становись здесь-сказал он мне-а я вон там перехватить попробую.Сергей, айда со мною, там два распадка перекрыть надо.

Ребята ушли, а я начал осматриваться, выбирая лаз. По самому дну распадка шла хорошо набитая заячья тропа, а по краям росли кусты краснотала. Возле одного из таких кустов я и встал. Обзор был великолепный, а сам я был достаточно хорошо спрятан среди веток краснотала. АЙ-АЙ-АЙ-АЯЙ-ЯЯЙ-ЯЯЙ!
-донеслось со стороны холмов. Всё ближе, ближе,ближе, а зайца не видно. Уже совсем близко видно голосящую Ладу. В этот момент прямо с другой стороны куста, в котором я стоял выскочил крупный, весь цветной русак с красивым кушаком на спине и покатил по чистому не далее как в пяти метрах от меня.

ИЖ-58 догоняет удаляющегося зайца, палец привычно жмёт спуск и вот уже я отрезаю у зверька пазанки для Лады. Этот день был особенно успешным для нас. Лада почти без перемолчек гоняла одного зайца за другим и уже перед закатом солнца у каждого из нас на спине висело по паре ушастых. Прямо перед деревней опять яркий гон и седьмой взятый заяц.На этот раз повезло Сергею.

На следующий день специально дали собаке отдохнуть, а время посвятили подлёдной рыбалке. Из поставленных Иваном в лунки жерлиц через каждые три-четыре часа нам удавалось вынимать довольно приличных, килограмма по полтора, щук. Вечером к Ивану приехали гости на «Волге». Блестящий ГАЗ-21 привёз к нам наших старых знакомых,Георгиевича,Дмитрия, у которого когда-то была сука сеттера-гордона и ещё одного мужчину, которого мы не знали. Георгиевич сразу же занёс в дом футляр с ружьём.-С чем приехали?-спросил я его.-С Голландом-расплылся тот в довольной улыбке.

Шикарный стол из щучьей ухи,тушёного в сметане зайца вместе с удивительным домашним хлебом приехавшие разнообразили дорогим коньяком и различными домашними припасами. Пришло время показать ружья. Красивейший Голланд-Голланд Ройал двенадцатого калибра имел не менее интересную надпись: «Г.К.Ж. от Д..Д.А.Э.,Берлин,1945 год.» Георгиевич светился счастьем.Надпись сия означала следующее: Георгию Константиновичу Жукову от Дуайта Дэвида Айка Эйзенхауэра. Совершенно непостижимыми и немыслимыми путями сей раритет попал в руки нашего коллекционера, отчего Георгиевич просто раздувался как мыльный пузырь.

Утром наши знакомые пошли отдельно устраивать загоны на зайцев, а мы с Иваном и Сергеем опять охотились с Ладой. Последний в этот день, четвёртый заяц водил собаку часа два.Уже в сумерки мне удалось подставиться под гон и после первого промаха вторым выстрелом косой был взят. Взяв Ладу на сворку, мы двинулись к дому. -Вот они, кровавые следы белобандитов-пошутил вышедший нас встречать Георгиевич.-А у Вас как?-спросил я его.-Да ложа явно не по мне, трёх промазал- с досадой ответил он мне-да и менять жалко, уж больно красивая-добавил он. Забегая вперёд, скажу, что это была единственная охота, где Георгиевич стрелял из этого ружья.Старое привычное Лебо было его основным ружьём и только к старости он перешёл на по случаю купленное курковое Пёрдэ.

Утром гости уехали, добыв на троих семь зайцев, а мы остались ещё на один день.Наслаждение от голоса собаки,трудные перехваты зайцев вселяли в душу восторг и волнение. Но главное, что мы были молодые, беспечные к трудностям, уверенные в себе люди. Обратно Иван отвёз нас в Дьяковку на лошадке, запряжённой в санки . Щуки, зайцы и подаренные нам Ваней сушёные грибы оттягивали нам руки. Приехав в город, я с вокзала позвонил из таксофона домой и папа приехал нас встречать на машине. И долго ещё вспоминали мы с Сергеем музыку гона в исполнении Лады…

vetdoctor 29.11.2011 — 13:25

Кто хочет истину постичь
Пусть тот идёт в поля
С природой вместе погрустить
Удач с небес моля

Следить движения челнок
Что шьёт по полю пёс
И понимать,не одинок
Ты в этом мире грёз

И вот когда в какой-то миг
Замрёт Ваш пёс как тень
В устах родится новый крик
И славным станет день

Когда кобель, припав слегка
Пружинясь весь, пойдёт
И куропаткам из ложка
Ружьё ответит: «бот!!!»…

Паршев 30.11.2011 — 15:41

Оно конечно такие гравировки всегда немного сомнительны — я не слышал, чтобы Эйзенхауэр именовался в таком порядке, оба его официальных имени были на «Д», а прозвище «у них» идет после имен: Dwight David «Ike» Eisenhower.

Но Голланд-Голланд ружьё хорошее, Жуков и Айк дружили, много встречались, в том числе в Берлине, так что вполне вероятен и такой подарок.

vetdoctor 01.12.2011 — 16:34

Андрей Петрович! Я позвонил вдове Георгиевича, так оказалось, что Вы правы. Поэтому изменяю строку в рассказе. Действительно, надпись была Г.К.Ж. от Д.Д.А.Э.,просто я забыл об этом, поскольку прошло больше тридцати лет.
На самом деле там было две пары стволов. Первая: сталь Джозефа Витворта,757 мм, оба 0,7 мм, вторая, заказанная Г.К.Жуковым в Берлине: сталь Бёллер-Антинит, мастер Штремпель, 750, 1,0 и 1.25 мм.для стрельбы уток мелкой дробью
Вот где-то так. С уважением, д-р Б.

Паршев 02.12.2011 — 20:30

А «непостижимый и таинственный путь» скорее всего тогда такой: имущество Г.К. было конфисковано по пути из Германии, когда он попал в опалу, и было либо реализовано через комиссионный, или кто-то причастный «пригрел».

vetdoctor 05.12.2011 — 12:51

А «непостижимый и таинственный путь» скорее всего тогда такой: имущество Г.К. было конфисковано по пути из Германии, когда он попал в опалу, и было либо реализовано через комиссионный, или кто-то причастный «пригрел».

Всё куда как прозаичней.Брат Г.К. проиграл ружьё в карты коменданту Берлина, а далее по цепочке попало сначала к командующему ПриВО, затем к полковнику Ш.,который его продал ружейному мастеру Лощилову, а тот уже перепродал Георгиевичу.Дальнейшая судьба этого ружья происходила при весьма трагичных обстоятельствах.Сын Георгиевича Сергей, работая районным охотоведом, на загонной охоте получил пулю в ногу от клиента.В результате ампутация ноги по колено, заказ протеза в Германии и вынужденная продажа ружья за 5 тыс.у.е. местному олигарху, который сейчас в федеральном розыске и судьба ружья неизвестна.Вот где-то так.

vetdoctor 05.12.2011 — 16:44

ОЧЕНЬ ПЛОХАЯ СТРЕЛЬБА ИЛИ АТОС ОБИДЕЛСЯ.

Заканчивалась осень двухтысячного года. Шёл ноябрь с его дождями и ночными заморозками.Дмитрий только недавно сменил разбитый в аварии москвич-комби на переднеприводную «Таврию». Очень экономичная маленькая машинка довольно надёжно забиралась на размытые дождём горки, в которые нам приходилось въезжать, возвращаясь с вальдшнепиной охоты на гривах вдоль левого берега Волги.

Вальдшнепов ещё оставалось достаточно и наши ягдташи не пустовали. Побродив почти весь световой день нам удалось без промаха взять по шесть птиц. Выехав на асфальт засветло,Дмитрий направил машину в сторону лежащего в нескольких километрах от дороги большого озера, в мелких заливчиках которого часто удавалось успешно отстоять утиную зорю.

Оставив машину у стога, мы приготовили ружья и разошлись каждый на один из заливчиков. Старенькую англичанку Нору Дмитрий оставил в машине, а Атос бодро последовал за мной. Быстро темнело и из низких кучевых облаков начал накрапывать противный моросящий дождик.Пришлось поднять капюшон на куртке.
Видимость резко ухудшилась. И тут со всех сторон начали мелькать тёмные утиные тени. Только вскинешь ружьё, а утки уже не видно.

Стрельба у нас обоих не заладилась.После двенадцатого промаха Атос заскулил и стал лаять на меня.Пара успешных попаданий несколько успокоили собаку.Подержав уток в зубах, кобель начал более спокойно реагировать на нашу «мазню».Через пятнадцать минут патронташи наши опустели, а на ягдташах висело лишь по паре уток. Всю дорогу до дома Тошка сидел сзади и не реагировал на наши разговоры, отвернувшись в сторону. Даже предложенная ему в качестве компенсации любимая охотничья колбаска не вызвала обычного в таких случаях восторга.

-Он ведь чемпион, а мы с тобой мазилы-сказал мне Диман на прощание, высаживая нас у моего дома. На другой день, снова отохотившись по вальдшнепам, мы решили реабилитироваться перед кобелём. Заря была светлой и утки начали лететь довольно рано, хорошо проецируясь на фоне светлой полоски неба.В ногах моих лежал ягдташ, в котором было по пятьдесят патронов разного калибра, а к кустику были прислонены Дефурни и МЦ-8 с короткими стволами.

Из первого же обстрелянного нами с Димой табунка вывалилось четыре кряквы, которых Атос с удовольствием подавал из камышей. Но как быстро лёт начался, так он и закончился.Но мы были счастливы, что не подвели Атоса, взяв каждый по семь уток с семи выстрелов. Всю дорогу назад кобель преданно смотрел мне в глаза и всё время подлизывался, стараясь привлечь к себе побольше внимания. Как же мало оказывается надо собаке для полного счастья. Только стреляй хорошо и все дела…

vetdoctor 08.12.2011 — 14:46

СЛОЖНОЕ РЕШЕНИЕ.

Однажды приехали мы на станцию Джанибек Уральской области Казахской ССР.Было это в те добрые, сейчас уже основательно забытые времена, когда перемещение по всей территории Советского Союза, за исключением приграничных районов, осуществлялось без каких-либо препятствий со стороны властей. Выгрузившись с поезда, стали спрашивать, где живёт местный охотовед или егерь, у которого можно взять путёвки на охоту. -Зачем бумажка хочишь?-спросил нас местный казах-таньга платить будишь. Все разъяснения по поводу незаконности охоты без путёвки нашего нового знакомого никак не убедили.

В конце концов нам объяснили, что местное общество охотников расположено в пяти остановках на автобусе, который ходит лишь два раза в день-утром и вечером. Собрав деньги и документы, взрослые отрядили меня как самого молодого, делегатом в местное общество, естественно, пешком. Отец, дядя Серёжа оставались с вещами и собаками на вокзале ждать моего прихода.

Пройдя по раскисшей от осенних дождей улице километра четыре, я увидел маленький одноэтажный бревенчатый домишко, на котором красовался красный флаг и висела какая-то табличка. Перевести написанное я не смог из-за скудных познаний казахского языка, но всё же вошёл в открытую дверь. Напротив меня за столом под огромным портретом Л.И.Брежнева восседал важный мужчина в галстуке поверх водолазки и в армейской фуражке с кокардой охотслужбы. -Тибэ чиво?-спросил он меня строго, и выслушав ответ, заявил-
сёдни приёму нэт, завтра прихады.

Отчаявшись, я решил без путёвок никуда не уходить и стал объяснять начальнику, кто мы такие и откуда приехали. Азык тулик знаишь?-вдруг спросил он меня. Я непонимающе замотал головой. -Арака бар?-было вторым вопросом. Опять непонятно.-Водка в магазын иды пакупай-рассерженно прояснил он мне ситуацию. Подсчитав имеющиеся у меня деньги, я понял, что если я потрачу три рубля шестьдесят две копейки на водку, то на путёвки у меня денег совсем не останется.-А у Вас путёвки почём?-со страхом переспросил я грозного чиновника от охоты. -Иды, быстрей иды-тоном, не терпящим возражение, ответил дядька.

Магазин был через дорогу.На нём висела табличка: «Азык тулик». Плохо соображая, что я делаю, неожиданно я спросил продавщицу-арака бар? Она посмотрела на меня испытывающим взглядом и переспросила-ахча бар? Ну таньга есть?-поправилась она. Смущаясь, я протянул ей пятирублёвую бумажку.
В ответ она дала мне бутылку водки «Экстра» за четыре двенадцать и сдачу.

Перейдя дорогу, я вошёл в здание охотобщества и вручил вожделенную бутылку председателю. Тот мгновенно оживившись, откупорил её и из горла в один присест влил в себя половину содержимого. Я с ужасом наблюдал эту картину.
-Затчэм путёвка нужин?-спросил он меня и достав бланк, стал писать на нём какую-то записку.После этого он куда-то позвонил по телефону и буквально через пять минут к крыльцу подъехал видавший виды «ГАЗ-69» с открытым верхом. Начальник что-то сказал на казахском языке водителю и тот согласно закрутил головой. -Давай садысь, вакзал паедым-произнёс водитель.

За считанные минуты преодолели мы так трудно давшиеся мне пешком километры и вот уже отец с дядей Серёжей встречают нас. Быстро погрузив наших собак, ирландца Джима и спаниеля Дика, закинув рюкзаки, мы поехали куда-то в неизвестном направлении. По пути отец расспрашивал меня про путёвки и я честно сознался в покупке водки и всём остальном. Газик привёз нас на большой лиман, на берегу которого стояла овечья кошара и маленький саманный домик. Водитель белозубо улыбнулся вышедшей встречать нас женщине, быстро помог разгрузиться, сунул в руки хозяйки написаную председателем записку и уехал восвояси.

Нас пригласили в дом, показали места на большой кошме, где нам предстояло прожить неделю. Айша, так звали женщину, пригласила нас к чаю с лепёшками.
За разговорами выяснилось, что она недавно закончила сельскохозяйственный институт в Алма-Ате и работала здесь по распределению начальником охотничьего хозяйства. Она очень хорошо говорила по-русски. Вскоре пришёл и её муж. Познакомились.Его звали Мурат, он пас овец и ловил сазанов в пруду.

Вечером, взяв собак и ружья, мы под предводительством Мурата проследовали на открытые для стрельбы плёсы в камышах.Пожелав нам удачи, он ушёл в сторону дома. Стало смеркаться. И вот уже первые стайки чирков и широконосок стали налетать на нас. Утки падали, собаки подавали и в конце зари мы шли к дому нагружённые дичью.

Дни полетели незаметно. Охота складывалась как нельзя лучше, хозяева наши предупреждали любое наше желание, собаки прекрасно работали.Но всё когда-нибудь кончается.В конце недели мы сидели на завалинке домика и ждали машину. -Хороший человек наш председатель, но уж больно водку любит-на прощание сказала нам Айша-скоро всю дичь в округе пропьёт.Но мальчик Ваш сделал правильный вывод и принял верное решение. В это время на горизонте показалось облачко пыли.Это за нами ехала машина. Дик с Джимом понеслись ей навстречу, радостно лая.

vetdoctor 12.12.2011 — 14:42

СООБРАЗИТЕЛЬНЫЙ АТОС.

Как-то в конце девяностых годов поехали мы с моим тогда ещё недавним другом Володей и его сослуживцем Сашей на охоту в Марксовский район. Оба мои компаньона в то время имели довольно смутное представление об охоте вообще и
о охоте с легавой в частности. Приехав на место, быстро поставили палатку, собрали дрова для костра и до вечерней зари решили пройтись по бурьянам в поисках перепелов и куропаток.

В первом же овражке Атос после длинной потяжки стал, а когда мы подошли к стойке, бросился за стоявший впереди куст и прыгнул в него нам навстречу.
Из куста вылетел здоровенный коростель.Отпустив его метров на двадцать пять,жму спуск и коростель кувыркается в траву.Тошка с довольным видом подаёт мне птицу. Пока я перезаряжал Дефурни и приторачивал коростеля к ягдташу, кобель опять застыл на стойке метрах в ста от нас. Подбежав, посылаю и вот уже со всех сторон замелькали куропатки.Компаньоны мои промахнулись оба от избытка чувств, а мне удалось сдуплетить последнюю поднявшуюся пару.

Стало темнеть и мы поспешили на ближайшее озерко. Лёт был слабеньким и выбив дуплетом пару из налетевшего табунка серок, я направился к стану.
Компаньоны мои стояли удачнее, но с трёх налётов на двоих сумели уронить только одну крякву, да и ту подранком .Послав Атоса в камыш, стою и жду. Кобель вдруг выбежал на поле и стал челночить в строну стана. Не понимая, в чём дело, я начал отзывать собаку назад. Атос не реагируя на мои команды, продолжал искать в поле. Каково же было моё удивление, когда собака неожиданно пришла ко мне с поля, неся во рту живого крякового селезня с перебитым крылом.

На стану нас ждал потрескивающий дровами костёр. Блики огня бросали таинственные тени на окружающие деревья, отчего всё вокруг казалось нереальным и сказочным. Покормив собаку, мы сели ужинать. Ребятам понравилась охота с собакой.Они воодушевились.Забегая вперёд, скажу, что наш с Атосом пример не пропал даром.Володя стал заядлым легашатником, приобретя себе при моей помощи прекрасную суку дратхаара, работающую и по сей день.

Следующий день мы посвятили поискам перепелиных мест. И уже к вечеру недалеко от одного из водоёмов по дороге к городу, удалось найти высыпку пролётных перепелов,где всем посчасливилось успешно пострелять.Ребята поняли суть этой охоты и стреляя из-под стоек по очереди, мы постепенно наполняли ягдташи залитыми салом кургузыми перепелами. Стало смеркаться.
Решено было отстоять последнюю вечёрку внутри большого пруда, куда мы еле пробились через прокосы в камышах.

Владимир стал левее меня на противоположной стороне, а Александр присел на кочки недалеко от меня. Стоя почти по пояс в воде, я усадил Тошку на ближайшую кочку и стал ждать лёта уток.Он не заставил себя ждать. Скоро пруд стал сотрясаться от выстрелов. Утки падали и на чистую воду, и в камыш, и между кочками. Атос прекрасно подавал их отовсюду.

Последняя кряква, сбитая Владимиром, упала возле него на глубокое место. Попробовав самостоятельно достать её, он попросил послать собаку. Кобель доплыл до утки и хотел отдать её Володе, но тот стоял в воде почти на пределе костюма ОЗК, поэтому просто сказал:-Тоша, я еле стою, плыви, неси хозяину. И кобель понял! Он переплыл разделяющие нас почти сто метров и отдал крякву мне в руки. Прошло уже много лет, но до сих пор меня не покидает впечатление, что он абсолютно верно понял смысл сказанной Володей фразы.

vetdoctor 19.12.2011 — 15:11

Зима,зима…И белый снег ложится
На землю, на асфальте за окном
Он в воздухе как занавесь кружится
Траву укрыв,уж спящей мёртвым сном

В лесах, полях,на речках и болотах
Сокрыто всё живое под снежком
Там нет следов, уж не кипит работа
Не катит ребятня из снега ком

Затихли звуки,лишь метут метели
Позёмкой все дорожки заметя
Там за метелью не заметны ели
Клубами снега на ветру крутя

Но всё-ж зовёт меня в поля упрямство
Ружьё лишь в руки, да бывал таков
Ведь то ребята,всё равно,что пьянство
Азарт охот, для нас, для дураков…

vetdoctor 26.12.2011 — 14:56

«НЕПРАВИЛЬНЫЕ» ГОНЧИЕ.

Недавно, после неудачных загонных охот по кабану, я был приглашён своими давними знакомыми в один из правобережных районов на охоту по зайцам и лисам из-под гончих собак. Приехав, очень поразился несуразности экстерьера и разномастности собак. Как мне сообщили, это какая-то вырождающаяся ветвь местной линии англо-русских гончих, предки которых когда-то гремели как выдающиеся рабочие собаки.

Посиделки, как всегда, затянулись далеко за полночь, а с рассветом пришлось вставать с постели и приводить себя в порядок. Во время завтрака к нам присоединились остальные участники охоты. У одного из них в машине сидела очень красивая багряная выжловка русской гончей.

Подъехав к участку леса, где нам предстояло охотиться, присутствующий с нами егерь сообщил, что у него остались незакрытыми три лицензии на косулю, поэтому в случае выхода косули в пределах верного выстрела, надо постараться не упустить такую возможность.

-А что, Ваши собачки копыто гоняют?-недоумённо спросил я.-Да вот такие они неправильные-было ответом-от гона кабанов и лосей отучили, а от косуль никак.Поэтому если нет лицензий, то стараемся в эти угодья не ездить. Вязкие они, а в ближайших хозяйствах егеря иногда стреляют по собакам.Вот мы и опасаемся. Для меня это сообщение не было новостью, но в случае ухода собак за козой мы могли лишиться не только охоты, но и самих собак.

-Вставайте вот здесь, на краю сосняка-сказал мне егерь, и пожелав-ни пуха, не пера, уехал на машине набрасывать собак.Лишь только затих гул отъезжающей машины, как повисла гробовая тишина. Погода была слегка влажная, поэтому я был обут в валенки с галошами. Выбрав местечко с хорошим обзором в обе стороны, оттоптал снег под ногами.Сзади меня росла небольшая сосенка. Зарядив полуавтомат пятью патронами с дробью от четвёрки до нуля, стал ждать.

Постепенно погодка стала «разгуливаться». Появились просветы голубеющего неба в облаках, в которых время от времени показывалось неяркое солнце.
Я стал наблюдать всё вокруг. Вот напротив меня на сосенку села синица.
Её жёлтое оперение красиво контрастировало с зелёными иголками.
От выглянувшего из облаков солнца снег вокруг заиграл красками.

И в этот момент раздался дружный зарёв всех трёх собак. Голос гончие отдавали очень ярко, в них чувствовалась злоба. Без сколов, напрямую, гон из оврага стал перемещаться наверх, в мою сторону. Явно по лисе-мелькнула мысль. Ружьё снято с предохранителя, я -весь внимание. Гон идёт по прямой в мою сторону. И вот показавшись в тридцати метрах из-за низкорослых сосёнок, подбрасывая задами и мелькая белыми «цветками», мимо меня по-чистому в двадцати метрах несутся две косули.

Мушка ловит шею переднего козла с небольшими рожками. Жму спуск и тут же перекидываю ствол на вторую козу. Второй выстрел и коза как заяц кубарем летит через голову. Минут через пять подваливают собаки. Отгоняю их от стрелянных зверей.Никак не могу прийти в себя от пережитого. Через полчаса подъезжают другие участники охоты. -Вот тебе и неправильные гончие-говорит егерь и поздравляет меня с полем, а заодно и благодарит за трофеи,поскольку в случае сданных неотстрелянных лицензий в следующем сезоне их могут не дать.

За разделкой, костром, на котором тут же мужики поджаривают шашлык из козьих печёнок, традиционной рюмки «на крови», проходит остальная часть и без того короткого зимнего дня. -А Вам нужны рожки?-спрашивает меня егерь.
-Женщины наставят-отшучиваюсь я и в благодарность за охоту с «неправильными» гончими отдаю ему голову козла.

Вечером на кухне, ожидая фирменное блюдо егерской жены, косулятины с картошкой в горшочках, сидим, выпиваем и закусываем малосольными огурцами.
-Приезжайте весной на гуся-приглашает хозяин. Мы радостно соглашаемся.

Утро встречает нас в других угодьях. Погода изменилась.Метёт позёмка, мороз усилился. Собаки уже четвёртый час безуспешно пытаются поднять зверя. Наконец где-то далеко внизу, в овраге, слышу отдалённый гон.Пытаясь перехватить зверя, бегу на край оврага. Но поздно! Вижу далеко в занесённом снегом озимом поле уходящую лису. Егерь трубит в рог, наконец собаки приходят к машинам и вывалив языки, жадно жуют снег. Грузимся и едем по домам. До свидания, «неправильные гончие». Спасибо вам за охоту.

vetdoctor 16.01.2012 — 16:08

СТРЕПЕТЫ В СТЕПИ.

Было это очень давно, когда я был ещё ребёнком. Стрепет в те времена ещё не был запрещённой к отстрелу дичью и табунки этих красивых птиц
в больших количествах можно было найти вокруг степного посёлка, где мы тогда жили. В один из выходных осенью папа взял меня с собой на охоту.

Выехав на ГАЗ-69М рано утром, мы помчались через придорожные лужи к отдалённым оврагам,заросших ковылём,полынью и бурьянами.Бой всю дорогу дрожал мелкой дрожью, предвкушая охоту.Наконец впереди обозначился конечный путь нашего путешествия. Папа вынул из кожаного футляра курковое МЦ-9 и зарядил оба ствола шестёркой в красных папковых гильзах.

-Ищи, мальчик-напутствовал он собаку и трудяга Бой на широком челноке стал обыскивать обе стороны оврага, то спускаясь вниз, то поднимаясь вверх.
Через полкилометра он протянул на ветер около пятидесяти метров и застыл красивым чёрным изваянием, вытянув прут и поджав к груди правую переднюю лапу. Отец зашёл сбоку и немного впереди от собаки,взвёл курки. -Пиль!!!-последовала команда.Бой прыгнул вперёд и со всех сторон начали подниматься стрепета.

МЦ-шка раз за разом гулко и звонко щёлкнула над оврагом и вот уже две красивые птицы, похожие на маленьких дроф,приторочены к папиному ягдташу.
Табунок переместился метров на четыреста и сел в открытой ковыльной степи.
Папа перезарядил ружьё и мы двинулись в их сторону. Кобель расширил поиск до двухсот метров и вскоре мы опять лицезрели красивейшую дальнюю потяжку, закончившуюся выразительной стойкой. На этот раз птицы не дали возможности зайти перед собакой, отбегая при нашем подходе. Бой продвигался за ними на потяжке. И когда уже до дороги, за которой начиналась лесополоса, оставалось около двадцати метров, папа послал собаку и кобель чёрной молнией, бросившись за дорогу в посадку, поднял стрепетов. Опять удачный дуплет и мы прекратили охоту, с чем я был несогласен, но папа сказал, что жадничать не надо.

По дороге домой мы увидели выводок куропаток, перебегающий дорогу перед машиной. Бой заскулил, но папа был непреклонен.-Жадность фрайера сгубила-прокомментировал он своё решение. Подъехав к дому, мы увидели стоящую возле нашей калитки «скорую помощь» на базе ГАЗ-21 с кузовом «универсал». Это приехали наши знакомые врачи из расположенного в нескольких километрах от нас курорта-грязелечебницы. -Мы с Бойкой отдыхать будем, а ты птичек ощипи.Разделение труда-подвёл своё «резюме» папа. До сих пор вспоминаю, как я собирал красивые охристые и жёлто-серые перья таких редких сейчас птиц…

vetdoctor 17.01.2012 — 16:08

ПОСЛЕДНЯЯ ОХОТА.

Спустя почти двадцать пять лет решился я написать рассказ о нашей последней совместной охоте с отцом.Начавшаяся перестройка, уход папы на пенсию в связи с приходом к власти демократов, распадом СССР и последующими разрушившимися деловыми связями с поставщиками из бывших союзных республик сильно ударили по его здоровью. Он уже никуда не хотел выезжать на охоту, изредка позволяя себе побродить по лесу за грибами.

И вот вдруг неожиданно как-то зимой, он позвонил мне и бодрым голосом пригласил меня на отстрел товарных лосей в одном из охотхозяйств, где руководили его друзья. Я с удовольствием согласился, поскольку мы давно уже не были вместе на охоте, а тут представился такой случай. И вот в выходные дни рано утром проверенная временем «буханка» подвозила наш небольшой коллектив к егерской сторожке.

Быстрое построение, инструктаж и заезд на номера.Егеря с лайками и ягдтерьерами поехали вокруг небольшого леска с преобладанием осин, а мы, вытянувшись в цепочку вдоль лесной дороги остались в ожидании зверя. Лосих и крупного быка нам категорически запрещено было стрелять, поэтому речь шла об отстреле двух сеголетних телят,обнаруженных егерями по входным следам в урочище.

Встав на номер, я огляделся. Слева от меня стоял умудрённый опытом охотник из местных, за ним мой отец с карабином, а далее отставной полковник артиллерии. Отоптав снег, зарядил свою тогдашнюю императорскую тулку двумя пулями Бреннеке и отметил для себя ориентиры для сектора стрельбы.

Примерно через тридцать минут в загоне послышался нарастающий лай, за ним шум и треск ветвей. Вскоре между мною и местным охотником, сопровождаемый истошно голосящим ягдтерьером, невозмутимо и горделиво проследовал крупный бык с большими лопатами рогов. Старый охотник даже бровью не повёл в его сторону, а я проводил лося восхищённым взглядом. Напротив папы лайки кружились в кустах и лаяли на одном месте. Вижу, как он медленно поднимает карабин и…так же медленно его опускает. Не понимая в чём дело, слежу за перемещением собак.

Они продвигаются вдоль опушки в нашу сторону. Когда лай стал слышен напротив меня, раздался треск валежника и на поляну в пятидесяти метрах выбежало два довольно крупных молодых лося. Отбиваясь от собак, они время от времени делали выпады в сторону лаек, но те довольно чётко держали дистанцию.Пока одна собака отскакивала от атакующего телка, вторая старалась сзади схватить того за гачи. Белые «чулки» мелькали в разные стороны, собаки со зверями кружились по полянке, постепенно приближаясь к опушке, где стояли стрелки.

Вдруг один лось, оторвавшись от собак,выбежав на чистое, побежал прямо в мою сторону. Поднимаю ружьё и в двадцати метрах вижу, как вырывается пар из ноздрей бегущего зверя.Жму спуск и бычок заваливается на бок в десяти метрах передо мной. Второй бежит боком вдоль стрелковой линии, сопровождаемый лайками.
Боковым зрением вижу, как старик слева вскидывает ружьё.Выстрел.
Лось садится на задние ноги. Второй выстрел и лайки остервенело щиплют упавшего бычка. Шерсть летит во все стороны клочьями.

-Пара лосей готовы!-раздаётся крик вдоль стрелковой цепи. Но все стоят, ждут команды егерей.Наконец появляется видавший виды ГАЗ-66 с кунгом, подбирающий по пути стрелков. Лоси общими усилиями грузятся в кузов и увозятся на базу разделывать. У обеих лосей распорядитель охоты вырезает языки, которые тут же варятся на таганке, подвешенном над паяльной лампой. Рюмочка на крови. Разговоры, впечатления.

Отец почему-то был грустен. -Палыч, чего не стрелял?-спрашивает его полковник.
-Стыдно сказать.Очки запотели на морозе, когда карабин поднял-отвечает отец и добавляет-видно уже прошли мои охоты, а Гошка молодец,точно в глаз бычку попал. Мне грустно за отца.Понимаю, что это его последняя охота. И точно. Больше он никогда и никуда не выезжал.Здоровье его становилось всё хуже. Времени чтобы пообщаться почаще,как всегда,не хватало. Я жил своей жизнью, в пылу работы и выездов в поля забывая очередной раз позвонить отцу.Последний раз он порадовался за моего Портоса, ставшего призёром состязаний по перепелу, буквально за десять дней до своей кончины…

vetdoctor 18.01.2012 — 13:58

Знаем мы,всё пройдёт безвозвратно
Все до капли мечты расплескав
Не найдёшь ты дороги обратно
С тихой грустью всё в память убрав

Где златые дубовые гривы
Где охотить нельзя уж давно
Осеней там когда-то мотивы
Расплескались в ветвях как вино

Где ушедшие наши собаки
Да весёлая удаль моя
Под пивко доедаются раки
Вспоминается жизнь не тая

Утекло много лет,много боли
Испытать за сей срок довелось
Но не помнится горечи горя
Поохотиться всё же пришлось

И глаза провожают, как прежде
Зверя бег,как и птицы полёт
Жизнь и дальше проходит в надежде
Что охота опять к нам придёт…

vetdoctor 25.01.2012 — 15:21

ГОНЧИЕ ДЯДИ МИШИ.

Когда-то давно, в семидесятых годах мы всей семьёй ездили на машинах отдыхать на побережье Чёрного моря. Однажды друг моего отца пригласил нас в один из приморских портовых городов, где у него жил брат с семьёй. Приехав, мы узнали, что дядя Миша (так звали брата папиного друга)работает егерем лесхоза и держит гончих какой-то местной породы специально для охоты на кабанов.

Собаки эти были намного крупнее русских и русских пегих гончих.Окрасом они походили на багряных русских, но были значительно темнее. Гон они держали почти вертикально. Уши их были посажены так же, как и у всех других пород гончих.Глаза были тёмно-карего цвета, крупные, высоко посаженные. Дядя Миша сказал, что это какая-то вырождающаяся линия польских гончих, куда была прилита кровь русских гончих. Зайцев они не гоняли, а специализировались на лисах, шакалах и кабанах.

Нрава эти собаки были достаточно независимого и к чужим относились с недоверием. Отпуск родителей и мои каникулы протекали прекрасно. Я не вылезал из моря, используя любое свободное время для подводной охоты. И вот к концу отпуска дядя Миша пригласил отца на охоту на потравах. Дело в том, что кабаны уничтожали все виноградные плантации, разрывая большую часть корней виноградной лозы. Поэтому местный винзавод обратился к лесхозу с просьбой об отстреле части клыкастых разбойников.

Дядя Миша выделил отцу одежду,патроны с картечью и курковое тульское ружьё шестнадцатого калибра. Меня на эту охоту не взяли. Вечером к дому подъехала телега, запряжённая парой лошадей. На телеге лежал крупный секач и два подсвинка. Дядя Миша на руках занёс и положил на веранде не подававшего признаков жизни выжлеца Байкала.Тот был весь в крови и грязи. -Позвони ветеринару, пусть приедет-сказал он жене мимоходом.

Пока ехал местный ветфельдшер, выжлец отдал Богу душу. Молча взрослые взяли лопаты и пошли закапывать бездыханное тело собаки. После этого дядя Миша достал из погреба большой кувшин с чачей и они с отцом сначала помянули Байкала, а затем выпили с полем. И тут я наконец-то услышал рассказ об этой охоте.

Место, куда они приехали на охоту, представляло собой ущелье между горами, на одном склоне которого рос виноградник, а второй был полностью укрыт кизиловыми деревьями вперемешку с дубняком. Охотников было шесть человек. Пять из них встали на номера, перекрывая пути отхода кабанов, а дядя Миша с собаками заехал на телеге вниз, в ущелье. Вскоре оттуда послышался яростный собачий лай, который приближался к стрелкам.

Началась стрельба. Часть свиней сразу же отвернула вбок, уводя за собой собак, а огромный секач бросился на прорыв стрелковой линии между отцом и другим местным охотником. Следом за секачом бежал яростно голосящий Байкал. Отец пропустил секача за линию стрелков и отдуплетился в вепря. Видно было, как картечь дважды попала по зверю, но это его не остановило. Развернувшись, он бросился на отца.В это время Байкал вцепился кабану в гачи.

Секач развернулся и одним движением длинной клыкастой морды прикончил выжлеца, практически распоров тому брюхо и разрубив тело надвое почти до шеи. Но этого мгновения хватило отцу, чтобы успеть вставить один патрон и взвести курок. Следующий выстрел был почти в упор и кабан испустил дух.
Гончие прошли по кругу за свиньями и вернулись назад в ущелье. Опять загремели выстрелы, после чего охотники словили собак, взяв их на сворки и охота была закончена.

Такой ценой далась охота на кабанов, а отец долго потом вспоминал Байкала, практически спасшего его от клыков вепря. Ещё несколько лет ездили мы в гости к дяде Мише. Гончие его старели и уходили в страну вечной охоты. В последний наш приезд дядя Миша сказал, что стал стар и на кабанов больше охотиться не будет, да и собак жалко терять. Вот такие воспоминания детства о собаках дяди Миши.

vetdoctor 31.01.2012 — 16:40

Первые три дня были насыщены работой по вакцинации телят, а затем меня закрепили за профилакторием, куда я ходил только во время дойки коров и по заявке доярок оказывал необходимую помощь той или иной корове. Таким образом день у меня получался совершенно свободным и я не упускал возможности в расширении географии моих охотничьих вылазок. Сначала это были недалёкие выходы на ближайшие пруды и в окрестные овраги, заросшие ковылём. Затем расстояние от села всё больше увеличивалось и я еле-еле успевал переодеться в халат с бахиллами для работы вечером.

В один из выходных ко мне приехал местный ветфельдшер на мотоцикле и пригласил на охоту в дальние места. И вот мы с Мартышкой уже трясёмся в коляске старенького «Урала», объезжающего придорожные сентябрьские лужи.
Наконец, проехав по степи около двадцати километров, мы остановились у начала широкой, рядов в восемь посадке из вязов вперемешку с акациями.

-Здесь куры море-почему-то шёпотом сообщил мне мой напарник, снимая со спины видавший виды ИЖ-54. Я собрал ружьё, зарядил оба ствола семёркой с дымарём и пустил собаку в поиск. Март сразу же потянул в середину посадки, время от времени оглядываясь на меня. Через пятьдесят метров я увидел свою собаку на красивейшей стойке. Направление её было как раз между рядков, где везде росли кусты смородины с жёлтыми, красными и чёрными ягодами.

Забежав по соседнему рядку метров на тридцать вперёд, я послал кобеля. Рывок и вот уже вокруг мелькание крыльев с характерным звуком подъёма выводка. Мажу первым по налетающей птице, но развернувшись, поправляюсь и слышно, как упавшая куропатка бьёт крыльями по земле в соседнем ряду посадки. Напарник мой пропуделял оба раза от избытка чувств.

Вскоре он вполне успешно освоил эту охоту и мы, пройдя вперёд по посадке около километра, взяли десяток птичек. Возвращаясь к мотоциклу, я постоянно срывал спелые ягоды смородины и отправлял их в рот. Казалось, что вкус их совершенно необычаен. Товарищь мой сказал, что они из этой смородины варят варенье и компоты, заготавливая ягоду впрок на зиму.

Несколько раз ещё в период той памятной студенческой практики удалось нам с Мартом посетить ту заветную посадку. Помнится один замечательный денёк, когда погода подарила начало красивейшего бабьего лета. В тот раз коллега оставил меня у посадки и сославшись на неотложные дела, уехал в соседнюю деревню в гости к тёще. А я шёл потихоньку между рядками посадки, собирал в большой котелок вкусные ягоды и следил за ищущей собакой.

Как только Март ставал, я тихонечко ставил котелок на землю, снимал с плеча ружьё и начиналась охота. В конце концов, увлёкшись куропатками, я потерял место, в котором оставил котелок и мне пришлось по нескольку раз проходить по разным рядкам в противоположных направлениях, рассчитывая найти оставленные ягоды. Но всё было тщетно. Видимо, мы уже довольно далеко ушли вперёд.

Обратный путь я решил сделать не по смородинновой посадке, а оврагом, идущем вдоль неё. Спустившись, кобель тут же нашёл ещё один большой выводок и мы успешно поохотились, перемещая его по оврагу. В конце посадки нас уже ждал мотоцикл. -Ты чего котелок бросил-спросил меня коллега-вот я его нашёл сразу, как только приехал и пошёл тоже смородины набрать. Вечером мы приготовили смородинновый свежевыжатый сок, смешали его с медицинским спиртом и под жаренных куропаток устроили прощальный банкет.

Практика моя закончилась и утром совхозный автобус уже отвозил нас с собакой на железнодорожную станцию. Больше ни разу не пришлось мне побывать в тех местах, но до сих пор вспоминаю вкус смородины на губах, клубы ружейного дыма и Марта с куропаткой в зубах.

vetdoctor 06.02.2012 — 15:54

ОДНАЖДЫ ЛЕТОМ В СТЕПИ.

Заканчивались семидесятые годы. Отец, мама и я поехали на открытие летне-осеннего сезона далеко в степь, на границу с Казахской ССР. Степь нас встретила палящим зноем, долго не оседающей за машиной пылью и миражами на горизонте. В одном из миражей мы увидели каких-то причудливых животных. Подъехав поближе, разглядели двугорбых верблюдов, важно вышагивающих за проволочной загородкой. Вокруг них паслось с десяток стреноженных лошадей, да вездесущие овцы пощипывали скудную степную растительность.

Март высунуллся из окна нашего «жигулёнка», с любопытством разглядывая невиданных им доселе зверей. За длинным забором из сетки «рабица» на расстоянии около километра поблёскивала вода. При приближении оказалось, что вся долина на протяжении около двух километров была залита водой. Открытые «блюдца» поблёскивали среди зелёных камышей. Это и был конечный пункт нашего путешествия, так называемый лиман «труба», искусственное озеро, созданное путём залива лугов водой из мелиоративных каналов, питающихся из реки Большой Узень.

На подъезде к лиману приколоченный к столбу большой щит гласил: «Н-ское охотничье хозяйство.Охота только по путёвкам.» -Ну вот и прибыли-радостно сказал отец, всматриваясь в горячую марь над камышами. Возле стога сена мы расположили свой стан. Был натянут тент, защищающий нас от солнца, а с другой стороны поставлена тогда ещё довольно новая польская палатка «Пеликан» синего цвета.

Отец наладил примус из таганка и паяльной лампы, после чего мама принялась за приготовление ужина. Открытие охоты ожидалось с вечерней зари, поэтому времени было ещё достаточно. Я было собрался на разведку в камыши, на что отец строго прикрикнул на меня:-Сам солнечный удар схватишь, да ещё и собаку запалишь! Сиди под тентом, я и так тут всё знаю. Жара спадёт, там и определимся.

Тем временем становилось очень душно. Даже под тентом все мы были покрыты капельками пота. Пришлось раздеться до плавок и совершить небольшое купание в лимане, не принёсшее никакого удовольствия. Глубина там везде была по колено, а вода нагрета, как в кипящем чайнике. -Говорил я тебе, Фома Неверующий-беззлобно пошутил папа. Солнце медленно склонялось к горизонту, повеяло небольшой прохладой и налетел тихий сухой степной ветерок, заставив тент затрепетать на ветру.

Вот уже большой красный диск почти полностью скрылся за противоположным берегом. И тогда отец просто и спокойно сказал:-пошли. Я вон там у кустиков справа стану, а Вы с Мартышкой метров пятьдесят от берега зайдите, там баклужинка простреливаемая есть. Да не жадничай, а то всё, что не съедим, пропадёт на жаре. Не пуха!-напутствовал он меня и положив раскрытое Дефурни на правое плечо, отправился навстречу сереющим сумеркам.

Отойдя по воде полста метров, я действительно увидел большую гладь воды впереди себя. Подойдя ближе, обнаружил блюдце, размером около ста пятидесяти метров, в котором тут и там торчали куртинки камыша. В одну из таких куртинок я и встал с собакой, повернувшись лицом к гаснущей заре.
Через некоторое время казалось бы совершенно безжизненная степь вдруг ожила. К лиману со всех сторон потянулись ниточки утиных стай. Неожиданно низко прямо надо мной просвистели крылья и я увидел заходящих на посадку уток. Стреляю раз за разом и ничего не падает. Разгорячившись, открываю беспорядочную стрельбу с нулевым результатом. Стволы моего ИЖ-58 раскалились от стрельбы, к ним невозможно прикоснуться.

Через пятнадцать минут обнаруживаю, что в ружье и патронташе остаётся всего четыре патрона. Неожиданно успокаиваюсь и выцелив налетающих уток, после выстрела лицезрею падение сразу трёх из них в воду. Одна из них плывёт от Марта в камыши. Ловлю утку на мушку, жму спуск и она затихает на месте.
Пока собака подаёт уток, а это оказались широконоски, на меня ещё один налёт пары крякв. Уже в полной темноте стреляю в их сторону и слышу два последовательных шлепка в воду. Скоро Мартышка приплывает с одной уткой, возвращается и приносит вторую.

Патронов больше нет, а утки налетают и садятся на воду со всех сторон. Бреду по воде к берегу с разложенным ружьём, а кобель по дороге всё время поднимает уже севших на ночлег уток. На стану горит переноска и копошится за походным столиком мама. Отца всё еще нет. Слышу с его стороны одиночный выстрел. Вот наконец и он, с оттягивающей плечо сеткой, бредёт к стану. Положив птиц на крышу машины, командует собаке:-Мартышка, ко мне-и уходит с кобелём обратно в степь.

Через полчаса они возвращаются. В руках у папы четыре кряквы и гусь. Март с беспредельной преданностью смотрит на отца.
-С полем, барин!-поздравляю я папу, а в ответ слышу:-а у тебя как? -Да пяток взяли- не без гордости отвечаю я.-И тебя с полем, сын-говорит отец,добавляя ехидно-слава Богу, что не пожадничал. Я ведь слышал всю твою стрельбу, горячишся ты очень, но это хорошо, зато зря загубленая птица не пропадёт. Он смеётся. -Я сегодня снайпер-продолжает отец-девять патронов-восемь крякв и гусик. Ну мне теперь можно рюмочку принять. Как, мать, не возражаешь?-спрашивает он у мамы. Глаза его смеются. Март трётся мордой о штанину отца.Тот гладит его в ответ по породной голове.

Утром папа разбудил меня очень рано, ещё в темноте.-Давай чайку попьём и сходим на заливной лужок, где я вчера стоял.Там бекасов море.Девятки возьми пару десятков. Пьём чай, отбираем патроны. В это время на востоке потихоньку начинает рассветать. Над озером клубы тумана, вся трава в росе.
С первыми лучами солнца выдвигаемся из лагеря. Март, пущенный в поиск, стремглав полетел челноком по мокрому лугу со скошенным сеном. Вот он развернулся на едва заметный ветерок и застыл, высоко подняв свою красивую, чуть курносую морду. -Вперёд-скомандовал я и из травы, чмокая, поднялся бекас. Чуть набрав высоту, он начал закладывать виражи вправо и влево. Вкладываюсь.Жму. Летит.Жму второй раз, чуть обгоняя стволами и быстрокрылый летун падает в тридцати метрах от нас. Кобель подаёт птицу.

Следующего стрелял папа, потом опять я и так пока не стало жарко. В ягдташе моём было семь бекасов, у папы вдвое больше, а патронов у меня не осталось совсем, но я был очень доволен собой, собакой и охотой. Потом на стану мы до наступления жары щипали птиц, потрошили их, а потом папа сварил шулюм. На второе были пожарены бекасы на сковородке, но до их употребления в пищу дело не дошло. Потом был сон, затем пережидание жары и последняя на «трубе» вечерняя заря.

Ночью папа гнал машину домой, а мы с Мартышкой спали обнявшись на заднем сиденье. Во сне я видел стойки, взлетающих бекасов и удачные выстрелы.
-Вставай, приехали-неожиданно папа вернул меня к действительности-помоги маме с сумками, а я пока вещи к подъезду поднесу. Больше ни разу не удалось нам с отцом съездить на это птичье «эльдорадо», именуемое «трубой», но память иногда позволяет мне вернуться в то счастливое жаркое лето…

Oleg 51 06.02.2012 — 16:52

Хорошие рассказы.теплые и правдивые.Спасибо.

чинг 06.02.2012 — 17:41

Молодец Игорь, очень душевно.

farik0104 06.02.2012 — 18:46

to vetdoctor
ПОТРЯСАЮЩИЕ рассказы. Читаю с превеликим удовольствием. Будто все это происходит со мной. Как говорится… «Автор пиши исчо» 😛

vetdoctor 08.02.2012 — 14:36

К обеду мы были на месте. Мы, это мой друг Дмитрий со своей англичанкой Норой, наш новый знакомый Сергей с курцхааром,недавно привезённым с Северного Кавказа и я со своим одинадцатилетним Атосом. Немного переждав мелкий дождик, мы всё же решились пройтись по лесу. Собаки начали обыскивать близлежащие полянки, недалеко углубляясь в кусты, с которых сыпалась водяная пыль, обдавая собачьи морды холодным душем.

Поскольку времени у нас было ещё достаточно, то мы разошлись по лесу в разные стороны, договорившись встретиться к сумеркам возле машины. Атос не спеша обыскивал всю территорию вокруг дороги, проверяя близлежащие опушки. А я спокойно шёл по дороге,наслаждаясь работой опытной собаки. Тошка всё время показывался на глаза, проверяя моё местоположение. В этом возрасте он настолько тонко чувствовал мои желания, что свистеть или «семафорить»не имело никакого смысла. Собака прекрасно понимала, чего от неё хотят.

Вот я только подумал, что в такую мокрую погоду вальдшнепы могут сидеть под соснами, как кобель тут же юркнул под ближайшую сосенку, росшую слева от дороги. И тут же стойка между рядков молодых сосенок, растущих на песчанных бугорках. Обегаю собаку вокруг и посылаю. Атос прыгает в переплетение хвойных иголок и оттуда с громким звуком поднимается крупный черныш.
Не успеваю я вскинуть МЦ-шку, как кобель ловит мокрого косача поперёк туловища и с довольным видом несёт его мне. Какая неожиданная удача, взять тетерева без выстрела. Осматриваю неожиданную добычу и вижу у птицы перебитую дробью лапу. Ну тогда мы не браконьеры (тетерев у нас запрещён к отстрелу).

На всякий случай прячу петуха подальше в ягдташ, застёгиваю ремешок и мы идём дальше. Следующая стойка под кронами высокоствольного сосняка. Посыл,
вылет вальдшнепа вблизи на чистое. Отпускаю его подальше, чтобы не разбить, жму и долгоносик отправляется в сетку ягдташа. Слышу со стороны ушедшего Дмитрия быстрый дуплет. Идём дальше между рядами корабельных сосен. Тошка обыскивает видимое пространство широким челноком, двигаясь между рядами деревьев. У дороги новая стойка накоротке. На этот раз заяц, весь мокрый и с прилипшими к лапам хвойными иголками.

Погодка потихонечку «разгуливается». Появляются разрывы между облаками, через которые просвечивает вечернее солнце. Лес сразу становится нарядным, блестя каплями влаги, скопившейся на деревьях. Сбоку появляется радуга.
Обнаруживаю, что мы ушли уже довольно далеко от машины и поворачиваю назад.
По дороге ещё пара стоек и три взятых долгоносика, два из которых вылетели из-под стойки на классический дуплет.

В сумерки подходим к машине. Ребята уже на месте. Ружья их прислонены к дереву, а рядом повешены ягдташи с битыми птицами. Все с полем, замечательно. Поздравляем друг друга с полем, делаем фото оружия с трофеями, пьём чай из термоса и едем домой. У меня растёрта сапогом нога, поэтому я прошу Димку сесть за руль. Он любезно соглашается и мы выезжаем из леса. Обратно решаемся проехать напрямую, вдоль заборов дач, по залитой водой дороге. Неожиданно слышится громкий удар и машина заваливается набок на левое переднее колесо.

Выходим из машины, перепрыгивая через лужи и видим следующую картину. Левое переднее колесо лежит горизонтально в воде, а машина опирается на него.
Собираем кирпичи на соседней даче, поддомкрачиваем подвеску и видим, что нижняя шаровая опора вырвана из гнезда на рычаге. Собираем деньги и я отправляюсь на трассу, за шесть километров от места поломки. Торможу несколько машин подряд и наконец-то получаю сразу две шаровые опоры, причём бесплатно. Благодарю водителей и доезжаю с ними до ближайшего посёлка.

Здесь живёт наш друг-охотник. Валерий (так зовут парня) быстро смекнул, в чём дело, взял дрова для костра, пенёк, зубило и кувалду, после чего мы погрузились в его «опель» и выехали к месту поломки. Всю ночь мы жгли костры и по очереди пытались выбить шаровую опору из обоймы на верхнем рычаге. Казалось, что эта задача совсем невыполнима, но наконец, в пятом часу утра мы достигли желаемого результата. Довольно быстро прикручиваем новый шаровой «палец», убираем подставленный пенёк, снимаем машину с домкрата и грузимся, предварительно выгуляв спящих в машине собак.

-Садись сам за руль-сказал мне Диман-это машина обиделась, что чужой за рулём сидит-добавил он на полном серьёзе. -А я сказал ему, чудак, устал ты, отдохни-пропел я ему Высоцкого из песенки про боксёра. Так и пришлось мне рулить до дома, несмотря на растёртую сапогом ногу. Домашние наши переволновались, тогда ещё не у кого не было сотовых телефонов. Эта поездка по вальдшнепам оказалась последней в том сезоне. На следующий день ударил мороз и оставшиеся птицы отлетели на юг.

vetdoctor 17.02.2012 — 14:58

О ЧЁМ МОГЛО БЫ РАССКАЗАТЬ МНЕ РУЖЬЁ…

Зимний вечер близится к ночи. Я только что достал из сейфа Дефурни, почистил стволы и смазал механизм Баллистолом. Я сижу у себя на кровати, любуясь совершенством форм ружья. Портос внимательно и преданно смотрит мне в глаза, высовываясь из-под тёплого клетчатого пледа, которым я накрываю его в морозы.
У нас с ним одно увлечение, поэтому мы прекрасно понимаем друг друга.
Стволы, со слегка стёртым от времени сверху воронением тускло поблёскивают в свете настольной лампы.

Гравировка на боковой доске выдаёт мелкий узор из сплетения арабесок, заканчиваясь по низу колодки линией орнамента из фигурных розочек, вытянутых вдоль подушек стволов. Тонкая английская шейка переходит в удивительно гармоничную ложу, радующую глаз причудливыми разводами комлевого ореха.Прежний старый немецкий затыльник из красного каучука уже заменён мною на такой же красный, но резиновый, от списанного на стенде МЦ-6. Сколько же могло бы рассказать мне о себе это ружьё?

Я закрываю глаза и погружаюсь в полудрёму. Вижу последнюю осень нашей погибшей выжловки Агры. Мы сидим у костра в лесу на берегу степной речки Кушум. На дворе ночь, но охотникам не спится. За импровизированным столом, сколоченным из привезённых нами летом досок, сидят трое. Это мой папа, я и его друг дядя Володя, приехавший к нам в гости после очередной геолого-разведочной экспедиции. -Давай, Валера, нашу, геологическую споём-говорит дядя Володя и достаёт из чехла гитару. Агра недовольно заворчала на непрошенного гостя, мешающего ей почивать в машине. Зазвучали первые аккорды и мужчины затянули:

Где не пройдёт кабарга
Где не проскачет олень
Мы же, как два ишака
Ходим целый день

И тут же грянул припев:

Закури, дорогой, закури
Завтра снова с восходом зари
Мы пойдём по тайге опять
Молибдена руду искать

Эхо растворилось в растущих вокруг осинах, а река отразила огонь разгоревшегося костра. -Пойдём в палатку, спать пора-сказал отец и мы стали залезать в спальники. Утром отец достал только что привезённое им из Москвы Дефурни, доставшееся ему от умершего дяди Яши вместе со знаменитым Зауэром Геринга, взятым дядей Яшей как военный трофей в Каринхалле. -На-ка вот возьми это ружьё-сказал отец дяде Володе-протягивая тому футляр с МЦ-9.
Попив чаю, мы двинулись вдоль реки в сторону яблоневого сада.

Не успели мы отойти и километра от места нашей стоянки, как Агра заголосила по зрячему. Грудь моя наполнилась восторгом от этих звуков. Через несколько минут она скололась, но вскоре выправила скол и погнала снова. В это время гонный заяц вышел на плотину через небольшой прудик слева от реки и сел, прислушиваясь к голосу собаки. До зайца от нас было метров восемьдесят.
Отец вдруг поднял ружьё, чего с ним раньше никогда не бывало.-Валера, да далеко, не пугай зря-только и успел сказать ему дядя Володя. Грохнул выстрел бездымным порохом, после чего заяц, к нашему удивлению, подпрыгнув вверх, упал и забился на плотине, лёжа описывая полукруг по замёрзшей луже.
-Вот тебе и шестнадцатый калибр-только и пробормотал папин друг. -А тебе МЦ-шка нравится?-спросил вдруг отец дядю Володю. -Ещё бы, штучное всё-таки-ответил тот. -Тогда забирай её себе-неожиданно предложил папа.-Нет, так не пойдёт-парировал друг-только за деньги.-Ящик водки с тебя и на охоте вместе пропьём-резюмировал отец.

Открываю глаза. Это Портос раскрылся и тронул меня лапой. Накрываю кобеля сползшим на пол пледом и опять любуюсь ружьём. Вспоминаю неожиданно успешный дуплет по двум зайцам, состоявшийся на загонной охоте в две тысячи шестом году. Тогда совершенно неожиданно по лесополосе на мой номер выбежало сразу два косых и старушка бельгийка сказала своё веское слово. Опять погружаюсь в полудрёму.
Вижу длинную баклужину, вдоль которой стоят стрелки через каждые сто метров. Это открытие охоты. С восходом солнца любая утка, пролетающая в пределах видимости этих, с позволения сказать, «охотников», встречается дружным и безрезультатным салютом. Вот очередной выстрел. Вдоль баклужины, прямо над моим берегом, летит кряква.После каждого выстрела она, не меняя направления, поднимается чуть выше. Вот она уже надо мной, но как же далеко до неё.

Тем не менее почему-то вскидываюсь, выношу очень далеко впереди утки и жму задний спуск. Дефурни говорит своё хлёсткое «АХ!!!»Проходит какое-то время и вдруг крякаш сворачивается и падает метрах в ста пятидесяти от меня в воду, подняв целый столб брызг. -Ты что, парень,картечью что ли лупишь?-раздался возглас из камышей с противоположной стороны.-Да нет-отвечаю-семёрочкой достал.-У тебя, что, магнум?-звучит второй вопрос-Да нет,-говорю-лёгкая бельгийка шестнадцатого калибра. В это время Атос уже сплавал за уткой и принёс мне неожиданный трофей. Поскольку вся добытая нами утка пошла на шулюм, я решил посмотреть результаты попадания.Оказалось, что на расстоянии почти семидесяти метров в тушку и шею попало четыре дробины, которые зашли довольно глубоко. Патроны были моей зарядки, бесконтейнерные, на порохе «Сокол».

Опять возвращаюсь к действительности. На этот раз зазвонил телефон. Звонит один из моих постоянных владельцев собак, которых я всё время курирую.
Договариваемся с ним о встрече и даю ему перечень анализов, которые тот должен получить в лаборатории. Портошка опять проснулся и сонно смотрит на меня из-под пледа. Беру в руки ружьё, чувствую его неповторимую магию.
Глажу приятное тёплое дерево, кладу ружьё на колени. Опять вспоминается охота. Зима, целый день Гусар у Владимира прогонял русака, который проявил чудеса запутывания следов. Так и не удалось нам вдвоём подставиться,чтобы перехватить хитрого степашку. Почти в сумерки снимаем выжлеца с гона и идём к автобусной остановке. Выходим почти к перекрёстку, за которым обычно складываем ружья. И в это время наш хитрый заяц, как бы издеваясь над нами, выбегает на дорогу впереди нас и садится с краю на обочину. Гусар, увидев косого, скулит и рвётся с поводка.Я поднимаю ружьё.-Не стреляй, бесполезно-говорит Володя-тут не меньше девяноста метров. В левом стволе у меня трёхнулёвка, которую я зарядил накануне, увидев волчьи следы. Выцеливаю между ушей. Жму и заяц прыгает с дороги в сторону пашни.Но там его нет.
Бегу на место стрела и вижу внизу битого зайца.-С полем, барин!-поздравляет меня несколько растерянный Владимир.

Ставлю ружьё напротив, опять любуюсь красотой гравировки. Это сколько же труда было вложено в этот шедевр!!! Сколько часов потрудились над ним людские руки!!! Вспоминается сентябрь. Мы с Атосом идём вдоль маленькой речки Лизель, надеясь найти куропаток. От ушедшего вперёд по другой стороне речки Володи с его дратхааром Даной, слышится торопливый дуплет.
Очень далеко,по-над противоположным берегом в нашу сторону летят две кряквы.когда поравняются с нами, до них будет не меньше пятидесяти метров.
Переменить контейнерную восьмёрку на семёрку или шестёрку я уже не успеваю. Но руки и глаз помимо моей воли делают своё дело и обе утки падают в кусты на противоположном берегу. -Не мучай старика,Данка достанет-радостно кричит Владимир, но Тошка уже плывёт назад с крупным кряковым селезнем в зубах.

Убираю ружьё в сейф, ложусь спать и выключаю свет.И вот уже вспоминается вальдшнепиная охота. Два красивых дуплета из-под Портоса. Потихоньку засыпаю. Снятся былые охоты с этим ружьём, удачные выстрелы и неожиданные осечки в самый неподходящий момент. Просыпаюсь от звуков будильника и несмотря на предстоящий нелёгкий трудовой день, чувствую себя счастливым человеком…

чинг 17.02.2012 — 15:37

Просто отлично, Игорь. Прочел на одном дыхании.

Марат С 25.02.2012 — 01:54

О «бедной Мыше» замолвлю слово:

23 февраля у нас был «день всеобщих прививок»: вызвали ветеринара, привили Топу с тремя щенками, морскую свинку и монгольских песчанок.
Чуть позже подъехали дочь с зятем, котом и Мышой.

Мыша не была у нас со времени осенних испытаний: когда они поднялись к нам на этаж, бедная псина не выдержала бури положительных эмоций и… прохудилась! Пришлось дочке срочно бежать за тряпкой!

Войдя в квартиру, Мыша увидела ветеринара и стала прятаться, но её, конечно, быстро поймали и привили.

Не успела бедная собачка успокоиться, как из загончика выпустили троих нахальных «спиногрызов», которые прямиком направились знакомиться к Мыше.
И тут 2,5-летняя сука ударилась в такую панику, что я был весьма озадачен: вжалась в угол прихожей, спрятала морду…

Поразмыслив, я понял — собака вспомнила, как её в раннем детстве «заушали» однопомётники и сверстники, отбирая еду и доведя её, в итоге, до поедания линолеума с последующей резекцией кишечника и суровой голодовкой в период выздоровления после операции!

Пришлось щенков посадить в загончик, несмотря на их возмущённые вопли, а с собаками пойти погулять в ближайший лесочек, «для моральной компенсации».

Вот там Мыша, наконец, обрела счастье: свобода, птички, собаки, а «тылы» надёжно прикрыты доминантной сукой и хозяином!…

NeyroN 02.04.2012 — 17:54

Вот уже месяц мы все скучаем по охотничьим рассказам. Очень просим.
АП темке!

vetdoctor 05.04.2012 — 13:01

Прошу прощения за некоторую паузу. В траурные сорок дней как-то не писалось. А сейчас решился отдать дань потерянному дорогому человеку.Итак, рассказ про маму.

ДАЧНЫЕ ИСТОРИИ.

Немного отойдя от поминок и отдохнув от алкоголя,память возвращает в те времена,когда в середине семидесятых годов до середины сентября мы жили на даче,каждый день добираясь с папой в город на машине. Ну а все выходные мы посвящали охоте в близлежащих к даче угодьях,числившиеся в те времена как воспроизводственный участок, в который всё же выдавался некоторый процент путёвок.

Мама устраивала наш быт и питание. На широкой террасе, под сенью старой яблони, посаженной ещё моим прадедом,стоял большой старинный стол пятиугольной формы. Со стороны стены дачи был мягкий диван, покрытый сверху зелёным бархатом, а снаружи располагалось кресло-качалка, в котором так любила сидеть мама. Утром, вечером, а в выходные и в обед мы рассаживались за столом, начиная трапезу. Всегда на столе были свежие овощи с грядки, а в сезон охоты частенько мама баловала нас различными блюдами из дичи.

Очень хорошо ей удавались пирожки с запечёнными ломтиками утиной грудки, а особенно ценным блюдом в её исполнении были конечно же вальдшнепы с картофельным пюре, переложенные различной зеленью с огорода. Хитрюга Джим успевал вовремя подлизываться к маме именно в тот момент, когда та хлопотала на кухне. В результате животик нашей рыжей собачки всегда был несколько раздут от неумеренных маминых угощений.Папа постоянно ругался на маму и на собаку, но это нисколько не меняло дела.

Сосед по даче,старенький пенсионер Андрей Степанович тоже бывал частым гостем за нашим столом.В молодости он охотился с гончими и его интересовали рассказы отца об охотах с сеттером. Как-то раз он принёс показать папе удивительную двустволку работы известного английского оружейника Чарльза Ланкастера. Очень красивое ружьё с необычным запиранием поразило тогда моё мальчишеское воображение.Никогда после мне не удалось увидеть ружёй этого мастера. К сожалению, там была сломана какая-то оригинальная деталь, которую могли сделать только на каком-нибудь оборонном заводе, куда доступ пенсионеру был закрыт.

Мама всегда очень заботливо ухаживала за старым заслуженным человеком, в благодарность Андрей Степанович часто дарил маме розы со своего участка.
Так мы и жили на даче,лишь пару дней в неделю ночуя в городе, чтобы принять горячую ванну. Джим частенько убегал по подружкам с соседних дачных участков. Некоторые его похождения заканчивались тем, что нам предлагали раздать щенков после бурных собачьих романов.Мама вместе со мной бегала по участкам, ища горячего ирландского героя-любовника.

Через двадцать километров машина въехала в длинный овраг, заросший лесом и остановилась. -Которые тут временные-слазь.Кончилось Ваше время.Кончилась Ваша всласть-процитировал папа со смехом Маяковского и открыл багажник, доставая ружья. Сложив Зауэр для себя и императорскую тулку для меня, он выпустил из машины Джима. Рыжий вихрь тут же скрылся в ближайшем орешнике.
Закрыв дверки на ключ, отец двинулся по лесной дороге в ту сторону, куда ушла в поиске собака. И буквально через сорок метров мы увидели кобеля на стойке.

-Гошка-прошептал азартно отец-иди стреляй. Взведя оба курка, я осторожно подошёл к собаке сзади. Впереди была чистая поляна, на краю которой росла одинокая ольха, за ней журчал ручеёк.-Пиль!-крикнул сзади отец. Джим прыгнул и спереди прямо с чистого места поднялась пара вальдшнепов. Поймав долгоносика на мушку, жму раз, два… и ружьё не стреляет. -Осечки-говорю я папе. Глаза его смеются.-Вроде бы рано склерозом болеть.Ружьё-то сначала зарядить надо-говорит он. И точно, в стволах нет патронов.

Так и не удалось мне в ту охоту попасть по вальдшнепу, зато у папы сетка ягдташа была полной, да ещё и на тороках четыре птицы висело.
-Да-заканючил я-тебе легко из парадоксов стрелять.-На,возьми Зауэр, стрельни-сказал отец добродушно. Следующая стойка, вылет вальдшнепа на чистое место, два моих промаха. Птица казалось бы, уже улетела, но папа быстро вскидывает тулку и как мне показалось, совсем не целясь, валит долгоносика в конце поляны.

Мама по приезду расспрашивает нас об успехах.Я отмалчиваюсь, обидчиво сопя носом. -Опять лещиные губы изобразил-со смехом констатирует отец.Мама, как может, утешает меня.А хитрюга Джим под шумок незаметно от всех, принимает из руки мамы блины с деревенской сметаной. Как же давно всё это было…

hunterDLL 05.04.2012 — 16:34

!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Андрей Сергеевич 06.04.2012 — 23:08

Очень душевно!

vetdoctor 09.04.2012 — 16:14

ТАМ,СТЭПЬ,ШЛЯЙН…

История эта произошла где-то в середине девяностых годов.В то время мы с моим другом Дмитрием начали вовсю осваивать угодья в одном из степных районов Заволжья,граничащих с Казахстаном. На открытие весеннего сезона мы выехали заранеее, с твёрдым намерением провести разведку гусиных угодий. Выехали мы на моей тогдашней «шестёрке» с вездеходной резиной. На заднем сидении важно восседал мой Атос.

Приехав вечером в четверг, мы поставили свой стан недалеко от трассы, с целью не уезжать далеко от проезжих дорог. Весь день в пятницу мы рассматривали в бинокль пролетающие мимо нас гусиные стаи.Наконец удалось обнаружить поля, где гуси кормились, но пройти и тем более, проехать туда для нас не представлялось никакой возможности. Причиной тому была ещё не полностью вскрывшаяся ото льда степная речка Большой Узень.

Пришлось переключиться на постройку скрадков на открытых плёсах и высадку утиных чучел вперемешку с гусиными профилями. Туманное утро открытия весенней охоты в субботу мы встретили каждый в своём скрадке. Тошку я оставил в машине, поскольку места для него в скрадке не было. И вот с восходом солнца начали кружить селезни.Покрякав в манок, мне удалось посадить одного из зеленоголовых красавцев на воду в пределах дальнего выстрела и надёжная МЦ-шка из траншейных стволов оставила его на зеркальной поверхности глубокого заливчика. Дима тоже выстрелил несколько раз и вскоре всё стихло.

Я уже собирался идти на стан за собакой, как откуда-то сзади низом над чучелами прошла небольшая стайка белолобых гусей. Поскольку в стволах у меня была заряжена семёрка, я даже не стал поднимать ружья, надеясь, что гуси пойдут на круг и подлетят поближе к моим профилям.Но увы,гуси улетели на большой разлив и там сели на воду. Я покинул скрадок и пошёл за Атосом.
Засидевшийся кобель довольно быстро сплавал и принёс мне селезня. Вскоре я увидел Дмитрия, идущего ко мне и чего-то жестикулирующего руками.

Оказывается, что в середине его разлива, под противоположным берегом лежит на воде битый гусь, а второй утянул куда-то в мою сторону в поле. Мы пошли в указанном направлении и вскоре Тошка вышел из лесополосы с белолобым гусём в пасти. Дима объяснил мне, где надо искать второго гуся. Идти за несколько километров мне не хотелось, поэтому я сел за руль и поехал туда,где надо было искать гуся. Но коварный солончак усадил машину посреди степи и все мои попытки вызволить машину из грязевого плена только ещё сильней усаживали её в грязь.

Пришлось возвращаться назад за Димкой. -Трудно было пятьсот метров прогуляться?!-полу вопросом-полу утверждением встретил моё появление друг.
Делать нечего.Из разобранных овечьих кошар мы кое-как набрали осколки кирпичей,на которых поддомкрачивали машину, двигаясь по метру в час назад.
Наконец и домкрат сломался. В это время к нам подъехали охотники на УАЗе,которые со смехом вытянули машину из грязи, рассказав нам о том, что именно из этого места их два дня назад вызволял трактор.

После этого мы пошли наконец-то искать Димкиного гуся, но обнаружили лишь расклёванный воронами скелет на берегу и кучу перьев. Охота протекала более-менее успешно,селезни стабильно добывались нами.Пришло время уезжать.На станции мы увидели знакомый УАЗ. Охотники попросили привезти их товарища на станцию с чабанской точки с степи. В проводники к нам в машину села местная казашка.

-Куда ехать, кизымка?-спросил её Димка. -Там,стэпь,шляйн-было ответом.
Мы переглянулись, ничего не прокомментировав из сказанного. Через десять километров по степи наша «проводник» привезла нас точно в то место, откуда нас с таким трудом вызволили. -Прямо ехай.Там, стэпь,шляйн-сказала мне она с начальнической ноткой в голосе. Так куда ехать-то надо?-ещё раз переспросил даму Дмитрий. Она показала на уже до боли знакомый нам солончак и повторила-там, стэпь,шляйн. В результате долгих переговоров мы так ничего и не добились от неё. Наконец сбоку от водоёма, степью к нам подъехал мотоцикл с коляской. В коляске сидел нужный нам охотник. Мы посадили его к нам в машину и поехали на станцию.

Так и не узнали мы, что имела в виду женщина под названием шляйн, зато много лет подряд успешно охотились в этих местах. На вопрос Дмитрия-куда поедем?-Я всегда отвечал-на шляйн…

vetdoctor 12.04.2012 — 12:32

НЕОБЪЯСНИМЫЕ ВАЛЬДШНЕПИНЫЕ ТЯГИ.

Много лет подряд пытаюсь найти хоть какую-то закономерность в поведении этой токующей весной птицы, но раз за разом прихожу к выводу, что не всегда место и погода являются объективными критериями тяги загадочных лесных куликов.
Например,С.Фокин и многие другие исследователи считают, что наиболее успешной тяга бывает в памурные и дождливые вечера, а в ясную, солнечную погоду, лёт бывает слабым. Утверждение этого часто не находит своего подтверждения на практике. Попробую рассказать о нескольких успешных вечерах на тяге в светлую и ветреную погоду.

Весну 1995 года я проводил дома. Причиной оказалась сломанная лодыжка правой ноги и уже изрядно поднадоевший мне гипс. Но совершенно неожиданно меня всё же вывезли на тягу.Погода не предвещала ничего хорошего.Вовсю светило солнце,дул холодный порывистый северный ветер. Я на костылях проковылял до знакомой развилки лесных дорог, где уселся на любезно принесённое моими друзьями пустое ведро из оцинкованного железа, положив на него тёплую куртку.

Приготовив ружьё, стал ждать. Атос уселся недалеко от меня на полянке и крутил головой во все стороны, как флюгер. Заря была холодной и светлой.Ничего не предвещало хорошей тяги.Вдруг ухо моё уловило знакомые звуки и на полянку вылетел хоркающий вальдшнеп. Не привыкший стрелять сидя на ведре, первым выстрелом мажу,но поправляюсь вторым и Тошка приносит к ведру наш первый весенний трофей. После этого не сходя с ведра, мне удалось взять подряд шесть вальдшнепов, да ещё двух отпустить без выстрела из-за малого сектора обстрела.

Второй случай произошёл спустя пару лет,но уже в другом лесу. Такая же холодная и ветреная ясная заря не предвещала ничего хорошего. На полянке,
где я стоял под низкорослой молодой берёзкой, высокоствольный лес переходил в густой дубовый подрост, по краю которого проходила извилистая лесная дорога. И на фоне ясной зари на меня как по ниточке на огромной скорости под ветер стали налетать, в основном, цикающие вальдшнепы один за другим.
После двенадцатого налёта и десятого взятого кулика я направился к машине. И пока мы с Атосом шли к машине, над дорогой и полянкой пролетело ещё как минимум, пять тянущих лесных красавцев.

Ещё один достаточно необъяснимый случай произошёл со мной на тяге в две тысячи шестом году. В казалось бы совсем не обычном месте для тяги вальдшнепа, а именно у ручья,расположенного за несколько километров от ближайшего леса. Вместе с Портосом я сидел в импровизированном скрадке перед утиными чучелами и ждал налёта селезней. Погода была ясная и ветреная. Подманив манком крякового, мне удалось взять зеленоголового красавца, которого Портос подал мне из разлившегося ручья. И вдруг с характерным хорканьем над ручьём начали кружиться вальдшнепы. Не сходя с места нам удалось взять четырёх куликов. До сих пор мне непонятно, что они делали так далеко от леса.

Последний случай произошёл вообще в степи, посреди большого весеннего разлива, где я в скрадке сидел перед гусиными профилями. На фоне очень яркой и холодной зари над краем камышей началась интенсивная тяга вальдшнепов.В руках моих был полуавтомат, заряженный дробью не меньше двойки. Тем не менее после зари Портос подобрал из близлежащих камышей трёх лесных долгоносиков. Неисповедимы пути твои, господи…

vetdoctor 19.04.2012 — 14:45

Сквозь лужи,мох,остатки снега
Выжлец учуял беляка недавний след
И громом гона отразилось небо
И эхо в соснах вторило вослед

Гремело эхо по лесам и весям
И вторил эху тот собачий лай
Который неожиданно повесил
Певец, кому венец воздай

Но неожиданно раздался выстрел
Выжлец тотчас на сворку взят
И потекли у судей мысли
Диплом какой,какой их взгляд…

vetdoctor 11.05.2012 — 16:23

ПОЙНТЕР НЕ ГОНЧАЯ…

В один из дождливых, сумеречных дней середины ноября 1979 года бродили мы с Мартом по опушкам до боли знакомого леса, в окрестностях деревни,где жил Оратор. Дядя Коля как всегда гостеприимно встретил меня,поселив в маленькой летней пристройке, где стоял электрический обогреватель, состоявший из козел, на которых лежала асбестовая труба с намотанной на неё проволочной спиралью.
В углу стояла кровать, а посередине комнаты был расположен небольшой столик с парой стульев.

Утром Николай Иванович сказал мне, что зря я приехал на открытие по зайцам с пойнтером, поскольку тот не гончая. Сам же он в компании деревенских охотников, в сопровождении трёх гончих собак,поехал на грузовике куда-то в сторону реки Медведица. Я же решил закрыть сезон по птице. Зарядив своего ИЖа патронами с восьмёркой,двинулся вдоль знакомых опушек. Март широко обыскивал полностью облетевший лес, где его было далеко видно. Я же потихоньку шёл вдоль опушки леса, любовался увядающей мокрой листвой и следил за ходящей широкими кругами собакой.

Вот и стойка на краю поляны. Нос моего пойнтера обращён к густым ивовым кустам, растущим вокруг небольшого лесного озерка. Подбегаю к собаке, занимаю удобную позицию и тихонько говорю-вперёд! Март бросается под куст и из-под него выскакивает уже цвёлый русак. Бежит по открытому месту не далее, как в пятнадцати метрах от меня. Руки автоматически поднимают ружьё, планка ловит уши угонного зверька, а палец привычно жмёт на спуск.

Вешаю косого на дерево вдоль дороги. Руки трясутся от охватившего азарта.Март лезет ко мне целоваться. Сажусь на мокрый пенёк,приставляю ружьё к осине,глажу мокрую голову собаки. Постепенно успокаиваюсь, перезаряжаю правый ствол и мы движемся дальше.В густых зарослях облетевшего молодого клёна новая стойка. На этот раз вальдшнеп. Спокойно отпускаю долгоносика метров на тридцать и жму спуск. Птица камнем падает на опавшую листву. Укладываю свой новый трофей в ягдташ, перезаряжаю ружьё и снова движемся вдоль опушки. Мартышка обыскивает все близлежащие поляны, старательно описывая вокруг меня большие круги.

После небольшого перекуса мы углубляемся в лес, срезая путь и приближаясь к Медведице. Так постепенно мы приходим в другой лес, где молодые сосенки растут рядами на песчаной почве. Вижу шампиньон, аккуратно срезаю его, за ним ещё и ещё. Увлёкшись, набрал полный ягдташ грибов. Поднимаю голову и вижу своего кобеля на стойке в опушке небольшого осинового колка, примыкающего к сосновому подросту. Снимаю ружьё с плеча, толкаю пальцем предохранитель и обхожу собаку сбоку. Март, оглянувшись на меня, начинает тянуть в середину осинок.

Обегаю лесок с противоположной стороны и посылаю собаку. И вот уже второй косой, заложив уши, стремглав несётся мимо меня. Стреляю и заяц кувыркается среди песчаных рядков между двумя сосенками. Перезаряжаюсь, забираю у собаки апортированную добычу, приторачиваю зайца на снятый ружейный погон и поворачиваю назад, к опушке. Выхожу на дорогу и направляюсь к месту, где оставлен на дереве первый заяц. Слышу со стороны реки гон трёх собак, затем пару выстрелов и всё стихло. Подходим к опушке, вторачиваю второго косого.

Через пару километров погон довольно чувствительно оттягивает плечо. И тут новая стойка в сухих камышах высохшего лесного озерка. По посылу вижу скрывающегося в опушке русака. До него не менее тридцати метров.Всё равно стреляю, но заяц скрывается в лесу. Иду туда вслед за Мартом и вскоре вижу своего ушастого друга, несущего ко мне наш третий, такой неожиданный за прошедший день трофей. Трёх зайцев нести становится невыносимо тяжело. Вспоминаю отца, который в таких случаях говорил свою любимую фразу про жадность, сгубившую фрайера.

Почти в сумерки выхожу на убранное пшеничное поле. Снимаю тяжёлую ношу, ягдташ и усаживаюсь под берёзкой среди поля, чтобы передохнуть. И тут на меня налетают штук двадцать уток. Они не обращая на нас с собакой никакого внимания, садятся на стерню метрах в ста пятидесяти от опушки. Только я подумал, что могут опять налететь, как новые тени над нами и свист утиных крыльев. Стреляю раз за разом и Мартышка ловит на стерне трёх подранков кряквы. Решаюсь стоять ещё, но сумерки сгущаются. Уже в полной темноте утки прилетают и садятся на поле, но я ничего не вижу.

Еле переставляя ноги под грузом добычи, бреду по лесной дороге в сторону деревни. Неожиданно слышится звук мотора догоняющего меня грузовика и вскоре видны его фары. Стою, жду. Старенький ГАЗ-63 останавливается рядом со мной.-Садись, охотник, лезь в кузов-слышится знакомый голос Оратора-да смотри, чтобы собаки в кузове не подрались-добавляет он. Подъезжаем к дому.
На крыльце стоит тётя Тоня. -Ну как охотка?-спрашивает она мужа. -Да вот, грех семнадцатый, одного только косого на троих нам собачки и сгоняли-отвечает дядя Коля.

Я выгружаюсь,предварительно сбросив ремень с зайцами и ягдташ с вальдшнепами, кряквами, и грибами. Мартышка уже бежит в нашу пристройку, от его мокрой шерсти валит пар. -А у Вас с Мартышкой как?-вопрошает Оратор.
-Да вот и птичий сезон закрыли, и зверовой открыли- в тон ему отвечаю я, навьючиваю на себя добычу. -Да как же ты зайцев-то стрелял, ведь легавая-не гончая-удивлённо спрашивает меня дядя Коля. -Да как и птичек, из-под стойки на лёжке-гордо отвечаю я. -Иди ты! Вот ведь грех семнадцатый, сколько живу, а не разу о таком не слышал-почёсывая пятернёй в затылке, говорит Николай Иванович. -Мать, давай-ка груздей с волнушками, да с лягушками не забудь, а мы пойдём в баньке попаримся-обращается он к жене.

А ведь пойнтер и вправду не гончая, но я был так горд тогда перед деревенскими за своего Мартышку.
Много полей подряд потом приходилось мне успешно охотиться с пойнтерами по зайцам по чернотропу и по первому снегу, пока ещё нет морозов, но та охота врезалась в мою память надолго…

ромул 15.05.2012 — 10:16

Спасибо огромное просто легко читается на одном дыхании.Решпект!

Amaty 17.05.2012 — 08:42

vetdoctor
Сквозь лужи,мох,остатки снега
Выжлец учуял беляка недавний след
И громом гона отразилось небо
И эхо в соснах вторило вослед
Гремело эхо по лесам и весям
И вторил эху тот собачий лай
Который неожиданно повесил
Певец, кому венец воздай
Но неожиданно раздался выстрел
Выжлец тотчас на сворку взят
И потекли у судей мысли
Диплом какой,какой их взгляд…

Остатки снега — это март-апрель, а сезон до 1 марта, выстрел лишний, да и на испытаниях не стреляют…

Погрустневший Никифор Ляпис-Трубецкой пошел снова в «Герасим и Муму». Наперников уже сидел за своей конторкой. На стене висел сильно увеличенный портрет Тургенева в пенсне, болотных сапогах и двустволкой наперевес. Рядом с Наперниковым стоял конкурент Ляписа — стихотворец из пригорода.

Началась старая песня о Гавриле, но уже с охотничьим уклоном. Творение шло под названием —

«Молитва браконьера».

Гаврила ждал в засаде зайца, Гаврила зайца подстрелил.

— Очень хорошо! — сказал добрый Наперников. — Вы, Трубецкой, в этом стихотворении превзошли самого Энтиха. Только нужно кое-что исправить. Первое — выкиньте с корнем «молитву».

— И зайца, — сказал конкурент.

— Почему же зайца? — удивился Наперников.

— Потому что не сезон.

— Слышите, Трубецкой, измените и зайца.

Поэма в преображенном виде носила название «Урок браконьеру», а зайцы были заменены бекасами. Потом оказалось, что бекасов тоже не стреляют летом. В окончательной форме стихи читались: «Гаврила ждал в засаде птицу, Гаврила птицу подстрелил…» и так далее.

vetdoctor 17.05.2012 — 14:16

Amaty

Остатки снега — это март-апрель, а сезон до 1 марта, выстрел лишний, да и на испытаниях не стреляют…

Погрустневший Никифор Ляпис-Трубецкой пошел снова в «Герасим и Муму». Наперников уже сидел за своей конторкой. На стене висел сильно увеличенный портрет Тургенева в пенсне, болотных сапогах и двустволкой наперевес. Рядом с Наперниковым стоял конкурент Ляписа — стихотворец из пригорода.

Началась старая песня о Гавриле, но уже с охотничьим уклоном. Творение шло под названием —

«Молитва браконьера».

Гаврила ждал в засаде зайца, Гаврила зайца подстрелил.

— Очень хорошо! — сказал добрый Наперников. — Вы, Трубецкой, в этом стихотворении превзошли самого Энтиха. Только нужно кое-что исправить. Первое — выкиньте с корнем «молитву».

— И зайца, — сказал конкурент.

— Почему же зайца? — удивился Наперников.

— Потому что не сезон.

— Слышите, Трубецкой, измените и зайца.

Поэма в преображенном виде носила название «Урок браконьеру», а зайцы были заменены бекасами. Потом оказалось, что бекасов тоже не стреляют летом. В окончательной форме стихи читались: «Гаврила ждал в засаде птицу, Гаврила птицу подстрелил…» и так далее.

На некоторых испытаниях, проводящихся именно в апреле-мае, бывает, что во время, когда судьи перевидят зайца, они дают сигнал о снятии собаки с гона ружейным выстрелом или из стартового пистолета.Сам наблюдал.Так что ничего противоречащего в стихотворении нет.Хотя..Нет,есть, но только на первый взгляд. А про Ляписа-Трубецкого спасибо, что напомнили. С уважением, д-р Б.

😉 😉 😉 😉 😛 😛

vetdoctor 21.05.2012 — 14:39

В КАМЫШ-САКМАРСКИХ ОЗЁРАХ.

Долгие годы старики рассказывали нам про Камыш-Сакмарские озёра, расположенных где-то среди бескрайних песков Казахстана. И вот наконец-то мой отец, предварительно изучив карту Уральской области,решился на охотничью экспедицию
в такой манящий нас уголок. Время поездки подгадали под ноябрьские праздники, когда и у меня были школьные каникулы, и взрослые могли урвать от работы недельку.

И вот дядя Серёжа по кличке Борман уверенно ведёт папин служебный «уазик-буханку» по вьющейся ленте загородного шоссе, ведущего в заволжскую степь.
В нашем коллективе кроме нас с папой спаниель дяди Серёжи Дик и наш
ирландец Джим. Так постепенно проехали Новоузенск, затем Александров Гай и очутились в Казахской ССР. Вечером ночуем в приспособленной для того машине на специально разложенных подвесных кроватях-гамаках. Вечером сидим у костра.Учитывая опыт предыдущих поездок, на этот раз мы везём с собой дрова, взятые со двора дяди Серёжи.

Блики костра отражаются в воде оросительного канала, возле которого расположен наш стан. Небо затянуто тучами, луна появляется сквозь них время от времени и в её фосфоресцирующем свете видна стерня ближайшего скошенного поля. Дядя Серёжа с папой вспоминают свои прошлые охотничьи поездки, беззлобно подшучивая друг над другом. Наконец мы укладываемся в посель и моментально засыпаем. Утром дядя Серёжа «лечится» после вчерашнего «перебора» от головной боли, поэтому за руль садится отец.

Через почти четыреста километров по степи подъезжаем к пустыне. Везде видны барханы с растущим кое-где на них кустиками саксаула. Кругом движутся по ветру шары «перекати-поле». Дорога еле заметна в песках, поэтому водители напрягают зрение.Дядя Серёжа просит папу остановить машину, выходит и подключает передний мост, чтобы не закопаться в песке. Песок мокрый от прошедших накануне дождей и наш вездеходный автомобиль уверенно движется на юго-восток.

Наконец все дороги заканчиваются и взрослые, посовещавшись и посмотрев в очередной раз карту, сверяются с компасом. Уже поздним вечером второго дня пути на горизонте показывается какой-то мираж.Подъехав ближе видим большой водоём. Вокруг него растут кусты колючек, множество тростника по берегу, за которыми открывается бескрайняя, как мне тогда показалось, водная гладь.
Устраиваем стан в затишке от ветра, между кустами на берегу. Папа окапывает место костра, чтобы не поджечь тростники.Они уже все жёлтые и сухие.

Первая ночь в незнакомом месте. Взрослые легли спать, а мне не спится.Джим лежит у моих ног и тихонько посапывает. Лапы его шевелятся.Наверное, ему снится охота. Иногда он вздрагивает во сне и тихонько поскуливает. Наконец костёр догорает, мне становится холодно и вместе с собакой я иду спать в машину.

Утром папа будит меня рано.Кругом ещё темно.Но вот на востоке появляется едва различимая светлая полоска. Подогрев остатки вчерашней еды на таганке с помощью паяльной лампы, мы наскоро позавтракали и попив чая из термоса начали разбирать охотничье снаряжение. Но вот уже ружья сложены и дядя Серёжа с рюкзаком, набитым утиными чучелами вместе с Диком уходит в сторону светлеющей зари.

Отец накачивает резиновую лодку, укладывет в неё чучела и Зауэр. Отдав мне императорскую тулку, он советует походить с Джимом по краю тростников вдоль берега в поисках куропаток и советует зря не посылать собаку в воду, поскольку на дворе ноябрь. Пожелав мне «ни пуха, не пера», он на вёслах отчаливает от берега.

Джим нетерпеливо скулит в машине, наблюдая за отплывающим отцом. Уже совсем рассвело. Кругом над водоёмом летают утки, где-то в стороне прогагакали гуси. Выпускаю собаку и свистком приглашаю её следовать за мной.Побегав по берегу и никого из взрослых не обнаружив, Джим начинает челночить вдоль берега. Неожиданно перевожу взгляд с собаки на камыши и вижу, как очень низко в мою сторону летит стайка белолобых гусей. Быстро заряжаю в ружьё два патрона с тройкой и взвожу оба курка. Сажусь под тростниковую стенку.

Гуси налетают на меня почти в упор. Стреляю в белый свет, как в копеечку, совершенно не целясь.Гуси, смешавшись в кучу, поднимаются вверх. Оторопело стреляю прямо в гогочущий клубок и вижу, как один гусь, отделившись от стаи, планирует со снижением в сторону пустыни. Вот он, мелькнув белыми подкрылками, падает примерно в трёхстах метрах от нас среди барханов.
Идём с Джимом туда.Кобель челноком обыскивает барханы, наконец делает длинную потяжку и показывается из-за бархана с гусём в пасти.

С озера доносится интенсивная стрельба.Над водой везде летают стайки уток и гусей. Немного пройдя вдоль берега и не найдя куропаток, чувствую тяжесть гуся, оттягивающего плечо, на котором висит сетка для дичи. Поворачиваю обратно в лагерь. Неожиданно Джим задирает морду на ветер,тянет к камышам, привстаёт и прыгает вперёд в мелкую воду.Вскоре он появляется оттуда с живым зеленоголовым кряковым селезнем в пасти. Пучком сухих тростников протираю мокрую собаку.Приговариваю ему:-молодец Джимка, умница, охотничек ты наш золотой.

Приходим на стан. Взрослые уже там. На крыше машины внушительная горка из битых уток и гусей. -С полем, сын-радостно приветствует меня папа.
-Молодец Гошка-присоединяется к поздравлением и дядя Серёжа. -А Джимка гуся отлётного нашёл и селезня-подранка поймал-радостно сообщаю я.
-Это наверное мой отлётный подранок-крякаш-тут же говорит отец.
-Молодец Джим. Иди баранинки с кашкой покушай-добавляет он кобелю, ставя перед ним миску с едой. Дядя Серёжа вычёсывает колтуны из шерсти Дика, тот недовольно рычит.Видимо, ему больно. -Терпи коза, а то мамой станешь-шутит дядя Серёжа, вынимая очередную колючку из-под мышки у собаки.

На другой день мы все вместе обошли первое озеро вокруг и пришли к началу второго. Я очень сильно устал, тем более, что Джим нашёл несколько выводков куропаток и всех отстрелянных птиц взрослые доверили носить мне. Сначала я возгордился таким доверием, а потом начал здорово отставать от них, делая маленькие приостановки. Папа понял это и взяв у меня сетку с дичью, повесил её себе на плечо. Когда мы пришли в лагерь, я сразу же залез на свой гамак и уснул как убитый. Уже в темноте папа разбудил меня к ужину. Оказывается, что они с дядей Серёжей уже успели сходить на вечернюю зорьку в мелкие заливчики и настрелять ещё уток,пока я спал.

На четвёртый день нашего пребывания там решено было проехать на разведку к следующему озеру. В результате обнаружилось, что озёра не заканчиваются, а представляют собой целый каскад озёр, разделённый плотинами, на которых растут ивы и осокори. В длинных и мелких ответвлениях этих водоёмов всегда сидели кряквы. Мы приспособились охотиться по ним с подъёма. Один из нас вставал в конце отрожка, а двое с собаками двигались с обеих сторон неширокого заливчика. Взлетевшие утки попадали под выстрел того, к кому удобнее взлетали, а часть налетела на того, кто оставался в конце заливчика.

Так быстро пролетели оставшиеся дни и пришла пора нам собираться в обратный путь. Выезд был назначен ночью, после вечерней зари. В свете фар то и дело перебегали дорогу лисы, сайгаки и зайцы. Ночная степь светилась ковылём, покрытым блестящим на нём инеем.Всё вокруг выглядело каким-то волшебным, пришедшим из древней сказки. Постепенно я заснул на сидении. -Просыпайся,ложись в постель-разбудил меня отец. Мы стояли в знакомом месте, где ночевали первый раз, по дороге на охоту. Я сонно что-то пробормотал и перелез в постеленный для меня папой гамак.

Где-то в полдень мы позавтракали и отправились дальше. Поздно ночью мы уже разгружались во дворе дяди Серёжи. Через полчаса мы с папой были дома и я приняв душ, после вечернего чаепития, сладко спал в своей постели…

Андрей РнД 25.05.2012 — 10:41

Они уходят. Это неизбежно.
Так короток собачей жизни век!
Они нас любят преданно и нежно
Все эти десять с чем-то кратких лет.

Они уходят! мы же остаемся.
Так горько, жалко! … но не отменить
Смертей, болезней. Да, мы остаемся —
Мы остаёмся помнить и любить.

Паршев 31.05.2012 — 01:00

РАННЯЯ ТЯГА

Охоту на вальдшнепа в этом году открыли раньше времени. Снег не сошёл; под ним кое-где были лужи и ручьи. Через самый глубокий и бурный мы с Ларри перебирались у самой дороги: я — осторожно, балансируя по скользкому ледяному дну, Ларри — в несколько прыжков, по уши в воде. И к своему обычному месту я брел по рассыпчатому снегу, глубиной местами по колено; только на поляне снега не было, зато текла вода по щиколотку, прямо по прошлогодней траве, без русла. Там я и встал — больше негде, самое открытое место среди редкого, но высокоствольного березового леса.
Ларри счастлив, после зимы оказаться в настоящем лесу для охотничьей собаки — это просто рай. Он шуршал по снегу, шлепал по воде, продираясь через затопленные кусты вокруг меня; по-хорошему надо было бы его посадить, да некуда — не сажать же в воду.
Будет тяга или нет? Всё же рановато, хотя птицы уже прилетели. Певчие дрозды где-то вверху — изредка видишь их, перелетающих, а так не видно, но зато слышно. Слышно ещё и песенку зарянки, и ещё множества птиц — но я их не различаю.
Отдельные выстрелы и дуплеты уже доносятся — то совсем издалека, из-за многих километров: «буп! буп!», то бахают рядом; но это, скорее всего, народ пробует новые ружья или «прожигает стволы» по пням и жестянкам.
Американцы давно установили, что вальдшнеп начинает токовые полеты при снижении освещенности до определенного порогового значения, так что можно определять время начала фотографическим экспонометром. Я так и не собрался попробовать, но, на глаз, наш вальдшнеп (а он от американского отличается, и по размеру, и по поведению) начинает лет в разное время. И сейчас ещё слишком светло.
Поэтому можно постоять, и послушать, и посмотреть. Мы были здесь неделю назад на разведке, тогда проталин не было вообще, не было и ручьев; и птиц было немного. Холодно было, к вечеру уже ноль или даже ниже, но в воздухе — вот удивительно — летали тончайшие и легчайшие моли и комарики. Ларри жамкнул одного пролетающего.
Сейчас чуть теплее, градуса два.
Но вот почти одновременно раздались три одиночных выстрела с разных сторон — тяга началась. Я крутил головой, и всё же первый «ЦИК» застал врасплох — кулик налетал со спины. Летел он как-то быстро и высоко, выше деревьев; я выцелил его и с чувством «щас промажу» выстрелил. Вальдшнеп повалился вниз, почти на меня. Но падал он не тряпкой, не кубарем, а как-то сжав неполностью крылья, пикировал как волейбольный мяч после трудной подачи. И вместо того, чтобы звучно удариться о землю, он развернул крылья у меня над головой и с пикирования перешел в горизонталь, и даже пошел вверх. Я потерял его на фоне темных веток и вторым стрельнул вслед наудачу — и промазал вторично.
Потом было время подумать, повспоминать.
Пару лет назад я стоял на номере на лосиной охоте. Лоси в окладе были, да и номер был верный, но неудобный — густые ивовые кусты впереди, густой еловый лес с вкраплениями пылающих рябин и осин сзади. Стою даже не на просеке, а на неширокой тропе, ни назад, ни вперед не видно ни черта.
А вокруг прекрасная осень. И надо мной пролет дроздов-рябинников — они летят не густой стаей, а порознь, но держа соседей ввиду.
И вот тут где-то рядом и вверху — шшшихх — что-то с шумом пронеслось, как гоночный автомобиль, но что? Я ничего не увидел, зато рябинники, сколько их было в поле зрения, прекратив свою трескучую перекличку, нырнули в лес кто куда.
Это был какой-то пернатый хищник, скорее всего сокол; успешна ли была его атака — не знаю. Видел раз во время пролета, как сокол, крупный, почти белый, не торопясь летел с добычей — скворцом — в когтях. А вот в атаке не видел ни разу, и, говорят, трудно увидеть, так велика его скорость. Самая для них охота во время птичьего перелета, когда дичь держится не на земле, не в кустах, а волей-неволей — в воздухе.
Загон тогда был неудачен. Опытные лоси — не иначе быки — отстоялись в мелком ельнике и пропустили загонщиков мимо, их было мало, зазоры в цепи большие — а когда стрелки снялись с номеров, они не спеша прошли через просеку и удалились — это по следам увидел охотовед, пробежавшийся потом для очистки совести вокруг загона.
Вот и сейчас неудача — ну что бы мне не добавить из другого ствола, пока кулик сыпался мне на голову? Я же чувствовал, что не попал? Жаль, не сообразил; но, правда, я ведь никогда не видел так близко такой вот вальдшнепиный маневр. А больше тянущего я не видел и не слышал, хотя несколько редких выстрелов и донеслись до меня. Скоро и стемнело так, что и мушки не видно.
Нет, конечно, это он не от выстрела уворачивался. За двести лет ружейной охоты вряд ли мог выработаться такой защитный механизм. Но, когда снаряд дроби с шумом проносится рядом, это, наверное, похоже на пролет сокола — ведь для них совершающие токовый полет вальдшнепы тоже легкая добыча. А уж за миллионы лет даже такая недалекая птица, как вальдшнеп, могла чему-то научиться.
Несколько раз раньше я видел, как после выстрела вальдшнепы валились вниз и над землей уходили — частенько говорят, что «подранен, но оклемался» — да что-то быстро это у него получилось. Нет, это не подранки.
Я пробираюсь обратно к дороге, держа стволы перед собой — не видно ничего, луна скрылась за некстати набежавшими облаками. Как бы глаз не выколоть, веток не видно. Пёс, поняв, что охота заканчивается, удвоил скорость, носясь вокруг меня по шуршащему, крупитчатому снегу. Да, жаль; хотелось показать молодому спаниелю кулика, он ведь их ещё не видел и на чутье не держал. Но ладно, ещё неделя впереди.
Разворачиваюсь на дороге и еду домой. На обочине с заведенными моторами три джипа, компания разбирает ружья; притормаживаю: «Ну как успехи?» В ответ вспыхивает вспышка фотоаппарата, на секунду высвечивается охотник, держащий за крыло вальдшнепа. «Да пару сбили, но одного не нашли». «Ну всё равно — с полем! Завтра пораньше приедете да поищете по-светлому».
Мы прощаемся, я поднимаю боковое стекло и жму на газ. До дому больше часа езды, надо бы пораньше вернуться. Поищут завтра, но вряд ли найдут; я не раз так потом искал, да ни разу не находил; но зачем расстраивать ребят заранее?

vetdoctor 31.05.2012 — 15:51

Мой рассказ «Удивительное куропаточье царство» опубликован в РОГе N23-2012-5.
Андрей Петрович, всё правильно.Я раньше такое наблюдал с промазанными вальдшнепами. Мой покойный отец называл это «противозенитным маневром».

Ridge 31.05.2012 — 22:10

Золотая осень. Суздальское ополье, овражки, перелески, поля. Запустили собак (ирландец (сука) и дратхар)в длинную гряду перелеска и с двух сторон по кромке медленно спускаемся вниз с холма. Собаки челноком прочёсывают, мелькают сквозь кусты и стволы деревьев, идём не опережая к речушке. У речушки перелесок расширился, собак потерял из виду, встал, жду. Взвыл Кобель (дратхар), треск, как палку сломали, первая мысль, что собака напоролась на сучок,думал нужно лезть и смотреть в чём дело. Смотрю в прогалинке в мою сторону движется хрень (время было красного заката и видимость в кустах и низине была средненькая). Бежит на меня животина брюхатая и мимо практически в метре, олень. Рядом с ней бежит мой сетер и по пологому холму исчезают из вида. Подошедший товарищь с удивлением говорит, что его дратхар кого то поднял и крутится на месте. Узнав, что оленя, очень удивился, наверное с Петушинского района пришёл. А мою собаку минут 30 ждали. Появляется точка на горизонте на фоне заката, еле приплелась, язык втянуть толком не могла, но унюхав след рядом с нами, сделала попытку ещё разок прогуляться, остановили. Дед в задумчивости после моего расказа, что не гнала, а бежали бок о бок, сказал: «Читал, что сетера любят и обожают лошадей, может того, вместо лошади полюбила». А про ружьё в руках, если честно, я забыл и до сих пор не жалею.

Паршев 01.06.2012 — 23:47

Кстати нашёл в черновиках про ту загонную охоту, правда про собачек почти нет, но тематически связано:

ДВА ОХОТНИКА
Каждую осень начинается охота на копытных. Самая лучшая и легкая — по первому снегу, когда его ещё немного. Легко проследить, есть ли зверь в загоне; да и подранка можно вытропить без особых проблем. Но из-за этого получить путевку в это время нелегко и стоят они дороже. А по чернотропу охота труднее и вероятность проходить выходные впустую гораздо выше. Но зато подешевле получается, и проще путевку купить, не надо мельтешить и комбинировать.
Вот мы и поехали по чернотропу, на лося. Раньше на лося было легко собрать команду — стрелять по нему просто, как по корове — стоит в болоте, губы развесил… если его, конечно, удалось найти. А вот кабан — дело другое. Если почуял опасность — то несется как кошка по двору, задрав хвост — промазать очень просто, или ещё хуже — зацепить до крови. Подранка не доберешь, а лицензию закроют. Да и кусаются они, говорят — так что раньше набрать команду на кабана было сложнее. А сейчас наоборот, потому что стоит лось дороже.
Но с самого утра охота что-то не задалась. Егерь и загонщики вроде бы ребята тертые, и ворон каркал, летая над загоном — а это примета верная — но лося в первом загоне не оказалось. Не было его и во втором. И главное — были там лоси, но первый раз ушли, похоже, как раз когда расставлялись номера — во всяком случае, собачка след взяла и ушла по нему куда-то в сторону. А во второй раз ещё хуже — лоси были в загоне, но отстоялись в мелком ельничке совсем недалеко от стрелковой линии, и хладнокровно пропустили загонщиков мимо. А потом, когда нас, стрелков, сняли и мы говорливой гурьбой прошли к краю леса, они спокойно пересекли просеку и ушли. Наверно, быки, они вот такие осторожные.
Вот ведь незадача! После второго загона произошла, как иногда бывает, закуска, но все удовольствие испортил охотовед, рассказав нам о таком вот грустном для нас исходе. За световой день осенью редко удается сделать больше трех загонов — значит, на сегодня у нас оставался последний шанс. Похоже, удача от нас отвернулась. Мы уже, грешным делом, стали даже переглядываться — уж не побрился ли кто перед охотой? Команда-то сборная, малознакомая.
Третий загон был в верном месте. Когда-то здесь было культурное охотхозяйство, и от него сохранилась вот такая стрелковая линия — на широкой просеке стоят «полувышки» — невысокие, в рост, помосты, из посеревших за прошлые годы досок. Напротив редкий березовый лесок, и видно далеко, и стрелять придется немного вниз, а не горизонтально — на душе поспокойнее.
Самое хорошее время на такой охоте — это когда стоишь на номере. Пока разведут остальных стрелков, пока разойдутся загонщики — и чего только не передумаешь за это время. Иногда и видишь что-то необычное, что на ходу в лесу и не встретишь никогда. Вот и сейчас пролетела тетерка и села невдалеке — неподвижного человека в лесу никто не видит. А внизу под ногами — я сразу не понял — скачет ласка. Величиной раза в два больше обычной сосиски и примерно такой же формы, снежно-белая, она уже полностью перелиняла к зиме. Скачет по жухлой траве, вдоль колеи — лапки совсем короткие, поэтому скачет с трудом, кое-где пружинящая трава отбрасывает её, но это неизбежная плата за возможность лазить по мышиным норам. Хвостик черный, но его не видно на фоне земли, так что как есть сосиска. Она целеустремленно скачет, проверяя невидимые следы в стороны, а когда она уже скрылась из глаз, с той стороны, по соседней колее, пропрыгала крупная полевка. Почти черная, она крупнее домашней мыши, и раза в два толще ласки, и скачет быстро, как тушканчик.
Издалека донеслись голоса загонщиков. Загон начался. Хотя вряд ли зверь пойдёт через линию сразу, всё равно это самый волнующий момент — руки сжимают карабин, глаза мечутся по сторонам, любое движение — синица качнула ветку, мотылек пролетел у глаза — и сердце бешено колотится. Но время идет, крики все ближе, надо бы ещё сильней возбудиться — а наоборот успокаиваешься. И я вижу, как ласка идёт по следу той полевки — вышла на правильную колею и прыгает по ней, но не очень уверенно — отвлекается на боковые следочки. Колея раздваивается, и ласка, поколебавшись, ушла не по той. Эх, неудачница.
Издалека донесся размеренный дуплет, а через некоторое время — и третий выстрел. И почти сразу откуда-то спереди донесся мышиный щебет: кто слышал этот звук, не спутает — у ласкивсё-таки удалась охота. Вижу, как она задом вылезает из норки и скачет куда-то к себе — но в зубах у неё не та полевка, а другая, раза в два поменьше. Хм, думаю, наш лосик-то тоже, наверно, некрупный. И тут издалека доносятся по цепи крики «Готов!Готов!». И я кричу «Готов!», вспугивая ласку.
Лосик наш, действительно, оказался некрупный, «спичечник», с едва наметившимися рожками.

Паршев 02.06.2012 — 01:38

Вот ещё, из архивов:

СУКИНЫ ДЕТИ

Перестал Джерька подавать. И не как-нибудь, а иногда, время от времени, то, что у автовладельцев называется «блуждающая неисправность» — в сервис приехал и всё работает, а выехал за ворота — тыр-пыр опять не едет. Только тут наоборот — не подаёт на людях, лучше всего — на Всероссийских состязаниях. Первый раз сорвал подачу в Солотче. Кидают ему битого коростеля — он вместо того, чтобы по команде схватить и принести, как сто раз делал — устраивает вокруг него половецкие пляски, как будто никогда не видал такого удивительного предмета. Ну и вместо пяти баллов — три, принёс-таки с горем пополам. А с воды — вообще полный абстраган. Доплыл, носом ткнулся — и обратно. И больше в воду не пошёл. А пинка не дашь — на соревнованиях не положено физически на собаку воздействовать! И главное с чего это? Только что буквально, недели две назад, были соревнования МООиР, там подача-то была пять-пять!
А без подачи, конечно, диплом мимо, очков в командную копилку ноль, да ещё и эксперты и приятели хором нудят: «ты вот то, ты вот это, собаку не искупал, она перегорела», ну и прочее, что полагается говорить неудачнику. Чтобы он, видимо, лучше перенёс это неприятное событие.
Ну вот что делать с этим негодяем? Не пустил я его в машину, спал в ней один, а он изображал московскую сторожевую — болтался около и на проходящих мимо участников лаял, вроде как он при деле, не просто так собака, не без пользы. Утром посадил его и домой уехал, пораньше, чуть небо посерело, пока все спят.
Приехал домой — что за чёрт, всё подает. И с воды, и с земли, и игрушки, и разморозку, и свежатинку. С сомнением поехал на состязания по утке, наши орехово-зуевские устраивают ежегодно. «По утке» порядок другой, чем «по болоту», главное, чтобы пёс охотно рыскал по воде и грязи, и за время работы, за 40 минут, нашёл и выставил на чистое двух уток, ну, в это время скорее утят. Они уже носятся как наскипидаренные, так, что собака их не поймает, так что для дичи это безопасно. Если лысуху прихватит, или камышницу — тоже считается. Хоть и считается, что спаниель — больше утятник, а не все в воду лезут, городские к тому же к крякве относятся часто спокойно, как и к голубям, за дичь не считают.
Мы ещё по утке ни разу не испытывались, да ещё эта история с подачей: но поехали. Взял я с собой Евгения Вавера с его Дэзькой, Джерькиной сестрой, он там недалеко на даче живёт, но он в испытаниях участвовать не смог — тяжело. Действительно, идти там надо по колено в грязи, осклизаясь на затопленных корягах; а воды кое-где и по пояс, и по грудь, и даже плыть иногда приходится. Не для его суставов, у него уже профессиональный спорт сильно сказывается.
Отработали вполне нормально, без блеска, но двух утят нашли в осоке, ну те как торпедные катера по ряске дунули к чистой воде. Прогнали их немного (тут можно), две работы есть. Идём на подачу — подал. И с воды, и с твёрдого. Правда, не утку, а лысуху — ну кого разрешили местные власти стрельнуть, того и стрельнули. С суши подача тройка, с воды зато пятерка. Итого «трёшка», для первого раза (а мы по утке впервые, даже на испытаниях не были) — нормально.
Я и успокоился.
А потом случилась просто катастрофия.
Правду говоря, был и до этого года звоночек. В прошлом году съездили мы тоже в Краснодар на тамошние соревнования по фазану. Соревнования мне не понравились, с комиссией я полаялся (пока Джерька разбирался в следах справа, слева от меня вылетел шумовой фазан — его засчитали как «проход», я оспорил, и баллов начислили немного). Проверка на подачу была в конце, и тут я погорячился. Сначала подача с суши, все кидают дохлую фазанку так, умеренно, в траву перед стеной камыша, а я запулил от всей души. Попал в заросли. Джерька посуетился перед камышом, забежал сбоку, пролез вглубь и вытащил-таки эту фазанку, пробиваясь задом — и увы, держа её за шею. А полагается-то за корпус! По-другому там через камыш не протащишь, но всё равно — 4 балла вместо 5. А в воду он не пошёл. Не пошёл, и всё.
При получении диплома, какие бы ни были баллы за работу, есть минимум по подаче. На «трёшечку» надо 5 баллов. У меня 4 за сушу и 0 за воду — всё, до свидания. Спасибо что приехали, рады были познакомиться.
Какие-то оправдания я себе конечно нашёл. На воде мы в тот год не работали (он опять болел, я боялся простудить), и в воду шёл неохотно, и тем более в холодную. А там и другие собачки были, которые в воду не полезли, не мы одни такие нежные. Да и меня ещё угораздило с этим рекордным броском:
В общем, расценил я это как случайный срыв от усталости (мы там славно поохотились перед состязаниями, пёс потом неделю в основном дрых и ел), и не заморачивался. Потом, по декабрь, мы ещё поездили в Тюнежское хозяйство, на загонные охоты по выпускному фазану, там Джерька без проблем подавал, так что всё как-то забылось, и беспокоиться, кажется, было не из-за чего.
Но вот в этот год вышло как никогда плохо. После работы по фазану (тоже со скандалом с Пересыпкиным, уж очень он придирчивый, да уж ладно 😊, на проверке подачи — накатили на меня подозрения. Как-то пёс мой странно себя вёл, даже непонятно в чём дело, но что-то было не то. И вот нас вызывают. Беру тушку, командую сидеть, бросаю, «Подай!» — и собака не двигается с места. «Подай!» — говорю уже с нажимом. Пёс оседает на землю, поджимая хвост и уши. Немая сцена, на нас смотрят тридцать человек. Кто-то негромко говорит «никогда такого не видел». И я понимаю, что со стороны это выглядит так, будто собака забита до потери сознательности:
Ухожу с места подачи, сразу повеселевший Джеральд бежит за мной.
Подача с воды — то же самое.
Надо ли говорить, что потом, после состязаний, на охоте в прикубанских камышах никаких проблем не было? Взяли мы по паре красавцев-петухов, два даже трофейных кондиций — вместе с хвостом почти по метру. Джерька отлично ищет, отлично подаёт — не в чем упрекнуть.
Ехать домой — почти сутки за рулём, есть время подумать, повспоминать.
Началось всё в наше первое поле. Работать он начал поздно, в первое лето было ему десять месяцев, многие спаниели в этом возрасте вовсю работают (мои первые два уток гоняли уже в 4-5 месяцев), а Джеральд нет. Не понимал — что мы тут делаем? Люди бегают, стреляют, собаки носятся — а в чём дело-то? Ну он тоже поучаствовал, за бабочками побегал, с недоумением понюхал битых перепелов, посмотрел на меня, мол что это, хозяин? И заинтересовался он птичками почти в год. Поздней осенью поднял из сухой уже крапивы пару дроздов-рябинников — и проснулся наконец как личность. Кстати, вообще у охотничьих собак бывает, что интерес к охоте у них появляется годам к полутора, про спаниелей, правда, такого не слыхал, они считаются скороспелыми.
Потом была весенняя охота — не собачья по сути, а первой настоящей была августовская по перепелу, в Серебряно-Прудском районе. Там и были первые знакомства с птицей, в нормальном спаниелячьем стиле, когда он готов не есть, не спать — только чтобы не уходить с поля.
А вторая охота была уже не так далеко от дома, на одном заветном поле, но поскольку Москва рядом — то и не очень обильном. Там-то всё и случилось. Походили мы по жаре, ничего толком не нашли, устали, и, дойдя до машины, решил я это дело прекратить. Собрал ружьё, командую «На место!», а Джерри вместо чёткого прыжка на заднее сиденье — опускает уши и трагически смотрит в сторону. И я дал слабину. «Ну ладно, пойдём ещё местечко проверим».
Мало того, что нёс я потом пёсика к машине рысью — у него от жары и переутомления случилось что-то вроде солнечного удара. Главное-то другое — пёс настоял на своём. Ну и что, что выглядело это как униженная мольба, это внешнее — а суть-то в том, что его воля оказалась сильней моей. Вот где была моя кардинальная ошибка.
С тех пор такое случалось, не часто — но бывало. Если псу уж очень хотелось чего-то, то он и прибегал к такой вот манере неподчинения. Что-то не делать, откуда-то не уезжать. Почти никогда я не шёл на уступки — или настаивал, пожестче командуя, или брал в охапку и закидывал в машину. Но собаки так устроены, что они никогда не забывают подобных вещей.
Это может показаться странным для несобачников, но собаки очень щепетильны в вопросах права. В отношениях между собой и с людьми им важен не сам предмет, а права на него. Выглядит это иногда забавно: когда кто-то садится в «собачье кресло», обиженный владелец то стоит рядом с грустным видом, то пытается внедриться между поручнем и захватчиком. Устыженный гость покидает кресло — и собака теряет к нему всякий интерес. Помнится, в своё время я приоткрывал в машине заднее окно, чтобы Мадж мог получать информацию, подняв нос. И если я забывал это сделать, Маджик всегда на это указывал — стоял на заднем сиденье, прижав нос к верху стекла. Извинившись, я открывал — и Мадж удовлетворенно ложился — он мог ни разу за поездку не воспользоваться окном, но право отстаивал. Очень по-человечески.
Так вот подача — это целый комплекс взаимоотношений. Ведь что такое — собачка принесла палочку и отдала её? Она тем самым признала высший приоритет хозяина, а также и его право на игрушку. Это вовсе не следствие — собака может признавать место хозяина на более высокой ступени иерархической лестницы, но права его вовсе не считает безграничными.
И даже отдавая палочку, она скорее всего делает это в виде игры в перетягивание, сохранить, так сказать, лицо.
Все собаки легко обучаются подавать игрушки с самого раннего возраста — если отбирать игрушку и заменять вкусным кусочком. Меняться они очень легко обучаются, видимо само это явление для них не чуждо от природы. Проще всего это делать с «пищевиками» — а спаниели многие готовы за кусочек сыра Родину продать. А вот если не чревоугодник — с этим сложнее. Некоторые, кстати, не едят на природе — тоже проблема с пищевым подкреплением. Вообще улица и дом — места разные (не сказал ли я банальность?), и бывает также, что ласковый дома пёс на улице дичится, не даёт себя погладить, как подросток на людях. То, что отработано дома, надо заново прорабатывать на прогулках.
Но вот когда пес взрослеет — примерно в год — иногда случается и вот такое: категорический, наотрез отказ подавать. Не помогают уговоры, не помогает битьё. Питерцы выявили, что такое поведение иногда наследуется — то есть это не отказ в подаче наследуется, а твёрдый, неуступчивый характер и самомнение. Говорят, можно исправить длительной голодовкой, сломать характер. Не знаю, смог бы я: Знаю случай, когда собаку просто не выпускали из воды, пока не подаст сбитых уток — вода была около нуля. Она продержалась 15 минут, потом сплавала и принесла на берег. Но в руки, кстати, не отдаёт до сих пор, а у спаниеля это означает ноль за подачу.
Почему? Ну вот видимо делается такое умозаключение: я такой же как ты, почему я должен тебе услужать? Мы друзья, а не господин и раб. Или даже «да, ты мой хозяин; но не настолько».
Но нам-то, людям — нам подача нужна — чтобы в воду не лазить, мы же для этого собаку завели. Мы бы согласились, чтобы хоть на диване спала, лишь бы подавала.
Но это что касается игрушек и т.п. С реальной дичью всё ещё хуже. Во-первых, это добыча, это уже не игрушки. Отдавать добычу кому-то — ни в чьих правилах не значится. Тут нужно или безусловное признание хозяина высшим авторитетом (а это зачастую не так — если уж хозяин не имеет права в собачье кресло садиться), или какие-то высшие соображения. Вообще собаки способны делиться с ближними: помню, была «у нас на раёне» полусумасшедшая бабушка, ходившая всегда со связкой в 4-5 собачонок. Говорили, что дома у неё их 17 штук. Я с ней как-то разговорился, она: «как я их люблю! когда одна болеет, они ей еду носят!». И мне как-то пёс еду на подушку носил, было дело: Но на охоте-то хозяин не болен. Наверное, два варианта безотказны — или собака полностью подавлена авторитетом хозяина, или она рассматривает себя и хозяина как одну команду. Это наверно лучше всего, но вот такой сознательный союз чреват неприятностями. Видел случай — хозяин при собаке отдал поданную птичку экспертам, и: следующую птичку он уже в руки не получил.
И ещё есть тонкость. Собаки бывают брезгливы. Хотя при этом могут и валяться в тухлятине, но вот тем не менее. У них просто есть своя шкала приоритетов, где куриные птицы — безусловный лидер. Настолько, что не рекомендуют знакомство с дичью начинать с тетерева — бывает так, что после них на других птиц собака и смотреть не хочет. Тут нет проблемы, чтобы собака взяла его в пасть — скорее проблема, чтобы не сожрала или не унесла и спрятала.
А самая «вонючая» — это утка, это ещё Домманже отмечал, а того хуже — селезень в охоте, весной. Собака подойдёт, нюхнёт — и аж скривится, «какая гадость». Был я как-то весной на гусиной охоте на севере, в зверопромысловом селе. Лайки там — красавцы, широкогрудые, статные, шубки — вода скатывается, а живут в общем на подножном корму. Так большинство из них ни уток, ни гусей не едят.
Разные кулики — те, с собачьей точки зрения получше, хотя тоже не всякая берет их в зубы с удовольствием. Ну и более-менее — пастушковые, то есть коростель и лысуха. Не как куропатка, но ничего.
Так вот спаниель должен подавать всё, и без фокусов. Слышал от «бабы Жени», это была такой эксперт, Евгения Невструева: «спаниель и говно должен подавать, лишь бы между зубов не просачивалось».
В общем, понял я, что самому мне тут не справиться, нужна помощь со стороны.
И вот сижу в машине у подъезда, жду натасчика. В подъезде раздается грохот, визг, рык «Куда?» и на улицу вылетает Игорь с рюкзаком наперевес и две собаки за ним. По науке полагается, чтобы хозяин выходил всегда первым. А если собака этого не понимает — то надо, чтобы поняла. У Игоря они всё быстро понимают. Я повернулся к заднему сиденью: «Ну что, допрыгался?».
Приехав на базу, Игорь не стал растягивать прощание, сразу увёл Джерри в дом. Он послушно шёл, но шёл, повернув голову в мою сторону. Я не стал встречаться с ним глазами, захлопнул дверь и нажал на газ.
:::::::
Забирал я его из Солотчи, через две недели. Выставлял его на соревнования уже Игорь. Наконец, на третий день звонок — выступление состоялось. Не слишком хорошо: опять «трёшка», но главное-то — подача почти идеальна. Что ж, результат есть, надо его только сохранить.
Солотчинская база — просто большая изба, из двух половин, неуютная, как пионерлагерная палата перед приездом пионеров. Железные кровати в два ряда, на некоторых старые голые матрасы. Под потолком горит лампочка без абажура, на одной кровати спит охотник, а его кокер залился лаем, увидев меня. Это не наши.
С другой стороны, в углу, спит другой, накрывшись синим одеялом с головой, а у кровати свернулись клубочками несколько черно-серых спаниелей. Это наши, вижу знакомые морды. Ребята бросаются ко мне, чуть не срывая поводки. Я их всех знаю, не один раз бывали на охоте, они мне рады. Только Джеральд не рвётся. Он поднял голову и смотрит на меня. И я смотрю на него.
Игорь заворочался, сбросил одеяло — на подушке две головы. Вторая — спаниельки, Ряски, я её тоже знаю. Ничего себе крутой натасчик. «Да вот стала покашливать», объясняет он. Ну, ему видней. Я отстегнул Джерри от кровати, ни прыжков, ни визга. Он просто стоит около меня. И не отошёл от меня ни на шаг всё время, пока я был в Солотче.
Проблема неподачи исчезла, как будто её и не было. Как ни странно — Игорь не занимался с моим псом именно подачей. Не было времени, а для этих занятий нужны условия и время. Он просто повторил упражнения на послушание — сидеть, ко мне, вперед, стоять. С жестким контролем — ни одна команда не осталась невыполненной, или нечетко выполненной. А главное — пёс понял, что он — не пуп Земли, и что единственное живое существо в мире, которое является его другом — это хозяин.
И у меня появилась идеальная собака. Мы легко выполнили упражнения по коростелю на диплом второй степени, а когда один влиятельный эксперт публично усомнился — с блеском подтвердили квалификацию, получив кстати ещё один диплом.
Но: так уж устроены все живые существа, особенно собаки и люди — они постоянно стремятся раздвинуть рамки. И однажды, через несколько месяцев идеального послушания, это произошло. Я бросил любимую Джерькину мягкую игрушку, крепко сшитую бело-голубую акулу. «Подай!». Джерри бросается за ней, бегом несется ко мне с игрушкой в зубах, но шаги его все медленнее: и он не отдаёт акулу мне. Кладет на пол, нюхает, двигает её носом. «Подай!» — против правил повторяю я — пёс берет в зубы, но: стоит на месте. «Подай!!!» рычу я — и Джерри валится на спину, помахивая хвостом и не выпуская акулу из зубов. Опять этот «бунт на коленях» — поза демонстрирует полное подчинение, безоговорочную сдачу, но команду не выполняет.
И я использую последнее оружие. Нависая над оборзевшим псом, грозно рычу: «Чё???». Пёс дрыгает всеми четырьмя лапами, не соображая, на какую сторону переворачиваться, вскакивает и подаёт мне акулу — без звука и попыток побороться.
Конечно, со временем новизна приема притупится, он снова попытается оспаривать мою волю. Ну что ж, возможно, придётся повторить перевоспитание.
Дети, конечно. Собаки — это дети. Кто их держал, тот знает. Но это ещё и сукины дети, и это забывать никогда нельзя. Так про актеров говорят — но лучше актеров, чем собаки, вы не найдёте. Не верите? Представьте; вот идёт «Гамлет». хоть с Высоцким, хоть с Смоктуновским. Читает актер трагический монолог «Быть или не быть?». И тут из-за кулис на сцену выходит собака, просто выходит, садится и принимается чесать задней ногой за ухом — и скажите мне, на кого будут смотреть зрители?

YarROS 02.06.2012 — 09:54

СУКИНЫ ДЕТИ

Поучительно.

Partner 2 02.06.2012 — 12:06

Паршев
И тут из-за кулис на сцену выходит собака, … и скажите мне, на кого будут смотреть зрители?

+!!!

vetdoctor 05.06.2012 — 14:48

ПЕРВЫЙ АППОРТ.

Наконец-то сбылась моя давняя мечта. Вместо старой курковой тулки с двуглавыми орлами на стволах отец подарил мне на шестнадцатилетие современное бескурковое ружьё. Был это ничем особо не примечательный серийного производства ИЖ-58 шестнадцатого калибра. И надо же,как здорово звёзды сошлись. Шестнадцать лет шестнадцатого октября плюс шестнадцатый калибр. Магическое стечение цифр.И наверняка это всё не спроста. Так рассуждал я, обнимая одной рукой шестимесячного щенка пойнтера по кличке Март, а другой гладя воронёную сталь стволов моего первого в жизни собственного ружья.

Утром по семейной традиции мы должны были поехать на охоту. Я никак не мог заснуть, всё время просыпался и опять брал в руки ружьё, вскидывая его и прицеливаясь в различные предметы в комнате. Под утро я наконец заснул. Рюкзак с одеждой и патронами были собраны мною ещё с вечера, поэтому быстро позавтракав, я с Мартом спустился вниз, где нас уже ждала машина с охотниками. Отец не очень-то торопился, видимо, давал мне возможность прогулять щенка перед поездкой. Наконец он спустился вниз и мы погрузившись в привычный «уазик», выехали со двора.

Путь наш в этот раз лежал в степь. По телефонным данным было известно о первой волне пролёта северной утки и гуся. Планировалось также со взрослой собакой, пойнтером Негой, матерью моего Марта, обследовать знакомые куропаточьи места.Двести километров пролетели под разговоры довольно быстро. -Палыч, в заливные лиманы будем заезжать?-спросил у отца водитель Валерий Николаевич.-Давай заедем-ответил отец.

Машина свернула с шоссе и поехала куда-то степью в направлении заметных издалека ивовых деревьев. Подъехав, сложили ружья, зарядили их, после чего двинулись к деревьям. Оказывается, что деревья стояли на плотине, за которой тянулись заросшие камышом плёсы, между ними просвечивали чистинки водной глади. На середине лимана сидела большая стая каких-то крупных уток. Каких именно, с этого расстояния разглядеть было невозможно.

-Гошка, иди с Мартышкой вдоль правого берега, а мы пойдём вдоль левого. Ветер от тебя, а утки любят на ветер взлетать.Только ни в коем случае ниже камышей не стреляй-строго-настрого предупредил меня папа. И вот мы с Мартом идём вдоль камышей, время от времени выглядывая из-за них там, где их высота была меньше моего роста, высматривая уток. Март был натаскан по осенним перепелам и уже хорошо знал, что такое ружьё. Как он отнесётся к утке?-подумал я и в это время с другого берега прозвучало три дуплета и крик Крыштановского:
-Нега,подай!.

В это время над моей головой буквально в двадцати метрах пролетело не меньше сотни уток разных пород. Вскидываю ружьё, стреляю и к своему удивлению вижу, как чирок, летевший сзади от выцеливаемой мною кряквы, тряпкой падает в воду за редкими камышами, подняв столб брызг.
-Мартыша, аппорт!!!-заорал я не своим голосом от захватившего меня азарта. Кобель ошалело носился по берегу, не понимая, чего же я от него хочу.Подобрав ком засохшей грязи, я показал его собаке и запустил им в воду за камышами.

Март молнией кинулся в камыши, затем я услышал всплеск воды и понял, что кобель плывёт.Затем я услышал похрюкивание, такое же, какое раздаётся когда собака подаёт из воды палку. Вскоре камыши раздвинулись и из них показалась морда моего ушастика с чирком в пасти. Поднеся ко мне, он демонстративно выплюнул уточку к моим ногам и отряхнулся, обдав меня холодным душем.
Я снял штормовку и стал растирать мокрую собачку.В ответ Мартышка несколько раз лизнул меня в лицо и довольный всем на свете, унёсся куда-то вперёд.

В машине взрослые поздравили меня с полем из собственного ружья, а Константин Георгиевич сказал, что так рано разрешать щенку подавать утку в принципе нежелательно.Дескать, могут быть проблемы со стойкой. Но я всё равно был счастлив, это ведь мой любимый кобелёк сделал мне такой подарок на день рождения.К счастью, все опасения оказались напрасными. На крепость стойки Марта подача уток не сказалась никак и он всегда вовремя переключался с красной дичи на водоплавающую. А самой любимой дичью его всю жизнь оставался вальдшнеп.Но и по утке он всегда работал с большим азартом.

hunterDLL 06.06.2012 — 12:42

Игорь!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

СергейМ1972 06.06.2012 — 19:02

Просто блестяще !!!

СергейМ1972 09.06.2012 — 22:57

vetdoctor
Господа, если Вам сильно не нравится моя литературная деятельность, то пишите и я прекращу писать и стихи, и рассказы. Мне очень интересно, нравится ли это людям, занимающимся охотой с собаками или нет? С уважением д-р Б.

ОЧЕНЬ нравиться !!!!

vetdoctor 19.06.2012 — 14:32

Как-то однажды
Словно во сне
Издали, дважды
Привиделось мне

Вот над травою
Словно плывёт
Голова с шеей
По полю полёт

Раскрыты ноздри
Уши в разлёт
Стартует бодро
Мой самолёт

Вот, развернувшись
На ветер, застыл
Струной вытянувшись
И прут, там, где тыл

В чуде застывшем
Нам страсти таит
Вечная сказка
То пойнтер стоит…

СергейМ1972 19.06.2012 — 16:49

Класс !!!!

СергейМ1972 19.06.2012 — 21:28

Уважаемый Доктор, вот и прочитана последняя (пока) страница в данной теме. С превеликим удовольствием, должен я заметить.
У Вас талант.
Просьба, думаю не только от меня — напишите, пожалуйста, ещё.
И не раз.
(хотя у меня не пойнтер а курц 😊)) )

vetdoctor 22.06.2012 — 14:51

ОСЕНЬ,ДОЖДИК, КУРОПАТКИ…

Конец сентября 2002 года выдался на редкость дождливым. Промозглая сырость висела в воздухе сплошной туманно-мглистой пеленой, от попадания за шиворот мелких капель становилось не по себе. Но просидеть в городе очередные осенние выходные охотничьему сердцу было невмоготу. И вот мы с двумя Дмитриями и присоединившимся к нам новым знакомым Сергеем и его только что привезённым из Владикавказа курцхааром, едем в степь. Наш девиз, как всегда актуален: «бешеной собаке семь вёрст-не крюк».

У впереди едущей «Волги» младшего Димы горят противотуманные фары, позволяющие нам ориентироваться в промозглых сумерках. Моя ВАЗовская «шестёрка» потихоньку едет сзади. Я ориентируюсь на габаритные огни Диминой машины, держа дистанцию на случай внезапного торможения. Мой старенький Атос свернулся калачиком на заднем сидении и аппетитно похрапывает. Кобель Сергея сидит у него в ногах, поскольку проявляет агрессию к старику.

Но вот мы уже сворачиваем на боковую дорожку и едем в сторону нашего постоянного стана в этих местах. Через двадцать километров, проехав по мокрой траве, чтобы не буксовать на грязной дороге, въезжаем в узкий проход среди веток ивовых кустов. Ну вот мы уже и на поляне среди кустов между двумя озёрами. Быстро натягиваем тент между машинами, настраиваем плитку, вешаем фонарь, пьём чай, закусываем и делимся впечатлениями от погоды, строя планы на утро. На дворе так мокро, что ни у кого не возникает желания ставить палатки. Укладываемся вместе с собаками на разложенных сиденьях в машинах.

Утро встречает нас радостной вестью. Дождь кончился и на востоке показалась светлая полоса, а за нею ярко-красная заря. Быстро завтракаем, после чего выезжаем по дороге в обратном направлении. Договариваемся идти по посадкам навстречу друг другу, разъезжаясь в разных направлениях. Мы с Сергеем оставляем машину у ближайшего съезда в поле, складываем ружья и договорившись о мерах безопасной стрельбы, движемся каждый по своей стороне от дороги. Собаки наши ищут каждая свою посадку, а мы идём вдоль неё со стороны поля.

Через триста метров вижу Атоса на стойке. Пытаюсь подойти, но намокшие куропатки не выдерживают, срываясь на пределе выстрела.Вот пара летит по чистому месту, направляясь в поле. Стволы Дефурни обгоняют заднюю, палец привычно жмёт спуск и Тошка с довольной мордой тащит мне первую куропатку. Над полем показывается солнце и все кусты играют радугой от скопившихся на них капель дождя. Слышу два дуплета со стороны уехавших Димок, и чрезмерно быстрый дуплет со стороны Сергея, но почему-то совсем не там, где мы договорились, а именно с моей стороны дороги.

Делать нечего, чтобы не мешать обазартившемуся товарищу охотиться, перехожу на его сторону шоссе. Но не тут-то было. Слышу опять дуплет, вижу, как выводок куропаток перелетает через дорогу в мою посадку, а за ним бегут собака и Сергей. Приходится опять переходить назад, чтобы не стрелять в его сторону. Атос опять стал.Подхожу, посылаю. Над смородиновыми кустами с ярко-красными листиками с громом и писком взмывают сразу три куропатки, две из которых попадают под мой дуплет.

Отзываю старика, ставлю ружьё к кусту акации, вешаю ягдташ и совсем без азарта слушаю оголтелую стрельбу с перебежками моего напарника. Вскоре слышу приближающийся ко мне свисток и вижу выбежавшую из посадки Нору. За ней спокойненько подошёл Димка.
-Опасного ты себе компаньона выбрал-скороговоркой выпалил он
-Будем инструктировать-ответил ему я. После этого мы обменялись ключами от машин и продолжили движение по посадке.

Ещё раз пять пришлось мне менять свой маршрут, чтобы не попасть в оголтелого напарника. В конце посадки мы встретились. Вид у Сергея был растерянный, патронташ пустой, а на тороках висело всего две птицы. Всю дорогу он ругал своего кобеля.Тот как пришитый с виноыатым видом шёл у его ноги. Дойдя до машины, высыпав куропаток из ягдташа в багажник, я не выдержал и начал с Сергеем серьёзный мужской разговор с использованием ненормативной лексики. Тот отмалчивался, понурив голову.

Приехав на стан, увидели ребят.Они оказывается тоже хорошо поохотились и уже варили шулюм из птицы. Старший Дмитрий тоже отчитал азартного охотника, не позабыв напомнить о всех существующих на охоте мерах по технике безопасности. Вечером стояли на зорьке прямо рядом со станом, на перешейке, разделяющем два озера. Утки летали неплохо и взяв пятую крякву, я разложил ружьё, двинувшись на стан. На этот раз удалось развести костёр с помощью бензина и вечер прошёл за приятным застольем у огня.

На следующий день мы поехали в поля с бурьянами и ковылём. Собаки, почуяв простор полей, начали широко челночить. Со стороны Сергея всё время слышалась брань в адрес собаки. Тошка нашёл два больших выводка и переместив их несколько раз, удалось разбить,после чего началась охота по одиночкам, хорошо выдерживающим стойку. Наполнив ягдташ, я повернул обратно.

При подходе к машине вижу, как по дороге, прямо на меня катит русак, а Сергей целится в него. -Убью,сволочь!-только и успел крикнуть я, как раздался выстрел.Русак, к моему счастью, от моего крика успел свернуть в сторону, поэтому дробь легла по траве, в метре от моих ног. Больше мы Сергея с собой не брали…

vetdoctor 26.06.2012 — 14:03

То денег нет,то весь в работе
И дни бегут, как облака
Но в мыслях весь я на охоте
Хоть и не выехал пока

А дома, мордой на колене
Глядит мой пёс в мои глаза
И чуть уставший,в лёгкой лени
Ему я внемлю: -егоза

Тогда глаза я закрываю
И уношусь в осенний лес
В руках ружьё я ощущаю
И счастлив снова до небес…

vetdoctor 02.07.2012 — 14:57

НЕМНОГО ПОЛЕЧИЛИ,НЕМНОГО ПООХОТИЛИСЬ.

Как-то в конце зимнего сезона прибежал ко мне весь встревоженный Владимир. Суть его просьбы была такова. В одной из деревень Волгоградской области у его знакомого егеря нашлась пропадавшая неделю выжловка русской гончей. Видимо она попала в чей-то капкан, но то ли отгрызла пальцы на лапе, то ли оторвала почти отрезанную ткань, но похоже началась гангрена. К тому же собака сильно ослабела, кашляет и практически ничего не ест. Вечером я собрал инструменты, взял с собой стойку для внутривенных инфузий, закупил недостающие лекарства и мы, погрузившись в Володину «буханку»,отправились по назначению.

Собака действительно была в плачевном состоянии. Кроме начинающейся гангрены культи лучезапястного сустава правой передней лапы, она ещё и отморозила себе лёгкие,дело грозило отёком. Сначала я поставил собачке систему с растворами глюкозы,гормонов и антибиотиков. Затем ввёл её в наркоз и ампутировал некротизированную ткань. Три дня интенсивной терапии дали положительный результат. Выжловка начала есть и хрипы в лёгких заметно уменьшились. Операционная культя тоже внушала оптимизм.

У нас оставалось ещё два дня,как раз на закрытие сезона и хозяин пригласил нас на охоту с другими собаками. Поскольку это заранее входило в наши планы,то одежду,ружья и патроны мы привезли с собой. И вот, ещё затемно попив чаю, собрав термосы с чаем, а также судки с бутербродами, мы погрузили собак и выехали в сторону видневшихся вдали Волжских заливов. Когда мы подъехали к развилке дорог между кустами краснотала, было уже светло. Быстренько одев маскхалаты и собрав ружья,выгрузились из машины и выпустили собак.

Пегая выжловка и русский выжлец быстро ушли на махах в полаз. Наступила тишина тревожного ожидания гона. -Вставайте на полянке метрах в двухстах отсюда-почему-то шёпотом сказал мне егерь.
И добавил-а я заливчик с камышами перекрою вместе с Володей.
-Ни пуха-ответил я ему и потихоньку покатил на лыжах в указанном направлении.

Среди кустов краснотала тут и там виднелись небольшие полянки с ковылём и негустым бурьяном. На одной из полянок я и занял лаз. Между тем денёк стал «разгуливаться». От взошедшего солнца снег заискрился, а кусты заиграли различными красками. Так простоял я больше часа, а гона всё не было. Наконец где-то далеко, со стороны Волги я услышал едва заметный лай.

Он постепенно приближался к нам. Вот уже явственно слышен визгливый фальцет выжловки и яростный тенор выжлеца. Не доходя до моего лаза метров сто пятьдесят,собаки скололись, но вскоре выправились и быстро понеслись по-зрячему с завыванием и визгом.

Вижу летящего во весь опор зайца, пересекающего поляну, на которой я стою, но далеко, на противоположной стороне. До него метров семьдесят. Мушка Дефурни ложится косому на голову, стволы обгоняют его на корпус вперёд, а замёрзший на морозе палец жмёт задний спуск. Сухо щёлкает выстрел и заяц стремглав кубарем летит через голову.

Спустя пять минут подваливают обазартившиеся собаки. Беру их на сворку, используя для этого зайценоску.
Вместе с зайцем и собаками потихоньку скольжу к машине. Ребята уже там, поздравляют меня с полем. Отрезаю пазанки для собак, даю им угощение.

Сидим в машине, пьём чай, планируем, куда бы дальше поехать. Определяемся, но не тут-то было. Мотор почему-то не заводится. Водитель Фёдор открывает капот и начинает колдовать. Мы тоже лезем к нему с подсказками. Но вроде бы всё есть и искра, и бензин поступает, а мотор не заводится.

-Бегунок накрылся-авторитетно заявляет егерь. -А я последний поставил-с горечью отвечает Фёдор. Но голь на выдумки хитра. Ставим проволочную перемычку вместо сгоревшего предохранителя, на полном серьёзе молимся охотничьему Богу и Фёдор поворачивает ключ зажигания. Ура!!!Мотор работает, как всегда.

Пока возились с машиной, время перевалило далеко за полдень. Решаем пустить собак не доезжая около километра до деревни в камыши искусственного пруда.
Не успеваем расставиться, как закипел гон. Заяц начал ходить на небольших кругах по камышам.Подставиться никому не удаётся. Наконец, уже в сумерках, слышу торопливый дуплет у себя за спиной и яростный зарёв собак по-зрячему.

Видимость ухудшилась. Я весь внимание, но виден только лёд пруда, камыши же не просматриваются совсем. Но всё же есть охотничий Бог! Серой тенью совершенно бесшумно косой пытается прошмыгнуть мимо меня по заснеженной глади пруда. Вскидка, жму и ничего не вижу от вспышки. Дошедшие собаки треплют зверька в двадцати метрах от меня.-С полем!-слышу у себя за спиной.
Это Фёдор. Закончился сезон, но есть надежда на новый.

Вскоре я узнал, что болевшая выжловка через полгода была повязана и одна из её дочерей осталась у егеря, а сама роженица ушла на заслуженную «пенсию»…

СергейМ1972 08.07.2012 — 19:01

Как всегда-отлично написано!!!
Браво…..

Паршев 09.07.2012 — 12:52

Из «Рассказов старого спаниеля»

ПОЧЕМУ ХОЗЯИН ОСТАВЛЯЕТ НАС ДОМА

В море лазурном есть остров скалистый — Итака
Некогда жил там охотник один хитроумный
Взял он щенка, вот такого, как вы, от хорошей породы
Выкормил сам и нарек его Аргусом звучно:

Только когда у него выпадала свободной минута
Бегал всегда на обрывы у синего моря
Долго высматривал в дали лазурной хоть лодку
В сумерках брел же по пыльной дороге он к дому

Только однажды в ворота дворца постучался
Нищий старик в плаще и хитоне потертом
В шрамах лицо, нет доспехов, на солнце сиявших
Нет из кабаньих клыков у него знаменитого шлема

И ни один человек во дворце не узнал в старике Одиссея
Даже жена, даже сын его не признали
Только лишь Аргус один, у ворот тех лежавший
Уши прижал и хвостом поседевшим задвигал

Вы же всегда терпеливо хозяина ждите
Ждите всегда, и хозяйкин сапог не грызите
Ведь непременно хозяин к вам снова когда-то вернется
Пусть даже целую жизнь вам его предстоит дожидаться.

ВЭН ЧИК 09.07.2012 — 11:00

Пусть даже целую жизнь вам его предстоит дожидаться.

О,как…

СергейМ1972 18.07.2012 — 21:16

когда ёщё будут повести???
скучаем….

vetdoctor 15.08.2012 — 16:04

ОДНАЖДЫ ПОД ДУБОМ…

На дворе стоял сентябрь две тысячи шестого года. Мы с Димкой сидели под дубом в облюбованном нами месте ближайшего к городу района правобережья Волги. Над лесом, у опушки которого был разбит наш лагерь, висело закатное солнце, своими уже не жаркими осенними лучами тепло согревавшее прохладный осенний воздух. Мы недавно приехали и Димка собирал дрова для костра, а я выгружал спальники из багажника, не вставая с переносного походного стульчика.

Постепенно сгустились сумерки, а затем наступила ночь.Раньше мы в этом месте по перепелам не охотились, а только весной натаскивали собак. Как сложится завтрашняя охота? Все мысли наши были именно об этом. Посидев у костра и поужинав, мы залезли в палатку.Собаки легли в машине. Утро встретило нас туманом в низине и мокрой от росы травой. Впереди лежало скошенное поле суданки, по краям которого рос невысокий бурьян.

Спустившись с горы вниз, зарядили ружья и пустили собак. Чтобы не мешать друг другу, разошлись по полю в разные стороны. Портос начал широко челночить по высокой стерне. Вот он потянул на ветер и стал, чуть принизив голову. Захожу впереди и сбоку от собаки. Посылаю. Перепел чуть замедлился с подъёмом и мой мушкетёр на подводке броском ловит его в открытую пасть.
-Экономия патронов, однако-думаю вслух я, забирая трофей у собаки и укладывая его в ягдташ. Сбоку слышу выстрел Дмитрия.

Потихоньку денёк «разгуливается», охота затягивает.После десятой стойки и одиннадцатого взятого перепела, я переламываю ружьё, вешаю его на плечо и с собакой у ноги иду на стан. Перед ручьём кобель стаёт прямо у ноги. Вкладываю в нижний ствол МЦ-шки один патрон с девяткой, закрываю ружьё и посылаю собаку.Прыжок, второй, прут пойнтера взбивает «майонез». Наконец ещё одна стойка накоротке, прыжок и коростель неохотно летит в сторону бурьянов, безжизненно свесив ноги. Отпускаю птицу метров на пятнадцать, жму и раструб делает своё обычное дело. Кобель приносит птицу и отдаёт в руки.

Дима уже у дуба.Он кормит собак привезённой из города кашей с мясом. На ветке дуба висит полный ягдташ.-Ну как?-спрашиваю я. -Да шесть взял и трёх промазал-отвечает мне друг. -Ну с полем,барин-поздравляю я Дмитрия. -Там я Портошке кашки наложил в миску-отвечает мне Диман и продолжает-Давай тогда по рюмочке за собачек и птичек. Он протягивает мне налитую рюмку домашней наливки и бутерброд с салом. -С полем,дружище!-произношу я первый тост.

-А мы с Портофелем сегодня одиннадцать птичек на десять патрон взяли-не без гордости продолжаю я.-Это как?-Дима недоумённо смотрит мне в глаза.-Да одного перепела на подводке поймал-быстро проясняю я ситуацию. -Ну тогда за собаку, экономящую боеприпасы-на полном серьёзе поднимает тост мой друг.

Пока кипятится на костре подвешенный на треноге чайник,мы выходим на краешек террасы, где стоит наш любимый дуб. Вокруг тянутся поля, внизу длинной серой лентой вьётся асфальтовое шоссе, впереди в паре километров вытянутый в длину пруд.Рассказывают, что в нём водятся довольно крупные караси и карпы. Дима решается проверить эту версию,берёт лопату и удочку и после чаепития направляется на рыбалку. Я же ложусь в палатку и мгновенно засыпаю.

Просыпаюсь под вечер от лая собак. Кто-то ломится в наш лагерь сквозь кусты. Разламываю ружьё, вставляю в каждый ствол по патрону с волчьей картечью и выскакиваю из палатки. Оказывается, мы в окружении стада коров, которые нагло жуют всё подряд с нашего стола. Ору на них что есть мочи, стреляю в воздух. Коровы ретируются из нашего лагеря, оставив нам напоследок несколько лепёшек навоза на память.

Пришедший с рыбалки Димка хохочет надо мной, передразнивая мои крики по разгону коровьей демонстрации. Выясняется, что он до вечера ничего не мог поймать на червя и лишь пришедшие на берег деревенские ребятишки поделились с ним секретом, что караси и карпы здесь предпочитают кукурузное зерно, поделившись с ним консервами «Бондюэль». После этого Бог послал Димке удачу в виде пары карпов по полтора килограмма каждый.

Утром, пройдясь по полю, мы стрельнули ещё по пятку перепелов и по паре коростелей, после чего охоту пришлось прекратить,поскольку Димина англичанка Соня порезала стеклом подушечку лапы. Несколько раз мы ещё в разные годы охотились в том месте и ставили уютный лагерь под дубом. И каждый раз это был настоящий праздник души. Недалеко от этого стана мы похоронили Димину англичанку Нору, бабушку Сони.Каждый раз, приезжая туда, мы первым делом ходим к ней на могилу. Весной 2010 года на этом стану были повязаны мой Портос и Димкина Шарлотта. Недавно проездом из другого города, был я под дубом. Там пока всё, как и прежде…

i_itiro 16.08.2012 — 16:20

Чудесная собака этот самый Портос! А уж эта его манера хозяину патроны экономить… Дело было под Тулой, в тюнежском охотхозяйстве. Уже после соревнований и награждений, пошли мы с Игорем и его Портосом в поле, дабы «экспертная собака», наконец то получила заслуженную охоту. Думаю, не стоит отмечать здесь, почему собака так называется и почему во-время первенства ей долгое время приходится скучать, завистливо навостряя уши при звуках ружейных выстрелов, да жадно нюхая ветер, доносящийся с полей…

Под вечер Игорь взял фазана… незабываемые ощущения для такого дилетанта как я: в тот вечер мне было дано понять, что видеть пойнера в городе, неважно, в квартире или на улице и пойнтера в поле, это как смотреть на качественную репродукцию «Девятого вала» и увидеть эту картину в оригинале. Только в поле можно понять, насколько прекрасна эта порода в своей рациональной скупости движений, как продуманно работает каждая ее мышца, а самое главное — насколько идеально она взаимодействует с охотником, составляя с ним единую связку.

Уже смеркалось когда я, отбросив на спину свой фотоаппарат, коим документировал происходящее, обратил внимание на Портоса, мягко переступающего по довольно высокой траве. «Почуял фазана», сразу же мелькнула мысль. Почему то на тот момент времени, дичь ассоциировалась у меня, исключительно с этой прекрасной птицей. Вдруг, совершенно внезапно, Портошка мотнул головой, и в зубах у него оказался маленький серый комочек. «Воробья что ли поймал», опрометчиво предположил я, совершенно не догадываясь о существовании перепела. Как он взлетал, я не заметил совершенно, настолько все молниеносно произошло.

Вот так и я, в свою очередь, стал свидетелем экономии боеприпасов.

СергейМ1972 16.08.2012 — 17:04

Уже смеркалось когда я, отбросив на спину свой фотоаппарат, коим документировал происходящее

а фото можно выложить ???

СергейМ1972 16.08.2012 — 18:11

спасибо

vetdoctor 29.08.2012 — 16:02

ЭХ,ДОРОГИ…

Однажды в середине осени после продолжительного дождя уже ночью раздался настойчивый звонок сотового телефона.Просыпаться и вылезать из-под одеяла не хотелось, но мелодия зуммера всё же заставила меня взять трубку. -Да, слушаю-сонным голосом пробормотал я.-Гоша, тут мы нашли высыпку перепелов, коростелей и чирка полно.Приезжай, мы у костра сидим.Тут мы одни на всём пространстве лугов-раздался в ответ страстный Димкин шёпот..-Где Вы?-уже несколько проснувшись, спросил я.-На старом месте,за ямкой-был ответ.

Сон тут же слетел с меня, я начал собирать патроны и амуницию. Атос внимательно следил за всеми моими действиями. Быстро одевшись, спустился в лифте и направился к ночному магазину, чтобы купить провизию себе и собаке.
В те времена машину я ставил у дома, поэтому погрузиться и отправиться в путь было делом одной минуты. И вот мы с Тошкой уже всматриваемся в ленту серого шоссе, мелькающего под светом фар. В этом направлении в будние дни ездило мало транспорта, поэтому редкие встречные машины не доставляли мне беспокойства своими слепящими фарами.

Вот наконец-то и знакомый поворот.Проезжаем безжизненную, сонную деревню и сворачиваем в луга. Вездеходная резина легко преодолевает раскисшую грязь колеи и мы упорно движемся к намеченной цели. А вот и знакомая ямка, залитая водой.Разгоняюсь, чтобы с разгона преодолеть препятствие и начинаю разгон.Уже почти выехав на противоположный берег вижу впереди чью-то фигуру, энергично машущую мне руками. Замечаю поваленное небольшое деревце впереди и жму на тормоз. Машина начинает погружаться в топкую жижу.

Открыть дверцы практически становится невозможно.Открываю окно, вылезаю сам и выпускаю собаку. Открываю багажник, одеваю болотники и начинаю выгружать вещи.Оставив машину в болоте, идём к костру, ставим палатку, стол, стулья.
Ребята подбадривают, говорят, что утром двумя машинами как-нибудь вытянут меня из болота. Дима подаёт на стол жаренных на углях перепелов с варёной в котелке картошечкой.Начинаются рассказы об охоте.

Рано утром оба Дмитрия переезжают через расположенную в километре плотинку, двумя машинами цепляют мою «шестёрку» за два троса и задом вытаскивают её из болота.Машина к этому времени увязла почти по передние колёсные арки. Освобождаю монтировкой глушитель от забившейся грязи и пытаюсь завести мотор.Он чихает,стреляет, но наконец-то фыркает и начинает натужно реветь. Чуть убираю подсос и начинаю движение.Тормозные колодки все в грязи, они скрипят и машина не сразу останавливается. С грехом пополам приезжаю на стан.

Собираемся и выходим в поле. Заряжаю МЦ-шку патронами «Позис» с бесконтейнерной девяткой. Атос широко челночит по скошенному полю суданки.
Перед небольшим не скошенным участком переходит на длинную и плавную потяжку. У края самой высокой травы застывает скульптурным изваянием.
-Красавец!-думаю я, забегая с другой стороны от некоси. Посыл и два жирных перепела, как бомбардировщики с аэродрома,летят над скошенным полем. Дуплет и раструбы делают своё надёжное дело. Атос подаёт птичек и я укладываю их в ягдташ. Следующая работа по коростелю, потом опять перепел… Возвращаемся назад. Ягдташ наш полон.В конце поля мы ещё нашли два выводка куропатки, а на стерне Атос поймал подранка кряквы.

Подхожу к ямке и ахаю. Точно в том же месте сидит другая 06-ая, причём такого же синего цвета, что и моя.Две женщины и мужчина, в кедах на босу ногу, пытаются вытолкать машину из болота. -Привет братьям по несчастью-приветствуя я их.-Ох и не говорите-чуть не плача отвечает мне румянощёкая деваха лет тридцати на вид. -Надо за трактором идти-с безнадёжностью в голосе говорит старенький водитель, видимо, отец семейства. Вокруг машины лежат корзинки с грибами, открытый термос и два ножа. Мне предлагают попить чаю, я соглашаюсь.После этого, забрав озябших дам с собою в лагерь, обещаю водителю помощь.

Ребята посмеялись, увидев повторение вчерашней картины, но безропотно заехали на двух машинах и повторили утренний маневр по вызволению застрявшего «жигулёнка». После завтрака мы улеглись спать по своим палаткам.
Разбудил нас настойчивый гудок клаксона. Это наши «потерпевшие», решив нас отблагодарить за спасение,съездив в ближайший деревенский магазин, привезли нам две бутылки водки.В ответ собачки наши дружно их облаяли. Ну что же, в России водка всегда считалась валютой. Вот такие бывают дороги, люди,охотники, грибники и взаимопомощь.На то она и Россия…

СергейМ1972 29.08.2012 — 17:31

Ну как всегда на высоте и поучительно….Делай людям добро и оно тебе вернётся 😊

NeyroN 31.08.2012 — 14:09

СергейМ1972
Ну как всегда на высоте и поучительно….

Бесспорно! Игорю и остальным спасибо за каждый рассказ. Нас тут много читающих и все с нетерпением ждут продолжения.

Petros 31.08.2012 — 21:58

У меня несколько другая история. Тут собака написала про нашу совместную охоту. Давать?

Viksv 01.09.2012 — 19:48

Петрос, интрига уже создана. Публика в ожидании 😊

СергейМ1972 01.09.2012 — 21:44

posted 31-8-2012 21:58
———————————————————————————
У меня несколько другая история. Тут собака написала про нашу совместную охоту. Давать
А то….
С нетерпением……..

Viksv 02.09.2012 — 12:57

Очень понравился исконный орловский колорит выраженный метафорой:
«Утки сыпались с неба, как мандарины с дерева. «.
Именно такая ассоциация возникает у настоящих орловских мужиков 😊

Арчи767 02.09.2012 — 13:06

У настоящих кипрских курцев, думаю, именно такая и возникает 😛

СергейМ1972 02.09.2012 — 13:11

posted 1-9-2012 22:34

Фоток дофига, так что не буду перепостить.
Держите

прочитал. прикольно.

Viksv 02.09.2012 — 19:19

Petros
Держите ссылку

Петрос, спасибо!

vetdoctor 03.09.2012 — 15:56

Этот рассказ я уже читал по ссылке Петроса в другой теме.Очень понравился.
А мой рассказ «Метель» будет опубликовант в «Охота и рыбалка 21-й век», в номере за октябрь.Так что приятного прочтения. И всех открывшихся с полем!!!
С уважением, д-р Б.

vetdoctor 12.09.2012 — 16:53

ВОЛГА,ВОЕНОХОТА,ПАМЯТЬ…

Удивительная штука человеческая память.Иногда не можешь вспомнить то, чем занимаешься каждый день, а бывает, что накроет прошлым и как воочию видятся события,которым уже время-целая прожитая жизнь.

-Когда состарюсь, издам книжонку-звучит в ушах до боли знакомая песня Высоцкого. Я сижу перед стареньким ленточным магнитофоном «Маяк». В руках моих стволы ружья без цевья и шомпол.Я старательно снимаю освинцовку обезвоженным керосином. -Гошка, не забудь с собой керосин взять и лампу керосиновую со стеклом заверни так, чтобы не разбилась-доносится из другой комнаты голос папы. -Не забуду-отвечаю я,заканчивая чистить ружьё и разбирая шомпол. -Про то, что Ваня,Ваня,Ваня мы с тобой в Париже,нужны как в бане пассатижи-заканчивает куплет Владимир Семёнович и я выключаю магнитофон.

И вот уже моя старенькая «Казанка» с булями под гул двадцатисильного «Вихря» несёт нас с Мартом по осенним протокам вдоль левого берега Волги.
Слегка пожелтевший камыш колышится от волн, расходящихся за нашей кормой.
Жёлтые листья плавают в удивительно прозрачной воде, в которой отражаются
деревья по берегам, захваченные буйством осенних красок. Впереди выход на коренную.Чуть проплыв вдоль берега, сворачиваю в очередную протоку.Здесь начинаются Чёрные Воды. Вот и табличка на дереве: «ПриВО. Караманское охотничье хозяйство.Охота по путёвкам».

-Вот мы и прибыли с тобой куда хотели, Мартышка-говорю я собаке.Март внимательно смотрит мне в глаза.Прут его стучит по бортам нашей узкой посудины. Впереди скошенная луговина со стожками сена.Здесь мы и устроим свой лагерь.Егерь знает о нашем присутствии в угодьях, так что на базу заезжать не надо.Да и ночевать в палатке возле стога душистого сена куда как интересней, чем в домике на базе.

Причаливаю.Кобель выпрыгивает из лодки и первым делом метит территорию, задирая заднюю лапу на ближайшее дерево.Закрепляю лодку отнесённым на берег якорем, выгружаю нехитрые пожитки. Приступаю к обустройству лагеря. Лопатой вырываю небольшую ямку для костра,после чего долго собираю сухой валежник в прибрежном лесу. Ставлю палатку возле большого поваленного дерева.Одну из крупных веток я использую для основания стола, положив на неё принесённую из лодки слань. Между двумя другими кладутся вёсла, которые я накрываю сланью поменьше.Это моё кресло,сидя в нём можно прислониться спиной к широкому, в два обхвата, дубу.

Натаскиваю под палатку сена, расстилаю тяжёлый геологический спальник с набивкой из верблюжьей шерсти. Всё, лагерь готов. Солнце уже склоняется к закату. Становится свежо.Быстро одеваю штормовку, натягиваю патронташ, складываю ружьё. Пересекаем с Мартом луговину. Там, впереди заветное озерцо. Беру собаку к ноге.Заряжаю ружьё. Потихоньку иду вдоль камышей.-Иди поищи-говорю я своему другу и Март послушно заплывает в баклужину.

Всё озеро вдруг взрывается громким испуганным кряканьем и хлопаньем крыльев.Прямо над моей головой летит нарядный кряковой селезень в брачном пере.Стреляю.У селезня повисает отбитая нога, он судорожно машет крыльями над верхушками прибрежного леса.Стреляю второй раз и кряковой тряпкой падает на луговину за моей спиной.Март уже вылез на берег и челночит по луговине. -Аппорт!-звучит команда и я вижу счастливые глаза моего пойнтера, несущего здоровущего матёрого крякаша. -Жаль, что папа нас с тобой не видит-говорю я собаке и кобель восторженно фыркает, отдавая мне добычу.

Становится совсем темно, на фоне леса ничего не видно.Утки где-то пролетают, слышен свист их крыльев, но различить ничего нельзя. Выхожу на луговину и иду к лагерю.Всходит яркая луна и заливает всё пространство фосфоресцирующим мертвенно-бледным светом. Разжигаю костёр, кормлю собаку взятой из дома перловой кашей с мясом. Вокруг так светло, что лампу разжигать не хочется.Сидим у костра, смотрим на окружающую красоту.Наконец закипает повешенный над костром чайник.Перекусываю бутербродами с салом, ем приготовленную мамой тушёную цветную капусту, пью чай.

Март ушёл в палатку и там сладко посапывает, а я всё сижу у костра.Жалею, что отец не поехал со мной. Утрянку мы проспали.Разбудил меня какой-то странный рёв.-Медведей тут вроде бы не было никогда-думаю я, ища в рюкзаке патроны с волчьей картечью. Выйдя из палатки я расхохотался над своими страхами.На той стороне протоки стоял козёл косули.Он очень страшно рявкал, при этом притаптывая передними ногами.Всё правильно, у копытных осенью гон.
-Козлиная рожа, чего орёшь?-прокричал я козлу через протоку. Он ещё раз рявкнул и горделиво проследовал в лес.

После завтрака грузимся в лодку.Дёргаю мотор и надёжный «Вихрь» заводится сразу. Включаю реверс.Пустая лодка летит по протокам как птица.Вокруг завораживающее осеннее великолепие.Берега мелькают с сумасшедшей скоростью.
Наконец я причаливаю к знакомому берегу.Заряжаю девятку. Март уже стоит в десяти метрах от берега.Он как бы задумался над умирающей листвой, чуть склонив голову и подняв переднюю лапу. -Вперёд-звучит команда и вот уже над верхушками клёнов свечкой поднимается вальдшнеп.Ловлю его на планку, жму и мой помощник подаёт мне наш длинноносый трофей.В тот день мы взяли двенадцать штук,расстреляв весь патронташ до конца.

Вечером к нашему лагерю причаливает «Прогресс-4».Из него выходит человек в военной форме с кокардой охотинспекции.Это мой знакомый егерь Виталик.-А чего один, без отца?-спрашивает он меня.И продолжает-не скучно? А то на базе мест в домиках полно. Я как могу, объясняю свою позицию.- На вот тебе щучек парочку и сазанчика с линьками.Хочешь пожарь, а хочешь-уху свари-даёт мне гостинцы егерь.Я благодарю его как могу и в ответ предлагаю взять парочку или даже пяток вальдшнепов домой.Виталик не отказывается.Его жена любит жаркое из лесных куликов.

Через пару дней ко мне подруливает металлическая «гулянка». В ней полно народу. Это оказывается, военные охотники,вертолётчики.Они только что вернулись с боевых действий в Афганистане. У них всё приспособлено для отдыха на природе на высшем уровне.И печка специальная, и коптилка из нержавейки. Они ставят большую армейскую палатку и приглашают меня к себе в гости.Я отказываюсь, поскольку надо идти на вечернюю зорю.Один из них просится со мной, я соглашаюсь.

На этот раз я занимаю позицию между двумя длинными баклужинами на косе,которая вдаётся вглубь острова. Андрей (так звали моего компаньона)забрался в костюме химзащиты в гущу камышей. Утка полетела рано.Сбив пару чирков и широконоску, я умудрился промазать подсевшего на воду прямо передо мной крякаша. -Игорь,помоги двух уток найти-раздался вдруг вопль со стороны Андрея. Март долго плавал в камышах, но наконец нашёл одну чисто битую крякву и подранка серой утки. Пока мы шли назад, я зачерпнул полный сапог довольно холодной октябрьской воды.

На стану ребята сразу же сказали, что если я не хочу простыть, то надо употребить лекарство.И протянули мне кружку со спиртным.Думая, что это водка, я сделал глоток.В следующий момент дыхание моё остановилось, а во рту вспыхнул пожар.-На, водой скорее запей.Это спирт.Чистый-молодцеватый полковник авиации протянул мне кружку с водой. Через несколько мгновений мне стало хорошо.Я переобулся в сухое и повесил у костра сушиться сапоги.
Всю ночь ребята рассказывали с солдатским юмором про ужасы войны, а я внимательно слушал.Оказывается, спирт они возят в канистрах.Это их лётные техники выливают спирт из лопастей вертолётов, куда он заливаетя для предупреждения обледенения винтов.

Утром они уплыли, так и не поохотившись как следует.Надолго осталось ощущение какой-то недосказанности и неудовлетворённости от несправедливости жизни. Через сутки и мы с Мартом сняли наш маленький лагерь, покинув гостеприимное военно-охотничье хозяйство…

чинг 12.09.2012 — 21:04

Игорь, просто отлично.

СергейМ1972 14.09.2012 — 18:08

Отлично.

hunterDLL 18.09.2012 — 09:24

vetdoctor
Чёрные Воды

спасибо,напомнил,в детстве с Дедом там рыбачил, потом охотился.

vetdoctor 18.09.2012 — 16:30

СТЕПЬ ВЕСЕННЯЯ.

В тот год талой воды в степи было мало.Открытие весенней охоты на левом берегу Волги я пропустил, поскольку провалялся с гриппом две недели. Бюллетень мне закрыли до понедельника, поэтому я решился на поездку среди недели в степь, с надеждой покараулить с чучелами селезней, а если повезёт, то посидеть в скрадке среди поля с гусиными профилями.Мои обычные компаньоны по охотам в этот раз меня не поддержали, поскольку были заняты работой.

И вот ночью в четверг мы с Портосом едем в заволжскую степь. Свернув с асфальта я понял, что дорога настолько просохла, что вполне позволяет удаляться от шоссе в степь,чего раньше никогда весной не наблюдалось. Доехав до знакомого мне пруда, я поставил машину,разложил правое пассажирское сиденье,укрылся спальником и заснул, как убитый.

Ещё до рассвета решил попробовать пройтись по скошенному пшеничному полю в надежде найти стожок сена для устройства гусиной засидки.Кобель остался в машине.Наконец, светя фонариком, обнаружил удобную для этого копёшку.Расставил двенадцать гусиных профилей, вырыл в копне гнездо для себя,после чего разбросал вынутую из стога солому вокруг по стерне. Забравшись в импровизированный скрадок, укрылся сверху артиллерийской маскировочной сетью. Постепенно я стал погружаться в сон,тепло от соломы убаюкивало.

Снился мне осенний лес и вальдшнепиная охота. Вдруг в лесу раздался гусиный гогот.Он настойчиво заполнял всё пространство.Наконец меня обдало ветром со всех сторон и я проснулся.Вокруг, сколько хватало зрения, летели и садились гуси.Ближайшие три сидели в десяти метрах от моего скрадка. И тут я вспомнил, что ружьё моё не заряжено.Осторожно, стараясь не вспугнуть гусей, я отвёл ключ затвора вправо, переломил ружьё.Затем,осторожно достал из жилетки два патрона с непонятно какой дробью,вставил их в стволы и так же осторожно закрыл ружьё.

Ноги мои и тело затекли от неподвижного сидения,поэтому плавной вкладки не получилось.Гуси почуяли подвох и стали подниматься вверх с оглашенным гомоном. Мушка МЦ-шки упирается в серый бок ближнего гуся.Жму передний спуск и гусь серым комом грузно валится на землю.Хватаю на планку последнего, обгоняю и жму задний спуск.Гусь дёргается, но продолжает лететь, постепенно снижаясь.Наконец он превращается в точку и где-то в пол километре от меня падает вниз. Над полем переполох.Гуси кружатся во всех направлениях.

Перезаряжая ружьё, понимаю, что стрелял пятёркой.Вкладываю в нижний ствол тройку, а в верхний единицу.Краем глаза вижу какое-то движение сбоку.Захлопываю ружьё, перевожу взгляд влево.Вижу, как низом, метрах в тридцати, прямо над полем заходит косяк белолобых.Их голов тридцать. Не целясь, стреляю в самую гущу и с радостью вижу, как три гуся бьются крыльями на стерне.Жму второй раз и позорно мажу от охватившего меня азарта.

Взошло солнце и степь озарилась яркими красками.Заблестели оттаивающие под солнцем, схваченные ночным морозцем лужи, над полем встала радуга.Гуси больше ко мне не летят.Они скопились на другом конце поля,время от времени перелетая низом на небольшое расстояние. Вылезаю из скрадка, разминаю затёкшие мышцы. Подбираю трёх белолобых и одного серого.Иду к машине.Ночью я даже не заметил, что отмахал по степи больше километра.Растаявшие лужи немного мешают ходьбе.Ноги то и дело разъезжаются.Пару раз падаю,обдираю коленку.

Наконец подхожу к машине.Выпускаю Портоса.Он внимательно разнюхивает гусей,преданно смотрит мне в глаза и виляет прутом.Пью чай из термоса.Чувствую себя триумфатором.Но внутри ворочается червячок сомнения.Все мысли об улетевшем гусе.Беру кобеля и по дороге шагаю туда, где я его видел последний раз.Эти полтора километра даются мне с трудом.Солнце растопило лёд, разогрело снег и приходится идти как на лыжах.На сапогах налипли огромные куски грязи.Время от времени счищаю их о траву.

Наконец мы где-то почти у цели.Пускаю собаку в поиск.Поле со стернёй кончилось.Перед нами большой кусок ковыльной степи.Портос челночит на ветер. И когда мне уже казалось, что шансов найти гуся никаких, мой мушкетёр закатывает длиннейшую потяжку, приостанавливается, а затем прыгает и ловит затаившегося подранка.Гусь шипит, но вырваться от моего пойнтера уже не в силах.Пробую добить подранка как показывают в фильмах о гусиных охотах канадцы, вертя за шею и резко дёргая в сторону.Эффект нулевой.Гусь жив. Бью его головой о стволы и прекращаю мучения птицы.

Долго добираемся назад.У кобеля тоже «лыжи» на лапах от прилипшей грязи.Но мы довольны.Трофей не пропал. Три дня жили мы с Портошкой на гусином поле, но больше так ничего и не заполевали.Зато было ощущение праздника от созерцания оживающей степи, появления первой зелёной травки,тёплого апрельского солнца,гусиных стай в небе…

i_itiro 20.09.2012 — 08:19

Игорь, превосходно! Как отсудил в Борисоглебске?

vetdoctor 21.09.2012 — 13:04

Как отсудил в Борисоглебске?

Собачки понравились, а вот у организаторов даже зонтов над экспертными столиками не оказалось.Поэтому, когда пошёл дождь, мы с мокрыми оценочными листами продолжали писать в УАЗике,причём сразу все, что не очень удобно.Но в-общем к теме рассказов про собак, это увы, не имеет ни малейшего отношения.

i_itiro 26.09.2012 — 10:49

Так то оно так, но иной раз, после твоих рассказов особенно, охотничья собака выглядит лучше иного хозяина.

vetdoctor 08.11.2012 — 15:12

ДНЕВНИК ВАЛЬДШНЕПЯТНИКА ПРОШЕДШЕГО СЕЗОНА.

Итак всё по порядку. Вернувшись в начале октября из славного города Батайска, что под Ростовом-на Дону,узнал, что все мои собратья по увлечению уже взяли первых в сезоне вальдшнепов. Вальдшнеп!!! При произнесении этого слова душа моя всегда замирает от восторга, а в глазах своей собаки я читаю те же мысли.
Руки мои сразу кидаются отбирать патроны с мелкой дробью,одежду и прочие «прибамбасы».

Ну вот наконец-то, посетив Комитет по охотничьему хозяйству и рыболовству Саратовской области, узнаю, что многие,доселе недоступные нам угодья открыты и взяв путёвку, 5 октября решаюсь на небольшую вылазку недалеко от города.
Вот и знакомая мне полянка.Ставлю машину,переобуваюсь в сапоги,вешаю через плечо сетку-ягдташ. Собираю ружьё. Портос всё это время нетерпеливо поскуливает,заглядывая мне в глаза. Заряжаю два патрона с девяткой-«дисперсантом». Двигаюсь по краю большого оврага.Кобель ищет в опушке, время от времени проверяя моё местоположение,показываясь на дороге.

Вот он пропал минут на пять,но после моих продолжительных свистков показался из опушки, всем своим видом приглашая за собой.Постоянно оглядываясь на меня,Портос спустился на несколько метров в овраг и ещё раз оглянувшись, протянул пяток метров в сторону ручья, замер на стойке. Обхожу собаку по краю поляны.Кобель всё время следит за моими передвижениями. Когда я занял стрелковую позицию, он ещё продвинулся в мою сторону на пару метров и стал, опустив вниз морду. Между нами не более пяти метров. Посылаю кобеля,он прыгает и прямо из-под морды свечкой рвётся вверх крупный вальдшнеп. Ловлю его планкой между макушками кленов,жму спуск и Франкотт говорит своё веское слово.В следующее мгновение мокрый нос моего друга тычется мне в руки. И вот он, первый в этом сезоне вальдшнеп, в моих ладонях.

Солнце опустилось на уровень верхушек деревьев.Пора возвращаться к машине.
В тот счастливый день удалось взять шесть лесных куликов,истратив всего семь патронов. Как же хорошо в осеннем лесу! Даже уезжать не хочется. Но мы полны надеждами на пришедшую осень. Через день, уладив кое-какие неотложные домашние дела, снова наведываюсь в знакомый лес. Пройдя обычным маршрутом, находим пять вальдшнепов, все из них попадают в наш ягдташ.Настроение такое,что от такой собаки, как Портос,ни один вальдшнеп не улетит. Опять была работа с анонсом и две с заходом.Почему-то в этом году вальдшнеп сильно бегает и выставить его на стрелка очень непростая задача для собаки.

Через пару дней решаюсь посетить давно забытые мною, когда-то очень добычливые угодья. Едем вдвоём со Станиславом и его пойнтерихой Грейтой.
Пролазив до темноты по знакомым ранее угодьям, беру лишь пару из встреченных трёх птиц.У Славы ещё хуже,он пустой,поскольку опыта этой охоты ни у него, не у его собаки почти нет.

На следующий день решаюсь посетить совсем незнакомые для меня доселе места. Прохожу вдоль железнодорожного полотна по широкой лесополосе около трёх километров,затем сворачиваю вдоль заросшего лесом оврага, который через два километра упирается в шоссейную дорогу.Пройдя по осеннему великолепию вдоль посадки и оврага,расстреляв пятнадцать патронов,беру двенадцать поднятых собакой вальдшнепов. Возвращаясь назад к машине через засеянное подсолнечником поле, Портос поднял два выводка куропаток.Сделав дуплет и подобрав парочку птиц, я отозвал собаку назад. Душа моя ликовала.Это была самая добычливая вальдшнепиная охота из моих последних пяти лет.

В субботу мы проводили испытания собак по вальдшнепу.Птицы хватило всем,поскольку мы её не отстреливали.Только из-под последней работающей собаки было принято решение стрелять птицу и я не оплошал,отстреляв вальдшнепа из-под прекрасной работы опытного пойнтера,получившего у комиссии Д.2 с 82 баллами. В воскресенье Слава уговорил меня поохотиться в местах, где проводились испытания. Собаки работали хорошо, я взял шесть птиц, а Станислав трёх. Самым комичным событием этого дня был дважды мною промазанный на чистом вальдшнеп,когда я его в принципе не ждал и не поверил стоящей собаке.

В мой день рождения мы опять со Славой искали вальдшнепов в знакомом нам овраге. Пройдя по своему обычному маршруту, я взял четыре птицы при одном промахе на чистом месте,после чего охоту пришлось временно прекратить.Открыв ружьё, я обнаружил, что шляпка гильзы в левом стволе была ниже экстактора. Пришлось выламывать крепкий прут и выталкивать им вместо шомпола раздувшуюся и разорванную пополам гильзу. После этого удалось вновь зарядить ружьё и при подходе к машине отстрелять из-под стойки Портоса пятого за этот день вальдшнепа. Слава взял лишь пару.

Через день я решил обыскать одно мало посещаемое легашатниками место вблизи от города, недалеко от учебного танкодрома. Портос работал выше всяких похвал, дважды с заходом и на восемь выстрелов удалось добыть восемь поднятых куликов за какие-то пару часов. На этом моя вальдшнепиная эпопея несколько прервалась, поскольку приехавший ко мне в гости Виктор не захотел вести своего молодого курцхаара в лес и мы посвятили три дня степной охоте по куропаткам, в малоизученном месте с экстремальными ночёвками под снегом и дождём. Простудившись не на шутку, пришлось почти неделю посвятить лечению бронхита с трахеитом.

За две последующие поездки удалось взять всего три вальдшнепа. Станислав тоже взял три птицы. И вот он, последний день отпуска.Ноябрь,но ещё достаточно тепло,хотя и сыро.Опять повылазили клещи. Снимаю их как с собаки, так и с своей одежды. Бредём с кобелём по опушкам совсем облетевшего леса,любуемся последними деньками уходящей осени. На берёзах ещё дрожат золотые листочки. Выглянуло солнышко и всё заиграло буйными красками. А впереди открытая поляна и на ней, как застывшее изваяние, вытянутый в струну, стоит мой пойнтер.Только оком за мной наблюдает. Подхожу впереди собаки, командую:-вперёд! С чистого места шумными ракетами стартуют вверх сразу два вальдшнепа, разлетаясь в разные стороны. Планка Франкотта обгоняет сначала правого, затем левого,палец привычно жмёт спуски. Собака по одному подаёт мне в руки вальдшнепов.Прекрасный дуплет и ровно полста вальдшнепов за сезон.Ах,Портос, тебе ведь сегодня исполнилось девять лет.Будет ли когда-нибудь у меня ещё такая собака? Но гоню от себя скверные мысли. Мы ещё поживём и поохотимся…

чинг 08.11.2012 — 19:08

Отлично, Игорь. Саратовская степь, красота.

i_itiro 08.11.2012 — 19:39

Игорь, превосходный рассказ!

NeyroN 09.11.2012 — 20:06

Отличный рассказ!
Ждали так долго и всего 10 абзацев?
Хочется еще 😊

hunterDLL 10.11.2012 — 12:31

Игорь-не прекращай,для меня твой рассказ прочитать,как на Родину съездить!

——————
Кто ночью спит,тот днем голодный.

Андрей Сергеевич 11.11.2012 — 17:53

Игорь, как всегда здорово! Спасибо!

vetdoctor 12.11.2012 — 15:06

Салютом багряным повенчан
Листвою засыпанный лес
Сияющим солнцем расцвечен
Верхушки на фоне небес

Сижу на пеньке,на полянке
Любуюсь земной красотой
Сейчас бы накапать из склянки
Но мне ещё ехать,постой

В костре ещё тлеет картошка
О вечном журчит ручеёк
Задумчиво смотрит Портошка
Как мы поглощаем паёк

На ветке кленовые листья
Златым полыхают костром
И рядом рябиновы кисти
Горят снова алым огнём

И всё это было, и будет
Ведь этого ради живём
И страсти пожар не убудет
Ведь кто-то за нами придёт…

бондарев 12.11.2012 — 22:32

Игорь как просто и точно!!!

vetdoctor 15.11.2012 — 16:29

НЕМНОГО ИЗ ДЕТСТВА.

Засыпаю.Снится детство.Мы с отцом и его другом дядей Серёжей выехали на катере охотиться в Генеральские луга. Небольшая зыбь качает причаленный катер с борта на борт.В траве виден большой железный якорь,цепь от которого тянется к носу катера. На дворе ночь.Всё вокруг волшебно и таинственно.
Пахнет сеном. Я сижу у костра и смотрю на горящие дрова. Дым сизыми струйками поднимается вверх,растворяясь где-то среди бесчисленных звёзд.

Взрослые ушли спать в палатку, а мне не спится.Мне всё интересно.На востоке начинает светать.Первой ухнула выпь.Где-то в заводи,среди бесчисленных Волжских заливов,прокричала кряковая утка. Одиночество моё нарушается тёплым шершавым собачьим языком.Это Джим вылез из палатки и лезет целоваться.

-Ты так и не ложился?-слышу удивлённый голос проснувшегося отца-я в детстве такой же был,что перед рыбалкой, что перед охотой. -Да тут так здорово, что спать совсем не хотелось-отвечаю я. -Дрова-то небось все спалил?-с шутливой интонацией в голосе продолжает отец-будешь снова сушняк собирать на вечер,да для шулюма дрова потребуются. Отец выходит из палатки,разминает мышцы приседаниями с вытянутыми вперёд руками. -Это тебе не на ринге воевать-смеётся он-иди дрова собирай,да чайник вешай.Скоро на зорю пойдём.
Тулку-то когда смазывал?

-Серёга,вылезай из палатки,пора чай пить-говорит отец и из палатки выходит дядя Серёжа.Вид у него заспанный.Подойдя к берегу,он умывается бодрящей речной водой и присаживается к столу из листа фанеры, положенного на три пенька. Пьём чай, попутно обсуждая план предстоящей охоты. Через полчаса мы с отцом стоим на перешейке между двумя озёрами, вклинивающимися в большой Волжский залив.У каждого своя сторона обзора и обстрела.Джим вдруг насторожился и стал тихо поскуливать.Взгляд его обращён во всё больше и больше светлеющую часть неба.

В следующее мгновение нас буквально накрывает большой табун крякв,заходящих на посадку.Четыре выстрела,но только два шлепка об воду в камышах с папиной стороны.Джим плывёт через камыши и выносит сначала одного, а затем и второго кряковых селезней.Отец открывает Дефурни. Слышится щелчок эжекторов и вот уже две красные бумажные гильзы плавают в воде недалеко от его сапог.-С полем!-поздравляю я отца,завистливо поглядывая на висящих в тороках кряковых.-Не спеши стрелять,видеть надо цель на планке-поучает меня папа.

Светает,тут и там видны силуэты летящих в разных направлениях уток.Вот одна уточка стремительно летит на меня.Встаю и утка,расправив крылья, зависает передо мной.Жму спуск и вижу падение своей добычи в воду. Джим плывёт за уткой и скоро уже возвращаетя с широконоской в зубах. Важно пройдя мимо меня, он садится перед папой,отдавая ему утку. Тот протягивает утку мне.
-Ну и тебя с полем, сын-говорит он как-то особенно ласково-пойдём на стан,нам на шулюм дичи хватит.

На стану дядя Серёжа вычёсывал «колтуны» из шерсти своего спаниеля Дика.Тот время от времени недовольно ворчал или взвизгивал. Я был горд своей добычей.Пока взрослые готовили завтрак, я залез в палатку и заснул как убитый.Во сне мне ничего не снилось. Папа разбудил меня уже к вечеру.-Иди шулюмчика похлебай, да на вечорку пойдём-сказал он,протягивая мне деревянную ложку.

Смеркалось. Мы стояли в конце большого залива, в том месте, где он заканчивался небольшими баклужинами под лесом. Первые утки пролетели где-то в стороне от нас. Наконец тройка кряковых протянула над лесом, в конце залива развернулась и пошла на нас,снижаясь всё ниже. Одновременно вскидываем ружья. Стреляем.Куда стрелял первый и второй раз,я очень плохо соображал от охватившего меня азарта. Огонь из стволов ослепил меня на какое-то мгновение.Через долю секунды я явственно услышал три последовательных шлепка в воду.-Молодец сын. В моего отвернувшего после дуплета подранка,второго попал и свою утку чётко положил-неожиданно для меня поздравил меня отец.

Утром на катере переехали по протокам на другой остров. Там я бессовестно промазал пять раз подряд по сработанным Джимом бекасам.Папа каждый раз исправлял ситуацию, достреливая улетающего долгоносика.-Иначе Джимка обидится и охоту прекратит-резюмировал он. Шестая стойка в некошенной траве.Посыл и подъём рыжего коростеля.Ноги его висят, как перебитые,летит он прямо и как мне показалось, не очень быстро.Ловлю его между курков на планку,жму и довольная рыжая морда приносит нам очередную добычу.Меня Джим почему-то игнорирует,отдавая всю добычу только отцу.

Просыпаюсь и отчётливо понимаю, что всего этого мне уже никогда не вернуть…

Андрей Сергеевич 15.11.2012 — 17:09

Как всегда, здорово!

vetdoctor 16.11.2012 — 15:49

«ЧУДИЩЕ ЛЕСНОЕ».

Как-то в середине двухтысячных уже ночью,раздался неожиданный телефонный звонок.-Игорь спит,уже поздно-услышал я сквозь сон голос разбуженной мамы-кто это?-продолжила она недовольным сонным голосом. -Иди, там тебя какое-то пьяное «чудище лесное» требует.Говорит, что будет звонить, пока ты не проснёшься. Безобразие!-закончила свою речь мама и ушла в кухню.Я взял трубку.-Что там за чудище ещё такое?-серьёзным тоном спросил я. На том конце провода раздался дикий пьяный смех.Наконец по обрывкам интонации я определил, что это мои подвыпившие друзья звонят мне с сотового телефона на домашний,приглашая на охоту в известные мне ближние угодья.

-Мы тут с Димкой перепелов с коростелями полный котелок наколотили-сообщил мне азартным шёпотом Вовка.И добавил-извинись за меня перед тётей Галей за чудище лесное и за то, что разбудил. -Ты попал-ответил я ему-теперь будешь чудищем лесным.Не надо было в детстве про аленький цветочек читать.
-Приезжай до утра,не пожалеешь-прокричал в трубку нетрезвый голос Димки и связь прервалась. Мама отчитала меня за друзей, прочла мне лекцию о приличии звонков и оптимальном времени,но я уже собирал вещи в дорогу.

Через полтора часа мы с Портосом подъезжали к мерцающему сквозь ветки кустов костру. «Чудище лесное»,он же Владимир,спал в раскладном кресле,обнимая свою любимую собаку-дратхаара Дану. Под столом лежало не менее трёх бутылок «Беленькой»,опустошённых моими неугомонными друзьями.
На столе стояла недопитая бутылка виски и большая тарелка с шашлыком из дичи. Собаки сначала залаяли,потом начали дружелюбно обнюхиваться между собой. -Никак Гоша приехал?-удивлённо произнёс Дмитрий, вылезая из палатки.
-Да уж,только по приказу чудища лесного так можно приехать-отшутился я в ответ.

-Ну давай за встречу.Там закусить и покушать всего полно на столе-Дима наполнил рюмки.-Нашли мы с Вовкой клин не скошенного проса среди поля.Так не поверишь, там всё забито пролётными перепелами и коростелями.Молодец, что приехал.А на Вовку не обращай внимания, он просто устал на работе, потом принял после охоты,вот его и накрыло «чудищем лесным»

Утром мы с двумя Димкиными английскими сеттерами, Вовкиной дратхааршей и моим пойнтером выдвинулись из лагеря.Стало светлей, туман рассеялся,взошло солнышко.Заблестела роса на траве и кустах.Потянул небольшой ветерок. Мы разошлись по полю так, чтобы собаки обыскивали всё пространство проса с прилегающими к нему бурьянами. А вот и первые стойки со стрельбой.На этот раз отличился проспавшийся Владимир.В это время лицезрею потяжку и стойку своего кобеля в бурьяне .Забегаю впереди и сбоку собаки. Посылаю. Портос прыгает и мимо меня летит крупный коростель.Отпускаю,вкладываюсь,жму.
Ай да МЦ-8,ай да раструб!!!Мне показалось, что я даже слегка обзадил птицу, а она у нас в ягдташе и не разбита совсем.

Пройдя поле, поворачиваем обратно.День тёплый, но не жаркий.Такой, какими бывают деньки конца сентября.Золотая пора «бабьего лета».
-Бабье лето, тётя Света.Где ты чудище лесное?-напеваю я первое, что приходит мне в голову.
-С полем, дружище!-не в силах сдержать радость, кричит Вовка.Ягдташ его полон битой птицей. У нас с Портошкой тоже сетка оттягивает плечо,да и на тороках везде птички болтаются. Не доходя немного до конца поля,присаживаемся под осокорем на краю круглого, как блюдце,озерца.
Любуемся природой.В чистом прозрачном небе ни облачка.Летит паутина, кое-где оставаясь на камышах.

Свистящий звук над нами заставляет пригнуться и взять в руки ружья.
Над озером заходят пять кряковых.Видимо, на днёвку идут. До них метров двадцать.Не сговариваясь, стреляем и три кряквы остаются на зеркальной глади озерка. Собаки уже плывут к ним.Дана, подав одну, тут же уходит за второй, опережая Портоса.Ну что же, ведь джентльмены всегда уступают место даме.

На стану Дмитрий уже копошится с дичью.У него самая большая добыча сегодня.Вязанка из битой птицы впечатляет. Фотографируемся на память с добычей,завтракаем и ложимся спать до вечера. Почти до сумерек быстренько пробегаемся по добычливому полю и спешим на утиную зорьку.Стреляем в темноте по паре уток и возвращаемся на стан. Опять праздник чревоугодия с дичью,осенними овощами и пойманными на удочку карасями.На десерт большой и вкусный арбуз.Разговоры,рассказы,воспоминания.

Утром собираем очередной «урожай» с просяного поля,точнее, его неубранной и брошенной механизаторами части. Дичи уже больше, чем ожидалось, поэтому ни у кого больше желания продолжать охоту не наблюдается. Опять до вечера удим рыбку,готовим дичь. День пролетает незаметно. Собираем стан, грузимся, стоим последнюю вечорку с переменным для себя успехом и выезжаем на трассу.
По пути видим, что неубранное просяное поле всё распахано.
Прощай, удивительная случайная охота.Спасибо тебе, «чудище лесное»…

СергейМ1972 17.11.2012 — 11:43

Андрей Сергеевич
Как всегда, здорово!

ТОЧНО !

hunterDLL 17.11.2012 — 13:21

И собака откликается, она приходит ко мне не по имени, а по зову любви и взаимной верности.
………………………
у них наверное по другому и не бывает.

——————
Кто ночью спит,тот днем голодный.

бондарев 18.11.2012 — 22:51

vetdoctor
Итак всё по порядку.Ловлю его планкой между макушками кленов,жму спуск и Франкотт говорит своё веское слово.Мы ещё поживём и поохотимся…

Многие моменты на фото прям как в рассказе

vetdoctor 20.11.2012 — 16:21

NeyroN
Отличный рассказ!
Ждали так долго и всего 10 абзацев?
Хочется еще 😊

Ну так читайте ещё один на здоровье.

ЗИГЗАГИ УДАЧИ.

Однажды в студенческие годы пришлось мне участвовать в охотах по волку на вабу. Пригласили, собственно говоря, не меня, а моего отца.Но папа был занят, не вылезал из командировок,поэтому вместо себе отправил меня.
Руководил всем этим старый охотник, всеми уважаемый Валентин Аристархович Сурменев.Он прекрасно подвывал волков, используя для этого стекло от керосиновой лампы.

И вот наш УАЗик движетя вдоль опушки августовского леса.Солнце вот-вот зайдёт, поэтому мы торопимся занять каждый свою, заранее оговоренную позицию.В сумерках взошла луна.Валентин Аристархович показал мне сектор обстрела и пожелав «ни пуха, ни пера»,скрылся в овраге. Фосфоресцирующий лунный свет создавал ощущение сказочности происходящего. Я стоял с краю поляны, по которой проходила далеко просматриваемая дорога.

Вдруг раздался гнусавый протяжный вой со стороны оврага. И тут же ему вторили несколько более слабых,визгливых голосов почти напротив меня.Но сколько я ни всматривался в окружающие тропинки,никаких волков не увидел. Со стороны старика раздался размеренный дуплет, а вскоре показался он и сам, что-то тащивший волоком за собой.Ружьё его висело на плече. Подойдя ближе, я увидел двух довольно крупных, с овчарку, волков, которых охотник тащил волоком за задние лапы.

-Вот пару прибылых взял-ответил он,поравнявшись со мной.И добавил-помоги,тяжёлые, черти.А ты чего не стрелял, они мимо тебя сзади в двадцати метрах прошли? Стыду моему не было предела.Так проспать близких волков.Валентин Аристархович долго утешал меня, рассказывая случаи из своей молодости. Так мы ездили ещё два раза, но волки больше на выстрел ко мне не подходили. -Не грусти, с птицей зато должно тебе повезти-ответил мне при последней встрече старик.

И как в воду глядел.Приехал из командировки отец и мы срочно засобирались в степь.Отмахав больше двухсот километров по раскисшей от дождей дороге, мы прибыли на знакомый лиман. Быстро поставили палатку, соорудили тент для кухни. После этого пошли на вечорку. Сентябрьские сумерки наступают рано.Скоро начался интенсивный лёт уток.Летела в основном, серка и широконоска. Соскучившийся по стрельбе,весь в переживаниях от неудач на волчьих охотах,я как-то очень спокойно выцеливал каждую налетающую утку,обгонял её и нажимал спуск.

Это был удивительный вечер.После каждого выстрела, воодушевлённый моей стрельбой Март плыл в ближние камыши, вынося очередную утку. Успокоился я лишь тогда, когда в патронташе остались лишь одни стрелянные гильзы. Повесив разложенный ИЖак на плечо, я начал засовывать в торока, в каждую петлю по несколько утиных голов,иначе они не помещались.Кое-как,с большим трудом преодолев двести метров до стана,я бросил вязанку птиц около машины и присел передохнуть.

Пришедший отец, положив пяток крякв, стал пересчитывать мою добычу.
-Ну ты снайпер!Двадцать четыре утки взял на двадцать четыре патрона-прокомментировал он мою удачу.-Едем домой, а то куда нам столько птицы? Но я почему-то не чувствовал такой радости, какую испытывал прежде.Неудача на волчьей охоте в корне поменяла моё мироощущение.

И лишь спустя несколько лет, когда удалось взять своего первого волка, я понял, что охота-это зигзаги удачи, чередующееся с неудачами.
И улыбается удача тому, кто её хоть в чём-то заслужил…

NeyroN 20.11.2012 — 17:27

vetdoctor
…. охота-это зигзаги удачи, чередующееся с неудачами.И улыбается удача тому, кто её хоть в чём-то заслужил…

Золотые слова!
У меня тоже были охоты на определенную дичь, которую удавалось добыть далеко не сразу. Но от этого яркость впечатлений от процесса только возрастала и крепко врезалась в память.
Спасибо за интересный рассказ!

vetdoctor 21.11.2012 — 17:47

Волны качают дощатый причал
Ветром срывает с деревьев листву
Будто из темени чёрт прокричал
Только вот что?Разобрать не могу

С неба дождём поливает вовсю
Видится плохо ближайший маяк
Лодка бесшумно плывёт на косу
Кажется,что это древний каяк

Но пристаёт на песок бережка
И оказалась моторкой она
Берегом пойнтер бежит и пока
Всё освещает нам с неба луна

А за собакой идёт человек
Видно ружьё у него за спиной
Вот уж кому,б не забыться вовек
Димка решил повидаться со мной…

vetdoctor 28.11.2012 — 17:17

ANAMNESIS VITAE…

Читаю диссертацию оппонируемого мною аспиранта. Проверяю истории болезни,протоколы вскрытия,смотрю гистофотографии. Отвлекаюсь на описании анамнеза в истории болезни животного.Итак, ananesis vitae-воспоминание о жизни. Как же всё это можно уместить в двух-трёх стандартных предложениях, включающих моменты содержания, кормления,перенесённые сопутствующие заболевания, вакцинации. И ничего более…
Откладываю диссертацию и задумываюсь о бренном.

Вспоминается юность.Мы с отцом едем на трамвае за щенком пойнтера. С самого рождения помёта я ходил к владельцу почти каждый день,наблюдая за маленькими копошащимися комочками,каждый день узнавая о них что-то новое.
Вот они открыли глазки.Вот уморительно грозно урча,наскакивают друг на друга,потом ползут сосать соски мамки, после чего засыпают,потешно сопя, плотно прижавшись друг к другу.Так прошёл месяц. Поднимаемся в квартиру на четвёртом этаже. Нега,мать щенков, начинает беспокойно бегать между нами и отгороженным гнездом с копошащимися в нём щенками.

-Берём самого крупного-говорит папа и я протягиваю руки к большому головастому кобельку с пятнышком на левом боку, напоминающем кленовый листочек. Он доверчиво тыкается тупой мордочкой мне в ладонь и лижет пальцы.-Как назовём?-спрашиваю отца.-Да чего мудрить-отвечает он-в марте родился, так пусть Мартом и будет. Папа расплачивается с заводчиком.
-Возьмите коробку для переноски-говрит тот.-Да не надо, Гошка за пазухой довезёт-отвечает отец.

Дома праздник-появился новый жилец. Почему-то ему не понравилось приготовленное для него заранее место, с которого он постоянно переползал к окну и устраивался под батареей отопления.В конце концов желание малыша было принято и лежачок перенесён в облюбованное им место.Начались будни.Лужи,кучки,погрызеные вещи. Своевременная вакцинация против чумы.Незаметно наступило лето. Дача,прогулки с велосипедом.Попытка натаскать кобелька по молодым перепелятам.

Так потихоньку пришла осень.В мой день рождения шестимесячный Мартышка подал мне из воды сбитого чирка. Зима, лыжные прогулки с собачкой. И снова весна. Натаска. Довести до диплома так и не удалось.Потом первый опыт вальдшнепиных охот,затем диплом второй степени по вальдшнепу. Сколько прекрасных мгновений, проведённых с Мартом в полях, лугах,лесах и болотах.
Однажды он спас меня, упавшего в засыпанный колодец в заброшенной лесной деревушке.На другой год мне пришлось оперировать его в лесу, зашивая распоротый острым сучком бок.

Диссертация что-то не читается.Откладываю её в ящик стола.Вспоминаю, как появился в доме Атос, потом Портос. Как в экране телевизора вспомнилась первая найденная Портосом утка в степи, когда он широко челночил в поисках куропаток. Ах, анамнез, анамнез. До чего же удивительна человеческая память. Начал вспоминать почему-то про выдающихся гончих: пегую Метель и русскую Ладу,с которыми довелось поохотиться в жизни. Как наяву услышал их такой мелодичный, но совершенно различный по тембру голос.

Вспомнилось, как после охоты в Казахстане Алексей Сметанин пригласил меня стрелять на стенде, разглядев во мне какие-то врождённые качества.Вспомнилось, как глядя на нас Алексей стал легашатником, взяв дратхаара, а впоследствии став убеждённым пойнтеристом. Пробегают в памяти лица многих, с кем приходилось охотиться и встречаться на охотничьей тропе.
Память,память, из каких её закоулков возникают вдруг различные картины?

Вспоминается моя первая самостоятельная операция собаки по поводу кесарева сечения.Как дрожали вначале от неуверенности мои руки и как в конце, войдя во вкус и настроившись,залихватски накладывал швы под одобрительное молчание покойного Николая Николаевича.Вспоминаются удачи и неудачи в жизни,горечь потерь и поражений, радость побед…

Вынимаю из стола диссертацию.Опять читаю: Ananesis morbi.Это уже воспоминание о болезни, о том, как она возникла, протекала и развивалась.
Нет, сегодня не хочу о болезнях.Лучше поеду на охоту…

Андрей Сергеевич 28.11.2012 — 19:19

Слов нет, пока читал, все мои собачки в глазах стояли… Спасибо, Игорь!

doctor308 29.11.2012 — 20:01

Уважаемый Игорь!Спасибо вам огромное,однако имею надежду все-таки стать владельцем Вашей книги.В скором будущем мне предстоит переселение в Москву,никого я там практически не знаю,а что будет с охотой вообще слабо представляю.Ваша книга здорово помогла бы переживать ностальгические неприятности.Жду и надеюсь.С уважением Сергей

СергейМ1972 30.11.2012 — 12:26

Спасибо, Игорь, Вам за рассказы.

vetdoctor 30.11.2012 — 14:34

Серою мглою плывёт над водой
Чуть разъедающий душу туман
Лодку качает малейшей волной
В клочьях тумана видны чучела

Грустью осенней томится душа
Ощупью пальцы ласкают ружьё
Чуть утомлённые смотрят глаза
Ищут охотничье счастье моё

Вот и раздался утиных крыл свист
После шлепка на воде идёт рябь
Зеленоглавый красавец сидит
Около чучел,в руках идёт зябь

Быстрым движеньем хватаю ружьё
Вижу в мелькании крыльев подъём
Вот оно,новое счастье моё
Выстрел.С воды мы его подберём

Но селезнишка проворно нырнул
Только в тумане видны камыши
Что же Портосик,он нас обманул
Где нам искать его в грусти души

Только не так понял всё мой кобель
Прыгнул он с борта и в остров поплыл
Там за кустами виднеется мель
Ах!Друг мой разом трофей подарил…

Alex196 30.11.2012 — 15:00

Спасибо огромное! И я очень хочу когда-нибудь взять в руки Вашу книгу, Игорь. Только не какой-нибудь электронный вариант, а самую настоящую, бумажную и с фотографиями-картинками! Я думаю, что Джеймса Хериотта Вы в состоянии «заткнуть за пояс».

Юра-Харви 30.11.2012 — 16:12

Великолепно!И рассказы ,и стихи чувствую «нутром»!И ухожу в какой-то «анабиоз»!

vetdoctor 03.12.2012 — 15:54

ОБЛАЧНО. ВЕТРЕНО. ВРЕМЕНАМИ ДОЖДЬ…

Сижу в рубке старенького корабля,приспособленного под дебаркадер. Уже второй год он находится на приколе,давая приют некоторым странникам за весьма символическую плату.На дворе начало девяностых.Все помешаны на лёгких заработках, вся страна чем-нибудь да торгует.Маленький телевизор,работающий от старенькой электроустановки,тарахтящей беспрерывно на песке берега Волги,показывает программу «Время». Вот и прогноз погоды. -На большей части Поволжья в ближайшие сутки будет облачно, ветрено,временами дождь-красивая стройная дикторша демонстрирует свою точёную фигурку, показывая указкой места на карте страны.

Собираюсь с вещами и выхожу на берег.С виду ничего не предвещает столь неприятного прогноза. Со мною Илья.У него молоденький ирландский сеттер.
Атос уже сидит в моей казанке, нетерпеливо поскуливая. Мы собираемся обследовать острова вдоль левого берега Волги. По срокам уже должен быть вальдшнеп. Грузимся. Илья отталкивает лодку от причала, отгребает вёслами в сторону коренной. Накачиваю грушами бензин в оба мотора,поочерёдно дергаю стартёры. И вот уже за нашей кормой мощный бурун. А лодка, задрав нос, птицей устремляется в сторону фарватера.

Переваливаем к левому берегу и входим в протоки. Осень уже разукрасила деревья по островам. Буйство разноцветных красок ранней осени завораживает глаз. Несмотря на прогнозы, погода стоит чудесная. На удивительно чистом голубом небе ни облачка,вовсю светит солнце. Становится жарковато,приходится снять штормовку. Причаливаем к краю камышей, бросаем якорь. Поблеснив с полчасика, ловим четыре не крупные щучки и парочку хороших окуней. Заводим один двигатель и следуем дальше.

Пристаём к давно облюбованному нами острову, якоримся. Складываем ружья и сняв всё лишнее,расходимся в противоположные стороны. Остров весь зарос осокорями, кустарником и осинником. Вдоль берега идёт тропинка, а по берегу растут ивовые кусты, за которыми сразу начинается кромка воды с камышами.
Мы с Атосом идём влево. Мощный молодой кобель быстрым галопом обследует все места поперёк моего хода. Вскоре вижу белеющее пятно среди кустов.Захожу впереди собаки и чуть сбоку.Посылаю. Крупный вальдшнеп вылетает на полянку.
ТОЗ-57 гулко бухает, разнося эхо над водой и Тошка несёт мне первого вальдшнепа в сезоне. Сбоку слышу дуплет своего компаньона.

Пройдя остров по одному берегу, возвращаюсь назад по противоположному. Возле лодки встречаюсь с Ильёй. Поздравляем друг друга с полем. У него парочка и у нас шесть птичек в ягдташе. Илюша расстраивается, что стрельба не идёт. Я успокаиваю его, обещая помочь с тренировками на стенде.

Уже в сумерках причаливаем в одно заветное утиное местечко. Зорька прошла неплохо, сбив трёх крякв я пошёл к лодке, а Илья никак не мог успокоиться, пока не расстрелял половину патронташа с нулевым для себя результатом.
В темноте по спокойной воде на двух моторах, включив бортовые огни, птицей прилетели на дебаркадер. Там телевизор в нашей каюте опять выдал тот же прогноз, что и утром. И так всю неделю, что мы там жили.А погода была чудесной…

vetdoctor 05.12.2012 — 15:29

Утро с туманом в Батайской степи
Стелется шлейф,за машинами пыль
До горизонта уходят столбы
Здравствуй,охота.Житейская быль

Речка петляет,зовут Кагальник
Да поднимаются кверху холмы
Но ветерок потихонечку сник
Пережидаем безветрие мы

Солнце взошло и подул ветерок
И встрепенулся тут сразу Портос
Я от улыбки сдержаться не смог
У кобеля поднят поверху нос

Быстрою скачкой собаки летят
Вьётся то вправо,то влево челнок
Очень они отличиться хотят
Стали.Крадутся.Умерили скок

Веером брызнул от них выводОк
Выстрелы споро над речкой гремят
-С полем тебя поздравляю я, док
Слышу я Бондаря из-за ребят

В полдень у рощи горит костерок
Золотом светится сверху листва
Вспомнился этот чудесный денёк
Вот и легли на бумагу слова…

бондарев 07.12.2012 — 10:51

Игорь дополню твой стих визуальными образами с той совместной охоты.

бондарев 07.12.2012 — 11:09

бондарев 07.12.2012 — 11:09

бондарев 07.12.2012 — 12:34

Арчи767 07.12.2012 — 13:33

Красотища какая! Особенно радует глаз, когда за окном снег и сугробы.

vetdoctor 07.12.2012 — 14:55

«ПОРОДИСТЫЙ» ЗАУЭР.

Дело было в теперь давно забытом,»олимпийском», 1980-м году. Стояла вторая половина сентября.Верхушки деревьев вдоль дорог уже приняли золотистую окраску, а кусты смородины в посадках полыхали ярко-красными листочками.Мы с папой готовились к очередному сезону вальдшнепиной охоты,заряжая патроны с рассеивающими дробь прокладками. У нас был семейный подряд. Папа засыпал дозатором порох,затем досылал прокладку и два пыжа,а я доделывал остальные процедуры,включая закрутку гильзы. На каждой прокладке в уже завальцованной гильзе я рисовал крест.

В это время раздался звонок в дверь. Я пошёл открывать.На пороге стоял сияющий от счастья дядя Серёжа.В руках у него был футляр из потрёпанной кожи с немецким имперским орлом возле застёжки. -Валера, я тут такую вещицу прикупил-с нескрываемым восторгом выпалил он с порога-иди зацени. Отец обнял друга и принял из его рук футляр. Когда раскрыли, то обнаружили, что весь футляр внутри обшит красным бархатом. Стволы и ложа с колодкой были помещены в такие же бархатные чехольчики.

Собрав ружьё, взрослые начали его рассматривать. Это был самый «породистый» из линейки довоенных Зауэров, модель 18Е. На стволах имелись надписи о стали Круппа с тремя кольцами и зауэровский логотип.Всё это было выполнено золотой всечкой. Колодка была украшена ручной гравировкой с изображением различных фигурок зверей и птиц. Спусковая скоба изготовлена из рога, а на ложе с шейкой пистолетной формы и щекой имелись инкрустации из слоновой кости. -Богатое исполнение.Поздравляю тебя, Серёжа-отец побежал в кухню.
-Да не суетись,Валера.У меня всё с собой для обмывки-дядя Серёжа уже доставал из принесённого с собою пакета солёные огурцы,помидоры,хлеб, сало.

Март, увидев ружьё, ни на шаг не выходил из комнаты, где мы отмечали такое удачное приобретение. Единственное, что несколько смущало, это калибр и патронник. При двенадцатом калибре патронник 65 миллиметров почти исключал стрельбу заводскими патронами,а при снаряжении гильзы необходимо было обрезать.Да и сужения обеих стволов были достаточно строгими. На подушках стволов,рядом с фашистской символикой было написано: Niht fur cugel, что означало не для пули. Во всём остальном ружьё вызывало бурный наш восторг своим небольшим весом,хорошей посадистостью и прекрасной управляемостью.

-Ну, чтобы стреляло долго и верно-провозгласил тост отец, и мы подняли рюмки. В следующие выходные удалось испытать ружьё на охоте. Лес ещё недостаточно облетел,поэтому походив по опушкам удалось взять лишь одного вальдшнепа из-под стойки, а остальные моментально «растворялись» в листве.Дядя Серёжа,промазав пару таких «противозенитных» птиц,загрустил.

Привал с костерком, обед и принимается решение переехать за двадцать километров от леса на пруд,где можно отстоять утиную зарю. Ещё по-светлому на пруд стали заходить кряквы. И тут Зауэр заговорил. Утки падали после каждого выстрела, причём на таких дистанциях, где я даже ружья не осмеливался поднимать.Поскольку мы с отцом стояли в конце мелкого заливчика, а дядя Серёжа в середине большого плёса, то утки после его стрельбы до нас не долетали.

Только уже почти в темноте на нас налетели две кряквы и папа сбил обеих из Дефурни. Моему ИЖу так и не досталось работы в тот день. Зато Мартышка был в восторге.Он после каждой сбитой дядей Серёжей утки моментально плыл на плёс, выносил утку на берег и по берегу приносил её нам. Уже в темноте встретились мы у машины. У дяди Серёжи был вид триумфатора. Он нежно поглаживал шейку ложи ружья, сделанную из красивого комлевого ореха и что-то шептал себе под нос.

Много лет после этого прослужил ему надёжный Зауэр. Сотни красивых выстрелов сделал он из него. Но такого восторга, как в ту первую охоту, у всегда сдержанного охотника я никогда потом не видел.

Alex196 07.12.2012 — 15:34

Игорь дополню твой стих визуальными образами с той совместной охоты.

Навеяло
«Каждый раз, когда сюда приезжаю, не устаю удивляться этой красоте. А то в своих квартирах позапирались, друг дружку не видят, злоба копится, а выход…в преступлении! А приехал бы сюда, облегчился…Ну, я в смысле…» («Особенности национальной охоты»).
Да, вот это места для легавой!!!
Что меня поражает в писательском таланте Игоря — читается даже не на одном дыхании, а чуть ли не на задержке. Ни одного лишнего слова, отчего и кратко, но при этом абсолютно полный образ. Здорово, как всегда!

бондарев 07.12.2012 — 19:05

vetdoctor
В полдень у рощи горит костерок
Золотом светится сверху листва
Вспомнился этот чудесный денёк
Вот и легли на бумагу слова…

farik0104 10.12.2012 — 16:02

Еще раз скажу. Игорь ОГРОМНЕЙШЕЕ СПАСИБО за такие замечательные рассказы. Всегда жду с нетерпением.

vetdoctor 11.12.2012 — 14:37

ЛЕТНИЙ ДОЖДЬ…

За окном зимняя слякоть. Мокрый снег,летящий грязными хлопьями под ногами превращается в жижу.Кое-где лужи, которые прохожие обходят стороной. Мы с Портосом идём в гараж за машиной. Открываю ворота, грузимся.Завожу двигатель и выезжаю из гаража. Закрываю ворота.И вот мы уже катим по расхлябанной дороге в близлежащие угодья в поисках куропаток.Сезон охоты на исходе,поэтому хочется отметить закрытие приятными впечатлениями.

Включаю радио.Такой знакомый голос Игоря Талькова поёт:-летний дождь,летний дождь,начался сегодня рано.Летний дождь,летний дождь моей души омоет раны. Мы погрустим с ним вдвоём у слепого окна…
Сворачиваю с шоссе на грязную дорогу, разбитую прошедшими недавно грузовиками.Впереди огромная лужа,куда въезжать мне совсем не хочется.

Паркуюсь на траве возле длинной лесополосы, уходящей в овраг,разрезающий поле на две равные половины. Достаю Франкотт, поддеваю под жилетку тёплый свитер. Вспоминаю, как в две тысячи шестом году в таком же тёплом и слякотном декабре мы с покойным Юрием и Димкой охотились вдоль речки Карамышки. Тогда мне удалось из Дефурни пятёркой сбить налетевшего на меня довольно далеко крякового селезня и сделать дуплет по куропаткам из-под стойки Портоса с секундирующей ему Клеопатрой.

Отвлекшись за воспоминаниями, потерял из виду собаку.А Портос ищет в овраге, уже на противоположной стороне.Вот длинная потяжка,стойка. При моём подходе впереди собаки, метрах в ста,срываются две косули,лежавшие с краю оврага.Грациозно подбрасывая белыми задами, они уходят через поле.

-Не наша дичь, дружище-говорю я разгорячившейся собаке. И Портос понимает, во всяком случае попыток к преследованию коз он не предпринимает. Переходим на поле с бурьянами.Здесь собаку видно плохо.И как бы прочитав мои мысли кобель сбавляет ход, и сокращает поиск.

Время уже перевалило за полдень.Из набежавшей тучки посыпался противный мокрый снег с дождём. Капли хлещут по лицу, заливают за ворот тёплого свитера.Становится совсем не комфортно. Поворачиваем назад. Оба мокрые, замёрзшие,почти доползаем до машины. Но попив чаю из термоса и видя, что снегопад закончился, принимаю героическое решение пройтись ещё раз в другую сторону от машины.

И моё упорство вознаграждается! На первой же параллели челнока собака с ходу стаёт перед одиноко растущим в поле кустом фиников. Не спеша подхожу.В сапогах моих хлюпает вода, но я этого не замечаю. Встаю напротив стойки.Командую:-вперёд!Кобель прыгает под куст и с моей стороны, прямо под ногами, выкатывает матёрый русачина.

Чуть отпускаю,но не забывая, что в стволах семёрка,не очень далеко. Вкладываюсь.Жму.Русак кувыркается через голову и Портос традиционно вцепляется в агонизирующего зверька. Чуть успокоившись, с удовольствием приносит мне зайца. Ну вот, не зря в слякоть скатались.
-С полем, барин!-мысленно поздравляю я себя и глажу такую родную для меня ушастую морду любимой собаки.

Грузимся в машину,грею мотор и выезжаю на трассу.Включаю опять радио.
И снова волнующий голос Талькова поёт нам прекрасную песню про летний дождь. А впереди, весь в электрических огнях, вечерний город…

vetdoctor 14.12.2012 — 17:27

ПРОШЛОЕ.ОТЪЕЗЖЕЕ ПОЛЕ…

В детстве я очень увлекался чтением любой охотничьей литературы.Одно время с упоением зачитывался Ефимом Пермитиным. Прочитав все его романы и повести, перешёл к рассказам. Очень понравилось образное выражение «вертикальный зрачок» про стрелка в темноте. И вот наконец прочитал интереснейший рассказ «Первое отъезжее поле». Начал приставать к отцу с расспросами об отъезжих полях. И вот папа со смехом однажды говорит:-а что, рванём в отъезжие поля?
Чем мы хуже Пермитина?

Серьёзная подготовка, но вот наконец назначен сбор. Ехать надо было достаточно далеко, в Западный Казахстан.Планировалась охота по степной и водоплавающей дичи. Грузимся в машину.Это как всегда в те годы, надёжный уазик-«буханка». Кроме нас с отцом в машине плохо мне знакомый папин коллега, главный инженер треста Владимир Викторович. Молоденький девятимесячный ирландец Мэр устроился на моих коленях, сладко посапывая во сне.

Время вечернее.Пятница.Хоть машин и не много,но выезжаем мы из города уже в темноте.Быстро проскакиваем по мосту через осеннюю Волгу и попадаем в соседний Энгельс.Повороты под разными углами по петляющим узким улочкам, выезд на шоссе. И вот он, простор заволжских полей. В свете фар вьётся серая лента дороги.Меня потихоньку укачивает и я погружаюсь в сон. Просыпаюсь от какой-то резкой остановки.Оказывается, мы уже в Новоузенске.
Заезжаем на подведомственное тресту предприятие, называемое ПМК. Нас встречают,заправляют машину бензином,угощают ужином.

Пока ужинали,Мэр выбрался через полуоткрытое окно машины и побежал знакомиться с местными собаками. Слышим за коном собачью грызню.Выбегаем, растаскиваем с пинками собачий клубок, я падаю животом на Мэра, а взрослые отгоняют разошедшихся не на шутку местных шавок. К счастью, у рыжей собачки лишь слегка оцарапано клыком ухо.Могло быть и хуже. Грузимся.Едем дальше.

Следующий привал в степи, за границей Казахской республики.Дует суховей, везде передвигаются шары перекати-поля. Раскладываем гамаки.Очень большой и высокий Владимир Викторович не помещается в гамаке.Приходится ему устраивать постель на полу, в геологическом спальнике с верблюжьей шерстью внутри. Засыпаем. Утро встречает нас блеяньем овец со всех сторон.Нашу машину обступило большое стадо.Пережидаем, пока пастух на лошади кнутом не отгонит назойливых животных, которые так и норовят залезть под колёса.

Собираем постель, пьём чай из термоса.Выпускаем Мэрку побегать.Он тут же куда-то тянет и стаёт. Не собирая ружья, подхожу к стойке.Посылаю и к удивлению вижу разгоняющегося на подъёме небольшого дудака. -Джек-вихляй-авторитетно говорит отец-они в Красной Книге.Хорошо, что без ружья подошёл.
Первая стойка молодого кобелька по дичи, да ещё по какой!Я весь в возбуждении от охватившего меня азарта и важности.Это ведь моя первая собственная собака, не папина, сделала стойку. Папа м дядя Володя скептически улыбаются,глядя на то,как я раздуваюсь от важности.

Едем дальше.Пейзажи сменяются.ТО степь, то озёра, то лесополосы, то песчанная пустыня. Наконец едем по какому-то пересохшему озеру. Жёсткая поверхность состоит вся из треснувших, как бы выложенных человеческими руками ромбиков из ссохшейся глины.-Такыр-говорит отец.-Такыр, будь он неладен-вторит ему Владимир Викторович.И добавляет-все кишки вытрясет.

Наконец такыр заканчивается и начинается ковыльная степь. На горизонте мираж.Подъехав ближе видим водную гладь, а по краям заросли пожухших камышей.-Всё, приехали, выгружайсь!-папа со смехом останавливает машину у плотины пруда,под большим осокорем. Натягиваем тент для походной кухни, выгружаем вещи.Владимир Викторович привёз большую войлочную кошму.На ней можно и сидеть, и спать, и использовать её в качестве стола. Папа уже колдует с паяльной лампой и таганком.В степи ведь мало дров, поэтому вся готовка зависит от количества взятого с собою бензина.

Пока шло обустройство лагеря, я забрался с биноклем на дерево и стал обозревать окрестности. Взору моему предстала величественная картина. Пруд расходился от плотины в разные стороны, образуя множество мелких рукавов и отрожин. Везде, сколько хватал глаз, сидели утки,гуси и несметное количество лысух. Но гуси, в отличие от других обитателей водоёма, сидели на середине больших плёсов, в полной недосягаемости.

-Пойдём обедать-позвал меня отец. От неожиданности я чуть не упал с ветки, но справился и быстро спустился вниз.-Иди мой руки-было следующее, что я услышал. Оказывается, пока я любовался угодьями,дядя Володя прикрепил к осокорю проволокой настоящий умывальник.С удовольствием мою руки,умываюсь и сажусь за импровизированный стол на кошме. Салаты, картошка с тушёнкой, мамины разносолы из банки. Начинает сереть. -Пойдём на охоту-говорит отец и мы собираем ружья. У Владимира Викторовича новенький ИЖ-58 шестнадцатого калибра, отец с Зауэром. Мне как всегда в те годы, достаётся иператорская курковая тулка.

Ещё «необстрелянного» кобеля папа предлагает с собой не брать, чтобы не испугать. Он накачивает лодку и уплывает куда-то на открытую воду.Владимир Викторович уходит влево.Я остаюсь на плотине, перейдя метров сто левее стана. В темноте со всех сторон замелькали утиные тени.Со стороны отца прозвучало четыре выстрела, там, куда ушёл дядя Володя, раздавалась частая стрельба.Надо мною всё время летели утки в разных направлениях.Выстрелив шесть раз и никуда не попав, я огорчился и направился на стан.

Зажёг подвешенную под тентом керосиновую лампу и сел на кошму.Вскоре послышался всплеск воды от вёсел и резиновая лодка ткнулась носом в берег.
Папа не спеша вышел, взял разложенное ружьё, положил его на кошму, после чего как-бы нехотя выгрузил из лодки четыре гуменника. Я был горд за отца.Пришедший Владимир Викторович был с пустым патронташём. На поясе его висел однокий чирок. Мы сели ужинать.

Владимир Викторович стал рассказывать про свою молодость, как в институте в Днепропетровске он занимался боксом, даже был чемпионом Украины в тяжёлом весе.Охотой он оказывается, увлёкся недавно, с подачи папы и ружьё своё только что купил.Я сразу зауважал этого большого и сильного человека, который так бесхитростно рассказал о себе.После чаепития легли спать.Я не захотел залезать в качающийся гамак, а лёг прямо на кошме, в обнимку с Мэром. Небо всё было покрыто огромным количеством звёзд. -Как васильки на лугу-почему-то пришла мне в голову мысль.Наконец веки мои сомкнулись и я заснул крепким сном.

Когда я проснулся, было уже совсем светло.На осокоре висло штук двадцать крякв и семь гусей разных пород. Отец собирал на стол.Владимир Викторович умыался.-Чего меня не разбудили?-обидчиво спросил я.-Да тебя пушкой не разбудишь-рассмеялся дядя Володя. -А покажите что-нибудь из бокса-попросил я. -Держи-смеясь он быстро задвигался вперёд-назад, делая стремительные выпады и молниеносно выбрасывая руки под разными углами. Я завороженно смотрел на работу мастера. В то время в нашей секции я только ещё разучивал стойку и передвижения.Такого совершенства тренер нам ещё тогда не показывал.

На четвёртый день нашего пребывания на пруду решено было, не снимая стана, проехать по близлежащим местам, провести разведку. Объезжая сухой камыш, клином вдававшийся в сушу, мы увидели, как через дорогу перебегает большой табунок куропаток. Быстренько зарядив ружья, завели Мэра под ветер. -Пускай-шёпотом прошептал мне отец.-Ищи-так же шёпотом скомандовал я, весь трясясь от азарта.Мэр моментально поймал струю запаха.Он сначала застыл, а потом начал потихоньку продвигаться вперёд, высоко держа голову.Перо его слегка колебалось из стороны в сторону.Затем он стал, как-будто наткнувшись на невидимую преграду.Перо его вытянулось и замерло.

Отец с дядей Володей зашли с обеих сторон сбоку и впереди от собаки.-Пиль!-крикнул папа и Мэр, чуть помедлив, прыгнул туда, откуда он чуял запах.Но куропатки почему-то не взлетали. Кобель опять стал.-Вперёд!-крикнул я и пёс сделал какое-то непонятное движение вниз.Тут же со всех сторон с писком посыпались разлетающиеся куропатки. Я выстрелил не целясь и одна куропатка, теряя перья, упала в гущу камышей.

Затем Мэр искал битых птиц.Взрослые выбили по паре.Мою куропатку он тоже нашёл. Так родилась новая охотничья собака.К сожалению, участь её также была трагична, как и у Джима.Он погиб под колёсами машины. Зато я теперь знал не понаслышке, что такое отъезжее поле…

i_itiro 16.12.2012 — 09:55

Жалко песика.

Андрей Сергеевич 16.12.2012 — 14:34

Выложу на пробу начало:
Сказать, что мне было плохо — не сказать ничего. Русского пегого выжлеца Бостона — первой в жизни тогда еще начинающего охотника собаки двое суток не было дома. Я несколько раз обошел поселок, объездил соседние деревни, обзвонил всех известных мне охотников. Результатом обзвона стало то, что один из знакомых сказал, что видел похожую собаку сбитой на обочине трассы. Это действительно был Бостон:
Выжлец достался мне уже пятигодовалым, и добиться позывистости так и не получилось, а когда он выскочил из сарая и крутился у ворот гаража, где была заперта течная овчарка, мне не хватило всего пары сантиметров, чтобы ухватить его за ошейник. Потом Бостон оторвался от нерасторопного хозяина и ушел в сады, где поднял русака, гоня которого и попал под колеса УАЗа. Когда через месяц водитель этого уазика на открытии охоты назвал меня «крестником» мне нестерпимо захотелось его ударить:
Ничего не оставалось делать, как заняться поиском щенка и я поехал к человеку, который подарил мне Бостона. Николай, встретив меня, только и сказал: «Не говори ничего, Бостона на трассе видел». После этого он практически насильно провел меня в предбанник и заставил выпить полстакана водки. Деревенская психотерапия немного подействовала, и я поинтересовался у Коли насчет щенков. Тот ответил, что есть четырехмесячная выжловка от его Найды, но мне хотелось выжлеца, и я поехал за щенком в другую деревню. Хозяина дома не оказалось, а жена в его отсутствие щенка продавать отказалась. Я снова отправился к Николаю. Он открыл дверь вольера и оттуда галопом вылетело создание с непропорционально длинными лапами и хвостом, которое умчалось по улице. «Да-а, энергичная дама» — произнесла моя спутница. Видя мои сомнения, Коля сказал: «Не переживай, посмотришь сейчас, как ее мать гоняет». После этого он выпустил из вольера некрупную выжловку русской гончей, которая сразу направилась в соседний яблоневый сад, вдогонку ей припустил молодой выжлец. Не прошло и 10-ти минут, как раздалась яркая помычка и закипел дружный гон. И это вечером в начале августа в сильную жару! Мы ехали назад, а на коленях у Иринки посапывало длиннолапое и длиннохвостое создание.
Для первоначального проживания щенка, которого я назвал Флейтой, отправили в частный дом, где жили мои бабушка и дядя. Вскоре двор и огород покрылись ямами различной величины, но собаке за это даже не попадало, слишком уж ее любили. Эта любовь имела и обратную сторону — когда полугодовалую Флейту я взял по первому снегу на охоту, ближе к вечеру она практически не могла идти, т.к. телосложением была похожа скорее на подсвинка, чем на молодую выжловку русской гончей. Вскоре мы с отцом построили вольер у сарая и перевели Флейту туда. Я много времени проводил с собакой и это приносило свои плоды — она стала очень контактной, в городе поводок использовался только для того, чтобы перевести ее через дорогу.
С весны начали заниматься нагонкой. В пяти минутах ходьбы от дома располагались яблоневые сады, где проживал какой-то особенный тип русака. Особенным он был потому, что для местного зайца летом не существовало понятия дневки, ушастых нахалов ничего не стоило застать в этом саду на жировке часов в шесть вечера, причем и человека и собаку они могли подпустить весьма близко. Доходило до того, что в нагонку я шел с: биноклем. Междурядья в саду были обработаны и просматривались очень хорошо. Заметив в бинокль торчащие вдалеке уши и их обладателя, который не только шкура, но и 3-4 килограмма диетического мяса, я брал собаку за шкирку и тащил в сторону зайца, ставил на свежий след удравшего зверька. Гоняла Флейта еще не подолгу, опыта было явно маловато. Однажды в сильную жару она самостоятельно подняла русака в пшенице, прогнала на другую сторону оврага, прошла с голосом по грунтовой дороге и скололась. Когда я добежал до места скола, то увидел, что собака лежит на боку и дышит так, что ее бока напоминают кузнечные меха. Когда я попытался подойти, Флейта стала отползать от меня. Я испугался, но быстро понял, что налицо просто сильное эмоциональное возбуждение. Вскоре я отвез собаку к Николаю, где она продолжила «стажировку» уже с матерью. Коля тогда работал сторожем на ферме, я частенько приезжал к нему вечером и слушал, как Найда и Флейта гоняют в садах. Запомнился случай, когда все вместе мы выехали в нагонку в сад к моему дому, но найти там зайца не получилось. Когда мы возвращались, перед колиной деревней перебежал нам дорогу молоденький русачишка. Остановились, пустили собак, но зайчонок сразу запал, мне было некогда и пришлось уехать домой. На следующий день Николай рассказал, что после моего отъезда Флейта легла на то место, где стояла «Нива» и завыла:
Вскоре я забрал собаку домой для дальнейшей самостоятельной нагонки, да и сезон охоты был на подходе. Охоту на зайца открывали с первого октября, а второго была суббота, и я уже вынашивал грандиозные планы, но работа в уголовной розыске внесла свои коррективы, и с 9-ти утра потенциально охотничий день был объявлен рабочим. Около 7-ми часов я проснулся и решил прогуляться с собакой, но коль уж охота открыта, то на плечо закинул и верный ТОЗ-34. Один из садов на тот момент уже был выкорчеван и на его месте образовался огромный пустырь с кучей рытвин и буераков. Немного пройдя, я услышал яркую помычку, а подняв голову, увидел, что заяц летит прямо в ноги метрах в 10-ти от меня. Срываю с плеча ружье, русак замечает движение и начинает обходить меня по дуге, с нижнего ствола позорно мажу, бью с верхнего в угон, заяц летит через голову и бьется на месте! Решаю, что первую добычу надо дать собаке помять и не препятствую, когда Флейта додавливает зайца. Но наглая псина хватает русака поперек и бежит с ним в сторону соседних огородов. В итоге рабочим, идущим обрезать яблони предстает незабываемая картина — бегущая с зайцем в пасти собака, а за ней прыгающий по рытвинам и громко матерящийся охотник с ружьем наперевес. Флейта на своих четырех конечностях, мотая в воздухе еще и четырьмя заячими, успешно отрывается от своего нерасторопного хозяина. К счастью, замечаю в смородине виляющий хвост, подхожу и вижу, как собачим носом заравнивается ямка, из которой торчат только задние лапы русака. Радость просто переполняет сердце — первый заяц из-под молодой гончей, ругать собаку даже в мыслях нет, достаю зайца из импровизированной могилы и отправляюсь домой.

NeyroN 16.12.2012 — 16:16

Молодец, Андрей Сергеевич, так держать!

чинг 16.12.2012 — 17:22

Очень понравилось.

doctor308 17.12.2012 — 08:58

ДЖЕРИК
Мне было 15,когда отец принес вечером домой коробку,от которой исходил завораживающий аромат,и я сразу понял,что в ней,поскольку охотничий магазин был метрах в двустах от дома и я пропадал там каждую свободную минуту.Мне ли не знать этот запах! На свет было извлечено новенькое ИЖ 58 16 калибра,штучного исполнения.До сих пор не знаю,зачем папа его купил,поскольку охотником он не был,в молодости немного «баловался».Он говорил,что ружье это напомнило ему чей-то не то зимсон,не то зауэр,но,думаю,прицел был более дальний,так как я был фанатом-натуралистом,зачитывался Бианки,Пермитиным,увлекался герпетологией и таскал домой с детства всякую живность.
Так в моей жизни появилось ружье и жизнь моя приобрела новый смысл и новое направление.
Когда мне исполнилось 18 и я стал полноправным охотником,я завел разговор о собаке,поскольку был убежден,что без собаки не охота,и вот после долгих уговоров в доме появился щенок курцхаара,рослый,темно-коричневого окраса без крапа.Щенка звали Дюком и мы не стали менять ему кличку:Дюк так Дюк.Забегая вперед,должен сказать,что натаскать его как положено я так и не сумел:опыта не было,а мой наставник в этом деле Г.Г.Белоглазов был уже немощен и помогал мне только теоретически,а вскоре его не стало.Но вот апортировщиком Дюк стал выдающимся:любую дичь подавал откуда угодно и меня это в общем устраивало:ведб это была моя первая охотничья собака…
Потом был ирландец,английский кокер,а потом долгий перерыв:аспирантура в Москве,женитьба,бытовуха,одним словом.
Однажды я увидел в киоске книжицу в мягкой обложке,больше похожую на журнал «Охотничьи собаки»и,конечно,сразу ее купил.Рисунки представителей разных охотничьих пород собак с кратким описанием особого впечатления на меня не произвели,пока я не увидел вельштерьера,о котором раньше дахе не слышал.Меня просто сразили слова из текста:обладает НЕИСТОВОЙ охотничьей страстью и я понял:моя собака!Начались поиски,вельшей было еще очень мало и продавались они заводчиками только желающим с московской пропиской.Через «нужных людей» (ну куда ж без них)мне все-таки удалось приобрести щенка,а знакомая проводница согласилась доставить его в Махачкалу.И вот мы с сыном дежурим на вокзале,но поезда нет,в Спитаке землетрясение ипропускают в первую очередь товарняки.Только в 4 утра я приехал наконец домой и представил семье нового жильца:непривычно высоконогий,почти весь черный и злющий как черт,что,конечно,не помешало ему стать общим любимцем,правда,только в нашей семье.Посторонних Джерик не признавал никого и все окрестные дома помнят его до сих пор.
К этому времени я уже достаточно много узнал о породе и с весны начал вывозить щенка на природу.Страсть у него действительно была неистовая,а злобы даже чересчур.Для начала я взял в институтском виварии несколько крыс и выпуская их в траву,через некоторое время пускал щенка по следу.На первом же занятии Джерик нашел и ухайдокал всех.Я поняд,что крысы это несерьезно и по совету приятеля-норника приобрел нутрию.Тут дело было посложнее,с травмами,но в конечном итоге нутрия отправилась за крысами.В таких выездах и притравках прошло лето,подошел охотничий сезон и я таскал Джерика с собой на все охоты.Интерес он проявлял ко всему,что шевелится,но я пока особой воли ему не давал,все-таки основное предназначение-работа в норе.Зимой мы полетели в Москву,где мой приятель Олег Филиппов поставил щенка по лисе и и еноту,Джерик получил диплом и теперь моя совесть была чиста:можно заниматься другими объектами охоты,коими для меня являлись и являются пернатые.Пока лежал снег,мы легко находили по следу фазана и Джерик быстро сообразил,что от него требуется,хотя норы никогда не пропускал.В итоге получился этакий норный спаниель.Из поездки в Москву я привез еще и щенка таксы,и теперь занимался с обоими.Для Джерика приоритетом на всю жизнь остался фазан,а Чак почему-то возлюбил куропаток,но оба всегда исполняли свою основную функцию и к концу зимы у нас уже скопилось пяток лисьих шкур,но об это как нибудь потом.
Следующую осень мы встречали уже во всеоружии.Все мои друзья охотники помнят и сейчас ту первую охоту,после которой зауважали моего вельшика,несмотря на то,что все познакомились с его зубами.Поехали мы в октябре на двух машинах восемь человек по фазанчику побродить.Была у нас заветная лесополоса длиной км 5,вдоль канала,заросшего лохом и ежевикой,и фазана там было порядочно,но без собаки не взять.Вот эту полосу мы и решили прошерстить.Подъехали,рсчехлились,пошли.Я специально задержался ,чтобы друзья мои «почувствовали разницу».Прошли все до поворота канала,продираясь через заросли-нет фазана!Я ви дел от машины,как от них в мою сторону пробежал петух,но пока стою.Возвращаются без выстрела.»Да нет здесь фазана!Повыбили,наверное».Ну давайте теперь с собачками пройдем,говорю.Пошли.Я увидел,что Джерик заработал,ну,чисто по спаниельски:хвост пропеллером,закрутился,взял след. Товарищ мой Валерка мне:Сергей,что это с ним?Иди говорю за ним,увидишь.Метров через двадцать поднялся петух,которого Валерка и взял.Вот с этого момента и началась настоящая «потеха».Пройдя лесополосу,мы взяли 24 фазана,а один эпизод был просто казуистическим.Все вышли на полянку метров 30 в поперечнике,передохнуть,перекурить .Джериик покрутилсяпо полянке и прямо в центре ее сначала встал,а потом сел,уставившись в одну точку.Такого я и сам никогда не видел,решил подойти посмотреть.При моем подходе Джерик сунулся вперед и в метре от не го буквой V поднимаются 2курицы.Терьерская стойка!Ну,кур мы благополучно отпустили,тем более что и добыто было уже достаточно.Впоследствии,когда меня спрашивали,что работает моя собачка,я всегда с гордостью изрекал:от перепела до кабана!И это было правдой,но об этом как — нибудь в другой раз поподробнее.

vetdoctor 17.12.2012 — 15:51

Андрей Сергеевич и Doctor308 молодцы!!! Только охотники могут так тонко чувствовать природу,собак и передавать это словами. Вот и я кое-что вспомнил.

И ЕЩЁ ДО СТАРОСТИ ДВЕСТИ ЛЕТ…

Шёл третий год начала девяностых. Всё в стране поменялось. И нельзя сказать, что в лучшую сторону.Правда, деньги стало возможным как-то зарабатывать и то, что раньше попадало под статью: «спекуляция», стало основой существования каждой третьей российской семьи. Слово рынок стало одним из самых модных,хотя в сущности представлял собой скорее неконтролируемый базар. Расплодилось множество криминальных группировок, всевозможных «крыш».Пришлось похоронить не одного друга, павшего в этой войне за передел бизнеса в угоду золотому тельцу.

Коснулось всё это и меня. Но несмотря на все трудности, охоту я не забросил. Как раз наоборот, в это время удалось купить МЦ-8, помповик «Моссберг-500» и два болтовых карабина. Наконец пришло время испытать один из карабинов в деле. Пригласили меня на частную охотбазу охотиться по копытным. Поразмыслив здраво, взял с собой «Ремингтон».Во-первых и калибр знатный (9,3/64), и пуля тяжёлая полуоболоченная. Ну, в-общем, как мне тогда казалось, это самое то, что надо для стрельбы секачей и оленей.

Вечером на базе хорошо попарились в бане, а заодно обсудили план предстоящей охоты. И тут у меня закралось сомнение.Правильный ли я сделал выбор оружия? Оказывается, планировалось егерям с ягдтерьерами зайти в камыши, откуда выставить зверей на номера, расставленные по высокому берегу неширокой лесной речки. Но делать нечего, менять оружие уже поздно.

Рано утром нас развезли на «Буранах» с санями и расставили по номерам. Обзор между номерами не более 70 метров. Выкопав синтетическим прикладом карабина ямку в снегу, я обеспечил себе маскировку с большим обзором, чем у соседних номеров. Сижу,жду. Зарядил карабин и поставил его на предохранитель. Попробовал прицеливаться в различные предметы на льду.Получается хорошо,красная мушка прекрасно проецируется на белом снегу.

А вот и затявкала одна собака, затем вторая. Какафония звуков вместе с «гопаньем» загонщиков захватила весь противоположный берег. Затем тявканье разделилось.Одна собачка явно ведёт в мою сторону. На противоположном берегу кусты с треском раздвинулись и на лёд «выкатил» здоровенный секач. И тут же, как торпеда, из кустов прыгнул ягдтерьер, который в одно мгновение оказался висящим на ухе кабана. Предохранитель снят,рука в одной тонкой перчатке, варежка скинута.Но стрелять нельзя, на кабане висит собака.

Кабан вдруг падает на лёд и пытается тушей придавить собачку, катаясь на боку. Всё это происходит в каких-нибудь пятидесяти метрах передо мной, но я бессилен чем-нибудь помочь ягдтерьеру, попавшему в беду. Наконец кабан встаёт и бежит в мою сторону по льду.Там, где он катался на боку, лежит окровавленное тело собаки. Мушка карабина ложится в середину переносицы секача,подпускаю встречного кабана на двадцать метров.И перед тем, как он пытается скрыться в камышах под моим берегом,жму спуск.

Выстрел на морозе оглушительно рявкает,приклад больно «лягает» моё правое плечо. Но кабан почему-то разворачивается в обратную сторону, оставляя на льду отстрелянное ухо, из которого фонтаном хлещет кровь.Передёргиваю затвор,ловлю удаляющуюся тушу на мушку. Снова жму.На этот раз приклад ещё больнее бьёт меня по плечу.На мгновение темнеет в глазах. Кабан лежит на пртивоположной стороне реки.Он не шевелится.Через некоторое мгновение по его телу пробегает дрожь.Я вижу, как все шерстинки на нём расправляются, отчего он кажется просто огромным.

-Кабан готов!-кричу я вдоль цепи.-Кабан готов!-передаётся всё дальше и дальше. Вот и егерь на лыжах идёт по льду в сторону кабана. -Как собака?-спрашиваю я его.-Скончался Янтарь-отвечает егерь и снимает шапку-похоронить бы надо-продолжает он,разговаривая как бы сам с собой. Нагибается к секачу,достаёт нож и кастрирует его.-Гон сейчас, вонючий очень-объясняет он ситуацию. И добавляет-по кишкам попал,доктор, от шока кабан скончался.Серьёзный у Вас карабин.Я молчу, мне горько, что с таким оружием я не смог ничего сделать для маленькой отважной собачки, пожертвовавшей своей жизнью ради нашей охоты.

Егерь по рации связывается с другим егерем. Вскоре по льду к нам приезжает снегоход.Кабан тросом привязывается сзади, а тельце погибшего Янтаря укладывается на сиденье. Егеря усаживаются на сидении и снегоход уезжает на базу. Вылезаю из своего импровизированного окопа.Разряжаю карабин.Потихоньку иду к дороге.Там уже праздник.На капоте джипа закуска, водка, виски, коньяк. Все поздравляют меня с полем,радуются удачному загону.Но мне ужасно горько.Выпиваю полный стакан водки и чтобы не портить людям праздник, сажусь в машину.

Включаю магнитолу. Из динамиков льются слова знакомой песни.Это Вячеслав Малежик:

Лесом, полем
Улицей,бережком
Наши годы
Катятся колобком

И ещё до старости двести лет
Потому что старости вовсе нет
Вовсе,вовсе нет

-Налей-ка мне ещё-прошу я приятеля,пригласившего меня на эту охоту.-Вот другое дело,а то что-то захандрил.Не переживай, у ягдтерьеров судьба такая.Да и жизнь у них вообще короткая,зато яркая.-Давай за Янтаря-предлагаю я тост.Все сняли шапки и выпили до дна. А Малежик в магнитоле душевно выводил припев:

И ещё до старости двести лет
Потому что старости вовсе нет
Вовсе,вовсе нет

В тридцать два года жизнь именно так и ощущается,поэтому на следующий день я опять с большим удовольствием стрелял по кабанам из карабина.И опять успешно. Гибель Янтаря как-то притупилась.Совесть меня уже не так сильно мучила, как в тот злополучный день.

Приехав с этой охоты домой выяснил, что банк,где кредитовалось моё тогдашнее предприятие,повысил ставки по кредитам чуть ли не вдвое. Чтобы вовремя расплатиться по процентам пришлось продавать карабины.И сделал я это безо всякого сожаления.

Oleg 51 17.12.2012 — 16:40

пришлось продавать карабины

очень правильно написано.кроме калибра -9.3 на 62 будет правильнее….. для болтового 😊

doctor308 17.12.2012 — 17:40

Спасибо Вам,Игорь,за оценку,поверьте,она для меня очень дорога.Ну,раз такое дело,продолжу,благо сижу дома по болезни,а сезон-то кончается…

ОТ ПЕРЕПЕЛА ДО КАБАНА
Как я уже говорил,птицу мой Джерик работал любую,по своему,конечно,с характерными косячками,но на крыло поднимал исправно,подранков я не терял,чего ж еще?Чак с голосом гонял зайцев,причем заяц от него уходил просто пешком,приходилось наблюдать.В общем,я был доволен своими питомцами.
В 90-м на 7 ноября я предложил своему другу и напарнику Сашке забить на праздничную демонстрацию и поехать на охоту.Неприятности,конечно,ожидались,поскольку я помимо собственной явки обязан был обеспечить и явку своих студентов,но в воздухе уже отчетливо ощущался запах грядущих перемен,а САшке вообще было все по барабану:он работал в автосервисе и был свободнее меня,что и продолжается по сей день.Поехали с утра на Сашкином запорожце,который он и собрал у себя на сервисе.Было у нас местечко заветное на канале Кирпичном,рядом с Сулаком,без фазана и зайца редко мы оттуда возвращались,а об эту пору у нас еще и грибов полно.Приехали,расположились позавтракать,ну и праздник все-таки.Сидим,жуем бутерброды,чай из термоса пьем,собачки на поводках.Прилегли на траве,Сашка смотрит вдаль:»Лебеди летят».Я краем глаза глянул,ну да,пара лебедей тянет низко,метрах в 400,к Сулаку летят.Ну,пусть летят,не наша дичь,да и вообще не дичь.Отвернулись,закусываем дальше и вдруг ГА-ГАК!Вот те и лебеди!Пара серых накрыла нас метрах на 15,а мы так и прошамкали их бутербродами.Ничего себе начало!Ладно,пора и делом заняться.Брали мы в этом месте всегда одну полосу вдоль высохшей и заросшей ежевичником дрены,заканчивающейся небольшой рощицей,пошли по разным сторонам и в этот раз.Люблю я такую охоту:собаки по кустам шныряют,а ты идешь,природой увядающей любуешься,мысли разные…Только в этот раз св.Трифон за гусей нам фазана не подкинул.Вот уж и полоса кончается,а ни одного подъема.И тут в ежевичнике злобный лай в два голоса и разноголосое хрюканье!За секунду я успел поменять патроны на картечь,и только закрыл ружье,как прямо мне в ноги вылетает подсвинок и ракетой мимо.На развороте ловлю его стволами метрах в 30 ти и жму спуск.Поросенок рухнул как подрубленный.Следом вылетает Джерик и набрасывается на поверженную жертву.Однако со стороны Сашки тишина,хотя я слышу,что мамашу с остальными Чак погнал по его стороне и в его сторону.Странно.Оттаскиваю собаку и иду выяснять в чем дело,хотя подозрения возникли сразу.Дело в том,чтоСашка любитель утиной охоты и в засидке может сидеть от рассвета до заката,а вот ходить не очень любит,тем более что и фазана в этот раз не было.В общем,подошел я к машине,а Саня мой мирно посапывает внутри.Ты какого хрена ушел? спрашиваю.Так нет же ничего,я и пошел вздремнуть…Ну,надо знать Сашку.Ладно,говорю,поехали мясо вывозить.Кабана убил? аж подскочил Саня.Ну,кабана не кабана,а подсвинка взял,а если б ты свою сторону держал,то и больше было бы,весь табун натебя пошел.Так у нас же и лицензии нет…Да и хрен с ней,праздник сегодня и демонстрацию прогуляли,должна же быть компенсация.Разделали мы в кустах этого кабанчика,поделили пополам,а голову я Сашке отдал,чтоб в следующий раз думал.Вот так и произошло знакомство моих норных с кабаном.Потом были и другие,но это,как у нас принято говорить ,уже совсем другая история…

vetdoctor 17.12.2012 — 17:48

кроме калибра -9.3 на 62 будет правильнее….. для болтового

Вспомнил и поправвил. Только не на 62, а на 64 без ранта.

doctor308 17.12.2012 — 19:44

Посвящается Валерию Иванову,рано ушедшему другу.

Подвиги моегоДжерика так раззадорили моих друзей охотников,что все они возжелали иметь вельштерьера-собаку на все случаи жизни,как они говорили.С Валеркой я познакомился по рекомендации своего брата,у которого он работал электриком в санатории Дагестан.Мастер на все руки.рыбак,охотник,мотоциклист и автомобилист-ну как было не сойтись с таким парнем,тем более что и мне свойственны все перечисленные пороки,ну,разве кроме первого.Видя,с каким уважением Валерка относится к Джерику,я,собираясь как-то в командировку в столицу,спросил:привезти тебе вельша?Валерка аж задохнулся:я бы постеснялся тебя просить,да и с деньгами у меня…Не переживай за это,после решим.И я улетел.В Москве я сразу встретился с моим другом Кариком,бывшим охотоведом,ныне зубным техником,рыбаком,охотником,выпивохой и азартнейшим игроком буквально во все.И что немаловажно,Карик крайне редко проигрывал.Валерку он немного знал по одной совместной рыбалке на Тереке и был поражен тем,как Валерка на коленке сконструировал светящийся поплавок для ночной рыбалки.Я рассказал Карику,что Валерка хочет щенка вельша.Сколько стоит щенок?спросил Карик.50 долларов просят,деньги по тем временам,особенно для электрика,значительные.Но Карик решил проблему в свойственной ему манере:за то,что он тогда сделал мне поплавок,я подарю ему собаку.Завтра же пойду играть.И что вы думаете?Через день вечером я уже ехал к заводчику куда-то на Планерную,где и получил лохматого кобелька в обмен на зеленую бумажку.
Валерка приехал встречать меня в аэропорт.Сказать,что он был счастлив,не сказать ничего.Щенка он назвал Баксом,мне не нравилось,но хозяин-барин.Как раз в эту пору с помощьюмоего брата Валерке удалось купить ссписанный санаторский уазик и теперь мы были на вершине блаженства:и собаки у нас классные,и техника что надо.Ох и носился же Валерка со щенком!Он был постоянно при нем и дома и на работе:в своем кабинетике,завленном проводами,катушками,трансформаторами и прочим хламом он отвел Баксу местечко,где тот и лежал,поглядывая на своего благодетеля:Валерку он обожал.Для прогулок тоже все условия;санаторий на берегу моря,воля,простор!
Подошла ос ень,мы начали приобщатьБакса к делу.В паре с Джериком он быстро все схватывал,хотя иногда между ними случались очень зрелищные бои:терьеры,что тут скажешь!Но они были напарниками и через год у нас были две рабочие собаки.Чака к тому времени уже не было:у него проявилась склонность к бродяжничеству,убегал на несколько дней,пока не пропал совсем.
Километрах в 40 от города были у нас в то время Расуловские плесы.Питались они из речки Кривой,по берегам были сенокосы.Расуловские были излюбленным местом нашей команды:охота,рыбалка,грибы,чудное было место!До сих пор вспоминаем,как за один выезд сжигали по сотне паторонов.Ныне место мертво:какому-то умнику пришло в голову,что если осушить плесы,больше станет пастбищ для скота.В результате плесов нет,сенокосов нет,пастбищ тоже нет-солончак.Нет,конечно,и охоты.
Как-то хорошо поохотившись на утку,мы решили переместиться на несколько километров в лес,который так и манил нас желтыми и багряными красками ноября,побродить с ружьями,грибов поискать.Собак пустили в поиск,сами тоже разбрелись.Через некоторое время слышу,Валерка меня зовет,подхожу.Бакс чего-то взбрехнул,говорит,и как рванул в лес,зову,ищу,нет собаки.Куда он побежал?Да вон в ту сторону.Пускаю Джерика по следу и через некоторое время он приводит нас к бугру,а в бугре нора.Здесь твой Бакс,говорю.Валерка прильнул к отнорку и расплылся;Серый,там война идет.Я нагнулся:собака работает злобно,вязко,но опыта еще маловато,взять не может и выгнать не может;отнорок один.Подождем,выйдет,а ты воды подготовь,он угорел там уже.Черезкакое-то время Бакс вылетел наружу весь в пене и земле и кинулся пить.Ну,теперь старая гвардия пойдет,говорю,а Джерику было уже 10 лет.Просить он себя не заставил,и как только я снял цепочку,ринулся в нору.И тишина.Молчит собака,что такое?Прислушиваюсь-какая-то возня и сопенье.Что тут сделаешь?Только ждать.Мы его так один раз четыре часа ждали:на барсука напоролся.Однако минут через 15 из отнорка показался хвост моего старика,за который я его и вытянул вместе с лисой.А?Есть еще порох?Ну давай ее назад пустим,пусть Бакс еще попробует,может,возьмет.Но взять лису Баксу так и не удалось,пришлось опять Джерика пускать.Лису мы отпустили,на кой она нам?Но зато какое удовольствие получили мы от работы своих вельшей!По главной специальности!
Судьба Бакса оказалась трагичной;меньше чем через год на рыбалке Валерка,сдавая назад,задавил свою собаку…Потом был Бакс 2,но этому было суждено пережить своего хозяина,которого за несколько месяцев сожрала неизвестно откуда взявшаяся саркома позвоночника.Ему было 41

vetdoctor 18.12.2012 — 15:47

doctor308 молодец.Чуть подредактировать и вполне неплохо получится.Главное, с душой написано. Ну и я опять кое-что вспомнил.

ПАТРОНЫ.

Однажды, ещё в студенческие годы,собрались мы небольшой компанией молодых ребят выехать в военно-охотничье хозяйство на три дня.Дело было в сентябре,когда местная утка уже стаями скапливалась на большой воде,готовясь к отлёту, а пролётная ещё не пришла. Как раз в это время по лугам можно было надеяться на высыпку пролётных коростелей.

С патронами в те годы было туго.Дробь в магазинах отсутствовала, порох выдавался из рассчёта одна пачка дымного или одна двухсотграммовая банка бездымного в одни руки.Готовых патронов шестнадцатого калибра с мелкой дробью на прилавке не было вообще. И тут мне повезло. У приятеля умер дедушка-охотник и от него осталось несколько мешочков с самоснаряженными патронами, а также патроны немецкого производства шестидесятых годов.

Собираясь на охоту, я тщательно отбирал патроны с маркировкой 8 и 9. Март всё время крутился рядом, предвкушая охоту. Лодки тогда у меня ещё не было,поэтому решено было поехать на пригородном автобусе из соседнего Энгельса. И вот, преодолев сорок километров по шоссе, автобус свернул в деревню. Навьюченные рюкзаками, мы пришли на охотбазу. Егерь Виталик выписал нам путёвки и определил домик для проживания,правда без постельного белья,поскольку оно всё было в стирке.

По карте он определил места наших охот и выделил нам две гребные лодки «Кефаль». До вечорки оставалась ещё уйма времени,поэтому мы с Сергеем, заканчивающим в том году университет,поплыли на луговину в паре километрах от базы, в надежде пострелять коростелей и бекасов. Лодка споро побежала под вёслами по протокам.Зелёные камыши радовали глаз своей красотой. Тёплое сентябрьское солнце дарило прощальное тепло ушедшего лета.

Через несколько поворотов протоки лодка ткнулась носом в берег.Впереди была выкошенная луговина с аккуратно расположенными стожками сена. Мы выгрузились, сложили ружья, зарядили их. Сергей пошёл посмотреть места для зорьки, а я решил поискать коростелей.Март красивым челноком обыскивал луговину от одного края камышей до противоположного. Вот он скрылся в некоси. Иду туда и вижу собаку на стойке. Кобель весь вытянулся в струну,задрав голову чутьём вверх. -Вперёд!-звучит команда и кобель прыгает в гущу травы.Оттуда поднимается коростель, скрываясь за кустом.

Стреляю раз за разом и вижу, как падают срезанные крупные ветки куста, а коростель садится, перелетев луговину. Перезаряжаюсь. Направляю собаку туда, где только что села птица.Март опять находит рыжего бегуна.На этот раз он долго не поднимается, спасаясь бегством от собаки и опять влетает за очередным кустом. Опять дуплет и срезанные ветки, а птица, как бы издеваясь над нами, опять садится в ту же некось, откуда была поднята первый раз.

И всё повторяется снова. На четвёртый раз я отпускаю коростеля подальше, выцеливаю и стреляю. От птицы летит облако перьев. Март подаёт мне крыло с шеей и головой. Странно. Идём дальше. Справа длинная канава, заполненная водой.По обеим сторонам канавы растут ивы. Пускаю собаку в канаву.Март плывёт на другую сторону, затем ищет в затопленных камышах.Слышу шумный подъём утиного выводка.За ветками ивы летят две кряквы. Вкладываюсь. Обгоняю.Жму…И… Еле увернулся от падающей на меня сверху толстой ветки.
А кряквы как ни в чём не бывало, улетают восвояси.

Иду назад, на луговину.Сергей недоверчиво смотрит на мой пустой ягдташ. До зари ещё полчасика.Складываем спиннинг, один гребёт на вёслах, второй блеснит. После десятка забросов чувствую упругую тяжесть на конце удилища.
Щука норовит завести под корягу, чтобы оторвать блесну.Но не тут-то было.Сергей отгребает от берега к середине протоки, а я подтягиваю катушку.И вот она, хищная морда, показалась из воды. Подсаком водворяю рыбину в лодку.Фу,вот это страсти. Март всё это время бегает по берегу и лает на нас. Сажаем щуку в садок и опускаем в воду.

Пора на зорю. Становимся недалеко друг от друга в мелком, по колено, заливчике, заросшем лопухами. Везде утиные перья-явный признак посещаемости озерца утками. Сереет.Слышу свист крыльев уток, идущих на посадку.А вот и они.Пять крякв заходят на круг.Ловлю на планку первую.Жму.Как без дроби.Жму второй раз и кряква рассыпается в воздухе на несколько фрагментов.Ничего не могу понять.Март подаёт мне отстрелянное крыло. Второй налёт.Сергей делает удачный дуплет, а у меня опять два промаха.

В темноте плывём на базу. -Посмотри патроны-после нескольких едких «подколов» говорит мне Серёжка. Вечером при свете электрической лампы я перочинным ножом удаляю прокладку с патрона с надписью 9.И…Обнаруживаю там девятимиллиметровую картечь. После этого, внимательно осмотрев прокладки на других немецких патронах, доставшихся мне от дедушки приятеля,нахожу полустёртую надпись: mm. Так вот в чём дело! Немцы дробь в миллиметрах обозначают.А я как дурак стрелял картечью по птичкам!

После этого случая я более внимательно стал относиться к маркировке патронов, особенно импортных.Как говорится, век учись…

Egoist31 18.12.2012 — 16:17

Почему-то поздно стал читать эту тему, а как оказалось, зря!
Спасибо всем писавшим в ней, прочитал на одном дыхании.
А у Вас, vetdoctor, просто талантище.

Выложу здесь рассказ, который прочитал в «Литературных страницах» в четырнадцатилетнм возрасте. Почему-то он тронул меня так, что помню до сих пор.

Больше не завожу собак.

Многим рано или поздно приходит мысль — заведу собаку. Ребенок от общения с животными становится добрее. И гулять хочешь — не хочешь, а придется хотя бы два раза в день. Всякие возражения в это время пролетают мимо, как стайка голубей за окошком, которых замечаешь краем глаза.

И в городской квартире появляется щенок.

Нашего принесли в рюкзаке. Совсем недавно он копошился у теплого брюха матери. И вот оказался на паркете в незнакомом месте. Как все карело-финские лайки, он был ярко-рыжей лисьей окраски. Глаз не оторвешь. Как будто живой огонек. Многим собакам этой породы окраска стоила жизни: в лесу охотники принимали их за лисиц. Но мне все равно хотелось завести такого щенка как раз из-за необычной окраски.

Я недавно вернулся с Камчатки и поэтому кличку щенку дал по названию вулкана — Узок. Уже плохо помню его первые дни в квартире. То, что случилось потом, почти стерло их в памяти.

Щенок быстро рос. На прогулках я не успевал вертеть головой, чтобы не потерять из виду этот огненный шарик. Он прыгал через скамейки, прошивал на бульваре кусты. Дух захватывало от скорости. Не дай бог выскочит на дорогу. Но странное дело: он сразу прочно усвоил команду «Стоять!». Как будто споткнется и замрет на месте. Подходи, пристегивай поводок. Правда, эта была единственная команда, которую он выполнял четко.

На субботу и воскресенье мы ездили в деревню. Там небольшая речка с длинным высоким мостом. В половодье неприметная речушка широко разливалась, и нужен был такой высокий мост.

Узон помчался вперед, проскочил на мост, а я пошел к воде. Щенок увидел меня внизу и, ни секунды не мешкая, прыгнул ко мне с высоченного моста. Я в ужасе крикнул: «Стоять!» Но было поздно. Он шлепнулся на землю, лапки в стороны — и захлебнулся в истошном визге. Наверное, порвал связки. Лежал, как распластанный лягушонок. Схватил его на руки, понес в дом… Кончилось, едва начавшись, беспечное щенячье детство.

Но мало-помалу Узон стал ходить. Я потихоньку водил его в лес — тренировал лапки. Незнакомые запахи отвлекали щенка от боли. У него вспыхивали глаза, если поблизости вспархивала птица, но к месту, откуда она взлетела, он шел осторожно: не мог еще быстро переставлять лапы.

Однажды раздался азартный лай. Узон тявкал над крохотным зайчонком. Тот вжался в траву и лежал между растопыренными лапами собаки. Я поднял Узона, русачок шмыгнул в бурьян и пропал. Узон задергался, я отпустил его и он попытался бежать — быстро заковылял к высокой траве. Дело шло на поправку.

Как-то вечером мы возвращались из леса. Узон осторожно играл с лягушатами, пугал их лапками, заставлял прыгать.

Среди поля стояли два кабана. Они явно видели нас, но не убегали, а только насторожили уши-локаторы. Я поднял Узона — показать настоящих зверей. Говорю возбужденно: «Кабаны! Кабаны!» Направляю на них его лисью мордашку. Но кабаны далеко и стоят неподвижно, да еще в сумерках. Узон сверкает глазами, смотрит поблизости, ищет в траве, наверное, кошку. Держу щенка перед собой, бегу к кабанам. Сейчас они бросятся от меня, и он заметит их в движении. Но те стоят на месте. Невольно сбавляю скорость. До них уже близко. Почему не бегут? Как вросли в землю. Остановился в нерешительности. Теперь хорошо видно — это две кабанихи. Почему не убегают, стоят среди поля?

Наконец одна побежала. И тут из травы, в длинных прыжках, повыскакивали, как горох, кабанята. Узон задергал лапами.

Вторая кабаниха шагнула к нам. Я развернулся и быстро пошел к дороге. Бежать побоялся, как бы не бросилась догонять. Поставил Узона на дорогу. Он крутанулся на месте и бегом за кабанятами. Едва перехватил его. Удивился тогда: «Как забегал!» Но прошли еще долгие месяцы, пока смог он прыгать через валежины и канавы.

Всей семьей мы переехали из города в охотничье хозяйство. Лес теперь был вокруг Узона. Главным для него стала охота. Белок мог искать целыми днями. Слышишь — залаял. Подходишь — тявкает на елку. Чего тявкает? Елка небольшая, насквозь видно. Негде спрятаться белке. Говоришь ему: «Пустобрех ты, Узон. Пойдем отсюда». Не уходит. Начинаешь осматривать каждую веточку. Да вон же кисточки от ушей торчат! Белка за сучком. Потом я привык: зря лаять не будет. Дождется выстрела — и снова искать. А ты ему вовсе не нужен. И не увидишь его, пока не найдет другую белку.

Однажды я приехал на охотбазу и поманил дочку. Она открыла дверцу машины и на переднем сидении увидела шоколадного с серой манишкой щенка. Рядом лежал полусъеденный им батон. Щенок был не больше этого батона, только потолще. Шоколадную головку склонил набок, ушки висят, тоже шоколадные.

Коли уж мы жили в охотничьем хозяйстве, я решил завести вторую собаку — дратхаара. Теперь все внимание в семье перешло к этому маленькому существу, покорившему всех красотой и лаской. Щенку дали кличку, но дочь назвала по-своему — Алькой.

Узон вроде бы не ревновал нас к новому щенку. Ему для счастья нужен был только лес. И он у него был.

Алька бегала везде, где хотела: в доме, по широкому двору охотбазы, в лесу. Но ей всегда нужно было видеть кого-нибудь из людей. Одна могла оставаться только на привязи или запертой в комнате.

Всего раз ей сказали: нельзя ходить по вскопанной земле. И она не только сама не ходила — птицам не разрешала. Как-то увидела трясогузок: бегают по цветнику. Тут же начала охоту. Подкралась к трясогузке, сделала стойку, нацелила нос на птичку. Трясогузка побежала. Сделала несколько шагов и Аля. На цветник не заходит. Та снова перебежала… Так собака ходила до тех пор, пока трясогузки не улетели под крышу, к гнезду. Потом, когда одна из птиц уселась на яйца, другая подолгу водила Алю. Это стало у них игрой. Задорно пискнув, трясогузка садилась почти под нос собаки, помахивала хвостиком и водила Алю по всему двору.

Если бы поймала трясогузку, ничего бы, конечно, не сделала ей. Бывало, Алька находила птенца-слетка и живого, невредимого бережно клала из пасти в подставленную ладонь. Потом внимательно следила, что будем делать, на какое дерево посадим, не упадет ли опять.

Алька больше всего любила наблюдать, что делают люди. Если я работал за столом, ложилась на свое место, дремала. Но стоило подняться со стула, тут же вставала. Ей надо было видеть, что я взял, куда положил, понюхать стружки от карандаша, посмотреть, куда бросил. Начинал расставлять книжки на полках — садилась рядом и внимательно следила, откуда беру, куда ставлю. Что происходило в ее голове — не знаю, но смотреть, что делают люди, ей доставляло явное удовольствие.

Если вышел из дома, ее не взял, потом обязательно проверит по следам, куда ходил, что делал.

Узон держался от нас подальше, не любил фамильярности. «Улыбался» коротко, когда долго не видел, и все. Аля же всегда хотела быть с кем-нибудь рядом. Дочь часами разукрашивала ее вместо куклы лентами, привязывала бантики. Собака была готова сколько угодно сидеть на месте, поворачивать голову и терпеливо держать ее как надо, только бы с ней занимались.

Она могла даже просто слушать. Ловила каждое слово, явно стараясь понять. Выслушивала, что сказал, переводила взгляд на другого, кто продолжал разговор, внимательно смотрела в глаза.

Однажды пришел лесничий. Говорим в комнате об отводе сенокоса егерям. Слышу, кто-то прошел по двору охотбазы.

— Посмотри в окошко, чужих нету? — мельком сказал Альке, а сам ищу нужную бумагу. Для нас это было само собой разумеющимся, что Аля знала егерей в лицо, а если на дворе появлялся чужой, вздыбливала шерсть на загривке и начинала басовито лаять.

Вижу мой гость не смотрит на бумагу, а удивленно глядит на Алю. Та, переступая передними лапами по подоконнику, старательно осматривает двор то с одной стороны перекладины рамы, то с другой, довольная, что ей поручили дело. И уже шерсть вздыбила. Но лаять не пришлось — во дворе ходил егерь.

Лесничий удивленно покачал головой:

— Ну и собака! Все понимает. Мне и самому казалось — понимает все. Порой задумывался: «А как бы вел себя человек на ее месте, если бы не мог выражать свои мысли не только словами, но и жестами?» Ему пришлось бы говорить глазами. Так поступала и Алька. Карие собачьи глаза то смеялись, то печалились, светились надеждой или притухали, когда, например, мы собирались уйти из дома, оставить ее одну.

Но порой и без видимых причин глаза ее были печальны. А как спросить; «Чего грустишь, Аленушка?» Спросить-то можно…

«А что если научить ее отвечать «да» и «нет», — подумал я. — Тогда с ней почти можно будет разговаривать».

Приучил вместо ответа «да» — ложиться. А «нет» — неподвижно стоять на месте. Спросишь: «Гулять пойдешь?» — грох на пол. Потом вскакивает и начинает прыгать. Поводок несет. А спросишь: «Намордник надеть?» — насупится, стоит неподвижно. «На охоту пойдем?» — рухнет так, что пол задрожит.

Но четкого разговора не получалось. Слишком не понятным было ее «нет». То ли стоит, не понимает, о чем спрашивают, то ли это и есть ее собачье «нет»?

Алька очень любила порядок. На полу не должна валяться ни одна бумажка. Обязательно поднимет и будет носить, пока не возьмешь. Если бумажку гоняла кошка, Аля вначале делала стойку, потом отбирала игрушку, отдавала мне и принималась тыкать кошку носом. Та шипела, убегала, но Алька заставляла ее подойти к двери. И кошку приходилось выпускать, иначе не даст ей покоя.

Собака всегда была на глазах, и мы не заметили, как она выросла, превратилась в крупного, сильного дратхаара.

Дочери, чтобы попасть в школу, приходилось около километра идти по лесной дороге до асфальта, а там еще ехать на автобусе. В обед мать встречала ее у автобусной остановки, а утром провожала Аля. Шла с ней по лесной дороге, часто вместе с кошкой, которая тоже любила утренние прогулки. Кошка садилась на дороге, как только кончался лес. Аля шла до автобуса. Ждала, когда захлопнется дверь и только после этого возвращалась.

Однажды вернулась с раздутой мордой. Как будто яблоко держала за щекой. В теплые весенние дни на дорожках охотбазы то и дело можно было видеть гадюк. Даже на каменные ступеньки крыльца заползали погреться на солнце.

В том, что Алю укусила именно змея, я убедился очень скоро. Шел по дорожке, Алька бежала рядом. Вдруг остановилась, вскинула голову, внимательно посмотрела на меня, потом вперед. Я ничего не понял, пошел дальше. Аля напряженно вышагивала сбоку. Неожиданно свернула от лежащего на дорожке сучка. Он был очень похож на маленькую змею с поднятой головой. Аля, конечно, видела — это просто сучок, но после того, что случилось, на всякий случай обошла стороной.

Зимой дочь привязывала собак к санкам и каталась, Алька носилась во всю прыть, хотя ошейник давил на горло. Узон тоже бегал, но поводок его всегда провисал дугой. Из-за лени, а может, из-за больных ног, он не хотел тянуть санки. Дочь отцепляла его, и Алька возила одна с еще большей охотой.

Шло время. Дочери нужно было учиться дальше, а в деревенской школе только начальные классы. Пришлось возвращаться из охотхозяйства в город.

Держать в небольшой городской квартире двух собак — дело хлопотное. Стали думать, как быть. В том, что Алю берем с собой, никто и не сомневался. Решали с Узоном.

«Что лайке делать в городе? Быть живой игрушкой? — убеждал я себя. — Как только за ворота — никто ей и не нужен. Подавай лес. Ей же будет лучше, если оставить у егеря. Митя не обидит собаку. И на охоту они уже ходили не раз. Будут добывать пушнину…»

Я вспоминал потом и не мог вспомнить, как мы расстались с Узоном. То ли егерь Митя пришел и забрал его, то ли я отвез на машине. Помню только егерь сказал: «Не беспокойся. Будет жить у меня, пока не помрет своей смертью». Я хорошо знал Митю и не сомневался — так и будет. А вот как расстались с Узоном — не помню. Видно, нетрудным было расставание.

Аля не унывала и в городе. Уже начала седеть морда, а она, как щенок, играла в любую игру, только предложи. Если дочь пряталась в квартире, так начинала искать, что держи телевизор — собьет со стола.

И не только на радость отзывалось ее доброе сердце. Однажды я заболел. Дома никого, кроме собаки. Видит — мне плохо. Вытянула морду — глазки печальные, встряхивает ушками, поскуливает сочувственно, как будто и ей больно. Тапок принесла, сунула — «на». Билетик от автобуса скомканный нашла. Его за усами, под брылями и не видно. Только «фы, фы» — говорит: значит, есть что-то во рту — возьми. Легла у кровати, вздыхает протяжно, смотрит озабоченно.

Заботиться она могла о ком угодно. Иногда приходилось видеть: дочь сидит с поводком в руке на бульварной скамейке, читает книжку. Али поблизости нету. Оставлять собаку без присмотра опасно: напугает кого-нибудь или попадет под машину. Смотришь, где же собака. А она расставила передние лапы, опустила голову, свесила уши, стоит и смотрит в траву. Теперь ясно — и под машину не попадет, и никого не напугает, Аля пасет Рыжего.

Жил у нас в клетке небольшой хомячок, по кличке Рыжий. Когда дочь брала его на улицу, пускала в траву, Аля считала своим долгом пасти хомяка. Ничего в это время не видела и не слышала, кроме него. Рыжий ел траву, передвигался неторопливо. Аля неотступно ходила над ним, пока дочь не забирала Рыжего на руки. Тогда уж и самой можно побегать.

В конце лета, когда наставало время охоты, Алька едва не рвала поводок, если свистели крылья живущих в городе уток. Даже у маленьких луж на асфальте старалась найти следы дупелей или бекасов.

На сезон охоты я стал отправлять ее к племяннику. Пусть ходит с ним по болотам. Каждую осень приезжал Сергей, и счастливая Алька тянула его скорее из городской квартиры, зубами перехватив поводок.

Куда бы ни падали сбитые утки, доставала из любых крепей. Сергей заметил чирка в зарослях. Сдернул ружье с плеча, выстрелил. Показалось — попал. Но в срезанном дробью тростнике не рассмотрел точно. Охотник, который был рядом, уверял:

— Улетел, низом.

— Нет, попал, по-моему, — и Сергей заставил Альку искать.

Та долго плавала в густом тростнике, раздвигая его мордой. Плавать тяжело, но она искала, если велели искать.

— Не мучай собаку. Я же хорошо видел — улетел.

— Давай, давай, Аля!

И Аля снова лезла в заросли. Наконец, к изумлению охотника, возвратилась с чирком в пасти.

— Ну вот! — обрадовался Сергей. — А ты говорил. — Он взял в руки маленького чирка. И тут оказалось — не тот чирок. Этот погиб уже несколько дней назад, даже глаза провалились.

— Ай да Аля! — смеялся охотник. Она сконфуженно смотрела на Сергея, словно хотела сказать: «Ты же просил. Вот и принесла. Другого нету».

Охотник остался на берегу, а Сергей на старой плоскодонке уплыл на вечерний пролет в заросли большого карьера.

Утки летали плохо — то в стороне, то высоко. Стрельбы почти не было. Когда совсем стемнело, охотник услышал неожиданный выстрел в лодке, пронзительный вопль и тяжелый всплеск упавшего в воду тела. «Сережка застрелился! — сразу понял он. — Что делать? Без лодки не доберешься и темно совсем». Перепугался, сбежал. Решил молчать: начнут разбираться, ружье отберут, не регистрированное.

Ночь не спал. А утром встречает Сережку, живого и невредимого. Даже ноги подкосились. Потом только стал отходить, заулыбался.

Оказалось, когда Сергей с Алей уже собрались плыть к берегу, из темноты очень низко вылетела утка. Сергей сбил ее навскидку. Она шлепнулась перед носом лодки и тут же нырнула. Это взорвало в Але бурю чувств. Взревела, как она может, и бросилась с лодки. Вода захлестнула вопль. Утку поймала и сразу успокоилась. Но дикий вопль уже слышал охотник и понял его по-своему.

Охота для Али была такой страстью, которой могло подчиниться все, даже собачья верность. В разгар охоты я приехал проведать Альку. Она скачет, прыгает на меня — месяц не видела, соскучилась.

— Домой хочешь? — спрашиваю ее. Легла.

Сергей говорит мне:

— Пойдемте в разные стороны, вы к машине, а я к болоту. Посмотрим, за кем она пойдет.

Мы так и сделали, не подумали, каково будет Альке.

Она нерешительно побежала за мной, но Сергей крикнул:

— Аля, на охоту!

Она посмотрела с надеждой на меня, ждала, что я разрешу. Я молчал. Опустила голову, тихонько, как будто ей надо было сходить к канаве, побрела в сторону от нас. Потом помаленьку, помаленьку завернула к Сергею и побежала за ним.

Что-то шевельнулось в груди, но я тут же сказал себе: «Ничего страшного. Умная собака, понимает — до конца охоты осталось немного, а потом опять можно в город…» «Ничего страшного», — повторял я, не давая расти обиде, которая прорывалась еще и потому, что Аля не просто убегала, а сжалась вся, пригнула голову. Видно было — хорошо понимает, нельзя этого делать. Я старался не сердиться на Альку. Почему она должна вести себя так, как хочется мне? Какое ей дело до идеалов, придуманных для собак людьми? Ей на охоту хочется, а я забиваю голову всякой ерундой. Пускай идет и охотится.

Надо было потрепать ее, подбодрить. Но я не сделал этого…

А вскоре случилось такое, что я и думать забыл про эти обиды.

Брат услышал из дома — взбесилась собака. С храпом и сдавленным ревом волчком завертелась под окнами. Он выскочил на крыльцо и увидел: мечется Алька. А в бочке с водой дергаются Танины ножки в красных ботиночках. Выхватил дочку из воды. Она даже испугаться не успела, не поняла, что случилось.

Оказалось, уронила куклу в бочку. Перегнулась через край достать и нырнула вниз головой. Счастье, что рядом была Алька. Самой из бочки не вытащить, так хоть вопли ее помогли.

Не знаю, болят ли собачьи сердца, но после такого потрясения Аля была, как ватная. В тот день больше лежала в темном углу. Челюсть отвисла, глаза больные. Потом ничего, отлежалась. Но купаться при ней мы уже не могли.

Алька совсем не боялась воды. Ей все равно: обойти пруд или переплыть его. Но стоило мне поплыть — бросалась спасать. Выцарапывала из воды, орала сумасшедшим голосом — звала на помощь. Не допускала в своей башке мысли, что я тоже умею плавать. Ходить в воде — пожалуйста, хоть по шею. Но стоило поплыть — сразу в рев и спасать.

Много было приключений с этими собаками, обо всех не расскажешь.

Аля прожила у нас десять лет.

Однажды в мае приехали в деревню. Открыл дверь в дом — шершень гудит. Подождал, пока вылетит.

Проходит какое-то время — опять гудит. Пробирается где-то в щелку. Надоело руками закрываться, того гляди ужалит. Поймал момент, прижал шершня рейкой к стене, хотел раздавить. А он крепкий, как желудь. Рейка длинная, пружинит, не могу раздавить. И отпустить страшно: шершень стучит по рейке своим жалом, как стальной иголкой для чистки примуса. Бросил рейку, выскочил из сеней. Аля за мной на полусогнутых. Потом вернулись — нету шершня, пропал.

Ночью Аля попросилась на улицу. Я выпустил ее, остановился послушать, как гремят соловьи. Но комары быстро загнали в дом. Прилег, пока собака попросится, поцарапает в дверь…

Утром проснулся и не сразу вспомнил об Альке. Потом подумал: «Наверное, под терраской от комаров спряталась».

Вышел… Как приятно дышать прохладным воздухом майского утра.

Между ветлинами, на краю поля, у самого огорода токует тетерев. Не хочет расставаться с весной. Я повернул голову и вижу: возле угла террасы, как палки вытянув лапы, неподвижно лежит на боку Аля.

Кинулся к ней и тут же остановился. Понял — мертва… Да, она была мертвой.

Потом в доме, у порога, нашел раскушенного пополам шершня. Аля поймала его, но он успел ужалить ее в пасть возле горла. Наверное, ужаленное место стало пухнуть и собака попросилась на улицу. Не хватало воздуха.

Я даже сквозь стены слышал, как гремели в ту ночь соловьи. А Альку под этот соловьиный грай, одну, на земле, душила смерть…

Мы похоронили ее на поляне, где она, шалея от радости, любила бегать среди желтых бубенцов цветущих купальниц. *

Прошел уже не один год. Случалось даже, побываешь в деревне и не вспомнишь об Альке… А уж про Узона, что и говорить, столько лет прошло.

Но вот недавно в охотхозяйство, где я когда-то работал, съездил по делам знакомый охотовед. Спрашиваю его, как там Митя поживает, егерь? И вдруг узнаю в разговоре — живет у Мити какая-то дряхлая рыжая собака.

— Я никогда таких старых не видел, — с удивлением говорил охотовед. — Сидит, по-моему, ничего не видит и глухая, как пень. Говорю егерю: «Что же вы собаку мучаете? Пристрелите». «Нет! — с сердцем так отвечает. — Пускай живет, пока не помрет сам».

Я понял — жив еще Узон.

В первый же выходной взял билет на автобус дальнего следования, поехал в охотхозяйство. Уже и не помню, сколько лет там не был. Вначале боялся съездить — узнает Узон. Как его снова бросать? А потом, когда считал, что Узона нету, все отдалилось, не тянуло уже в старые места.

«Сколько же Узону? — гадал я в дороге. — Наверное, больше пятнадцати лет?»

Да, это был Узон, хотя и не похож на ту стройную, поджарую лайку. Мутные, невидящие глаза, седая морда, толстая прямая спина, из которой лезли клочья шерсти. Эта шерсть набилась в траву по краям пятна голой земли у конуры.

Узон сидел. Я позвал его. Он не шевельнулся. Подошел к нему вплотную. Узон зачмокал ртом, с трудом встал и заводил головой. Не видел меня. А я стоял рядом. Протянул к нему руку. Он понюхал ее — узнал! Затолкал сухим носом в ладонь, издал старческий не то стон, не то взлай. Я гладил его, прижимал к ноге. Он стоял неподвижно, и я уже не понимал, узнал он меня или так же вел бы себя с любым другим человеком.

Митя уверял, что узнал.

Оказалось, в первые дни после нашего отъезда Узон как всегда с азартом искал белок. Но потом забеспокоился, с надеждой смотрел на каждую машину, которая приезжала в деревню. Ждал. Прошло еще несколько дней и в лесу от него не стало толку. Ему было не до охоты. Убегал на охотбазу, но там жили теперь чужие люди. Искал в лесу — не находил. Возвращался к Мите. Тот посадил его на цепь. Надеялся: подождет, подождет — и забудет. Привыкнет, опять начнет искать белок.

Но привык не Узон, а Митя. Привык к тому, что собака не переставала ждать.

Чего ждал Узон? Что было такого, ради чего он отказался от всего? Не знаю. Невозможно поверить, что вольный Узон, которому, казалось, нужен только лес, загрустил с первых дней и навсегда.

«Мало ли что сказал Митя, — говорил я себе. — Почему он думает, что Узон узнал меня? Может, нам показалось».

Мы говорили о том, что теперь не возьмешь его в город. Не носить же на руках на пятый этаж без лифта. А как объяснить ему это?

Но Узону не надо было ничего объяснять. Он понял все раньше, наверное, еще когда я гладил его по ломкой и пыльной шерсти.

Я уехал один…

Но через неделю бросил все дела и вернулся за ним на машине.

Митя молча повел меня за огород. Между островами крапивы желтел бугорок свежей земли… Свесили ветки старые ивы. На вишне у осиротевшей конуры еще терпеливо сидели воробьи над пустой собачьей миской. В узком просвете между ив пронзительно голубела река.

Больше не завожу собак.

А. Севастьянов

«Охота и охотничье хозяйство N 1 — 1989 г.»

NeyroN 18.12.2012 — 22:18

Да, трогательный рассказ!
Но это не повод больше не заводить собак, а наоборот. ИМХО.
Все читал с превеликим удовольствием на одном дыхании, молодцы!

vetdoctor 19.12.2012 — 16:02

ДВЕ НЕДЕЛИ.

Что такое две недели?Всего лишь четырнадцать дней, четыре из которых приходятся на выходные.Но когда чего-то очень ждёшь, то две недели кажутся вечностью.Зато две недели, проведённые на охоте,полетают как один день. Вот и я в тот год мучительно ждал, когда пройдут эти две недели,потраченные на различные согласования,сборы,планирование поездки. А весна тем временем наступала всё отчётливей. С крыш уже вовсю звенела капель, на газонах в скверике обнажалась от снега земля и кое-где уже поблёскивали лужи, под водой которых просматривалась прошлогодняя пожухшая листва.

Наконец наступил день поездки. Загружены гусиные профиля,утиные чучела,манки,палатки, бензиновые плитки. Атос постоянно следовал за мной по пятам,проверяя, всё ли я собрал? Ну наконец багажник и салон загружены полностью,пора выезжать. Прогреваю мотор и потихоньку двигаюсь в потоке машин к мосту через Волгу. Ребята должны подъехать ко мне через неделю,после моей разведки угодий. Пролетели мост,въехали в Энгельс.

Дорога грязная, кругом лужи.Погода пасмурная,на выезде начал моросить мелкий дождичёк со снегом. Поля уже стаявшие, зеленеют обнажившиеся от снега озимые,блестят лужи.И лишь у лесополос, как напоминание о прошедшей зиме,лежат нерастаявшие сугробы.Двигатель поёт свою песню, колёса шуршат по мокрому асфальту и мы с Тошкой движемся навстречу таким долгожданным приключениям. Миновали Новоузенск.На горизонте в небе стаи гусей. Их вереницы качает ветром, наподобие воздушного змея.

Вот и Александров Гай. Сворачиваю на Варфоломеевку. Дорога вся разбита тяжёлыми машинами.Не успеваешь объехать одну яму, как попадаешь в следующую. Грейдер на заветный лиман вроде бы проезжий для легковушки.Сворачиваю и еду к запланированной цели. Остаётся проехать степью каких-нибудь триста метров.Останавливаю машину, выхожу, чтобы проверить дорогу.Ничего, вполне проезжая.Видимо здесь южнее, поэтому дороги быстрее просыхают.

Всё .Прибыли. Разгружаюсь у стога на берегу лимана.Ставлю палатку и навес для кухни. Время близится к вечеру.Пора на охоту. Атос скулит и просится со мной, но поскольку стоять я собираюсь в воде,оставляю собаку в машине. Беру чучела, собираю МЦ-шку с траншейными стволами, одеваю жилетку с патронташами и потихонечку бреду по колено в воде. Выбираю круглую баклужину недалеко от берега, высаживаю чучела на воду,делаю импровизированный скрадок в куртинке тростников.Заряжаю ружьё спортивной семёркой. Жду.

Над лиманом летают пары.Их трогать нельзя, можно убить утку.Но вот из сумерек доносится сочное «жвяканье».Отвечаю манком и зеленоголовый красавец садится сзади чучел под тростниковую стенку.Его совсем не видно.Поднимаюсь в скрадке и селезень взмывает вверх. Ловлю его на планку,жму спуск и слышу шлепок о воду в ближних камышах. Становится совсем темно.Собираюсь уже идти на стан, как слышу близкое гагаканье. Поворачиваюсь и вижу в двадцати метрах белолобого гуся. Стреляю не раздумывая. Гусь летит со снижением в сторону берега и вскоре скрывается за камышами. Ищу в темноте селезня,но никак не могу найти. Иду на стан за собакой,выпускаю Атоса из машины.

-Иди поищи птичек-говорю я собаке и кобель устремляется в сторону, куда указывает моя рука.Буквально через сто метров он появляется из прибрежных камышей с гусём в пасти. -Теперь пойдём селезнишку найдём-обрадованный удачей,говорю я собаке. Хлюпанье по воде в сторону скрадка на время затихает, потом возобновляется вновь, уже к берегу.И вот он, Тошка с селезнем в зубах.Подходит как всегда сзади и толкает меня мордой под колено. Идём на стан, обтираю ушастого друга специально приготовленной для этого ветошью и покормив собаку,сажусь на походный стульчик за стол. Атос с чувством выполнненого долга уходит в палатку.

Всходит луна, начинает подмораживать.Одеваю комбинезон и тёплую куртку, подаренные мне геологами-нефтянниками. Пью чай из термоса, ем приготовленные мамой пирожки,котлеты. Вспоминаю, как впервые несколько лет назад мы случайно нашли в степи этот лиман.Он очень удобен для охоты.Почти везде можно пройти в болотных сапогах.Даже весной он не очень глубок. А осенью здесь просто красота.Часто в пролёт он забит кряквой до отказа.Приходилось с подхода из-под собаки расстреливать патронташ за полчаса.

Залезаю в палатку.Атос дрожит, ему холодно. Кладу его к себе под бок и укрываюсь спальным мешком. Утрянку я проспал. Взяв бинокль, после завтрака я залез на стог и начал обозревать окрестности.В паре километров от лимана обнаружил поле со скоплением гусей.Но там открытое место,никак незамеченым не подобраться. Зато на пути пролёта я обнаружил «снежницу», на краю которой стоял стог сена.Тут же созрел план устройства там скрадка.

Отстояв вечёрку и взяв своего традиционного селезня,покормил собаку, посадил её в машину, укрыл спальником, после чего нагрузившись гусиными профилями я направился в сторону снежницы. Сказать, что переход был тяжёлым означало совсем ничего не сказать. Эти полтора километра я одолел лишь в одиннадцатом часу ночи. Расставив в неглубокой снежнице профиля, принялся за обустройство скрадка в стогу.Аккуратно вынув солому из середины, тут же засыпал слежавшейся сверху,чтобы гуси не заметили подвоха. Вроде бы удалось замаскировать старой соломой вынутую.

Проснувшись в полной темноте посмотрел на часы.Вроде бы пора.Взял ружьё, патроны с единицей и поспешил в скрадок. Проснувшийся Атос долго скулил мне вслед, но вскоре успокоился и видимо,заснул. Залез в скрадок. Прелая солома согревала, звёзды на небе убаюкивали и я заснул. Проснулся от дуновения ветерка.На востоке разгоралась заря,день обещал быть тёплым и солнечным.
Наконец над полем потянулись ниточки гусиных стай. Вот одна вереница снизилась, направляясь в мою сторону. В то же мгновение слуха моего коснулось разномастное гоготание.

Звуки нарастали, приближаясь всё ближе и заполняя собою всё окружающее пространство. И вот они,живые гуси, как сгустки энергии, со всех сторон накрыли мою снежницу. Вскидываю ружьё в ближайших, хлёсткий дуплет разрывает воздух.Смешение гусей, огромным клубком уходящих в небо,гомон испуганной стаи. На воде бьют крыльями три гуся.Подбираю их, теперь маскировка ни к чему,гуси меня уже обнаружили. Это гуменники. У одного из них на ноге кольцо.Первый раз добываю окольцованную птицу. Взошедшее солнце заиграло красками в воде снежницы. Иду на стан.

Каждый день я ходил под утро в скрадок, караулил гусей. Лишь дважды улыбнулась мне после этого удача.В конце недели никто ко мне не приехал.Потом оказалось, что ребята перепутали дороги в степи и заблудились.Следующая неделя началась сильным ливнем, который продолжался почти двое суток. Мы с Атосом не вылезали из-под тента.Воздух весь был пропитан водяной пылью. Хорошо, что я предусмотрительно взял с собой плащ-палатку.

Утро третьего дня выдалось погожим.Кругом щебетали разные птахи, напротив стана берег лимана зеленел вылезшей после дождя травкой. Стало явно теплее.
Над горизонтом повисла радуга, от земли шли испарения. Птицы стало явно в разы меньше.Видимо осталась только местная, гнездящаяся, а пролётная ушла дальше на север. На снежницу гуси больше не прилетали,пришлось снимать профиля и переключиться на селезней. Атос умудрился порезать подушечку лапы брошенной кем-то в степи консервной банкой. Пришлось постоянно забинтовывать лапу.

Утро перед отъездом.Сижу за столом, ем не до конца прожаренного гуся. Слышу гусиный гомон над головой. Хватаю ружьё, успеваю вставить только один патрон в верхний ствол, захлопываю его и только после этого смотрю вверх. Растянувшись идеальным треугольником надо мной, на высоте каких-нибудь тридцати метров, летят штук двадцать серых гусей. Пропускаю через себя, стреляю, прицелившись под первую птицу.Гусь грузным комом валится на границе камышей и берега. Атос, забыв про пораненную лапу, уже тащит его из воды.Вот это подарок на прощание!!! Укладываю вещи в машину и в путь.Вот и промчались две недели счастья.

doctor308 20.12.2012 — 02:54

Здорово!Всю свою охотничью жизнь мечтаю о такой вот вылазке,но преподавательская деятельность предполагает отпуск только в летнее время,так что охота ограничивается 2-3 днями.Вот кстати о гусях.
Как-то так получилось по жизни,что самые запоминающиеся и добычливые охоты пришлись на период девяностых-нулевых.Наверное,были мы помоложе,полегче на подъем,да и дичи было не в пример больше,а добраться до нее было посложнее.Как в фильме «Начальник Чукотки»-дорога будет-песец не будет.
Где-то в 92-м,под ноябрьские,заехал ко мне на работу приятель-охотник Николай,заглянул в кабинет и по его сияющей физиономии я сразу понял:новость он привез важную и хорошую.-Серега,на залив гусь пришел!Ты как? Как я?Впереди 3 не то 4 свободных дня,гусь долго не задержится,чего тут рассуждать!Собирай братву!
Аграханский залив,вернее,южная его часть,представляющая из себя огромное практически ныне замкнутое мелеющее озеро,в то время был еще «на подъеме»и служил местом отдыха несметному количеству водоплавающих,в том числе н гусю.Охотиться приходилось,выходя на лодках,грести далеко,комфортной такую охоту не назовешь,но то,что было в этот раз,превзошло все ожидания.Собрав команду человек 6,выехали в обед и через пару часов были уже на берегу залива,почти рядом с селом Новая Коса.Рекогносцировка показала,что гуся много,кормится на зеленке в пределах видимости и время от времени летает табунками по 20-30 голов на воду.И так целый день.Но поскольку берег в этом месте порос кустами гребенчука,а сам залив по всему периметру окружен 3-4 метровым тростником,гусь задирается метров на 40,а снижается уже над водой,вне досягаемости.Решено было замаскироваться в линию в гребенчуке прямо перед камышом и встречать гуся на штык,чтоб в камыш или за него непадал.Так и сделали.Никогда,ни до,ни после не было у меня более комфортной охоты на гуся:сидишь в кустах на стульчике,в бинокль наблюдаешь,когда очередная партия гусей поднимется с зеленей и подет на залив.Можно было даже перемещаться под стаю,пока они пдлетали.Сижу,курю,Джерик рядом.Слово-гуси- он усвоил сразу и задирал морду в небо,как только я его произносил,следя за надвигающимся табуном.
Ну вот и первая партия,идут спокойно,переговариваются,а руки вспотели:на меня давай,на меня!А они и так на меня.Но всегда же найдется чудак на известную букву,решивший,что к нему гуси ближе всех,нашелся и в этот раз.Грохнул бесполезный дуплет и тут такое началось!Из-за наших спин с воды поднялись сотни гусей и понеслись в нашу сторону на высоте 4-5 метров.Загрохотали ружья,но пропуделяли все-никто не ожидал,что гусь пойдет на берег,а не в залив.Стрелок N 1 получил,конечно,что ему полагалось,и опять все сначала.Как ни странно,поведение гуся не изменилось и через какие-то полчаса очередной табун пошел на залив.Он шел широкой колеблящейся лентой и было видно,что накроет почти всех стрелков.-Джерик,гуси!-и снова пес уставился в небо,следя за птицами.Ближе,ближе…Все!Не вставая со стула,стреляю дуплетом и пара гусей начинает рсходиться в стороны,снижаясь.Дичь уходит!Ясно,что оба подранки,высоковато для чистого выстрела.Джерик рванул вперед и начал оплясывать ближнего до моего подхода.Таким же макаром нашли и взяли второго.Как отстрелялись остальные,не видел,не до того было.И снова по местам.Следующая партия накрыла точно так же:дуплет,пара.Теперь вижу,что и у соседей есть трофеи

vetdoctor 20.12.2012 — 14:39

мечтаю о такой вот вылазке,но преподавательская деятельность предполагает отпуск только в летнее время,

А я уже двенадцать лет как перебрался из ВУЗа в НИИ и балдею,беря отпуска осенью. А в период, указанный в рассказе про весеннюю охоту, я трудился на поприще бизнеса,поэтому имел возможность иногда делать себе такие маленькие подарки в виде поездок на охоту на длительный период.

vetdoctor 20.12.2012 — 15:17

В чистом поле ветер воет
Снег позёмкою метёт
Землю белым всю укроет
Скоро Новый год придёт

И в лесу протяжно,звонко
Зазвучит собачий лай
Перехватим зайца тонко
Только нам удачи дай

И на выстрел тот подвалит
Весь безудержный гонец
И всегда его похвалит
Отстрелявшийся юнец

В-общем,будет всем охота
Днём морозным быть в лесу
И возможно у болота
Всё,ж подстрелим мы лису

А потом у тёплой печки
Будем дружно мы сидеть
И от радости,беспечно
Станем вместе песни петь…

doctor308 20.12.2012 — 20:32

Отключение света не позволило закончить гусиное повествование,так что позволю себе продолжить сегодня.
Налеты гусей продолжались до вечера,не каждый удачно,конечно,тем более что для меня стрельба на штык самая проблематичная,но это уж кому как.Тем не менее,рядом со мной уже лежала внушительная кучка из семи птиц.Вот очередной налет,дуплет,и восьмой шлепается на траву.Идем подбирать,а когда возвращаемся,гусей уже шесть.Один удрал таки,очухался.Шарим по соседним кустам:Джерик,ищи!Песик покрутился носом в землю и начал ломиться в камыш.Куда там!Бамбук!Но терьеры сделаны из железа и проволоки,так что он скоро скрылся из виду.По треску и возне я понял,что гуся он достал,но,понятное дело,выволочь не сможет:мелковата собачка.Пришлось лезть.С трудом продрался,набрал сапоги,но гуся все-таки вытащили.Пока выбрался на берег,стемнело,и тут вижу параллельно берегу летит одиночка,вскидываю ружье-есть девятый!Собрались к машинам,у всех по доброй связке серых,все взахлеб рассказывают,на кого и как налетали,кто и как сбивал или мазал…Продолжался этот праздник еще два дня,потом гусь с залива ушел,но все участники той охоты признают,что ничего подобного им переживать не приходилось

vetdoctor 21.12.2012 — 13:26

В N1 за 2013 год «Охота и рыбалка 21-й век» опубликован мой рассказ «О чём могло бы рассказать мне ружьё» под новым редакционным названием «Воспоминания о «Дефурни»».Приятного прочтения.

doctor308 21.12.2012 — 18:38

Принято,будем искать!

vetdoctor 26.12.2012 — 16:04

БЕСПОКОЙСТВО.

Осень 1983 года.Ноябрь месяц.Мы с отцом сидим у костра, расположенного между большими песчаными холмами,закрывающими наш стан от ветра. У нас впереди неделя, поскольку на носу ноябрьские праздники. Эта поездка на остров Голодный планировалась нами очень давно,но всё решилось буквально за три дня до праздников. На моей старенькой «Казанке» мы не решились переваливать Волгу в волну,хотя и привезли её на прицепе за УАЗиком.

Рыбаки перевезли нас на большой дощатой «гулянке»,обещая приехать через шесть дней.В этот же день за нами должен приехать и уехавший водитель Валерий Николаевич.До нашего, Саратовского берега двенадцать километров Волгоградского водохранилища.Март уже спит в палатке, укрытый старенькой телогрейкой.Мы с папой тоже в телогрейках, поскольку ночь обещает быть морозной.

-Тебя на утрянку будить?-спрашивает меня отец.-Ты же знаешь, я «сова»-отвечаю я ему на вопрос.-Лучше потом по куропаткам пройдёмся, да уток с подхода поищем.-Ну тогда я пошёл спать к Мартышке, а ты сиди у костра,ты же неугомонный, звёзды да огонь боишься пропустить-со смехом отвечает мне папа и согнувшись пополам, исчезает в палатке. Я сижу,неотрывно глядя на костёр.Каждый раз поражаюсь этому ночному таинству,когда огонь кажется живым, искрами улетая в звёздное небо. Начинаю потихоньку погружаться в полудрёму,согреваемый теплом.

Через некоторое время мною начинает овладевать какое-то беспричинное беспокойство.Мне кажется, что кто-то смотрит на меня из темноты.Потом со стороны залива раздаются звуки тяжёлых шагов. -Кабаны-мелькает мысль. Пододвигаю поближе к себе верный ИЖ, вкладыаю в стволы волчью картечь и не закрывая ружья, кладу его на пенёк с таким расчётом, чтобы стволы не касались песка. Отец с собакой вовсю на пару храпят в палатке, а меня посещают всякие нехорошие мысли о присутствии рядом кабанов или волков.

На востоке уже начинает светлеть.Закрываю ружьё и иду посмотреть следы за кустами. И тут же топот убегающего зверя.Следы большие, но разглядеть в сумерках ничего нельзя. Наконец веки мои слипаются и я залезаю в палатку.Отец бодрым голосом зовёт собаку и с ружьём растворяется в предрассветной дымке. Я тут же проваливаюсь в глубокий сон.

Как мне показалось, уже через минуту отец будил меня, а Март лез лизаться в лицо.-Вставай, полуночник,сейчас чайку попьём и на охоту пойдём. За завтраком я рассказал папе о своих ночных страхах.Он расхохотался. -Да это коровы, их тут на всё лето и осень до ледостава на выпас оставляют, а перед ледоставом приходит баржа, которая отвозит их на мясокомбинат-с улыбкой во всё лицо поведал он мне такое простое объяснение моего нешуточного ночного беспокойства.

Охота проходила успешно.Мы совмещали её с блеснением щук,поэтому время нашего отдыха пролетело незаметно. И уже никакие ночные звуки не причиняли мне никакого беспокойства. В назначенный день за нами пришла лодка и мы покинули остров с дичью, по которому совершенно спокойно разгуливает стадо коров. Позже, спустя несколько лет, ввиду распада государственного сельского хозяйства и упадка животноводства,выпас коров на острове прекратился.

hunterDLL 01.01.2013 — 14:56

Игорь,с наступившем тебя!!!!!!!!!!!!Здоровья тебе желаю,а остальное купить можно.Пиши ещё,жду твоих рассказов !!!!!!!!!!!!

——————
Кто ночью спит,тот днем голодный.

i_itiro 03.01.2013 — 08:01

Игорь, а остров «Голодный» это где?

vetdoctor 10.01.2013 — 13:50

Игорь, а остров «Голодный» это где?

Напротив Нижней Банновки с правого берега и чуть выше Черебаева на левом берегу Волги.

i_itiro 11.01.2013 — 10:08

…объяснил… так это почти Волгоградская область уже, получается?

vetdoctor 15.01.2013 — 14:06

НЕПОПРАВИМОЕ.

Когда-то очень давно, в восьмидесятых годах теперь уже прошедшего столетия,многие легашатники,державшие континенталов,стали усиленно использовать своих питомцев на облавных охотах по копытным. Не стал исключением и мой друг Павел. Его красавица, курцхаарша Лада много сезонов доставляла ему истинное удовольствие в лесу, в полях, на болотах. Среди наших тогдашних собак никакая не могла сравниться с Ладой по добычливости на утиных охотах.Никакой подранок не мог уйти от этой славной собачки.

Если мы стояли на утином перелёте, то Лада умудрялась обслуживать сразу всех стрелков.У неё не было «осечек». Много сезонов мы с Павлом с двумя собаками охотились по вальдшнепу в пригородных лесах.Лада всегда проявляла не только незаурядное чутьё, но и прекрасную смекалку.Она будто знала, где сидит лесной долгоносик. Контакт с хозяином был безукоризненным,они с Павлом с полувзгляда понимали друг друга.

И вот пришла новая мода-на кабаньих охотах использовать немецких легавых.
В тот злополучный день всё как-то сразу не заладилось.То машина опоздала к месту сбора,то егеря мы долго искали в угодьях, а когда наконец нашли,то оказалось, что нас объединяют ещё с одной бригадой охотников, у которых тоже была лицензия на кабана.

Мне сразу не понравились эти люди. Лощёные, в дорогих маскхалатах, у части из них боевые СКСы. Егерь пояснил нам, что это приехало местное милицейское начальство. Первый загон прошёл без подъёма зверя.Короткий обед, переезд на другое место.Павел вместе с егерем, взяв Ладу и егерскую лайку на поводки,остались ждать расстановки стрелков на входном кабаньем следу . Мы же в это время заехали вперёд по оврагу, по пути высаживая стрелков на номера.

Я встал в конце небольшой балочки,являющейся одним из отрожков большого оврага.Папа встал чуть дальше меня на дороге. Время мучительно потянулось. Я определился с сектором стрельбы и ждал, вслушиваясь в каждый шорох в лесу. Наконец раздался лай и крик егеря-кабан пошёл,держи-и второй крик-осторожней с собаками. В это время впереди меня раздалась автоматная очередь, после которой я услышал протяжный собачий визг. И всё стихло.

Через несколько минут мимо меня пронёсся секач, на ухе которого висела лайка егеря.Я пропустил этот тандем мимо без выстрела,боясь зацепить собаку. Отец тоже не стал стрелять.Вскоре лайка закружила кабана на одном месте. Отец побежал туда.Раздался выстрел.Лай смолк.-Кабан готов!-Закричал отец. В глубине загона раздались громкие голоса.Люди о чём-то ожесточённо спорили.

Когда закончился загон, я увидел медленно бредущего к машине Павла.Он был без шапки, по щекам его ручьём текли слёзы. -Убил Ладу, мент поганый-в сердцах ответил он мне на мой немой вопрос и истерично разрыдался.Оказывается,водитель милицейского полковника перепутал собаку со зверем и с перепугу всадил в Ладу автоматную очередь.Следующих своих собак Павел на копытных никогда не брал…

doctor308 16.01.2013 — 21:15

Упаси бог от охоты с мудаками,хоть с собаками,хоть без…

i_itiro 17.01.2013 — 08:46

Вот у##бок! Слов нет. Самому плакать хочется. Главное — «автоматная очередь»! Нет, я всегда знал, что наличие ментовских погон частенько добавляет мудаковатости.

Андрей Сергеевич 17.01.2013 — 09:10

Упаси бог от охоты с мудаками,хоть с собаками,хоть без…

+ 1000000

Андрей Сергеевич 20.01.2013 — 13:02

Пенякша.

Мой родной район Нижегородчины почти ровно пополам разделен Волгой. Правобережье — это почти сплошь поля и небольшие перелески, а вот левый берег совсем другой — начало средне-русской тайги, смешанные и хвойные леса, тянущиеся до горизонта. Там, километрах в сорока выше по Керженцу от знаменитого Макарьевского монастыря и находится Пенякша. В 60-х годах прошлого века это была очень большая деревня, где имелись школа, больница и два леспромхоза, говорят, что население тогда достигало восьми тысяч человек. Но лес вокруг потихоньку выбрали, а страшные пожары 1972-го довершили начатое людьми. Хотя стоит отдать должное и людям того времени — с пожарами боролись все и всеми возможными способами, а когда они закончились, стараниями школьников, учащихся техникумов и рабочих местных предприятий на месте пожарищ поднялись сосновые посадки. Жаль, что после 2010-го ничего подобного не происходит:
К описываемому мной 2004-му от Пенякши осталось три дома, в одном из которых жили лесник с женой, два других поддерживали в жилом состоянии охотники, еще был один маленький домик рядом с домом лесника. От других строений некогда огромной деревни не осталось и следа — лес поглотил все: Но этот молодой лес, поднявшийся после тех самых пожаров 1972-го изобиловал зайцем-беляком, глухарем, рябчиком, много было и лосей, медведей, часто встречалась рысь. Одним словом — это было настоящее охотничье Эльдорадо.
В эти благословенные места мы и собрались в середине октября. Чтобы успеть на последний пятничный паром я отпросился с работы, все необходимое было собрано накануне и мы с Флейтой устроились на лавочке около подъезда в ожидании Николая на его «буханке». Время шло, но Коли все не было, сотовым телефоном тогда он еще не обзавелся и я уже начал нервничать, чувствуя реальную перспективу опоздать на паром. Вскоре Николай все же подъехал и, видя мою готовность разразиться гневной тирадой, поспешил рассказать о пробитом колесе и куче проблем по его замене. Заезжаем еще за двумя членами нашей компании — моим другом Димкой и бывшим председателем районного общества охотников Юрием Александровичем, после чего благополучно успеваем на паром. Переправа на нем уже сама по себе доставляет немало удовольствия — широкая величественная Волга, белоснежные стены и золоченые купола древнего православного монастыря на ее берегу — какое еще зрелище может быть роднее сердцу русского человека?
В Макарьеве нас ждет еще одна «буханка» со старым охотником Афанасьичем и его сыном Александром. Не спеша катим по асфальту, потом спускаемся на лесную дорогу, 22 километра по ней и вот они — места обетованные! Останавливаемся у лесника, Александр Иванович хочет разместить нас в маленьком домике поблизости, но, видя с нами двух мальчишек — сыновей Николая, приглашает в свой дом. Чуть позже подъезжает со своим выжлецом брат колиной жены Владимир. Ну а дальше как обычно — стол, воспоминания о прошедших и надежды на будущие охоты.
Надо сказать, что накануне долго стояла сухая погода, что могло отразиться на работе гончих. Но утром, выйдя из дома, мы увидели, что небо затянуто низкими тучами, из которых беспрерывно сеет мелкий нудный дождь. Делать нечего, собираемся на охоту. Недалеко отъехав пускаем собак — колину Найду, Флейту и увязавшуюся с нами русскую пегую выжловку лесника. Не проходит и пяти минут, как лес оглашает яркая помычка. Подстраиваюсь под гон и вижу мелькающего в кустах еще не вылинявшего беляка. Дуплечу по зайцу и он скрывается в лесу. Не успеваю отойти от этого места, как слышу за спиной вполне закономерный вопрос Коли, с какой стати я раскидываюсь зайцами, и вижу его самого, выносящего моего беляка из кустов. Гон не утихает — мы не успеваем взять гонного зайца, как собаки встают на след одного из шумовых, которые разбегаются в разные стороны как тараканы. Но моя любимица не подваливает к матери, а играет неподалеку от меня с молодой колиной выжловкой, мои нервы не выдерживают и обе собаки получают по пинку. До сих пор не могу забыть, какими по-человеческими осуждающими глазами тогда посмотрела на меня Флейта:
После обеда гончей лесника поднадоело наше общество и она трусцой отправилась по дороге в сторону дома. Тут же я увидел Флейту, которая промчалась мимо меня по просеке и свернула в сторону гона матери. Через несколько мгновений раздался и ее голос. Как выяснилось позже — гоняла она только в одиночку или с Найдой, а если к ним подваливала другая собака, то Флейта уходила и поднимала «своего» зайца. Тем временем голоса собак раздавались все ближе, и я услышал грохнувший справа выстрел и сразу увидел мелькающего в частом подросте зайца. Благополучно мажу по нему, заяц уносится влево вдоль просеки, где свое веское слово говорит димкин ИЖ-58. Почти сразу по следу выходят собаки и получают по заслуженному пазанку. Радости моей нет предела — теперь на нашем счету есть и беляк! Тем временем дождь и не думал прекращаться, ни о каких мембранах мы тогда слыхом не слыхивали, а мои армейское х/б и свитер уже давно промокли. Решаем устроить привал. Афанасьич достает из своей машины все необходимое и скоро над костром уже висит котелок, где варится один из добытых зайцев. Подходит Димка с беляком в руке и заявляет, что «тройка» — отвратительная дробь, которая страшно разбивает зайца, поэтому впредь он будет стрелять только «пятеркой», как всегда и делал. У добытого Димой беляка действительно в боку обнаруживается сквозная дыра сантиметров пятнадцать в диаметре. На мой вопрос, далеко ли был заяц в момент выстрела, Дима уверенно заявляет: «Далеко!» и показывает на сосну до которой нет и десятка метров! Посмеявшись, подкрепившись и отдохнув, продолжаем охоту, снова в осеннем лесу звучат голоса собак, раздаются выстрелы и радостные крики «Дошел!».
К вечеру возвращаемся в дом и обнаруживаем, что вымокли буквально до трусов. Как хорошо, что печей целых две и места для просушки одежды всем хватает. Вечер, естественно, проходит за разговорами у стола, где наибольшее оживление вызывает история лесника о том, как летом, соскучившись по общению, он поставил на высоком берегу Керженца табличку «Свежее пиво» и нескончаемом потоке байдарочников, приходящих к нему за этим самым несуществующим пивом.
На следующий день снова охотимся под непрекращающимся дождем, собаки работают отлично и к обеду решаем отправляться в сторону дома, чтобы не опоздать на паром. Считаем добычу, и выясняется, что за два дня мы добыли одиннадцать зайцев, пять из которых посчастливилось подстрелить мне. Но радует даже не добыча, а то, что у меня растет замечательная гончая, которая благополучно освоила работу в новых для нее условиях. Прощаемся с друзьями и отправляемся домой. Снова под колеса ложится песок лесной дороги, асфальт и ребристый металл палубы парома. До свиданья, Пенякша, мы скоро вернемся!

vetdoctor 21.01.2013 — 14:29

Пенякша.

Душевный рассказик.Спасибо.

Андрей Сергеевич 21.01.2013 — 16:44

Душевный рассказик.Спасибо.

Отзыв мэтра наиболее приятен 😊 Будем стараться.

vetdoctor 22.01.2013 — 14:49

Память словно старый телевизор
Возвращает прошлое как явь
Как лекарства выдаёт провизор
Суть рецепта доктора поняв

И в экране этом жизнь помчится
Будет что-то грустно,что-то жаль
Серой тенью у флажков волчица
Пронесёт предсмертную печаль

И разбудит эхом громким выстрел
И уткнётся вражья морда в снег
И не станет больше воем литься
Страх собачий в сумраке Онег

И опять как на экране детство
Отразится в памяти как дым
Бой бежит за папой и кокетство
Взглядом выражает он своим

Я тонущего вижу в полынье Туза
И по щекам ползут скупые слёзы
Лишь в инее искрятся провода
Да всё трещат крещенские морозы…

бондарев 22.01.2013 — 18:42

Игорь где же продолжение стиха?

NeyroN 22.01.2013 — 21:43

Молодцы, порадовали рассказами, спасибо! Вот Доктор308 видимо вышел с больничного и писать нам ничего не хочет 😊 Ждем еще!

vetdoctor 23.01.2013 — 13:54

Игорь где же продолжение стиха?

Дима,главное в недосказанном. И больший формат-это уже не стихотворение, а поэма.Я такой задачи перед собой не ставлю.Поэтому, как пришло вдохновение, так и написал. А развивать тему до бесконечности ни к чему.Тогда больше и писать станет не о чем.Разве не так?

vetdoctor 23.01.2013 — 14:53

СОН.

Целый день мы пролазили по заснеженным перелескам,оврагам и заросшим камышами ерикам,да так и не заполевали вожделенного подсвинка,на которого нам была выписана лицензия. Уже в темноте подъехали мы к егерскому дому,над крыльцом которого светился большой,раскачиваемый ветром фонарь. Сняв мокрую одежду и повесив её сушиться возле печки, все сели ужинать за стол.Приняв за ужином по паре рюмок, разомлевшие от тепла,охотники разошлись по своим кроватям.

Укрывшись спальным мешком, я погрузился в сон. Снилось мне поле с желтеющими берёзками. Мы с Атосом идём по дороге, петляющей между перелесками.Впереди виднеется посадка из молодого сосняка. Мы направляемся туда. Подойдя к сосенкам,пускаю собаку в поиск. Тоша то показывается из сосняка, то опять ныряет в сосновый подрост.Время от времени его белая рубашка мелькает в просвете между деревьев.

Мы ищем чернышей, специально для этого приехав в соседнюю область,на северную её оконечность. Вот и стойка. Бегу по опушке, стараясь не споткнуться о песчаные наносы в междурядье. Захожу впереди и чуть левее стоящей на стойке собаки. -Вперёд!-кричу я громко от избытка чувств и кобель стремглав бросается по междурядью. Сразу же над сосенками взлетает очень крупный черныш. До него так близко, что я вижу блестящие бусинки глаз, направленные на побеспокоившую его собаку.

Отпускаю тетерева метров на двадцать, вкладываюсь, жму. Выстрел из Дефурни хлёстко тревожит окружающие перелески,эхом отражаясь от деревьев.Черныш сворачивается и теряя перья падает в небольшой овражек,разделяющий сосновый лесок на две почти равные половинки. Атос беззвучно скрывается в овражке, словно в омут нырнув вниз. Через некоторое время он появляется оттуда с петухом в зубах. Взгляд его сияет.Он как будто говорит мне:-хозяин, ты такой молодец, не подвёл меня в очередной раз.Я ведь так для тебя стараюсь.Я так тебя люблю!

Вторачиваю тетерева, укладывая его в сетку ягдташа. Раскрываю ружьё. Эжектор громко щёлкает, выбрасывая стреляную гильзу.Подбираю её, укладывая в патронташ.Не люблю сорить на природе,да и для перезарядки ещё может подойти вполне. Движемся дальше,полные надежд.У нас есть разрешение на отстрел ещё двух петухов. Обходим по периметру весь соснячок, но больше петухов здесь не обнаруживаем. Были ещё две стойки,но это старки,мы их не трогаем.

Переходим в мелкий осинник,»карандашник», как называют его у нас, на Саратовщине. Здесь длинная потяжка и стойка с другой стороны перелеска.Забегаю вокруг.Посылаю собаку и вижу взрыв охристых перьев.Но это не тетерев,это вальдшнеп. Стреляю через ветки без всякой надежды на успех, но кобель приносит мне битого долгоносика. Вот это удача! В это время года у нас вальдшнепа ещё нет, а здесь севернее,поэтому летит раньше. Сажусь с краю лесочка, ставлю ружьё к осинке и вешаю ягдташ на ветку, вынув птиц из сетки, и вывесив их на торока.

Любуюсь неповторимой картиной.Лежащий пойнтер,висящие черныш с вальдшнепом и прислонённое к дереву красивейшее ружьё. Жалею, что нет фотоаппарата,впрочем, как и всегда в такие моменты. Поднимаюсь и потихоньку бреду к домику егеря, у которого мы остановились.

-Вставайте,доктор,а то Вы всех кабанов проспите-голос егеря Василича возвращает меня к действительности.Действительно, пора завтракать и опять в крепи, на охоту за хрюшкой…

NeyroN 23.01.2013 — 15:37

Хороший СОН! А хрюшку-то взяли в тот день?
Спасибо за рассказ, Игорь, Вы как всегда молодец!

vetdoctor 24.01.2013 — 17:08

КАЖЕТСЯ ПОПАЛ…

С некоторых пор я никогда не езжу на охоту с не проверенными людьми. Как-то так сложилось, что с детства отец оберегал меня от случайных встреч с охотниками, чей азарт брал верх над осмотрительностью и осторожностью. Практически все люди,окружавшие нас,были очень серьёзными охотниками,не только сами безупречно выполнявшие требования техники безопасности при обращении с оружием, но и требовавшие такого же поведения от других.

И вот однажды в наш коллектив попал один случайный человек.Был он проверяющим на руководимом тогда папой заводе,поэтому отказать ему отец не решился из вежливости. Поскольку своего ружья у человека не было,отец дал ему МЦ-9, сам же взяв императорскую тулку 16 калибра. Таким образом,хоть меня и взяли на охоту, но я оказался без ружья. Охотиться предполагалось с гончими собаками в камышах замёрзшего степного пруда.

Я как всегда увязался «хвостиком» за папой, а другие участники охоты разошлись по засыпанным снегом заливчикам, таким образом заняв наиболее вероятные лазы гонного зверька. Зайцев в тот год народилось много. Молодые, по первому полю,русские гончие Мухтар и Агра, спущенные со сворки, быстро ушли в полаз. Воцарилась выжидающая тишина. Слышно было как шелестят камыши на ветру и хрустит снег под ищущими собаками.

Папа зарядил ружьё. Я занял позицию сзади него,поскольку у нас так было принято всегда. Наконец выжлец помкнул громким басом, к нему присоединилась выжловка, выводя визгливым фальцетом и гон закипел. Отец взвёл курки. Гон ушёл к дальним отрожкам пруда, на некоторое время смолк, но вскоре выправился и вновь закипел с новой силой. В сорока метрах от нас из камышей на чистое выскочил заяц и сел, прислушиваясь к голосам собак. Папа поднял ружьё.

В это время из камышей напротив нас раздался выстрел. По льду вокруг нас, в направлении зайца легла дорожка дроби. Заяц скрылся в камышах. -Куда стрелял?-прокричал отец.-Кажется попал-было ответом из камышей. -Пойдём сын подальше от этого стрелка-быстро сказал мне отец и мы перебежками продвинулись левее стрелка, ближе к линии гона.

На новом месте отец встал с краю камышей, возле ивового куста, напротив узкой перемычки между двух отрожков пруда. Вскоре гон опять приблизился к нам и заяц выскочил как раз на перемычку.Грянул выстрел,раздался крик:-дошёл!!! И вот уже отец отрезает пазанки, кидая их подвалившим собакам.

После обеда разыгралась метель и пришлось снимать собак с гона, уезжая домой. Когда проверяющий уехал в гостиницу, мы стали раздеваться. -Ничего себе, попал!-Вдруг произнёс папа. Всё голенище его новеньких кирзовых сапог представляли из себя сплошное решето от дроби.Только чудом дробь не попала в голень или икру отцу. В следующие разы никаких посторонних людей, не имеющих охотничьего билета,отец с собой на охоту не брал,независимо от их должностей и ранга.

Piligrimus 26.01.2013 — 15:30

Единомышленникам привет!
У меня годовалый дратхаар Джерик. Любит, сукин сын, хурму.
Недавно жена оставила на столе вазу с фруктами: внизу — хурма, сверху — яблоки, и на самом верху — бананы.
Вернулась, и что? Яблоки в вазе, сверху бананы, как будто ничего не тронуто. Но хурмы-то под ними уже нет!!!!!!!!!!!! Джерик слопал хурму и аккуратно сложил всё » как было» 😊)

——————
Старый конь борозды не портит. Портит, скотина, всё остальное 😊)

vetdoctor 30.01.2013 — 15:54

УДИВИТЕЛЬНОЕ РЯДОМ…

«…Мы откроем детям правду
Им же ведь не всё равно
Удивительное рядом
Но нам оно запрещено…»-слышу знакомый куплет из песенки Высоцкого про сумасшедший дом и выключаю магнитофон. Март смотрит мне в глаза,нетерпеливо поскуливая. Одеваю на кобеля ошейник,пристёгиваю длинный поводок и спускаюсь вниз на лифте. Выходим из подъезда, направляясь в ближайший скверик. Март задирает лапу на ближайшее дерево,но почему-то так и застывает с высоко поднятой задней лапой. Морда его обращена вперёд, к растущим там кустам, в виде «живой изгороди». Странно-думаю я,-на кого такая неожиданная стойка в центре города?

Посылаю собаку и Март начинает тянуть к кустам.Не доходя до них метров десять он застывает в классической стойке. По следующей команде он бросается под куст и оттуда свечкой поднимается…вальдшнеп.Я не верю своим глазам,но факт очевидный. Вальдшнеп пришёл. Обрадованный этим, быстренько даю собаке прогуляться и спешу домой.Вынимаю два патронташа с патронами, заряженными в металлические гильзы. Достаю ягдташ,рюкзак,складываю «императорскую» тулку в чехол и иду на кухню ставить чайник.

Наполняю термос чаем, готовлю пару бутербродов с салом, два варёных в «крутую» яйца и складываю всё это в рюкзак. На циферблате уже одиннадцать часов.Ближайшая электричка в наши заветные места через сорок минут.Бегом бежим до вокзала, еле успеваем к пригородным кассам.Ну вот наконец мы и в вагоне. За окном мелькают багряно-жёлтые перелески,колёса отстукивают свой обычный ритм,да время от времени проносятся придорожные столбы.

-Однако, за вальдшнепишкой собрались, молодой человек?-Отвлекает меня от созерцаия природы чей-то голос. Оборачиваюсь и вижу знакомого пожилого охотника. В ногах его кофейно-пегая сука пойнтера. Здороваемся.Оказывается, тот тоже едет на охоту, но сходит на остановку раньше нас с Мартышкой.
-«Лебо» десятого калибра не хотите у меня купить?-Задаёт он мне вопрос перед своей остановкой. -Зачем мне такая «гаубица»?-Отшучиваюсь я. Вот и их остановка.Через стекло вагона видно, как жена старика поправляет ему кашне.
Электричка трогается. Вижу, как старики помахали мне вслед руками и пошли в лес.

Вот и приходит наш черёд сходить. Отойдя от станции метров на двести, развязываю лямки рюкзака.Достаю патронташ, ягдташ,складываю ружьё. Наконец пускаю собаку в поиск. В то время там ещё не было такого огромного количества дач, как сейчас.В лесу редкие грибники. Март ищет в акациях по обе стороны лесной дороги.Путь наш идёт на вырубку.Там в мелочах молодого клёна мы обычно и находили вальдшнепов. Вот и вырубка.Не доходя до неё несколько метров Март становится, как бы наткнувшись на невидимую преграду.

Спокойно взвожу курки, захожу чуть сбоку собаки и посылаю. Быстрый бросок в кусты и из поросли клёна «рвётся» вверх крупный вальдшнеп. Он пролетает прямо над моей головой и я успеваю разглядеть его длинный клюв и полосатую грудку. Пропускаю птицу через себя и стреляю в угон. Тулка гулко звучит над вырубкой,рождая эхо.В куче плывущих над полянкой рыжих перьев вальдшнеп падает в кусты. Пока я спускаю второй курок и открываю ружьё, мой ушастый друг уже приносит мне наш первый трофей.

Вальдшнепов оказалось достаточно много. Обойдя вырубку по периметру, я расстрелял весь взятый с собой патронташ. В сетке ягдташа и на тороках у нас было одиннадцать птиц. Выхожу на полянку,знакомую с детства.Возле большого дубового пенька лежит выброшенная кем-то покрышка от автомобиля «москвич». Сажусь на неё, вешаю ягдташ на ближайшее дерево, прислоняю к нему ружьё. Выкладываю нехитрую еду на пенёк и приступаю к трапезе.Кое-что перепадает и кобелю.-Заслужил Мартышка, молодец-говорю я ему и глажу бархатную красивую голову. В ответ он фыркает и лижет меня в лицо.

Пора назад, на станцию. Сложившись и взяв собаку на поводок, иду по петляющей между зарослями лесной дороге. Слышу нарастающий топот.Вижу, как впереди дорогу пересекает семейство лосей.Впереди огромный бык с большими лопатами рогов. Вот и станция. -Юноша, грибочков себе не возьмёте-маленькая сухонькая старушка протягивает мне пакет с подосиновиками и белыми. -Сколько стоит?-Спрашиваю в ответ.-Да ничего не надо, просто слишком много набрала, возиться не хочется-отвечает она. Благодарю добрую старушку и укладываю пакет с грибами в рюкзак.Предлагаю ей взамен вальдшнепов, но она отказывается. Вот и электричка.Садимся на широкую деревянную скамью. Трогаемся. Какой же удивительный был сегодня день! А в ушах звучит-«Удивительное рядом,но нам оно запрещено» Нет,никто не сможет запретить нам ездить на охоту.А что может быть удивительнее?

Андрей Сергеевич 30.01.2013 — 16:52

Нет,никто не сможет запретить нам ездить на охоту.А что может быть удивительнее?

Полностью согласен!!!

чинг 30.01.2013 — 18:22

Док, молодец, порадовал.

vetdoctor 31.01.2013 — 15:16

КОГДА ОЧЕНЬ ХОЧЕТСЯ.

Поездка с как-то сразу не состоялась.Сначала были долгие переговоры с моим тогдашним заведующим кафедрой,который из вредности никак не хотел давать мне пять дней отпуска за свой счёт. Затем мои друзья уехали на охоту без меня. Потом нам задержали зарплату.И вдобавок ко всему, весенний паводок разрушил дорогу и автобусное сообщение со многими степными районами было потеряно. Я впал в депрессию,заливая обиду на судьбу традиционным русским напитком.

Но всё же желание поехать заставило меня искать другие возможности. К счастью для меня, вредный заведующий в это время уехал на симпозиум в Ленинград, а кафедру временно возглавил сочувствующий мне доцент. Итак, вопрос об отпуске за свой счёт был решён положительно. Оставалось только решить, в какие угодья ехать и на чём. Ну и тут, как волшебная палочка, оказалось, что два моих студента едут на машине родителей в один из правобережных районов, как раз в ту деревню, где жил в то время мой знакомый охотник Алексей.

Довольно быстро собравшись, я вынес вещи во двор и присел на лавочку возле подъезда.Вокруг щебетали птахи,от луж,согреваемых весенним солнцем, валил пар, а в окнах отражались солнечные «зайчики». Март всё время вопросительно посматривал на меня и вилял прутом, иногда очень больно стегая им по моей ноге.

Вокруг нас собралась ватага ребятишек, активно обсуждавшая породу моей собаки. Наконец один из них осмелился спросить:-дяденька, а это маленький дог или большой долматинец? -Это пойнтер-ответил я. -А она охотничья?-Было вторым вопросом.-Конечно да-ответил я и встал, увидев въезжающую во двор машину. Быстро погрузившись, мы отправились в путь.

Вот и знакомая деревня, спрятанная среди лесистых холмов. Прощаемся с ребятами, договорившись о встрече через неделю. -Никак Гошка приехал?-Полу обрадованно-полувопросительно раздался из-за забора Лёшкин бас.
-Да я это, не сомневайся,бешеной собаке семь вёрст-не крюк-ответил ему я.Мы обнялись.

За обедом выяснилось, что за путёвкой придётся теперь ехать не к местному егерю, а в райцентр, в охотобщество. -Ну ничего, сегодня тогда на тягу не пойдём, а завтра мой сосед съездит в райцентр и привезёт тебе путёвку-успокоил меня Алексей,добавив-пойдём за стол, уже жена накрыла поляну. Дети его уехали в город учиться, поэтому нам с Мартом отвели целую комнату,где мы и обосновались не без удовольствия.

Полдня я провёл в созерцании в бинокль ближайшего пруда, над которым то и дело кружили селезни. За этим занятием меня и застал приехавший с путёвкой для меня сосед. -Гони ещё рубль-скороговоркой на ходу произнёс он-пришлось за отработку в нашем районе заплатить-прояснил он ситуацию. Я безропотно отдал ему рубль, в благодарность предложив выпить водки.Тот с радостью согласился и мы прекрасно пообедали с беленькой под солёные огурчики и щи с деревенской сметаной.

После обеда я лёг спать. Проснувшись перед зорькой, стал проверять оружие с амуницией. Алексей уже подогнал машину.Мы погрузились и выехали со двора.Проехав больше километра от деревни по лесу, Лёша выгрузил меня на поляне, по краю которой тёк ручей и росла большая ольха.-Стой здесь,а я подальше проеду-сказал он мне и уехал. Мы с кобелём выбрали местечко прямо под ольхой.Отсюда открывался прекрасный обзор. Солнце потихоньку опустилось ниже деревьев,затем стали надвигаться сумерки. Ручей негромко журчал свою песенку, птички запели вовсю.

Завороженный засыпающей природой, я задумался о вечном.Вот так наверное и много веков назад мои предки караулили мамонта на тропе.
ХХХОООРРР-ХОР-раздалось где-то впереди.Боже!Я ведь ещё ружьё не зарядил, мечтатель этакий.Быстро открываю ИЖа, успеваю вложить только один патрон и вижу летящего над ручьём вальдшнепа. Закрываю ружьё, вскидываю его в направлении птицы.Вальдшнеп заметив моё резкое движение, отворачивает в сторону.Жму. Огонь…И ничего не падает. Лишь в отдалении раздаётся: ХР-ХОР,ХЫР-ХОР. Успокаиваюсь, перезаряжаю ружьё.

Вот ещё один летит как по ниточке и хоркает. Спокойно ловлю силуэт долгоносика на планку.Жму, вижу падение. Вальдшнеп падает в ручей и Марту приходится плыть за ним по течению.Наконец кобель приходит с вальдшнепом в зубах. Становится совсем темно.Вдруг прямо над головой:
-жвяк,жвяк. Прямо над ручьём летит кряковой селезень, сигнализируя о своём появлении. Стреляю и крякаш гулко бьётся о берег, падая в пяти шагах от меня. Март тут же несёт и эту нашу добычу.

Со стороны Алексея время от времени слышны одиночные выстрелы.Вскоре я вижу приближающиеся фары его машины.-Поедем, пусть Мартышка поищет.Я там пять штук сбил и ни одного не нашёл-быстро произносит он.Глаза его горят азартом. Садимся на машину, проезжаем ещё метров четыреста вдоль ручья и подъезжаем к опушке большого высокоствольного леса.-Вот здесь я стоял-говорит он.В это время Март уже несёт одного из сбитых вальдшнепов. За пять минут собака находит всех птиц, которых Алексей искал не менее получаса.

Утром мы уже сидим в скрадках с подсадными утками,плавающими перед нами в пруду.Со стороны деревни слышно, как обиженно скулит Март, которого заперли в прихожей.Вскоре он успокаивается и замолкает. Всходит солнце. Вода заблестела отражением небес. Мои утки чистят перья и пока молчат.Слышу свист крыльев и интенсивное «жвяканье». Утки сразу же стали рваться с ногавок и истошно кричать:-АХХХАХХААХХАХА.
Селезень не выдерживает такого страстного призыва и камнем падает в воду в десяти метрах от уток.Он быстро плывёт к уткам.Чтобы пресечь нежелательные действия, я приподнимаюсь в скрадке.

Зеленоголовый красавец взмывает вверх.Когда он останавливается в «мёртвой» точке, чтобы перейти в горизонтальный полёт,я стреляю.
Подняв кучу брызг, селезень валится в воду, но туда, где густые тростники.Просидев ещё час и взяв подманенного подсадными селезня широконоски, я вынул уток,посадив их в специальные ящики. -Ну что, с полем-это Алексей приветствует меня из машины.-Лёха, привези кобеля пожалуйста, у меня селезень в дальние камыши упал-прошу я его.

Через десять минут мой ушастый друг уже нёс мне крякаша,подмяв перед этим под себя камыш, как пушинку.-Мощный кобель-с восторгом отозвался о нём Лёша.Я и сам очень рад своей собаке. Неделя пролетела как один день.Мы не жадничали.Пару селезнишек за утро, два-три вальдшнепа за вечер.Прекрасная весна. А ведь всего этого могло и не случиться,если бы этого так не хотелось…

farik0104 31.01.2013 — 16:35

Игорь, спасибо! Как всегда отличные рассказы… Как сам побывал на охоте.

i_itiro 04.02.2013 — 18:09

Разрушение стереотипов или как я помогал эксперту.
Признаюсь честно, до недавнего времени, охоту я воспринимал крайне примитивно. То есть разум мой осторожно подсказывал, что все не так просто, но в подсознании рисовалась некая смесь из Тургеневских «Записок охотника» и серии фильмов «Особенности национальной охоты». Охотника я воспринимал как весельчака-пьяницу, палящего во-все стороны, но при этом никогда никого не калечащего (в том числе дичь). А охота мне казалась своего рода увеселительной прогулкой… Так было до той поры, пока я не познакомился с замечательным человеком Игорем, широко известным местной публике как vetdoktor.
Рассказ мой будет не полным, если я не опишу момент нашего знакомства. Дело было так: однажды зимой 2009 года я решил выпить, для чего отправился в соседний магазин за перцовой настойкой. Приобретя означенный продукт, я понял, что идти до дому мне целых 50 метров, а я трезвый! После чего подошел к стойке с кубанскими винами и взял стаканчик «шардоне». Смеркалось. Стоявший рядом мужчина с усами Почтальона Печкина и грустными глазами вежливо поинтересовался качеством приобретенного мною напитка и получив исчерпывающий ответ, следом получил предложение попробовать одно из стоявших на полке вин. Если честно, то я противник подобного рода случайного собутыльничанья. Часто в наше время это печально заканчивается, да и мало интересно на самом деле. Но тут я почувствовал некую гармонию, исходящую от моего собеседника… Ответив согласием и последующим предложением о дегустации другого сорта, мужчина (а это был Игорь, как вы догадались) завел разговор об охоте, боксе, карате и прочих приятных для
мужского уха вещах. Мы нашли с ним несколько общих знакомых, что окончательно в тот вечер нас сблизило и мы обменявшись телефонами стали с той поры друзьями.
Игорь всегда охотно много и вкусно рассказывает про охоту. В этом убедились все его читатели. И вот однажды свершилось: летом прошлого года его пригласили в качестве эксперта в Тюнежское охотхозяйство. Официальный отчет об этом событии есть в соседней ветке, я же расскажу о событии с точки зрения дилетанта.
Сама поездка из Саратова в Тульскую губернию заняла несколько часов, ничем примечательным не отметилась, за что и Слава Богу. По приезду мы немножечко заплутали в проселочных дорогах и дачных участках, впрочем вопрос сей решили благополучно, позвонив организатору охоты Диме, который радушно встречал нас уже через несколько минут. Встречал нас не только он. Помимо организатора соревнований, егеря охотхозяйства и еще нескольких человек, присутствовали их собаки. Портос Игоря был отпущен на волю, где сразу начал знакомится со своими четвероногими собратьями, а нас пригласили к столу для легкого завтрака. Тут же к нам присоединилась Димина лабрадориха Юта. Оглядев собравшихся грустными глазами и выбрав из всех почему-то именно меня стала активно изображать из себя голодную несчастную собачку. Далее произошло необъяснимое — зная, что чужих собак кормить нельзя, я тем не менее, лишился большей части своей еды. Нет, понимать то я это понимал, но вот руки мои вели себя независимо то гладя шерстку «несчастного песика», то скармливая ему мой паек. Песик не возражал.
— Ты попал — сказал мне Дима — теперь будешь кормить её пока не уедешь. Юта согласно кивала. Забегая вперед, скажу, что опасения оказались напрасными. Неприятная неожиданность пришла с другой стороны…
«Собака эксперта-самая несчастная собака на таких мероприятиях», не раз доводилось слышать мне от Игоря. И в самом деле — все в поле, а ты сиди один в машине и скучай. Ни тебе с коллегами пообщаться, ни мастерство свое
показать. Хозяин занят другими, как это не обидно. В нашем случае машина еще и весьма сильно нагревалась. Игорь попросил меня остаться в лагере и периодически выпускать Портоса, давая ему побегать, попить воды, ну и т. д., на что я естественно согласился. А вот Портос решил, что главный теперь он и когда я подошел к машине начальственно зарычал на меня. «Охраняет, молодец какой», подумал я и решив, что дальше рыка дело не пойдет, беспечно полез в наше средство передвижения. Зря. Отпрыгнув на метр и потирая пребольно цапнутую хитрожопым зарвавшимся породистым скотом руку я машинально произнес короткую, но эмоционально насыщенную тираду, которую дословно приводить в приличном обществе не стоит ни в коем случае. Портоса я все-таки несколько раз выпускал побегать, причем последующие разы обошлись без эксцессов. Видимо засранец решил, что свой долг он выполнил, одного раза с меня хватит и совесть его перед хозяином чиста.
Вскоре пришел Игорь, которому я не преминул наябедничать, мы посмеялись, поужинали и легли спать…
продолжние следует

i_itiro 04.02.2013 — 18:32

странно сегодня сайт работает

NeyroN 04.02.2013 — 18:35

i_itiro
продолжние следует

Ждем с нетерпением 😛

Катейка 04.02.2013 — 18:46

Я до шуток не охотник ,
Что скажу, скажу всерьез.
Шел по улице охотник,
На базар добычу нес.
Рядом весело бежали
Псы его, которых звали:
Караул, Пожар, Дружок,
Чемодан и Пирожок,
Рыже-огненный Кидай
И огромный Угадай.
Вдруг из рыночных ворот
К ним навстречу вышел кот.
Угадай взмахнул хвостом
И помчался за котом.
И за ним Пожар, Дружок
Чемодан и Пирожок.
Наш охотник осерчал,
Во все горло закричал:
Караул! Дружок! Пожар!
Всполошился весь базар.
А охотник не молчит,
Он себе одно кричит:
Ой, Пожар! Ко мне, сюда!
Люди поняли беда!
Поднялась такая давка,
Что сломали два прилавка.
Где уж тут собак найти,
Дай бог ноги унести!
Опечалился охотник:
Я теперь плохой работник.
Мне ни белки не подбить,
Ни лисицы не добыть.
Час прошел,
Другой прошел,
Он в милицию пришел:
У меня, друзья, пропажа.
То ли случай, то ли кража.
У меня пропал Дружок,
Чемодан и Пирожок.
Старший выслушал его,
Но не понял ничего.
Не мелите что попало.
Повторите: что пропало?
Чемодан, Дружок, Кидай.
А еще что?
Угадай!
Капитан, нахмурив брови,
Рассердился, закричал:
Я училище в Тамбове
Не для этого кончал,
Чтоб загадочки гадать,
Чемоданчики кидать!
Не умею и не стану,
Не за тем поставлен здесь.
Но вернемся к чемодану…
У него приметы есть?
Шерсть густая,
Хвост крючком.
Ходит он чуть-чуть бочком.
Любит макароны с мясом,
Обожает колбасу,
Лает дискантом и басом
И натаскан на лису.
Чемодан?
Да, Чемодан.
Поразился капитан.
Что касается Дружка,
Он чуть больше Пирожка.
Подает знакомым лапу,
На соседей не рычит.
Тут дежурный рухнул на пол,
А потом как закричит:
Я запутался в дружках,
чемоданах, пирожках!
Вы зачем сюда пришли?
Или вы с ума сошли?!
А еще пропал Пожар
Тот, который убежал!
Отвяжитесь, гражданин.
Позвоните ноль-один!
Ох, боюсь я, как бы, часом,
Сам я не залаял басом!
Наш охотник загрустил,
Очи долу опустил.
Грустный после разговора
Он выходит на крыльцо.
Перед ним собачья свора:
Все любимцы налицо.
Чемодан залаял басом,
Лапу протянул Дружок,
Заскакали с переплясом
Угадай и Пирожок.
Я до шуток не охотник
И рассказ закончу так:
Если ты, дружок, охотник.
Думай, как назвать собак!

i_itiro 04.02.2013 — 19:12

Отличная басня!

NeyroN 04.02.2013 — 20:04

Супер!

vetdoctor 05.02.2013 — 15:46

Катейка,спасибо! Великолепная басня.А кто автор?

Катейка 05.02.2013 — 16:52

Я не знаю. Выложили на к-9. Решила сюда запостить.)))))

Катейка 05.02.2013 — 16:54

Вы не поверите. Забила в поиск. Эдуард Успенский «Охотник»

Пока искала,нашла пару анекдотов про охотников.Если не понравится,трите)))

Охотник стреляет в плавающую утку и промахивается. Утка не улетает и продолжает плавать. Охотник стреляет во второй раз — опять промах. Третий, четвертый: После пятого раза утка говорит: — Можешь в меня не стрелять, это бесполезно: я заколдована. — Ишь ты! И кто же это тебя так заколдовал? — Тот, кто учил тебя стрелять:

Мужик с охоты возвратился никакой…
Да просто пьяный не на шутку..
Кладет мешки перед женой…
Вот подстрелил лося и утку…
Дорогой утка нервы извела..
Все крякала и крякала паскуда..
Жена один мешок взяла..
И заглянув, сказала — Дело худо..
Да как же можно пить так, не пойму.
Коль отличить не можешь утку от вороны…
А «крякать» перестала потому…
Что померла. И прекратились ее стоны..
Муж ухмыльнулся. Ты тут не того…
Имею в жизни право раз напиться?
Теперь зато мне ясно отчего..
Лось перестал недавно материться…

Был на открытии охоты поведали мне такую историю!Охотились ребята на Днепре,дичи не нашли по этому напились.Тут надо было сплавать на лодках,сели и давай гребсти.Тут рядом,в воде,замечают утку.Они её веслом-она утонула но снова всплыла,он снова веслом — таже фигня.И тут голос из камышей
-Бей,бей она все равно РЕЗИНОВАЯ!

vetdoctor 05.02.2013 — 18:15

ОЧЕРКИ О БЕКАСИНОЙ ОХОТЕ.

Шёл 1983 год. Вальдшнепа в том году было много, но прошёл он как-то очень быстро.Уже в двадцатых числах октября можно было найти редкого долгоносика в лесу. Мы с Мартом загрустили,хотя всё равно продолжали с маниакальной настойчивостью прочёсывать ближайшие к городу леса. Мы уже подумывали закончить легашачью охоту и переключиться на уток с гусями.

И тут раздался неожиданный телефонный звонок.Звонил Виталик, егерь из военно-охотничьего хозяйства «Караманское». Срывающимся от азарта голосом он поведал:-приезжай скорее, у нас таких высыпок бекаса отродясь здесь не бывало.Сегодня выехал проверять вентеря, так там на лугу по десятку с каждого пятачка поднимаются. Боюсь, скоро отлетят. Быстро собравшись, я попросил отца отвезти меня на лодочную стоянку, по пути заправив канистры бензином и моторным маслом. Масла М-8 нигде не оказалось,пришлось заехать на другую заправку.

Ну вот наконец-то мы с Мартом отчалили от берега. Вода под свинцовыми тучами отливала какой-то маслянистостью.Казалось,что волны очень тяжело двигаются, лениво перекатываясь поперёк движения лодки. Выехав на фарватер, я дал «Вихрю» полный газ и «Казанка», задрав нос, торпедой понеслась навстречу волнам. Перевалив Волгу, вошли в протоки вдоль левого берега.Здесь вода стояла как зеркало,отражая в себе нависшее хмурое небо.

Миновали Иловатый затон,проехали Комарову гриву. Впереди показалась Собачья дыра. Вот и вход в Чёрные воды. К обеду, слегка заплутав, объезжая поваленные бобрами деревья,загородившие протоку,через речку Берёзовка,прибыли на базу в Усть-Карамане. Виталик встречал нас с большой радостью.Жена его уехала на выходные к матери,охотников на базе не было никого и он скучал в одиночестве.

-Не надо водки-предупреждающе опередил он меня,пока я развязывал рюкзак-у меня самогон отличный есть, на ежевике настоянный. Вечер мы прекрасно провели за столом.Виталик поделился мне обидой на воинское начальство, которое не помогает нисколько, а только требует результативных охот.-Да и вообще,Игорёха, нет среди них правильных охотников, среди этих генералов и полковников-Виталик выпил, немного помолчал и продолжил-я им говорю,давайте с гончими поохотимся по зайцам. А они мне:-тебе сказали лосей на номера выставить,вот ты и выставляй.А на кого и как охотиться, это уж нам решать.

Далеко за полночь, напившись чаю, мы разошлись по своим кроватям. Я долго не мог уснуть.Мне было искренне жаль этого преданного охоте человека, из которого фактически сделали раба для исполнения своих прихотей. Утром, попив чаю с лимоном, Виталик показал мне луговину,на которой он поднимал бекасов. Сам он решил в этом не участвовать,чтобы не мешать мне наслаждаться удовольствием. Подъезжая к луговине я выключил мотор.Лодка ткнулась носом в прибрежную траву.

Мы выгрузились.Пока я заряжал ружьё, Март уже стал в трёх метрах от лодки.
Посылаю.С громким «чмоканьем» поднялись сразу четыре бекаса.Гремит безрезультатный дуплет, после которого рядом срываются ещё четыре бекаса.
Новая стойка.Посыл и опять два промаха. Я горячусь,тороплюсь со стрельбой и как это всегда бывает в таких случаях, безбожно мажу. Наконец первое попадание.Потихоньку успокаиваюсь и начинаю стрелять с переменным успехом.

Через полчаса тридцать взятых с собой с базы патронов расстреляны, а в ягдташе лишь девять бекасов. Беру кобеля к ноге и иду к лодке.По пути он у ноги делает ещё шесть работ, из-под которых улетает без выстрела больше десятка птиц. Виталий ждёт нас на берегу.В руках у него голова большого сома,которую он режет ножом. -Вот рыбаки привезли,будем сегодня уху варить-с гордостью добытчика объявляет мне он.Ну как охота?-Не без ехидства спрашивает он, глядя на мой ягдташ и пустые патронташи.

Вечером стоим зорю на озере Кочкарное. Жалею, что взял с собой мало патронов с утиной дробью.Уток тьма.Расстреливаю двадцать патронов,собрав одиннадцать крякв.Еле дотащил их до лодки. -Что бы отец твой сказал сейчас про фрайера, которого жадность сгубила?-С кривой усмешкой спрашивает меня Виталий. И добавляет-я вот пару стукнул и хватит.Пошли Мартышку вон в те камыши, там где-то упали.Посылаю кобеля и вскоре тот с довольной мордой выносит сначала одного, а потом и второго кряковых селезней. В темноте на малом газу плывём на базу.

Вечером опять ужин под самогончик. Виталик доволен общением.Он достаёт проигрыватель и ставит какую-то старую пластинку на 78 оборотов.

Валенки, валенки
Да не подшиты стареньки
Как бы валенки носить
Да не в чем к милому ходить-звучит из динамиков голос Клавдии Шульженко.-Раритет-авторитетно заявляет Виталик-ещё под грамофонную иглу делалась пластинка.

Утром мы с Мартом опять на бекасиной луговине.Опять прекрасные красивые работы.Кобель как бы плывёт над пожухшей осокой, медленно и высоко поднимая лапы,словно боясь их замочить. Голова его устремлена в небо,ловя дальние запахи.Вот он стаёт, поводя чутьём из стороны в сторону.Я уже знаю, что там как минимум пара.Посыл.Громкое чмоканье с двух сторон.Теперь я не спешу.Я спокоен.Даю бекасам чуть разлететься и делаю успешный дуплет. Из-под следующей стойки второй.

Патроны закончились на этот раз не так быстро, как в первый день.Подсчитываю трофеи.Двадцать одна птица на тридцать выстрелов.Я счастлив.Март с любовью смотрит мне в глаза. Не в силах сдержать восторг, беру его на руки и делаю полукруг по луговине.Спотыкаюсь о кочку и падаю вместе собакой.Целую его в нос,в ответ получаю то же.Грузимся,заводим мотор и едем на базу. Ночью, выйдя во двор, увидел что всё пространство вокруг покрыто чем-то белым.-Снег-догадался я-как бы крыльчатка не замёрзла. Бегу на берег, откручиваю струбцины мотора, кладу его себе на плечо и заношу в прихожую.Здесь теплее, чем на улице.

Утром пришлось вырубать лодку из ледяного плена.Грузимся, прощаемся с Виталием до нового сезона. Он даёт мне в подарок большой кусок сомовьего балыка, я оставляю ему пяток кряковых.Когда я уже почти отчалил,он прибежал на берег и отдал мне пластиковую бутылку с заветным самогоном с ежевикой.-Зимой выпьешь,меня вспомнишь-как-то очень грустно сказал он мне на прощание. Больше мы не встретились ни разу.Виталику надоело хамское отношение к нему больших военачальников и он уволился из «Военохоты».

Ни разу больше на Волге я не встречал в октябре такой обильной высыпки бекасов. «Казанка» моя была смыта с берега лодочной стоянки весенним половодьем и разбита об железные рельсы, торчащие из причала. Мотор пришлось продавать знакомому рыбаку.И до конца восьмидесятых годов я оставался без собственной лодки.Только память возвращает меня в прошлое, кажущееся отсюда таким безоблачным и прекрасным.

vasilevn 05.02.2013 — 22:35

Игорь!!! Тронул душу.Спасибо.

Ganser 06.02.2013 — 10:08

а можно еще анекдот? правда избитый очень…

vetdoctor 11.02.2013 — 16:59

Вот рассказик,немного напоминающий анекдот.

ОХОТНИЧИЙ ПЛОВ…ИЗ РЫБЫ.

Странно было бы думать, что все вокруг совершенны. Но всё же иногда хочется думать, что люди,занимающиеся серьёзным делом,должны внимательнее относиться к своим обязанностям. Итак, всё по порядку.

В тот неповторимый по своим охотничьим переживаниям год мы часто охотились с дядей Серёжей, счастливым обладателем красивого и здорово бьющего Зауэра.
Часто в нашей компании был сынишка дяди Серёжи,тогда ещё совсем подросток,Димка. Очередную поездку решено было посвятить астраханским фазанам, гусям, уткам,да заодно и порыбачить в тростниковых плавнях.

День отъезда был намечен на праздничные ноябрьские дни,где мы смогли бы захватить целую неделю, что для серьёзно занятого работой отца было настоящим праздником. Наконец, все вещи уложены в машину,мы погрузились и наш надёжный УАЗ везёт нас навстречу неизведанному. По дороге, отец, дядя Серёжа и я после каждых трёхсот километров сменяем друг друга за рулём надёжного «железного коняшки», как любовно называет машину отец.

Наконец подъезжаем к небольшой деревушке,затерянной среди бескрайней поймы.
Впереди огромные пространства тростников,куча маленьких дамбочек,через которые наш автомобиль переезжает очередной ерик. Вот и домик егеря. Заходим в дом, здороваемся, отдаём документы.Егерь показывает нам карту охотхозяйства,объясняя как добраться до места охоты и где лучше сделать стоянку. Покупаем путёвки, слышим традиционное:-ни пуха, не пера-и покидаем разговорчивого егеря.

Первый вечер в незнакомом месте. Расходимся в разные стороны. Я решил проверить сухие тростники на берегу небольшого заливчика. И не зря. Март сразу же потянул в тростники и где-то там затих. -Вперёд!-Крикнул я и оттуда с громким «тордоканьем» ракетой вылетел петух фазана. ИЖ ложится в плечо, планка ловит переливающуюся на солнце птицу.Жму и кобель подаёт мне большого петуха с красивым хвостом.Я счастлив.Это мой первый астраханский фазан.Темнеет. Иду на стан. Слышу хлёсткие щелчки знакомого Зауэра.

Дядя Серёжа пришёл с зари с недовольным лицом,демонстративно бросив к палатке белолобого гуся. Вскоре подошёл и папа. На ягдташе его висело три гуся и шесть уток разных пород. -Ты чего не в духе,Серёга?-Спросил отец.
-Да стенка проклятая-ответил тот с глубоким огорчением-три гуся туда уронил и не одного не взял.-Давай Мартышку пошлём-предложил отец.-Да бесполезно-ответил тот-там собака не пролезет, как бамбук плотно растёт.

-А я хочу рыбный плов-ответил вдруг маленький Димка.-Какой ещё рыбный плов-спросили его взрослые в один голос. -Какой на путёвках написан-было ответом.Этому тогда не придали значения. Утром отец накачал резиновую лодку и отправился блеснить щук.Через пару часов лодка его ткнулась носом в берег.Она вся была полна щуками, большими горбатыми окунями по килограмму каждый и несколькими судаками. Часть рыбы пришлось выпотрошить и присолить, а остальная часть пошла на готовку.

Вечером отец пошёл со мной на охоту с Мартом. Стреляя поочерёдно из-под стоек, мы взяли за час с небольшим шесть петухов, зайца и пару куропаток.Папа был доволен. Дяде Серёже на этот раз тоже повезло и он взял четырёх гуменников, не считая десятка всякой утвы. -Хочу рыбный плов-опять стал канючить Димка. Ему объяснили, как могли, что из рыбы плов не делают.
Но он стоял на своём-написано и всё тут.-Да где написано?-Раздражённо спросил его дядя Серёжа. -Тут-ответил он-протягивая ему только что купленную у местного егеря путёвку.

Прочитав её, дядя Серёжа расхохотался и протянул бумажку отцу.Тот тоже прыснул от смеха,протягивая путёвку мне.-Прочитай заглавное слово-сквозь смех сказал мне папа.Читаю и тоже чуть не падаю от охватившего меня веселья. -Ну грамотеи,ну и печатники-типографщики-сквозь смех произнёс папа. Сверху большими буквами было напечатано: РОСОХОТРЫБПЛОВСОЮЗ.
-Молодец сынок-сказал наконец дядя Серёжа-только младенец может заметить что король-то голый…

Катейка 12.02.2013 — 09:52

Этот стих мне понравился.Если не в тему-трите. Но каждый прежде ,чем выстрелить должен думать!!!

Удачная на днях была охота,
Легко нашел я логово волков.
Волчицу сразу пристрелил я дробью,
Загрыз мой пес, двоих ее щенков.
Уж хвастался жене своей добычей,
Как вдалеке раздался волчий вой,
Но в этот раз какой-то необычный.
Он был пропитан, горем и тоской.
А утром следующего дня,
Хоть я и сплю довольно крепко,
У дома грохот разбудил меня,
Я выбежал в чем был за дверку.
Картина дикая моим глазам предстала:
У дома моего, стоял огромный волк.
Пес на цепи, и цепь не доставала,
Да и наверное, он бы помочь не смог.
А рядом с ним, стояла моя дочь,
И весело его хвостом играла.
Ничем не мог я в этот миг помочь,
А что в опасности — она не понимала…
Мы встретились с волком глазами.
«Глава семьи той», сразу понял я,
И только прошептал губами:
«Не трогай дочь, убей лучше меня.»
Глаза мои наполнились слезами,
И дочь с вопросом: Папа, что с тобой?
Оставив волчий хвост, тотчас же подбежала,
Прижал ее к себе одной рукой.
А волк ушел, оставив нас в покое.
И не принес вреда ни дочери, ни мне,
За причиненные ему мной боль и горе,
За смерть его волчицы и детей.
Он отомстил. Но отомстил без крови.
Он показал, что он сильней людей.
Он передал, свое мне чувство боли.
И дал понять, что я убил ДЕТЕЙ.

СергейМ1972 12.02.2013 — 15:59

Катейка

+100
думать надо всегда!!!

vetdoctor 13.02.2013 — 16:55

МАЙСКИЕ СУМЕРКИ.НОЧЬ У КОСТРА.

Май.Мы с собакой только что пришли с поля. В наступивших сумерках поблёскивает переливающаяся вода в ручье.Журчит себе потихоньку. Я сижу за походным столиком и с наслаждением пью привезённое с собой из города пиво. Портос лежит у моих ног,положив голову мне на стопу.Он дремлет. Напротив палатки, через ручей,монотонно скрипят три коростеля, перебивая друг друга.
С поля доносится интенсивный «бой» перепелов.

Взошла луна,но пока она ещё не достаточно освещает пространство.Вокруг всё серо. Напротив с дерева слетела небольшая сова и ухая,полетела в сторону речки. Делаю большой глоток вкусного пива и закрываю глаза. Вспоминается такой же вечер,только тридцать лет назад. Вот также мы сидели за столиком, а вокруг лежали собачки.Тогда ещё вполне энергичные наши с Димой родители рассказывали всякие охотничьи истории.

Мне приятно,что я приехал на день раньше других собаководов.Иногда очень хочется побыть наедине с природой.В такие минуты ощущаешь свою неразрывную связь с этими полями,посадками,журчащим ручейком, впадающим в небольшую речку. Вблизи стана резко заголосил перепел. Портос встрепенулся и втягивая в себя прохладный воздух,потянул в поле.-Тубо! Место!-Охлаждаю я пыл своего охотника и тот неохотно возвращается ко мне.

Кружка моя пуста.Наполняю её вновь и легонько отхлёбывая из неё,погружаюсь в свои мысли. Сколько же лет пришлось мне вот так же встречать наступление ночи в полях.И каждый раз как впервые.Сколько собак удалось перевидеть за это время.Сколько людей встретилось на охотничьей тропе. Проходят перед взором многие, давно ушедшие в мир иной охотники.Как же они любили собак!
Всем готовы были пожертвовать ради вот такого общения в полях.

Луна поднялась выше и залила всё пространство вокруг фосфоресцирующим светом. Разжигаю костёр из собранных заранее дров. С удовольствием смотрю на огонь,ветерок крутит,направляя дым то на меня, то унося его в сторону ручья.Перепела затихли.Лишь самый неугомонный коростель продолжает нудно скрипеть. Где-то зажвякал кряковой селезень,пролетая над ручьём. Вскоре ночь вступила в свои права. Певчие птахи замолкли до утра.

Опять погружаюсь в воспоминания.Вот в такие же сумерки тридцать лет назад отец в Рыбушке рассказывал мне про свои охоты в тайге в молодости.Ярким впечатлением передо мной прошла череда этих подходов к работающей лайке и скрадыванию остановленного собакой зверя. Папа был замечательным рассказчиком,я всегда чувствовал все его переживания, настолько, как будто сам побывал на тех охотах.

Ловлю себя на мысли, что я и сам стал таким же рассказчиком для молодёжи.Летит время,оно неумолимо. Подбрасываю ещё дровишек в начинающий затухать костёр.Искры веером летят в звёздное небо. Короток собачий век.Вот уже и Портосу скоро девять лет исполнится. Глажу ушастую голову,которую кобель, чувствуя мои мысли, положил мне на колени. Надо уже задумываться о следующей собаке.

Какие же они все разные, эти собаки,но каждая по-своему прекрасна.
В памяти опять проносятся собаки из детства,юности,молодости и зрелости. Допиваю очередную кружку пива.Идти спать в палатку не хочется. Поднявшийся лёгкий ветерок слегка бодрит. Наполняю следующую кружку приятным на вкус напитком.Доедаю очередной кусочек солёной рыбы. Портошка выпрашивает у меня тоже немножко.

Вспоминаю, как на этом же поле восемь с половиной лет назад Портос сделал свою первую стойку по перепелу.Сколько было радости после этого! На соседнем поле Атос показывал много раз высочайший класс, выигрывая состязания или становясь их призёром.Становится грустно, что когда-то очень слаженный и дружный коллектив легашатников раскололся надвое, теша чьи-то кинологические амбиции.

Костерок разгорелся с новой силой и в отблесках огня я замечаю чьи-то светящиеся глаза. Это кошка.Надо же, от деревни тут не меньше километра.Постояв немного, гибкий зверёк скрылся в обступившей нас со всех сторон темноте. Луна затянулась тучками и неожиданно начал накрапывать мелкий дождик. Заношу столик и стулья в прихожую палатки.Включаю фонарь на светодиодах. Портос уходит в палатку и занимает своё традиционное место у меня под боком.

Мне не спится. Допиваю первую пластиковую бутылку пива и плавно перехожу ко второй. Чищу очередную солёную рыбу, раскладывая её на расстеленной на столе газете.Вспоминаю как однажды мы втроём в пургу ночью застряли на заснеженном поле и до утра откапывали УАЗ охотничьими лыжами,поскольку лопату водитель забыл в гараже. Почему-то вдруг вспомнил, как Иван Маркелович на номере,охотясь по копытным, пулей попал в вышедшего на него волка.

Дождик кончился быстрей, чем я допил кружку пива.Опять выношу столик на природу. Красота! В траве за палаткой запел сверчок, недалеко ему откликнулся другой и пошёл сверчковый концерт над ручьём. Сбоку от ручья,в роще запел соловей и стало неизъяснимо хорошо на душе. На востоке небо стало интенсивно сереть.Пора опять разводить костёр и вешать чайник.Ведь скоро опять в поле…

чинг 13.02.2013 — 18:00

Здорово.

Андрей Сергеевич 13.02.2013 — 21:00

Ловлю себя на мысли, что я и сам стал таким же рассказчиком для молодёжи.

И это здорово! Побольше бы таких рассказчиков!

NeyroN 14.02.2013 — 12:11

Игорь, как всегда читал с удовольствием!
Давно хочу спросить, почему не стали писать для сборника «Охотничьих рассказов» в ветке Охота?

Юра-Харви 14.02.2013 — 09:50

Здорово! Огромное спасибо!!!

vetdoctor 14.02.2013 — 13:46

Давно хочу спросить, почему не стали писать для сборника «Охотничьих рассказов» в ветке Охота?

Я туда не захожу.А поподробней можно?

vetdoctor 14.02.2013 — 14:36

Ах Петербург,люблю тебя
Хоть и не часто там бываю
На Невском,грусти не тая
Все перемены подмечаю

Люблю Смоленку и залив
Там, где живёт Петров-Полярный
Вдвоём с ним,коньячку вкусив
Мы открывали шкаф ружейный

Там Дюня лёг на половик
И он на нас взирал оттуда
Я красотой его проник
Его я вечно не забуду

А там,где дядя мой живёт
Там рядом грустно-Пескарёвка
Спит героический народ
С собакой там гулять неловко

Нева вся в камне,там колонны
А рядом девушка-мечта
Мы пили спирт,чуть разведённый
У разведённого моста

От Анничкова рвутся кони
Их удальцам не удержать
Они ведь только для погони
И битвы,где сомкнётся рать

Как наяву помчатся лошади
Копыта гулко зазвучат
И по крови Сенатской площади
Из века в век они летят

Но что история для Питера
Он весь историей прошит
Не для Урана,для Юпитера
Осенний жёлтый лист дрожит

Ещё там много легашатников
Есть Семиволос,есть Носков
И много там у них ушастиков
К охоте каждый там готов

Нева как прежде,там колонны
Но где же девушка-мечта?
Где пили спирт, чуть разведённый
У разведённого моста…

бондарев 14.02.2013 — 18:21

рисунок холст автор Кирилл Михайлович Петров-Полярный

СергейМ1972 16.02.2013 — 12:22

NeyroN

точно !!!!

vetdoctor 25.02.2013 — 17:49

ОСЕННИЙ ЕРУСЛАН.

В памяти всплывает теперь уже неблизкий 1995 год.Вот-вот должна состояться такая долгожданная поездка.Сколько же времени мы не решались на неё.
Вроде бы всё готово.Свёрнут спальный мешок,палатка. Ещё раньше,среди недели,на лодочную стоянку завезены канистры с бензином и моторным маслом.Осматриваю последний раз рюкзак,проверяю патроны,коробочку для чистки ружья. Атос всё время заглядывает мне в глаза.Он как бы спрашивает меня:-хозяин,ну когда же поедем? Выношу вещи во двор и складываю их в машину.Что-то многовато набралось.Ну ничего-успокаиваю я себя-не на себе же всё тащить.

Грузимся и выезжаем со двора. На лодочной стоянке нас уже ждёт Олег.Его сеттер Крис радостно прыгает вокруг машины и тычется носом в морду Атоса. Погрузили вещи в катер Олега и я отгоняю машину на близлежащую стоянку. Пока шли назад, Атос умудрился подраться с выбежавшим непонятно откуда ротвейлером.Но вроде бы при осмотре ни на одной из собак ран не обнаружено.Хоть это радует.Ругаться с хозяйкой ротвейлера у меня нет ни сил, не желания.В мыслях я уже на охоте.

Олег успел спустить свою «Казанку-5М-3» и возится с моторами.Миновав узкие сходни, спускаемся по трапу вниз. И вот уже под гул двух «Нептунов»наш маломерный корабль несётся вниз по течению Волги в сторону железнодорожного моста. Путь наш не близок. Эта давно планируемая нами поездка долго была на грани срыва, но в последний момент звёзды совпали как нам хотелось.Мы движемся в Волгоградскую область, к устью реки Еруслан. Правый берег радует нас великолепными пейзажами.На фоне сталактитовых белых откосов по высоким холмам растёт лес,переливающийся всеми буйными осенними красками.

Вода спокойная,полный штиль и мы на двух моторах, как на крыльях летим вдоль правого берега. Через пару часов останавливаемся,причаливаем к берегу.Пока Олег наполняет баки горючим, я выпустив собак погулять,лицезрею удивительную осеннюю Волжскую картину. Со стороны коренной раздаётся гул,он приближается.И вот уже мимо нас проносится красавец «Метеор»,оставляя за собой высокую расходящуюся клином волну,которая накатывая на берег,в солнечных лучах отражается брызгами маленьких радуг.

Мы плывём дальше. С левой стороны величественно проплывает остров Голодный.
Но нам некогда терять время,на обратном пути может быть заедем. Переваливаем Волгу и движемся по прибрежным протокам. Наматываем на винты чью-то сеть.Олег,освобождая винты,безудержно ругает местных рыбаков. Освобождаемся от сети и движемся дальше.Впереди деревня Иловатка. Там нас ждут с взятыми для нас путёвками. Причаливаем.По берегу расхаживает с видом хозяина огромный кавказец. Зная бойцовский характер Атоса,привязываю его к уключине. Вернувшийся Олег предлагает переночевать в деревне у егеря, а лодку оставить на берегу.Я категорически возражаю, зная пронырливых деревенских ребят, не оставляющих без внимания чужие лодки.

Вот и Еруслан. Заходим в устье,проплываем с полкилометра и устраиваемся на небольшом песчаном островке среди большого залива. Олег тут же натаскивает топляка для костра, вдвоём ставим палатку,обустраиваем стан.Хочется есть, но времени до вечерней зари остаётся минут тридцать.Пьем чай из термоса,съедаем по паре бутербродов с салом и бежим искать места для охоты.
Олег встаёт у ближайшего прогала в камышах, а я отправляюсь дальше. В конце островка растёт осокорь, а за ним виднеется зеркало чистой воды.

Подойдя ближе слышу из-за камышовой стенки отчётливое частое кряканье. Жестом беру Атоса к ноге,заряжаю раструбы МЦ-шки траповыми патронами и потихоньку крадусь ближе к осокорю. Подойдя к прогалу вижу множество сидящих на воде уток.Их столько,что почти не видно воды.Жестом посылаю собаку в воду.Всё вокруг взрывается истошным кряканьем и хлопаньем крыльев. Всё озерко в ряби от взлетающих уток. Жму в ближнюю и слышу три шлепка в воду. Утки разворачиваются и снова кружат над озерком.Их сотни. Стреляю ещё раз.На этот раз падает одна утка. Атос возится на мелководье,ловя подранка.

Наконец все четыре кряквы на моих тороках. Утки отлетели, а минут через десять начали заходить на посадку по две-три птицы.Слышу частые выстрелы своего напарника. Расстреляв половину патронташа, успокаиваюсь,понимая,что больше десятка нам уже ни к чему.Погода ещё достаточно тёплая,несмотря на конец октября и сохранить птицу без холодильника будет не просто. Не обращая внимания на поскуливание обазартившегося кобеля,прекращаю охоту.

На стану триумф.На кусту возле костра висят шесть уток и два белолобых гуся.Олег с важностью достаёт из рюкзака литровую бутылку спирта «Ройал».Хитро улыбаясь и подмигивая Крису,он режет большой кусок рыбного балыка.-Осётр-важно заявляет он.-Егерь за бутылку водки уступил-поясняет он появление на нашем столе столь дефицитного кушанья.С удовольствием принимаем по первой и сразу же по второй.
-С полем, барин-поздравляю я напарника.-И тебе не хворать-с важностью отвечает мне он и лезет обниматься от избытка чувств.-Надо куда-то птицу девать-на полном серьёзе говорю ему я.
Олег задумчиво чешет пятернёй в затылке.

В это время из-за поворота русла прямо на наш костёр вылетает лодка «Крым».
Прямо с полного хода она врезается в песок и на метр выскакивает на берег.Из лодки буквально вываливается человек в камужляже. На его фуражке в отблесках костра светится кокарда охотинспекции.-А вот и решение вопроса с холодильником для дичи прибыло-радостно восклицает Олег.-Евгеньич-с важностью произносит гость.Вы извините, я что-то немножко перебрал,вот и решил проветриться, а то жена ругает-произносит он на одном дыхании и задумчиво замолкает,следя за нашей реакцией.-Милости просим к столу-гостеприимно приглашает егеря Олег.

За ужином выясняется,что здесь очень хорошо берёт на блесну средняя щука, а примерно в двух километрах выше по течению Еруслана есть излучина, по которой следует поискать куропаток и зайцев. Уезжая,егерь обещал каждый вечер приезжать за птицей в холодильник. Еле-еле столкнув его лодку с песка, поняли причину такой высокой скорости.Не корме висел японский мотор «Судзуки-50».

Утром решили проверить излучину речки с куропатками. Всё подтвердилось.Не успели мы высадиться в начале излучины,как обе наши собаки стали в двадцати метрах от берега. Посыл,подъём большого,голов в сорок,выводка, два дуплета и пять упавших птиц. Куропатки перелетели на поле, а мы продолжили движение вдоль реки,обыскивая прибрежную котловину и высокий пригорок. Вскоре опять Атос стаёт,Крис присоединяется к нему и снова два результативных дуплета.
Олег горячится,но я уговариваю его оставить удовольствие на завтра,поскольку может быть, что это все выводки,живущие здесь.Он соглашаетя.

Грузимся в лодку,немного проплываем под мотором, а затем глушим его и начинаем блеснить.Лодку понемногу относит течением,поэтому время от времени один из нас подгребает вёслами. Опять Евгеньич нас не подвёл.За каких-то сорок минут у нас семь довольно приличных щук.Заводимся и движемся к стану.
Чистим пару щук,одну жарим, из второй варим уху. Щипим свежих куропаток. Олег предлагает поместить их в котелок, пересыпать их солью,луком и болгарским перцем, а сверху засыпать порезанной морковью,благо у нас её много. Обед получился на славу. Принимаем опять с полем и за здравие.
Пьём душистый индийский чай,заваренный на костре.Собачки нежатся на песочке,греясь последними лучами тёплого солнышка в текущем году.

Вечером отплываем ближе к устью.Высаживаем чучела и решаем стрелять над чистым,чтобы зря не мочить собак в октябрьской воде.Ставлю траншейные стволы. Олег заряжает свой Зимсон какими-то новыми патронами с пятёркой.
-Полумагнум-читаю я. -Дай попробовать-прошу его.Он протягивает мне патрон.Заряжаю нижний ствол МЦ-хи,прицеливаюсь в плавающую на воде метрах в шестидесяти палку и жму спуск. От отдачи плечо моё заныло неприятной болью.
-Возьми лучше моих спортивных-говорю я смущённо молчащему Олегу.
-А то твой Зимсон тебе всю скулу свернёт. Если уж МЦ-ха лягается.

С переменным успехом стоим до темноты,взяв на двоих с десяток чернетей и свиязей. Последняя нырнула в близлежащие камыши,так что пришлось пускать Тошку на добор подранка. В темноте на малом газу, включив бортовые огни,плывём не стан.
К ужину Евгеньич прибывает к нам как штык.Он как будто чувствует, когда мы сядем за стол.Благодарим его за помощь.В ответ он угощает нас привезённой им из дома стерляжьей ухой в стеклянной банке . -Можно не разогревать-напутствует нас он. Нежная золотистая жидкость с кусочками тающей во рту царской рыбы тут же отправляется внутрь по назначению.

На следующий день расширяем географию наших скитаний.Оставляем лодку на излучине и движемся в поле к виднеющимся вдалеке посадкам. Находим ещё четыре выводка куропаток,да на обратном пути Атос поймал из-под стойки зазевавшегося мелкого зайца. -Листопадник-авторитетно заявляет Олег.
И добавляет-собакам сготовим,нам там есть нечего. К вечеру поднялся сильный ветер.Со стороны Волги на воде появились «барашки». Камыш гнулся вполовину своей высоты и пронзительно гудел от ветра. Утка повалила в камыш,но учитывая неизвестность времени приезда егеря, я отговорил Олега от бесполезного истребления дичи.

Весь следующий день шторм не утихал.Мы готовили еду, ели, выпивали и закусывали. Полдня провалялись в палатке,два раза заново закрепляли выдернутые с корнем колышки на растяжках. Утром тишина,морозец. Там,где нет течения,тонкий ледок.После завтрака мы услышали шум мотора. -Собирайтесь быстрее,завтра опять шторм обещали на неделю, а потом снег-с волнением в голосе произнёс нам Евгеньич.

Собираем стан,грузимся,отчаливаем.Надёжные «Нептуны» взревели с первого рывка стартера. По пути заехали в деревню,забрали замороженную птицу и рыбу.Евгеньич вышел провожать нас на пристань. Лодка быстро вышла на глиссирование и фигурка егеря постепенно растворилась на фоне домов.
До свидания,гостеприимный Еруслан.

i_itiro 27.02.2013 — 07:58

Ох, хорошо! Я б поблеснил в тех краях…

Alex196 27.02.2013 — 10:27

Игорь! За стихи про Питер отдельный поклон. И за Смоленку — у меня ж там квартира. Сейчас там дочь с внуком живет, а мы с женой за город съехали. Именно по берегам Смоленки гулял всегда со своим спаниелем Флинтом.

«…И пылью покрыто окно
В Европу — ненужное нынче.
Десятки различных примет
Приносят тревожные вести —
Мосты и каналы на месте,
А прежнего города нет!
Но в блеске твоих мостовых
Милы мне и слякоть и темень,
Пока у подъездов чужих
Родные мне чудятся тени.
И тянется тонкая нить
Неровных и зыбких обочин.
И теплятся белые ночи,
Которые не погасить!
И в рюмочной на Боровой
Среди алкашей утомленных
Мы выпьем с ТОБОЙ по одной
Из стопок простых и граненых.
За шпилей твоих окоём,
За облик немеркнущий прошлый,
За то, что покуда живешь ты!
И мы как -нибудь проживем!»
Это, конечно, не я, а Александр Моисеевич Городницкий. Всегда считал эти стихи (точнее, песню) самыми лучшими про мой город. А теперь еще и Ваши. Шедевр! Спасибо огромное! В общем, когда будете снова в Питере, дайте знать!

Паршев 27.02.2013 — 11:37

NeyroN
Вот ссылка на тему:
http://guns.allzip.org/topic/14/937880.html
Думаю рассказы об охоте с собаками были бы там не лишними и заметно приукрасили весь сборник.

Наша ветка раньше начата существенно 😊
И главное: собака — душа охоты, без собаки охотник только наполовину охотник.

vetdoctor 28.02.2013 — 14:58

собака — душа охоты, без собаки охотник только наполовину охотник.

А иногда без собаки и в живых не останешься.

ДИК.

Дик был не чистокровным спрингер-спаниелем. Оставили его нам какие-то московские приятели отца,обещая забрать через три месяца. Но прошло полгода, а хозяева собаки так и не появились. Впоследствии выяснилось,что они всей семьёй попали в автомобильную аварию,долго лечились и им было в тот момент не до собаки.Поскольку у нас в то время был ирландец Джим,то никаких проблем в содержании второй собаки отец не видел.

Пришла осень.Мы стали выезжать на охоту.Ходить с двумя собаками,одна из которых не делает стойку,было нерационально,поэтому отец ходил то с Джимом,то с Диком.Дик оказался очень умной,контактной и чутьистой собакой.Там,где Джим мог пропустить птицу или зайца,Дик не пропускал ничего и никогда. Папе нравилось охотиться с Диком.В конце сезона на охоте по вальдшнепу Дик вдруг пропал из виду.

Вскоре с одного места стал раздаваться его довольно злобный лай.Подойдя ближе мы обнаружили его за облаиваниванием крупного быка лося. Еле-еле отец увёл обазартившуюся собачку от лесного рогатого исполина.

Наступила зима.Однажды на прогулке на Джима напал крупный беспородный кобель.Дик бросился в драку и напуганный злобой маленькой собачки обидчик быстро ретировался.Дик прижился в нашей семье и когда наконец через год его хозяева приехали за ним,то расставание было со слезами на глазах. Даже мама всплакнула.

Спустя полгода мы узнали о трагическом событии.Прежний хозяин Дика с женой собирали грибы поздней осенью. Дело было в Тверской области.Неожиданно они были атакованы медведем-шатуном,не залегшим в спячку.Дик бросился на спасение своих хозяев и погиб от удара лапы медведя.Хозяин с женой в это время успели добежать до машины и отъехать от места трагедии.Вернувшись туда с ружьём и егерем,они обнаружили растерзанное тело собачки. Вместе с егерем они добрали не далеко ушедшего шатуна, а потом похоронили Дика.

До сих пор я удивляюсь, как в такой сравнительно небольшой и очень доброй к людям собачке могли уживаться такое бесстрашие вперемешку со злобой к зверю.
Ничего подобного после в жизни мне наблюдать у спаниелей не доводилось.

Юра-Харви 28.02.2013 — 17:26

Да,красивая и печальная история.Все мы говорим:»Мой пес, меня любит,безгранично…»
А оказывается в этом «безгранично»,есть разные «отсечки»…

Ganser 28.02.2013 — 17:46

Дик бросился на спасение своих хозяев и погиб от удара лапы медведя.Хозяин с женой в это время успели добежать до машины и отъехать от места трагедии.Вернувшись туда с ружьём и егерем,они обнаружили растерз

где-то год назад было что-то подобное про курца, когда огромная псина напала на хозяев, а курц встал на защиту, отбил хозяев, но очень сильно пострадал…
вот так наши питомцы готовы пожертвовать собой ради нас…без раздумий…ценой собственной жизни…

Ganser 28.02.2013 — 17:49

vetdoctor

а Вы будет делать сборник своих рассказов? а то хотелось бы приобрести в печатном виде эти рассказы, на будущее, для воспитания правильного охотника.

vetdoctor 28.02.2013 — 17:55

Ganser
а Вы будет делать сборник своих рассказов? а то хотелось бы приобрести в печатном виде эти рассказы, на будущее, для воспитания правильного охотника.

Мысль такая меня пока не покидает.Весь вопрос в цене и возможностях издательств.Неплохо было бы договориться с крупным издательством,желательно государственным,об издании книги за счёт издательства с правом реализации книги,но с оговоренным заранее авторским процентом.Хотя может быть я слишком идеалист в мире рыночных отношений.

Viksv 28.02.2013 — 19:47

vetdoctor
Ничего подобного после в жизни мне наблюдать у спаниелей не доводилось

гулял как-то в парке с моим первым спрингером. Она была весьма добрая собачка, приехавшая из Дании и отличалась очень ласковым характером, но была достаточно мощная. Она была чем-то похожа на простую деревенскую девченку, правда деревня была датская. Не успел я еще спустить собаку с поводка, как увидел такую картину: по дорожкам парка, где гуляли мамашки с детьми группа подвыпивших парней по очереди гоняла на мотоцикле. Мамашки и дети чудом успевали отскачить.
Я достаточно вежливо попросил мотоциклистов переместиться с их атракционом в более пригодное для езды место. Двое из них тутже двинулись ко мне, и их намерения не оставляли сомнений. Я зажал в кармане связку ключей в кулак и ждал нападения, которое не обещало мне ничего хорошего учитывая численное преимущество противника и его взбодренное алкоголем сознание. Но противники все не начинали, и после обмена любезностями развернулись и ушли. Я был удивлен. Но тут я посмотрел на собаку. Вики стояла рядом широко расставив лапы, губы были подобраны и она демонстрировала полный набор зубов, которые, надо заметить, были у нее очень не мелкие. Она издавала тихий низкий утробный рык. Вид был довольно грозный.
Видимо, шпана не решилась связываться.
Больше никогда в ее жизни я ее такой не видел.

Ganser 01.03.2013 — 08:45

Мысль такая меня пока не покидает.Весь вопрос в цене и возможностях издательств.Неплохо было бы договориться с крупным издательством,желательно государственным,об издании книги за счёт издательства с правом реализации книги,но с оговоренным заранее авторским процентом.Хотя может быть я слишком идеалист в мире рыночных отношений.

док как что-то будет получаться, я пару экземпляров резервирую))))

Паршев 01.03.2013 — 10:24

Для этого надо собрать текст в кучку и лучше всего чтобы кто-то поредактировал (это процедура на самом деле нужная, свой глаз огрехи видит плохо). Потом уже можно соваться в издательства.
Государственных издательств сейчас нет, но есть крупные, которые за свой счет издают, даже иногда платят авторские. Иногда — потому что издательства стараются печатать или спонсируемых, или таких, которые хотят либо донести свой труд, или даже именем блеснуть, и согласны это делать бесплатно. В общем это тема для переговоров.
Есть издательства, которыми владеют охотники, можно с ними поговорить.

СергейМ1972 01.03.2013 — 11:11

Ganser

поддерживаю.
и с нетерпением жду, когда проект будет реализован…..

Есть издательства, которыми владеют охотники, можно с ними поговорить.

кстати да…МК (например) П,П, Гусев….если я не ошибаюсь……

Андрей Сергеевич 02.03.2013 — 21:31

Ух-х, все командировки, да командировки, а тут новые рассказы. Игорь, в очередной раз спасибо! Не только охотничьи моменты, но и гастрономические изыски отлично описаны 😊

vetdoctor 04.03.2013 — 17:11

СТАРЫЙ ПЁС.

Однажды в студенческую пору приехал я в одну из отдалённых деревенек левобережья области.Добираться пришлось на «перекладных».Сначала на поезде до затерянного в степи полустанка,затем на попутках около тридцати километров по грейдеру,после чего пришлось встать на лыжи и отправиться по засыпанной снегом дороге ещё около пяти километров. В результате лишь к вечеру впереди забрезжили огоньки степной деревушки. Это и был конечный путь моего назначения.

Здесь, в одном из домиков под саманной крышей жил егерь, с которым мы познакомились летом на областной выставке охотничьих собак. Подъехав ближе к дому, я снял лыжи и протиснувшись в узкую щель между домом и большим не расчищенным сугробом,постучался в маленькое заиндевевшее окошко. Тотчас же дверь распахнулась и на пороге показался знакомый мужичок с растрёпанной бородой.-Ну ты даёшь,паря-вместо приветствия выпалил он мне-точно ненормальный.На градуснике минус пятнадцать показывает.Я вон Бушуя в сени взял.Старый он стал,беречь надо.

В прихожей лежал выжлец русской гончей с красивой породной головой и седой мордой.Увидев меня,он сладко зевнул и перевернулся на другой бок. -Айда в дом,сейчас самогончика с тобой с морозца вжарим-сказал Алексей Фёдорович и полез в большой старинный буфет.Я очень удивился, как он его сумел затащить в комнату через узкие двери. На столе уже стояла сковорода с шкворчащим мясом,а на блюдце лежали нарезанные солёные огурчики. -Давай студент, не стесняйся.Мы тут по простому живём. Вот зайчика в сметане распробуй-сказал егерь,выкладывая на стол вилки и разливая самогон по серебряным рюмкам.

-Рюмочки немецкие,трофейные-добавил он-отец с войны притащил. Вот и Бушуй,это ведь его последняя собака.Батя умер, а я с выжлецом остался,жену тоже схоронил, а дети все разъехались кто куда-старик наполнил рюмки заново. -Если завтра потеплеет немного,пробежимся тут по овражкам немножко-глаза его засверкали азартом-Бушуйка-то знаешь какой голосистый.Правда рог уже плохо слышит,но русачка не теряет.Завтра увидишь сам.

За окном выла вьюга, а Алексей Фёдорович всё рассказывал мне про Бушуя.
-А вот и батино ружьишко посмотри-сказал он, извлекая из-под кровати кожаный футляр. В руках его заиграл золотыми блёстками полнозамковый Меркель-бокфлинт. -Триста третий в неплохом исполнении-он бережно гладил ореховую ложу, как будто давно не держал в руках. -А ты с чем приехал?-Спросил он меня.-Да с ИЖ-58 шестнадцатого калибра-ответил я хозяину.-Ну и ладно,лишь бы стреляло-как бы извиняясь за своё штучное оружие ответил он мне.

Утром погода несколько смягчилась и после завтрака мы на лыжах покатили по наезженной тракторами дороге.Впереди виднелся длинный животноводческий комплекс,вокруг которого бродили овцы,подбирающие и жующие разбросанную солому. Бушуй на сворке шёл у ноги хозяина.Миновав ферму,мы спустились в широкий овраг,по краям заросший бурьяном с куртинами редких кустиков карликовой ивы.Внизу журчал не замерзающий ручей,временами переходящий в небольшие островки пожухших камышей.

Тут и там виднелись заячьи следы. Фёдорович спустил выжлеца со сворки.Бушуй неторопливо пошёл в камыши,поднялся на склон,прочесал куртинку бурьянов и скрылся из виду за очередным поворотом оврага. ОЙ-АЙ-ОХ-АЙЯЯЙ-запел он вдруг где-то впереди.Овраг наполнился красивым мелодичным гоном. Фёдорыч тронул меня за плечо,указывая где занять лаз, а сам,сняв лыжи,поднялся по крутому склону вверх,к видневшейся там лесополосе. Оттоптав снег, я занял лаз.

Гон не быстро удалялся от нас.Затем небольшая перемолчка и опять зарёв,уже в мою сторону. Уже видно идущего шагом ко мне голосящего Бушуя, а зайца не видно.Когда до собаки оставалось не больше ста метров,впереди него, в каких-нибудь двадцати метрах, выкатил цвёлый русак.Его красивый кушак на спине колебался вверх-вниз,повторяя прыжки. Пропускаю косого через себя,чтобы не зацепить Бушуя,бью в угон.Заяц ложится на бок, в агонии отгребая лапами искрящийся снег. -С полем!-звучит откуда-то сверху. Вот ведь какой молодец егерь, сам мог стрелять, а он уступил удачу гостю.

Скользим на лыжах по дну оврага в сторону деревни.-Сейчас мы с тобой,сынок,»домашнего» зайчишку погоняем-с весёлой озорной искоркой в глазах говорит егерь.-Это как?-Переспрашиваю его я. -Бушуйка покажет -смеясь отвечает мне он.Бушуй прямиком направляется к большому стогу сена,расположенному на краю деревни. Выжлец заходит за стог и начинается опять мелодичный гон. Не успел я сориентироваться,как грохнул громоподобный выстрел.Улыбающийся Фёдорович подбирает со снега выброшенную эжектором Меркеля гильзу.Пришла моя очередь поздравлять его с полем.

Ещё пятьсот метров и мы дома.Егерь кормит собаку,нежно гладя её по седой голове.В сенях висят ещё три зайца.Подвешиваем только что взятых. -Пойдём за стол, что-то я проголодался-говорит Фёдорович,разливая самогон по красивым немецким рюмкам. Пока в печке разогревается тушёный заяц с картошкой и кипятится чай,мы чистим ружья. Бушуй скулит в прихожей. Фёдорович пускает его в комнату.Подойдя к столу, выжлец аккуратно кладёт свою седую голову хозяину на колено и предано смотрит тому в глаза.

Ещё три дня мы охотились с Бушуем у гостеприимного Фёдоровича. Старый пёс прекрасно справлялся со своими обязанностями, а хозяин точно знал где искать зайцев. Уезжая, я простился со старым Бушуем, как бы предчувствуя, что больше нам вместе не поохотиться.Так и случилось.Похоронив Бушуя,Фёдорович поехал в соседнюю область к сыну с внуком,да так и остался там жить.Больше мы с ним не виделись.

Oleg Noskov 04.03.2013 — 19:50

picture uploading18980

Oleg Noskov 04.03.2013 — 19:57

Случайно наткнулся на черновик рассказа.
Про охоту,про людей и собак конечно же.
Так .без претензий.

КАБАНЫ ШЛЮЗА ГРЕМУЧИЙ
Наша небольшая охотничья компания в молодые годы охотилась страстно и самозабвенно..
Мы- это Володя Бубнов, Саша Бакусов и я, Олег Носков. Нашим руководителем и вождем . был К. В. Густылев. Его мы звали Константин Владимирович, а за глаза , любя. ,просто Костя.
Костя был намного старше нас, но разница в возрасте практически не ощущалась и никого не напрягала, настолько простой, ясной и молодой душой обладал этот человек.
Объединила нас ,людей разных специальностей — математика, биохимика, архитектора и строителя- общее увлечение охотой. А познакомила общая любовь к легавым собакам.
Но обычно собрать всю компанию вместе удавалось только на охоте на копытных и когда это происходило — это был праздник для всех.
Традицией для нас был два-три совместных выезда зимой на несколько дней в Псковскую область, где устраивались «большие охоты». В промежутках выскакивали поближе под Питер, где чаще тропили кабанов по снегу. Каждый по отдельности , как правило, охотился на овсах на медведей и кабанов, а втроем. или вдвоем летом и осенью -с нашим легавыми собаками.
Поскольку реальная охота быстро избавила от иллюзий об универсальности наших континентальных легавых при охоте на копытных ,мы стали дополнительно к легавым обзаводиться и зверовыми псами.
Костя , живя в загородном доме, приобрел двух восточно-сибирских лаек. Я же, ограниченный возможностями городской квартиры, завел ягдтерьера — сначала одного, затем еще двух.
Охота и натаска легавых, притравка норных и нахаживание лаек занимали уже гораздо больше время ,чем раньше. Даже больше ,чем длился охотничий сезон. И, учитывая, что каждый из нас еще и серьезно занимался своей работой , наши молодые жены постепенно стали превращаться в соломенных вдов.
Жены часто рыдали на груди Лидии Александровны, жены Густылева. Она их уговаривала потерпеть, обещала что мы скоро угомонимся, но думаю не очень искренне , видя пример собственного мужа.
Моя жена постепенно смирилась, а вот Володе в конце концов пришлось по совокупности содеянного развестись с первой женой.
Пределом терпения стал отъезд в лес 31 декабря ,когда мы ввернулись с кабаньими окороками только поздно вечером , прямо к праздничному столу . Самое плохое было то,
что под утро мы опять уехали обратно в лес.
Мы , конечно, понимали ,что это было неправильно и бессовестно, но пропустить предстоящие испытания Костиных лаек по вольному зверю было выше наших сил. Да и Костя нуждался в помощи.
Поэтому 1 января в 6 часов утра мы уже забирали Костю с двумя восточно -сибирскими лайками- крупным, почти белым кобелем Барсом и черно-белой сукой Бойко. А затем ,заехав по дороге за известным экспертом — лаечником Николаем Лукъновичем Рясным , мы на 11 модели жигулей двинулись в сторону Выборга, в район шлюза Гремучего..
По дороге расспрашивали Николая Рясного про предстоящие испытания. Объяснив , что испытания по вольному кабану это та же охота , Рясный начал рассказывать как он резал кабанов из под лаек ,а также многочисленные истории и байки , на которые был большой мастак.
Я, задавленный Барсиком , периодически выпадал в почти бессознательное состояние после бессонной ночи.
В полу-дреме ,в мозгу вплывали воображаемые сцены убийства кабана . Учитывая, что у меня отродясь не было кинжала, сцены перепиливания горла кабана складным ножом ,к тому же сидя на нем верхом , были просто кошмаром. Эти видения перемешивались в голове со сценой реального провожания на охоту и последними словами жены , прозвучавшими на прощание.
Володе за рулем пришлось еще хуже — все время поездки он боролся со сном и со скользкой дорогой.
В угодьях к нам присоединился егерь. Он должен был составить вместе с Рясным экспертную комиссию. С большим трудом пробравшись по лесной дороге, вслед за газиком егеря, мы были вынуждены вскоре остановиться- жигули отказались дальше ехать по заваленной снегом дороге.
Достали термоса с кофе, какие то свертки с остатками новогоднего стола, которые разъяренные жены покидали нам в сумку. Выпили по полтиннику. Ожили.
Уже возбужденные словами егеря о близком нахождении стада собрали ружья и выпустили собак. Проваливаясь почти по пояс ,цепочкой двинулись вдоль ручья.
Снег пушистый, двигаться было не очень трудно . Собачек он тоже не остановил- Бойка с егерьским кобелем сразу ушли на махах в лес, а Барсик периодически показывался на глаза. Сказалось густылевское — Барсик поди сюда, возьми конфетку.
Нам повезло — через час послышался злобный лай Бойко, а затем и голоса, подваливших к ней кобелей.
Показалось, что очень далеко , но лес закухтованный после ночного снегопада. В таком лесу всегда плохо слышно.
Мы с Володей , как самые молодые, рванулись под собак, останавливаясь через каждые несколько десятков метров перевести дыхание и послушать периодически доносящийся лай.
Уже через несколько минут этой беготни, старики потерялись где то сзади . Володя ушел левее ,а я начал обходить густой ельник справа.
Собак слышал время от времени, но практически на одном месте.
По опыту прежних охот, было понятно, что они крутят кабана .
Уже спускаясь с бугорка к краю мохового болота, поросшего редкими соснами, услышал лай кобеля и злобное урчание.
И тут же на открытой поляне увидел широкую вспаханную полосу снега. Из последних сил вывалился в эту борозду и даже не успев опустить глаза вниз на следы и перевести дыхание ,как справа прямо на меня набежал катящийся, визжащий и рычащий ком, состоящий из трех лаек и здоровущей, как показалось, огромной свиньи.
Оба кобеля висели на ушах, а сука, вцепившись в пятак, волочилась за свиньей на боку, подмятая Барсиком.
Оцепенев от ужаса и от нереальности происходящего, тем не менее успел подумать- они же меня сейчас сомнут ,ногу сломают- и попытался отскочить в глубокий снег. Оступился и упал на бок. Рефлекторно отпихнул свободной ногой набежавшего кабана. Кабан и вцепившиеся в него собаки, не обращая на меня никакого внимания, втоптали мои ноги в снег и ушли дальше.
Дальше все происходило как при по кадровом просмотре кинопленки.
Я переворачиваюсь на живот, встаю на колени.Вскочив на ноги , бегу следом, вытряхивая на ходу снег из стволов ружья. Собаки продолжают висеть на кабане и я его быстро догоняю.
Ну и как ее зарезать- вспоминаю ночные уроки Рясного- свинья то килограмм за 120?.
Стрелять тоже нельзя, можно собак зацепить. Да и егерь строго предупреждал, чтобы свинью не стрелять.
Бегу следом ,не понимая, что делать дальше. В отчаянии догоняю и бью сапогом по заду , покрытому темной щетиной.
Измученная свинья прыгает в сторону , стряхивает с себя кобелей, а сука летит в противоположную сторону ,продолжая держать в зубах оторванный пятак с куском скальпа.
С каким то чувством облегчения от того ,что ситуация хоть как то разрешилась- свинье все равно не жить- торкаю ей почти на лету стволами за ухо и нажимаю на курок.
Свинью отбрасывает в сторону, а я валюсь в другую.
Отползаю в сторону поваленного дерева , подальше от бесчинствующих лаек. Дрожащими руками с трудом достаю и прикуриваю сигарету. С наслаждением затягиваюсь. Захожусь кашлем.
Внутри все мелко и противно трясется — от проходящего возбуждения и усталости.
Безучастно и молча смотрю как пара наших сцепилась с кобелем егеря, отгоняя его от туши кабана.
Бег времени постепенно приходит в норму и вместе с ним начинаю приходить в себя и я.
Через какое то время , пыхтя и отдуваясь , на поляну по моему следу выползли старшие.
Костя ,беспокойно оглядевшись, стоит тихо и молча светится от счастья. Николай Лукъянович, нарочито строго спросил — ну и что вы тут устроили?
И действительно, поляна имеет вид неопрятный- вся перерыта, в пятнах и лужах крови ,собаки озверевшие до невозможности и рычащие на чужих. Барсик — хочешь конфетку- из белого превратился в красного . А, что стоил один только вид истерзанной свиньи с оголенной до кости верхней частью морды.
Я рассказываю как все происходило и одновременно лукаво интересуюсь, что помешало экспертам выйти на поляну пока дело еще не было закончено и посмотреть самим.
Николай торжественно объявляет , что он дает диплом 2 ст, дал бы первый если бы это была не свинья ,а секач.
-Секача мне только не хватало- уже реально с содраганием подумалось про себя.
Пока разделывали кабана, Володя сушился у костра и рассказывал как он ввалился в не замершее болото. Рясный травил различные охотничьи байки, которые были еще более маловероятны ,чем только случившаяся история. А хитрый Костя достал откуда то пол-литра водки , которую мы все с удовольствием распили у костра за здоровье отличившихся Бойко и Барсика.
За год до этого произошла другая интересная охота.
Все на этой охоте было впервые.
Первая охота в угодьях шлюза Гремучий , первая моя и Костина охота из под лаек, первый мой добытый секач, первая охота самих молодых лаек.
Испытанные тогда эмоции и ощущения были столь яркими , что долгие годы , да и сейчас , она остается одной из самых памятных.
Собаки- восточно-сибирские лайки , до этого видели кабана только в вольере и нам не терпелось проверить их в лесу. Хотя особых надежд не было — что собственно ждать от почти щенков .
Собаки были отведены от пары аборигенных зверовых лаек. Еще шенками ,правдами и не правдами , Костя их вывез в Питер.
Лес они конечно знали, один раз даже работали по лосю, но все встречи были не в сезон охоты и ничем не могли закончиться.
Поэтому уже в первый день открытия охоты на копытных, еще по чернотропу, мы оказались в лесу в районе шлюза Гремучий ,там куда удалось достать лицензию.
Кабан в этих местах был ,о чем свидетельствовал перерытые кабанами в поисках корений заросшие многлетними травами поля. Да и по словам местного егеря в этом районе держалось приличное стадо кабанов. Но как его найти в незнакомых угодьях. Егерь сопровождать нас отказался, сославшись на неотложные дела.
Пару часов мы обходили характерные места возможной дневки кабанов, но свежих следов их присутствия в лесу встретить не удавалось. Да и собаки не очень активно искали, к тому же получили пару раз по голове за попытку работать по белке.
Псы крутились все время неподалеку ,очень часто показывались на глаза, проверяя хозяина. Это тоже не вселяло в нас оптимизма.
Но когда надежды на успех почти совсем угасли, Костя наткнулся на свежие покопки стада кабанов на лесном косогоре.
Стали называть собак , показали им место и чудо — сука ,крутанувшись вокруг, ушла в лес по следам. Кобель за ней.
Медленно продвигаясь в том же направлении , мы периодически останавливаясь и прислушиваясь.
Костя опытный легашатник , но не опытный лайчатник уже начал беспокоится и мне стоило больших трудов удержать его от того, чтобы называть собак.
Сначала отдала голос Бойка, да не робко, а просто взревела .Затем мы услышали и голос кобеля.
И хотя на это мы надеялись и ожидали , все равно это все произошло внезапно.
Я очнулся только уже на бегу ,ружье было в руках , дыхания почти нет. Кости рядом не было, а впереди недалеко орали обе собаки.
Лай был почти на месте и смещался не намного — то вправо , то влево. И это явно была не белка.
Зверь , но какой зверь? Я даже боялся подумать , что кабан.
С огромным трудом взял себя в руки и заставил себя подходить под лай с подветренной стороны.
Меня колотила крупная дрожь и ружье ходило в руках ходуном.

Лай и рычание раздавались уже совсем близко, но ни зверя, ни собак, скрытых высоким густым еловым подростом перевидеть никак не удавалось.
Вместо того, чтобы попытаться его обойти, я опустился на колени и пополз в ельнягу в направление звуков борьбы. Встать на ноги и двигаться в полный рост, не было никакой возможности, вернуться тоже- ведь там совсем близко наши собачки бились со зверем. Азарт и кураж гнали вперед несмотря на явное противоречие со здравым смыслом.
Когда я заметил впереди, сквозь частокол елок, мелькающие лапы и копыта и гоняющихся друг за другом собак и кабана ,дышать перестал. Так не дыша, прополз еще пару метров. Стало видно, что не подсвинок, как я предполагал, а крупный секач гонял наших собак. Лайки отлетали от него, разворачивались ,в свою очередь атаковали сзади, но хваток не делали- осторожничали.
Стрелять было нельзя, ни на секунду не было видно корпуса секача полностью — в просвет то мелькнет голова, то зад или шея. К тому же и собаки мелькали в створе возможного выстрела.
Пришлось , держа ружье на вытянутых вперед руках, подползать еще ближе. Одна мысль стучала в голове- не подшуметь , ведь и так уже было нереально близко. Но кабан в шумной борьбе с лайками ничего не услышал.
Стоя на коленях в кромке ельника я ждал своего шанса .И он подвернулся когда после очередного броска в сторону собак, кабан приостановился прямо напротив меня.
Выстрел прозвучал интуитивно, в тот момент когда ,как мне показалось, кабан просунул голову между елками.
Я ни до этого, ни после никогда больше не видел, чтобы большой секач так летел крутясь волчком на землю. Пуля турбина 12 калибра с трех метров в упор попала в голову и буквально размазалась по черепу. Как потом выяснилось не убила, а только оглушила. Вторая пуля ударила в шею уже лежавшего на боку зверя.
Моментально перезарядивших ,я простоял на коленях несколько долгих минут. Только сейчас о меня дошла вся опасность и беспомощность моего положения. Но кабан не встал. Да и по поведению осмелевших собак, которые стали рвать на нем щетину ,было ясно ,что он дошел.
Постояв еще несколько минут и еще не веря, что уже все закончилось, я с трудом выполз из ельника на поляну. Туша примерно пятилетнего секача лежала передо мной. Как потом установили клыки у него были около 18 см.

Костя ,разобравшись потом в ситуации и поняв, что я 7 метров подползал к секачу по густому ельнику, долго и жутко матерился. Да я и сам уже осознал всю глупость моего поступка.
Урок пошел на пользу — я никогда больше не давал на охоте азарту взять вверх над рассудком.
Успокоившись и только начав разделывать секача, мы с Костей поняли странное поведение секача- почему он стоял и вертелся на одном месте под собаками, не хотел покидать густой ельник. Кабан был стреляный картечью в районе лопатки. Только эта рана помешала ему уйти или расправиться с собаками , да и со мной, наверное тоже.
Потом адреналин пер ведрами, колени болели исколотые еловыми иголками, но мы были счастливы. Счастливы были и наши псы.
Третий и последний эпизод наших охот на шлюзе, о котором хочется рассказать ,произошел спустя несколько лет от описываемых событий.
Костя раздобыл лицензию на большого кабана и предложил съездить на один день за мясом. Мы с Володей радостно обрадовались — межсезонье затянулось ,да и вообще хотелось повидаться.
Добыть кабана казалось уже просто делом техники, настолько хорошо стали работать Костины лайки .Да и угодья мы к тому времени изучили и опыта поднабрались. Все складывалось очень хорошо.
Правда были две маленькие червоточинки.
Охотясь с лайками очень мало шансов было добыть трофейного секача. Собаки стремились отбить от стада свинью или подсвинка, а с секачем ,если был выбор ,предпочитали не связываться.
Мы же наоборот к этому времени оценили всю прелесть трофеев и с сожалением вспоминали как у первых добытых секачей выбивали клыки обухом топора.
Поэтому бухтели на собак. и только в последствие, поохотившись с другими лайками, поняли какими золотыми были Бойко и Барсик.
Вторая проблема состояла в том, что хозяину собак Константину Владимировичу, молодежь практически не только не давала шансов добыть ,но даже и перевидеть из под собак зверя. И хотя Костя всегда искренне радовался нашим удачам, мечта самому взять кабана из под своих лаек исподволь его тревожила.
Наши попытки уступить ему, он тем не менее пресекал решительно, удовлетворяясь ритуальной командой.- иди ,убей его. Честно надо сказать, что и стрелок он был неважный. Поэтому ставить под сомнение успех команды не хотел.
В этот раз мы заехали в ту часть угодий, где происходили памятные испытания по вольному кабану.
Стояла мягкая осень. Приехали рано и с полчаса пили чай из термоса, наслаждаясь красотой и пробуждением золотого местами леса.
Когда окончательно развиднелось, спустили лаек со сворки.
Чем последние и воспользовались, тут же скрывшись в лесу..
Мы не спеша собирали ружья , когда услышали первую полайку Бойки, которая сменилась яростным ревом обеих собак уже через пару минут..
Сунув в карман несколько пулевых патронов и схватив ружье ,я рванулся под собак. Володя чуть замешкался, запирая машину. Костя тоже не стал его дожидаться, потихоньку побежав правее.
Мне было весело и хотелось успеть к собакам раньше Володи , с которым у нас была небольшое негласное соревнование. Последнее подогревалась Густылевым в виде довольно едких подначек. Вовке больше доставалось и он исподтишка злился на Костю.
Пробежав не больше ста метров я неожиданно уперся в полноводный ручей о котором совсем забыл. Длинный период дождей сделал его непроходимым для коротких сапог..
А за ручьем было слышно как собаки крутили кабана.
Купаться не хотелось, но и уступать тоже было обидно.
В поисках бревна я рванул вправо и столкнулся с Володей, который бежал в поисках переправы мне навстречу.
Поухмылявших понимающе друг другу, уже не спеша стали искать переправу вдвоем.. Да и куда особо спешить — лайки подсвинка не отпустят, а мы оба тут рядом.
Выстрел за ручьем позвучал совершенно неожиданно. Про Костю мы в пылу соревнования совсем забыли.
А дальше началось совсем непонятное. Истошный визг поросенка- выстрел. Опять визг- еще выстрел. Да, что же такое там происходит?- почти одновременно вслух прозвучал вопрос. Бегом подтащили бревно и по нему перебрались на другую сторону.
Когда мы с Володей пришли на место, Костя мокрый по грудь пытался раскурить подмокшую сигарету .Собаки были уже на сворке и привязаны к дереву. Взгляд кинул на нас одновременно лукавый с ехидцей и смущенный.
Ну ,ехидство было понятно — обскакал молодежь.. Вон в ямке рыжеет сеголеток.
Но не успел Костя сказать,что то ехидное в наш адрес,как Володя подошел к поросенку и враз обломал торжество старика — ну и на хрена ты эту ондатру убил, что тут делить?
Отсмеявшись, я стал допрашивать Костю- что же все таки здесь произошло?
Смущаясь и посмеиваясь над самим собой, он рассказал следующее:
— понимаешь, ручей я перескочил вброд, ухнул по пояс. Подошел под собак, они распяли сеголетка. Стрельнул в упор, он отскочил в этот момент и я промазал. Дай думаю зарежу
кабана. Ткнул его — не режется , визжит. Еще раз выстрелил — ногу перебил. Опять ножом ткнул — снова визжит. Мне уже жалко его стало. Третьим выстрелом попал. Успокоился.
-Да, -.отвечаю на полном серьезе — кабанчик действительно не крупный, попасть трудно.
Успокаиваю веселящегося Володю и ,вдвоем за ноги тащим кабанчика к переправе ,а потом дальше к машине. Костя тоже веселится всю дорогу, хвастаясь ружьем громкого боя..
По большому счету он доволен, а мы рады за него.
Кабанчика мы бросили в багажник и едем его разделывать к ручью у дороги. Это место находится в обходе у другого егеря., он нас не сильно жалует и все время придирается.
Поэтому Костя еще в лесу закрывает лицензию.
У ручья Костя ,пока мы разделывали сеголетка, переоделся и успел накрыть стол.
Разлил по стаканчику и сказал проникновенный тост. Не про охоту, не про собак, не про добытого сеголетка — про нашу дружбу и счастье которое она ему приносит. Здесь уже никто не захотел ерничать, все чувствовали одно и тоже.
И сегодня мне часто снится как мы с Костей охотимся с легавыми или идем по зимнему путику, а впереди на махах по пушистому снегу скачут две восточно-сибирских лайки.,
Одна почти белая, вторая -черная с белым воротником..
Царство ему небесное и наша благодарная память за подаренную дружбу.
.