Рассказ головы из оперы руслан и людмила

Произведения А. С. Пушкина не всегда были реалистичными — он написал много прекрасных сказок, которые вошли в сокровищницу мировой литературы. И порой в них встречаются удивительные, даже фантастические персонажи. Например, голова из поэмы «Руслан и Людмила». И это не просто какое-то чудовище, а персонаж с собственной историей, которая постепенно раскрывается перед читателем.

Оглавление:

• Неожиданная встреча
• Битва с Головой
• Коварный замысел
• Гибель физическая и духовная
• Финал истории

Неожиданная встреча

Наряду с «обычными» героями (киевским князем, похищенной княжной и отважным богатырем) сказочный мир поэмы населяют и создания, которые являются плодом воображения писателя. Например, всемогущий колдун Черномор. И, конечно, говорящая голова. Этот образ является, пожалуй, наиболее фантастическим во всем произведении. Вот какие приемы помогают представить читателю весьма необычное существо:

• Эпитеты — определения, они должны усилить впечатление («огромны очи»).
• Гиперболы — стилистические преувеличения, которые служат цели подчеркнуть мысль автора («…как жар… очи засверкали», «громадой грозной»).

Точных размеров автор не называет, но становится понятно, что Голова очень большая, просто огромная. Главный герой натыкается на существо неожиданно и сначала думает, что перед ним — холм. Однако вскоре понимает, что ошибся и это не что иное, как настоящая голова. Правда, без туловища.

Битва с Головой

Отважный витязь Руслан вступает в схватку с противником. Хотя силы явно неравны. Об этом однозначно говорится в описании необычного персонажа:

• Большой размер — главное, на чем акцентирует внимание автор. Он сравнивает Голову с громадой, холмом. На бровях, ресницах и усах у Головы отдыхают совы.
• Автор восхищается персонажем — при этом Пушкин пишет, что его персонаж обладает «ужасной красотой».
• Даже простое чихание вызывает целую бурю — коня, на котором путешествует Руслан, просто сносит вместе с наездником.

Голова находится посреди степи не просто так, у нее есть своя цель. Но об этом герой узнает уже после битвы. Сначала же персонаж кажется полностью отрицательным, поскольку атакует главного героя, мешает ему исполнить благородную миссию.

Но благодаря упорству и смекалке, Руслану удается одержать победу. Он протыкает копьем язык чудовищному обитателю степи. Сдвигает голову с места и завладевает мечом. После этого герой уже хочет нанести последний сокрушительный удар, но неожиданно слышит мольбу о пощаде. Руслан проявляет великодушие, как и подобает герою. Это позволяет читателям узнать подробности жизни персонажа и пересмотреть его характеристику, которая сначала кажется отрицательной.

Коварный замысел

Выясняется, что в поэме «Руслан и Людмила» голова богатыря появляется не просто так. Этот персонаж имеет предысторию, которая окажется важной для развязки всего сюжета. Фантастический персонаж раньше тоже был отважным витязем, как и главный герой поэмы. Недаром же он носит шлем, хотя лишен тела. Герой рассказывает все о том, как оказался посреди пустынной степи.

Именно тогда и выясняется, что злодей Черномор, похитивший невесту Руслана, приходится бывшему воину младшим братом. Он родился карликом, стал хитрым и коварным. Старший юноша был очень красив, статен, высок и храбр, обладал добрым сердцем. Становится понятно, почему Черномор отрубил голову своему брату — причиной стала банальная зависть. Именно она толкнула злодея на этот безобразный поступок. Он придумал целый план по избавлению от «соперника».

Великан-богатырь был отважен, но простоват. Этим и воспользовался карла. Однажды он поделился с братом тайной: существует меч, которым будут убиты они оба. И чтобы избежать такой судьбы, Черномор хочет завладеть оружием. Ложь было сложней распознать, поскольку в ней содержалась и правдивая информация. Только витязь не знал, что первой жертвой меча станет он сам…

Гибель физическая и духовная

Итак, Великан сажает карлика на плечо и вдвоем братья отправляются на поиски страшного меча. Благодаря своей силе, старший брат легко достает оружие из подвала. Но возникает спор — кто будет им владеть? Карлик предлагает соревнование — надо приложить голову к земле и внимательно слушать. Обладателем меча станет тот, кто первым услышит звон.

Пока богатырь лежал на земле, злодей подкрался к нему сзади и отсек голову. Но жестокий колдун задержал в ней «дух жизни». Черномор перенес побежденного брата (точней то, что от него осталось) в степь и заставил сторожить зловещий меч. Вот что защищала голова от незваных гостей. Бывший витязь открывает Руслану секрет, который помог одержать победу над злодеем. Сила Черномора содержится в его бороде. Карлик уже родился с ней. Чем длинней борода, тем сильней колдовская сила. Именно ее следует отсечь Руслану.

Читателю остается неизвестным, как звали брата коварного карлика. Но это неважно для понимания чувств персонажа. Все, что осталось у Головы — желание мести, он живет только этим. Поэтому личность оказывается лишенной самого главного для человека — возможности влиять на ход событий. Она прикована к одному месту, может только говорить да поднимать вокруг себя пыльные вихри.

Так автор показывает бесцельное существование, целью которого является лишь негативное стремление причинить кому-то боль. Даже если это вполне заслуженно.

Финал истории

Богатырь, победивший Черномора, возвращается к волшебному персонажу, который помог ему вызволить из плена невесту и одолеть зло. Услышав весть о том, что колдун побежден, Голова спокойно умирает. Для нее смерть — радостное событие, поскольку персонаж исполнил свое предназначение и ему в жизни нечего больше желать.

Руслан же хорошо усвоил урок, который следует из биографии поверженного витязя. Одержав победу над колдуном, он не убивает его, а просто лишает возможности и дальше творить зло. Воин не становится на путь мести, не позволяет злобе завладеть душой.

Голова и Черномор — не единственные персонажи, которых он прощает. Например, Фарлаф и вовсе лишает его жизни, ворует Людмилу, но и этого негодяя доблестный рыцарь прощает (после того, как тот раскаивается). Ненавидеть врага — это не лучший способ провести остаток жизни. Лучше пресечь зло и позабыть о нем, открывая душу для новых приятных чувств. Такой урок можно извлечь из печальной истории Головы, охранявшей волшебный меч.

Ее премьера состоялась ровно через 6 лет после постановки первой оперы Глинки «Жизнь за царя» (27 ноября). После народно-исторической трагедии композитор обратился к сказке, поэтично пересказанной в юношеской поэме А.С. Пушкина (1820 [1]).

Идея создания оперы возникла у Глинки не случайно. Живой интерес к русскому эпосу, «преданьям старины глубокой» испытывали в те годы многие деятели русской культуры.

Не меняя канвы пушкинского текста, композитор внес в него некоторые изменения. Так, например, у Пушкина временами проявляется легкая юношеская ирония по отношению к своим героям, у Глинки этого нет. Наделив положительных героев глубокими характерами, он придал им большую этическую значимость.

Обращение к Пушкину еще сильнее подчеркнуло светлое, гармоничное начало, присущее творчеству Глинки. Его «Руслан» – едва ли не самое «мажорное» произведение во всей оперной классике, посвященное идее торжества любви, победы богатырской силы над темными силами зла.

Либретто Валериана Ширкова, Константина Бахтурина и Михаила Глинки [2].

Жанр, особенности эпической драматургии

Пушкинская поэма в интерпретации Глинки отличается эпическим тоном, она как бы «распета на былинный лад» (Асафьев). Композитор назвал свое сочинение «большой волшебной оперой». По жанру это народная сказочно-эпическая опера [3].

Новый жанр определил особенности драматургии «Руслана». Для нее характерны:

• неспешное развертывание событий, свойственное русским былинам;
• большая роль «случайности» в развитии сюжета [4];
• замена острого интонационного конфликта (имевшего место в «Жизни за царя») контрастом. Враждебные силы здесь не столько сталкиваются, сколько контрастно сопоставляются. Самые напряженые и драматические моменты остаются «за кадром» (например, битва Руслана с Черномором);
• размеренное эпическое повествование складывается в чередование больших контрастных картин:
  • 1-е действие – экспозиция образов главных героев (интродукция: свадебный пир Руслана и Людмилы в княжеских палатах Светозара) и завязка сюжета (похищение Людмилы). Далее следует ряд отдельных картин – эпизодов сказочных приключений героев.
  • 2-е действие: 1-я картина: встреча Руслана с волшебником Финном, его рассказ о любви к волшебнице Наине;
  • 2-я картина: встреча Фарлафа с Наиной, которая обещает помочь ему найти Людмилу;
  • 3-я картина: встреча Руслана с Головой, поединок, рассказ Головы, получение Русланом меча, которым можно сразить Черномора;
  • 3-е действие: волшебный замок Наины, в который попадает вначале Ратмир, а затем Руслан. От волшебных чар Наины их спасает Финн;
  • 4-е действие: Людмила тоскует в волшебных садах Черномора. Появляется Черномор. Руслан звуком сигнального рога вызывает Черномора на битву и побеждает, отрубив его бороду, в которой спрятана волшебная сила. Руслан находит Людмилу, но не может разбудить ее.
  • 5-е действие: 1-я картина: рабы Черномора сообщают Ратмиру об исчезновении Людмилы и о том, что Руслан отправился спасать ее. Финн передает Ратмиру волшебный перстень, который должен разбудить Людмилу.
  • 2-я картина: княжеские палаты Светозара. Фарлаф приносит похищенную им Людмилу, но разбудить ее никто не может. Появляется Руслан и пробуждает ее с помощью перстня, переданного ему Ратмиром. Народ прославляет жениха и невесту.
• преобладание законченных сцен и отдельных замкнутых номеров, сравнительно небольшая роль сквозного действия;
• множество равнозначных персонажей, несколько линий действия (Руслан и Людмила, их борьба за счастье и противодействие им Черномора и Наины; Ратмир – Горислава;  Фарлаф и Людмила, отчасти Фарлаф и Наина; Финн и Наина;
• показ не столько событий, сколько реакции персонажей на них, выраженная в законченных номерах, а также включение номеров, не связанных с действием (песенные «рассказы» Баяна, баллада Финна, рассказ Головы);
• использование «закона симметрии», характерного для русского фольклора. Тематизм увертюры повторяется в финале 5 действия в той же тональности D-dur, что придает опере особую стройность и завершенность. Кроме того,  возникает и сценическая арка: интродукция и финал рисуют величавые картины Киевской Руси, это монументальные хоровые сцены. Уравновешенность и стройность пропорций отличает не только общую конструкцию в целом, но и отдельные действия, сцены.
• тот же неписанный закон сказывается в расстановке главных действующих лиц. Двум злым волшебниками – Наине и Черномору – противостоят два добрых вещих старца – Баян и Финн; Руслану и Людмиле «вторит» другая любящая пара – Ратмир и Горислава.

Вместе с тем эпос «Руслана и Людмилы» сказочный. А всякая сказка соотносится с сакральным мифом как его снижение. Вот почему своих «антигероев», которые противостоят светлым персонажам, Глинка не лишает пушкинского юмора. Они, скорее, комичны, чем ужасны. «Черноморское» и волшебное в «Руслане и Людмиле», конечно, враждебно, но как бы понарошку, по-сказочному.

В музыкальном отношении положительны» и отрицательные персонажи в «Руслане и Людмиле» разграничены. Первых характеризует вокальная музыка, вторых – инструментальная. Черномор вообще не поет, он немой персонаж, а Наина поет на одной-двух нотах сухой скороговоркой. Важным средством обрисовки фантастических героев является гармония – целотонная «гамма Черномора», элементы уменьшенного лада (например, уменьшенное трезвучие в характеристике Наины), острые диссонансы. Изысканность глинкинской фантастики сближает «Руслана» с «Обероном» Вебера и «Волшебной флейтой» Моцарта.

В характеристике положительных героев господствует народно-песенный тематизм. Композитор воссоздает наиболее яркие особенности русской народной песни, ее мелодику, гармонию, ритмику, не прибегая к прямому цитированию. Особенно широко представлены древнейшие пласты музыкального фольклора – обрядовые песни (свадебные, величальные), былины, плачи и причеты (в хорах 5-го действия, отчасти в партии Людмилы в плену у Черномора), интонации эпических песен в партии Руслана.

Контрастно сопоставляются в «Руслане и Людмиле» не только реальность и фантастика, но и Русь с Востоком. В восточных сценах композитор использует подлинные народные мелодии, бытующие в разных регионах Кавказа и Ближнего Востока – арабские, персидские, грузинские. Таким образом, «Восток» Глинки – это собирательное понятие, без точных национальных координат. Богатейшая фантазия композитора сотворила целый мир красочных, изысканных, необычных по звучанию музыкальных образов – то темпераментных и энергичных, то созерцательных, томных, упоительных. Эти находки позднее легли в основу оригинальной сферы русской музыки – «русского Востока».

Оркестр. Увертюра

Оркестровое мастерство – одна из отличительных особенностей «Руслана и Людмилы». Некоторых героев постоянно сопровождают определенные тембры (поэтому они называются лейттембрами): образ Руслана связан с тембром кларнета, Людмилы – с легкими пассажами флейты или со скрипкой, Гориславы – с «экзотическим» тембром фагота. Ратмира сопровождает тембр английского рожка, Наину – «колючее» звучание деревянных духовых, играющих стаккато.

Экспозицией важнейших тем оперы и концентрированным выражением ее идеи является увертюра, написанная после завершения оперы. Форма сонатная, построенная на сопоставлении противоборствующих образов: светлое, положительное начало сосредоточено в экспозиции, репризе и заключительной части коды; разработка и начальный раздел коды посвящены образам злой фантастики.

Начало увертюры (вступительный раздел, главная партия и начало связующей) целиком взяты из финала пятого действия. Богатырские образы проявляются уже в теме вступления – могучих аккордах плагального соотношения (Т-S-Т). Сам композитор  сравнил их с мощным ударом кулака.

Главная тема стремительна и оптимистична, «летит на всех парусах» (выражение Глинки). Она основана на гексахордовой попевке («глинкинский гексахорд»).

В связующей партии впервые появляется фрагмент целотонной гаммы (гаммы Черномора). В основе побочной партии – лирическая тема любви Руслана («О, Людмила, Лель сулил мне радость» из его арии). В разработке вновь возникает образ Черномора – в «аккордах оцепенения», которые звучат в сцене похищения Людмилы. В коде у тромбонов дважды проходит полная целотонная гамма («гамма Черномора»), но после нее возвращаются интонации главной партии и вступления, воплощая идею торжества добра над злом.

Первое действие

Первое действие открывается монументальной хоровой сценой. Это интродукция, музыка которой создает ощущение древности. Главной фигурой интродукции является певец-сказитель Баян, известный по старинным сказаниям – образ-символ, воплощающий народную мудрость [5].

По форме  интродукция представляет собой рондообразную композицию. Рефреном служит запев Баяна «Дела давно минувших дней», развивающийся  у хора и солистов (на основной попевке – глинкинском гексахорде), а эпизодами – две песни сказителя. Хоры интродукции написаны в старинном жанре величальных свадебных песен.

В первой песне Баяна (тенор) – «Оденется с зарею» (с.23) – звучит предсказание будущих драматических событий оперы (о том, что «рок грозит жениху гибелью»). Характер былинного сказа подчеркивают аккорды  arpeggiato арфы и фортепиано. Они имитируют игру на гуслях, которой традиционно сопровождалось исполнение былин. Народный колорит создается и ладовыми средствами (используется фригийский и натуральный минор). Также типично для русской народной песни поэтическое сопоставление образов природы и человека (цветок любви и жених, буря и рок).

Вторая песня Баяна – «Есть пустынный край» (с.32) – вносит в праздничную атмосферу элемент лирического раздумья. Она посвящена памяти Пушкина («но недолог срок на земле певцу») [6].

Характеры главных героев раскрываются в развернутых ариях-портретах. Людмила (сопрано) является воплощением женственности, красоты и любви. Это идеальный возвышенный образ – архетип  чистоты, искренности и верности. Ее первая характеристика дана в каватине из 1-го действия. Это огромная сцена с участием хора. Сначала, согласно свадебному обряду, Людмила прощается с отчим домом – «Грустно мне, родитель дорогой» (с.50). Музыка проникнута светлой грустью. Как и в партии Антониды, здесь сочетаются распевность русской народной песни, интонации городского романса и сложное виртуозное пение. Виртуозность вокальной партии акцентирует юную жизнерадостность Людмилы.

Реплики хора, утешающего Людмилу и прославляющего Леля[7] – «Не тужи,  дитя родимое» (с.53) – звучат мягко, ласково на 5/4.

Затем героиня обращается к неудачливым претендентам на ее руку – Фарлафу и Ратмиру. С каждым из них она говорит по-разному: с Фарлафом – шутливо («Не гневись, знатный гость» в ритме польки, с.56), к Ратмиру обращается, имитируя восточные интонации («Под роскошным небом юга» с. 57  –  хроматизмы, гармонический мажор).

В целом, в каватине создается образ юной и по-детски беспечной княжны. Кульминация свадебного обряда 1-го действия – хор «Лель таинственный, упоительный» (с. 77), в котором возникает атмосфера древнего языческого действа. Впечатление архаики создается унисонным исполнением мелодии в пятидольном метре, с повторением звуков в октавном удвоении, диковатыми выкриками «Ой, Дидо!». Повторение мелодии без изменений образует форму «глинкинских вариаций» (варьируются фактура и оркестровка).

      Хор резко прерывается – начинается сцена похищения Людмилы. Вторжение враждебной фантастической силы меняет строй музыки: грозно звучит целотонная гамма (симметричный лад воспринимается здесь как нечто бесстрастно-холодное, враждебное).

Все присутствующие при похищении охвачены оцепенением, которое изображено музыкальными средствами. На протянутый тон (ми-бемоль, энгармонически заменяемый ре-диезом) нанизываются доминантсептаккорды к различным тональностям, имеющие этот звук в своем составе. Они остаются без разрешения, «повисают в воздухе», создавая впечатление нереальности происходящих событий. На этом фоне звучит квартет 4-х низких голосов «Какое чудное мгновенье». Его участники – три витязя (Руслан, Ратмир и Фарлаф) и Светозар – поют канон, словно в полусне, повторяя одну и ту же фразу в медленном темпе.

Второе действие

Центр 1-й картины второго действия – баллада Финна, где звучит цитата финской народной песни (в форме, сочетающей рондо с вариациями). В предпоследнем куплете, где Финн описывает Наину как «старушку дряхлую, седую», звучат аккорды стаккато деревянных духовых, которые станут лейтмотивом Наины.

Сцена Фарлафа и Наины  (2-я картина второго действия) – комическая. Фарлаф боится Наины («Страшная старушка зачем идет сюда» и т. п.). В Рондо Фарлафа «Близок уж час торжества моего» используется типичный для итальянской комической оперы буффа прием скороговорки в басовой партии; здесь он изображает характер Фарлафа, труса и лентяя. Герой захлебывается от радости, что ему удастся найти Людмилу без усилий, при помощи Наины.

3-я картина второго действия посвящена Руслану (баритон). В этом образе отразились представления о патриотизме и доблести былинных и сказочных богатырей, которые в народном сознании всегда олицетворяли защитников и спасателей земли русской.

В портретной арии Руслана три раздела. Первые два – медленные, минорные: «О поле, поле» (с.154) и «Времен от вечной темноты» (с.156). Вокальная партия в характере распевного речитатива передает раздумья о бренности всего земного. Начальная интонация 1-го раздела  – движение по глинкинскому гексахорду (как в главной теме увертюры и начальной фразе Баяна).

3-й раздел – «Дай, Перун, булатный меч мне по руке» (с.159) – основной, раскрывающий героическую  суть образа. Он написан в сонатной форме без разработки. Главная тема  маршеобразная, энергичная, она родственна всем темам с глинкинским гексахордом. Тема побочной партии – «О, Людмила» (с. 160) – лирическая (она выступает в роли побочной и в увертюре к опере). Картина завершается сценой Руслана с Головой. Партия Головы исполняется мужским хором, поющим в унисон.

Поверженная голова рассказывает Руслану свою историю. Когда-то она была храбрым витязем-гигантом, но на свою беду имела младшего брата-карлика, злоб­ного Черномора, который завидовал старшему. Однажды Черномор открыл секрет, найденный им в черных книгах, что за восточными горами в подвале хранится меч, который опасен для обоих братьев. Черномор уговорил брата отправиться на поиски этого меча и, когда он был найден, обманным путем завладел им и отрубил брату голову, перенес её в этот пустынный край и обрек на то, чтобы она вечно сторожила меч. Голова предлагает Руслану взять меч и отомстить коварному Черномору. 

Третье действие

Третье действие можно охарактеризовать как восточное. Оно происходит в волшебном замке Наины, которая завлекает Руслана и Ратмира в свое царство неги.

Мягкий, вкрадчивый хор волшебных дев Наины (Персидский хор, с.179) основан на подлинной мелодии восточной песни, написан в форме глинкинских вариаций (на неизменную мелодию).

Появляется Горислава – возлюбленная Ратмира, которая отважилась вызволять его из замка Наины. Ее портрет дан в каватине (страстные романсовые интонации).  Ария Ратмира, как и ария Руслана, состоит из контрастных разделов – медленного речитативного и быстрого «Чудный сон живой любви». Это – очень быстрый вальс.

Итак, Ратмир увлекается волшебными девами и отвергает Гориславу, – зато появляющемуся в финале Руслану она очень нравится («Этот грустный взор, страстью распаленный, голос, звук речей, стройные движенья тревожат сердце мне… И Людмилы милый образ тускнеет, исчезает…»). К счастью, вовремя появляется Финн – он разрушает чары Наины и ее волшебный замок превращается в лес. Руслан снова готов спасать Людмилу.

Четвертое действие

Четвертое действие открывается сценой Людмилы в садах Черномора. Ее ария «Ах ты, доля-долюшка» (с.262) звучит как задушевная русская лирическая песня. Для мелодии характерны «никнущие» окончания фраз, аккомпанемент «гитарный». Ария  является частью большой рондообразной сцены, в которой чередуются сольные и хоровые эпизоды. Это небольшие хоры водяных и волшебных дев, которые звучат очень беззаботно, что создает контраст с состоянием Людмилы. Людмила тоже вскоре берет себя в руки: очень гордо, почти героически звучит музыка последнего раздела «Безумный волшебник! Я дочь Светозара».

Музыкальным портретом Черномора является условно-варварский марш, несколько напоминающий моцартовских янычар. Музыка этого марша характеризует злого волшебника, одновременно грозного и комичного (без своей бороды карлик абсолютно бессилен). В образе бородатого и немого властелина ярче всего воплотилось сочетание иронии и гротеска, характерное для «антигероев» «Руслана и Людмилы».

Марш Черномора написан в двойной 3-частной форме (трио и реприза повторяются). Тональность определить трудно (постоянно звучат увеличенные трезвучия, полученные из целотнной гаммы Черномора). В начальной теме (с.279) два элемента. 1-й элемент исполняется грозно, tutti в унисон, ff, с акцентами на сильную долю. 2-й элемент – отрывистые, подпрыгивающие аккорды. В средней части – трио (с.280) – нежно звучащие в высоком регистре колокольчики, pizzicato струнных олицетворяют иллюзорность сказочного мира, которым правит этот.

За маршем следуют восточные танцы. Это так называемый характерный балет, составленный из различных по национальному колориту народных танцев. За плавным и томным турецким танцем следует подвижный и мужественный арабский танец, а затем огненная, вихревая лезгинка. В лезгинке использованы две подлинные закавказские мелодии, которые Глинка узнал от художника И. К. Айвазовского, услышавшего их в Крыму. Лезгинка прерывается сигнальным призывом Руслана (соло трубы за сценой) и переходит в хор рабов, наблюдающих за небесным поединком витязя и Черномора.

Пятое действие

Пятое действие происходит в древнем Киеве. Киевляне оплакивают княжну. Выделяются два хора: ««Ах ты, свет Людмила»» (с. 349) – горестный, близкий народным  причитаниям, своеобразное русское lamento. Усиливает выразительность каноническая имитация солирующей скрипки. Второй хор – «Не проснется птичка утром» (с.354) –  лирический, мягкий, в духе бытового романса.

Чудесное пробуждение Людмилы вызывает всеобщее ликование. Основная тема финала (prestissimo) – это главная партия в увертюре к опере.

В финале-апофеозе звучит ликующий хор народа «Слава великим богам» на материале увертюры.

[1]  В 1828 году вышло второе издание, со знаменитым прологом «У лукоморья дуб зеленый…».

[2]  При участии Н. Маркевича, Н. Кукольника, М. Гедеонова.

[3] Позднее к этому жанру обращался Римский-Корсаков («Садко», «Сказание о невидимом граде Китеже»).

[4] если бы Финн не спас Руслана из замка Наины, а потом не передал бы для него волшебный перстень, вряд ли бы все завершилось счастливой развязкой.

[5] Пушкин взял это имя из «Слова о полку Игореве».

[6] Задумав оперу при жизни Пушкина, Глинка приступил к работе над ней уже после трагической гибели поэта.

[7] Бог любви у древних славян.