Право на счастье рассказ на дзен глава 17

Часть 1

  Никита Прозоров обвёл взглядом территорию автобазы и кивнул Никифорову, который что-то выговаривал невысокой блондинке. Через минуту девушка откровенно фыркнула и резко развернулась на каблуках, демонстративно закинув за спину толстую косу.     

  – Извини, Никита Юрьевич, дела, понимаешь, – выдохнул Борис Николаевич, подходя к генеральному.     

  – Понимаю, дела есть дела. Особенно у таких красивых. Это кто такая, Борис Николаевич?     

  – Племянница моя, горе луковое! И в кого только пошла такая?     

  – Какая? – хмыкнул Никита, краем глаза улавливая движение среди большегрузных автомобилей. – Дерзкая? Или красивая?     

  – Ай, – махнул рукой в его сторону Никифоров, – и то, и другое! Не поверишь, Никита Юрьевич, как пришла сюда на работу, так мне покоя нет совсем. До всего ей дело есть! А сейчас так вообще…

  Прозоров резко повернулся и встретился глазами со своим начбезом Павлом Земляным. Когда-то, когда ещё существовала семья Соболевских, он сам отвечал за безопасность. Но после трагических событий, что случились на Рождество три с половиной года назад, он по просьбе выжившей в том кошмаре Анны, нынче мадам Демьяновой, возглавил бизнес Соболевских. Но привычка всё контролировать и за всем следить осталась.     

  – Добрый день, шеф. – Земляной протянул руку и ощутил крепкое пожатие. – Каким ветром вас занесло сегодня к нам?      

  – Да вот, решил к Борису Николаевичу наведаться, скоро из южных областей заявки на транспорт пойдут. А ты что тут забыл?     

  – Да так, – вдруг замялся Павел и скосил глаза в сторону административного корпуса. – За всем, понимаешь, глаз нужен.     

  – Ну да, – ухмыльнулся Прозоров, – видел я тут один объект. Если об одном и том же говорим, то ты, Паш, прав! Тут не только глаз да глаз нужен. Тут проволоку колючую натягивать придётся!

  Мужчины громко рассмеялись, Никита ещё раз осмотрел автомобили и тихо спросил:     

  – А как вообще, Борис Николаевич?     

  – Нормально, Никита Юрьевич. Понятно, что и накладки, и ошибки случаются – люди могут ошибаться, но всё работает как часы. В эксплуатационном отделе команда подобралась – одно удовольствие, ей-богу! И мозгам, и глазам праздник.     

  Прозоров поднял бровь и вопросительно уставился на Никифорова. Тот довольно улыбнулся и склонился ближе к боссу:     

  – Знаешь, будто специально в отдел кадров девчонки приходят одна краше другой. И порядок навели, как у хорошей хозяйки на кухне! По телефону как Сирены поют! Уж на что я уже старый, и то так и тянет в тот цветник заглянуть, жизни порадоваться.     

  – Ну, ну. Теперь понятно, что тут служба безопасности проверяет, – закончил разговор Никита и обернулся к Земляному: – Вечером я в «Гусенице» буду. Ты мне охранников покажешь. Всё-таки стрёмное место. Закрыть бы, да только куда ребят девать, что там работают? Ну всё, мужики, по коням. Павел, давай где-то часов в восемь?     

  Земляной кивнул и скрылся между фурами.

***

   «Гусеница» встретила Никиту громкой музыкой, рваным светом дискоболов и плавающим искусственным туманом. На танцполе господствовали молодые гибкие тела, извиваясь под громкие крики диджея. Прозоров кивнул бармену, отрицательно качнул головой на поднятую руку со стаканом и пошёл в боковой коридор. Здесь было значительно тише, только слышались разговоры и смех девчонок-танцовщиц. Павел лично следил за ними, понимая, что молоденькие девчонки вызывают восторг не только своими танцами, но и хрупкими телами. Вот уже три года после смены хозяина интим с посетителями не был обязаловкой. Если кто-то из гостей и заинтересовал любого сотрудника, то все свои личные дела решались вне стен заведения.     

   Дверь рядом резко распахнулась, и на Никиту налетела невысокая девушка с длинными прямыми волосами в блестящем комбинезоне.     

  – Ой, Никита Юрьевич! Извините, я вас не заметила.     

  – Ну да, – пробурчал Прозоров, – слона-то я и не приметила.     

  – Девчонки, – не обращая внимания на бурчание хозяина, прокричала девушка, – босс пришёл!

  Вскоре его окружили танцовщицы кто в одежде, а кто и без, и каждая пыталась обнять, поцеловать, схватить за рукав пиджака, что-то говоря при этом. Никита зажмурился и проревел:    

   – Паша, спасай!     

  Девушки разом замолкли, но через секунду опять окружили его.     

  – Так, я не понял? – раздался насыщенный баритон начбеза. – Это что за вид, Разумовская? А ну оделись быстро!     

  – Так мы же босса с днём рождения не поздравили! – ответила та самая Разумовская, что выскочила первой и устроила весь этот переполох. – Никита Юрьевич, – торжественно начала она, оглядываясь на других танцовщиц, – вы в последнее время редко к нам заглядываете, вот мы и рады. Чесслово, – она обезоруживающе улыбнулась и тихо добавила: – С днём рождения, босс! Девчонки, ну!     

  Все опять загалдели, Никита уже не сопротивлялся и обнимал девушек в ответ, благодаря и широко улыбаясь. Через минуту в коридоре уже никого не было, девчонки чётко знали границы дозволенного, да и к номерам надо было готовиться.     

  – Попал? – Павел закрыл дверь в кабинет управляющего и налил крепкого кофе. Затем сел в кресло и начал рассказывать: – Короче, Никита Юрьевич, новых трое. Все отслужили, на первый взгляд нормальные ребята. У одного из них жена в «Маристрансе» работает, Инга Горелова.     

  Никита кивнул, но фамилия эта ему ни о чём не говорила. Когда в твоём подчинении тысячи людей, запомнить отдельные фамилии никому не под силу.     

  – Проработали пока только дневные смены, с завтрашнего дня уходят на полную загрузку, а Горелов уже сегодня в ночь. Теперь по дому. Ты там ничего менять не собираешься? Надо бы камеры проверить, и думаю в саду заменить на инфракрасные, что-то размытое изображение получается.

  Никита отхлебнул кофе и опять кивнул. Паша вырос в профессиональном плане стремительно, будто ответственность за людей придала ему сил и знаний. Прозоров знал, что Земляной частый гость в университете – в компании с молодыми физиками он разрабатывал новые методы контроля и слежения. Но в личной жизни оставался одиноким волком, хотя в день свадьбы Серёги Синявина и Оли Кафельниковой напился до беспамятства. Никита хорошо помнил осоловелые глаза и тихий шёпот: «Не тебе, Прозоров, нотации мне читать, ты свою женщину сначала… забудь!» После того случая пьяным Павла никто и никогда не видел. И никогда не видели его с какой-то женщиной. Поэтому тщательно скрываемые взгляды на автобазе Никиту порадовали. Земляной мужик что надо, из него выйдет замечательный муж. Суровый, но справедливый.

Читать все рассказы яндекс дзен канала «Вокруг любви». Все главы рассказов на странице сайта.

Рассказ «Мама, я не хочу, чтобы тебе было больно, когда я уйду»

1 часть/2 часть (развязка)

Рассказ «Упущенное счастье»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть (развязка)

Рассказ «План по возврату мужа»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть (развязка)

Рассказ «Женское безрассудство»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть (развязка)

Рассказ «33 несчастья Варвары Мокроусовой»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть/9 часть/10 часть/11 часть/12 часть/13 часть/14 часть (развязка)

Рассказ «Сердцу не прикажешь»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть/9 часть (развязка)

Рассказ «Камни преткновения»

1 часть/2 часть/3 часть (развязка)

Рассказ «Странная любовь»

1 часть/2 часть (развязка)

Рассказ «Картежник»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть/9 часть/10 часть/11 часть(развязка)

Рассказ «Бедный зять»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Слабак»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7 (развязка)

Рассказ «Ненужный ребенок»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Два берега одной реки»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4 (развязка)

Рассказ «Сосед»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Не отрекаются любя»

Часть 1/Часть 2 (развязка)

Рассказ «Нелёгкий выбор Полины»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Подлая сноха»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13 (развязка)

Рассказ «Интервью»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Без вины виноватая»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9 (развязка)

Рассказ-юмореска «Странная семейка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3 (развязка)

Рассказ «Ненужный»

Рассказ «Или она, или я»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11 (развязка)

Рассказ «Недовольная»

Часть 1/Часть 2/Часть 3 (развязка)

Рассказ «Кризис среднего возраста»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Парень с ребенком»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7 (развязка)

Рассказ «Бессовестный брат»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7 (развязка)

Рассказ «Принц с сайта знакомств»

Часть 1/Часть 2/Часть3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13 (развязка)

Рассказ «Предательство по наследству»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Это моя дочь»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Теплоход судьбы»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Я всё выдержу»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Злая шутка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Ночное свидание»

Часть 1/Часть 2 (развязка)

Рассказ «Подруга»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Разница в возрасте»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Никому не нужная»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Любящая бабушка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Вера для Юли»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Жить здесь и сейчас»

Рассказ «Вера в себя»

Рассказ «Непростой путь к себе»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Наглая кукушка»

Рассказ «Забытая дочь»

Рассказ «Странная бабушка»

Рассказ «Обидная ситуация»

Рассказ «Обидные слова»

Рассказ «Мой сын лучше»

Рассказ «Семейные хлопоты»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11 (развязка)

Рассказ «Предательство друзей»

Рассказ «Непредсказуемая жизнь»

Рассказ «Сдаваться нельзя бороться»

Рассказ «Терпение лопнуло»

Рассказ «Аромат сирени»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15 (развязка)

Рассказ «Маленький мужчина»

Тот случай, когда ребёнку лучше в Детском доме

Рассказ «Папочка, я так тебя люблю!»

Рассказ «Невеста для сына»

Рассказ «Я не такая, как вы»

Рассказ «Дорогая наша книжная фея»

Рассказ «Неблагодарный сынок»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Спасибо, папочка, что ты есть у меня»

Рассказ «Вишневый пирог с корицей»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15 (развязка)

Рассказ «Любимая колючка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Чужих детей не бывает»

Рассказ «Половина алиментов моя»

Рассказ «Для родни жалко?»

Рассказ «А чем я хуже тебя»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Ты мне должен»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Счастье пышки»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16 (развязка)

Рассказ «Мне можно всё»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9 (развязка)

Рассказ «Как мне поверить?»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Как же мне тебя не хватает…»

Рассказ «Право на счастье»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15 (развязка)

Рассказ «Что хочу, то и делаю»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Рыжее счастье по имени Настя»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Наступит день, и счастье переступит мой порог»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Между двух огней»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16 (развязка)

Рассказ «Бабушкино наследство»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11 (рассказы)

Рассказ «Семейные традиции»

Рассказ «Своих не бросаем»

Рассказ «Хрупкое счастье»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Она не может быть слабой, потому что мать»

Рассказ «Изящное коварство»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18/Часть 19/Часть 20 (развязка)

Рассказ «Вредные мамочки»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13 (развязка)

Рассказ «Истинная любовь»

Рассказ «Клевер на удачу»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Борьба за дочь»

Рассказ «Я отберу у тебя всё»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Судьбоносное наследство»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18/Часть 19/Часть 20/Часть 21 (развязка)

Рассказ «Наша любимая бабушка»

Рассказ «Первая любовь, любовь последняя»

Рассказ «Материнская забота»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18 (развязка)

Рассказ «Чужие советы»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18/Часть 19/Часть 20/Часть 21 (развязка)

Рассказ «Разбитые чувства»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17 (развязка)

Рассказ «Грехи прошлого»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/

Глава 1

– Серёжа, сынок…

– Мам, не начинай. Мы с тобой за последние две недели уже не один раз говорили на эту тему! Нет! Я не хочу видеть эту женщину.

– Но так нельзя. Я тебя воспитывала добрым мальчиком. Она нуждается в тебе…

– Мам, даже и не пытайся сейчас давить на жалость. Единственная, кто нуждается во мне – это ты! Мария Петровна Яранская, мы больше не будем говорить с Вами об этой совершенно чужой для меня женщине! Если Вы, уважаемая, не хотите сейчас со мной поругаться, то советую Вам сменить тему для разговора! – Сергей сверлил глазами мать, которая сейчас полулежала в специализированной кровати с ортопедическим матрасом и была обложена подушками со всех сторон.

– Хорошо, – Мария Петровна вздохнула и улыбнулась, глядя на своего такого красивого и умного сына, – тогда расскажи, как прошел сегодня твой день? Как прошли переговоры с бельгийцами?

– Можешь гордиться своим сыном! Бельгийцы купили мою программу. Сегодня мы подписали все бумаги, и завтра Кирилл вылетает в Брюссель!

– Серёжа! – глаза у матери заблестели, – я так горжусь тобой!

– Мам, ну что ты! – Сергей придвинулся к кровати матери максимально близко и взял её маленькую ладошку в свою. Ладошка матери была холодной. Он накрыл её второй своей ладонью, – ну вот, ледышка же совсем! Ты почему молчишь и не включаешь подогрев матраса? Где эта твоя сиделка опять? Она вообще, сколько времени рядом с тобой проводит? Она в курсе, что должна быть круглосуточно рядом?

– Сергей Владимирович, я в курсе! Я ходила на кухню сделать чай для Марии Петровны! – за спиной Сергея раздался спокойный голос сиделки, – Вы позволите?

Он двинул джойстик на своем управляемом инвалидном кресле, и оно откатилось назад, давая возможность сиделке подойти к кровати его матери.

– Извините, Ольга Васильевна, был несправедлив к Вам, – Сергей извинился, увидев укоризненный взгляд матери.

На прикроватной тумбочке матери завибрировал телефон, и она, увидев номер, усмехнулась и передала трубку сыну:

– Серёжа, ответь, я как раз чаю выпью!

Сергей, увидев имя звонившего, нахмурился:

– Слушаю Вас, Маргарита Павловна. Что-то случилось?

– Серёженька, нет, всё хорошо! Вы извините, что отвлекаю. Я только хочу напомнить, что мы ждем Вас завтра на наш праздничный ужин. Завтра в 18.00, помните? Серёженька, Вы мне обещали! – игриво произнесла Маргарита Павловна.

Сергей сжал челюсти и прикрыл глаза, медленно выдохнул. Ну до чего же надоедливая особа!

– Я постараюсь не опоздать, – произнёс он, – а сейчас извините, но мне пора.

– Как же хорошо, что у неё нет моего номера телефона, – выдохнул Сергей, возвращая телефон матери.

Маргарита Павловна была их соседкой. Дом, в котором Сергей жил с матерью, и дом Маргариты Павловны, требующей называть её «Марго» стояли на одной улице, правда, в противоположных концах этой самой улицы. Марго отчаянно молодилась, не желая признавать свой возраст. И так же отчаянно пыталась сосватать Сергею свою дочь – девицу 27-ми лет. Молчаливую Софочку с фигурой в виде песочных часов. И всё бы ничего, но в обхвате эти еврейские часики имели не меньше 1м 20см в верхней части и столько же в нижней.

– Серый, ты представляешь, такое богатство и всё твоё! Да её за всю ночь не перецеловать! – хохотал лучший друг Кирилл.

– Хочешь, уступлю?

– Не, не, не! Мне чужого не надо! – отшучивался друг.

Ни Софочку, ни её маму не смущало, то, что Сергей передвигается на инвалидной коляске.

То, что в окружении Сергея это никого не смущало – это нормально. С кем-то, вот как с Кириллом например, росли и дружили с детства. Кто-то работал на Сергея. А вот Марго просто очень хотела стать его тещей.

Сергей всегда передвигался в инвалидном кресле. Почему? Да потому что обе его ноги были отрезаны выше середины бедра.

Правильные черты лица, нос с горбинкой – это спасибо отцу. Светло-русые волосы и серые глаза – это спасибо маме. Широкие плечи и бугры мышц – это спасибо спорту. До пояса и чуть ниже – вполне себе нормальный молодой мужчина тридцати лет, а вот там, где заканчиваются боксеры, там же, почти сразу, у Сергея заканчивались и ноги.

Будущие подчиненные удивленно смотрели на шефа, сидящего в инвалидном кресле, только первые десять минут. Собеседования Сергей всегда проводил сам. Придерживаясь того простого правила, что ему с этими людьми работать, а значит, только он сам и может решать, подходит каждый конкретный соискатель на вакантную должность или нет. Конкурс на место в его компанию был большой, требования при приеме на работу жесткими, а потому соискателю было не до того, в каком кресле сидит их будущий шеф.

Сергей нашёл себя в написании игр для мобильных телефонов. Сначала простеньких, но, как оказалось, очень востребованных. Людям не жалко потратить смешные деньги и купить платную игру в свой телефон. Желающих оказалось очень много, и Сергеем и его фирмой заинтересовались, предложили написать игру посложнее и подороже. А дальше – пошло, поехало.

Теперь он не просто инвалид, а очень и очень не бедный инвалид, проживающий в своем доме, передвигающийся на автомобиле, переделанном под его особенности. Жаль, отец не дожил до теперешнего финансового благополучия сына. Только мама. Да и то…

Сергей вздохнул. Он сегодня встречался с лечащим врачом мамы, все анализы в норме, но она угасала.

Онкология. Её обнаружили у мамы в тот же год, что не стало отца. Были испробованы все методы лечения, и они победили, выиграв пять лет жизни, но мама угасала. На вопрос Сергея «Почему?», врач ответил:

– Депрессия. Ваша мама не хочет жить.

Сергей в бессилии сжал кулаки, вспоминая их разговор:

– Серёжа, ты сделал всё, что мог! А сейчас просто дай мне уйти. Я очень устала. Жаль, отец чуть-чуть не дожил, но я ему расскажу, какого сына мы вырастили.

Глава 2

Мария Петровна спокойно относилась к тому, что умирает. Последние пять лет, что она жила без своего Володеньки, она не переставала оплакивать мужа. Он умер легко – во сне. Просто не проснулся утром и всё. Сейчас, когда сын достиг таких успехов и финансового благополучия, она могла оставить его и уйти к своему Володеньке. Одно только омрачало её уход. Сергей оставался один.

И Мария Петровна решила, что пришло время рассказать сыну правду. Правду о том, что Серёжа ей не родной сын, они с мужем его усыновили, и у него есть семья – родной брат близнец и родная мать. Вот только надо было выбрать подходящий момент.

И она выбрала. Две недели назад исполнилось 30 лет, как они с мужем усыновили 2-х месячного Серёжу. Мария Петровна решила, что именно сегодня вечером всё расскажет сыну. И надо же было случиться такому, что именно в этот день утром раздался звонок телефона, и незнакомый женский голос произнес:

– Доброе утро, могу я слышать Марию Яранскую?

– Да. С кем я говорю?

– Я Анна. Мать Сергея.

Мария Петровна и ждала этого звонка все 30 лет, и боялась. Боялась, особенно первые 18 лет. Боялась, что в их жизни появится эта женщина и предъявит свои права на сына. Потом, когда Сергей стал совершеннолетним, уже было не так страшно. Он мог сам решать, с кем ему жить дальше.

И вот она появилась.

Мария Петровна, услышав это, чуть не выронила телефон, но постаралась взять себя в руки и продолжила разговор:

– Слушаю Вас, Анна.

– Я хочу увидеть своего сына.

– Как Вы нас нашли?

– Я видела статью в газете. Я его узнала. Так я могу видеть своего сына?

В этот момент Мария Петровна в очередной раз обругала того журналиста, который, погнавшись за славой, написал эту статью о Сергее. Статья вышла приторно-слащавой, в духе «живет в нашем городе удивительный парень». Она сразу поняла, что добром это не кончится!

Ох, не так она мечтала рассказать правду о его усыновлении.

– Узнали, и что дальше?

– Мария, выслушайте меня, пожалуйста! Я знаю, что поступила тогда некрасиво, нечестно с Серёжей! Но мне тогда было 19 лет. Я осталась вдовой, с двумя грудными детьми на руках, один из которых инвалид. Родных у меня нет, я сирота. Свекровь была против нашего брака с Василием, но мы с ним любили друг друга и поженились против воли его родителей. Родились мальчишки. Сергей и Антон. А потом произошел тот взрыв! – в трубке замолчали, но потом Анна продолжила:

– Свекровь тогда приехала, забрала тело своего сына, даже не взглянув на внуков и запретив мне приходить на похороны моего мужа, – Мария Петровна слышала, как Анна порывисто вздохнула в трубке, – я понимала, что одной мне не справиться с двумя детьми. И я отказалась от Серёжи! Я надеялась, что его усыновят хорошие люди. Я видела, что к нему в больницу приходят, навещают его. И никого не интересую ни я, ни мой второй сын Антон.

Мария Петровна слушала и понимала, что после этой исповеди последует истинная причина звонка. Ей было жалко эту женщину, но она совершенно точно знала, что сама она никогда не смогла бы бросить своего ребёнка. А Анна тем временем продолжила:

– Мария, Вы сама мать, хоть и приёмная, – это слово, прозвучавшее из уст Анны, почему-то больно резануло слух, – я очень благодарна Вам за Серёжу!

– И? – поторопила Анну Мария Петровна, – Вы же не просто так решили позвонить сейчас. Вам же что-то нужно от моего сына.

В той статье про Сергея было расписано, как он, парень, передвигающийся в инвалидном кресле, не опустил руки, а наоборот, достиг очень многого, став очень преуспевающим.

Сергей не гнался за славой. Он не знал себя другим, да и родители никогда не упирали внимание на то, что он инвалид. Да, нет ног, но руки и голова у него на месте, а значит, жить надо с тем, что есть. Какой ты есть. И Сергей жил. Итогом стала его преуспевающая фирма.

И вот она расплата за ту известность. Кому вообще пришла в голову идея рассказать тому журналисту про Сергея? Мария Петровна для себя мысленно поставила галочку узнать, кто же оказал её сыну эту медвежью услугу.

Анна, же тем временем, подобралась к самому главному, к цели своего звонка:

– Мария, я больна. У меня рак. Для выздоровления нужна пересадка костного мозга. Идеальным донором может стать сын. Сергей, – наконец, Анна замолчала. А Марию Петровну накрыло жаркой волной.

– Что? – она думала, что ослышалась.

– Мне врачи так сказали, – залепетала вдруг Анна, – сказали, что это поможет.

– Анна, а что случилось с ВАШИМ сыном? С Антоном? – Мария Петровна выделила это интонацией.

Анна замолчала и вдруг впервые всхлипнула.

– Он не подходит.

– Как это? Почему?

– Понимаете, Антон болен…

– Анна так кто болен? Вы или Антон? Кому нужна пересадка? – голос Марии звучал, может, и не слишком сочувственно, но она поняла, что Анна ей чего-то не договаривает. Кому же понравится, когда тебя пытаются обманом заставить что-то сделать?

– Да какое тебе дело до того, кто из нас болен? Кто ты такая, чтобы судить меня? Это ведь не твой костный мозг нужен! От тебя только требуется, чтобы ты дала мне номер телефона моего сына! – вдруг сорвалась Анна на крик, – рак у меня! А у Антона гепатит С, он не может быть донором! Он сам умирает.

Мария опешила от такого неожиданного поворота в их разговоре. Так вот в чём дело! Всю жалость к Анне сдуло под таким напором её злости. Но Мария взяла себя в руки. Не ей судить эту женщину. И не ей принимать решение. Это должен Сергей. Сам. Но для этого надо ему всё рассказать.

– Анна, я не дам Вам телефон Сергея, но я дам ему Ваш номер. Я обещаю Вам, что расскажу ему о нашем разговоре. Сергей взрослый самостоятельный мужчина, и сам в состоянии распоряжаться своей судьбой.

Мария Петровна положила трубку, потом подумала и занесла в контакты «Анна» и её номер телефона. Решив, что потом, после её смерти, сын может захотеть общаться со своей семьей. Она почему-то была уверена, что Анна её переживет.

Тогда, 30 лет назад, Мария работала медсестрой в травматологии, а муж Владимир – пожарником. В обычном жилом доме случилась утечка газа, и два подъезда просто обвалились. Семья, в которой двумя неделями раньше появились на свет мальчишки близнецы, жила на третьем этаже. При обвале погиб отец семейства, и пострадал один из мальчишек. Мать со вторым сыном были в соседней комнате. Она накормила одного из детей, Серёжу, и муж пошел его укладывать спать. Сама же она осталась кормить второго и тут этажом выше в соседнем подъезде, через стенку, произошел взрыв. Отец погиб сразу. Серёжа выжил, но ему придавило ножки, раздробив все косточки. Когда его, уже синего от холода и еле дышащего, Владимир обнаружил под завалом, мало кто верил, что мальчик выживет. Но он выжил. Ножки, правда, пришлось ампутировать, ребенок слишком долго пробыл под завалом.

Навещать его ходили все мужики из пожарного расчёта Владимира. Когда его родная мать, увидев своего выжившего, но без обеих ног, сына отказалась от него, рыдал весь медперсонал больницы. Когда Мария Петровна, тогда ещё Машенька, рассказала мужу, что от Серёжи его родная мать отказалась, Владимир просто долго смотрел в глаза своей жены. Смотрел молча. И так же, молча, кивнул. Он и сам привязался к этому такому маленькому, но такому сильному человечку. Своих детей у них с Машенькой не было по его вине. Потом Машенька говорила, что Володя подарил ей сына, поясняя при этом с улыбкой, что всем детей аист приносит, а ей сына принес муж.

Процедура усыновления прошла быстро. Про Серёжу в их городке все знали, знали и жалели ребенка.

Его родная мать, подписав бумаги на отказ от сына инвалида, забрала здорового сына и уехала в неизвестном направлении. Через год Владимиру предложили повышение в другом городе, и они уехали. На новом месте жительства никто не знал, что Серёжа усыновлен. Для того, чтобы ребенок мог дышать свежим воздухом, семья поселилась в пригороде, в частном доме у одинокой женщины. По соседству жило много детей, и сначала дети пугались, видя странного мальчика, но потом привыкли и уже принимали Серёжу таким, каким он был. В школу его отдали тоже для нормальных детей. Да он и был нормальным, просто в инвалидной коляске. В школе Сергей учился на «отлично». Он даже в спортзал на физкультуру приезжал на своей коляске. Физрук, видя желание мальчика заниматься спортом, предоставил ему такую возможность, и вскоре Сергей больше всех подтягивался и отжимался, держа на весу то, что осталось от ног.

Никогда не унывающий отличник, с накачанными руками и кубиками на прессе, не стесняющийся своего тела, притягивал к себе одноклассников. Вокруг него всегда все собирались на переменах. Сергей, не смотря на свою инвалидность, был лидером класса. Девочки тоже не обходили своим вниманием Сергея, но никто из одноклассниц не мог похвастаться тем, что он кому-то из них отдал своё предпочтение. Со всеми девочками из класса Сергей был одинаково предупредителен и мил, но не больше. И невдомек им было, что вот как раз близости то Сергей и стеснялся.

Глава 3

Сергей отвез Кирилла в аэропорт. Это была их с другом традиция. Началось это ещё тогда, когда ребята написали свою первую программу, и Кирилл первый раз улетал к заказчикам. Они тогда очень удачно продали ту программу, вот с тех пор и повелось, что Сергей лично отвозил друга в аэропорт, на удачу, так сказать. По дороге обсуждались последние мысли и стратегии.

– Есть хоть какой-то толк от моей инвалидности! – всегда шутил Сергей, паркуя автомобиль сразу напротив входа в аэропорт.

– Серый, ты тут без меня не женись! Дождись лучшего друга! – пошутил в этот раз Кирилл, намекая на Софочку.

– Ой, вот мне бы сегодняшний вечер пережить! И что меня дернуло неделю назад согласиться и принять их приглашение на ужин. Кир, может, в этот раз я полечу, а ты вместо меня на ужин сходишь, а? Нет, ну правда, поверь, Софочка даже не заметит подмены!

– Нет, брат, это ты у нас сильный духом. А я натура тонкая, девушкам отказывать не умею. Но жениться я ещё не готов, а Софочка твоя утром меня в ЗАГС потащит. Причем, Серёг, «потащит» в прямом смысле этого слова! Вот я уже даже вижу, как она взвалит меня себе на плечо и потащит! – хохотал Кирилл.

Проводив друга, Сергей поехал домой. За цветами для Марго и Софочки он решил заехать в цветочный магазин в своем районе, в магазинчик, принадлежавший матери Кирилла, так как знал, что у них всегда свежие цветы.

А ещё рядом было хорошее кафе, где вкусно готовили и пекли шикарные эклеры, которые так любила его мама. Около кафе на улице была терраса и несколько столиков. За двумя столиками сидели парочки. Местные жители любили это кафе за вкусную выпечку. Внимание Сергея привлёк мальчик, который сидел за одним из столиков. На вид ему было около 5-ти лет. Столик, за которым сидел мальчик, был пустым, рядом с мальчиком стояла спортивная сумка. Сергей обратил внимание на то, как ребёнок жадно следил за тем, как люди ели. Мальчишка был одет опрятно, но бедно. Футболка с одним из голливудских супер героев была уже много раз постирана, от чего облик Человека-паука поблек. Мальчик не попрошайничал, просто сидел и смотрел, нетерпеливо поглядывая на дверь, ведущую в кафе. Судя по всему, он ждал кого-то, кто был внутри кафе.

Колокольчик над дверью звякнул, сообщая о новом посетителе. Девушка, стоявшая за стойкой, услышав колокольчик и увидев Сергея, натянула приторную улыбку и кивнула, здороваясь.

Девушку звали Оксана. Сергею она не нравилась, Оксана уж очень явно демонстрировала свой интерес к нему.

Оксана нехотя повернулась к девушке, стоявшей перед ней и сжимающей в руке одну булочку, приняла недовольный вид и продолжила:

– Девушка, я же говорю Вам, что нам не требуются работники!

– Ну, может, подскажете, вдруг кому горничная нужна? У меня есть рекомендации!

– Девушка, у нас элитный район! Здесь не берут горничных с улицы! – отрезала Оксана и, отвернувшись от девушки, обратилась к Сергею:

– Сергей Владимирович, рады Вас видеть! Вам, как всегда, эклеры?

Сергей кивнул. Девушка, только что говорившая с Оксаной, вышла на улицу. В окно витрины он увидел, что она подошла к тому самому мальчику и протянула ему булочку, потом присела перед сумкой и достала бутылку воды. Мальчик улыбнулся и откусил булочку, потом протянул булочку девушке, та в ответ покачала головой, отказываясь, и погладила его по голове. Мальчик ел булочку, девушка выпила воды из бутылки и протянула её мальчику. Одна булочка на двоих?

– Ваши эклеры! – раздался за спиной голос Оксаны. Сергей отвернулся от витрины и достал банковскую карту.

– Представляете, до чего докатились, с улицы заходят и работу ищут! Можно подумать, что у нас тут биржа труда! – недовольно произнесла Оксана, пытаясь завязать разговор.

– Ты про ту девушку? – уточнил Сергей, мотнув головой в сторону витрины.

– Да! Сказала, что она горничная, и якобы Маргарита Павловна выгнала её на улицу! Представляете? Вот наглая лживая тварь! Да у Маргариты Павловны не было никогда такой горничной, это я точно знаю. Эта обманщица вообще не местная!

– Спасибо, Оксана!

Сергей забрал коробку с эклерами и выехал на улицу. Почему-то сейчас он был склонен верить этой девушке, которую видел первый раз в жизни. Девушку со спортивной сумкой в одной руке и ладошкой ребенка в другой, он догнал уже на тротуаре. Они направлялись в сторону автобусной остановки.

– Девушка, извините, я слышал, Вы работу ищите! – окликнул он её, подъезжая.

– Да, ищу, – девушка остановилась и поставила сумку на асфальт.

– Кем Вы работали до этого?

– Горничной. Но я могу и готовить, и в саду работу делать. И ещё у меня есть диплом массажиста, и я могу работать сиделкой.

Последнее предложение девушка произнесла быстро, смутившись.

Сергей поймал себя на том, что рассматривает её. Одета не дорого, но в чистое. Волосы, светлые от природы, а не выкрашенные под блондинку, убраны в простой хвост. На лице ни грамма косметики. Девушка была невысокого роста. Обычная девушка, худая только очень, отчего кажется, что на лице одни глаза. Блюдца просто, а не глаза. Хотя нет, скорей уж, два бездонных озера с прозрачной голубой водой. Руки словно веточки. Что ж она такими ручками намассирует? Сергей перевёл взгляд на мальчика, вцепившегося в её руку. Русые волосы, серо-голубые глаза, и такой же худенький.

– Как Вас зовут?

– Вероника. Вероника Чиркова, можно просто Ника.

– Очень приятно, Ника. Я – Сергей. А Вас, молодой человек? – обратился он к мальчику, который испуганно прижимался к Нике.

– Его зовут Алексей.

– Ну, будем знакомы, Алексей? – Сергей протянул руку мальчику, тот глянув на мать, молча, протянул свою ладошку.

– Извините, он не говорит, но он не немой, – торопливо пояснила Ника.

– Да? Ну и хорошо! Ника, мне нужна компаньонка для мамы и помощница, сиделка у неё уже есть. Жить будете у меня. Дом большой, места всем хватит.

– Я не поняла, кто Вам нужен? – девушка удивленно смотрела на него.

– Компаньонка для мамы. Сам я целый день на работе. Сиделка у неё дама строгая. А маме нужен рядом тот, кто составит ей компанию. Поговорит с ней. Не пугайтесь Вы так! – рассмеялся Сергей, увидев испуганный взгляд Ники, – мама у меня хорошая. Она победила рак, уже почти 5 лет прошло, но она вдруг заявила, что устала жить без моего отца. Он умер тоже 5 лет тому назад.

– Соболезную.

Сергей кивнул, принимая соболезнования.

– Она устала жить без него, – эхом повторила Ника.

– Да, они любили друга всю жизнь.

– Счастливые. Не каждому дано испытать такое, – сказала это спокойно, без зависти, просто констатировала факт.

– Да, я ни разу не слышал, чтобы они ругались.

– А сейчас она хочет уйти к нему, да? К Вашему отцу?

– Да.

– У Вашей мамы депрессия, – сказала это таким тоном, каким говорят с ребёнком.

– Да, мне её врач тоже это говорит. Но не бойтесь, она не пытается покончить с собой, просто сказала, что устала жить, – он вздохнул, а потом тряхнул головой и добавил:

– Да что ж мы с Вами на улице то говорим? Поехали, сами всё увидите и решите, согласны Вы на такую работу или нет. Не понравится, уйдете завтра утром. Куда ж вы сейчас, на ночь глядя? На дворе вечер уже. Мне сегодня вечером надо будет уехать на встречу, которую я уже не могу отменить, а Вы вот как раз пообщаетесь с моей мамой и решите. Идёт?

– Хорошо, – решилась Ника и подхватила свою сумку.

– Э, нет! Давайте свою сумку мне, я же всё равно не пешком иду, – и Сергей протянул руку за сумкой.

Ника растерялась. Этот красивый мужчина совершенно не стеснялся того, что он в инвалидной коляске.

– Ника, давайте сумку! – видя её нерешительность, улыбнулся Сергей и добавил то, от чего она совсем растерялась, – у меня же только ног нет. Руки то и голова у меня на месте, и я всё-таки мужчина.

Ника растеряно протянула сумку Сергею. Он водрузил её себе на колени, сверху пристроил коробочку с логотипом того кафе, где Ника только что купила булочку Алёше, и направился обратно в сторону кафе.

– Так, я сейчас открою машину, вы с Алёшей устраивайтесь, а мне надо ещё в магазин зайти.

Сергей снял с сигнализации свой микроавтобус, открыл дверь, со стороны пассажира, приглашая Нику с мальчиком внутрь. Положил её сумку на заднее сиденье и покатил в цветочный магазин за букетами.

Этот рассказ надолго выбил меня из колеи… Прочтите до конца, не пожалейте времени. Возможно, он крепко и навсегда утвердит вас в мысли, что жить надо здесь и сейчас…

У мамы в серванте жил хрусталь. Салатницы, фруктовницы, селедочницы. Все громоздкое, непрактичное. И ещё фарфор. Красивый, с переливчатым рисунком цветов и бабочек.

Набор из 12 тарелок, чайных пар и блюд под горячее.

Мама покупала его еще в советские времена, и ходила куда-то ночью с номером 28 на руке. Она называла это: «Урвала». Когда у нас бывали гости, я стелила на стол кипенно белую скатерть. Скатерть просила нарядного фарфора.

— Мам, можно?

— Не надо, это для гостей.

— Так у нас же гости!

— Да какие это гости! Соседи да баб Полина…

Я поняла: чтобы фарфор вышел из серванта, надо, чтобы английская королева бросила Лондон и заглянула в спальный район Капотни, в гости к маме.

Раньше так было принято: купить и ждать, когда начнется настоящая жизнь. А та, которая уже сегодня — не считается. Что это за жизнь такая? Сплошное преодоление. Мало денег, мало радости, много проблем. Настоящая жизнь начнется потом.

Прямо раз — и начнется. И в этот день мы будем есть суп из хрустальной супницы и пить чай из фарфоровых чашек. Но не сегодня.

Когда мама заболела, она почти не выходила из дома. Передвигалась на инвалидной коляске, ходила с костылями, держась за руку сопровождающего.

— Отвези меня на рынок, — попросила мама однажды.

Последние годы одежду маме покупала я, и всегда угадывала. Хотя и не очень любила шоппинг для нее: у нас были разные вкусы. И то, что не нравилось мне — наверняка нравилось маме. Поэтому это был такой антишоппинг — надо было выбрать то, что никогда не купила бы себе — и именно эти обновки приводили маму в восторг.

— Мне белье надо новое, я похудела.

У мамы хорошая, но сложная фигура, небольшие бедра и большая грудь, подобрать белье на глаз невозможно. В итоге мы поехали в магазин. Он был в ТЦ, при входе, на первом этаже. От машины, припаркованной у входа, до магазина мы шли минут сорок. Мама с трудом переставляла больные ноги. Пришли. Выбрали. Примерили.

— Тут очень дорого и нельзя торговаться, — сказала мама. — Пойдем еще куда-то.

— Купи тут, я же плачу, — говорю я. — Это единственный магазин твоей шаговой доступности.

Мама поняла, что я права, не стала спорить. Выбрала белье.

— Сколько стоит?

— Не важно, — говорю я.

— Важно. Я должна знать.

Мама фанат контроля. Ей важно, что это она приняла решение о покупке.

— Пять тысяч, — говорит продавец.

— Пять тысяч за трусы?????

— Это комплект из новой коллекции.

— Да какая разница под одеждой!!!! — мама возмущена.

Я изо всех сил подмигиваю продавцу, показываю пантомиму. Мол, соври.

— Ой, — говорит девочка-продавец, глядя на меня. — Я лишний ноль добавила. Пятьсот рублей стоит комплект.

— То-то же! Ему конечно триста рублей красная цена, но мы просто устали… Может, скинете пару сотен?

— Мам, это магазин, — вмешиваюсь я. — Тут фиксированные цены. Это не рынок.

Я плачу с карты, чтобы мама не видела купюр. Тут же сминаю чек, чтобы лишний ноль не попал ей на глаза. Забираем покупки. Идем до машины.

— Хороший комплект. Нарядный. Я специально сказала, что не нравится, чтоб интерес не показывать. А вдруг бы скинули нам пару сотен. Никогда не показывай продавцу, что вещь тебе понравилась.

Иначе, ты на крючке.

— Хорошо, — говорю я.

— И всегда торгуйся. А вдруг скинут?

— Хорошо.

Я всю жизнь получаю советы, которые неприменимы в моем мире. Я называю их пейджеры. Вроде как они есть, но в век мобильных уже не надо.

Читать также: «Нужно копить деньги и все делать качественно” — это незыблемые родительские истины… позавчерашнего дня.

Однажды маме позвонили в дверь. Она долго-долго шла к двери. Но за дверью стоял терпеливый и улыбчивый молодой парень. Он продавал набор ножей. Мама его впустила, не задумываясь. Неходячая пенсионерка впустила в квартиру широкоплечего молодого мужика с ножами. Без комментариев. Парень рассказывал маме про сталь, про то, как нож может разрезать носовой платок, подкинутый вверх, на лету.

— А я без мужика живу, в доме никогда нет наточенных ножей, — пожаловалась мама.

Проявила интерес. Хотя сама учила не проявлять. Это было маленькое шоу. В жизни моей мамы было мало шоу. То есть много, но только в телевизоре. А тут — наяву. Парень не продавал ножи. Он продавал шоу. И продал. Парень объявил цену. Обычно этот набор стоит пять тысяч, но сегодня всего 2,5. И еще в подарок кулинарная книга. «Ну надо же! Еще и кулинарная книга!» — подумала мама, ни разу в жизни не готовившая по рецепту: она чувствовала продукт и знала, что и за чем надо добавлять в суп. Мама поняла: ножи надо брать. И взяла.

Пенсия у мамы — 9 тысяч. Если бы она жила одна, то хватало бы на коммуналку и хлеб с молоком. Без лекарств, без одежды, без нижнего белья. И без ножей. Но так как коммуналку, лекарства ,продукты и одежду оплачивала я, то мамина пенсия позволяла ей чувствовать себя независимой. На следующий день я приехала в гости. Мама стала хвастаться ножами. Рассказала про платок, который прям на лету можно разрезать. Зачем резать платки налету и вообще зачем резать платки? Я не понимала этой маркетинговой уловки, но да Бог с ними. Я знала, что ей впарили какой-то китайский ширпотреб в нарядном чемоданчике. Но молчала. Мама любит принимать решения и не любит, когда их осуждают.

— Так что же ты спрятала ножи, не положила на кухню?

— С ума сошла? Это на подарок кому-то. Мало ли в больницу загремлю, врачу какому. Или в Собесе, может, кого надо будет за путевку отблагодарить…

Опять на потом. Опять все лучшее — не себе. Кому-то. Кому-то более достойному, кто уже сегодня живет по-настоящему, не ждет.

Мне тоже генетически передался этот нелепый навык: не жить, а ждать. Моей дочке недавно подарили дорогущую куклу. На коробке написано «Принцесса». Кукла и правда в шикарном платье, с короной и волшебной палочкой. Дочке — полтора годика. Остальных своих кукол она возит за волосы по полу, носит за ноги, а любимого пупса как-то чуть не разогрела в микроволновке. Я спрятала новую куклу.

Потом как-нибудь, когда доделаем ремонт, дочка подрастет, и наступит настоящая жизнь, я отдам ей Принцессу. Не сегодня.

Но вернемся к маме и ножам. Когда мама заснула, я открыла чемоданчик и взяла первый попавшийся нож. Он был красивый, с голубой нарядной ручкой. Я достала из холодильника кусок твердого сыра, и попыталась отрезать кусочек. Нож остался в сыре, ручка у меня в руке. Такая голубая, нарядная.

— Это даже не пластмасса, — подумала я.

Вымыла нож, починила его, положила обратно в чемодан, закрыла и убрала. Маме ничего, конечно, не сказала. Потом пролистала кулинарную книгу. В ней были перепутаны страницы. Начало рецепта от сладкого пирога — конец от печеночного паштета. Бессовестные люди, обманывающие пенсионеров, как вы живете с такой совестью?

В декабре, перед Новым годом маме резко стало лучше, она повеселела, стала смеяться. Я вдохновилась ее смехом. На праздник я подарила ей красивую белую блузку с небольшим деликатным вырезом, призванную подчеркнуть ее большую грудь, с резным воротничком и аккуратными пуговками. Мне нравилась эта блузка.

— Спасибо, — сказала мама и убрала ее в шкаф.

— Наденешь ее на новый год?

— Нет, зачем? Заляпаю еще. Я потом, когда поеду куда-нибудь…

Маме она очевидно не понравилась. Она любила яркие цвета, кричащие расцветки. А может наоборот, очень понравилась. Она рассказывала, как в молодости ей хотелось наряжаться. Но ни одежды, ни денег на неё не было. Была одна белая блузка и много шарфиков. Она меняла шарфики, повязывая их каждый раз по-разному, и благодаря этому прослыла модницей на заводе. К той новогодней блузке я
тоже подарила шарфики. Я думала, что подарила маме немного молодости. Но она убрала молодость на потом.

В принципе, все её поколение так поступило. Отложило молодость на старость. На потом. Опять потом. Все лучшее на потом. И даже когда очевидно, что лучшее уже в прошлом, все равно — потом.
Синдром отложенной жизни.

Мама умерла внезапно. В начале января. В этот день мы собирались к ней всей семьей. И не успели. Я была оглушена. Растеряна. Никак не могла взять себя в руки. То плакала навзрыд. То была спокойна как танк. Я как бы не успевала осознавать, что происходит вокруг. Я поехала в морг. За свидетельством о смерти. При нем работало ритуальное агентство. Я безучастно тыкала пальцем в какие-то картинки с гробами, атласными подушечками, венками и прочим. Агент что-то складывал на калькуляторе.

— Какой размер у усопшей? — спросил меня агент.

— Пятидесятый. Точнее сверху пятьдесят, из-за большой груди, а снизу …- зачем-то подробно стала отвечать я.

— Это не важно. Вот такой набор одежды у нас есть для нее, в последний путь. Можно даже 52 взять, чтобы свободно ей было. Тут платье, тапочки, белье…

Я поняла, что это мой последний шоппинг для мамы. И заплакала.

— Не нравится ? — агент не правильно трактовал мои слезы: ведь я сидела собранная и спокойная еще минуту назад, а тут истерика. — Но в принципе, она же сверху будет накрыта вот таким атласным покрывалом с вышитой молитвой…

— Пусть будет, я беру.

Я оплатила покупки, которые пригодятся маме в день похорон, и поехала в её опустевший дом. Надо было найти ее записную книжку, и обзвонить друзей, пригласить на похороны и поминки.

Я вошла в квартиру и долга молча сидела в ее комнате. Слушала тишину. Мне звонил муж. Он волновался. Но я не могла говорить. Прямо ком в горле. Я полезла в сумку за телефоном, написать ему сообщение, и вдруг совершенно без причин открылась дверь шкафа. Мистика. Я подошла к нему. Там хранилось мамино постельное белье, полотенца, скатерти. Сверху лежал большой пакет с надписью «На смерть». Я открыла его, заглянула внутрь.

Там лежал мой подарок. Белая блузка на новый год. Белые тапочки, похожие на чешки. И комплект белья. Тот самый, за пять тысяч. Я увидела, что на лифчике сохранилась цена. То есть мама все равно узнала, что он стоил так дорого. И отложила его на потом. На лучший день её настоящей жизни. И вот он, видимо, наступил. Её лучший день. И началась другая жизнь…

Дай Бог, она настоящая.

Сейчас я допишу этот пост, умоюсь от слёз и распечатаю дочке Принцессу. Пусть она таскает её за волосы, испачкает платье, потеряет корону. Зато она успеет. Пожить настоящей жизнью уже сегодня.

Настоящая жизнь — та, в которой много радости. Только радость не надо ждать. Её надо создавать самим. Никаких синдромов отложенной жизни у моих детей не будет.

Потому что каждый день их настоящей жизни будет лучшим.

Давайте вместе этому учиться — жить сегодня.

Ольга Савельева

Источник:  goodday.su

Знаете ли вы, что такое свобода?

Недостижимая, как загадочный храм Верховной в древних Альских горах. Опасная, как дорога, что ведет к заветной цели. Сладко-горькая, как воспоминания о мужчине, которому отдала свое сердце. Холодная, как одиночество. Призрачная, как глупая мечта о счастье.

Так знаете ли вы, что такое свобода?..

Алиса Ардова

ПРАВО НА СЧАСТЬЕ

ГЛАВА 1

Очнулась я на траве под большим раскидистым деревом. Открыла глаза и долго вглядывалась в далекое пронзительно-синее небо, мучительно пытаясь вспомнить, что же со мной произошло.

Как я здесь очутилась? Почему валяюсь в мягкой пышной зелени, пахучей и удивительно яркой, несмотря на густую тень деревьев, а не нахожусь в Эфраде, у себя в покоях? И с какой стати я вообще лежу, если до вечера явно еще далеко? Вон солнце как высоко стоит.

Голова раскалывалась, тело онемело от боли, а грудь саднило просто невыносимо. С трудом подняла руку и осторожно ощупала себя в полной уверенности, что натолкнусь на страшную рваную рану с запекшейся по краям кровью. Но ощутила лишь упругую горячую кожу — безупречно гладкую, без единой царапины.

Странно…

Под пальцами вдруг забился-завибрировал медальон — мерно, в такт ударам сердца. Испугавшись, дернулась, отводя ладонь. Рука тяжело упала на землю, а я снова замерла, беспомощно уставившись в небо.

Яркие лучи, пробиваясь сквозь густую листву, слепили глаза. Было жарко и душно, лишь тень да слабый ветерок немного спасали, даря едва уловимую прохладу. Горло пересохло так, что казалось невозможно сглотнуть. Отчаянно хотелось пить, но я даже пошевелиться не могла — не осталось сил.

Веки налились свинцом и начали постепенно опускаться…

* * *

— Кэти!

Оторвала взгляд от полупрозрачных пейзажей, сменяющих друг друга в туманном проеме портального перехода. Обернулась — медленно-медленно — и меня обожгло бьющееся в серых глазах яростное черное пламя. Гнев, боль, непонимание, растерянность, дикий страх — я задохнулась, захлебнулась обрушившимися на меня чужими эмоциями.

Савард!

— Кэти…

Сиятельный рванулся вперед, но получилось это как-то заторможенно, тягуче, словно в замедленной съемке. Невольно отступила, задев что-то ладонью, и одновременно с этим мужчина выбросил перед собой руку. С его пальцев сорвался пульсирующий темный сгусток и полетел ко мне.

Нет, не ко мне…

Время стало вязким, почти застыло, и я ясно увидела приближающийся магический заряд. Еще секунда, и он, скользнув мимо, коснется развернувшегося портала. Савард собирается закрыть переход?

— Кэти… в сторону… — не услышала, а скорее прочитала по губам.

Отходить не хотелось — тогда точно никуда не уйду, ни сегодня, ни тем более потом. Восстановят связь, увезут, запрут, станут следить за каждым шагом. Да и настоятельницы рядом не будет, чтобы еще раз помочь. Но прыгать сейчас в портал и подставляться под удар — самоубийство. Я колебалась, не зная, что предпринять, пока кто-то другой не решил все за меня.

Неясная смазанная тень отделилась от стены и плавно двинулась к переходу. Неожиданный короткий толчок, почти следом за ним — сильный удар в грудь…

Волна острой боли, нахлынув, опрокинула навзничь. Не успела ни осознать, что происходит, ни даже испугаться, а уже летела, беспомощно раскинув руки, в раскрывшуюся за спиной бездну. Тело стало непослушным и невероятно тяжелым.

«Вот и все», — мелькнула удивительно спокойная мысль.

— Кэти… — отчаянным эхом донесся издалека мужской голос.

— Прости, дитя, так надо, — тихим шелестом вторил ему женский.

Сердце, дрогнув в последний раз, затихло. Сознание стремительно гасло, наполнялось темнотой, пока не исчезло, растворяясь в небытие.

* * *

Не знаю, долго ли я пролежала без чувств, но в следующий раз пришла в себя уже вечером. С трудом ворочая головой, посмотрела по сторонам и в быстро сгущающихся сумерках кое-как разглядела, что нахожусь на крохотной полянке, окруженной густыми зарослями и крепкими ветвистыми деревьями. Воздух заметно посвежел, изнуряющая духота исчезла, жара уже не давила как прежде, но жажда мучила нестерпимо.

Нащупала сумку — хорошо, что она лежала рядом, — достала флягу с водой, чуть приподнявшись, сделала несколько жадных глотков. Пить было больно. Сухие губы потрескались и кровоточили, так что во рту ощущался солоноватый металлический привкус. Закашлялась, выронила из ослабевших пальцев фляжку — потом посмотрю, куда она откатилась, — и вяло опустилась на траву.

Теперь я помнила все, что со мной произошло, но вопросов меньше не стало.

С души будто камень упал, когда осознала, что Савард не собирался причинять мне вреда, не планировал ранить или тем более убить. Хотел всего лишь закрыть портал, остановить, удержать. Но понял ли он, что я ухожу добровольно? Попыталась поставить себя на место сиятельного.

Странные болезненные ощущения вырывают его из глубокого сна… Одновременно с пробуждением он чувствует, что связь с наидой оборвалась, а это возможно только в случае ее смерти…

Читает ли Крэаз инструкцию, оставленную на столе, и надпись на стекле? Уверена, что нет, ему не до этого — он в панике. Зовет, мечется и как-то подозрительно быстро определяет, где я. Словно его ведет что-то…

Находит… и что видит? Наида жива здорова, но стоит у открывающегося портала и собирается исчезнуть.

О чем он думает в эти несколько секунд? Что я сама приняла решение бросить его? Может, и так. А если меня опоили, наложили новое сильное заклятие и принудили? Ведь было уже два покушения. Вдруг это похищение? Тогда обязательно нужно задержать, спасти. Кстати, в этом случае Савард и прощальному письму, скорее всего, не поверит. Мало ли кто его сочинил, он ведь даже почерка моего не знает.

И кто меня толкнул в портал? Настоятельница, которой важно, чтобы я выполнила волю ее богини и нашла храм? А если бы я погибла? Откуда такая уверенность, что со мной ничего не случится? Или все-таки это был кто-то другой?

Пока я размышляла, наступила ночь, глаза уже едва различали мрачные призрачные силуэты деревьев. В высоких кронах шелестел ветер, но сюда, вниз, его шум доносился неясно и глухо, превращаясь в тихий зловещий шепот. В отдалении послышались странные невнятные хрипы, зашуршали листья, захрустели ветки. Медальон на груди мгновенно нагрелся, окутывая тело нежным ласковым теплом, и неприятные звуки отступили. Они кружили неподалеку, но не приближались, словно вокруг меня был очерчен невидимый защитный контур или накинут охранный полог.

Проверять, так это или нет, не стала, да и не смогла бы. Заснула почти мгновенно.

* * *

— Не сходи с ума, Вард, — раздался в поглотившей меня темноте знакомый голос. Раиэсс… Днем покоя не давал, так теперь еще и сниться начал! — Как ты собираешься сейчас ее искать? Метаться по всему Эргору? Наудачу, вдруг по везет?

Император говорил отрывисто и сердито, но мне показалось, что за раздражением и недовольством прятались неподдельная тревога и даже смятение.

— А ты что предлагаешь?

Вздрогнула, услышав резкий ответ, и, собрав силы, распахнула глаза. Будто включила свет.

Гостиная наших покоев в Эфраде. У окна спиной ко мне застыл Савард. Напряженные плечи, неестественно прямая осанка, побелевшие пальцы, судорожно стиснувшие подоконник.

— Ждать, — раздалось сбоку решительное.

Покосилась на кресло у дивана, уже зная, кого там обнаружу. Айар. Мрачный, сосредоточенный и, на первый взгляд, совершенно спокойный. Но не покидало ощущение, что повелителю приходится прилагать немалые усилия, чтобы это спокойствие сохранить.

— Ждать?! — яростный выдох. — Чего?

Савард стремительно развернулся, и я невольно вздрогнула, увидев наконец его лицо — потемневшее, осунувшееся, словно изможденное. Лихорадочно блестящие глаза, щетина на обычно гладко выбритом подбородке. Волосы растрепаны, а одежда измята, точно он сегодня спал не раздеваясь.

— Как ждать, если знаешь, что в эту самую минуту Кэти умирает где-то там… — Сиятельный запнулся и с силой сжал кулаки. — И в этом виноват именно я! Я собственными руками… — он снова не договорил, отводя взгляд.