План рассказа сигнал гаршина

Жанр: рассказ

Главные герои рассказа «Сигнал» и их характеристика

1. Семен Иванов. Старый ветеран, ответственный, трудолюбивый, добрый.
2. Василий Степанович. Старик-сторож. Озлобленный, совестливый.
3. Арина. Жена Семена.
4. Дорожный мастер. Грубиян и хам.

План пересказа рассказа «Сигнал»

1. Семен в денщиках.
2. Семен в сторожах
3. Знакомство с Василием.
4. Обида из-за капусты
5. Поиски правды.
6. Ветки для дудок
7. Отвороченный рельс
8. Окровавленная тряпка
9. Признание Василия.

Кратчайшее содержание рассказа «Сигнал» для читательского дневника в 6 предложений

1. Семен вернулся с войны разбитым и больным, он устроился сторожем на железную дорогу.
2. Семен познакомился с Василием и тот рассказал о капусте, которую велел вырвать мастер.
3. Василий жаловался начальству, а потом пошел жаловаться в Москву.
4. Семен увидел человека, который отворачивал рельс и узнал Василия.
5. Он намочил в крови тряпку и стал останавливать поезд.
6. Когда Семен потерял сознание, тряпку подхватил Василий и остановил поезд.

Главная мысль рассказа «Сигнал»
Человек всегда должен оставаться человеком, даже если его окружает несправедливость.

Чему учит рассказ «Сигнал»
Рассказ учит ответственности, отзывчивости, смелости и решительности. Учит готовности пожертвовать собой ради спасения других людей. Учит отвечать за свои ошибки. Учит добиваться правды. Учит не впадать в отчаяние, не поддаваться жажде мести.

Отзыв на рассказ «Сигнал»
Это очень тяжелый рассказ. С одной стороны жаль Василия, старика, которому запретили выращивать капусту. Но с другой стороны, из-за поступка Василия могли погибнуть люди. Никакая капуста не стоит человеческих жизней. И хорошо, что Василий вернулся и не допустил катастрофы. Нельзя мстить невиновным за несправедливость, которую допустили к тебе.

Пословицы к рассказу «Сигнал»
С волками жить по волчьи выть.
Кто в деле, тот и в ответе.
Кто заварил, тот и расхлебывает.
В жизни всегда есть место подвигу.
Каков грех, такова и расплата.

Читать краткое содержание, краткий пересказ рассказа «Сигнал»
Семен Иванов служил сторожем на железной дороге. Это был старый и больной человек.
Когда-то он служил в армии, денщиком у офицера, и много раз бегал под пулями, доставляя офицеру горячий чай.
Вернулся с войны Семен больным. У него умер отец, потом четырехлетний сынишка. Семен с женой долго скитались по разным местам и нигде не могли найти покоя. Но потом Семен встретил знакомого офицера, и тот предложил Семену место сторожа на железной дороге. Семен с женой поселились в небольшой будочке, к которой прилагался огород, и стал думать о том, как обзаведется хозяйством.
Семен быстро освоился с новыми обязанностями, делал обход путей, подкручивал гайки, и даже стал скучать.
Потом познакомился с соседями, стариком-сторожем Василием и его женой. Стал беседовать с Василием на разные темы, о судьбе человеческой, да о Боге. Раз Василий рассказал Семену про дорожного мастера, который велел выкопать посаженную капусту и обещал искать правду у начальства. И пожаловался.
А потом приехал начальник, осмотрел хозяйство Степана, похвалил, поехал к Василию. Забеспокоился Степан, пошел в обход, видит навстречу Василий идет с узелком.
Рассказал Василий, что в Москву идет, в правление жаловаться. Начальник-то его в лицо ударил и обругал за жалобы непотребные. Вот и решил Василий до конца за правду стоять. Ушел, будку на жену оставил.

Четыре дня прошло, встретил Семен жену Василия, спросил про мужа, а та только рукой махнула.
Через некоторое время пошел Семен в лес, к болоту, веток для дудок нарезать. Обратно идет, слышит звон. Кинулся он к рельсам, а там человек ломом рельс поддевает и в сторону отводит. Узнал Семен Василия, стал кричать тому, умолять вернуться, а тот с ломом в лес убежал.
Не знает Семен, что делать. Поезд должен пройти пассажирский, а рельс голыми руками на место не поставишь. Заметался Семен, то к будке бросился, то обратно к рельсам. Схватил палку свою, побежал навстречу поезду. Привязал к палке платок, перекрестился и ножом руку разрезал около локтя. Намочил платок кровью и стал красным флагом размахивать.
Идет поезд, не видит Семена машинист, а тот уже слабеет, сознание терять начинает. Знатно руку разрезал.
И вот падет Семен, но не упал флаг. Подхватил его кто-то рукой, удержал. Заметил машинист сигнал, остановил поезд. Бегут люди по рельсам, видят два человека, один без памяти в крови лежит, второй с красным флагом стоит.
Опустил Василий флаг, протягивает руки — вяжите, я рельс открутил.

                                                                        Конспект урока литературы

Тема урока: В.М.Гаршин «Сигнал». Причина разного отношения героев к жизни. Нравственное превосходство Семёна.

Тип урока: изучение нового материала

Дата проведения урока: 21. 02 .2017 г.

Цель урока: проанализировать рассказ, выявить причины разного отношения героев к жизни.

Задачи урока:

 Обучающие:

                        1.Формировать представление о понятии  «нравственность» с помощью репродуктивной беседы

                    2.Обогащать лексический запас школьников новыми словами с помощью словарной работы                                                                          

                    3.Формировать умение анализировать художественный текст с помощью репродуктивной беседы                  

        Воспитательные:

1. Воспитывать уважение к собеседнику с помощью организации слушания устного ответа одноклассников
2. Воспитывать нравственные качества с помощью репродуктивной беседы

           Развивающие:

1. Развивать аналитическое мышление с помощью анализа художественного текста, составления таблицы
2. Развивать мышление с помощью аргументации устного ответа по предмету
3. Развивать устную монологическую речь с помощью организации устного ответа по предмету

Перечень оборудования: проектор, доска со слайдами.

Список литературы: электронные ресурсы: http://metod-sbornik.ru/images/soderjanie/fizkultura/Щербак%20Ж.А.-литер-5%20кл.pdf 

http://nsportal.ru/shkola/literatura/library/2015/06/07/urok-literatury-v-5-klasse-na-temu-problema-nravstvennogo

Хронометраж урока

                                                                                        Ход урока

01.12.2020

Здравствуйте, дорогие ребята!

1.Прочитайте рассказ В.М.Гаршина « Сигнал»

Семен Иванов служил сторожем на железной
дороге. От его будки до одной станции было двенадцать, до другой – десять
верст. Верстах в четырех в прошлом году открыли большую прядильню; из-за лесу
ее высокая труба чернела, а ближе, кроме соседних будок, и жилья не было.

Семен Иванов был человек больной и
разбитый. Девять лет тому назад он побывал на войне: служил в денщиках у
офицера и целый поход с ним сделал. Голодал он, и мерз, и на солнце жарился, и
переходы делал по сорока и пятидесяти верст в жару и в мороз; случалось и под
пулями бывать, да, слава богу, ни одна не задела. Стоял раз полк в первой
линии; целую неделю с турками перестрелка была: лежит наша цепь, а через
лощинку – турецкая, и с утра до вечера постреливают. Семенов офицер тоже в цепи
был; каждый – день три раза носил ему Семен из полковых кухонь, из оврага,
самовар горячий и обед. Идет с самоваром по открытому месту, пули свистят, в
камни щелкают; страшно Семену, плачет, а сам идет. Господа офицеры очень
довольны им были: всегда у них горячий чай был. Вернулся он из похода целый,
только руки и ноги ломить стало. Немало горя пришлось ему с тех пор отведать.
Пришел он домой – отец старик помер; сынишка был по четвертому году – тоже
помер, горлом болел; остался Семен с женой сам-друг. Не задалось им и
хозяйство, да и трудно с пухлыми руками и ногами землю пахать. Пришлось им в
своей деревне невтерпеж; пошли на новые места счастья искать. Побывал Семен с
женой и на Линии, и в Херсоне, и в Донщине; нигде счастья не достали. Пошла
жена в прислуги, а Семен по-прежнему все бродит. Пришлось ему раз по машине
ехать; на одной станции видит – начальник будто знакомый. Глядит на него Семен,
и начальник тоже в Семеново лицо всматривается. Узнали друг друга: офицер
своего полка оказался.

– Ты Иванов? – говорит.

– Так точно, ваше благородие, я самый и
есть.

– Ты как сюда попал?

Рассказал ему Семен: так, мол, и так.

– Куда ж теперь идешь?

– Не могу знать, ваше благородие.

– Как так, дурак, не можешь знать?

– Так точно, ваше благородие, потому
податься некуда. Работы какой, ваше благородие, искать надобно.

Посмотрел на него начальник станции,
подумал и говорит:

– Вот что, брат, оставайся-ка ты покудова
на станции. Ты, кажется, женат? Где у тебя жена?

– Так точно, ваше благородие, женат; жена
в городе Курске, у купца в услужении находится.

– Ну, так пиши жене, чтобы ехала. Билет
даровой выхлопочу. Тут у нас дорожная будка очистится; уж попрошу за тебя
начальника дистанции.

– Много благодарен, ваше благородие, –
ответил Семен.

Остался он на станции. Помогал у
начальника на кухне, дрова рубил, двор, платформу мел. Через две недели
приехала жена, и поехал Семен на ручной тележке в свою будку. Будка новая,
теплая, дров сколько хочешь; огород маленький от прежних сторожей остался, и
земли с полдесятины пахотной по бокам полотна было. Обрадовался Семен; стал
думать, как свое хозяйство заведет, корову, лошадь купит.

Дали ему весь нужный припас: флаг зеленый,
флаг красный, фонари, рожок, молот, ключ – гайки подвинчивать, лом, лопату,
метел, болтов, костылей; дали две книжечки с правилами и расписание поездов.
Первое время Семен ночи не спал, все расписание твердил; поезд еще через два
часа пойдет, а он обойдет свой участок, сядет на лавочку у будки и все смотрит
и слушает, не дрожат ли рельсы, не шумит ли поезд. Вытвердил он наизусть и
правила; хоть и плохо читал, по складам, а все-таки вытвердил.

Дело было летом; работа нетяжелая, снегу
отгребать не надо, да и поезд на той дороге редко. Обойдет Семен свою версту
два раза в сутки, кое-где гайки попробует подвинтить, щебенку подровняет,
водяные трубы посмотрит и идет домой хозяйство свое устраивать. В хозяйстве
только у него помеха была: что ни задумает сделать, обо всем дорожного мастера проси,
а тот начальнику дистанции доложит; пока просьба вернется, время и ушло. Стали
Семен с женою даже скучать.

Прошло времени месяца два; стал Семен с
соседями-сторожами знакомиться. Один был старик древний; все сменить его
собирались: едва из будки выбирался. Жена за него и обход делала. Другой
будочник, что поближе к станции, был человек молодой, из себя худой и жилистый.
Встретились они с Семеном в первый раз на полотне, посередине между будками, на
обходе; Семен шапку снял, поклонился.

– Доброго, – говорит, – здоровья, сосед.
Сосед поглядел на него сбоку.

– Здравствуй, – говорит.

Повернулся и пошел прочь. Бабы после между
собою встретились. Поздоровалась Семенова Арина с соседкой; та тоже
разговаривать много не стала, ушла. Увидел раз ее Семен.

– Что это, – говорит, – у тебя, молодица,
муж неразговорчивый? Помолчала баба, потом говорит:

– Да о чем ему с тобой разговаривать? У
всякого свое… Иди себе с богом.

Однако прошло еще времени с месяц,
познакомились. Сойдутся Семен с Василием на полотне, сядут на край, трубочки
покуривают и рассказывают про свое житье-бытье. Василий все больше помалчивал,
а Семен и про деревню свою и про поход рассказывал.

– Немало, – говорит, – я горя на своем
веку принял, а веку моего не бог весть сколько. Не дал бог счастья. Уж кому
какую талан-судьбу господь даст, так уж и есть. Так-то, братец, Василий
Степаныч.

А Василий Степаныч трубку об рельс
выколотил, встал и говорит:

– Не талан-судьба нас с тобою век заедает,
а люди. Нету на свете зверя хищнее и злее человека. Волк волка не ест, а
человек человека живьем съедает.

– Ну, брат, волк волка ест, это ты не
говори.

– К слову пришлось, и сказал. Все-таки
нету твари жесточе. Не людская бы злость да жадность – жить бы можно было.
Всякий тебя за живое ухватить норовит, да кус откусить, да слопать.

Задумался Семен.

– Не знаю, – говорит, – брат. Может, оно
так, а коли и так, так уж есть на то от бога положение.

– А коли так, – говорит Василий, – так
нечего нам с тобой и разговаривать. Коли всякую скверность на бога взваливать,
а самому сидеть да терпеть, так это, брат, не человеком быть, а скотом. Вот
тебе мой сказ.

Повернулся и пошел, не простившись. Встал
и Семен.

– Сосед, – кричит, – за что же ругаешься?

Не обернулся сосед, пошел. Долго смотрел
на него Семен, пока на выемке на повороте стало Василия не видно. Вернулся
домой и говорит жене:

– Ну, Арина, и сосед же у нас: зелье, не
человек. Однако не поссорились они; встретились опять и по-прежнему
разговаривать стали, и все о том же.

– Э, брат, кабы не люди… не сидели бы мы
с тобою в будках этих, – говорит Василий.

– Что ж в будке… ничего, жить можно.

– Жить можно, жить можно… Эх, ты! Много
жил, мало нажил, много смотрел, мало увидел. Бедному человеку, в будке там или
где, какое уж житье! Едят тебя живодеры эти. Весь сок выжимают, а стар станешь
– выбросят, как жмыху какую, свиньям на корм. Ты сколько жалованья получаешь?

– Да маловато, Василий Степанович.
Двенадцать рублей.

– А я тринадцать с полтиной. Позволь тебя
спросить, почему? По правилу, от правления всем одно полагается: пятнадцать
целковых в месяц, отопление, освещение. Кто же это нам с тобой двенадцать или
там тринадцать с полтиной определил? Чьему брюху на сало, в чей карман
остальные три рубля или же полтора полагаются? Позволь тебя спросить?.. А ты
говоришь, жить можно! Ты пойми, не об полуторах там или трех рублях разговор
идет. Хоть бы и все пятнадцать платили. Был я на станции в прошлом месяце;
директор проезжал, так я его видел. Имел такую честь. Едет себе в отдельном
вагоне; вышел на платформу, стоит, цепь золотую распустил по животу, щеки
красные, будто налитые… Напился нашей крови. Эх, кабы сила да власть!.. Да не
останусь я здесь долго; уйду, куда глаза глядят.

– Куда же ты уйдешь, Степаныч? От добра
добра не ищут. Тут тебе и дом, тепло, и землицы маленько. Жена у тебя
работница…

– Землицы! Посмотрел бы ты на землицу мою.
Ни прута на ней нету. Посадил было весной капустки, так и то дорожный мастер
приехал. «Это, говорит, что такое? Почему без доношения? Почему без разрешения?
Выкопать, чтоб и духу ее не было». Пьяный был. В другой раз ничего бы не
сказал, а тут втемяшилось… «Три рубля штрафу!..»

Помолчал Василий, потянул трубочки и
говорит тихо:

– Немного еще, зашиб бы я его до смерти.

– Ну, сосед, и горяч ты, я тебе скажу.

– Не горяч я, а по правде говорю и
размышляю. Да еще дождется он у меня, красная рожа! Самому начальнику дистанции
жаловаться буду. Посмотрим!

И точно пожаловался.

Проезжал раз начальник дистанции путь
осматривать. Через три дня после того господа важные из Петербурга должны были
по дороге проехать: ревизию делали, так перед их проездом все надо было в
порядок привести. Балласту подсыпали, подровняли, шпалы пересмотрели, костыли
подколотили, гайки подвинтили, столбы подкрасили, на переездах приказали
желтого песочку подсыпать. Соседка-сторожиха и старика своего выгнала травку
подщипать. Работал Семен целую неделю; все в исправность привел и на себе
кафтан починил, вычистил, а бляху медную кирпичом до сияния оттер. Работал и
Василий. Приехал начальник дистанции на дрезине; четверо рабочих рукоять
вертят; шестерни жужжат; мчится тележка верст по двадцать в час, только колеса
воют. Подлетел к Семеновой будке; подскочил Семен, отрапортовал по-солдатски.
Все в исправности оказалось.

– Ты давно здесь? – спрашивает начальник.

– Со второго мая, ваше благородие.

– Ладно. Спасибо. А в сто шестьдесят
четвертом номере кто?

Дорожный мастер (вместе с ним на дрезине
ехал) ответил:

– Василий Спиридов.

– Спиридов, Спиридов… А, это тот самый,
что в прошлом году был у вас на замечании?

– Он самый и есть-с.

– Ну, ладно, посмотрим Василия Спиридова.
Трогай. Налегли рабочие на рукояти; пошла дрезина в ход. Смотрит Семен на нее и
думает: «Ну, будет у них с соседом игра».

Часа через два пошел он в обход. Видит, из
выемки по полотну идет кто-то, на голове будто белое что виднеется. Стал Семен
присматриваться – Василий; в руке палка, за плечами узелок маленький, щека
платком завязана.

– Сосед, куда собрался? – кричит Семен.
Подошел Василий совсем близко: лица на нем нету,

белый, как мел, глаза дикие; говорить
начал – голос обрывается.

– В город, – говорит, – в Москву… в
правление.

– В правление… Вот что! Жаловаться,
стало быть, идешь? Брось, Василий Степаныч, забудь…

– Нет, брат, не забуду. Поздно забывать.
Видишь, он меня в лицо ударил, в кровь разбил. Пока жив, не забуду, не оставлю
так. Учить их надо, кровопийцев…

Взял его за руку Семен:

– Оставь, Степаныч, верно тебе говорю:
лучше не сделаешь.

– Чего там лучше! Знаю сам, что лучше не
сделаю; правду ты про талан-судьбу говорил. Себе лучше не сделаю, но за правду
надо, брат, стоять.

– Да ты скажи, с чего все пошло-то?

– Да с чего… Осмотрел все, с дрезины
сошел, в будку заглянул. Я уж знал, что строго будет спрашивать; все как
следует исправил. Ехать уж хотел, а я с жалобой. Он сейчас кричать. «Тут,
говорит, правительственная ревизия, такой-сякой, а ты об огороде жалобы
подавать! Тут, говорит, тайные советники, а ты с капустой лезешь!» Я не
стерпел, слово сказал, не то чтобы очень, но так уж ему обидно показалось. Как
даст он мне… Терпенье наше проклятое! Тут бы его надо… а я стою себе, будто
так оно и следует. Уехали они, опамятовался я, вот обмыл себе лицо и пошел.

– Как же будка-то?

– Жена осталась. Не прозевает; да ну их
совсем и с дорогой ихней!

Встал Василий, собрался.

– Прощай, Иваныч. Не знаю, найду ли управу
себе.

– Неужто пешком пойдешь?

– На станции на товарный попрошусь: завтра
в Москве буду.

Простились соседи; ушел Василий, и долго
его не было. Жена за него работала, день и ночь не спала; извелась совсем,
поджидаючи мужа. На третий день проехала ревизия: паровоз, вагон багажный и два
первого класса, а Василия все нет. На четвертый день увидел Семен его хозяйку:
лицо от слез пухлое, глаза красные.

– Вернулся муж? – спрашивает.

Махнула баба рукой, ничего не сказала и
пошла в свою сторону.

————

Научился Семен когда-то, еще мальчишкой,
из тальника дудки делать. Выжжет таловой палке сердце, дырки, где надо,
высверлит, на конце пищик сделает и так славно наладит, что хоть что угодно
играй. Делывал он в досужее время дудок много и с знакомым товарным кондуктором
в город на базар отправлял; давали ему там за штуку по две копейки. На третий
день после ревизии оставил он дома жену вечерний шестичасовой поезд встретить,
а сам взял ножик и в лес пошел, палок себе нарезать. Дошел он до конца своего
участка, – на этом месте путь круто поворачивал, – спустился с насыпи и пошел
лесом под гору. За полверсты было большое болото, и около него отличнейшие
кусты для его дудок росли. Нарезал он палок целый пук и пошел домой. Идет
лесом; солнце уже низко было; тишина мертвая, слышно только, как птицы чиликают
да валежник под ногами хрустит. Прошел Семен немного еще, скоро полотно; и
чудится ему, что-то еще слышно: будто где-то железо о железо позвякивает. Пошел
Семен скорей. Ремонту в то время на их участке не было. «Что бы это значило?» –
думает. Выходит он на опушку – перед ним железнодорожная насыпь подымается;
наверху, на полотне, человек сидит на корточках, что-то делает; стал подыматься
Семен потихоньку к нему: думал, гайки кто воровать пришел. Смотрит – и человек
поднялся, в руках у него лом; поддел он рельс ломом, как двинет его в сторону.
Потемнело у Семена в глазах; крикнуть хочет – не может. Видит он Василия, бежит
бегом, а тот с ломом и ключом с другой стороны насыпи кубарем катится.

– Василий Степаныч! Отец родной, голубчик,
воротись! Дай лом! Поставим рельс, никто не узнает. Воротись, спаси свою душу от
греха.

Не обернулся Василий, в лес ушел.

Стоит Семен над отвороченным рельсом,
палки свои выронил. Поезд идет не товарный, пассажирский. И не остановишь его
ничем: флага нет. Рельса на место не поставишь; голыми руками костылей не
забьешь. Бежать надо, непременно бежать в будку за каким-нибудь припасом.
Господи, помоги!

Бежит Семен к своей будке, задыхается.
Бежит – вот-вот упадет. Выбежал из лесу – до будки «со сажен, не больше,
осталось, слышит – на фабрике гудок загудел. Шесть часов. А в две минуты седьмого
поезд пройдет. Господи! Спаси невинные души! Так и видит перед собою Семен:
хватит паровоз левым колесом об рельсовый обруб, дрогнет, накренится, пойдет
шпалы рвать и вдребезги бить, а тут кривая, закругление, да насыпь, да
валиться-то вниз одиннадцать сажен, а там, в третьем классе, народу битком
набито, дети малые… Сидят они теперь все, ни о чем не думают. Господи,
вразуми ты меня!.. Нет, до будки добежать и назад вовремя вернуться не
поспеешь…

Не добежал Семен до будки, повернул назад,
побежал скорее прежнего. Бежит почти без памяти; сам не знает, что еще будет.
Добежал до отвороченного рельса: палки его кучей лежат. Нагнулся он, схватил
одну, сам не понимая зачем, дальше побежал. Чудится ему, что уже поезд идет.
Слышит свисток далекий, слышит, рельсы мерно и потихоньку подрагивать начали.
Бежать дальше сил нету; остановился он от страшного места саженях во ста: тут
ему точно светом голову осветило. Снял он шапку, вынул из нее платок бумажный;
вынул нож из-за голенища; перекрестился, господи благослови!

Ударил себя ножом в левую руку повыше
локтя, брызнула кровь, полила горячей струей; намочил он в ней свой платок,
расправил, растянул, навязал на палку и выставил свой красный флаг.

Стоит, флагом своим размахивает, а поезд
уж виден. Не видит его машинист, подойдет близко, а на ста саженях не
остановить тяжелого поезда!

А кровь все льет и льет; прижимает рану к
боку, хочет зажать ее, но не унимается кровь; видно, глубоко поранил он руку.
Закружилось у него в голове, в глазах черные мухи залетали; потом и совсем
потемнело; в ушах звон колокольный. Не видит он поезда и не слышит шума: одна
мысль в голове: «Не устою, упаду, уроню флаг; пройдет поезд через меня…
помоги, господи, пошли смену…»

И стало черно в глазах его и пусто в душе
его, и выронил он флаг. Но не упало кровавое знамя на землю: чья-то рука
подхватила его и подняла высоко навстречу подходящему поезду. Машинист увидел
его, закрыл регулятор и дал контрпар. Поезд остановился.

Выскочили из вагонов люди, сбились толпою.
Видят: лежит человек весь в крови, без памяти; другой возле него стоит с
кровавой тряпкой на палке.

Обвел Василий всех глазами, опустил
голову:

– Вяжите меня, – говорит, – я рельс
отворотил.

 https://classica-online.ru/catalog/rasskazy-garshin/

Произведение написано
в 1887 году

 2.
Домашнее задание :  Познакомьтесь с презентацией, Напишите письменно
ответы на 3,5 слайды презентации.

Отправьте
на проверку любым удобным способом (сообщением в электронный журнал; сообщением
в почтовый ящик —gulfia220470@mail.ru

Всем удачи.