Обновлено: 10.01.2023
Что такое общество — сочинение. Сочинения, анализ и мораль басен. Русский язык и литература школьнику
Мы подготовили для Вас несколько сочинений на тему — Что такое общество? Используйте наши примеры для написания своего рассуждения на урок в школе (для 5-7 классов)
Сочинение 1 (кратко)
Общество, как живой организм, развивается и постоянно меняется. Что определяет Современное общество? Это время. На каждом временном отрезке обществу были присущи определенные черты. Эти черты как правила определяла религия, особенно на раннем этапе человеческого развития. Но со временем ее роль ослабла.
Но кто-то еще оказывает влияние на общество? Да, это влиятельные люди, которые активны, деятельны. Именно они указывают направление. Но тогда что такое общество? Неужели это масса людей, которое следует чему-то указанию? Может быть и так. Но каждый из нас является членом общество, и мы можем также внести вклад в его развитие и задать нужно направление.
Общество, это живой организм, в котором происходят сложные процессы. Общество может не только развиваться, но и деградировать. Поэтому так важно не допустить этого. Уже сейчас на Будущее поколение возлагается очень серьезная задача: задать правильное направление обществу, расти нравственно и духовно. Нравственность и духовность являются стержнем общества, именно он делают общество более сильным. Но, к сожалению, сейчас об это многие забывают. Не пора ли вспомнить? Человек часть общества и он может многое, даже не зная об этом.
Сочинение 2
Человек и общество, их взаимодействие – это самая актуальная тема в произведениях русской литературы. Общество – это частичка мира, которая всегда развивается. У него имеются свои традиции, ценности, рамки времени. Общество имеет свою единицу – человека. Он не имеет возможности выбирать объединение, где ему жить. Рождаясь, он уже становится частью общества. Этот социум влияет на формирование личности, образ жизни, интересы человека. Каким образом давление общества осуществляется на отдельную индивидуальность? В произведениях русской литературы освещается проблема “человек и общество”:
Также Толстой четко прорисовывает представителей высшего сословия, которые отличаются чуткостью и благородством. Речь идет о Наташе Ростовой, Андрее Болконском, Пьере Безуховом. Они умны, интересуются людьми, миром в целом. Они являются абсолютной противоположностью мертвецам, которые встречаются в салонах Петербурга. Но каждый из вышеперечисленных не ощущал себя в своей тарелке в высшем свете. Их обманывали и могли опозорить. Они индивидуальны, не имеют ничего общего с лицемерным, серым обществом.
В романе “Преступление и Наказание”, написанном Достоевским, рассказывается, как общество может повлиять на рядового гражданина, его поступки. Раскольников захотел убить процентщицу. Это было не безосновательно. Первая причина – личность Родиона, его корни. Далеко не последнюю роль в этом сыграло общество, которое погрязло в грехах, нищете. Раскольников также был бедным, он сочувствовал другим людям, которые страдали. Но все же решился на совершение преступления. Общество из рассказа “Преступление и Наказание” ценило только деньги, забыв о высокой морали. Больше для них ничего не имело смысла. Соня Мармеладова была простой девушкой, которая стала проституткой. Это случилось из-за необходимости заработка, чтобы прокормить семью. Отец этой героини сильно пьет и заседает в кабаках, где гниют человеческие души. Толстосумы, в свою очередь, упиваются богатством, которое было заработано благодаря жизням обычных людей. Достоевский доказывает, что общество в любом случае влияет на человека, его жизнь. Быть свободным, находясь в обществе, не получится.
Булгаков с помощью романа “Мастер и Маргарита” поднял вопрос отдельного человека, его нахождения в обществе. Главный герой — Мастер, является настоящим гением, который сумел написать невероятный роман. Но после публикации героя начинают гнать, его не признали. Кто же ему шлет памфлеты, рецензии, наполненные яростью? Это общество графоманов, людей, которые завидуют и являются псевдописателями. Автор показывает это общество коварным и едким. Оно постоянно травит, нападает на Мастера, чем провоцирует уничтожение великолепного творения. В итоге гений попадает в сумасшедший дом. Теперь он не принадлежит скверному сборищу, его новый мир – это Маргарита. Именно в этом социуме Мастер отдыхает душой.
Таким образом, кем бы не был человек, каким бы он не был, но его индивидуальные особенности и качества нужны на благо обществу в котором живет и трудится человек. Можно смело заявить, если и существует идеальная формула, то это полная и двухсторонняя взаимосвязь человек — общество.
Сочинение 3
Так же все происходит и в реальной жизни. Иногда лучше согласиться с обществом, чем отстаивать свою точку зрения. Из всего этого я могу сделать только один вывод. Наше общество нужно улучшать, и стоит с ним бороться. Не бойтесь высказывать свое личное мнение и отстаивать свою точку зрения. Многие люди могут не принимать вас, но никогда не опускайте руки. Всегда нужно идти только вперед. Люди всегда говорили, и будут говорить. Всегда говорите свое мнение, тогда найдется тот человек, который прислушается к нему.
Сочинение 4
Получается, иногда возникают вариации, когда человек не имеет возможности нормально жить в сложившейся системе общественных взаимоотношений. Иногда он борется с точками зрения и выходками большинства, но в то же время, как правило, не вспоминает о собственных интересах и признает социальные цели и порядки. Но, разумеется, люди должны стремиться к преображению общественности, одновременно с этим соглашаясь с его нападками и упреками. Именно так можно улучшить и усовершенствовать общество.
Общество нужно изучать по людям и людей по обществу: кто захочет изучать отдельно политику и мораль, тот ничего не поймет ни в той, ни в другой.
Эти, казалось бы, общие рассуждения о специфике моральных систем в разных социальных контекстах необходимы нам для постижения реалий нравственности сегодняшнего общества, в котором происходит коренное преобразование всех сущностных его структур.
Нет политических рычагов регуляции поведения.
Как это ни парадоксально, но в период интенсивного внедрения в нашу жизнь рыночных отношений экономические стимулы тоже действуют слабо.
Однако человек не может не руководствоваться в своих действиях теми или иными мотивами. И во времена, когда подавлены все привычные представления, он следует собственным, индивидуальным понятиям о жизненных ценностях, о добре и зле, о справедливом и несправедливом. Руководствуется индивидуальной моралью.
Чтобы раскрыть суть нравственного состояния нашего общества, формирующегося нынешней российской реальностью, мы воспользуемся социологическими данными. Эти данные – результат более чем тридцати социологических исследований, проведенных с 1992 по 2004 год.
Идеалы общественного развития
Особенностью советского общества было наличие господствующей идеи социального развития. В 1981 году репрезентативное, то есть вполне достоверное (но закрытое по цензурным соображениям) исследование показало, что 84 процента опрошенных полностью убеждены в истинности социалистической идеи (речь шла именно об идее, а не о результатах ее воплощения в жизнь).
Наличие господствующей идеи объединяет народ. Это известно из мирового опыта: из опыта самодержавной России и СССР, из успешного опыта прошлой и современной истории США, из драматического опыта Германии времен Бисмарка и Гитлера, из опыта Японии и Китая и т.д. Поэтому столь существенным для характеристики духовных феноменов является именно то, что в настоящее время российское общество не имеет какого-либо господствующего представления о желаемом (идеальном) пути социального развития.
Массовый отход россиян от объединяющих их социалистических идей отчетливо проявился в конце 80-х и начале 90-х годов и до середины 1993-го неуклонно нарастал. Эту тенденцию наглядно показывают следующие результаты опросов (в процентах числа опрошенных):
Исследования, проведенные в 2004 году, показали ряд социальных приоритетов, на которые в настоящее время ориентируется массовое сознание. Среди них:
– гарантированная возможность рядовым людям участвовать в государственном управлении, активно влиять на решения, затрагивающие их жизненные интересы (76 процентов опрошенных считают, что сегодня они не имеют таких возможностей);
– сильное государство как гарантия наведения порядка в стране, улучшения жизни людей, государство, которым можно гордиться;
– первостепенная забота государственных институтов о простых людях, о большинстве населения, хорошо отработанная связь с народом;
– социальная, правовая, экономическая защищенность личности, гарантии ее прав и свобод (почти половина опрошенных в той или иной степени сталкивались в последнее время с ущемлением своих прав и свобод).
Все эти представления о желаемом социальном устройстве общества разительно расходились в начале 90-х годов с мнением неолибералов, захвативших к тому времени большинство СМИ, которые утверждали, что патриотизм, русская идея, специфика России и вообще всякая российская особливость – все это выдумки ограниченных людей или того хуже – воинственных националистов.
И действительно, сегодня практически нет политических лидеров, включая наиболее правых либералов, которые бы не взяли на вооружение лозунги патриотизма, сильной России.
Прогнозировалась и еще одна, достаточно сложная тенденция, связанная с содержанием общественного идеала, – определенное возрождение симпатий (именно так, достаточно мягко и осторожно, можно это назвать) к подлинно социалистическим ценностям.
Действительно, как показывают результаты исследований последних лет, социализм как теория социального развития общества уже не вызывает аллергии у многих людей. В этой связи интересны результаты, полученные при опросе москвичей в 2000 году.
Соответственно 53, 64 и 48 процентов опрошенных признали, что при советской власти материально люди жили лучше, чем сейчас, что в стране был порядок, а власти больше заботились о народе.
Еще более важное значение как для развития реформ, так и для духовного самочувствия имеет то, как сами люди оценивают свою профессиональную и морально-психологическую подготовленность к работе в условиях рынка. Достаточно готовыми считают себя 10 – 15 процентов опрошенных; относительно готовыми – 20 – 25; практически совсем не готовыми – более 40; затруднились ответить – 25 процентов.
Это результат своеобразного раздвоения личности, борьбы в ней рационального восприятия действительности и сложившегося (уже не в одном поколении!) менталитета. Вот весьма наглядный пример.
Социологи труда, пользуясь международными методиками, провели в России в 1988 году исследование: насколько соответствует наш работающий человек требованиям современного производства. По таким параметрам, как самодисциплина, ответственность, инициативность, не соответствовал 71 процент! По профессиональной подготовленности – 68 процентов. Через пятнадцать лет – в конце прошлого года – выборочно повторили это исследование. Профессионализм несколько вырос: сегодня на уровне современных требований после небольшой переподготовки могут работать более 65 процентов инженеров и 70 – 75 процентов рабочих.
Добавим к этому, что общественная нестабильность, развитие хищнического капитализма, правовой нигилизм, экономические катаклизмы, иными словами, все то, что входит в понятие кризисного общества, не только не сокращают степень нашей безответственности в работе, но и порождают тенденцию к ее росту. Долго и трудно будут пробиваться на российской почве ростки цивилизованных рыночных отношений.
Шкала ценностей
Исследования фиксируют, что в шкале жизненных приоритетов у многих людей заметно возросло значение сугубо индивидуалистических ценностей.
В то же время нельзя игнорировать и отрицательные аспекты нравственной переориентации людей. На первое место все чаще выходят ценности потребления, стремление к вещи как к главной, иногда единственной цели в жизни. Такая психология перерождается в потребительскую идеологию. По данным исследования 1988 года, людей, ориентированных на потребление как на единственную ценность, было 8 – 12 процентов среди всех опрошенных. В 2000 – 2004 годах – уже 45 – 55 процентов. Рост идет в основном за счет молодежи.
Не менее тревожной является развивающаяся в современном российском обществе тенденция к прагматизму. Сам по себе прагматизм неплох. Но только тогда, когда соображениями выгоды определяется поведение в сфере сугубо деловой и материальной. Но, если прагматизм проникает в духовную сферу, это влечет за собой разложение нравственности.
Владимир СОКОЛОВ,
профессор Российской академии государственной службы при Президенте РФ, директор Института социальных технологий.
В современном мире каждый человек является частичкой общества, он выполняет несколько социальных ролей, непосредственно взаимодействует с другими людьми. Современное демократическое общество постепенно становится гражданским. Настоящий гражданин — это не просто человек, имеющий юридические права и обязанности, но и достигший определенного уровня самосознания. Это личность, которая осознанно относится к себе, своему месту в обществе, активно участвующая в общественной и политической жизни. Обществознание способствует формированию активной гражданской позиции, в которой представлены общественные потребности, необходимые для современного развития общества. Это осознание своей принадлежности к малой и большой Родине, готовность и способность строить достойную жизнь, выполняя свой гражданский долг, понимание того, в чем он заключается. Все это невозможно без той совокупности знаний об обществе, которую может дать только изучение обществознания, это его гражданский аспект.
Не стоит забывать и об общем кругозоре. Те знания, которые учащиеся приобретают при изучении обществознания, остаются с ними на всю жизнь, кем бы они в жизни ни стали, какую бы профессию ни получили, какое бы социальное и экономическое положение ни заняли. Обществознание дает основу практических компетентностей, помогающих занять в обществе достойное место, способствует самореализации, а отсюда и общественному прогрессу.
Общество существует тысячелетия, но осознание его с научной точки зрения произошло не так давно. Социология как наука, изучающая общество, появилась лишь в первой половине 19 в. Предмет обществознания сродни философии, он не дан, а задан, потому что является проблемой. Изучение общества во многом состоит в нахождении все более глубокого определения самого понятия общества. В этом заключается философский аспект обществознания.
У обществознания есть одновременно и то, что сближает его с наукой. Это, прежде всего, стремление к объективному познанию своего предмета. Другая черта, объединяющая науку и обществознание — стремление выявить причинно-следственные связи, рассмотреть предмет в его становлении и развитии. То, что в обществознании нет математической строгости добытых результатов познания как в естественных науках, еще не говорит о том, что в нем отсутствует познание. Такого рода знание, например, заложено в духовных традициях человечества: в философии, религии, морали и искусстве. Оно иногда трудно поддается научному анализу и может разрушаться под его воздействием. Без проявлений духовности нет человеческого общества.
Обществознание, как и наука, несовместимо с суевериями. Обществознание не предсказывает и не пророчествует, но способно делать научные прогнозы, которые могут как сбыться, так и нет, ибо существует множество факторов, которых трудно спрогнозировать, но, тем не менее, они оказывают сильное влияние на развитие общества.
Обществознание представляет собой целый комплекс наук, направленных на изучения общества в целом, а также различных общественных процессов. Без данного предмета в современном мире не сможет обойтись ни один человек, ведь в него входит огромнейшее количество наук, позволяющих получать знания для изучения массы дисциплин. Другими словами, этот предмет позволяет человеку понять, каким образом устроена жизнь в окружающем его мире.
Люди, которые живут в современном обществе, не имеют возможности обходиться без знаний действующего законодательства. Занимаясь изучением обществознания, они могут познать общество, а также понимают, как нужно себя правильно вести для того, чтобы избегать возможности привлечения к уголовной или какой-либо другой ответственности.
Также обществознание является чрезвычайно важным для тех людей, которые попали в неприятные ситуации, включая какие-то банковские разбирательства или же магазинные споры. Закон распространяется на все, включая даже небольшие бытовые вопросы и подготовка по обществознанию может выручить в нужный момент. В частности, именно по этой причине обществознание является одним из наиболее важных предметов, которые должны знать представители многих профессий — здесь более подробно об этом.
Никто не знает, что с ним может произойти в ближайшем будущем, поэтому всегда лучше обладать возможным максимумом информации. Незнание законов не освобождает человека от ответственности, вследствие чего современным людям нередко приходится прибегать к помощи профессиональных адвокатов, работающих в разных направлениях права.
Таким образом, если одни специализируются на решении различных уголовных дел, другие чаще ведут судебные разбирательства касательно ликвидации различных предприятий и еще целого ряда других процедур. Многие думают, что адвокат разбирается во всем, но на самом деле это далеко не так, ведь законов существует огромное множество, и досконально помнить и правильно использовать их все крайне сложно, поэтому существуют специализации, в том числе узкие.
Читайте также:
- Свеча симонов сочинение материнская любовь
- Не с теми я кто бросил землю ахматова сочинение
- Сочинение что было бы если не было государства
- Большевики правы опасаясь двенадцати сочинение
- Лихачев о патриотизме сочинение
. Жан — Жак Руссо: — «Общество нужно изучать по людям и людей по обществу: кто захочет изучать отдельно политику и мораль, тот ничего не поймёт ни в том, ни в другом».
Другими словами можно выразиться так: — «Политическую экономию нужно изучать по людям так, как всякие события совершаются с участием человека, и только через людей можно понимать и видеть логическую цепочку экономических событий, отношения людей между собой нужно рассматривать по определённым взаимным отношениям людей в обществе. Кто захочет изучать политэкономию в отрыве от людей, или идеологию людей в отрыве от определённых отношений людей в обществе, тот ничего не поймёт ни в том, ни в другом. Следовательно, вопрос о равенстве людей в обществе нужно рассматривать предметно: в отношении определённых законов, образованности людей, в сделки купли – продажи между людьми и т. д. Беспредметноё суждение о равенстве людей бессмысленно. Генрих Гейне: — «Под одеждой все люди голые». Следовательно, все люди равны в том понимании, что их тела без одежды у всех голые. Однако, если людей сравнивать по уровню образования, то выяснится, что они все разные. Народная поговорка гласит: — «В лесу лес не ровен, в миру — люди». Следовательно, лес по высоте весь не ровен, но сама материя природы леса – у всего леса одинаково равная. Чарльз Калеб Колтон пишет: — «Равенство существует только в гробу». Равенство тел людей справедливо лишь в отношении материи природы мёртвого человека, однако политического равенства в гробу не существует так, как все люди, после себя, оставляют разное наследие своего труда, по которому судят о политической ценности человека. Жертва, «Нового мирового порядка», президент Югославии Слободан Милошевич, был похоронен не как все на кладбище, а во дворе семейного дома Милошевичей так, как «кукловоды» искусственно ограничивают поклонение народных масс к народному герою. Могила Садам Хусейна, национального лидера Ирака, разрушена полностью, а Муаммара Каддафи, национального лидера Ливии, похоронили тайно в пустыни, и всё ради того, что бы народы забыли своих героев и не поклонялись народной демократии. Жириновский: — «Европа не поверит в перемены в РФ, пока Ленин в Мавзолее», далее он предложил убрать все захоронения у Кремлёвской стены. Политик считает: — «Референдума не надо». (По вопросу захоронения тела Ленина.) Жириновский сравнивает тело Ленина с обычным телом христианина, ради достижения политической цели — вынести Ленина из Мавзолея и уничтожить память Россиян о своём советском прошлом. Однако, когда «кукловодам», в политических целях нужно воскресить фашистского героя – «Степана Бандеру», то они уничтожают памятники патриотам, а ставят фашистам. «Украинский» лидер Пётр Порошенко готов перенести прах С. Бендеры в Киев, хотя тот родился в то время в Австро – Венгрии.
Джонатан Свифт: — «Партия – это безумие многих ради выгоды единиц». В. В. Жириновский лидер «демократической партии» о равенстве в партии: — «Небольшие несколько табуреточек для основателей партии можно уже сейчас заготовить, и обшивать их золотыми пластинами — чтобы мы сели – я, на золотую табуреточку, Алексей Валентинович там, на серебряную, кто — то там, на деревянную и кому — то коврик постелите где – то там в прихожей». Равенство среди людей может сравниваться по форме собственности на средства производства. Лев Николаевич Толстой: — «Равенство капиталиста и рабочего такое же, как равенство двух борцов, из которых одному связали бы руки, а другому дали оружие в руки». Но, главное различие среди людей, это образование, талант гениев. А. Бебель: — «Гении не падают с неба, они должны иметь возможность образовываться и развиваться». О равенстве людей умышленно предметно не говорят, потому что за равенством стоят политические цели. Например, ни в одном экономическом учебнике не рассматривается сделка купли — продажи как равная выгода для покупателя и производителя. Почему? На этот вопрос есть ответ у Карла Маркса: — «Где равенство, там нет выгоды». Выгода — это получение прибавочной стоимости в виде денег для производителя и получение отдачи в прибыли в результате производства от купленного товара у покупателя. Поскольку у нас буржуазная модель экономического развития работает в интересах собственников производства, то такой вопрос нигде не рассматривается. Вот об этой прибавочной стоимости и говорит К. Маркс.
Общество нужно изучать по людям и людей по обществу: кто захочет изучать отдельно политику и мораль, тот ничего не поймет ни в той, ни в другой.
Ж.Ж.Руссо.
Прежде всего – несколько общих замечаний о сущности нравственности. Расстрел семьи Николая II – «ужасно, бесчеловечно, аморально…» Таковы нынешние оценки драматических событий далекого постреволюционного времени.
Пренебрежение отдельной личностью, ее интересами, убийство, насилие и многое другое с точки зрения вневременных общечеловеческих норм нравственности, безусловно, аморальны. Но допустим существование особой морали – морали революции, обусловленной законом «кто кого». Что получится с точки зрения общепринятых взглядов? Революции аморальны. Именно поэтому революции жестоки и разрушительны при каком угодно созидательном потенциале.
И малолетний Алексей для революции не дитя, а царевич, вокруг которого могут сплотиться враждебные ей силы. И крестьянская семья, вырезанная белыми на Дону, – это не дети и старики, а враги, которые помогают красным. Потому что и контрреволюцией решался вопрос «кто кого». (Кстати, сейчас почему-то не пишут книг, не снимают фильмов, не апеллируют к общественному сознанию по поводу гибели крестьянской семьи. Потому что не царская? А ведь для общечеловеческой морали любой человек – бесценен).
Эти, казалось бы, общие рассуждения о специфике моральных систем в разных социальных контекстах необходимы нам для постижения реалий нравственности сегодняшнего общества, в котором происходит коренное преобразование всех сущностных его структур.
Важная особенность «революционных» обществ заключается в том, что ничто в них не господствует, во всем происходит разброд и шатание, в том числе в духовности. В России сегодня моральный плюрализм, происходит резкое ослабление, зачастую полный демонтаж многих правовых, политических, экономических механизмов регулирования общественного поведения человека.
Ну кто, действительно, начиная от «рядового» обывателя и кончая высшими чиновниками и тем более «новыми русскими», боится сегодня в той или иной степени нарушить закон, устоявшиеся нормы поведения? Нет таких, практически.
Нет политических рычагов регуляции поведения…
Как это ни парадоксально, но в период интенсивного внедрения в нашу жизнь рыночных отношений экономические стимулы тоже действуют слабо.
Однако человек не может не руководствоваться в своих действиях теми или иными мотивами. И во времена, когда подавлены все привычные представления, он следует собственным, индивидуальным понятиям о жизненных ценностях, о добре и зле, о справедливом и несправедливом. Руководствуется индивидуальной моралью.
Чтобы раскрыть суть нравственного состояния нашего общества, формирующегося нынешней российской реальностью, мы воспользуемся социологическими данными. Эти данные – результат более чем тридцати социологических исследований, проведенных с 1992 по 2004 год.
Идеалы общественного развития
Особенностью советского общества было наличие господствующей идеи социального развития. В 1981 году репрезентативное, то есть вполне достоверное (но закрытое по цензурным соображениям) исследование показало, что 84 процента опрошенных полностью убеждены в истинности социалистической идеи (речь шла именно об идее, а не о результатах ее воплощения в жизнь).
Наличие господствующей идеи объединяет народ. Это известно из мирового опыта: из опыта самодержавной России и СССР, из успешного опыта прошлой и современной истории США, из драматического опыта Германии времен Бисмарка и Гитлера, из опыта Японии и Китая и т.д. Поэтому столь существенным для характеристики духовных феноменов является именно то, что в настоящее время российское общество не имеет какого-либо господствующего представления о желаемом (идеальном) пути социального развития.
Массовый отход россиян от объединяющих их социалистических идей отчетливо проявился в конце 80-х и начале 90-х годов и до середины 1993-го неуклонно нарастал. Эту тенденцию наглядно показывают следующие результаты опросов (в процентах числа опрошенных):
Однако, разуверившись в социализме, подавляющая часть людей не восприняла никакого другого общественного идеала. По данным исследований 1993 и 2004 годов, чуть менее 10 процентов опрошенных считают, что капитализм для России – благо. Еще 13 полагают, что необходим какой-то «улучшенный» капитализм или «особый» социализм, ибо и тот, и другой «в равной мере имеют и свои преимущества, и свои недостатки». Около 20 – верят в «классический» социализм как единственно верный путь общественного развития. Большинство же людей (56 процентов) ни в одну из социальных доктрин применительно к российскому обществу не верят.
Примитивность «официальной идеологии» и идеологический прессинг, десятилетиями осуществляемый в СССР, привел к отторжению в сознании общественных идеалов как таковых. 56 процентов всех опрошенных в 2004 году (в 1993-м – почти две трети!) были убеждены, что общество вообще не должно иметь какую-либо господствующую и тем более официально сформулированную модель социального развития. По их мнению, ее наличие – показатель «недемократичности общества», фактор подавления свободомыслия, «препятствие эффективному экономическому развитию». И только 28 процентов (в 1993-м – 19 процентов) считают, что, напротив, общество не может успешно развиваться без каких-либо основных принципов социального устройства и что такие принципы рано или поздно должны быть сформулированы.
Даже те люди, которые считают общественную идею «никчемным баловством», на самом деле все-таки обладают достаточно устойчивыми взглядами не только на сегодняшнюю социальную ситуацию, но и на то, в каком направлении желательно для них ее развитие (хотя зачастую эти взгляды бывают весьма расплывчаты и их наличие не всегда осознается). Под влиянием субъективных, а в еще большей степени объективных факторов в обществе складываются некоторые общие представления об этом.
Исследования, проведенные в 2004 году, показали ряд социальных приоритетов, на которые в настоящее время ориентируется массовое сознание. Среди них:
– гарантированная возможность рядовым людям участвовать в государственном управлении, активно влиять на решения, затрагивающие их жизненные интересы (76 процентов опрошенных считают, что сегодня они не имеют таких возможностей);
– сильное государство как гарантия наведения порядка в стране, улучшения жизни людей, государство, которым можно гордиться;
– первостепенная забота государственных институтов о простых людях, о большинстве населения, хорошо отработанная связь с народом;
– социальная, правовая, экономическая защищенность личности, гарантии ее прав и свобод (почти половина опрошенных в той или иной степени сталкивались в последнее время с ущемлением своих прав и свобод).
Достаточно своеобразна в этом отношении роль религии в российском обществе. Почти 70 процентов опрошенных видят в ней прежде всего фактор воспитательный, педагогический. Религия, по их мнению, нужна для того, чтобы «отвратить молодежь от разврата»: пьянства, наркомании, сексуальной распущенности и т.д. И только 11 процентов уверены, что именно в религии можно найти социальные идеи, объединяющие весь народ.
Все эти представления о желаемом социальном устройстве общества разительно расходились в начале 90-х годов с мнением неолибералов, захвативших к тому времени большинство СМИ, которые утверждали, что патриотизм, русская идея, специфика России и вообще всякая российская особливость – все это выдумки ограниченных людей или того хуже – воинственных националистов.
В ту пору я отважился на прогноз о том, как долго такие представления будут господствовать в нашей элите и когда под давлением общественного мнения она перейдет на другие позиции, чтобы окончательно не сойти с политической арены. Этот прогноз был опубликован в 1993 году в журнале РАН «Социологические исследования «СОЦИС».
«Прежде всего, – подчеркивалось в статье, – в массовом сознании россиян во все большей степени будет проявляться ренессанс патриотической доминанты. Эта тенденция, если она не будет учитываться политической элитой, приведет к определенному ее отторжению в обществе».
Если в 1990 – 1992 годах наблюдалась девальвация в сознании людей таких понятий, как «Родина», «патриотизм», «сильное государство», то начиная уже с 1993 года четко просматривается обратная тенденция. «В период перехода от общества кризисного, раздробленного к обществу стабильному, – подчеркивалось одиннадцать лет назад, – будет и дальше возрастать нравственная значимость этих понятий, которые по своей сущности носят связующий, объединяющий характер».
И действительно, сегодня практически нет политических лидеров, включая наиболее правых либералов, которые бы не взяли на вооружение лозунги патриотизма, сильной России.
Прогнозировалась и еще одна, достаточно сложная тенденция, связанная с содержанием общественного идеала, – определенное возрождение симпатий (именно так, достаточно мягко и осторожно, можно это назвать) к подлинно социалистическим ценностям.
Действительно, как показывают результаты исследований последних лет, социализм как теория социального развития общества уже не вызывает аллергии у многих людей. В этой связи интересны результаты, полученные при опросе москвичей в 2000 году.
Соответственно 53, 64 и 48 процентов опрошенных признали, что при советской власти материально люди жили лучше, чем сейчас, что в стране был порядок, а власти больше заботились о народе.
Сложнее обстоит дело, когда респондентам предлагается выбрать социальный строй, при котором они хотели бы жить. Каждый третий опрошенный хотел бы жить при, если так можно сказать, «исправленной» советской власти: бесплатные образование, медицина, жилье, развитая государственная собственность, система народовластия и т.д., но при свободе слова, передвижения по стране, выезда за рубеж, многопартийности. А наибольшее число опрошенных – 45 процентов – за тот социальный строй, который сейчас в России, но при этом, по их мнению, необходимы большая забота государства о людях, социальная справедливость, борьба с коррупцией, подлинная демократия.
Мы и рынок
Социологические исследования наглядно показывают, как изменялся общий настрой трудоспособного населения России на рыночные отношения. В 1988-м за них было 20 – 25 процентов опрошенных; через год – 30; в 1991-м – около 50; в начале 1994-го – 65 – 70 процентов. В последние 3 – 4 года число сторонников рыночных отношений стабилизировалось на отметке 70 процентов.
Еще более важное значение как для развития реформ, так и для духовного самочувствия имеет то, как сами люди оценивают свою профессиональную и морально-психологическую подготовленность к работе в условиях рынка. Достаточно готовыми считают себя 10 – 15 процентов опрошенных; относительно готовыми – 20 – 25; практически совсем не готовыми – более 40; затруднились ответить – 25 процентов.
Свое дело хотели бы иметь 15 – 20 процентов трудоспособных россиян. Среди потенциальных предпринимателей больше всего служащих и инженерно-технических работников (свыше 40 процентов от всех желающих) и студентов (35 – 40). Очень мало (около 3 процентов) специалистов естественного и гуманитарного профиля. Среди рабочих – менее 10 процентов. Особенно печально то обстоятельство, что среди высококвалифицированных рабочих с такими «рыночными» профессиями, как слесарь, жестянщик, сапожник, пекарь и т.д., только 8 процентов в принципе собираются «стать хозяином». Именно «в принципе», потому что реально уходит в бизнес значительно меньшее число мечтающих об этом.
Это результат своеобразного раздвоения личности, борьбы в ней рационального восприятия действительности и сложившегося (уже не в одном поколении!) менталитета. Вот весьма наглядный пример.
Перестройка дала возможность проводить совместные исследования с западными учеными. Предложили мы, в частности, финским коллегам задать своим согражданам вопрос: «Согласились бы вы с тем, чтобы благодаря большому и честному труду талантливого предпринимателя доходы у ста тысяч человек выросли в три раза, а у него лично – в десять раз?» Финны удивились, для них и так все было ясно, но опрос провели. «Да» – ответил 81 процент, «нет» – 13 процентов. В России же согласились на это только 17 процентов, категорически возразили 60 процентов (!) опрошенных. Конечно, в то время (1986 год) само понятие «предприниматель» носило в общественном мнении сугубо негативный характер. Но ведь и в октябре 2003-го 27 процентов опрошенных не хотят жить лучше (вернее, психологически не воспримут), если при этом кто-то другой будет значительно обеспеченнее его.
Социологи труда, пользуясь международными методиками, провели в России в 1988 году исследование: насколько соответствует наш работающий человек требованиям современного производства. По таким параметрам, как самодисциплина, ответственность, инициативность, не соответствовал 71 процент! По профессиональной подготовленности – 68 процентов. Через пятнадцать лет – в конце прошлого года – выборочно повторили это исследование. Профессионализм несколько вырос: сегодня на уровне современных требований после небольшой переподготовки могут работать более 65 процентов инженеров и 70 – 75 процентов рабочих.
Могут, но не работают. Не работают в силу того, что по уровню самодисциплины почти все те же 70 процентов обследуемых никак не вписываются в параметры новых технологий, и лишь 28 процентов с этих же позиций были определены как «обладающие необходимым пониманием ответственности».
Добавим к этому, что общественная нестабильность, развитие хищнического капитализма, правовой нигилизм, экономические катаклизмы, иными словами, все то, что входит в понятие кризисного общества, не только не сокращают степень нашей безответственности в работе, но и порождают тенденцию к ее росту. Долго и трудно будут пробиваться на российской почве ростки цивилизованных рыночных отношений.
Шкала ценностей
Исследования фиксируют, что в шкале жизненных приоритетов у многих людей заметно возросло значение сугубо индивидуалистических ценностей.
Данный процесс нельзя охарактеризовать однозначно. Положительным в нем является развитие такого важного духовного качества, как осознание себя свободной, независимой, самоценной личностью. Положительно и нарастающее желание опираться прежде всего на собственные силы, стремление к самореализации. Раньше это было или задавлено, или искажено и вообще не очень поощряемо. В исследовании 1981 года, например, на вопрос: «На кого вы надеетесь в первую очередь в решении важной для вас проблемы?» – более половины опрошенных ответили: «на помощь коллектива», «на государство», «на поддержку печати» и т.д., и только 12 процентов – «на себя».
В то же время нельзя игнорировать и отрицательные аспекты нравственной переориентации людей. На первое место все чаще выходят ценности потребления, стремление к вещи как к главной, иногда единственной цели в жизни. Такая психология перерождается в потребительскую идеологию. По данным исследования 1988 года, людей, ориентированных на потребление как на единственную ценность, было 8 – 12 процентов среди всех опрошенных. В 2000 – 2004 годах – уже 45 – 55 процентов. Рост идет в основном за счет молодежи.
С таким изменением шкалы ценностей связано и значительно возросшее стремление к элитарности, желание выделиться, отличиться от «толпы». Подобное стремление является одной из двух главных побудительных сил к деловой активности (наряду с желанием разбогатеть) у более чем 40 процентов опрошенных предпринимателей. (Для сравнения: для американцев подобная побудительная причина к занятию бизнесом занимает восьмое-девятое место после «желания реализовать себя», «быть экономически свободным», «иметь возможность удовлетворять свои потребности», «обладать реальной властью» и др.)
Расслоение российского общества возродило проблему мезальянса. 65 процентов опрошенных родителей высказались категорически против того, чтобы их дети женились (выходили замуж) за человека «не своего круга» (прежде всего по материальным критериям и по уровню занимаемого общественного положения). Против неравного брака высказались и почти 40 процентов молодых людей в самом «безрассудном возрасте любви»: от 19 до 24 лет.
Достаточно интенсивно идет процесс «размывания» в сознании людей таких простых норм морали, как доброта, милосердие, порядочность, честность, ответственность, вежливость и т.д., – всего того, что известный наш этик А.Титаренко называл «народным пластом нравственности». Не более 25 процентов опрошенных считают себя по-настоящему отзывчивыми, совестливыми, радушными. Более 40 процентов признались, что они черствы, агрессивны, способны на нечестный поступок. Исследования конца 70-х годов давали противоположный результат.
Не менее тревожной является развивающаяся в современном российском обществе тенденция к прагматизму. Сам по себе прагматизм неплох. Но только тогда, когда соображениями выгоды определяется поведение в сфере сугубо деловой и материальной. Но, если прагматизм проникает в духовную сферу, это влечет за собой разложение нравственности.
Более 30 процентов опрошенных молодых людей в возрасте от 24 до 30 лет считают, что главное (подчеркнем «главное», а «не в том числе»), чем они руководствуются, решая, поддерживать или нет дружеские отношения с людьми (с друзьями, знакомыми, с женщиной), – насколько те полезны им. Еще для 15 – 20 процентов этот критерий является «важным, хотя и не первым». И только чуть более 40 процентов исследуемых строят свои отношения с людьми по принципу «был бы человек хороший, интересный, близкий по духу».
* * *
«Разумное и нравственное всегда совпадают». Это слова Льва Толстого. Во времена общественных катастроф, в годины революций и коренных перестроек они часто расходятся: разумной оказывается всяческая «целесообразность» во имя достижения поставленной цели, нравственным считается все, что ей соответствует, хотя бы и аморальное с общечеловеческих позиций. Но катастрофы, революции, перестройки рано или поздно проходят, а деформированная нравственность остается надолго, нередко в поколениях.
Приведенные социологические данные и пугают, и обнадеживают. Наши люди деградируют в чем-то – и одновременно немалой своей частью выздоравливают. Какая тенденция победит? Для того чтобы знать это и по возможности как-то реагировать, надо постоянно держать руку на пульсе общественной жизни.
Владимир СОКОЛОВ,
профессор Российской академии государственной службы при Президенте РФ, директор Института социальных технологий.
Книга четвертая. Юношеский возраст
Возникновение страстей из природной
любви к самому себе. Сознание нравственных
отношений к людям и половых различий.
Руководство в этом ознакомлении.
Вступление Эмиля в свет; чувство
благодарности как новое связующее звено
между воспитателем и воспитанником.
Ознакомление с светом по истории.
Обращение ума к отвлеченному; понятие
о сущности, идея о боге. Исповедание
веры савойского викария. Задержка
чувственных вожделений путем телесного
упражнения. Знакомство с обществом в
действительной жизни. Софья как идеал
подруги жизни. Образование вкуса как
основа эстетического и нравственного
понимания. Маловажность материальных
благ для человека, живущего среди
общества. От 15-летнего возраста до
вступления в брак<… >
96. Общество нужно изучать по людям и
людей по обществу; кто захочет изучать
отдельно политику и мораль, тот ничего
не поймет ни в той, ни в другой. Обращаясь
прежде всего к отношениям первобытным,
мы видим, как они должны действовать на
людей и какие страсти должны из них
возникнуть; мы видим, что путем развития
страстей и эти отношения взаимно
умножаются. Не столько сила рук, сколько
кротость сердец делает людей независимыми
и свободными. Кто желает немногого, тот
зависит от немногих. А кто, постоянно
смешивая суетные наши желания с нашими
физическими потребностями, из этих
последних делал фундамент человеческого
общества, те постоянно следствия
принимали за причины и только путались
в своих рассуждениях.
97. В естественном состоянии существует
равенство фактическое, действительное
и неразрушимое, потому что в этом
состоянии невозможно, чтобы простого
отличия одного человека от другого было
достаточно для того, чтоб одного сделать
зависимым от другого. В гражданском
состоянии существует химерическое и
призрачное равенство прав, потому что
средства, предназначенные для поддержания
его, сами служат для его разрушения и
потому что общественная сила, соединяющаяся
с более сильным, чтобы подавить слабого,
нарушает тот род равновесия, который
установила между ними природа. Из этого
первого противоречия вытекают все те,
которые замечаются в гражданском строе
между внешностью и действительностью.
Всегда множество будет приносимо в
жертву небольшому числу, интерес
общественный — частному интересу, всегда
эти благовидные названия: «справедливость»
и «подчинение» — будут служить
орудием насилию и оружием несправедливости;
отсюда следует, что знатные сословия,
которые выставляют себя полезными для
других, в действительности полезны
только самим себе — в ущерб другим; по
этому критерию следует судить и об
уважении, которого они заслуживают по
справедливости и но требованиям разума.
Остается посмотреть, благоприятствует
ли их счастью тот ранг, который они
присвоили себе, и мы узнаем, какое
суждение каждый из нас должен составить
о своем собственном жребии. Вот вопрос,
который важен теперь для нас, по, чтобы
хорошо его разрешить, нужно прежде
узнать человеческое сердце.
98. Если бы все дело было в том, чтобы
показать молодым людям человека в его
маске, то не было бы нужды и показывать;
они сами бы его видели больше, чем нужно;
но так как маска не человек и лоск ее не
должен их обольщать, то, рисуя им людей,
рисуйте их такими, каковы они в
действительности, не для того, чтоб они
ненавидели их, но чтобы сожалели их и
не хотели походить на них. Вот, по моему
мнению, самое правильное чувство, какое
человек может питать к своему роду.
99. Ввиду этого теперь не мешает вступить
на путь, противоположный тому, какому
мы доселе следовали, и поучать молодого
человека скорее чужим опытом, чем его
собственным. Если люди обманывают его,
он станет их ненавидеть; но если, встречая
с их стороны уважение, он увидит, что
они взаимно обманываются, то он станет
жалеть их. Зрелище мира, говорит Пифагор,
походит на зрелище Олимпийских игр:
одни там торгуют в лавках и думают только
о своей выгоде; другие не щадят своей
жизни и ищут славы; третьи довольствуются
тем, что смотрят на игры,- и последние
не из худших.
100. Я желал бы, чтобы для молодого человека
избрали такое общество, чтоб он был
хорошего мнения о всех, кто живет с ним,
и чтоб его так хорошо ознакомили со
светом, чтобы он был дурного мнения о
всем, что там делается. Пусть он знает,
что человек от природы добр; пусть он
это чувствует, пусть судит о ближнем по
самому себе; но пусть он видит, как
общество портит и развращает людей;
пусть он находит в их предрассудках
источник всех их пороков; пусть уважает
каждое отдельное лицо, но пусть презирает
толпу: пусть он видит, что все люди носят
почти одну и ту же маску, но пусть знает
также, что есть лица более красивые, чем
закрывающая их маска.
101. Эта метода, нужно признаться, имеет
свои неудобства и нелегко применима на
практике; ибо если он слишком рано
делается наблюдателем, если вы приучаете
его слишком близко всматриваться в
чужие поступки, вы делаетесь злоречивым
и насмешливым, решительным и поспешным
в суждениях; он с отвратительным
удовольствием будет стараться истолковать
все в дурную сторону и не видеть ничего
хорошего даже в том, что хорошо. Он во
всяком случае привыкнет к зрелищу
порока, привыкнет без отвращения смотреть
на злых людей, как иные привыкают без
жалости смотреть на несчастных. Скоро
всеобщая испорченность будет служить
ему не столько уроком, сколько извинением;
он скажет себе: «если уж таков человек,
то мне не следует желать быть иным».
102. А если вы хотите наставлять его,
выходя из принципа, и вместе с природой
человеческого сердца показать ему и
влияние внешних причин, превращающих
склонности наши в пороки, то, сразу
перенося таким образом от предметов
чувственно-воспринимаемых к предметам
умственным, вы пускаете в дело метафизику,
которую он не в состоянии понять, делаете
промах, которого доселе так заботливо
избегали,- именно преподаете ему уроки,
очень похожие на уроки школьные, и его
собственный опыт и развитие разума
заменяете в его уме опытом и авторитетом
учителя.
103. Чтобы разом устранить эти два
препятствия и чтобы сделать человеческое
сердце доступным его пониманию, не
рискуя в то же время испортить его
собственное сердце, я хотел бы показать
ему людей издали, показать их в других
временах и других местах, и притом так,
чтобы он мог видеть сцену и не имел
возможности сам на ней действовать. Вот
время заняться историей; через нее он
будет читать в сердцах и без уроков
философии; через нее он будет смотреть
в них как простой зритель, без личного
интереса и без страсти, как судья, а не
как сообщник или обвинитель.
104. Чтоб узнать людей, нужно видеть их
действующими. В свете мы слышим их
говорящими; они выставляют свои речи и
скрывают поступки; но в истории они
разоблачены, и мы судим о них по фактам.
Даже самые слова их помогают оценивать
их: сравнивая то, что они делают, с тем,
что они говорят, мы видим сразу, что они
такое и чем хотят казаться; чем более
они маскируются, тем лучше их узнают.
Жан-Жак Руссо. Эмиль, или О воспитании.
М., 1896, стр. 1-324.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #

