Наташка рассказ на дзене

Наташка

Наташке Прохоровой – шестнадцать лет. Она угловата, худа, не по годам замкнута в себе. Короткая, почти мальчишечья стрижка, поношенная, с чужого плеча, оранжевая куртка. Синие потертые джинсы, разбитые кроссовки. Её трудно назвать хорошенькой. Несколько широко, и глубоко посаженные глаза, не то серого, не то бледно голубого цвета. Бледное лицо, с темными полукружьями под глазами. Тонкая, ничем не прикрытая, длинная шея. Она настолько худощава, что в свои шестнадцать, больше кажется двенадцатилетним подростком, нежели сформировавшейся девушкой. Дополняет ощущение неприязни – острый, постоянно напряженный, рыскающий взгляд, от которого приходит на ум сравнение, ее с маленьким зашуганным зверьком.
Наташка живет в детдоме. Живет недавно, а до этого жила с мамой на окраине города в старом большом безалаберном доме. Но дом недавно сгорел, а с ним сгорело ее, Наташкино детство.
Детство в воспоминаниях каждого из нас это — нежные, ласковые руки мамы, заботливая улыбка отца, родная улица, школа, первые друзья. Всего этого не было у Наташки.
Вот и теперь в этом новом, неуютном для себя месте, замкнувшись в себе и никого не допуская к себе в душу, долгими зимними вечерами думает она. Память лихорадочно выхватывает куски и кусочки её совсем еще небольшой, но уже такой длинной, полной горя жизни, которой с лихвой хватило бы любому из нас.
Лето. Жаркий июнь. Длинная, покрытая песком улица, по которой так приятно бежать босыми ногам, поднимая фонтанчики пыли. Громадные, облепленные белым пухом, как снегом, тополя. Высоко плывущие в синем, огромном небе белые облака. И вдруг все поплыло, закувыркалось и пропало. Потом как из тумана увидела она лицо бабы Зины и услышала ее полный жалости и страдания шепот.
– Ах ты, дитятко мое. Да что ж это такое. Ти можно, чтоб у наше время детки у галодны обмарок падали, – шептала она, и крупные ее слезы капали Наташке на лицо. Потом она сидела в ее уютном, прохладном домике и пила, что-то белое, вкусное и теплое.
Вечерами она поджидала дядю Колю, он торговал фруктами где-то на рынке, и всегда возвращаясь, угощал ее чем-то диковинным и необычайно вкусным. Помнит она его застланные слезами глаза, когда свой первый в жизни банан проглотила она почти целиком вместе с кожурой.
В реальность ее возвращает голос воспитателя, Анастасии Ивановны.
— Прохорова на ужин. Тебе, что особое приглашение?
Наташка нехотя идет в столовую. Кормят здесь хорошо и сытно, но сегодня кусок не идет в горло. Она нехотя съедает гречневую кашу с котлетой и, не допив чай, возвращается к себе в комнату.
Вспоминает Наташка свой дом. В нем сытно бывало редко, только тогда когда папа получал свою пенсию. Тогда дом становился веселым и хлебосольным. Светилось улыбкой материнское лицо, довольным и даже каким то вальяжным становился отец. И дом наполнялся гостями. Задушевно пела своим хрипловатым, вечно простуженным голосом мама и ей не совсем в лад подпевал отец. Праздник длился не долго – два, три дня, а потом тускнела улыбка матери, становился угрюмым и замкнутым отец. Лишь изредка в такие вот дни он сажал ее к себе на колени и рассказывал ей о дивных, дальних заморских странах, в которых доводилось ему бывать. Он рассказывал о пустынях, о громадных пирамидах, о слонах, о деревьях, которые никогда не сбрасывают листья, о вечном лете и о самолетах. В такие вечера Наташка забывала о обо всем, даже о том, что еще днем очень хотелось кушать, и засыпала, крепко прижавшись к папке.
Потом папки не стало. Он умер по осени. Болел долго и мучительно. Забившись в темный пустой угол большого дома, два дня провыла Наташка, как маленький больной зверёк. Похороны были скорыми, торопливыми, зато поминали долго и остервенело.
— Девочки! Спать. – Это Анастасия Ивановна, войдя в комнату, напоминала им об отбое. Быстро раздевшись, накинув ночную рубашку, Наташка юркнула в чистую постель.
— Всем спать, завтра в школу, – приказала Анастасия Ивановна.

Школу Наташка невзлюбила сразу, в первый же день. Учительница — молодая, высокая, красивая, едва взглянув на нее и на маму, как-то презрительно усмехнулась и поставила Наташку в самый конец строя одну. И этот маленький, почувствовавший первое унижение, несправедливо обиженный человечек затаил первую обиду в сердечке своем. Не сдружилась она и с одноклассниками. Дети, они ведь очень жестоки, почувствовав единожды свое преимущество над сверстником, начинают неосознанно, жестоко, всем коллективом травить его. Со временем эта детская неприязнь переросла в настоящую вражду. Бывало, и поколачивали ее, и издевались над тем как одета она, и за кеды, которые носила она всю зиму. Так ничему не научившись, едва дотянув до восьмого класса, бросила она опротивевшую ей школу.
Мать не ругала ее за это. Ей было не до Наташки. Мама стала пить, пить почти каждый день. Появлялись и исчезали в доме, какие-то мужчины, они приносили вино, еду, какие-то вещи, ночевали, потом незаметно исчезали. С их исчезновением из дома исчезала и еда, и тогда в доме наступал голод. Пособие за потерю кормильца пропивалось мамой моментально. В доме стало холодно – не было дров. Темно – за неуплату электрики обрезали провода. Это были тяжелые дни.
Потом в доме появился дядя Толя. «Толян» — как он сам называл себя. Толян был лет на десять моложе матери. Высокий, худой, жилистый, весь в наколках и веселый. Он нигде не работал, но деньги, как он сам их называл «бабло» у него водились постоянно. С ним в доме появилось тепло и свет, каждый день была еда и вино. С ним было хорошо и весело. Это он, Толян научил Наташку пить вино, такое сладкое, вкусное и кружащее голову. От него становилось тепло и весело, хотелось смеятся.
Наташка помнит тот долгий ноябрьский вечер, когда после очередного застолья, она пьяненькая улеглась спать на свою старую, продавленную кровать. Было темно, от выпитого вина приятно кружилась голова, из-за перегородки, в соседней комнате слышались тихие стоны матери и ритмичное поскрипывание кровати. Мама и Толян занимались «любовью». Потом все стихло. Она уснула. Проснулась оттого, что кто-то в полной темноте трогал ее тело. Она, испугавшись, закричала, но широкая, твердая мужская ладонь плотно прикрыла ей рот.
— Тихо, не шуми, – прохрипел Толян. Его свободная рука, пробравшись под ночнушку, уже стягивала с нее трусики. От страха она замолчала. Обеими руками она отпихивала от себя Толяна, изворачиваясь всем телом, пыталась вырваться из его цепких, крепких рук. Отчаянно сопротивляясь Толяну, она понимала, что долго ей не выдержать.
— Не надо, не надо, – умоляла она его. Сил больше не было, и Толян — здоровый, сильный мужик подмял ее под себя. Его желание было долгим и мучительным для нее. Было больно, было страшно, что проснется мама, и она, закусив до крови губу, терпела и беззвучно плакала.
Так продолжалось целый месяц. Мама не знала об этом, или делала вид, что не знает. А Наташка понемногу привыкла к Толяну и уже с нетерпением ждала его по вечерам. Потом он пропал. Говорили, что посадили его, а может, сам ушел, уж такой он был человек. Наташка с мамой погоревали вдвоем о Толяне, да и забыли его. Но где-то месяца через два вспомнили о нем. У Наташки не было месячных. Прождав еще две – три недели она сама пошла к врачу на прием. Врачиха – тетка, предпенсионного возраста, незлобиво поматерившись осмотрела ее и вынесла свой вердикт – беременна. Как не плакала Наташка, как не уговаривала ее, аборт делать категорически отказалась, а ее поставила на учёт.
Мать где-то бегала, пропадала целыми днями, но выбегала свое. Она отвела ее на какую то квартиру, где незнакомая женщина, уложив Наташку на старенький диванчик, освободила её от бремени. Было больно, было много крови, мать тряпкой собирала сгустки с пола. Очень кружилась голова, так же как тогда, давно в детстве, на улице. Как добирались домой, она не помнит. Когда пришла в себя первое, что увидела – высокий, белый, чужой потолок. Потом кафельные стены, и поняла, что находится в больнице. Врачи сделали все, что могли и выписали ее, но уже не домой, а сюда, в детский дом.
В первые же выходные, никого не спрашивая, сбежала она к матери. Пешком, через весь город бежала она домой. Так возвращаются к дому своему, брошенные хозяевами преданные собаки. Запыхавшаяся, счастливая тем, что сейчас увидит свой дом и маму, повернула она на свою улицу.
Дома не было. Вместо него обгоревшая груда бревен, побитого шифера и грязных тряпок. Остановилось сердце, и захолонуло все в Наташкиной груди. Застывшая, как изваяние, с широко раскрытыми, ничего не видящими глазами стояла она возле того, что когда-то было ее домом.
«Мама, где мама? Что с ней?» – этот единственный вопрос, на который не было ответа, заполнил все ее сознание. Не осознавая того, что делает, она начала рыться в обгоревших обломках, как будто там могла найти ответ на свой вопрос.
— Наточка, деточка, что ты там делаешь? — голос тети Тамары, жившей по соседству с ними, вернул Наташку к действительности.
— Тетя Тома, где мама? Что тут случилось? – не то прокричала, не то прошептала она.
— Не волнуйся деточка, когда был пожар, мамы здесь не было. Никого не было. А где она сейчас я не знаю, и никто не знает, – не громко и грустно ответила соседка.
Слезы безостановочно текли по Наташкиному лицу. Она утирала их перепачканными сажей руками, а они упрямо пробивались по нему, оставляя на нем чистые путики.
— Зайдешь ко мне? — не то предложила, не то спросила тетя Тома. Наташка отрицательно покачала головой и, повернувшись, медленно пошла обратно к концу улицы. Сырой, пронизывающий, январский ветер безжалостно трепал её маленькую, тщедушную фигурку также сильно, как душу её сотрясали удары столь безжалостной к ней судьбы.

Читать все рассказы яндекс дзен канала «Вокруг любви». Все главы рассказов на странице сайта.

Рассказ «Мама, я не хочу, чтобы тебе было больно, когда я уйду»

1 часть/2 часть (развязка)

Рассказ «Упущенное счастье»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть (развязка)

Рассказ «План по возврату мужа»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть (развязка)

Рассказ «Женское безрассудство»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть (развязка)

Рассказ «33 несчастья Варвары Мокроусовой»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть/9 часть/10 часть/11 часть/12 часть/13 часть/14 часть (развязка)

Рассказ «Сердцу не прикажешь»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть/9 часть (развязка)

Рассказ «Камни преткновения»

1 часть/2 часть/3 часть (развязка)

Рассказ «Странная любовь»

1 часть/2 часть (развязка)

Рассказ «Картежник»

1 часть/2 часть/3 часть/4 часть/5 часть/6 часть/7 часть/8 часть/9 часть/10 часть/11 часть(развязка)

Рассказ «Бедный зять»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Слабак»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7 (развязка)

Рассказ «Ненужный ребенок»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Два берега одной реки»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4 (развязка)

Рассказ «Сосед»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Не отрекаются любя»

Часть 1/Часть 2 (развязка)

Рассказ «Нелёгкий выбор Полины»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Подлая сноха»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13 (развязка)

Рассказ «Интервью»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Без вины виноватая»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9 (развязка)

Рассказ-юмореска «Странная семейка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3 (развязка)

Рассказ «Ненужный»

Рассказ «Или она, или я»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11 (развязка)

Рассказ «Недовольная»

Часть 1/Часть 2/Часть 3 (развязка)

Рассказ «Кризис среднего возраста»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Парень с ребенком»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7 (развязка)

Рассказ «Бессовестный брат»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7 (развязка)

Рассказ «Принц с сайта знакомств»

Часть 1/Часть 2/Часть3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13 (развязка)

Рассказ «Предательство по наследству»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Это моя дочь»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Теплоход судьбы»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6 (развязка)

Рассказ «Я всё выдержу»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Злая шутка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Ночное свидание»

Часть 1/Часть 2 (развязка)

Рассказ «Подруга»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Разница в возрасте»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Никому не нужная»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Любящая бабушка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Вера для Юли»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Жить здесь и сейчас»

Рассказ «Вера в себя»

Рассказ «Непростой путь к себе»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8 (развязка)

Рассказ «Наглая кукушка»

Рассказ «Забытая дочь»

Рассказ «Странная бабушка»

Рассказ «Обидная ситуация»

Рассказ «Обидные слова»

Рассказ «Мой сын лучше»

Рассказ «Семейные хлопоты»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11 (развязка)

Рассказ «Предательство друзей»

Рассказ «Непредсказуемая жизнь»

Рассказ «Сдаваться нельзя бороться»

Рассказ «Терпение лопнуло»

Рассказ «Аромат сирени»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15 (развязка)

Рассказ «Маленький мужчина»

Тот случай, когда ребёнку лучше в Детском доме

Рассказ «Папочка, я так тебя люблю!»

Рассказ «Невеста для сына»

Рассказ «Я не такая, как вы»

Рассказ «Дорогая наша книжная фея»

Рассказ «Неблагодарный сынок»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Спасибо, папочка, что ты есть у меня»

Рассказ «Вишневый пирог с корицей»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15 (развязка)

Рассказ «Любимая колючка»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Чужих детей не бывает»

Рассказ «Половина алиментов моя»

Рассказ «Для родни жалко?»

Рассказ «А чем я хуже тебя»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10 (развязка)

Рассказ «Ты мне должен»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Счастье пышки»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16 (развязка)

Рассказ «Мне можно всё»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9 (развязка)

Рассказ «Как мне поверить?»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Как же мне тебя не хватает…»

Рассказ «Право на счастье»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15 (развязка)

Рассказ «Что хочу, то и делаю»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Рыжее счастье по имени Настя»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Наступит день, и счастье переступит мой порог»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Между двух огней»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16 (развязка)

Рассказ «Бабушкино наследство»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11 (рассказы)

Рассказ «Семейные традиции»

Рассказ «Своих не бросаем»

Рассказ «Хрупкое счастье»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Она не может быть слабой, потому что мать»

Рассказ «Изящное коварство»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18/Часть 19/Часть 20 (развязка)

Рассказ «Вредные мамочки»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13 (развязка)

Рассказ «Истинная любовь»

Рассказ «Клевер на удачу»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14 (развязка)

Рассказ «Борьба за дочь»

Рассказ «Я отберу у тебя всё»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12 (развязка)

Рассказ «Судьбоносное наследство»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18/Часть 19/Часть 20/Часть 21 (развязка)

Рассказ «Наша любимая бабушка»

Рассказ «Первая любовь, любовь последняя»

Рассказ «Материнская забота»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18 (развязка)

Рассказ «Чужие советы»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17/Часть 18/Часть 19/Часть 20/Часть 21 (развязка)

Рассказ «Разбитые чувства»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/Часть 8/Часть 9/Часть 10/Часть 11/Часть 12/Часть 13/Часть 14/Часть 15/Часть 16/Часть 17 (развязка)

Рассказ «Грехи прошлого»

Часть 1/Часть 2/Часть 3/Часть 4/Часть 5/Часть 6/Часть 7/

© Анатолий Башков, 2018

ISBN 978-5-4493-1953-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

НАТАШКА

– Не-ет! Прав был писатель, говоря, что человек во второй половине жизни просто обязан становиться консерватором, – я с треском откупорил третью баночку пива, налил в кружку, отхлебнул и перелистнул страницу школьного альбома, – всё-таки во время нашей молодости были свои прелести в жизни. Точнее, это была другая жизнь. Не стоит сравнивать и примеривать. Она просто была другая. А как можно сравнивать день и ночь, к примеру? У ночи свои законы, свои достоинства, у дня свои. Ночь имеет свои прелести, день свои. Спросите о комфорте у поживших за полярным кругом, когда полгода только ночь, а полгода только день.

Я снова отхлебнул из кружки и продолжил листать альбом дальше, внимательно вглядываясь, в такие до боли знакомые и родные лица на старых, любительских чёрно-белых фотографиях. Не то, чтобы ностальгия и воспоминания о молодости замучили, просто одни умные люди вслед за радио, телефоном и телевизором придумали компьютер; другие хорошие и умные придумали интернет, а мои добрые соотечественники присобачили к нему сайт «Одноклассников» и вот теперь, по просьбе одного из них, я выискивал старую фотографию первого выступления нашего ВИА «Цветные рифы» на школьной сцене в восьмом классе. Я не знаю, есть ли у зарубежных жителей подобные сайты? Судя по их фейсбукам и твитерам, «это вряд ли», как говорил товарищ Сухов. Я не великий дока в англицком языке, а то бы слазил, конечно, и посмотрел. Просто русский человек зациклен на обществе и на братстве. Сначала, это было школьное и дворовое, потом студенческое братство. Потом у кого как. У кого гаражное, у кого рабочее, у кого производственное или, как сейчас модно говорить, корпоративное.

Хороший день пятница. Располагает к философии. И не только под пиво. Один знакомый немец, впервые побывав в России, не переставал удивляться:

– Всё-таки вы, русские, странный народ. Во всём мире тяжёлым днём считается пятница, а у вас понедельник. Когда мы это поймём, мы, наверное, тоже станем русскими?

– Нет, Вернер, – помнится, ответил ему я. – Для этого надо дышать этим воздухом с рождения, с первого крика и понимать, чем ты дышишь. Многие так и не поняли. Оттого и свалили. И к вам в Германию тоже и теперь, поди, так же недоумевают: почему не можем забыть? Вроде уехали, вроде расстались, открестились и даже постарались выбросить из памяти, а что-то гложет, не пускает, что-то не даёт отрешиться полностью. Понимания нет, а тяга осталась. Она пройдёт у их детей, когда они с первым криком глотнут вашего воздуха.

Я переполз с пивом на диван. Фотография наконец-то нашлась. Это был новогодний бал. Все наши девчонки «а-ля Наташа Ростова» в длиннохвостых белых бальных платьях с обалденными великосветскими причёсками. И мы, четверо разгильдяев с гитарами, в клешах с вшитыми разноцветными клиньями, тёмных очках и длинноволосых париках, которые мы целый месяц до нового года клеили из ниток. Воспоминания всплывали в памяти сами собой….

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………..

Поезд шёл в Самару. Вечерело. За окном пробегали заснеженные сосны, то вплотную приближаясь к полотну дороги, то словно испугавшись грохота поезда, стремительно отскакивая в стороны и тогда навстречу робко и осторожно, выходили покосившиеся тёмные домишки какой-нибудь деревеньки. Солнце, сквозь морозное марево, казавшееся огромным красным диском, уже на четверть скрылось за дальним лесом. Снег на лапах проносившихся сосен приобрёл багряный оттенок, тени удлинились и почернели.

В вагоне заметно потемнело, но свет никто не торопился включать. Как я оказался в переполненном плацкартном вагоне этого поезда я не осознавал. Сидя в самой середине на боковушке, опершись локтями на столик, я смотрел в окно на медленно опускавшееся солнце. Знакомые запахи варёных яиц, дорожной курицы вперемешку с креозотом, лёгким дымком из топящегося титана, и конечно, чьих-то носков, абсолютно не раздражали. Напротив, вызывали в памяти воспоминания о студенческой юности в стройотряде проводников. Страсть к путешествиям толкнула тогда меня на работу именно туда, причём на три лета подряд. Работать в плацкартном вагоне мне нравилось больше, чем в купейных. По ночам, когда угомонившиеся пассажиры закрывались в своих клетках, вагон становился чужим и холодным. В плацкарте всегда ощущалось биение жизни и твоя сопричастность и переплетение своей судьбы с судьбами других.

Я всё сидел, глядя в окно, и не понимал, что мне нужно в Самаре. Ноги упирались в небольшой жёлтый чемодан под столом. Я знал, что это мой чемодан, но абсолютно не представлял, что у меня там лежит. В голове чётко обозначилось, что Самара конечный пункт, хотя железнодорожное прошлое подсказывало, что с востока нет ни одного поезда с конечной остановкой в этом городе. Внезапно, неторопливый гомон разных голосов, бормотание вагонного радио, чей-то смех, вся та какофония вагонных звуков начала как бы отдаляться, четким оставался только перестук колёс. Я оторвал взгляд от окна. Вдоль вагона, придерживаясь за поручни купе, ко мне шла она… Наташка. Первая красавица нашей школы. Моя первая любовь. Я узнал её сразу, несмотря на короткую стрижку. Иссиня-чёрный девчачий «конский хвост», который она носила в те далёкие 70-е, сменило строгое «каре». Но в остальном всё осталось прежним. Не та задорная курносая весёлая и одновременно загадочная девчонка, конечно, а яркая, взрослая и совершенно по-другому красивая женщина. Она медленно приближалась ко мне, покачиваясь в такт движению поезда.

– Наташка! Ты? – сдавленно выдохнул я. Сердце застучало так, что казалось его биение, просматривается даже сквозь одежду.

– Я, Толик. Привет. А ты постарел. Боже мой! Лысый!! – рассмеялась она и села напротив.

Сколько мы не виделись? Лет тридцать, наверное. Я смотрел в смеющиеся тёмно-карие глаза, в которых, искрились лучистые звёздочки, совсем, как тогда, в девятом классе, когда мы первый раз поцеловались. Тогда тоже была зима. Тоже был вечер, только солнце уже село и над парком высыпали крупные звёзды. Мы бесились, кидались снежками, она убегала – я пытался поймать, наконец, схватил и мы, хохоча, упали в сугроб. Мои губы потянулись к её губам, и она ответила. А потом я смотрел на неё и эти шаловливые звёздочки в карих глазах память сохранила на всю жизнь….

– Наташка… Ты… Ты как здесь? Куда едешь? – я что-то ещё бормотал и, не веря своим глазам, провёл рукой по тёплой шелковистой щеке. Она взяла меня за руку и прижала ладонь к губам. Ощущение, что все люди в вагоне куда-то исчезли и мы остались одни стало непередаваемо острым, хотя я по-прежнему видел их всех. Я видел спустившуюся ночь за окном, проносящиеся редкие огни. А нас как-будто прорвало. Мы наперебой вспоминали, как сбежали с уроков всем классом в десятом, и целый день гуляли в лесу, как целовались в подъезде после выпускного и кучу других мелочей, казавшихся давным-давно забытыми. Сколько прошло времени? Час, два, …, пять. Я не знал.

Обнявшись, мы вышли на каком-то пустом полустанке в густом лесу. Над деревьями висел узкий серп луны и звёзды. Много огромных ярко мерцающих звёзд на бархатно-чёрном небе. Стояла глубокая тишина, которую почему-то абсолютно не нарушал перестук колёс удаляющегося поезда. Три красных огонька последнего вагона уплывали во тьму.

– Твой чемодан уехал, – тихо сказала она.

– Да, чёрт с ним. Ты тут живёшь?

Она обняла меня за шею, прохладные губы коснулись моих глаз.

– Да. Но ты меня не провожай. Сейчас придёт другой поезд….

В кармане у неё запищал зуммер мобильника. Я, молча, смотрел в её глаза, и тупая боль наполняла грудь всё сильнее и сильнее………….

……………………………………………………………………………………………………………………………………………………………

Мобильник всё звонил и звонил. Я открыл глаза и, оторвав голову от подушки, нажал на кнопку. Альбом соскользнул с груди и фотографии веером рассыпались по полу. Сон. Господи, всего лишь, сон. Голова словно набита ватой. Сварив крепкого кофе, я сел к компьютеру. Тренькнул «Агент». Открыв почту, я увидел, что на «мыло» пришло сообщение от Иринки, нашего бессменного комсорга класса:

«Ребята. Вчера умерла Наташа. Наш класс уменьшился ещё на одного человека»……

ВИТЁК

Эта история произошла в те ещё благословенные годы, когда человек человеку был друг, товарищ и брат. Студенческое братство не ограничивалось одной комнатой. Если дрались, то общага на общагу. Факультет на факультет. Но это было редко. С Витьком мы жили в одной общаге, а потом, когда родители у друга уехали в Крым, то и в одной квартире. Время было хорошее. Конец 70-х прошлого века. Самое время для студентов. На стипендию можно было прожить какой-нибудь бабушке. Нам же вечно не хватало. Поэтому подрабатывали, кто как мог. Витёк устроился в наш драматический театр осветителем. На какое-то время вся, нет, вру, наверное, не вся, но пол-общаги точно, стали завзятыми театралами. Многие, конечно, потом отсеялись. С котромарками не всегда получалось, но девушки Витька любили. Ну, а мы были друзья. У нас статья была особая. Основная фишка заключалась в том, что после спектакля все шли в бар «Дома Актёра» и вот там-то начиналась настоящая жизнь человека, имеющего тягу к искусству. Столько баек, сколько я услышал от актёрской братии, я не слышал ни до того, ни после. Особенно интересны были «ночлежки», когда приезжал кто-то из великих. Мы с друзьями сидели в уголке и, открыв рот, внимали. Довелось мне чокнуться «рюмкой чая» и с Евгением Леоновым. Классный мужик был, кстати, но речь не об этом. Витёк настолько стал своим у актёрской братии, что главный режиссёр театра, уезжая в отпуск, погреть животик на море, оставил его домовничать и кормить своё сокровище в виде попугая.

Попугай был шикарный. Большой ара. С огромным длинным хвостом. Витёк кормил его добросовестно и плотно. Несколько дней. А уж через неделю после общаги он, хоть и наслаждался трёхкомнатным раем хрущёвки, но вдруг заскучал. Скучно с попугаем без девушек почему-то. Поэтому, разжившись бутылкой дефицитного портвейна «777», бутылкой шампанского и «Агдамом» на всякий случай, Витёк пригласил подругу на уик-энд в компании с попугаем и магнитофоном. Что уж там у них произошло, история об этом умалчивает. Но после того как шампанское иссякло, а три семёрки превратились в одну, подруга, махнув хвостом, свалила на место постоянной дислокации, а Витёк, прикончив последнюю семерку, остался в гордом одиночестве. Помня про «Свободу Анжелы Дэвис», а главное про свободу попугаям, о которой так проникновенно кричал Кеша с экрана телевизора, Витёк выпустил режиссёрского Кешу полетать. Душа требовала продолжения банкета и бог или чёрт услышали крик души.

В дверь позвонил сосед. Сосед был в трансе, но с бутылкой водки. Родственные души и соответствующая моменту ситуация способствовали взаимопониманию и душевной беседе. Но накурили много, и, сосед направился к балкону. Тут-то Витёк и вспомнил про друга Кешу, наблюдавшему за развитием ситуации с плательного шкафа. Со страшным воплем, он вратарским броском успел захлопнуть дверь перед носом, вспорхнувшего было в надежде на настоящую свободу, попугая. Раздосадованный Кеша начал метаться по комнате, выражая всю либералистическую сущность в громких криках. Делать нечего. Допив водку, надзиратели решили восстанавливать статус-кво и возвращать узника совести на своё законное место. Поймать сходу почему-то не получилось. По этому случаю открыли «Агдам». Когда портвейн закончился, попугай из друга превратился во врага. Поэтому и ловить начали соответственно статусу. Кеша был трезвее. Поэтому получалось не очень… Тем не менее, когда Витёк, изображавший загонщика упал со стола, сосед изловчился и схватил таки попугая за хвост. Издав радостный вопль, Витёк бросился к победителю. Но в это время, напуганный воплем, Кеша взмыл вверх, оставив шикарный хвост в руках соседа. Это была катастрофа.

Как потом поймали и водворили нахального попугая в клетку, история умалчивает. Катастрофа в виде хвоста была на столе, Кеша злобно поглядывал сквозь прутья, а главреж должен был вернуться через неделю. В общем, без бутылки в ситуации разобраться было ну никак нельзя. Сосед сбегал, конечно, и после пятой или шестой рюмки вспомнил, что у него есть хороший и фирменный клей БФ. В общем, после того, как Кешу вновь извлекли из камеры и изрядно потрудившись, вернули с помощью клея попугайскую гордость на место, Витёк немного успокоился.

Всё вроде бы наладилось и пару дней Витёк ходил, не то чтобы радостный, но вполне нормальный. На третий день забеспокоился. Попугай ничего не ел, не пил, а сидел, нахохлившись на жёрдочке и лишь страшно посверкивал на Витька глазами. Витёк даже ловил мух для него и где-то раздобыл пожухлый банан. Бесполезно. Кеша объявил конкретную голодовку и от злости надувался всё больше и больше. И вот вечером третьего дня с чувством глубокой скорби и сострадания, Витёк снова извлёк Кешу из клетки и, воркуя начал гладить и соболезновать. Как так получилось, что, пробуя приклеенный хвост на прочность, Витёк расколупал заклеенный задний проход Кеши, история опять умалчивает. Но тот фонтан, что вылетел из узника Витьку в лицо, он описывал очень живописно. Кеша сразу похудел, начал жадно кушать и пить и что-то нервно рассказывать Витьку на своём попугайском языке. Что потом сказал, вернувшийся с моря главреж, я не знаю, но поскольку мы ещё два года ходили в театр, видимо консенсус был найден. Правда, домовничать больше Витька в театре никто не просил.

Наташе было 27 лет. Она была хорошо сложена, но имела немного глуповатое лицо. На зависть подругам, она имела красивые и мускулистые ноги, в меру заметные грудь и попу, осиную талию, так как поесть вечно ничего не было, никогда не сутулилась и любила каблуки и короткую юбку. В общем – сексуальная мечта любого мужчины, если бы не один, но существенный недостаток – она была пьяницей.
 

Алкоголь она употребляла столько, сколько себя помнила. Может быть с 8, а может с 6 лет, а может и с двух. Пиво, вино, шампанское, водка, коньяк – вкус этих напитков был известен ей с детства. Родители её были неплохие люди, но тоже выпивали и, как считала Наташа, умерли от пьянки. Смерть их была для неё столь незначительным событием, что она не всегда сразу могла сообразить, кто из них умер первым. Она часто меняла места работы и своих мужчин. Места работы и мужчины менялись и видоизменялись как в калейдоскопе и жизнь казалась Наташе полной чехардой.
 

Все счастье для нее было в пьянстве.
 

Алкогольная зависимость сидела в ней крепко уже примерно с 16 лет. Во многом с этим помогали её ухажеры, которые для Наташи тащили всегда с собой изначально ликеры, вино и коньяк, а позднее водку, самогон и фуфырики с аптеки. Наташа не была привередливой и это помогало ей, особенно в последнее время, относиться с пониманием к отсутствию денег у своих ухажеров на дорогой алкоголь и искренне радоваться любой жидкости содержащей спирт.
 

Со временем ухажеры стали как-будто как-то растворяться сами собой. Заходили к Наташе уже больше для того, чтобы узнать нет ли у нее что-нибудь бухнуть-бухануть: «Чё нет ни чего? Эх жаль. Ну ладно тогда – давай пока».
 

У Наташи как правило ничего из спиртного на раздачу не было, потому что спиртное у неё не задерживалось, а сразу употреблялось во внутрь.
 

Наташа, если было бухло, пила до тех пор, пока вырубалась, а приходя в себя, снова пила и так до тех пор, пока бухло не заканчивалось. Так что застать её дома с алкоголем и не в отключке было сложно.
 

Приходили иногда ее приятели, друзья, знакомые, подруги, долбились в дверь, но бесполезно. Или дома её нет, или в отключке она. Достучаться до её сознания было нельзя, когда её вырубал алкоголь. А если в сознании она и открыла дверь, то бухнуть обычно нет ничего.
 

Был период в жизни Наташи, когда она свою двухкомнатную квартиру, после смерти родителей, поменяла на общагу с доплатой. Период этот был хоть и яркий, но неожиданно для Наташи короткий. Алкоголь в тот период был у неё качественный и вволю. Старых и новых друзей набивалось в приобретенную её общагу – не продохнуть, как в маршрутку в час пик.
 

Кто-то классно шутил, завязывались интриги, любовные романы, бушевали страсти, ревность и секс, кто-то кого-то за что то лупил, кто-то кричал, кто-то мебель крушил. Жизнь бурлила и было по настоящему интересно и весело.
 

Иногда в полузабытье она чувствовала, что кто-то занимается с ней сексом и ей это нравилось. Не так что бы уж очень, нимфоманкой она никогда не была, но терпеть этот секс ей не приходилось и иногда она даже кончала. Целый калейдоскоп эмоций, море качественного спиртного и приемлемого секса.
 

Жадной и продуманной Наташа никогда не была, окружающие это видели и за это от друзей и подруг ей была уважуха.
 

Но всё хорошее не бесконечно и когда шальные деньги за квартиру закончились, неприятно повеяло холодом из открытой двери.
 

Окинув взглядом общагу, немного протрезвевшая Наташа увидела, что народу в комнате заметно поубавилось. Кто-то ушел за спиртным и не вернулся, кто-то спал, воняло мочой. Так кончились деньги за двушку и вместе с ними дни безрассудного веселья, а суровая реальность беспощадно ворвалась в Наташину жизнь.
 

Ещё какое-то время, какие-то пустые разговоры, какие-то глупые вопросы: «А точно ничего больше нет? ». И замусоленные ответы: «Да точно нет, если бы было что – я что б не дала». И вот она уже в общаге одна, на улице темно, но в окнах свет и даже уже никто не развлекает стуком в дверь и надоевшим вопросом: «А есть бухнуть чё-нибудь? » На который уже даже как-то лень отвечать: «А нет ничего», – и только отрицательно мотнёт головой и жалко ей в этот момент не только себя, но и незваного гостя.
 

Наташа не любила куда-то ходить, где-то что-то искать, спрашивать и просить. Она ждала. Даже немного любила помучиться от того что ждала, но была уверена и знала, что всё равно кто-то придет и с собой принесёт. Немного побаивалась даже из-за этого куда-то уйти и поэтому всё время почти сидела дома.
 

Примерно такая же чехарда у нее была и с работой. Наташа ненавидела каждодневную работу, так как с ней у неё никогда ничего толком не получалось. Наташа на такой работе всегда работала до первой зарплаты или аванса, а потом всё… и опять скандал, сумасшедший звонит телефон, пока не отключишь его, а перед этим из него кто-то со злобой кричит, но сил встать с кровати нет всё равно и плевать ей на всё: «И стоять и ходить не могу всё равно, даже если опять кто-то харкнет в лицо». Любила поэтому Наташа временные заработки. Работа, оплата, бухнуть, бухануть.
 

Примерно год прошел с того дня, когда шальные деньги за квартиру закончились и дорогие виски и коньяки сменились на аптечные фуфырики. Наташа в один из таких вечеров, пересчитав свою мелочь по карманам, долго мучилась вопросом что купить? Она могла позволить себе или пакетик лапши ролтон или аптечный фуфырик. На этот раз голод и здравый смысл у неё взял верх, а от одной мысли о горячей лапше в голове у Наташи все сладко мутилось и даже между ног происходило какое-то странное и приятное щекотание. Наташа решила купить для себя в этот вечер на последнюю мелочь лапшу ролтон и поэтому была не пьяна. Возвращаясь домой с пакетиком лапши, на двери подъезда увидела объявление: «Куплю общежитие в этом доме. Андрей». Задумалась: «Куплю… Деньги… Общежитие куплю. Водки куплю. Классно бухну. Зачем мне эта общага, если в ней бухла нет», – далеко идущие планы вихрем понеслись у неё в голове: «Надо позвонить. Общагу поменять. Да, поменять. Дом, например, в деревне купить. Курей заведу, картошка своя. Бражка своя, самогон нагоню. И в деревне люди живут и не скучно им там и всегда заняться есть чем. Вон Пашка приезжал, деревенский самогон приносил. Класс. Рассказал, как они со старой фермы металл сдают и его там не меряно и бухают они и классно всё у них. Надо позвонить».
 

И вот появился просвет впереди, и радость и чувство рвались из груди.
 

***
 

Алло, Андрей здравствуйте. Я по Вашему объявлению звоню, у меня – общежитие. Да. Спасибо. А когда Вы можете прийти? Ну да, я сейчас дома. Приходите.
 

Андрей вот уже несколько лет с переменным успехом работал риэлтором сам на себя, потому как не видел смысла работать на какого-то дядю в агентстве. На подколы, что он – черный риэлтор отшучивался: «Черный риэлтор отличается от риэлтора тем, что ещё не смог столько людей облапошить, чтобы снять себе офис и не имеет офиса».
 

Одна из крупных удач у него в его бизнесе в последнее время заключалась в том, что он случайно нашёл пожилого алкаша-Лёху, который не прочь был поменять свою двушку на однушку с доплатой. Вникнув во все юридические подробности связанные с этой квартирой, Андрей установил, что алкаш Лёха был собственником двушки лишь отчасти, так как в своё время жена Лёхи перед смертью завещала свою часть квартиры родному племяннику, который и вступил в наследство после её смерти на её часть квартиры. Алкаш Лёха, когда до него понемногу дошло всё коварство покойной жены, сильно расстроился. Оказалось, что сделать обмен квартиры на меньшую, взять кучу денег и пуститься на старости лет во все грехи тяжкие – было уже нельзя. Эти безрадостные мысли медленно просачивались в его тупую башку и ему оставалось только сглотнуть горькую слюну: «Чёрт. Как обидно. Уже так настроился на обмен и облом». Грустным всё это казалось алкашу-Лёхе. Но риэлтору Андрею ситуация с Лёхой не казалась безвыходной и он, выждав оптимальную паузу для такого дела, начал завлекать расстроенного Лёху в новую авантюру, расставляя для него стандартную ловушку в надежде захомутать его прокуренную двушку.
 

«Алексей. Я в этой ситуации могу тебе кое-чем помочь. Мы можем заключить с тобой договор, что ты мне подписываешь свою часть квартиры, но остаешься в ней жить до своей смерти, а я сейчас даю тебе деньги и буду тебе во всём помогать. Как тебе такой план? Подумай! Сколько той жизни тебе осталось – поживёшь в старости хоть как человек: и пожрать будет и выпить. Соглашайся, а то племяннику жены потом слишком много после тебя останется. Давно он к тебе в гости заходил? Давно что—нибудь пожрать приносил? Давай я тебе за поллитрой схожу, обдумаешь всё не спеша? »
 

Племянник Лёхин, а вернее Лёхиной покойной жены жил в другом городе, был каким-то небольшим начальником в полиции и к Лёхе, из-за его пьянства, никаких добрых чувств не испытывал, о чем Лёха тоже достоверно знал. Риэлтор Андрей, по сравнению с племянником, был Лёхе по духу несравнимо ближе – вон сразу за поллитрой пошел, понимает всё, а не просто так балабол, хотя к предложенному Андреем варианту сделки с квартирой Лёха на трезвую голову отнесся с опаской, потому что слишком много жулья вокруг. Обманут, а потом ещё будут над ним-дураком смеяться. Знаем мы вас таких шустрых… Единственный козырь, который успокаивал Лёху и о котором Андрей не знал, было то, что Лёха был из блатных. Авторитет у Лёхи конечно был уже не тот, когда он мог отлупить почти любого и по пьяне поднимался к себе в квартиру на третий этаж на одних руках, но гонимые жаждой, ходячие ещё его друзья иногда заходили к Лёхе и он надеялся, что в крайнем случае блатной мир за него впишется, поможет и в обиду не даст.
 

Андрей между тем сходил за поллитрой, купил ещё колбасы и хлеба и Лёха начал все это с азартом поглощать. От съестного и спиртного в голове у Лёхи понемногу все стало устаканиваться, опасения развеялись, настроение улучшилось и он, взвесив все ЗА и ПРОТИВ, стал склоняться к тому, что предложение риелтора Андрея было заманчивым и, пораздумав, принял решение: «А что, я согласен. Слишком жирно будет ему, имея ввиду племянника жены, получить всю квартиру. Хоть раз бы приехал после похорон жены, хоть раз бы спросил: «Дяд Лёш, а тебе не нужно что? Помочь может чем? Здоровье то как? » А квартиру ему подай!… Нет! Лучше тебе Андрюх подпишу. Не бросишь же ты меня? Похоронишь? »
 

«Не волнуйся Алексей, сам всё увидишь и поймешь. Я не болтун какой, «- ответил Андрей и был сам твердо убежден, что не бросит Лёху и его часть квартиры и согласие между ними на том было достигнуто.
 

Через время, когда Лёха переписал часть своей квартиры на Андрея, у Андрея было хорошее в связи с этим настроение и он отвечал Лёхе взаимностью: покупал ему и выпить и закусить, слушал рассказы Лёхи про его удивительную блатную жизнь. А Лёхе все больше нравился Андрей и то что он, как и обещал, не оставлял его: приносил и жрачку и бухло. Нравилось Лёхе в Андрее ещё и то, что он был новым, искренним и внимательным слушателем его рассказов, потому что Лёхины старые товарищи знали Лёху как облупленного и интерес для них Лёха давно уже не представлял. Товарищи: блатные-алкаши приходили к нему, когда была у него пенсия и бухло. Сам Лёха на улицу почти не выходил, так как ноги у него от пьянки распухли и ходить ему было очень тяжело, а друзья-алкаши его были сплошь и рядом ненадежные люди, которым рискованно было доверять даже небольшие деньги, так как в большинстве случаев они пропадали то ли с деньгами, то ли с купленной жрачкой и бухлом, а Лёха из-за них зачастую оставался голодный и не опохмелённый.
 

С Андрюхой таких случаев и проблем никогда не было. Уходя с Лёхиными деньгами, он всегда возвращался с бухлом и закуской и даже приносил сдачу, а если у Лёхи заканчивались деньги, то Андрей покупал ему всё за свои. Всё это в сумме поднимало авторитет Андрея в глазах Лёхи и Лёха был искренне рад, когда Андрей к нему приходил.
 

Андрей же был рад тому, что приобрел часть двухкомнатной квартиры, потому что это казалось ему надёжным вложением его усилий и денег. Ещё ему искренне интересен был мир блатных, который раскрывал перед ним своими рассказами Лёха и между ними понемногу установились дружеские и доверительные отношения.
 

Однако, одна проблема всё-таки была: Лёха был свин. Когда он осознал, что хата вообще не его, а ему можно в ней всё, то полностью плюнул на чистоту. Порядка после смерти жены у него и так никогда не было, но отписав свою часть квартиры Андрею, Лёха потерял остатки приличий, забил на порядок и чистоту всё, что только можно было забить. Квартира понемногу превращалась в помойку с какими то пустыми бутылками и консервными банками, грязными носками и обгаженными трусами, мухами и тараканами и в квартиру просилась уборка.
 

***
 

Риэлтор Андрей, когда его телефон подолгу молчал, начинал испытывать беспокойство. Он был человек деятельный и если заняться было не чем, то шёл и расклеивал различные объявления: то куплю квартиру, то общагу куплю, то помогу приватизировать жильё, то ещё что нибудь и люди звонили и движуха была.
 

Объявление, по которому ему позвонила Наташа, он поклеил на общаге недалеко от своего дома, и так как заняться в этот вечер ему было не чем, то он, после телефонного разговора с Наташей, пошёл к ней, что бы посмотреть и оценить её комнату, а заодно определиться для себя что он сможет там заработать и с условиями на которых он будет комнату продавать.
 

Комната Наташи была с достойным ремонтом, но запах в комнате выдавал то, что Наташа была пьяницей. Из опыта Андрей знал, что этот запах, кроме всего прочего, был признаком того, что в этом месте можно заработать хорошие деньги. Нет, в этот вечер Наташа была не пьяна, но в комнате улавливался запах какой то бомжатины – верный признак хорошего зароботка.
 

Андрей с Наташей обсудили предстоящую продажу её комнаты и вознаграждение Андрея, но уходить ему не хотелось.
 

Наташа, несмотря на свой алкоголизм, который проявлялся на её лице и тем, как от неё пахло, была красивой девушкой. Андрею приятно было разглядывать её, видеть как она двигается, как улыбается и поэтому уходить не хотелось.
 

Наташе тоже понравился Андрей, который разительно отличался от её знакомых алкашей. Наташе было приятно общение с Андреем и ей не хотелось чтобы он уходил, хотелось его чем-нибудь угостить, хотя угостить было нечем. Был только сахар, да в кране вода. Не было ни кофе, ни чая, да и к чаю давно уже ничего не было. Начатый о продаже комнаты разговор, тем не менее, понемногу перешёл на другие темы. Андрей интересовался куда переедет Наташа, где училась Наташа, узнал что только в школе училась, что сейчас нигде не работает и ищет работу и согласна на подработки, так как хорошую постоянную работу трудно найти, а на плохую нет смысла идти, и что замуж она пока не собирается, потому что нет достойного претендента: «Не за абы кого же идти…, хотя многие предлагают».
 

И тут у Андрея мелькнула мысль и он предложил Наташе сделать уборку у алкаша-Лёхи и подзаработать немного денег.
 

Наташа не раздумывая согласилась. Деньги были очень нужны, да и выпить хотелось. Сошлись на том, что уберётся у Лёхи она за 500 рублей и если что, то это будет началом их длительного сотрудничества. Сейчас для Наташи 500 рублей были сумасшедшие деньги.
 

Андрей за эти 500 рублей хотел поближе познакомиться с Наташей и развеселить Лёху. Андрею и так было интересно это новое общение, но ещё он чувствовал, что может прилично заработать с Наташей, найдя покупателя на её общагу. А Лёха, наверное, вообще будет сражен, что такая бикса будет крутить жопой у него в квартире. В общем всё для всех складывалось удачно.
 

***
 

На следующий день Андрей с утра заехал за Наташей и вместе они поехали к Лёхе. По дороге к Лёхе Андрей купил немного продуктов и чекушку для Лёхи. Наташе тоже хотелось выпить, но она стеснялась об этом сказать и ещё ей хотелось произвести хорошее впечатление на Андрея. На сколько она поняла, вопрос с опохмелкой лучше будет решить с тем Лёхой, к которому они сейчас едут.
 

Лёха увидев Наташу, конечно, был удивлен и смущен, но виду старался не подавать. Он был рад возможности видеть так близко такую красивую девушку, с которой можно было даже поговорить, тем более что запах бомжатины, который всё же исходил от Наташи и остался в машине у Андрея, был для Лёхи родным, а по всем остальным параметрам Наташа была для него просто принцессой.
 

Андрей, сказав что приедет вечером, уехал по делам и, уезжая, немного завидовал Лёхе, что тот будет целый день в обществе Наташи. Наташа в дополнение к своей классной фигуре имела ещё и довольно приятный и мягкий характер. Зайдя в Лёхин бомжатник, она не скривилась, увидев помойку, а искренне и с пониманием улыбнулась.
 

Было понятно, что грязная работа была ей привычна и не страшила её, что Наташа не была заносчивой особой и не пыталась строить из себя принцессу, а всё это вместе раскрывало ее покладистый и мягкий характер.
 

Андрей понимал, что дед Лёха поделится с ней чекушкой, продукты у них были и Лёха на все сто будет заигрывать с ней и попытается затащить Наташу к себе в свою проссатую постель. Интрига была лишь в том, что из этого выйдет и уболтается ли на уговоры деда Наташа. Андрею почему-то не хотелось, что бы Наташа так сразу сдалась, а Лёхи было потом чем похвастать Андрею.
 

Вечером Андрей легко поднялся к Лёхе на его третий этаж. Дверь в квартиру была заперта и Андрей позвонил. Через пару минут полностью одетая Наташа ему открыла. Вид у неё был счастливый. Наташа хотела удивить Андрея и по его первой реакции почувствовала, что это у неё получилось.
 

Да, войдя в квартиру, Андрей был заметно удивлён. Помойки в квартире Лёхи уже не было и в помине: полы были тщательно вымыты, грязной посуды в раковине нет, на плите стояла приготовленная еда, а на балконе висело постиранное вручную Лёхино бельё. Разница с тем что было в квартире утром, была потрясающая и Андрей был этим искренне удивлён.
 

Наташа предложила вместе поужинать и, открыв крышку стоящей на плите кастрюли, похвасталась наваренным борщом.
 

Андрею очень хотелось поесть Наташиного борща, но насколько он помнил эту кастрюлю, она раньше всё время валялась на кухне с чем-то гадким внутри. Лёха, конечно, в кастрюлю наверно не срал, но какая-то гадость в ней всё же была и Андрей сославшись на то, что только поел, от борща отказался, чем заметно расстроил Наташу и удивил алкаша-Лёху. Чувствовалось что его ждали, и ужин без него не начинали.
 

Заметно растроенная Наташа налила в чистую тарелку борщ и отнесла Лёхе в его дальнюю комнату, потом налила себе. Дед Лёха лежал на своем проссатом не раз диване и ел с жадность, взахлёб вкусный Наташин борщ причмокивая и откусывая беззубым ртом ламоть свежего хлеба. Такой классный борщ ему когда-то готовила только жена. Удовольствие от борща у Лёхи отдавалось в голову, и было сравнимо с удовольствием в молодости от хорошего секса.
 

Наташа свой борщ ела на кухне, за столом, неспеша и по ней было заметно, что она расстроена. Расстоена она была тем, что Андрей отказался от ужина, которым она хотела ещё больше удивить его.
 

«Мог бы из вежливости не побрезговать и попробывать, » – подумала она: «Я так старалась, что бы ему понравилось. »
 

Наташа действительно проявила практически героизм, когда на выпрошенную у Лёхи мелочь сбегала и купила капусты. Не чекушку, не фуфырик, хотя бухнуть ей тоже очень хотелось, а кочан свежей капусты. Да! Наташе было обидно! «Мог бы и не побрезговать, а попробовать борщ. Вон Лёха как уплетает – классный ведь борщ! Ну и ладно, ну и фиг с ним. Сейчас пятьсоху свою за работу возьму и водки себе с Лёхой бутылку куплю», – думала обиженная брезгливостью Андрея Наташа.
 

Андрей видел, что и по запаху и по виду борщ был конечно замечательный и видел, конечно, что Наташа расстроилась, но брезговал и не мог себя пересилить и заставить есть этот вкуснючий борщ.
 

Пока Лёха уплетал борщ, который Наташа аккуратно и с достоинством ела, Андрей развлекал их разговорами: «Наташа Вы молодец, такой порядок здесь навели и Лёху накормили. Он наверное горячее уже забыл когда ел. Я вам вместо 500 рублей тысячу вот даю. Спасибо Вам большое что такой порядок здесь навели. А ты Алексей гляди как жить надо, а то настоящий бомжатник здесь развел. Вон, лучше с пенсии Наташе деньги давай – она хоть тебя нормально кормить будет, а не друзьям своим алкашам, которые с деньгами твоими пропадают». Лёха, конечно был всем доволен: и тем что Андрюха в друзьях у него, и борщом, и даже порядком, но больше всего ещё кое чем…
 

После того, как утром у них с Натахой закончилась чекушка Лёха пособирал всю свою мелочь и попросил Наташу сходить за бухлом. Можно было взять пару фуфыриков или даже хватило бы на чекушку, но Наташа, неожиданно для них обоих, на это Лёхино разумное, как ему казалось, предложение, категорично ответила отказом и заявила, что намерена сварить борщ и поэтому ей нужна Лёхина мелочь на капусту.
 

Борща Лёхе, конечно, тоже очень хотелось, но меньше чем выпить, и, кроме того, борщ полностью рассеивал призрачную надежду Лёхи на то, что употребив с Натахой пару фуфыриков аптечного спирта можно было надеяться с ней на секс или на его какое-нибудь жалкое подобие, а в случае, если бы все сложилось у него удачно, то потом ещё похвастать своим успехом друзьям-алкашам. Глядя на Наташу, он думал, что силы на «подвиг» у него ещё были.
 

Борщ всё это безжалостно разрушал. Ну делать было нечего. Сам Лёха до магазина дойти всё равно не мог, товарищам-алкашам особо не доверял и поэтому, как какой-то травоядный козёл, отдал Наташе свою мелочь на капусту. Единственным утешением для Лёхи было то, что Наташа в их с Лёхой дискуссии о приоритете капусты над водкой, пообещала купить ему «ВСЁ», когда Андрей ей заплатит за уборку, и Лёха ей поверил. На том и порешили. Именно поэтому Лёха был всем, и очень доволен, когда уплетал свой борщ.
 

Довольны были в принципе все, и даже Наташа. Обидевшись поначалу на брезгливость Андрея, но наевшись своего вкуснейшего борща и, получив тысячу вместо пятьсот рублей, настроение у Наташи, несмотря на её обиду, все же не спеша поднялось. Впереди маячила выпивка и для себя она решила, что не поедет домой, а останется бухать и ночевать у Лёхи.
 

Скучно дома одной. Не плохо было бы, конечно, замутиться с этим Андреем по дороге домой, но пока он был трезв Наташа понимала, что шансов у неё на это не было никаких. Вон, даже борщ побрезговал есть. А тут хоть Лёха, а может в гости какой-нибудь друг его прикольный зайдёт. Борщом своим удивлю, опохмелиться налью, поболтаем о том о сём и по стопке опять нальём. Лёха вроде не похож, что будет нахально приставать и покоя не давать, да и справлюсь с ним – доходяга он, только болтать мастак, а с кровати почти не встаёт, еле еле до туалета идёт, а как датый и лень, то и ссыт под себя. Справлюсь с ним если что. Всё. Остаюсь!
 

Андрей был удивлен, что Наташа отказалась, чтобы он её до дому отвез и это его немного расстраивало и интриговало. Он чувствовал, что секса днём у них не было и ему было почти всё равно будет ли секс между ними ночью. Но всё же ему почему-то не хотелось, чтобы Наташа Лёхе ночью сдалась и чтоб Лёха потом бахвалился какой он шустрый ещё мужик, Андрюху в этом деле опередил, и то как мерзко всё у них было.
 

Андрей понимал, что после его ухода Наташа, быстрее всего, пойдет в магазин за водкой, что напьется ночью с Лёхой, что между ними ночью по-пьяне всё что угодно может быть, но понимал, что это были их жизни и делать они могли всё что хотят.
 

Андрей не мог себе позволить такую жизнь. Он был женатым, у него были дети, да и с Наташей при любом раскладе у него ничего не могло быть по той же причине, по которой он не стал есть её борщ. Но всё равно он немного завидовал этим двоим: и тому что они вволю наелись борща, и тому что они сейчас будут бухать и общаться, и тому что после его ухода им наверняка будет весело.
 

Лёхе вообще можно было позавидовать. Ему было за 60 и бухать в своей квартире с фигуристой девахой которая лет на 40 была моложе его, и которая быстрее всего, набухаясь, потеряет контроль и вырубится – было для Лёхи каким-то неописуемым событием в его пьяной жизни. Лёхи оставалось только проявить сдержанность и не вырубиться первым. В общем если у него будет цель и желание ее достигнуть, то больших усилий для достижения этой цели от него не потребуется. Так думали все, даже Наташу веселила эта мысль, когда она представляла, как Лёха набухавшись может начать к ней моститься.
 

«Надо будет завтра их в обед навестить. Будет всё видно», – размышлял Андрей по дороге домой.
 

Наташа после ухода Андрея, как и планировала, сбегала за бутылкой. С Лёхой они эту пол-литру под хорошую закуску и разговоры быстро уговорили и промелькнула мысль: «Зачем одну взяла? Надо было взять сразу две!… Бегать теперь! » И она снова пошла, взяла сразу две.
 

Зайдя в квартиру, услышала храп: «Ну дед Лёха – слабак и пить уж теперь не мастак! » Открыв следующую бутылку, налила себе полный гранёный стакан, а в голове пронеслось: «Как-то нет того кайфа от водки, как в молодости, как-то не так всё кайфово, как-то всё немного не то. Надо круче бухнуть. А ну-ка, попробую», – и залпом выпила полный стакан водки. Потом ещё налила, и ещё.
 

И потом через силу, почти что, ещё.
 

И куда-то всё сразу потом поплыло,
 

И её резко вдруг в темноту понесло.
 

Кто-то лапал за жопу,
 

Кто-то мял ее грудь,
 

Кто-то членом касался
 

И кончал ей во внутрь.
 

***
 

На следующий день, примерно к обеду, прихватив на всякий случай чекушку для Лёхи, Андрей приехал узнать, как жизнь, как дела. Дверь в квартиру была в этот раз не заперта, и звонить не пришлось. В ближайшей от коридора комнате спала в одежде Наташа. На табуретке около её кровати стояла почти пустая бутылка водки, стеклянный стакан, кусок недоеденного хлеба и ломтики колбасы. Дед Лёха, тоже одетый, храпел в своей дальней комнате, и на его табуретке был почти тот же набор, но без початой бутылки водки. Судя по всему, секса и гостей у них не было. Тишина. Даже скучно.
 

«Эх Лёха, зря ты здоровье своё пропил, и поэтому даже не попытался Натахе вдуть», – подумал Андрей и стал его будить. «Лёх, я тебе чекушку принёс», – Андрею было интересно узнать их новости и удостовериться в своих предположениях о том, что секса у них не было.
 

«А? Что? » – начал приходить в себя Лёха.
 

«Я тебе чекушку принёс, – повторил Андрей. – Как дела тут у вас? »
 

«Да нормально всё. Дай водички попить. Очень хочется пить», – отвечал с бодуна Лёха.
 

Андрей сходил на кухню и принёс Лёхе кружку воды из под крана.
 

«Как повеселились тут без меня? Натаха не приставала? » – расспрашивал Андрей жадно глотавшего воду Лёху, и ждал, когда тот, наконец, напьётся.
 

Лёха выпил всю кружку воды, принесённую Андреем, и попросил принести ещё. «Пусть тут на табуретке стоит, а то вдруг пить опять захочу. Нет, не приставала. Я что-то вчера как-то рано уснул», – начинал понемногу вспоминать вчерашнее Лёха и то, как его желание чпокнуть Натаху как-то само собой по чуть чуть улетучивалось и незаметно полностью покинуло его. Чувство удовлетворения от съеденного Натахиного борща и в меру выпитого с Натахой алкоголя незаметно для Лёхи полностью стёрло его авантюрные мысли заняться с Натахой сексом, и ему ничего не оставалось делать вчера вечером, как только заснуть, пока он ждал её из магазина. Добавило Лёхе вечерней сонливости ещё и то, что Лёха обычно по несколько часов спал днем, а вчера он был сильно заинтригован присутствием Наташи, вёл с ней увлекательную дискуссию о приоритете спиртного над капустой, заглядывался на заметные формы её молодого тела, и поэтому днём не уснул.
 

«Да ну её, – начал оправдывать свое бессилие Лёха, – девка она молодая, глупая, наверно, ещё. Кобелей, наверное, полно. Ещё заразу какую от неё подхвачу. Как мне потом по врачам ходить? Ноги вообще вон не ходят. В туалет вон и то трудно дойти. Ну её на х*й! » – умело поддерживал свой покачнувшийся блатной авторитет алкаш Лёха. «Тебе тоже с ней не советую. Я думал вчера, когда она по убрала тут всё и пожрать наварила, что она домашняя девка, но как глянул, как она пьёт, да и осталась в незнакомом месте, так сразу всё понял – шалава она, можно любую заразу от неё подхватить. Даже СПИД, например, сейчас СПИДа полно! Моя жена сроду бы не осталась вот так у чужого мужика где-то ночевать и ещё с ним бухать. Глянь – жива хоть она? »
 

Андрей, получив законную возможность по разглядывать Наташины формы, пошел в комнату, где спала Наташа. Около кровати стояло две пустые пол-литровые бутылки из-под водки – открытая и почти пустая бутылка стояла вместе с недоеденным куском хлеба и колбасы на табуретки около кровати. Наташа лежала на кровати одетая и ничем не укрытая на животе, уткнувшись лицом в подушку, и со спины представляла собой неприлично сексуальное зрелище. Бросались в глаза её узкая талия, упругие ягодицы, а стройные ножки были у неё, как у фигуристки.
 

«Не ожидал я от пьяного алкаша Лёхи такого здравого смысла, » – подумал Андрей, любуясь Наташиной попой и ногами.
 

«Наташа, Наташа, » – тронул Андрей Наташу за плечо и невольно задержал свою руку.
 

В первое мгновение этого прикосновения Андрей почувствовал неприятный холод Наташиного плеча и, придержав ещё на мгновенье руку, осознал, что девушка была холодна и мертва. Уже более не стесняясь, он попытался ощупать Наташин живот, но её живот был тоже неприятно холодным на ощупь: «Какая она всё-таки худенькая, » – пронеслось в голове. Тут же, уже больше из любопытства, тронул её когда-то упругую, а сейчас неприятно окоченевшую попу. Да, сомнений не оставалось – это был труп, она умерла.
 

«Умерла? » – почувствовав неладное, спросил его Лёха.
 

«Да. Умерла, » – ответил Андрей.
 

«Шутишь? » – с надеждой спросил Лёха.
 

«Нет, не шучу, » – без тени на юмор ответил Андрей.
 

Им обоим стало грустно. Нет, особой жалости к Наташе никто из них, положа руку на сердце, не испытывал. Привязаться к ней никто из них ещё не успел, и потеря для них была невелика. Случилось то, что случилось. Было так, как должно было быть, но всё-равно было как-то грустно.
 

Им обоим хотелось, чтобы Наташа очнулась, чтобы смешно приходила в себя, вздыхая и охая после вчерашней пьянки, чтобы была возможность немного над ней из-за этого пошутить. Хотелось видеть, как она пойдёт умываться, как будет охать, как чай будет пить, как её красивые ноги будут передвигать по квартире её осиную талию и, в меру заметные, попу и грудь.
 

Грустно было Андрею и алкашу Лёхе, что такое великолепное тело, которое бог дал Наташе, утратило душу. А
 

виноват в этом был Дьявол. Он, не обращая внимания на то, что Наташу, как и положено, покрестили в детстве в церкви, проявил с ней, как и с другими, чудеса изобретательности и упорства. Дьявол, увлекая её за собой, много лет давал крещёной в детстве Наташе соблазн за соблазном, а этой ночью, улучив нужный момент, всё-таки смог вырвать из прекрасного тела Наташи и затащить к себе в ад её заплутавшую в лабиринтах жизни душу.
 

Риэлтор Андрей видел в этом для себя предостережение, а алкаш Лёха – вполне обозримое будущее.
 

***