На фоне русского модернизма поэзия бунина выделяется как хорошее старое сочинение

Обновлено: 09.01.2023

Другие статьи в литературном дневнике:

31.08.2021. 98. Ю. Айхенвальд об А. Ахматовой
29.08.2021. 97. Ю. Айхенвальд о М. Горьком — Критика
27.08.2021. 96. Ю. Айхенвальд об И. Бунине
25.08.2021. 95. Ю. Айхенвальд о Л. Андрееве — Критика
23.08.2021. 94. Ю. Айхенвальд о В. Брюсове — Критика
22.08.2021. 93. 1 Две статьи о жене Е. Евтушенко Г. Сокол
21.08.2021. 93. Ю. Айхенвальд об А. Чехове
19.08.2021. 92. Ю. Айхенвальд о Вс. Гаршине
17.08.2021. 91. Ю. Айхенвальд о М. Салтыкове-Щедрине
15.08.2021. 90. Ю. Айхенвальд об А. Островском
13.08.2021. 89. Ю. Айхенвальд об И. Тургеневе
11.08.2021. 88. Ю. Айхенвальд о Л. Толстом
09.08.2021. 87. Ю. Айхенвальд об А. Фете
07.08.2021. 86. Ю. Айхенвальд о Н. Некрасове
05.08.2021. 85. Ю. Айхенвальд о Е. Баратынском
03.08.2021. 84. Ю. Айхенвальд о М. Лермонтове

Портал Проза.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

История создания

Это стихотворение было создано в 1909 году. Это время можно назвать расцветом карьеры поэты: он получил престижную пушкинскую премию, обрел любовь в союзе со второй женой, много путешествовал. Публика, наконец, признала, что перед ней предстал зрелый литератор, достойный уважения.

Жанр, направление, размер

Стихотворение написано ямбом, имеет перекрестную рифмовку

Композиция

Стоит отметить, что произведение имеет форму сонета. Структуру данного стиха можно поделить на три основные части, в каждой из которой герой размышляет о познании счастья.

Образы и символы

Образ осени в лирике Бунина на этот раз радует, а не печалит. Мы видим затихший сад за сараем, сияющее приглушенными осенними красками облако, ощущаем чистый воздух с легкой прохладой, слышим гул гумна. Эта атмосфера настраивает читателя на определенную тональность, но ее никак не назовешь тоской. В ней, скорее, очарование, вдохновение, упоение красотой.

Темы, проблемы, настроение

Основная тема — счастье. Автор дает описание теплого осеннего дня, показывает красоту природы, в которую герой вглядывается через открытое окно дома. Все это рождает в нем чувство истинного счастья. Он осознает, что люди часто не замечают его, хотя оно разлито в красоте природы, уединении с книгой, думах о высоком.
Природа. Бунин описывает красоту осеннего сада, теплого света, сияющего облака. В них он находит лишний повод для радости жизни, ведь его окружает прелесть, таящая в себе наслаждение для человека, знающего и умеющего чувствовать.
Внутренний мир. Часто человек ищет счастье внешнее, обусловленное обстоятельствами, однако истинная радость жизни всегда пребывает в нем самом. В нашей душе есть источник горя и наслаждения, не зависящий напрямую от того, что с нами происходит.
Главную проблему произведения автор обозначает еще в первой части стихотворения – это проблема призрачности счастья. Мы не замечаем его и не способны ловить красоту мимолетных мгновений.
Настроение стихотворения — светлая и спокойная радость от осознания того, что поиски счастья приводят человека в глубины его души, где всегда найдется сила для нового дня.

Смысл

Любопытную характеристику произведению дал поэт Александр Блок:

Средства художественной выразительности

Автор: Марина Ильина

Автор: Самый Зелёный · Published 15.11.2019

Автор: Самый Зелёный · Published 29.05.2021

Автор: Самый Зелёный · Published 05.03.2020 · Last modified 03.03.2020

Добавить комментарий Отменить ответ

Последнее

Архивы

ol:first-of-type > li:nth-child(4)’ data-code=’PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTYnIHN0eWxlPSdtYXJnaW46IDhweCAwOyBjbGVhcjogYm90aDsnPgo8IS0tIFlhbmRleC5SVEIgUi1BLTMzMDYzNS02IC0tPgo8ZGl2IGlkPSJ5YW5kZXhfcnRiX1ItQS0zMzA2MzUtNiIgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6IGlubGluZS1ibG9jazsiPjwvZGl2Pgo8c2NyaXB0IHR5cGU9InRleHQvamF2YXNjcmlwdCI+CiAgICAoZnVuY3Rpb24odywgZCwgbiwgcywgdCkgewogICAgICAgIHdbbl0gPSB3W25dIHx8IFtdOwogICAgICAgIHdbbl0ucHVzaChmdW5jdGlvbigpIHsKICAgICAgICAgICAgWWEuQ29udGV4dC5BZHZNYW5hZ2VyLnJlbmRlcih7CiAgICAgICAgICAgICAgICBibG9ja0lkOiAiUi1BLTMzMDYzNS02IiwKICAgICAgICAgICAgICAgIHJlbmRlclRvOiAieWFuZGV4X3J0Yl9SLUEtMzMwNjM1LTYiLAogICAgICAgICAgICAgICAgYXN5bmM6IHRydWUKICAgICAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgdCA9IGQuZ2V0RWxlbWVudHNCeVRhZ05hbWUoInNjcmlwdCIpWzBdOwogICAgICAgIHMgPSBkLmNyZWF0ZUVsZW1lbnQoInNjcmlwdCIpOwogICAgICAgIHMudHlwZSA9ICJ0ZXh0L2phdmFzY3JpcHQiOwogICAgICAgIHMuc3JjID0gIi8vYW4ueWFuZGV4LnJ1L3N5c3RlbS9jb250ZXh0LmpzIjsKICAgICAgICBzLmFzeW5jID0gdHJ1ZTsKICAgICAgICB0LnBhcmVudE5vZGUuaW5zZXJ0QmVmb3JlKHMsIHQpOwogICAgfSkodGhpcywgdGhpcy5kb2N1bWVudCwgInlhbmRleENvbnRleHRBc3luY0NhbGxiYWNrcyIpOwo8L3NjcmlwdD48L2Rpdj4K’ data-block=’6′>

ol:first-of-type > li:nth-child(4)’ data-code=’PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTcnIHN0eWxlPSdtYXJnaW46IDhweCAwOyBjbGVhcjogYm90aDsnPgo8IS0tIFlhbmRleC5SVEIgUi1BLTMzMDYzNS03IC0tPgo8ZGl2IGlkPSJ5YW5kZXhfcnRiX1ItQS0zMzA2MzUtNyIgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6IGlubGluZS1ibG9jazsiPjwvZGl2Pgo8c2NyaXB0IHR5cGU9InRleHQvamF2YXNjcmlwdCI+CiAgICAoZnVuY3Rpb24odywgZCwgbiwgcywgdCkgewogICAgICAgIHdbbl0gPSB3W25dIHx8IFtdOwogICAgICAgIHdbbl0ucHVzaChmdW5jdGlvbigpIHsKICAgICAgICAgICAgWWEuQ29udGV4dC5BZHZNYW5hZ2VyLnJlbmRlcih7CiAgICAgICAgICAgICAgICBibG9ja0lkOiAiUi1BLTMzMDYzNS03IiwKICAgICAgICAgICAgICAgIHJlbmRlclRvOiAieWFuZGV4X3J0Yl9SLUEtMzMwNjM1LTciLAogICAgICAgICAgICAgICAgYXN5bmM6IHRydWUKICAgICAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgfSk7CiAgICAgICAgdCA9IGQuZ2V0RWxlbWVudHNCeVRhZ05hbWUoInNjcmlwdCIpWzBdOwogICAgICAgIHMgPSBkLmNyZWF0ZUVsZW1lbnQoInNjcmlwdCIpOwogICAgICAgIHMudHlwZSA9ICJ0ZXh0L2phdmFzY3JpcHQiOwogICAgICAgIHMuc3JjID0gIi8vYW4ueWFuZGV4LnJ1L3N5c3RlbS9jb250ZXh0LmpzIjsKICAgICAgICBzLmFzeW5jID0gdHJ1ZTsKICAgICAgICB0LnBhcmVudE5vZGUuaW5zZXJ0QmVmb3JlKHMsIHQpOwogICAgfSkodGhpcywgdGhpcy5kb2N1bWVudCwgInlhbmRleENvbnRleHRBc3luY0NhbGxiYWNrcyIpOwo8L3NjcmlwdD48L2Rpdj4K’ data-block=’7′>

ul:first-of-type > li:nth-child(4)’ data-code=’PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTEwJyBzdHlsZT0nbWFyZ2luOiA4cHggMDsgY2xlYXI6IGJvdGg7Jz4KPCEtLSBZYW5kZXguUlRCIFItQS0zMzA2MzUtOSAtLT4KPGRpdiBpZD0ieWFuZGV4X3J0Yl9SLUEtMzMwNjM1LTkiIHN0eWxlPSJkaXNwbGF5OiBpbmxpbmUtYmxvY2s7Ij48L2Rpdj4KPHNjcmlwdCB0eXBlPSJ0ZXh0L2phdmFzY3JpcHQiPgogICAgKGZ1bmN0aW9uKHcsIGQsIG4sIHMsIHQpIHsKICAgICAgICB3W25dID0gd1tuXSB8fCBbXTsKICAgICAgICB3W25dLnB1c2goZnVuY3Rpb24oKSB7CiAgICAgICAgICAgIFlhLkNvbnRleHQuQWR2TWFuYWdlci5yZW5kZXIoewogICAgICAgICAgICAgICAgYmxvY2tJZDogIlItQS0zMzA2MzUtOSIsCiAgICAgICAgICAgICAgICByZW5kZXJUbzogInlhbmRleF9ydGJfUi1BLTMzMDYzNS05IiwKICAgICAgICAgICAgICAgIGFzeW5jOiB0cnVlCiAgICAgICAgICAgIH0pOwogICAgICAgIH0pOwogICAgICAgIHQgPSBkLmdldEVsZW1lbnRzQnlUYWdOYW1lKCJzY3JpcHQiKVswXTsKICAgICAgICBzID0gZC5jcmVhdGVFbGVtZW50KCJzY3JpcHQiKTsKICAgICAgICBzLnR5cGUgPSAidGV4dC9qYXZhc2NyaXB0IjsKICAgICAgICBzLnNyYyA9ICIvL2FuLnlhbmRleC5ydS9zeXN0ZW0vY29udGV4dC5qcyI7CiAgICAgICAgcy5hc3luYyA9IHRydWU7CiAgICAgICAgdC5wYXJlbnROb2RlLmluc2VydEJlZm9yZShzLCB0KTsKICAgIH0pKHRoaXMsIHRoaXMuZG9jdW1lbnQsICJ5YW5kZXhDb250ZXh0QXN5bmNDYWxsYmFja3MiKTsKPC9zY3JpcHQ+PC9kaXY+Cg==’ data-block=’10’>

ul:first-of-type > li:nth-child(4)’ data-code=’PGRpdiBjbGFzcz0nY29kZS1ibG9jayBjb2RlLWJsb2NrLTExJyBzdHlsZT0nbWFyZ2luOiA4cHggMDsgY2xlYXI6IGJvdGg7Jz4KPCEtLSBZYW5kZXguUlRCIFItQS0zMzA2MzUtMjQgLS0+CjxkaXYgaWQ9InlhbmRleF9ydGJfUi1BLTMzMDYzNS0yNCIgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6IGlubGluZS1ibG9jazsiPjwvZGl2Pgo8c2NyaXB0IHR5cGU9InRleHQvamF2YXNjcmlwdCI+CiAgICAoZnVuY3Rpb24odywgZCwgbiwgcywgdCkgewogICAgICAgIHdbbl0gPSB3W25dIHx8IFtdOwogICAgICAgIHdbbl0ucHVzaChmdW5jdGlvbigpIHsKICAgICAgICAgICAgWWEuQ29udGV4dC5BZHZNYW5hZ2VyLnJlbmRlcih7CiAgICAgICAgICAgICAgICBibG9ja0lkOiAiUi1BLTMzMDYzNS0yNCIsCiAgICAgICAgICAgICAgICByZW5kZXJUbzogInlhbmRleF9ydGJfUi1BLTMzMDYzNS0yNCIsCiAgICAgICAgICAgICAgICBhc3luYzogdHJ1ZQogICAgICAgICAgICB9KTsKICAgICAgICB9KTsKICAgICAgICB0ID0gZC5nZXRFbGVtZW50c0J5VGFnTmFtZSgic2NyaXB0IilbMF07CiAgICAgICAgcyA9IGQuY3JlYXRlRWxlbWVudCgic2NyaXB0Iik7CiAgICAgICAgcy50eXBlID0gInRleHQvamF2YXNjcmlwdCI7CiAgICAgICAgcy5zcmMgPSAiLy9hbi55YW5kZXgucnUvc3lzdGVtL2NvbnRleHQuanMiOwogICAgICAgIHMuYXN5bmMgPSB0cnVlOwogICAgICAgIHQucGFyZW50Tm9kZS5pbnNlcnRCZWZvcmUocywgdCk7CiAgICB9KSh0aGlzLCB0aGlzLmRvY3VtZW50LCAieWFuZGV4Q29udGV4dEFzeW5jQ2FsbGJhY2tzIik7Cjwvc2NyaXB0PjwvZGl2Pgo=’ data-block=’11’>

Среди оборванных старух, стариков и детей особенно странно выглядели на этой дороге молодые женщины в модных пальто, жалких и пропылённых, с модными, сбившимися набок пыльными причёсками. А в руках узлы, узелки, узелочки; пальцы судорожно сжаты и дрожат от усталости и голода.

Всё это двигалось на восток, а с востока навстречу по обочинам шоссе шли молодые парни в гражданском, с фанерными сундучками, с дерматиновыми чемоданчиками, с заплечными мешками, — шли мобилизованные, спешили добраться до своих заранее назначенных призывных пунктов, не желая, чтоб их сочли дезертирами, шли на смерть, навстречу немцам.

(1)Среди оборванных старух, стариков и детей особенно странно выглядели на этой дороге молодые женщины в модных пальто, жалких и пропылённых, с модными, сбившимися набок пыльными причёсками. (2)А в руках узлы, узелки, узелочки; пальцы судорожно сжаты и дрожат от усталости и голода.

(З)Всё это двигалось на восток, а с востока навстречу по обочинам шоссе шли молодые парни в гражданском, с фанерными сундучками, с дерматиновыми чемоданчиками, с заплечными мешками, — шли мобилизованные, спешили добраться до своих заранее назначенных призывных пунктов, не желая, чтоб их сочли дезертирами, шли на смерть, навстречу немцам. (4)Их вели вперёд вера и долг; они не знали, где на самом деле немцы, и не верили, что немцы могут оказаться рядом раньше, чем они успеют надеть обмундирование и взять в руки оружие. (5)Это была одна из самых мрачных трагедий тех дней — трагедия людей, которые умирали под бомбёжками на дорогах и попадали в плен, не добравшись до своих призывных пунктов.

(6)А по сторонам тянулись мирные леса и рощицы. (7)Синцову в тот день врезалась в память одна простая картина. (8)Под вечер он увидел небольшую деревушку. (9)Она раскинулась на низком холме; тёмно-зелёные сады были облиты красным светом заката, над крышами изб курились дымки, а по гребню холма, на фоне заката, мальчики гнали в ночное лошадей. (10)Деревенское кладбище подступало совсем близко к шоссе. (10)Деревня была маленькая, а кладбище большое — целый холм был в крестах, обломанных, покосившихся, старых, вымытых дождями и снегами.

(12)И эта маленькая деревня, и это большое кладбище, и несоответствие между тем и другим — всё это, вместе взятое, потрясло душу Синцова. (13)От острого и болезненного чувства родной земли, которая где-то там, позади, уже истоптана немецкими сапогами и которая завтра может быть потеряна и здесь, разрывалось сердце. (14)То, что видел Синцов за последние два дня, говорило ему, что немцы могут прийти и сюда, но, однако, представить себе эту землю немецкой было невозможно. (15)Такое множество безвестных предков — дедов, прадедов и прапрадедов легло под этими крестами, один на другом, веками, что эта земля была своей вглубь на тысячу сажен и уже не могла, не имела права стать чужой.

(16)Никогда потом Синцов не испытывал такого изнурительного страха: что же будет дальше?! (17)Если всё так началось, то что же произойдёт со всем, что он любит, среди чего рос, ради чего жил: со страной, с народом, с армией, которую он привык считать непобедимой, с коммунизмом, который поклялись истребить эти фашисты, на седьмой день войны оказавшиеся между Минском и Борисовом?

(18)Он не был трусом, но, как и миллионы других людей, не был готов к тому, что произошло. (19)Болышая часть его жизни, как и жизни каждого из этих людей, прошла в лишениях, испытаниях, борьбе, поэтому, как выяснилось потом, страшная тяжесть первых дней войны не смогла раздавить его души, как не смогла раздавить и души других людей. (20)Но в первые дни эта тяжесть многим из них показалась нестерпимой, хотя они же сами потом и вытерпели её.

(По К. М. Симонову)

Война – это преступление против человечества. Сколько страданий и боли причинили людям кровопролитные события Великой Отечественной войны. Но что же помогло советским людям, невзирая на все тяготы, выстоять в эти страшные годы? К.М. Симонов поднимает в тексте проблему проявления жизненной стойкости и душевной силы солдат в военные годы.

Оба аргумента взаимосвязаны, дополняют друг друга и помогают раскрыть авторский замысел. Чувство долга и надежда на победу позволили молодым людям выстоять в тяжёлой борьбе и не дать страшным событиям раздавить их души.

Итогом размышлений писателя становится такая позиция: большая часть жизни каждого из советских людей прошла в лишениях, испытаниях, борьбе за светлое будущее страны, и это закалило их характеры. Именно поэтому нестерпимые тяготы войны были преодолены.

В заключение хочется сказать, что война нарушает привычный ход событий и лишает людей самого ценного, что у них есть. Но русский народ смог защитить родную землю благодаря чувству долга и искренней любви к Отечеству.

Читайте также:

Как написать декабрьское сочинение 2018

Человек без друга как птица без крыльев сочинение

Сочинение как я сдавал егэ

Вина мохк мазал мерза сочинение

Моя семья в истории села сочинение

Источник

Большое место в творчестве Бунина-поэта занимает пейзажная лирика. Любимое время суток – ночь. Именно ночью природа замирает, кажется волшебной, таинственной. У поэта много лирических стихотворений, передающих именно ночные впечатления.
Стихотворение «Крещенская ночь» наполнено яркими эпитетами, метафорами-олицетворениями. С помощью выразительных средств Бунину удается нарисовать застывшую картину зимней морозной ночи. Природа в его изображении живая, поэт часто использует олицетворения, чтобы подчеркнуть это:

Темный ельник снегами, как мехом,
Опушили седые морозы,
В блестках инея, точно в алмазах,
Задремали, склонившись, березы.
Неподвижно застыли их ветки,
А меж ними на снежное лоно,
Точно сквозь серебро кружевное,
Полный месяц глядит с небосклона.

Лесная сказка замерла, застыла, сравнения подчеркивают красоту и воздушность этого ночного пейзажа. Месяц, как живое существо, как божество, наблюдает за этой застывшей картиной.
Глаголы со значением действия здесь единицы: «шумели», «пробегают», «убегая», в основном они подчеркивают не динамику, а статичность: «убаюкала», «заснул», «спят»:
Спят таинственно стройные чащи,
Спят одетые снегом глубоким,
И поляны, и луг, и овраги,
Где когда-то шумели потоки.
Спокойствие, сон, окутавший лес, подчеркивается и другим повтором:
Тишина – даже ветка не хрустнет!
Тишина…

Однако дальше настроение меняется, лирического героя охватывает страх, приближение опасности:
А, быть может, за этим оврагом
Пробирается волк по сугробам
Осторожным и вкрадчивым шагом.
И возникает антитеза: «Тишина – а быть может он близко».
Тревожные образы и мечты не покидают лирического героя, повторы подчеркивают это:
Все мне чудится что-то живое,
Все как будто зверьки пробегают.

Тишина настораживает, потому что это не обычная ночь, а крещенская. В такую ночь возможны чудеса. Застывшая картина ночи для Бунина словно живая, и ее озаряет звезда:
На востоке, у трона господня,
Тихо блещет звезда, как живая.

Звезда – символ вечности, единения человека с Богом. В эту ночь лирический герой будто бы спрашивает Всевышнего: «Что готовит мне Судьба?». Последнее четверостишие вновь возвращает его в застывший зимний лес:
А над лесом все выше и выше
Всходит месяц – и в дивном покое
Замирает морозная полночь
И хрустальное царство лесное!

Восклицательное предложение подчеркивает настроение: лирический герой восхищен и «дивным покоем», и «хрустальным лесным царством». Это и есть основная мысль стихотворения, а тему определяет название.
Стихотворение написано трехстопным анапестом. Трехсложный размер всегда придает особенную выразительность, музыкальность.

В изображении природы Бунин близок к таким поэтам, как Фет и Жуковский. И Фету, и Бунину ближе ночная природа, с помощью ярких выразительных средств они изображают ее живой и одновременно застывшей, уснувшей. А тайна, недосказанность, причудливые образы роднят поэзию Бунина с поэтами-романтиками XIX века. У Жуковского с Буниным общие родственные корни, возможно, это также объединяет их творчество.
Кроме обилия выразительно-изобразительных средств, можно отметить и особое фонетическое оформление стихотворения – аллитерацию. Например, повторение шипящих звуков: «опушили», «неподвижно», «склонившись», «снежное», «кружевное» и свистящих: «снежное», «застыли», «небосклона» и т.д. Такое сочетание «ш», «ж» и «з», «с» передает тишину, спокойствие. Настроение тревожности подчеркивает звук «р»:

Пробирается волк по сугробам
Осторожным и вкрадчивым шагом.
В некоторых строках можно найти и ассонанс. Например, «Высоко он поднялся над лесом».
Звук «о» придает плавность, напевность, величественность. Песню вьюги подчеркивает гласный «у» («ю»): «Убаюкала вьюга седая…»
Фонетика, соединяясь с ритмом трехсложного размера, делает стиль Бунина неповторимым.

Мне очень понравилось это стихотворение. Богатое использование выразительных средств помогает читателю ярко представить красоту зимней ночи. Поэт это делает настолько живописно, что стихотворение напоминает полотно художника. «Искусство – это упорядоченная художником действительность, несущая на себе печать его темперамента, который проявляется в стиле», - это цитатой А. Моруа можно охарактеризовать все творчество И.А. Бунина.

С раннего детства будущего поэта отличали феноменальная наблюдательность, память, впечатлительность. Бунин сам писал о себе: "Зрение у меня было такое, что я видел все семь звезд в Плеядах, слухом за версту слышал свист сурка в вечернем поле, пьянел, обоняя запах ландыша или старой книги".

С младенчества он слышал из уст матери стихи. Портреты Жуковского и Пушкина в доме считались фамильными.

Первое стихотворение Бунин написал в возрасте восьми лет. В шестнадцать лет появилась его первая публикация в печати, а в восемнадцать, покинув обнищавшее имение, по словам матери, "с одним крестом на груди", он начал добывать хлеб литературным трудом.

Любопытно, что поэт умел находить большое в малом, радоваться любым проявлением жизни.
О счастье мы всегда лишь вспоминаем,
А счастье всюду. Может быть, оно
Вот этот сад осенний за сараем
И чистый воздух, льющийся в окно.

Бунин выработал свой собственный стиль в русле прочных классических традиций и стал признанным поэтом, достигнув мастерства прежде всего в пейзажной лирике, потому что его поэзия имеет прочную основу — "усадебную, полевую и лесную флору Орловщины", родной поэту среднерусской полосы. Этот край, по словам знаменитого поэта А. Твардовского, Бунин "воспринял и впитал в себя, и этот запах впечатлений детства и юности достался художнику на всю жизнь".
В бездонном небе легким белым краем
Встает, сияет облако. Давно
Слежу за ним... Мы мало видим, знаем,
А счастье только знающим дано.

За Буниным в дореволюционной критике закрепилась характеристика "певца оскудения и запустения дворянских гнезд", усадебной печали, осеннего увядания. Правда, его "печальные элегии" современники считали запоздалыми, так как Бунин родился почти через 10 лет после отмены крепостного права, а свое отношение к разрушению мира помещичьей усадьбы намного раньше выразили А. Гончаров, И. Тургенев и многие другие. Не став свидетелем жестоких крепостнических отношений, Бунин идеализирует прошлое и стремится показать единство помещика и мужика, их причастность к родной земле, национальному укладу, традициям.
Окно открыто. Пискнула и села
На подоконник птичка.
И от книг Усталый взгляд я отвожу на миг.

Путешествуя по разным странам и континентам, Бунин соприкасался с красотой мира, мудростью веков, культурой человечества. Его занимали философские, религиозные, нравственные, исторические вопросы. Писатель размышлял о мировой общечеловеческой душе, которую должен иметь, по его мнению, каждый художник независимо от национальности.
День вечереет, небо опустело,
Гул молотилки слышен на гумне...
Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.

По мнению А. Твардовского, Бунин, как никто другой, "обязан своим бесценным даром" России, родному орловскому краю, его природе. Еще совсем молодым в статье о поэте из народа, своем земляке И.В.Никитине, Бунин писал о русских поэтах: это "люди, крепко связанные со своей страной, со своей землей, получающие от нее мощь и крепость". Слова эти самым непосредственным образом можно отнести и к Бунину.

Естественна и органична была связь писателя с родиной, он, как Антей, чувствовал себя могучим и ощущал ее близость даже тогда, когда отправлялся за тридевять земель, зная, что непременно вернется на родину. И он возвращался, как вернулся и после смерти в эмиграции — своими стихами, своей прозой, своими книгами.

Многие считают его последователем Л. Толстого по воздействию на человека. Критики считают, что источником таланта Бунина была деревня и природа. Деревня, где герои Бунина до последней капли отдают себя детям, людям, родной земле, противопоставляется беззаконию коллективизации на покинутой Родине, разоренному колхозному хозяйству. В повествовании всегда утверждается не важность событий, а их философский смысл, тема навеяна самой жизнью.

Первые публикации в печати появились в 1887 году, когда Бунину было 17 лет. По молодости они были слишком интимными стихами, как писали критики. Как у всех молодых авторов наблюдается в стихах подражательство, особенно Жуковскому. Но
их отличало авторское раздумье и емкость короткой мысли. Для стихов характерна тютчевская пейзажная лирика. Поэзия Бунина отличается высокой насыщенностью образами природы. Это свойство принципиально важно для стихотворений Бунина.
Посредством образов природы, ее теплого дыхания, божественной красоты, величия объясняется гармония мироощущения лирического героя, безусловное принятие мира и всего, что в нем происходит.

Например, в стихотворении «Вечер» 1909 года:
В бездонном небе легким белым краем
Встает, сияет облако. Давно
Слежу за ним... Мы мало видим, знаем,
А счастье только знающим дано.

Поражает не только знание природы, красота которой неподвластна человеческому пониманию, но и наблюдательность поэта.
Для достижения большего воздействия на душу читателя поэт использует нарушение ритма стиха и рифмы:

День вечереет, небо опустело.
Гул молотилки слышен на гумне...
Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.

Все-таки у Бунина нигде не встретишь декадентских завихрений, характерных для этих и более поздних лет. Слишком велики были поэтические фигуры прошлого, которых он считал учителями. Это стихотворение «Вечер» - о счастье. Оказывается – это сама природа, ее понимание, умение увидеть великое в малом:

А счастье всюду. Может быть, оно -
Вот этот сад осенний за сараем
И чистый воздух, льющийся в окно.

Этим стихотворением поэт призывает беречь природу, даже самую малую частицу:
Окно открыто. Пискнула и села
На подоконник птичка. И от книг
Усталый взгляд я отвожу на миг.

Основные качества стиха - простота и ясность, искренность и вдумчивость. Почерк Бунина-поэта - чеканный, четкий, рисунок - сжатый и сосредоточенный, манера - сдержанная, почти холодная. Его темы, язык, способы рифмовки лишены примет их резкого обновления, предпринятого символистами. "На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое",- писал Ю. Айхенвальд. Но было в ее строе и свое, особенное - миф о гармонии в природе, элегическая печаль об уходящей усадебной жизни; аромат знаменитых бунинских "антоновских яблок" веял и в поэтической строке. Как бы в противовес всеобъемлющим трагическим предчувствиям символистов, в противовес порой и своей собственной прозе, в стихах Бунин поет красоту, покой. Иван Алексеевич писал о себе: "Я всё-таки... прежде всего поэт. Поэт! А уж потом только прозаик". Бунин бесконечно любил природу, чувствовал органическую связь с ней. Позже А.А. Блок скажет: «Так знать и любить природу, как умеет Бунин, — мало кто !

умеет. Благодаря этой любви поэт смотрит зорко и далеко, и красочные и слуховые его впечатления богаты. Мир его - по преимуществу — мир зрительных и слуховых впечатлений и связанных с ними переживаний».

Ну а если Вы все-таки не нашли своё сочинение, воспользуйтесь поиском
В нашей базе свыше 20 тысяч сочинений

Сохранить сочинение:

Сочинение по вашей теме Пейзажная лирика у Бунина. Поищите еще с сайта похожие.

Источник

Айхенвальд отмечает: «На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое. Она продолжает вечную пушкинскую традицию и в своих чистых и строгих очертаниях дает образец благородства и простоты… , его почерк самый четкий в современной литературе, его рисунок сжатый и сосредоточенный». Критик дает оценку «спокойной» поэзии Бунина, которой «послушны и нежные, и стальные слова»: она «не горит и не жжет», это «поэзия опустелой комнаты, грустящего балкона, одинокой залы». Достоинством бунинской лирики, по мнению Айхенвальда, является то, что автор «не боится прозы, для него нормально сравнить крылья скользящих чаек с белой яичной скорлупой», «не боится старых ценностей мира… не стесняется петь то, что, воспевали уже многие», «не навязывает природе своих душевных состояний… своего лиризма не расточает понапрасну».

Айхенвальд подробно анализирует бунинскую философию: «из одиноких страданий личности выводит Бунин мысль о вечности красоты, о связи времен и миров». «Бунин верит солнцу… он знает, что неиссякаемы родники вселенной и неугасима лампада человеческой души». Как многие критики, Айхенвальд замечает, что «Бунин с удивительным искусством возводит прозу в сан поэзии», представляя нам «естественный отбор событий, единственно необходимый — большая редкость в литературе». Особое внимание уделяет критик анализу повести «Деревня»: «он кошмарной пеленою расстилает перед нами деревню, ее ужасающую нищету, грязь, душевную и физическую скверну, рабство, безмерную жестокость, но…

сквозь поруганную, оскверненную человечность опять светится оправдание добра. Бунин представляется Айхенвальду «одной из разновидностей кающегося дворянина», «потомком виноватых предков», который «тем больнее сделает самому себе, чем сильнее заклеймит рабье лицо современной деревни».

Статье Айхенвальда присущи парадоксальность оценок, художественное чутье, оригинальность и яркость стиля (вот как, например, он характеризует рассказ «Господин из Сан-Франциско»: «каскад словесных черных бриллиантов», «желанно-тяжелые, как спелые колосья, фразы», «драгоценнейшая парча»). В. В. Боровский Много писали о Бунине и критики общедемократического направления.

В. В. Боровский, последовательно отстаивавший принципы реализма, отмечает неспособность писателя ориентироваться в политической ситуации, оторванность его от общественной борьбы.

В статье «Литературные наброски» (Мысль, 1911, № 4), посвященной анализу «Деревни», Боровский заявляет, что странно, когда «утонченный поэт» пишет «такую архиреальную, грубую, пахнущую перегноем и прелыми лаптями вещь». Воровскому «интересно посмотреть, какою кажется деревня поэту мирному, чуждому политических интересов, но чуткому и… искреннему».

Критик упрекает Бунина в пессимизме («безотрадна картина жизни деревни… даже в моменты наивысшего подъема общественной борьбы») и в том, что он не увидел «новую деревню», дал «неполную и одностороннюю картину»: «нарождение нового… ускользало из поля его художественного зрения». В.

Ф. Ходасевич Один из лучших поэтов и критиков русского зарубежья, В. Ф. Ходасевич (статьи «О поэзии Бунина», «Бунин. Собрание сочинений»), считал, что «эмиграция сделала Бунина своим любимцем», что «ранние поэтические шаги Бунина» совпали «с началом символизма»;«символисты до последней минуты считали Бунина своим», однако «разрыв последовал очень скоро». Причину разрыва Бунина с символизмом Ходасевич видит в том, что в сравнении с символистами Бунин как бы «ставит форму на место»: он снижает ее роль, урезывает ее права…

его форма, конечно, безукоризненна… благородна и сдержанна», что «спасает Бунина от дешевых эффектов». «Символист — создатель своего пейзажа… Бунин смиреннее и целомудренней: он хочет быть созерцателем».

Критик отмечает и сдержанность Бунина-поэта: «из своей лирики Бунин изгнал сильнейший фермент лиризма. Это и есть причина того, что Бунина называют холодным». Анализируя бунинские рассказы, критик выделяет в качестве « предмета бунинского наблюдения » « непостижимые законы мира»: «У символистов человек собою определяет мир и пересоздает его, у Бунина мир «властвует над человеком», «философия Бунина» — «смотрите и переживите». Ф.

А. Степун Известный философ русского зарубежья Ф. А.

Степун посвятил творчеству Бунина статью «По поводу «Митиной любви», где дал обобщенную характеристику прозы писателя, сравнивая ее с произведениями классиков и современников: «рассказы Бунина — не в себе законченные миниатюры, а художественно выломанные фрагменты из какой-то очень большой вещи». «Бунин никогда не навязывает себя своим читателям», «бунинская проза — Священное писание самой жизни», «бунинские описания… воспринимаются… всеми пятью чувствами». Степун точно подмечает, что отношение, в которое Бунин «ставит природу и человека», не похоже на привычное в русской литературе, когда «природа аккомпанирует человеческим переживаниям» — «у Бунина не природа живет в человеке, а человек в природе». Анализируя повесть «Митина любовь», критик очень точно определяет суть трагедии героя: «Бунин вскрывает трагедию всякой человеческой любви, проистекающую из космического положения человека, как существа, поставленного между двумя мирами».

«С потрясающей силой раскрыта Буниным жуткая, зловещая, враждебная человеку дьвольская стихия пола», «Бунин показывает, как музыка пола приводит Митю ко греху и смерти». Значение «Митиной любви» совсем не только в том, что в ней мастерски рассказана несчастная любовь запутавшегося в своих чувствах гимназиста, но в том, что проблема Митиного несчастья включена Буниным в трагическую «проблематику всякой человеческой любви». В.

Д. Набоков Интересна краткая и выразительная рецензия на сборник стихотворений Бунина, написанная В. Набоковым.

Он отмечает, что «ныне среди так называемой читающей публики», предпочитающей советских поэтов, «стихи Бунина не в чести», но это «лучшее, что было создано русской музой за несколько десятилетий»: «музыка и мысль в бунинских стихах сливается в одно», «это есть до муки острое, до обморока томное желание выразить в словах то неизъяснимое, таинственное, гармоническое, что входит в широкое понятие прекрасного». Набоков, обычно предпочитавший «выуживать» из виршей поэтов «смешные ошибки, чудовищные ударенья, дурные рифмы», считает, что у Бунина «все прекрасно, все равномерно», «всеми размерами; всеми видами стиха владеет изумительно». Ценно для Набокова «необыкновенное зрение Бунина», который «примечает грань черной тени на освещенной луной улице, особую густоту синевы сквозь листву».

Г. В. Адамович В «Воспоминаниях» Г. Адамовича описываются его встречи с Буниным, взаимоотношения с поэтами-символистами, жизнь Бунина во время второй мировой войны. Адамович рассуждает о религиозности Бунина: «Он уважал православную церковь, он ценил красоту церковных обрядов. Но не более того. Истинная религиозность была ему чужда».

«С величавой простотой и величавым спокойствием он жил чуть-чуть в стороне от шумного, суетливого и самонадеянного века, недоверчиво на него поглядывая и все больше уходя в себя. Он был символом связи с прошлым… как с миром, где… красота была красотой, добро — добром, природа — природой, искусство — искусством».

Б.К. Зайцев:
«…Из-под его пера выходят шедевры художественной прозы, в которых беспощадная правда изобразительности, внутренне напряжённой, внешне бесстрастной, сочетается с недосягаемым совершенством формы. И тут надо отметить одно обстоятельство, весьма примечательное. Если в стихах Бунина… постепенно стирается грань между поэзией и прозой в том смысле, что поэзия в стихах Бунина приобретает всё больше характер не внешне-зву-чальный, а смысловой, то в прозе Бунина начинает наблюдаться движение, так сказать, встречное: проза Бунина всё более и более обретает музыкальный характер, в каком-то совершенно особом смысле. Нельзя сказать, чтобы проза Бунина приобрела какое бы то ни было внешнее сходство со стихами или музыкой — нет. Но в ней появляется свой собственный внутренний ритм и своя собственная чисто музыкальная логика. Не случайно и то, что Бунин именно с этого времени приобретает способность непогрешимой архитектурной композиции своих поэтических произведений — тот “дар построения, ритма и синтеза”, который проницательно отметил в Бунине французский писатель Рене Гиль — способность вообще редкую, а среди русских писателей не встречающуюся».

Ю.И. Айхенвалъд’:
«На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое. Она продолжает вечную пушкинскую традицию и в своих чистых и строгих очертаниях даёт образец благородства и простоты. Счастливо-старомодный и правоверный, автор не нуждается в “свободном стихе”; он чувствует себя привольно, ему не тесно во всех этих ямбах и хореях, которые нам отказало доброе старое время. Он принял наследство. Он не заботится о новых формах, так как ещё далеко не исчерпано прежнее, и для поэзии вовсе не ценны именно последние слова. И дорого в Бунине то, что он — только поэт. Он не теоретизирует, не причисляет себя сам ни к какой школе, нет у него теории словесности: он просто пишет прекрасные стихи. И пишет их тогда, когда у него есть что сказать и когда сказать хочется.

За его стихотворениями чувствуется ещё нечто другое, нечто большее: он сам.

Его строки — испытанного старинного чекана; его почерк — самый чёткий в современной литературе; его рисунок — сжатый и сосредоточенный. Бунин черпает из невозмущённого кастальско-го ключа. И с внутренней и с внешней стороны его лучшие стихи как раз вовремя уклоняются от прозы (иногда он уклониться не успевает); скорее, он прозу делает поэтичной, скорее, он её побеждает и претворяет в стихи, чем творит стихи, как нечто от неё отличное и особое. У него стих как бы потерял свою самостоятельность, свою оторванность от обыденной речи, но через это не опошлился. Бунин часто ломает свою строку посредине, кончает предложение там, где не кончился стих; но зато в результате возникает нечто естественное и живое, и нерасторжимая цельность нашего слова не приносится в жертву версификации. Не в осуждение, а в большую похвалу ему надо сказать, что даже рифмованные стихи его производят впечатление белых: так не кичится он рифмою, хотя и владеет ею смело и своеобразно, — только не она центр красоты в его художестве».

К.Г. Паустовский:
«Срединная наша Россия предстает у Бунина в прелести серых деньков, покое полей, дождях и туманах, и норой — бледной лучезарности, в тлеющих широких закатах. Здесь уместно будет сказать, что у Бунина было редкое и безошибочное ощущение красок и освещения. Мир состоит из великого множества соединений красок и света. И тот, кто легко и точно улавливает эти соединения, — счастливейший человек, особенно если он художник или писатель.

В этом смысле Бунин был очень счастливым писателем. С одинаковой зоркостью он видел всё — и среднерусское лето, и пасмурную зиму, и “скудные, свинцовые, спокойные дни поздней осени”, и море, “которое из-за диких лесистых холмов вдруг глянуло на меня всей своей тёмной громадной пустыней”…

В области русского языка Бунин был мастером непревзойдённым. Из необъятного числа русских слов он безошибочно выбирал для каждого своего рассказа слова наиболее живописные, наиболее сильные, связанные какой-то незримой и почти таинственной связью с повествованием и единственно для этого повествования необходимые».

О.Н. Михайлов:
«Своеобразие Бунина — архаиста и новатора, новореалиста — раскрывается в ех’о любовной лирике. Принадлежавшая своим эмоциональным строем XX веку, она трагедийна, в ней вызов и протест против несовершенства мира и самых его основ, тяжба с природою и вечностью в требовании идеального, бескомпромиссного чувства. Красота “мира стремится вперед”, она порождает любовь — страсть, совершающую прорыв в одиночестве и одновременно приближающую роковые силы смерти. В конечном счёте любовь не спасает от одиночества. Исчерпав “земные” возможности, она свергает героя в состояние спокойного отчаяния».

Ю. Мальцева:
«Рассказ “Господин из Сан-Франциско” многие критики считают самым совершенным из всех, написанных Буниным до революции. Действительно, техника письма достигает здесь виртуозного блеска. Выразительность деталей и точность языка поразительны. Но чего не отметил никто из критиков — это абсолютного и необычного для Бунина отсутствия поэзии. От виртуозного блеска “Господина из Сан-Франциско” веет холодом ужаса».

Как многие критики, Айхенвальд замечает, что «Бунин с удивительным искусством возводит прозу в сан поэзии», представляя нам «естественный отбор событий, единственно необходимый — большая редкость в литературе». Особое внимание уделяет критик анализу повести «Деревня»: «он кошмарной пеленою расстилает перед нами деревню, ее ужасающую нищету, грязь, душевную и физическую скверну, рабство, безмерную жестокость, но… сквозь поруганную, оскверненную человечность опять светится оправдание добра. Бунин представляется Айхенвальду «одной из разновидностей кающегося дворянина», «потомком виноватых предков», который «тем больнее сделает самому себе, чем сильнее заклеймит рабье лицо современной деревни».

В. В. Боровский

Много писали о Бунине и критики общедемократического направления. В. В. Боровский, последовательно отстаивавший принципы реализма, отмечает неспособность писателя ориентироваться в политической ситуации, оторванность его от общественной борьбы. В статье «Литературные наброски» (Мысль, 1911, № 4), посвященной анализу «Деревни», Боровский заявляет, что странно, когда «утонченный поэт» пишет «такую архиреальную, грубую, пахнущую перегноем и прелыми лаптями вещь». Воровскому «интересно посмотреть, какою кажется деревня поэту мирному, чуждому политических интересов, но чуткому и… искреннему». Критик упрекает Бунина в пессимизме («безотрадна картина жизни деревни… даже в моменты наивысшего подъема общественной борьбы») и в том, что он не увидел «новую деревню», дал «неполную и одностороннюю картину»: «нарождение нового… ускользало из поля его художественного зрения».

В. Ф. Ходасевич

Один из лучших поэтов и критиков русского зарубежья, В. Ф. Ходасевич (статьи «О поэзии Бунина», «Бунин. Собрание сочинений»), считал, что «эмиграция сделала Бунина своим любимцем», что «ранние поэтические шаги Бунина» совпали «с началом символизма»;«символисты до последней минуты считали Бунина своим», однако «разрыв последовал очень скоро». Причину разрыва Бунина с символизмом Ходасевич видит в том, что в сравнении с символистами Бунин как бы «ставит форму на место»: он снижает ее роль, урезывает ее права… его форма, конечно, безукоризненна… благородна и сдержанна», что «спасает Бунина от дешевых эффектов». «Символист — создатель своего пейзажа… Бунин смиреннее и целомудренней: он хочет быть созерцателем».

Ф. А. Степун

Известный философ русского зарубежья Ф. А. Степун посвятил творчеству Бунина статью «По поводу «Митиной любви», где дал обобщенную характеристику прозы писателя, сравнивая ее с произведениями классиков и современников: «рассказы Бунина — не в себе законченные миниатюры, а художественно выломанные фрагменты из какой-то очень большой вещи». «Бунин никогда не навязывает себя своим читателям», «бунинская проза — Священное писание самой жизни», «бунинские описания… воспринимаются… всеми пятью чувствами». Степун точно подмечает, что отношение, в которое Бунин «ставит природу и человека», не похоже на привычное в русской литературе, когда «природа аккомпанирует человеческим переживаниям» — «у Бунина не природа живет в человеке, а человек в природе».

Анализируя повесть «Митина любовь», критик очень точно определяет суть трагедии героя: «Бунин вскрывает трагедию всякой человеческой любви, проистекающую из космического положения человека, как существа, поставленного между двумя мирами». «С потрясающей силой раскрыта Буниным жуткая, зловещая, враждебная человеку дьвольская стихия пола», «Бунин показывает, как музыка пола приводит Митю ко греху и смерти». Значение «Митиной любви» совсем не только в том, что в ней мастерски рассказана несчастная любовь запутавшегося в своих чувствах гимназиста, но в том, что проблема Митиного несчастья включена Буниным в трагическую «проблематику всякой человеческой любви».

В. Д. Набоков

Интересна краткая и выразительная рецензия на сборник стихотворений Бунина, написанная В. Набоковым. Он отмечает, что «ныне среди так называемой читающей публики», предпочитающей советских поэтов, «стихи Бунина не в чести», но это «лучшее, что было создано русской музой за несколько десятилетий»: «музыка и мысль в бунинских стихах сливается в одно», «это есть до муки острое, до обморока томное желание выразить в словах то неизъяснимое, таинственное, гармоническое, что входит в широкое понятие прекрасного». Набоков, обычно предпочитавший «выуживать» из виршей поэтов «смешные ошибки, чудовищные ударенья, дурные рифмы», считает, что у Бунина «все прекрасно, все равномерно», «всеми размерами; всеми видами стиха владеет изумительно». Ценно для Набокова «необыкновенное зрение Бунина», который «примечает грань черной тени на освещенной луной улице, особую густоту синевы сквозь листву».

Г. В. Адамович

В «Воспоминаниях» Г. Адамовича описываются его встречи с Буниным, взаимоотношения с поэтами-символистами, жизнь Бунина во время второй мировой войны. Адамович рассуждает о религиозности Бунина: «Он уважал православную церковь, он ценил красоту церковных обрядов. Но не более того. Истинная религиозность была ему чужда». «С величавой простотой и величавым спокойствием он жил чуть-чуть в стороне от шумного, суетливого и самонадеянного века, недоверчиво на него поглядывая и все больше уходя в себя. Он был символом связи с прошлым… как с миром, где… красота была красотой, добро — добром, природа — природой, искусство — искусством».

Нужно скачать сочиненение?
Жми и сохраняй — » Творчество Бунина в критике . И в закладках появилось готовое сочинение.

О БУНИНЕ

В творческом «пути» Бунина есть одно достойное внимание обстоятельство: это единственный из настоящих писателей послечеховского поколения, оставшийся вполне чуждым и даже враждебным тому позднеромантическому вихрю, который пронесся в нашей литературе в последнюю четверть века и который был назван декадентством, модернизмом и многими другими, столь же условными именами.

Бунин сам насмешливо вспоминает, что Брюсов как-то сказал о нем:

– Бунин, хотя и не символист, но все-таки настоящий поэт.

Эти «хотя» и «все-таки» казались ему признанием узости взгляда. Но по-брюсовски относилась к нему вся та группа русского искусства, которая лет двадцать пять назад объединилась вокруг «Мира Искусства», «Скорпиона» и впоследствии «Весов», начала борьбу за власть и влияние и вскоре вышла в этой борьбе победительницей. Как всегда в искусстве, она была нетерпима. Ей казались отсталыми все, кто не сочувствовал ей. Надо быть справедливыми: основания к этому у «декадентов» были.

Еще и теперь, читая брюсовские предисловия к его ранним сборникам или статьи и заметки Ив. Коневского, нельзя не поддаться очарования: действительно кажется, что это были коротко промелькнувшие годы каких-то безотчетных надежд, безотчетных предчувствий, действительно понимаешь головокружение и прерывистость дыхания у людей, вдруг заменивших традиции «общественности» и «борьбы за идеалы» перспективами всемирными и вечночеловеческими. И сочувствие это не уничтожается даже тем, что сейчас все позиции модернизма сданы, что мы знаем, как пусты оказались его выкрики и как бледно наследство.

Есть какое-то величие в этом общем и неудержимом устремлении к «последним тайнам» на перегоне двух столетий, в перекличке далеких друг от друга голосов, как есть грандиозная поэзия в восхождении строителя Сольпеса на башню – лубочнейшем, в сущности, и грубейшем образе.

На современников все это должно было действовать неотразимо.

Я думаю, что брюсовское замечание «хотя и не символист» не столько отражало литературно-партийную узость, сколько недоумением перед равнодушием поэта к мерещившимся ему перспективам.

Но прошла четверть века. Все стало прахом, что казалось небывалыми художественными открытиями, и только то уцелело и бессмертно, что – как «Сольпес» – согрето и спасено внутренним жаром как бы мотивирующим форму, всегда понятным и всегда заразительным. Формы же, выдуманные ради них самих, оказались явно мертворожденными и погребли под своею пылью «остатки мысли и обломки чувства».

Писать мы будем все-таки как Лев Толстой, а не как Леонид Андреев.

Нельзя решить, сказалась ли в том, что Бунин остался в надменном и трезвом одиночестве среди разгула модернизма, его внутренняя сила или недостаток впечатлительности. Я опять повторю: не одни лишь слабые головы вскружило декадентство. Но теперь он может быть горд своей непоколебимостью. Его проза, даже среди самых «буйных» годов, ничего не потеряла в своей свежести. В ней нечему стареть. Его стихи, даже если помнить об их связи с Майковым и Голенищевым, с эпохой оскудения поэзии, все-таки лучше стихов почти всех его сверстников, именно благодаря отсутствию всяких «завоеваний»; они проще, суше, точнее, приятнее.

Бунин упрекает в близорукости критиков, нашедших в его даровании «что-то тургеневское, что-то чеховское». На Чехова он действительно похож мало. Тургенева же иногда напоминает более, чем какой-либо другой из наших писателей: есть «что-то тургеневское» в этом смешении помещика, любящего осеннюю охоту, самовар и беседы о земстве, с русским «эллинством», чуть-чуть брезгливым. От Тургенева же у Бунина и любовь к вещи, всегда стройная и ясная ее композиция.

Мастерство художника есть не что иное, как умение сказать именно то, что хотел сказать, – то что представилось в спокойные часы обдумывания, а не случайно отвлекло в пылу работы. Проза Бунина – образец настоящего мастерства. Ему всегда удается осуществить замысел. Порой он даже увлекается своим умением и как бы перегружает свои произведения достоинствами: таков знаменитый рассказ о «Господине из Сан-Франциско», почти мертвенный в своем совершенстве. Но чаще он с неистощимым разнообразием играет им, оставляя недоделанными одни куски, дорисовывая до мельчайших деталей другие.

Есть у Бунина короткий рассказ «Грамматика любви». Тема его не новая. При беглом чтении он может показаться искусной стилизацией, вроде картинок во вкусе 30-х годов. Но это одно из удивительнейших созданий русской прозы, печальное, нежное и блестящее.

Теперь в моде критические статьи на тему «как сделана» такая-то вещь. «Грамматика любви» дала бы много материала для такой работы.

О прекрасном языке Бунина много писалось. По этому поводу я позволю себе еще раз вспомнить имя Тургенева. Как Тургенев, Бунин чувствует равновесие в процессе творчества: он знает, что язык, как бы богат он ни был, не должен быть развит в ущерб композиции и замыслу, не должен затмевать их. Так платье не должно затмевать прелести человека.

Прекрасный язык Бунина никогда не отяжеляет его писаний, не «лезет вперед». Не на нем Бунин выезжает. У нас не так давно был канонизирован в «великие писатели» Лесков и даже считалось хорошим литературным тоном восхищаться им, причем всегда подчеркивая его язык. В этом, как и в увлечении лесковскими отпрысками, сказалась настоящая болезнь вкуса и взгляда. Одно качество, одна хотя бы и сильно развитая сторона дарования еще не «делают писателя». Эта односторонность только решительнее подчеркивает незначительность дарования. Что есть в Лескове великого и что такое его язык по сравнению с развенчанным языком у Тургенева, не говоря уж о Толстом? В «Дяде Ване», кажется, кто-то замечает, что если у женщины находят удивительные глаза или волосы, то она, наверно, некрасива. Едва ли все благополучно и у писателя, которого настойчиво превозносят за «удивительный» язык.

Бунин был признан в России знатоком народа и его жизни. Он беспристрастный – хотелось бы сказать, беспощадный, – его изобразитель. Его творчество могло бы служить иллюстрацией писем Чаадаева. Если он сам и отрицает это, то это едва ли кого-нибудь переубедит.

Тот читатель, который любит, закрыв книгу, задуматься о ней, иногда даже забыв детали ее содержания, найдет в повестях Бунина много пищи.

Что найдут в нем иностранцы, которые стали в последнее время усиленно переводить Бунина? Он их вероятно не поразит, как вообще не поражает их все наиболее русское и лучшее из русского.

Из книги
Литературные беседы. Книга первая
автора

Адамович Георгий Викторович

Из книги
Мир глазами фантастов. Рекомендательный библиографический справочник
автора

Горбунов Арнольд Матвеевич

ШАХ Георгий Хосроевич (Род. в 1924 г.)
Г. Шах — доктор юридических наук, журналист-международник, автор ряда научных и публицистических брошюр и книг — обратился к научной фантастике в 70-х гг. Затрагивая актуальные вопросы наших дней, он пишет о том, что одна «из наиболее

Из книги
Мысль, вооруженная рифмами [Поэтическая антология по истории русского стиха]
автора

Холшевников Владислав Евгеньевич

Абэ КОБО (Род. в 1924 г.)
Тревога и смятение людей в капиталистическом мире перед лицом сложных проблем настоящего и неуверенность в грядущем отражаются в произведениях одного из самых популярных в нашей стране японских писателей Абэ Кобо. Перу этого прозаика принадлежит

Из книги
Том 6. Статьи и рецензии. Далекие и близкие
автора

Брюсов Валерий Яковлевич

В. Я. Брюсов (1873–1924)
27. Творчество
Тень несозданных созданий
Колыхается во сне,
Словно лопасти латаний
На эмалевой стене.
Фиолетовые руки
На эмалевой стене
Полусонно чертят звуки
В звонко-звучной тишине.
И прозрачные киоски,
В звонко-звучной тишине,
Вырастают, словно

Из книги
Том 1. Философская эстетика 1920-х годов
автора

Бахтин Михаил Михайлович

Miscellanea. Статьи и рецензии 1913-1924

Из книги
Все произведения школьной программы по литературе в кратком изложении. 5-11 класс
автора

Пантелеева Е. В.

Из книги
Зарубежная литература XX века: практические занятия
автора

Коллектив авторов

Из книги
Западноевропейская литература ХХ века: учебное пособие
автора

Шервашидзе Вера Вахтанговна

Виктор Петрович Астафьев
(1924–2001)
«Васюткино озеро»
(Рассказ)
Пересказ
Это озеро не отыщешь ни на какой карте. Его нашел тринадцатилетний мальчишка и показал другим.Осенние дожди испортили воду, и поэтому бригаде рыбаков Григория Афанасьевича Щадрина пришлось уйти

Из книги
История русской литературы XX века. Том I. 1890-е годы – 1953 год [В авторской редакции]
автора

Петелин Виктор Васильевич

Франц Кафка
Franz Kafka
1883 – 1924
ГОЛОДАРЬ
EIN HUNGERKUNSTLER
1922/1924
Перевод С. Шлапоберской
Из книги
автора

5. Додумать не дай… (1924–1940)
Можно лишь гадать о том, почему в 1923 году умолкла муза поэта. Понять, почему она очнулась в 1938-м, легче. Пятнадцатилетний перерыв в творчестве зрелого поэта — наверное, не частый случай. Пока по необходимости бегло упомянем, чем были заняты эти 15

Из книги
автора

2. Личная встреча и после нее (1917–1924)
В июле 1917 года, когда Эренбург смог вернуться в Россию, первым поэтом, которого он навестил в Москве, был Брюсов. «Я шел к нему с двойным чувством, — пишет Эренбург в мемуарах „Люди, годы, жизнь“, — помнил его письма — он ведь

Из книги
автора

4. Сумерки свободы (1924–1932)
К концу 1923 года рай для русских эмигрантов в Берлине закончился — марка окрепла, и легко расплодившиеся русские издательства так же легко позакрывались; часть эмигрантов перебралась в Париж, часть в Прагу, часть вернулась в Москву. Берлин

Из книги
автора

Эпоха террора и революций 1881 – 1924

Из книги
автора

Советский ленинград 1924–1991

«Я никогда не мог смотреть на Ивана Алексеевича, говорить с ним, слушать его без щемящего чувства, что надо бы на него наглядеться, надо бы его наслушаться, — именно потому, что это один из последних лучей какого-то чудного русского дня…».

Г. Адамович

«…Интерес к Бунину, когда его не издавали, для большинства читателей был просто беспредметен. Вот так и я до войны Бунина не читал, ибо в Воронеже, где я жил тогда, Бунина достать было невозможно. Во всяком случае, его не было у тех людей, кого я знал.
Бунин — писатель огромного таланта, писатель русский, и, конечно же, в России у него должен быть большой читатель. Думаю, что читатель Бунина значительно превышает тиражи его книг.
По живописи, по чувству слова (а у Бунина оно поразительное) рассказы его, написанные в эмиграции, быть может, и не слабей прежних его вещей. Но как бы ни была важна эта сторона художественного творчества, главным всё-таки остается то, ради чего пишется вещь. А вот это главное во многих рассказах не представляется значительным (я имею в виду эмигрантский период).
Оказал ли Бунин на меня влияние? Мне кажется, нет. Но не уверен, так как я одно время определенно испытывал влияние Шолохова, а Шолохов, несомненно, испытал на себе сильное влияние Бунина. Но я это понял позже, когда Бунина прочел».

Г. Я. Бакланов, 1969 г.

«Бунин — явление редчайшее. В нашей литературе, по языку — это та вершина, выше которой никому не подняться.
Сила Бунина ещё и в том, что ему нельзя подражать. И если можно у него учиться, то только любви к родной земле, познанию природы, удивительной способности не повторять никого и не перепевать себя, — это ведь тоже относится к эмигрантскому периоду. И самое главное — люди, русские люди, которых он знал, любил, с которыми не расставался и отставил нам в наследство».

С. А. Воронин

«Выньте Бунина из русской литературы, и она потускнеет, лишится радужного блеска и звёздного сияния его одинокой страннической души».

М. Горький

«Тихая, мимолётная и всегда нежно-красивая грусть, грациозная, задумчивая любовь, меланхолическая, но лёгкая, ясная «печаль минувших дней» и, в особенности, таинственное очарование природы, прелесть её красок, цветов, запахов — вот главнейшие мотивы поэзии г. Бунина. И надо отдать справедливость талантливому поэту, он с редкой художественной тонкостью умеет своеобразными, ему одному свойственными приёмами передавать своё настроение, что заставляет впоследствии и читателя проникнуться этим настроением поэта и пережить, перечувствовать его».

А. И. Куприн

«Я вижу… вдохновлённую красоту Ваших рассказов, обновление Вашими усилиями русского искусства, которое Вы сумели обогатить ещё больше и формой, и содержанием».

Ромен Роллан

«Мастерство Бунина для нашей литературы чрезвычайно важный пример — как нужно обращаться с русским языком, как нужно видеть предмет и пластически изображать его. Мы учимся у него мастерству слова, образности и реализму».

А. Н. Толстой

«Проза Бунина не столько проза поэта, сколько проза художника — в ней чересчур много живописи».

Ю. В. Трифонов

«Наша великая литература, рожденная народом русским, породила нашего славного писателя, ныне нами приветствуемого, — И. А. Бунина. Он вышел из русских недр, он кровно, духовно связан с родимой землёй и родимым небом, с природой русской, — с просторами, с полями, далями, с русским солнцем и вольным ветром, со снегом и бездорожьем, с курными избами и барскими усадьбами, с сухими и звонкими проселками, с солнечными дождями, с бурями, с яблочными садами, с ригами, с грозами… — со всей красотой и богатством родной земли. Всё это — в нём, всё это впитано им, остро и крепко взято и влито в творчество — чудеснейшим инструментом, точным и мерным словом, — родной речью. Это слово вяжет его с духовными недрами народа, с родной литературой.
«Умейте же беречь…» Бунин сумел сберечь — и запечатлеть, нетленно. Вот кто подлинно собиратели России, её нетленного: наши писатели и между ними — Бунин, признанный и в чужих пределах, за дар чудесный.
Через нашу литературу, рождённую Россией, через Россией рождённого Бунина признается миром сама Россия, запечатлённая в письменах».

Б. К. Зайцев: «…Из-под его пера выходят шедевры художественной прозы, в которых беспощадная правда изобразительности, внутренне напряженной, внешне бесстрастной, сочетается с недосягаемым совершенством формы. И тут надо отметить одно обстоятельство, весьма примечательное. Если в стихах Бунина… постепенно стирается грань между поэзией и прозой в том смысле, что поэзия в стихах Бунина приобретает все больше характер не внешне-зву-чальный, а смысловой, то в прозе Бунина начинает наблюдаться движение, так сказать, встречное: проза Бунина

все более и более обретает музыкальный характер, в каком-то совершенно особом смысле. Нельзя сказать, чтобы проза Бунина приобрела какое бы то ни было внешнее сходство со стихами или музыкой — нет. Но в ней появляется свой собственный внутренний ритм и своя собственная чисто музыкальная логика. Не случайно и то, что Бунин именно с этого времени приобретает способность непогрешимой архитектурной композиции своих поэтических произведений — тот «дар построения, ритма и синтеза», который проницательно отметил в Бунине французский писатель Рене Гиль — способность вообще редкую, а среди русских писателей не встречающуюся».
Ю. И. Айхенвалъд’: «На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое. Она продолжает вечную пушкинскую традицию и в своих чистых и строгих очертаниях дает образец благородства и простоты. Счастливо-старомодный и правоверный, автор не нуждается в «свободном стихе»; он чувствует себя привольно, ему не тесно во всех этих ямбах и хореях, которые нам отказало доброе старое время. Он принял наследство. Он не заботится о новых формах, так как еще далеко не исчерпано прежнее, и для поэзии вовсе не ценны именно последние слова. И дорого в Бунине то, что он — только поэт. Он не теоретизирует, не причисляет себя сам ни к какой школе, нет у него теории словесности: он просто пишет прекрасные стихи. И пишет их тогда, когда у него есть что сказать и когда сказать хочется.
За его стихотворениями чувствуется еще нечто другое, нечто большее: он сам.
Его строки — испытанного старинного чекана; его почерк — самый четкий в современной литературе; его рисунок — сжатый и сосредоточенный. Бунин черпает из невозмущенного кастальско-го ключа. И с внутренней и с внешней стороны его лучшие стихи как раз вовремя уклоняются от прозы (иногда он уклониться не успевает); скорее, он прозу делает поэтичной, скорее, он ее побеждает и претворяет в стихи, чем творит стихи, как нечто от нее отличное и особое. У него стих как бы потерял свою самостоятельность, свою оторванность от обыденной речи, но через это не опошлился. Бунин часто ломает свою строку посредине, кончает предложение там, где не кончился стих; но зато в результате возникает нечто естественное и живое, и нерасторжимая цельность нашего слова не приносится в жертву версификации. Не в осуждение, а в большую похвалу ему надо сказать, что даже рифмованные стихи его производят впечатление белых: так не кичится он рифмою, хотя и владеет ею смело и своеобразно, — только не она центр красоты в его художестве».
К. Г. Паустовский: «Срединная наша Россия предстает у Бунина в прелести серых деньков, покое полей, дождях и туманах, и норой — бледной лучезарности, в тлеющих широких закатах. Здесь уместно будет сказать, что у Бунина было редкое и безошибочное ощущение красок и освещения. Мир состоит из великого множества соединений красок и света. И тот, кто легко и точно улавливает эти соединения, — счастливейший человек, особенно если он художник или писатель.
В этом смысле Бунин был очень счастливым писателем. С одинаковой зоркостью он видел все — и среднерусское лето, и пасмурную зиму, и «скудные, свинцовые, спокойные дни поздней осени», и море, «которое из-за диких лесистых холмов вдруг глянуло на меня всей своей темной громадной пустыней»…
В области русского языка Бунин был мастером непревзойденным. Из необъятного числа русских слов он безошибочно выбирал для каждого своего рассказа слова наиболее живописные, наиболее сильные, связанные какой-то незримой и почти таинственной связью с повествованием и единственно для этого повествования необходимые».
О. Н. Михайлов: «Своеобразие Бунина — архаиста и новатора, новореалиста — раскрывается в ех’о любовной лирике. Принадлежавшая своим эмоциональным строем XX веку, она трагедийна, в ней вызов и протест против несовершенства мира и самых его основ, тяжба с природою и вечностью в требовании идеального, бескомпромиссного чувства. Красота «мира стремится вперед», она порождает любовь — страсть, совершающую прорыв в одиночестве и одновременно приближающую роковые силы смерти. В конечном счете любовь не спасает от одиночества. Исчерпав «земные» возможности, она свергает героя в состояние спокойного отчаяния».
Ю. Мальцева: «Рассказ «Господин из Сан-Франциско» многие критики считают самым совершенным из всех, написанных Буниным до революции. Действительно, техника письма достигает здесь виртуозного блеска. Выразительность деталей и точность языка поразительны. Но чего не отметил никто из критиков — это абсолютного и необычного для Бунина отсутствия поэзии. От виртуозного блеска «Господина из Сан-Франциско» веет холодом ужаса».

Что такое красота сочинение рассуждение 15.3 огэ.
Творчество И. А. Бунина в критике и литературоведении

Categories: Биографии

I. Его стихотворения

На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое. Она продолжает вечную пушкинскую традицию и в своих чистых и строгих очертаниях дает образец благородства и простоты. Счастливо-старомодный и правоверный, автор не нуждается в «свободном стихе»; он чувствует себя привольно, ему не тесно во всех этих ямбах и хореях, которые нам отказало доброе старое время. Он принял наследство. Он не заботится о новых формах, так как еще далеко не исчерпано прежнее, и для поэзии вовсе не ценны именно последние слова. И дорого в Бунине то, что он – только поэт. Он не теоретизирует, не причисляет себя сам ни к какой школе, нет у него теории словесности: он просто пишет прекрасные стихи. И пишет их тогда, когда у него есть что сказать и когда сказать хочется. За его стихотворениями чувствуется еще нечто другое, нечто большее: он сам. У него есть за стихами, за душой.

Его строки – испытанного старинного чекана; его почерк – самый четкий в современной литературе; его рисунок – сжатый и сосредоточенный. Бунин черпает из невозмущенного Кастальского ключа. И с внутренней и с внешней стороны его лучшие стихи как раз вовремя уклоняются от прозы (иногда он уклониться не успевает); скорее он прозу делает поэтичной, скорее он ее побеждает и претворяет в стихи, чем творит стихи, как нечто от нее отличное и особое. У него стих как бы потерял свою самостоятельность, свою оторванность от обыденной речи, но через это не опошлился. Бунин часто ломает свою строку посредине, кончает предложение там, где не кончился стих; но зато в результате возникает нечто естественное и живое, и нерасторжимая цельность нашего слова не приносится в жертву версификации. Не в осуждение, а в большую похвалу ему надо сказать, что даже рифмованные стихи его, производят впечатление белых: так не кичится он рифмою, хотя и владеет ею смело и своеобразно, – только не она центр красоты в его художестве. Читая Бунина, мы убеждаемся, как много поэзии в нашей прозе и как обыкновенное сродни высокому. Из житейской будничности он извлекает красоту и умеет находить новые признаки старых предметов.

Он рассказывает себе поэзию своей жизни, ее микроскопию, ее отдельные настроения. Проникнутый духом честности, он не испытывает страха перед прозой, ложного стыда перед нею, и для него так нормально сравнить крылья скользящих чаек с белой яичной скорлупою, или назвать тучи лохматыми, или с помощью солнца в золото превратить грубую заплату ветряка. Поэтизируя факты, он не боится старых, но не стареющих ценностей мира, не стесняется петь то, на чем останавливались уже многие взоры, что воспевали уже многие чужие уста. Весна, ручей, восход, полдень, настойчивые песни соловьев, голуби, звезды его любимые, февраль, апрель, «золотой иконостас заката» – все это продолжает его вдохновлять, все это, казалось бы, исчерпанное его предшественниками на разных концах земли, дожидалось его, существует и для него, свежее и светлое, не ослабленное в своей первозданной чистоте. Правда, это же свойство Бунина делает более слабые из его стихотворений слишком бесспорными и прирожденно-хрестоматическими.

Поэт сдержанный, он не навязывает природе своих душевных состояний, он люби? ее за нее самое: ведь это совсем не обязательно, чтобы она непременно и всегда соответствовала чему-нибудь человеческому. Бунин не хочет сказать больше, чем есть: у него, правдивого, слова отвечают явлениям, и оттого ему веришь, в нем не сомневаешься. Бережный и целомудренный, классик жизни, он не выдумывает, не сочиняет и не вносит себя туда, где можно обойтись и без него. Когда он говорит о себе, то это является внутренней необходимостью, и слово ему принадлежит по праву.

Своего лиризма он не расточает понапрасну; вообще, он не словоохотлив. Нещедрыми словами рассказав о чем-нибудь важном или случайном, о том, что было в природе или в комнатах усадьбы, строгим очерком незаменимых линий передав какую-нибудь восточную легенду или притчу, он этим самым неизбежно и как бы не по собственной воле пробуждает у нас известное впечатление, теплое движение сердца.

Он рисует факты, а из них уже сама, органически, рождается красота. И можно ее назвать белой, потому что это – его любимый цвет; эпитеты «белый, серебряный, серебристый» часто слышатся на его светлых страницах. Не только на окне его, «серебряном от инея, точно хризантемы расцвели», но и вообще его типичные стихотворения словно подернуты инеем, и они иногда вызывают представление как раз о тех пленительных узорах, которые выводит на стекле наш русский пейзажист-мороз, и они звенят иногда, как хрустальные подвески той люстры, о которой не раз поминает Бунин в своих стихах.

У него – поэзия спокойная, без исключительности, без событий. У него – жизнь медленная и матовая. Сердце его уже стало «трезвей и холодней», и его тронули уже первые заморозки жизни. Он порою сам напоминает «сон-цветок» своего стихотворения: «он – живой, но сухой». Это сочетание жизненности и сухости в результате приводит Бунина к стихии серьезной и вдумчивой. Не горит и не жжет его поэзия, нет в ней пафоса, но зато присуща ей сила искренности и правды. Так характерно для него, что ему пришлось отвесить своей возлюбленной только «сдержанный поклон», между тем как страстно хотел он к ней «хоть раз, только раз прильнуть всем сердцем, в этот ранний, в этот сладкий час». У него есть великое и трудное самообладание; но это не равнодушие к любви – напротив, он упоенно ждет ее и знает, как она страшна, и жутка, и требовательна в самом счастье своем:

О, будут, будут жуткие мгновенья!

И свежесть влажных кос, и сладость юных уст

Я буду, буду пить! Живу надеждой страстной

Всю душу взять твою – и все отдать тебе!

Общая успокоенность, светлая осень, когда рассыпается не только «чертог из янтаря», но и самая жизнь, и с застывшей печалью в лице приходит к фонтану девушка, влача по листьям спущенную шаль, и убегают дни, которым «ничего не жаль», – этот осенний дух бунинской поэзии как-то не позволяет говорить о том, какие чувства в ней преобладают, что по преимуществу движет ее уверенную, но замедленную поступь. В этой поэзии, как и в осени, вообще нет преобладания.

Он согласен чистому образу новобрачной петь эпиталаму, только еще более украшенную и углубленную сближением свадьбы и смерти:

Восприми же в час урочный

Юной жизни торжество!

Будь любимой, непорочной:

Близок мертвый час полночный,

Близок сон и мрак его.

Сохрани убор венчальный,

Сохрани цветы твои:

В жизни краткой и печальной

Светит только безначальный,

Непорочный свет любви!

Но в то же время, таинство брака склоняя перед высшим таинством любви, он торжествует свою беззаконную победу:

Ты чужая, но любишь,

Любишь только меня.

Ты меня не забудешь

До последнего дня.

Ты покорно и скромно

Шла за ним от венца,

Но лицо ты склонила

Он не видел лица…

Он поет и бурную любовь, и ласковую тишину ее, и в одном и том же стихотворении горит и страсть и слышно тихое веяние братской нежности:

В поздний час мы были с нею в поле.

Я дрожа касался нежных губ.

«Я хочу объятия до боли,

Будь со мной безжалостен и груб».

У томясь, она просила нежно:

«Убаюкай, дай мне отдохнуть!

Не целуй так крепко и мятежно,

Положи мне голову на грудь».

Звезды тихо искрились над нами,

Тонко пахло свежестью росы.

Ласково касался я устами

До горячих щек и до косы.

И она забылась. Раз проснулась,

Как дитя вздохнула в полусне,

Но, взглянувши, слабо улыбнулась

И опять прижалася ко мне.

Ночь царила долго в темном поле.

Долго милый сон я охранял…

А потом на золотом престоле,

На востоке тихо засиял

Новый день, – в полях прохладно стало

Я ее тихонько разбудил

И в степи, сверкающей и алой,

По росе до дому проводил.

В виду все той же осенней ослабленности и успокоенности немолодого сердца нельзя сказать, чтобы автор даже природу патетически любил; он ее попросту замечает, поэтически констатирует ее великий факт, и со своей палитры берет для нее верные краски и оттенки: «день прохладный и пустой», розовеющий пепел небосклона, солнечные палаты бора – и даже сон воспоминания, его даль, для него синеет. Он – высокий мастер пейзажа, изобразитель природы. Как много зелени у него, дыхания русской деревни, как много полей, ржи, сенокоса; какие сладкие пары несутся от его хлебных нив! Хотя он сам (как-то вяло и прозаически) говорит, что «не пейзаж его влечет, не краски жадный взор подметит, а то, что в этих красках светит – любовь и радость бытия», но это – только неудачный комментарий к собственному художественному тексту, необязательная для нас выноска к поэтической странице. На самом деле он больше всего привержен именно к пейзажу, и благодарна ему осень, что он – несравненный поэт листопада, когда

Лес, точно терем расписной,

Лиловый, золотой, багряный,

Веселой, пестрою стеной

Стоит над светлою поляной.

Бунину не следует отрекаться от этой мощи своей, как живописца, потому что ею он нисколько не ослабляет своей и чужой настроенности. Тем больше его заслуга, что, как мы уже сказали, он себя природе не навязывает, и все-таки невольно, от прикосновения его осторожной и безошибочной кисти, обнаруживается естественная связь между явлением пейзажа и душою поэта, между бесстрастной жизнью природы и сердцем человеческим. И вот звезда похожа на проснувшегося ребенка:

И как ребенок после сна,

Дрожит звезда в огне денницы,

А ветер дует ей в ресницы,

Чтоб не закрыла их она.

Или:

Над озером, над заводью лесной —

Нарядная зеленая береза. —

«О, девушки! Как холодно весной!

Я вся дрожу от ветра и мороза», —

в родственном сближении обращается природа к заступничеству людей, всех этих девушек, как и береза, берегущих свои «зеленые ленты».

Или, в протяжных напевах вальса, для той, чьи «похолодели лепестки раскрытых губ»,

Сиянье люстр и зыбь зеркал

Слились в один мираж хрустальный —

И веет, веет ветер бальный

Теплом душистых опахал.

И первая любовь так сочетается с этим воспоминанием о дожде, который промчался, «стеклянный, редкий и ядреный»:

Едва лишь добежим до чащи,

Все стихнет… О, росистый куст!

О, взор, счастливый и блестящий,

И холодок покорных уст!

Теперь замедленное сердце поэта скупо на умиление – тем дороже, когда последнее все-таки возникает в благодатной неизбежности своей и растопляет всякий лед, всякое отчуждение. И вот мы читаем:

В лесу, в горе – родник живой и звонкий,

Над родником – старинный голубец

С лубочной почерневшею иконкой,

А в роднике – березовый корец.

Я не люблю, о Русь, твоей несмелой

Тысячелетней, рабской нищеты.

Но этот крест, но этот ковшик белый…

Смиренные, родимые черты!..

«Я не люблю»… Но здесь разве можно не полюбить? У Бунина чувство не спешит, зато оно глубоко, когда приходит, когда люди или природа наконец вырвут его, созревшее, из труднопроницаемой груди.

Преобладания нет в его поэзии, но «сон-цветок», но желтый донник засухи, но листопады в природе и в жизни не могут породить колорита грусти – и вот они накидывают на его стихотворения дымку сдержанной, благородной меланхолии. Он тогда грустит, когда нельзя уже не грустить, когда без спора законны все эти чувства. Кто-то разлюбил его, кто-то покинул, и не от кого ждать депеш…

Скоро Троицын день, скоро песни, венки и покосы…

Все цветет и поет, молодые надежды тая…

О, весенние зори и теплые майские росы!

О, далекая юность моя!

Но он счастлив тем, радостно ему от того, что он еще может вспоминать о дали, тосковать по юной весне своей: ведь приходит пора, та последняя пора, когда уже и не жалеешь об утраченной молодости, – последняя, равнодушная старость…

«Улыбнись мне», обмани меня, просит он уходящую женщину; и она, может быть, даст ему «ласку прощанья» и все-таки уйдет, и он останется один. Не будет отчаянья, не будет самоубийства – только осень сделается еще пустыннее:

И мне больно глядеть одному

В предвечернюю серую тьму.

…………………………….

Что ж! Камин затоплю, буду пить,

Хорошо бы собаку купить.

И может быть, самая неразделенность любви уже ослабляет муку одиночества. Главное – любить самому, желать этой убегающей прелестной Веснянки. И с другой стороны, чтобы зародилась грусть, вовсе не нужна какая-нибудь личная катастрофа: довольно и того, что жизнь в самом процессе своем – нечто оскудевающее, какое-то неодолимое запустение. «Эта горница была когда-то нашей детской», а теперь нет уже мамы, нет ели, посаженной отцом, и теперь никто уже не отзовется на «безумную тоску» взрослого, слишком взрослого; и весь дом, вся покинутая и осиротевшая усадьба представляют собою разоренное гнездо, и ей самой невыносимо слушать, как мертвый маятник в долгие осенние ночи поет ей свою гнетущую отходную. Дворянское гнездо, тургеневское начало, которого так много в стихотворениях Бунина, отдало им всю поэзию своего элегизма – поэзию опустелой комнаты, грустящего балкона, одинокой залы, где своеобразно отражается природа, играя на ее старых половицах лучами своего нестареющего солнца, рисуя на полу свои «палевые квадраты». И болью воспоминания, романтикой сердца звучит нечаянный дрожащий аккорд старого клавесина – «на этот лад, исполненный печали, когда-то наши бабушки певали»… В ответ на все эти стихи Бунина о жизни иссякающей, о старых дагеротипах, ничье сердце не может не забиться горестным созвучием. Ибо все мы теряем свои звезды или их отражения в земной воде:

Ту звезду, что качалася в темной воде

Под кривою ракитой в заглохшем саду, —

Огонек, до рассвета мерцавший в пруде,

Я теперь в небесах никогда не найду.

А там, где момент одиночества изображен не в этом красивом освещении заката, там стучится в душу отчаяние, безнадежность, черная скорбь, – и нельзя без волнения читать «Кустарник», про эту вьюгу, которая нас «занесет равнодушно, как стог, как забытый овчарник». И зачем, зачем, изнемогая от жажды, бродит далеко от родного Загреба хорват со своей обезьянкой, зачем сидит цыганская девочка-подросток у дороги, около дремлющего отца? А ведь «много таких печальных детств зачем-то расцветало и расцветет не раз еще в безлюдии степных полей»:

Спи под кибиткой, девочка!

Проснешься – Буди отца больного, запрягай —

И снова в путь… А для чего, – кто скажет?

Жизнь, как могила в поле, молчалива.

И «на пустынном, на великом погосте жизни мировой», на этом погосте, к которому вообще часто возвращается поэзия автора, вьюга смерти загашает звезды, бьет в колокола и «развевает саван свой». Впрочем, и смерть изображает Бунин не столько в ее трагическом обличий, сколько в ее тишине, навевающей на человека примирение и печаль. Служат грустные панихиды, «погребальным вздором» наполняют кладбища, и больно, больно – но перед неизбежностью умолкает ропот на устах, и в молитвенном смирении склоняешь ты свои колени, и в самой грусти своей находишь отраду.

Ограда, крест, зеленая могила,

Роса, простор и тишина полей. —

Благоухай, звенящее кадило,

Дыханием рубиновых углей!

Сегодня год. Последние напевы,

Последний вздох, последний фимиам. —

Цветите, зрейте, новые посевы,

Для новых жатв! Придет черед и вам.

Необычайно сильное впечатление производят и следующие стихи о смерти, поэтическая панихида:

Берег

За окном весна сияет новая.

А в избе – последняя твоя

Восковая свечка и тесовая

Длинная ладья.

Причесали, нарядили, справили,

Полотном закрыли бледный лик —

И ушли, до времени оставили

Твой немой двойник.

У него ни имени, ни отчества,

Ни друзей, ни дома, ни родни;

Тихи гробового одиночества

Роковые дни.

Да пребудет в мире, да покоится

В лоне неземного бытия!

В беспредельно синем море скроется

Белая ладья.

Здесь неотразимо трогательно простое и торжественное сближение избы и космоса, смерти крестьянина и общего бытия. В длинной ладье гроба, усталый пахарь, утомленный пловец, достиг он своего берега, нашего общего берега, – и теперь он больше не существует, и в сиротстве смерти нет у него ни имени, ни отчества, ни дома, ни родни, – последнее и великое Ничто! Но его, это Ничто, восприняло в свое лоно мировое Все, и сокрылась его белая ладья в синем море мира, да пребудет же он в мире, да покоится в лоне неземного бытия! – когда читаешь эти бунинские стихи, эту молитву, провожающую из жизни в смерть, хочется перекреститься…

Так из одиноких страданий личности выводит Бунина мысль о вечности красоты, о связи времен и миров и от любимых им будней, от этой залы «в старых переулках за Арбатом» или на Плющихе, где бегают «зайчики» от проносимых на улице зеркал, сознание его отвлекают моменты важные и величественные, мудрость востока, чужая мифология, – и словно движется перед вами какая-то колесница человечества. От «часиков с эмалью» и от «маятника лучистого», который «спесиво соразмерял с футляром свой розмах», – ото всего этого быта он незаметно, но и неизбежно приходит к размышлению о солнечных часах, о тех, чей позеленел уж медный циферблат, но чью стрелку в диске циферблата «ведет сам Бог – со всей вселенной в лад». Он умеет от себя откидывать радиусы, от близкого переходить к дальнему, от человеческого к божьему, он «ищет в этом мире сочетания прекрасного и вечного». Правда, когда он сам об этом говорит, когда он без нужды неоднократно поучает, что мир весь полон красоты, что «во всем красота, красота», что олень «в стремительности радостно-звериной» уносит от охотника красоту, то именно такая настойчивость и обнаженность элементарной философии производит отрицательное впечатление. Бунин – философ только там, где он этого не сознает, где он не отрывается от образов. Ему совсем не чужды серьезные и возвышенные думы, но думы нечаянные; и наоборот, его мировоззрение, нарочно высказанное, как бы доносит откуда-то издалека охлаждающие дуновения банальности, – и было бы гораздо лучше, если бы он не напоминал, что природа – храм нерукотворный Бога, а также, с другой стороны, что «иного нет счастья на свете», как, на обильных у него «дачах», «с открытой бродить головой, глядеть, как рассыпали дети в беседке песок золотой».

Но зато как привлекательна у него та философия, которая сама вытекает из поэтического созерцания, которая не остыла еще от непосредственного постижения! Он стоит, например, у берегов Малой Азии, где было царство Амазонок:

… были дики

Их буйные забавы. Много дней

Звучали здесь их радостные клики

И ржание купавшихся коней.

Но век наш – миг. И кто укажет ныне,

Где на песке ступала их нога?

Не ветер ли среди морской пустыни?

Не эти ли нагие берега?

Так все проходит, и «прибрежья, где бродили тавро-скифы, уже не те», но в вечности любви опять сливаются разлученные веками поколенья, и на те же. на прежние звезды смотрят и ныне любящие женские глаза. И ночью, космической ночью, все море насыщено тонкою пылью света. Бунин вообще верит солнцу и в солнце, в Бальдера своего; он знает, что неиссякаемы родники вселенной и неугасима лампада человеческой души. И даже когда мы сгорим, в нас не умрет наша вечная жизнь, и свет избранников, теперь еще «незримый для незрящих», дойдет к земле через много, много лет, подобно тому как звезды – неугасимый свет таких планет, которые сами давно померкли. И, может быть, не только избранники, но и все мы – будущие звезды. В самом деле, не кроткой ли и радующей звездою загорится в небе та, которая в «Эпитафии» говорит о себе: «я девушкой-невестой умерла… в апрельский день я от людей ушла, ушла навек, покорно и безгласно», или та, с кокетливо-простой «прической и пелеринкой на плечах», чей портрет – в часовенке над склепом и чьи большие ясные глаза, в раме, перевитой крепом, как будто спрашивают: «Зачем я в склепе – в полдень, летом»?..

Верный солнцу, уловленный его «золотым неводом», послушный природе, Бунин ей не противоборствует: весна говорит ему о бессмертии, осень навевает думы печальные. Он так чудно показал, что «опять, опять душа прощает промелькнувший, обманувший год». Душа прощает природе и судьбе. Невозможно противиться «томному голоду» и зову весны, светлому и нежному небу, которое что-то обещает, и бедное, доверчивое сердце человека опять ожидает ласки и любви, чтобы опять их не дождаться. У Бунина не только «душа на миг покорна», но и вообще он покорен мирозданью, хотя, в отдельные мгновенья, когда «восходит на востоке мертвец-Сатурн и блещет как свинец», у поэта возникают уже не благочестивые мысли о Творце-труженике, рассеивающем в мире «огненные зерна» звезд, а трепетное осуждение: «воистину зловещи и жестоки твои дела, творец!» Эта общая, лишь на минуты колеблемая покорность Бунина имеет свой источник в уже упомянутой способности его проводить хотя бы темные, грустные нити между собою и остальным, побеждать века и пространства. Так далеко, под Хевроном, вышел он из-под черной палатки, и душа его долго искала хоть единой близкой души в полумраке и повторяла «сладчайшее из слов земных – Рахиль!».

… Светили

Молчаливые звезды над старой

Позабытой землею… В могиле

Почивал Авраам с Исааком и Саррой…

И темно было в древней гробнице Рахили.

Так развернулись мировые дали и потом опять сомкнулись в объединяющем сердце поэта. Оно – всему родное. И оттого вас не поражает, что у Бунина звучат и мотивы экзотические, что не только земля и далекие земли, но и «удав» океана, с его гигантскими пароходами, и вся отвага моря, «синяя нирвана моря», и храм Солнца, и египетские сфинксы – все находит в нем певца и глашатая. У него широка – может быть, слишком широка – география, у него слишком часто раздаются имена чужие и чуждые слуху – но есть и центр: его поэтическая индивидуальность, которая все это разное связывает в одну величавую красоту. Так сочетается в Бунине прошедшее и настоящее, что даже природа лежит перед ним не только теперешняя, но и старая, сказочная – такая, какой она была тогда, когда мелколесьем скакал древний князь и сорока нагадала ему смерть его сына, когда «солнце мутное Жар-Птицей горело в дебрях вековых», и ковыль расстилался перед полком Игоревым, и воткнутое в курган торчало копье мертвого богатыря, и Баба-Яга ругала себя:

Черт тебе велел к черту в слуги лезть.

Дура старая, неразумный шлык!

Вся эта стихия Васнецова близка и Бунину.

Медленно создается, выдвигается художественное миросозерцание нашего поэта, как медленно приходила к нему и слава его. Но уже издавна показывает оно, что сама* характерная черта в нем это внутреннее соединение реальности и мифа, осязательной определенности и безграничного. Бунин принял обе эти категории, связал их в одну жизнь и, любовно и внимательно подойдя к малому, этим приобщил к себе и великое. Он не отвернулся от самой прозаической действительности и все же стал поэтом. Откровенный, свободный духом, он в честном творчестве своем не постыдил своего оригинального таланта и сделал все, что мог и может. А может он многое. Ему послушны и нежные, и стальные слова; мастер сосредоточенного сонета, который он стальным клинком вырезал и на высоте, на изумрудной льдине, он – повелитель сжатого и глубокого слова, живой образец поэтической концентрации, – и в то же время всю упоительную ipesy и сладострастие восточной музыки, всплески «Бахчисарайского фонтана» умеет он передавать в этих нежащих стихах:

Розы Шираза

Пой, соловей! Они томятся

В шатрах узорчатых мимоз,

На их ресницах серебрятся

Алмазы томных крупных слез.

Сад в эту ночь – как сад Ирема;

И сладострастна, и бледна,

Как в шакнизир – тайник гарема,

В узор ветвей глядит луна.

Белеет мел стены неясно.

Но там. где свет, его атлас

Горит так зелено и страстно,

Как изумруд змеиных глаз.

Пой, соловей! Томят желанья.

Цветы молчат – нет слов у них:

Их сладкий зов – благоуханья.

Алмазы слез – покорность их.

Не чуждый страсти, но больше прозрачный, кристальный, студеный, Бунин, как ручей его стихотворения, медлительно и неуклонно пришел к морю, к мировому морю, которое и приняло его

В безбрежность синюю свою,

В свое торжественное лоно.

В дивном стихотворении «Христос», которое пронизано светом полудня и лучезарно в самых звуках своих, он рассказывает, как живописцы по лесам храма шли в широких балахонах, с кистями, в купол – к небесам; они, вместе с малярами, пели там песни и писали Христа, который слушал их, и все им казалось, что

…под эти

Простые песни вспомнит

Он Порог на солнце в Назарете,

Верстак и кубовый хитон.

Ибо ближе всего ко Христу хитон повседневный и песни простые; оттого и Бунин, певец простых и прекрасных песней, художник русской действительности, сделался близок и к Палестине, и к Египту, к религии – ко всей красоте и ко всей широте мироздания. Его достойная поэтическая тропа привела его от временного к вечному, от близкого к далекому, от факта к мифу. И потому его странничество, его неутомимая тоска по морям и землям получает высшее оправдание, и до предельных высот религиозной красоты доходит у него вот это стихотворение, одно из самых глубокомысленных во всей литературе:

Зов

Как старым морякам, живущим на покое,

Все снится по ночам пространство голубое

И сети зыбких вант; как верят моряки,

Что их моря зовут в часы ночной тоски, —

Так кличут и меня мои воспоминанья:

На новые пути, на новые скитанья

Велят они вставать – в те страны, в те моря,

Где только бы тогда я кинул якоря,

Когда б заветную увидел Атлантиду,

В родные гавани во веки я не вниду,

Но знаю, что и мне, в предсмертных снах моих,

Все будет сниться сеть канатов смоляных

Над бездной голубой, над зыбью океана:

Да, чутко встану я на голос Капитана!

Да, если мир – море и правит его кораблями некий Капитан, то среди самых чутких к Его голосу, среди ревностных Божьих матросов, находится и поэт Бунин…

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Традиции русской поэзии XIX века в лирике Ивана Алексеевича Бунина. На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое. Она продолжает вечную пушкинскую традицию и в своих чистых и строгих очертаниях дает образец благородства и простоты… Бунин – первоклассный поэт… Его стихи до сих пор не оценены Его стихи до сих пор не оценены. К.Г.Паустовский.1961г. Ю.И.Айхенвальд

На рубеже ХХ века, когда пробивались первые ростки пролетарской литературы и крепло «новое» символистское направление в поэзии, стихи И.А.Бунина могли бы показаться живым анахронизмом, устарелым, не соответствующим условиям современности явлением. Однако это была поэзия истинная, идущая от непосредственных, первичных впечатлений. Ю.И.Айхенвальд определил поэзию Бунина как «спокойную» поэзию, в которой «послушны и нежные, и стальные слова». Она «не горит и не жжет», это «поэзия опустелой комнаты, грустящего балкона, одинокой залы». Критик подробно анализирует бунинскую философию: «из одиноких страданий личности выводит Бунин мысль о вечности красоты, о связи времен и миров». Бунин верит солнцу…он знает, что «неиссякаемы родники вселенной и неугасима лампада человеческой души».

И дверь распахну я на солнечный блеск Для новой работы, для нового счастья! – писал Бунин в 15 лет. Вся его поэзия распахнута на солнечный блеск. Блеск превращается в глагол, в прилагательное. Поэту видится алмазный блеск березняка, янтарный блеск свечей, синий блеск звезд, то блеск пурпурный, то веселый, то стеклянный, то пустынный. Проследим за тем, как проходит «блистающая волна» в описании природы в стихотворении Бунина «Листопад». — Проследим за тем, как проходит «блистающая волна» в описании природы в стихотворении Бунина «Листопад».

— Каким предстает перед нами Бунин – поэт? — В чем особенности его пейзажной лирики?

Групповая работа Отметьте особенности стихотворений Бунина «Рассвет», «Северная береза», «Небо», «Шумели листья, улетая…», Раскрылось небо голубое…», «Мороз».

Эти стихи проникнуты оптимизмом, предчувствием счастья, попыткой определить свое место в окружающем мире. Всю жизнь поэт углублял в себе чувство органической причастности к миру природы. Один из главных образов поэзии Бунина – небо. Он использует яркие эпитеты в описании неба: оно легкое, бледное, струящееся, знойное, горячее, смутное, безжизненно-лазоревое, холодно-свинцовое и вновь ясное, высокое, дивное. Для поэта небо – это радость: Один из главных образов поэзии Бунина – небо. Он использует яркие эпитеты в описании неба: оно легкое, бледное, струящееся, знойное, горячее, смутное, безжизненно-лазоревое, холодно-свинцовое и вновь ясное, высокое, дивное. Для поэта небо – это радость: …Только небо – только радость Я целый век в душе носил. Небо помогает поэту размышлять о тайне творчества, о смысле жизни. Счастье, по Бунину, — это полное слияние с природой. Его лирика полна земных радостей, нежных признаний. Небо помогает поэту размышлять о тайне творчества, о смысле жизни. Счастье, по Бунину, — это полное слияние с природой. Его лирика полна земных радостей, нежных признаний.

Образ Родины, России складывается в стихах исподволь, незаметно. Он подготовлен уже пейзажной лирикой, в которой нашли отражения впечатления родной Орловщины, среднерусской природы. Эти впечатления стали родником, давшим начало большой реке, но родником сильным и чистым. В отдельных стихотворениях поэт резко и мужественно говорит о родной стране, нищей, голодной и в то же время любимой. В отдельных стихотворениях поэт резко и мужественно говорит о родной стране, нищей, голодной и в то же время любимой. Они глумятся над тобою, Они, о родина, корят Тебя твоею простотою, Убогим видом черных хат… Так сын, спокойный и нахальный, Стыдится матери своей – Усталой, робкой и печальной Средь городских его друзей, Глядит с улыбкой состраданья На ту, кто сотни верст брела И для него, ко дню свиданья, Последний грошик сберегла.

Бунин воспроизводит мир с реалистической точностью. В его стихах 900-х годов нет отзвуков общественной борьбы. И все же есть в его поэзии вольнолюбивые мотивы. В 1907 году Бунин писал: Мир вам, давно забытые! – Кто знает Их имена простые? Жили – в страхе, В безвестности – почили. Иногда В селе ковали цепи, засекали, На поселенье гнали. Но стихал Однообразный бабий плач – и снова Шли дни труда, покорности и страха…

«Ночь», «Запустение», «Щеглы, их звон стеклянный, неживой…». — Прочитайте эти стихотворения. — Какие художественные приемы использует автор, чтобы передать грусть, тревогу, одиночество? одиночество?

Появление трагизма и скорби одиночестваможно было объяснить тем, что поэт, осознавая трагическое неустройство жизни, предчувствовал грядущие перемены. В эмиграции в лирике Бунина чаще звучит мотив рокового одиночества. Он тогда мало писал стихов. В каждом его стихотворении – тоска по Родине. Обращаясь к заветной звезде юности – Сириусу,- поэт выразил мысль о невозвратимости прошлого, о несбывшихся надеждах на жизнь «в кругу любимом и родном», он предчувствовал смерть на чужбине. Появление трагизма и скорби одиночества можно было объяснить тем, что поэт, осознавая трагическое неустройство жизни, предчувствовал грядущие перемены. В эмиграции в лирике Бунина чаще звучит мотив рокового одиночества. Он тогда мало писал стихов. В каждом его стихотворении – тоска по Родине. Обращаясь к заветной звезде юности – Сириусу,- поэт выразил мысль о невозвратимости прошлого, о несбывшихся надеждах на жизнь «в кругу любимом и родном», он предчувствовал смерть на чужбине. Прочитайте стихотворения «Сириус» (1922) и «Ночь»(1953). Сопоставьте их. — Прочитайте стихотворения «Сириус» (1922) и «Ночь»(1953). Сопоставьте их. — Что их сближает?

В обстановке эмигрантской неприкаянности, тоска по родине резко усилилась. Атмосфера бездомности, нужды, скитаний придали особый, специфический оттенок страданиям Бунина. У зверя есть нора, у птицы есть гнездо. Как бьется сердце горестно и громко, Когда вхожу, крестясь, в чужой наемный дом С своей, уж ветхою котомкой! -Назовите основные мотивы лирики И.А.Бунина. — Что нового о Бунине – поэте открыли вы сегодня на уроке?

СТЕНДОВЫЙ ДОКЛАД

ПОЭЗИЯ БУНИНА

И.А.Бунин не примыкал ни к одной из литературных групп. В поэзии «серебряного века» его имя стоит особняком. Он вообще весьма скептически относился к литературным изыскам и новациям, полагая, что формалистическая изощренность символистов, акмеистов и футуристов мало соотносится с поэзией. Известно его высказывание о том, что в творчестве поэтов конца ХIХ – начала ХХ века «исчезли драгоценнейшие черты русской литературы: глубина, серьезность, простота, благородство, прямота». В полной мере пять этих основных составляющих подлинной поэзии относятся и к творчеству самого Бунина. К этому необходимо еще прибавить лаконизм и самобытность его поэзии. Бунина мало коснулись модернистские течения, он остался в стороне от модных декадентских журналов, всегда был чужд изысканной нарядности, вычурности и крайностей. Он – верный хранитель пушкинской традиции.
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ЛИРИКИ И.А.БУНИНА

Пейзажная лирика

Характерна для поэзии И.Бунина на рубеже веков и является преобладающей на всем творчестве И.Бунина.Верный традициям реалистического пейзажа 19 века, И.Бунин вместе с тем подчеркивает самодостаточность и независимость природы от человека. Как бы ни менялась география бунинских стихов: от степных раздолий и лесной глуши ранней поры до азиатских, ближневосточных, тихоокеанских пейзажей 1903-1916 годов, — глубже всего поэт переживает одиночество человека среди природы и одиночество природы без человека, «блаженную тоску» пустынности. Описывать природу И.Бунин предпочитает в «пограничное» время суток – вечер, туманное утро. Более всего отличие Бунина от поэзии символистов ощутимо в пейзажной лирике. Там, где символист видел в природе «знаки» иной, высшей реальности, Бунин стремился объективно воспроизвести боготворимую им действительность. Отсюда – живописная точность и изощренность бунинских зарисовок. Именно пейзажная лирика И.Бунина в большей степени характеризуется зрительностью и обилием цветовых эффектов, а так же потрясающей наполненностью звуковыми эффектами. Чаше всего автор использует образы неба, степи, звезды. Звезды в лирике И.Бунина – это прежде всего таинственные небесные письмена, предрешающие земные судьбы. Не менее часто поэт обращается к образам животных.

Тема России.

Ярко выражена на протяжении всего творчества. Ностальгия и философия Бунина отразилась в этой теме. Он стремится прочесть и разгадать сокровенные законы нации, которые, по его мнению, вечны. Легенды, придания, притчи – народная мудрость становятся стихами. «Родине» — стихотворение, представляющее одну из ведущих тем в поэзии Бунина – тему России. Оно, несмотря на то, что написал его сравнительно молодой поэт (21 год), чрезвычайно характерно для всего последующего творчества лирика. Три эпитета о Родине – «усталой, робкой и печальной» — это характеристика России во многих его стихотворениях. Поэт не идеализирует образ Родины, наоборот, он явно видит все ее проблемы и акцентирует внимание на них в своих лирический произведениях. И в отдельных стихотворениях он резко говорит о родной стране – нищей, голодной, но любимой. Раскрытие метафоры «Родина-мать» — бредущая по пыльной дороге старая женщина, мать, идущая к своему нравственно-больному ребенку – один из самых щемящих и пронзительных образов.Как и многие другие темы в лирике, тема Родины раскрывается с применением элементов пейзажа. Поэт связал воедино образ природы и родины. Для него природа России – это степи Орловщины, где писатель родился и вырос – истинно русская природа на взгляд автора.

Философская лирика

Обращение к философской лирике происходит после первой русской революции (1906-1911 гг.) Важнейшим мотивом лирики поэта является превосходство естественного бытия над общественной жизнью. В своих стихотворениях Бунин выступает великим жизнелюбом. Любовь для него – священное чувство, состояние его души. Жизнь для Бунина – путешествие в воспоминаниях. Земная жизнь, существование природы и человека воспринимаются поэтом как часть действия, разворачивающегося на просторах Вселенной. Вечное (это природа и красота) в изображении Бунина не враждебно временному, оно сплетено из нитей временного. Бунин поет не небо, а вечное стремление земли к небу. Вечность, единая гармония, красота, Бог – неизменные ценности для Бунина. Чувство меры помогло ему слить в гармоническое целое мечту о вечном и интерес к временному, стремление к небу и любовь к земле. Особая атмосфера философских стихотворений Бунина – атмосфера тишины. Шум, суета отвлекают от главного – от духовной жизни. Лирический герой Бунина тяжело переживает свое одиночество; в стихотворениях лирический герой пытается осмыслить быстротечность человеческой жизни и времени. Одним из направлений философской лирики И.Бунина стали стихотворения, посвященные Богу. Бог явлен как Любовь – тепло, свежесть, свет. Атмосфера тишины – возможность слышать Бога. Среди всеобщей темноты единственный носитель света – божественное. Поэзия характеризуется использованием библейских мотивов. Используются мотивы: смерти, скорби, одиночества, тишины, тяжести пути к истине, библейские мотивы и др.; нередко использование пафоса инвективы.

Линия поэта и поэзии

Как и любой поэт, И.Бунин пытался осмыслить предназначение себя, роль творца, суть поэзии. Программным для него стихотворением на эту тему является лирическое произведение «Поэту» — кодекс его поэтической чести. Автор не противопоставляет поэта толпе, призывает не потерять дара слова, причем этот дар по Бунину – алмаз, данный человеку Богом. Муза Бунина – природа. Потому он больше пишет именно о ней, и тема поэта и поэзии не получила широкого воплощения в лирических произведениях Бунина.

Любовная лирика

Тема любви в лирике менее заметна. В ней автор избегает нарочито красивых фраз:Я к ней вошел в полночный час.
Она спала, — луна сияла
В ее окно, — и одеяла
Светился спущенный атлас…
Интимная лирика И.Бунина трагедийна, в ней звучит протест против несовершенства мира. И вновь в любовной лирике встречается мотив одиночества, так свойственный для всей поэтике Бунина. Концепция любви Бунина воплощается и в его стихотворениях. Лирический герой расстается со своей возлюбленной, испытывая трагичное чувство и продолжая любить. Тема любви в поэзии Бунина не получила достаточно широкого воплощения, и автор продолжил ее в прозе.

СПЕЦИФИКА ПОЭТИКИ СТИХОТВОРЕНИЙ А.И.БУНИНА

Поэтика зрелого Бунина-стихотворца – это последовательная и упорная борьба с символизмом. Почерк Бунина-поэта – чеканный, четкий, рисунок – сжатый и сосредоточенный, манера – сдержанная, почти холодная. Его темы, язык, способы рифмовки лишены примет их резкого обновления, предпринятого символистами. «На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое», — писал Ю.Айхенвальд. В стихах Бунин поет красоту и покой, отсюда ориентация на классическую поэтику.В поэзии Бунина четко прослеживаются традиции русских поэтов, его предшественников, в первую очередь Пушкина, Тютчева и Фета. Ранняя лирика носила подражательный характер. Бунин, как и Пушкин, видит в жизни разные тенденции, вступающие между собой в противоборство, и пытается вскрыть эти противоречия. Как и Пушкин, он эмоционально сближается с природой, считает, что подлинная поэзия в простоте, естественности реальных чувств, явлений, настроений. Как и Тютчева, Бунина привлекает природа в своих катастрофических состояниях, в борьбе стихийных, светлых и темных сил. У Фета же Бунин перенял направленность на изображение неуловимых, загадочных и не вполне ясных ощущений, навеваемых природой, созерцанием прекрасного. Одна из основных стилистических тенденций творчества Бунина: нанизывание слов, подбор синонимов, синонимических оборотов для почти физиологического заострения впечатлений читателя (решение в пользу задач натурализма). Его стихотворения – это скорее рифмованная, определенным образом организованная проза, чем стихи в их классическом виде. Характеристика поэтической детали И.Бунина: четкая зрительность, видимость, отчетливая картинка. Поэзия Бунина в целом строга и эмоционально сдержана. В ней крайне редко встречается лирический герой, лирическое «я». Непосредственное чувство передоверяется персонажу.В общем, поэтика Бунина-стихотворца характеризуется:

сохранением традиций поэзии мастеров 19 векачеткость и «меткость» подбора эпитетовпростота и естественность поэтического языкаприемы:

звукописьживопись (цветная)оксюморон«три эпитета» — прием подбора трех последовательных эпитетов, достаточно характеризующих образолицетворениеметафоравысокая лексика библейских цитат (для философской лирики)

экзистенциальные мотивы

АНАЛИЗ СТИХОТВОРЕНИЯ И.А.БУНИНА «ПЕТУХ НА ЦЕРКОВНОМ КРЕСТЕ»

Петух на церковном кресте.
Плывет, течет, бежит ладьей,И как высоко над землей!Назад идет очень мелкий небосвод,А он вперед – и все поет.Поет о том, что мы живем,Что мы умрем, что день за днемИдут года, текут века –Вот как река, как облака.Поет о том, что все обман,Что лишь на миг судьбою данИ отчий дом, и милый друг,И круг детей, и внуков круг,Что вечен только мертвых сон,Да божий храм, да крест, да он.

Центральный образ стихотворения – петух
– существует одновременно в разных смысловых реалиях: конкретной, религиозной, символической, литературной. Петух – архитектурная деталь католической церкви. Конкретный мир ярко обозначен в названии стихотворении. Песня петуха превращает зарисовку в философское раздумье, близкое по своей спокойно-печальной интонации к элегии. Актуализируются отвлеченные значения центрального образа. В христианской традиции петух – символ света и возрождения, символ борьбы с духовным невежеством. Семантика образа сближает петуха с такими символами христианства, как крест
и храм.
Стихотворение И.А.Бунина проникнуто печалью и даже безнадежностью. Для лирического героя не только тело бренно, но и душа не знает воскресения: Что вечен только мертвых сон…

Строка, где утверждается вечность смерти, ее победа над человеком, — смысловая противоположность последней строки, где можно усмотреть христианскую символику возрождения жизни. Центральному образу наименование дано только в заглавии: петух. Далее это слово опускается или заменяется местоимением он
. Строфы начинаются с неполных предложений, что придает некоторую расплывчатость и даже таинственность.Для И.А.Бунина петух в стихотворении – символ времени. Тема власти времени – основная в произведении. Ей подчинена вся композиция, которая распадается на 2 блока: описание петуха и песня петуха. Песня состоит из трех миничастей.

«время» (строки 5-8)»мгновенное» (строки 9-12)»вечное» (строки 13-14).

Композиционная антитеза «мгновенное — вечное» подкрепляется антонимами назад – вперед, живем – умрем, века – миг.
Соотношение между частями: 1 – общее, а 2 и 3 – частное; темы второй и третьей частей соотносятся как противоположные (человек смертен – время вечно).В первой половине (первые пять строк) время – непрерывно меняющееся. Движение – сущность времени. Это явление создается преимущественным использованием глаголов (10 из общего числа – 11). Вторая половина песни петуха – статична; здесь сосредоточена большая часть всех существительных. На первый план выступает тема незыблемости и величия времени. Вечность – это одновременно начало и конец всего. Данная идея выражается в архитектонике произведения: оно построено на основе кольцевой композиции«Петух на церковном кресте» – «Да божий храм, да крест, да он»
Стихотворение написано в форме так называемого «шекспировского» сонета: три катрена и итоговые два стиха. Четырехстопный ямб и парные мужские рифмы создают предельно простой ритм и музыкальность стихотворения. Внутренние рифмы (плывет – течет – идет – небосвод – вперед — поет
) тоже являются частью этой музыки. Наиболее выразительны повторы гласных: 26 ударных [о] и 8 [а]. Гармония формы как бы сглаживает противоречия содержания. Широкое использование однородных членов предложения – важная особенность стихотворения. Неполные предложения также структурируют композицию, придают поэтической речи живость, естественность и непринужденность.

Библиография:

www.

neuch

.ru

«Листопад», «Догорел апрельский светлый вечер…», «В степи», «Октябрьский рассвет» «Не видно птиц. Позорно чахнет…», «Могилы, ветряки, дороги и курганы…» «Плеяды», «Ночь», «Сириус» «Кондор», «Змея» «Одиночество», подобрать стих-я «Канун Купалы», «Христос воскрес! Опять с зарею…», «За все тебя, Господь, благодарю!» «Долина Иосафата», «Иерусалим», «На пути под Хевроном», «Гробница Рахили» «Поэту» «Перед закатом набежало…», «Мы встретились случайно, на углу… »

И.А. Бунин – один из немногих писателей-реалистов конца 19 – начала 20 века, прославившийся не только своей прозой, но и поэзией. В 1891 году вышел его первый поэтический сборник, вслед за которым последовали «Листопад» (1901) и «Новые стихотворения» (1902).

Как в прозе, так и в поэзии Бунин придерживался реалистических традиций, выработанных Пушкиным, Фетом, Полонским. У них он учился бережному отношению к слову, простоте, классической ясности и чёткости.

Поэтическое наследие Бунина неоднородно по тематике. Для ранней бунинской поэзии характерна пейзажная лирика. Позднее он всё больше обращается к лирике философской, продолжающей тютчевскую проблематику.

Бунин в разных вариантах высказывал одну и ту же мысль: «Нет, мучительно для меня жить на свете! Всё меня мучает своей прелестью». Слово «прелесть», по мысли писателя, всегда относилось к тому, что как будто неподвластно человеческому выражению: к цветам, деревьям, морю. Напряжённое тяготение к вечной красоте и гармонии – вот что главенствовало уже в ранней лирике Бунина.

Этот художник был одержим страстным желанием понять вечное, прикоснуться к неуловимому, разгадать «поступь высших сил». Конкретные элементы пространства и времени (поле, лес, степь, южные страны или ночь, утро, день, вечер, зима, весна, лето) предстают в обычном своём облике, а одновременно – как часть вселенной, как носители непознанной тайны всемирного бытия.

Постепенно в творчестве Бунина нарастает «звёздная тема». Далёкие светила избраны здесь символом «предвечной красоты и правды неземной». Появляется противопоставление этого прекрасного мира «заблудшей» земле:

Одно только звёздное небо,

Один небосвод недвижим,

Спокойный и благостный, чуждый

Всему, что так мрачно под ним.

Или:

Я вижу ночь: пески среди молчанья

И звёздный свет над сумраком земли.

Традиционное противоречие (свет-тьма) связано со сложными человеческими чувствами. «Неземная красота» бесконечно дорога, но трудно достижима. И поэтому приобщение к ней – всегда возрождение: «…душа, затрепетав, как крылья вольной птицы, Коснулась солнечной поющей высоты!» Прекрасным чувствам сопутствует сияние светил: «И не забыть мне этой ночи звёздной, Когда весь мир любил я для одной».

Поэт затрагивает проблемы добра и зла, любви и ненависти, смысла жизни. Взять хотя бы такие строки:

И забуду я всё – вспомню только вот эти

Полевые пути меж колосьев и трав –

И от сладостных грёз не успею ответить,

К милосердным коленам припав.

Действительно, последние часы земной жизни ожидают каждого из нас. Придут минуты, когда нужно будет вспомнить и подвести итог: «Так ли жил?» Бунинский лирический герой отказывается от славы, денег, чинов… Припоминает только «полевые пути меж колосьев и трав». Живая связь с природой оказалась в жизни самой важной и необходимой. Кто-то может оспорить такой вывод, найти смысл жизни в другом. Но уже то, что поэт побуждает читателя к размышлению о смысле бытия, является очень важным.

По целостному мироощущению Бунин близок Пушкину – по способности к лёгкой грусти, светлой печали. Хотя эти чувства у них имеют разное начало. У Пушкина «сердце вновь горит и любит от того, Что не любить оно не может» («На холмах Грузии»). Бунин видит спасительную энергию в самом течении бытия:

А будут дни – угаснет и печаль,

И засинеет сон воспоминанья,

Где нет уже ни счастья, ни страданья,

А только всепрощающая даль.

Да, Бунин постоянно слышит зов пространств, времён, собственной судьбы, своего познания. И спешит передать: «вдали – и жемчуг и опалы»; «сказать кому-то, Что тянет в эту синеву»; предостеречь: «Когда идёшь над бездной – надо прямо Смотреть в лазурь и свет». В жадном, неостановимом движении к неведомому лирический герой Бунина переживает восхищение и от неожиданных оттенков чувств, и от представших вдруг взору таинств природы.

Философская лирика зрелого Бунина заметно теснит пейзажную. Сам по себе пейзаж остаётся, но его функции становятся иными. В центре внимания поэта оказываются церковные обители и погосты, описание которых настраивает читателей на связь с отошедшими в мир иной предками («Ограда, крест, зелёная могила…», «Растёт, растёт могильная трава», «Настанет день – исчезну я…», «Могильная плита», «Смерть» и т.д.). Вообще, мысль о преемственной связи между прошлым и настоящим, но не в реальном, а каком-то духовном плане проходит сквозь многие поэтические произведения Бунина. Например, в стихотворении «Могила в скале», рассказывая о том, как «в Нубии на Ниле», в заброшенной пещере, «нашли живой и чёткий след ступни», Бунин пишет:

Я, путник, видел это. Я в могиле

Дышал теплом сухих камней. Они

Сокрытое пять тысяч лет хранили…

Тот миг воскрес. И на пять тысяч лет

Умножил жизнь, мне данную судьбою.

Таким образом, произведения Бунина глубоко личностны, тяготеют к философским обобщениям смысла бытия, жизни и смерти, не пре

Бунин — уникальная творческая личность в истории русской литературы конца XIX — первой половины XX века. Его гениальный талант, мастерство поэта и прозаика, ставшее классическим, поражало его современников и покоряет нас, ныне живущих. В его произведениях сохранен настоящий русский литературный язык, который сейчас утерян.

Большое место в творчестве Бунина занимают произведения о любви. Писателя всегда волновала тайна этого сильнейшего из человеческих чувств.

Ищу я в этом мире сочетанья

Прекрасного и тайного, как сон.

Люблю ее за счастие слиянья

В одной любви с любовью всех времен!

И. Бунин «Ночь»

В существовании настоящей любви Бунин уверен. Она для него настоящая, в любых проявлениях: и счастливая, взаимная(что встречается у Бунина крайне редко), и неразделенная, и губительная. Но какая бы она не была, она существует. Более того, для Бунина — она то самое единственное, что является смыслом жизни, ее движущей силой. А как же можно жить без того, самого главного, что есть в жизни?

То, что есть в тебе, ведь существует.

Вот ты дремлешь и в глаза твои

Так любовно мягкий ветер дует —

Как же нет Любви?

И. Бунин. «В дачном кресле, ночью, на балконе…»

Любовь в изображении Бунина поражает не только силой художественной изобразительности, но и своей подчиненностью каким-то внутренним, неведомым человеку законам. Нечасто прорываются они на поверхность: большинство людей не испытают их рокового воздействия до конца своих дней. Такое изображение любви неожиданно придает трезвому, “беспощадному” бунинскому таланту романтический отсвет.

Любовная лирика Бунина не велика количественно. Она отражает смятенные думы и чувства поэта о тайне любви… Один из основных мотивов любовной лирики — одиночество, недосягаемость или невозможность счастья. Например, в стихотворениях “Как светла, как нарядна весна!..”, ”Спокойный взор, подобный взору лани…”, ”В поздний час мы были с нею в поле…”, ”Одиночество”,”Печаль ресниц, сияющих и черных…” и др.

Любовная лирика Бунина — страстная, чувственная, насыщенная жаждой любви и всегда исполнена трагизма, несбывшихся надежд, воспоминаний о былой юности и ушедшей любви.

Завтра он зарею выйдет вновь

И опять напомнит, одинокий,

Мне весну, и первую любовь,

И твой образ, милый и далекий…

И. А. Бунин «Не угас еще вдали закат…»

Катастрофичность бытия, непрочность человеческих отношений и самого существования — все эти излюбленные бунинские темы после гигантских социальных катаклизмов, потрясших Россию, наполнились новым грозным значением. Близость любви и смерти, их сопряженность были для Бунина фактами очевидными, никогда не подлежали сомнению.

Беру твою руку и долго смотрю на нее,

ты в сладкой истоме глаза поднимаешь несмело:

вот в этой руке — все твое бытие,

Я всю тебя чувствую — душу и тело.

Что надо еще? Возможно ль блаженнее быть?

Но Ангел мятежный, весь буря и пламя,

Летящий над миром, чтоб смертною страстью губить,

Уж мчится над нами!

И. Бунин «Беру твою руку…»

Давно и очень верно замечено, что любовь в творчестве Бунина трагедийна. Автор пытается разгадать тайну любви и тайну смерти, почему они часто соприкасаются в жизни, в чем смысл этого. Автор не отвечает на эти вопросы, но своими произведениями дает понять, что в этом есть определенный смысл человеческой земной жизни.

Как правило, у Бунина мы видим два пути развития любовных отношений. Либо за счастьем любви следует расставание или смерть. Близость приводит к разлуке, смерти, убийству. Счастье не может быть вечным.

Часы, последние для них! —

Все ярче дюны светятся.

Они невеста и жених,

А вновь когда-то встретятся?

И. А. Бунин «Разлука»

Либо изначально чувство любви оказывается неразделенным или невозможным по какой-либо причине.

Ты покорно и скромно

Шла за ним от венца.

Но лицо ты склонила —

Он не видел лица.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Ты и скрыть не умеешь,

Что ему ты чужда…

Ты меня не забудешь

Никогда, никогда!

И. А. Бунин «Чужая»

Любовь у Бунина не переходит в семейное русло, не разрешается счастливым браком. Бунин лишает своих героев вечного счастья, лишает потому, что к нему привыкают, а привычка приводит к потере любви. Любовь по привычке не может быть лучше, чем любовь молниеносная, но искренняя. Однако, несмотря на кратковременность, любовь все равно остается вечной: она вечна в памяти именно потому, что мимолетна в жизни.

”Любовь прекрасна” и ”Любовь обречена” — эти понятия, окончательно

совместившись, совпали, неся в глубине горе Бунина-эмигранта.

Исключения чрезвычайно редки, но встречаются. И тогда финалом истории становится или брачный венец:

Золотая верба, звездами

Отягченная склоняется,

С нареченным Алисафия

В божью церковь собирается.

И. Бунин «Алисафия»

Или ощущение полного всеобъемлющего счастья:

Лишь с тобою одною я счастлив,

И тебя не заменит никто:

Ты одна меня знаешь и любишь,

И одна понимаешь — за что!

И. А. Бунин «Звезды ночью весенней нежнее»

Любовная лирика И. Бунина обладает рядом особенностей. В ней автор избегает нарочито красивых фраз:

Я к ней вошел в полночный час.

Она спала, — луна сияла

В ее окно, — и одеяла

Светился спущенный атлас.

И. А. Бунин «Я к ней вошел в полночный час…»

Природа у Бунина не фон, не декорация, а одно из действующих лиц, в любовной же лирике она в большинстве случаев играет роль бесстрастного наблюдателя. Что бы не происходило, какова бы не была ситуация, описанная Буниным, природа в большинстве случаев сохраняет безмятежное выражение, которое тем не менее отличается нюансами, поскольку через них автор удивительно верно передает чувства, настроения и переживания.

Любимое время года автора — весна. Она ассоциируется у Бунина с чувством любви, она сама символизирует любовь. Причем любовь совершенно разную: счастливую, взаимную, «живущую» любовь (как например в стихотворении «Звезды ночью весенней нежнее…», и любовь прошедшую, почти забытую, но все еще хранящуюся в глубине сердца:

Как светла, как нарядна весна!

Погляди мне в глаза, как бывало,

И скажи: отчего ты грустна?

Отчего ты так ласкова стала?

Но молчишь ты, слаба как цветок…

О, молчи! Мне не надо признанья:

Я узнал эту ласку прощанья, —

Я опять одинок!

И. А. Бунин «Как светла, как нарядна весна…»

И любовь, в которой расставание только-только состоялось:

И ласково кивнула мне она,

Слегка лицо от ветра наклонила

И скрылась за углом… Была…

Она меня простила — и забыла.

И. А. Бунин

Как ни странно, неким признаком подлинности любви для Бунина является, можно сказать, аморальность в любви, поскольку обычная мораль оказывается, как и все установленное людьми, условной схемой, в которую не укладывается стихия естественной, живой жизни.

Интимная лирика И. А. Бунина трагедийна, в ней звучит протест против несовершенства мира.

При описании рискованных подробностей, связанных с телом, когда автор должен быть беспристрастным, чтобы не перейти хрупкую грань, отделяющую искусство от порнографии, Бунин, напротив, слишком много волнуется — до спазм в горле, до страстной дрожи:

Она лежала на спине,

Нагие раздвоивши груди…

И тихо, как вода в сосуде,

Стояла жизнь ее во сне.

И. Бунин «Я к ней вошел в полночный час…»

Для Бунина все, что связано с полом, чисто и значительно, все овеяно тайной и даже святостью.

Любовь — таинственная стихия, преображающая жизнь человека, придающая его судьбе неповторимость на фоне обыкновенных житейских историй, наполняющая особым смыслом его земное существование.

Да, любовь многолика и часто необъяснима. Это вечная загадка, и каждый читатель бунинских произведений ищет собственные ответы, размышляя над тайнами любви. Восприятие этого чувства очень личностно, и поэтому кто-то отнесется к изображенному в книге как к “пошлой истории”, а кто-то будет потрясен великим даром любви, который, как и талант поэта или музыканта, дается отнюдь не каждому. Но одно, несомненно: бунинские стихотворения, повествующие о самом сокровенном, не оставят равнодушными читателей. Каждый человек найдет в бунинских произведениях что-то созвучное собственным мыслям и переживаниям, прикоснется к великой тайне любви.

Билет №1

Билет №2

Билет №3

Билет №5

Билет №6.

Билет №7

Билет №8

Билет №9

1.Эстетические и формальные эксперименты русских футуристов (И. Северянин, В. Хлебников, Б. Шкловский, Б. Эйхенбаум, Ю. Тынянов). Выразительное чтение 1 стихотворения наизусть (по выбору).

Футуризм (от лат. Futurum — будущее) возник почти одновременно в Италии и России.Впервые русский футуризм проявил себя публично в 1910 г., когда вышел в свет первый футуристический сборник «Садок судей». Вместе с В.В.Маяковским и А.Е.Крученых эти поэты вскоре составили наиболее влиятельную в новом течении группировку кубофутуристов, или поэтов «Гилеи». Генетически литературный футуризм теснейшим образом связан с авангардными художественными группировками 1910-х гг. («Бубновый валет», «Ослиный хвост», «Союз молодежи»). Многие футуристы совмещали литературную практику с занятиями живописью (братья Бурлюки, Елена Гуро, А.Е.Крученых, В.В.Маяковский и др.).

Вслед за художниками-авангардистами поэты «Гилеи» обратились к формам художественного примитива, стремились к утилитарной полезности искусства и в то же время попытались освободить слово от внелитературных задач, сосредоточившись на формальных экспериментах.

Футуризм претендовал на вселенскую миссию: в качестве художественной программы была выдвинута утопическая мечта о рождении сверхискусства, способного преобразить мир. В своем эстетическом проектировании футуристы опирались на новейшие научные и технологические достижения. Стремление к рациональному обоснованию творчества с опорой на фундаментальные науки — физику, математику, филологию — отличало футуризм от других модернистских течений. Так, например, В.В.Хлебников пытался предложить человечеству новый универсальный язык и открыть «законы времени».

Мироздание во всей безбрежности пространства и времени воспринималось футуристами как аналог грандиозной сценической площадки. Грядущая революция была желанна потому, что воспринималась как своего рода массовое художественное действо, вовлекающее в игру весь мир. После Февральской революции 1917 г. футуристы «Гилеи» и близкие к ним художники авангарда образовали воображаемое «Правительство Земного Шара».

Программным для футуристов стал эпатаж обывателя («Пощечина общественному вкусу» — название футуристического альманаха). Как любое авангардное художественное явление, футуризм более всего страшился равнодушия и «профессорской» сдержанности. Необходимым условием его существования стала атмосфера литературного скандала, освистывания и осмеяния. Оптимальной для футуристов читательской реакцией на их творчество была не похвала и не сочувствие, но агрессивное неприятие, истерический протест. Именно такую реакцию со стороны публики провоцировали намеренные крайности в поведении футуристов. Вызывающе оформлялись публичные выступления футуристов: начало и конец выступлений отмечались ударами гонга, К. С. Малевич являлся с деревянной ложкой в петлице, В. В. Маяковский — в «женской» по тогдашним критериям желтой кофте, А. Е. Крученых носил на шнуре через шею диванную подушку и т.п.

В формально-стилевом отношении поэтика футуризма развивала и усложняла символистскую установку на обновление поэтического языка. Футуристы не только обновляли значения слов, но и резко изменили сами отношения между смысловыми опорами текста, а также гораздо энергичнее использовали композиционные и даже графические эффекты. Главный технический принцип их работы — принцип «сдвига», канон «сдвинутой конструкции». Лексическое обновление достигалось, например, депоэтизацией языка, введением стилистически «неуместных» слов, вульгаризмов, технических терминов. Слово у футуристов лишалось ореола неприкосновенности, оно опредмечивалось, его можно было дробить, переиначивать, создавать новые комбинации морфологических и даже фонетических элементов.

Делались попытки ввести «телеграфный» синтаксис (без предлогов), использовать в речевой «партитуре» музыкальные и математические знаки, графические символы. Гораздо большее значение, чем поэты-предшественники, футуристы придавали визуальному воздействию текста. Отсюда разнообразные эксперименты с фигурным расположением слов и частиц слов, использование разноцветных и разномасштабных шрифтов, обыгрывание фактуры самого полиграфического материала (частные проявления «визуализации» стиха — их издание на обойной бумаге, расположение строчек «лесенкой», выделение особыми шрифтами отдельных эпитетов внутренних рифм, важнейших слов).

Футуризм оказался творчески продуктивен: он заставил переживать искусство как проблему, изменил отношение к проблеме понятности-непонятности в искусстве. Важное следствие футуристических экспериментов — осознание того, что непонимание или неполное понимание в искусстве — не всегда недостаток, а порой необходимое условие полноценного восприятия.

Билет №10.

Билет№11.

1.
«Мысль семейная» в романе М.А. Шолохова «Тихий Дон».

«Меня спросили – как я могу соединить лирику и большую грубость. Тогда я сказал: «Хорошо, я буду, если хотите, как бешеный, если хотите, буду самым нежным, не мужчина, а облако в штанах»» — В. Маяковский о поэме.

Поэма мысленно разделена на 4 части. Каждая часть как бы озаглавлена Маяковским одним из четырёх девизов: “Долой вашу любовь!”, “Долой ваше искусство!”, “Долой ваш строй!”, “Долой вашу религию”. Каждая часть поэмы выражает определенную идею. Но саму поэму нельзя строго делить на главы, в которых последовательно выражены четыре крика «Долой!». Поэма вовсе не разграфлена на отсеки со своим «Долой!», а представляет собой целостный, страстный лирический монолог, вызванный трагедией неразделенной любви. Переживания лирического героя захватывают разные сферы жизни, в том числе и те, где господствуют безлюбая любовь, лжеискусство, преступная власть, проповедуется христианское терпение. Движение лирического сюжета поэмы обусловлено исповедью героя, временами достигающей высокого трагизма.

Первая часть поэмы – о трагической неразделенной любви поэта. Она содержит невиданной силы ревность, боль, взбунтовались нервы героя. Автор поэмы мучительно спрашивает: «Будет любовь или нет? Какая – большая или крошечная?» Вся глава – это не трактат о любви, а выплеснутые наружу переживания поэта. В главе отражены эмоции лирического героя. Его представления о любви вызывающе, полемично откровенные и эпатирующие. Для лирического героя любовь равнозначна самой жизни. Лирика и грубость здесь внешне противоречат друг другу, но с психологической точки зрения реакция героя объяснима: его грубость – это реакция на отвержение его любви, это защитная реакция.

Через всю третью главу проходит тема крушения старого мира. В революции Маяковский видит способ покончить с этим ненавистным строем и призывает к революции – к этому кровавому, трагичному и праздничному действу, которое должно выжечь пошлость и серость жизни. Автор поэмы прозревает грядущее будущее, где не будет безлюбой любви, буржуазной рафинированной поэзии, буржуазного строя и религии терпения. И сам он видит себя «тринадцатым апостолом». Герой стремится переплавить свою неутоленную боль, он как бы поднимается на новую высоту в своих личных переживаниях, стремясь уберечь будущее от унижений, выпавших на его долю. И он прозревает, чем закончится его горе и горе многих – «шестнадцатым годом». Герой проходит в поэме тягостный путь взлетов и падений. Это стало возможным потому, что сердце его полно самых глубоких личных переживаний.

Лирический герой поэмы – «красивый двадцатидвухлетний». С максимализмом входящего в жизнь молодого человека выражена в поэме мечта о времени, лишенном страданий, о грядущем бытии, где восторжествуют «миллионы огромных чистых любовей». Тема личных потрясений перерастает в прославление будущего счастья.

Билет№12.

Билет№14

Билет№17.

Билет№18.

Билет№19.

Билет№20.

Билет №21

Билет№22.

Билет№23.

Билет №24

Билет №25

Билет №1

1. Русская литература XX века в контексте мировой культуры. Основные этапы её развития.

Основной причиной возникновения русской эмиграции в 1917-1925 годы является неприятие революции октября 1917 года, страх перед ее кровавыми расправами со «старым» миром, гибель белого движения, гражданская война, в огне которой было уничтожено 9 миллионов человек.

Главным «водоразделом» в литературе была политика идеологического единомыслия, которая воцарилась в России. Расстрел в 1921 году поэта Николая Гумилева стал сигналом для русских литераторов Многие писатели и поэты, несогласные с властью большевиков, уехали за границу, некоторых туда сослали насильно. Так, волею случая, за рубежом оказалось много русских прозаиков: Бунин, Куприн, Толстой (правда, он скоро вернулся) Шмелев, Мережковский, Замятин, Зайцев и другие. Обретение свободы, пусть относительной и неполной, было главным достоянием литературы зарубежья. Они не порвали связи с русскими традициями, но вынуждены были порвать с «новой» русской жизнью.

Литература Русского Зарубежья – впечатляющий, можно сказать, единственный пример в мировой культуре. В европейских столицах образуются литературные центры, организуются издательства, выходят многочисленные газеты и журналы. Наиболее знаменитыми были газета парижские «Последние новости» (1921-1940), журналы «Русская мысль» (София-Прага-Париж, 1921-1927) и «Современные записки» (Париж, 1920-1940). 70 томов этого журнала представляют едва ли не всю литературу первой волны эмиграции –произведения Бунина, Куприна, Шмелева, Цветаевой и др. С 1942, после исхода значительной части эмиграции за океан, в Нью-Йорке начинает выходить литературно-художественный журнал «Новый журнал», а затем организуется издательство имени Чехова.

Литература русской эмиграции именно как литература существовала, потому что за рубежом оказалось от 2,5 до 3 миллионов россиян, то есть был массовый читатель, была сеть издательств, газет, журналов, библиотек. Имелись издания для читателей различной подготовленности и разных эстетических запросов («свой» читатель был у Бунина, «свой» у Набокова), для сторонников тех или иных партий: от меньшевиков до монархистов. Но зарубежная литература была обречена на очень короткое существование.

Но пока она жила, она продолжала развиваться. В специфических для неё условиях, в отрыве от природы, родного языка. Но для «стариков», чей метод сформировался ещё в дореволюционной России, характерна безоговорочная ориентация на классику, даже прямое обращение к великим русским писателям прошлого: «О Чехове» Бунина, «Мой Пушкин» Цветаевой. Консерватизм, традиционность характерны для ведущих писателей Русского зарубежья: Бунина, Куприна, Шмелева, Зайцева.

Можно выделить три основных функции русской литературной эмиграции:

Стремление влиять на общественную жизнь в Советской России, добиваясь политических перемен;

Осмысление трагического для человечества опыта социалистической революции в России.

Основные мотивы Лирики Бунина. Лирический герой и его мировоззрение.

Основное направление в поэзии И.А. Бунина — любовь к человеку и к родным местам. Важнейшим мотивом лирики поэта является превосходство естественного бытия над общественной жизнью. «Изменить общество к лучшему можно лишь через сближение с природой, которая является источником нравственного возрождения людей», — именно так считал великий поэт. Очень много стихотворений И.А. Бунин посвятил такому высокому чувству на земле, как любовь. Любовь для него — священное чувство, состояние его души. Поэт показывает и любовь человека к человеку, и любовь к природе, которая сделала его на самом деле счастливым. Поэтический мир И.А. Бунина разнообразен, но именно картины природы раскрывают в его поэзии внутренний мир лирического героя.

Лирический герой Бунина полон печали и тревоги. Его часто охватывают тоска, печаль, однако это не чувства, которые вызывает потеря чего-то конкретного, это философская печаль от текучести времени, от неизбежности старения и умирания всего прекрасного и, вместе с тем, надежды, что жизнь бессмертна. Ещё одна черта лирического героя Бунина – его философские размышления над вечными темами (жизнь, смерть, любовь), однако не он всегда находит ответы на свои вопросы, говоря с самим собой.

Природа возбуждает у лирического героя произведений Бунина не просто переживание красоты, она дает толчок для развития его внутреннего мира. Благодаря особенности Бунина создавать именно чувственные картины читатель видит не только цвета осеннего сада, слышит шум падения листьев, но и чувствует запах антоновских яблок. Все это рождает в душе читателя те же чувства, что и у лирического героя.

Билет №2

1. Основные этапы творческой биографии А.И. Куприна. Тема искусства и мир человеческих чуств в новелле “Гранотовый браслет”.
Обучаясь в Александровском военном училище (1888-1890) мечтал стать «поэтом или романистом». Первым литературным опытом Куприна были стихи, оставшиеся неопубликованными. Первое произведение, увидевшее свет, — рассказ «Последний дебют» (1889). Офицерская жизнь, которую он вёл в течение четырёх лет, дала богатый материал для его будущих произведений.

Жизни русской армии посвящена серия рассказов: «Ночлег» (1897), «Ночная смена» (1899), «Поход». В 1894 Куприн вышел в отставку и в следующие годы много странствовал по России, перепробовав множество профессий, жадно впитывая жизненные впечатления, которые стали основой его будущих произведений.

Впечатления о жизни заводов легли в основу рассказа «Юзовский завод» и повести «Молох». В 1897 служил в белорусском Полесье, где появилось вдохновение для таких рассказов как «Лесная глушь» и «Оборотень» (1901) и повести «Олеся».

В 1901 переезжает в Санкт-Петербург, где эти повести начинают приносить ему долгожданную славу и он знакомится с Буниным, Чеховым и Горьким. В Петербурге он много писал. Среди рассказов этих лет выделяются «В цирке» (1902), «На покое» (1902), «Трус» (1903), «Конокрады» (1903), «Мироне житие» (1904), «Корь» (1904). В 1905 вышло наиболее значительное его произведение — повесть «Поединок» , имевшая большой успех. Выступления писателя с чтением отдельных глав «Поединка» стали событием культурной жизни столицы. Его произведения этого времени были весьма благонравны: очерк «События в Севастополе» (1905), рассказы «Штабс-капитан Рыбников» (1906), «Река жизни», «Гамбринус» (1907).

Творчество Куприна в годы между двумя революциями противостояло упадочным настроениям тех лет: цикл очерков «Листригоны» (1907 — 11), рассказы о животных, рассказы «Суламифь», «Гранатовый браслет» (1911). Его проза стала заметным явлением русской литературы начала века.

В 1915 году Куприн завершает работу над повестью «Яма», в которой рассказывает о жизни проституток в российских публичных домах. Повесть подверглась осуждению за излишний, по мнению критиков, натурализм.

Источник

СТЕНДОВЫЙ ДОКЛАД

ПОЭЗИЯ БУНИНА

Пейзажная лирика

Тема России.

Философская лирика

Линия поэта и поэзии

Любовная лирика

СПЕЦИФИКА ПОЭТИКИ СТИХОТВОРЕНИЙ А.И.БУНИНА

экзистенциальные мотивы

АНАЛИЗ СТИХОТВОРЕНИЯ И.А.БУНИНА «ПЕТУХ НА ЦЕРКОВНОМ КРЕСТЕ»

«время» (строки 5-8)»мгновенное» (строки 9-12)»вечное» (строки 13-14).

Библиография:

www.

neuch

.ru

В творчестве И. А. Бунина поэзия занимает значительное место, хотя известность он приобрел как прозаик. Он утверждал, что является прежде всего поэтом. Именно со стихов начался его путь в литературе.

Когда Бунину исполнилось 17 лет, в журнале «Родина» вышло его первое стихотворение «Деревенский нищий», в котором юный поэт описывал состояние русской деревни:

Грустно видеть, как много страданья,

И тоски, и нужды на Руси!

С самого начала творческой деятельности поэт нашел свой стиль, свои темы, свою оригинальную манеру. Многие стихотворения отразили состояние души молодого Бунина, его внутренний мир, тонкий и богатый оттенками чувств. Умная, тихая лирика была похожа на разговор с близким другом, но поражала современников высокой техникой и артистизмом. Критики в один голос восторгались уникальным даром Бунина чувствовать слово, его мастерством в области языка. Множество точных эпитетов и сравнений почерпнуто поэтом из произведений народного творчества – как устных, так и письменных. К. Паустовский очень ценил Бунина, говоря, что каждая его строка четкая, как струна.

Начинал Бунин с гражданской лирики, писал о тяжелой жизни народа, всей душой желал перемен к лучшему. В стихотворении «Запустение» старый дом говорит поэту:

Я жду веселых звуков топора,

Жду разрушенья дерзостной работы,

Я жду, чтоб жизнь, пусть даже в грубой силе,

Вновь расцвела из праха на могиле.

В 1901 году вышел первый поэтический сборник Бунина «Листопад». В него вошла и поэма с одноименным названием. Поэт прощается с детством, миром мечтаний. Родина предстает в стихотворениях сборника в замечательных картинах природы, вызывающей море чувств и эмоций. Образ осени – наиболее часто встречающийся в пейзажной лирике Бунина. С него начиналось поэтическое творчество поэта, и до конца жизни этот образ золотым сиянием освещает его стихи. В поэме «Листопад» осень «оживает»:

Лес пахнет дубом и сосной,

За лето высох он от солнца,

И осень тихою вдовой

Вступает в пестрый терем свой.

А. Блок писал о Бунине, что «так знать и любить природу мало кто умеет», и добавлял, что Бунин «претендует на одно из главных мест в русской поэзии». Богатое художественное восприятие природы, мира и человека в нем стало отличительной чертой и поэзии, и прозы Бунина. Горький сравнивал Бунина-художника с Левитаном по мастерству в создании пейзажа.

Бунин жил и работал на рубеже XIX–XX веков, когда в поэзии бурно развивались модернистские течения. Многие поэты занимались словотворчеством, искали необычные формы для выражения своих мыслей и чувств, чем иногда шокировали читателей. Бунин же оставался верен традициям русской классической поэзии, которые развивали Фет, Тютчев, Баратынский, Полонский и другие. Он писал реалистические лирические стихи и не стремился к экспериментам со словом. Богатств русского языка и событий действительности вполне хватало поэту.

В стихах Бунин пытался найти гармонию мира, смысл существования человека. Он утверждал вечность и мудрость природы, определял ее как неиссякаемый источник красоты. Жизнь человека у Бунина всегда вписана в контекст природы. Он был уверен в разумности всего живого и утверждал, «что нет никакой отдельной от нас природы, что каждое малейшее движение воздуха есть движение нашей собственной жизни».

Пейзажная лирика постепенно становится философской. В стихотворении для автора главное – мысль. Теме жизни и смерти посвящено множество стихотворений поэта:

Пройдет моя весна, и этот день пройдет,

Но весело бродить и знать, что все проходит,

Меж тем как счастье жить вовеки не умрет,

Покуда над землей заря зарю выводит

И молодая жизнь родится в свой черед.

Примечательно, что, когда в стране уже начались революционные процессы, они не нашли отражения в стихотворениях Бунина. Он продолжал философскую тему. Ему важнее было знать не что, а почему то или иное происходит с человеком. Поэт соотносил проблемы современности с вечными категориями – добра, зла, жизни и смерти. Пытаясь отыскать истину, он в своем творчестве обращается к истории разных стран и народов. Так возникают стихи о Магомете, Будде, античных божествах. В стихотворении «Саваоф» он пишет:

Мертво звучали древние слова.

Весенний отблеск был на скользких плитах —

И грозная седая голова

Текла меж звезд, туманами повитых.

Поэт хотел понять общие законы развития общества и отдельного человека. Он признавал земную жизнь лишь отрезком вечной жизни Вселенной. Отсюда возникают мотивы одиночества, судьбы. Бунин предчувствовал катастрофу революции и воспринимал ее как величайшее несчастье. Поэт пытается заглянуть за грань реальности, разгадать загадку смерти, мрачное дыхание которой ощущается во многих стихотворениях. Чувство обреченности вызывают у него разрушение дворянского уклада жизни, обнищание и разрушение помещичьих усадеб. Несмотря на пессимизм, Бунин видел выход в слиянии человека с мудрой матерью-природой, в ее покое и вечной красоте.

Урок литературы в 11 классе.

Тема: «Лирика И. А. Бунина».

Слайд 1.

Цели и задачи: ознакомить учащихся с поэтическим миром И. А. Бунина, выявить основные темы его поэзии, особенности поэтики стихотворений, совершенствовать навыки анализа лирического текста

. (Слайд 2)

Слайд 3.

Эпиграф:

“Ищу я в этом мире сочетанья
Прекрасного и вечного. Вдали
Я вижу ночь: пески среди молчанья
И звёздный свет над сумраком земли.”

И. Бунин

Вступительное слово учителя.

Иван Алексеевич Бунин — выдающийся русский писатель, прославившийся как писатель-прозаик. Но начинал свою литературную жизнь Иван Алексеевич с поэзии и вошёл в прекрасную плеяду поэтов Серебряного века.

«Я всё-таки… прежде всего поэт. Поэт! А уж потом только прозаик» — говорил И. А. Бунин.

И.А.Бунин не примкнул ни к одному из литературных течений. В поэзии Серебряного века его имя стоит особняком. Он вообще весьма скептически относился к литературным изыскам и новациям, полагая, что формалистическая изощрённость символистов, акмеистов и футуристов мало соотносится с поэзией.

Слайд 4. Стихи И. А. Бунина своеобразны. Это скорее рифмованная, определённым образом организованная проза, чем стихи в их классическом виде. Но именно своей новизной и свежестью привлекают они читателей. (Звучит стихотворение «Осыпаются астры в садах»).

Слайд 5. «На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое»,
— писал

Ю.Айхенвальд

. В поэзии Бунина чётко прослеживаются традиции русских поэтов, его предшественников, в первую очередь Пушкина, Тютчева и Фета.

Слайд 6. Бунин – верный хранитель пушкинской традиции
.

Для него являются родственными мысли
Пушкина

о том, что подлинная поэзия в простоте, естественности реальных чувств, явлений, настроений. Оба поэта отражают в своих стихотворениях существующую гармонию между человеком и природой.

Слайд 7. Как и

Тютчева

, Бунина привлекает природа в своих катастрофических состояниях, в борьбе стихийных, светлых и тёмных сил.

Бунин тоже воспринимает природу целостно, как живой организм, находящийся в постоянном движении. Поэтов неумолимо влечёт небо. Поэтому они так ценят миг, который даёт им краткую, но безусловную причастность к бесконечному.

Слайд 8. Стремление выразить “невыразимое” через мгновенную лирическую вспышку, навеять читателю охватившее его настроение — одно из коренных свойств поэзии
Фета

, которое было продолжено поэзией Бунина. Он, как и Фет, в буквальном смысле слова “останавливает мгновенье”, но вмещает в него весь мир в его предметном и чувственном богатстве.

Новый материал. ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ЛИРИКИ И.А.БУНИНА.

Пейзажная лирика.

Сообщение уч – ся.

Пейзажная лирика характерна для поэзии И.Бунина на рубеже веков и является преобладающей во всём его творчестве.

Первое стихотворение Бунина было напечатано, когда ему было лишь семнадцать, через четыре года вышел первый сборник стихов, но известность пришла к нему лишь через десять лет, после выхода сборника
“Листопад”

в

1901

году, отмеченного Пушкинской премией Академии наук.

В пейзажной лирике более всего ощутимо отличие Бунина от поэзии символистов.

Там, где символист видел в природе «знаки» иной, высшей реальности, Бунин стремился объективно воспроизвести боготворимую им действительность. Отсюда – живописная точность и изощрённость бунинских зарисовок. Именно пейзажная лирика И.Бунина в большей степени характеризуется обилием цветовых эффектов, а также потрясающей наполненностью звуковыми эффектами.

Слайд 9. Чтение отрывка из стихотворения «Листопад».

Лес, точно терем расписной,

Лиловый, золотой, багряный,

Весёлой, пёстрою стеной

Стоит над светлою поляной.

Берёзы желтою резьбой

Блестят в лазури голубой,

Как вышки, ёлочки темнеют,

А между клёнами синеют

То там, то здесь в листве сквозной

Просветы в небо, что оконца.

Лес пахнет дубом и сосной,

За лето высох он от солнца,

И Осень тихою вдовой

Вступает в пёстрый терем свой

Сегодня на пустой поляне,

Среди широкого двора,

Воздушной паутины ткани

Блестят, как сеть из серебра.

Сегодня целый день играет

В дворе последний мотылёк

И, точно белый лепесток,

На паутине замирает,

Пригретый солнечным теплом;

Сегодня так светло кругом,

Такое мёртвое молчанье

В лесу и в синей вышине,

Что можно в этой тишине

Расслышать листика шуршанье.

Анализ.

Найдите тропы, помогающие поэту создать цветовой эффект (цветопись).

Найдите обонятельный образ

. (Лес пахнет дубом и сосной).

Расслышать … шуршанье).

Слово учителя.

Верный традициям реалистического пейзажа 19 века, И.Бунин вместе с тем подчёркивает самодостаточность и независимость природы от человека. Поэт переживает одиночество человека среди природы и одиночество природы без человека, «блаженную тоску» пустынности.

Стихи Бунина- это лирико-созерцательные картины природы, созданные средствами тонких деталей, лёгких красок, полутонов. Основная их интонация — печаль, грусть, однако эта печаль «светлая», очищающая.

Ночь побледнела, и месяц садится
За реку красным серпом.
Сонный туман на лугах серебрится,
Чёрный камыш отсырел и дымится,
Ветер шумит камышом.
Тишь на деревне. В часовне лампада
Меркнет, устало горя.
В трепетный сумрак озябшего сада
Льётся со степи волнами прохлада-
Медленно рдеет заря.

Описывать природу И.Бунин предпочитает в «пограничное» время суток: вечер, туманное утро…

Слайд 10.Стихотворение
«Вечер»

написано в жанре классического сонета. Шекспир и Пушкин писали сонеты о любви, философские сонеты. У Бунина же в сонете воспеты мир человека и мир природы.

О счастье мы всегда лишь вспоминаем.
А счастье всюду. Может быть, оно
Вот этот сад осенний за сараем
И чистый воздух, льющийся в окно.

В бездонном небе лёгким, чистым кроем
Встаёт, сияет облако. Давно
Слежу за ним… Мы мало видим, знаем.
А счастье только знающим дано.

Окно открыто. Пискнула и села
На подоконник птичка. И от книг
Усталый взгляд я отвожу на миг.

День вечереет, небо опустело,
Гул молотилки слышен на гумне.
Я вижу, слышу, счастлив. Всё во мне.

Как вы понимаете последнюю фразу — “Всё во мне”?

(Всё в человеке: доброта и злоба, любовь и открытия, рай и ад. “Всё во мне” поистине говорит само за себя. Какая бездна мудрости заключена в этой фразе! Объёмность и глубина смысла роднит её с библейской мудростью: “Царство Божие внутри вас»).

Подумаем над вопросами:

1. Определите тему стихотворения. Что его роднит со стихотворением «И цветы, и шмели, и трава, и колосья…»?

2. Какие образы стихотворения вас удивили и почему?

3. Как передаётся в стихотворении ощущение времени и пространства?

4. Назовите эмоционально окрашенные эпитеты.

5. Объясните смысл строки: “Я вижу, слышу, счастлив…”

Слово учителя.

Бунинский пейзаж правдив, тонок и прекрасен, как ни одному символисту и не грезилось. В стихах Ивана Алексеевича мы не видим личности автора. Из своей поэзии он исключает главную составляющую лиризма — “я”. Это основная причина
того, что Бунина упрекали в холодности. Но это не холодность, а скорее целомудрие.

Перед закатом набежало
Над лесом облако — и вдруг
На взгорье радуга упала
И засверкало всё вокруг.

Стеклянный, редкий и ядрёный,
С весёлым шорохом спеша,
Промчался дождь, и лес зелёный
Затих, прохладою дыша.

Слайд 11. В стихах Бунина нет темы города и отзвуков общественной борьбы. Он спешит увести читателя в поле, в лес, или любуется морским прибоем, или размышляет о суете жизни. Строки бунинской поэзии просты и проникновенны.

«Полевые цветы»

В блеске огней, за зеркальными стеклами,
Пышно цветут дорогие цветы,
Нежны и сладки их тонкие запахи,
Листья и стебли полны красоты.

Их возрастили в теплицах заботливо,
Их привезли из-за синих морей;
Их не пугают метели холодные,
Бурные грозы и свежесть ночей…

Есть на полях моей родины скромные
Сестры и братья заморских цветов:
Их возрастила весна благовонная
В зелени майской лесов и лугов.

Видят они не теплицы зеркальные,
А небосклона простор голубой,
Видят они не огни, а таинственный
Вечных созвездий узор золотой.

Веет от них красотою стыдливою,
Сердцу и взору родные они
И говорят про давно позабытые
Светлые дни.

Тема России

Сообщение уч – ся.

Тема России ярко выражена на протяжении всего творчества поэта. В ней отразились ностальгия и философия Бунина. Он стремился прочесть и разгадать сокровенные законы нации, которые, по его мнению, вечны. Легенды, предания, притчи (народная мудрость) становятся стихами. Как и многие другие темы в лирике, тема Родины раскрывается с применением элементов пейзажа. Поэт связал воедино образ природы и родины. Для него природа России – это степи Орловщины, где писатель родился и вырос…

Слайд 12. «Родине» — стихотворение, представляющее одну из ведущих тем в поэзии Бунина – тему России.

Они глумятся над тобою,
Они, о родина, корят
Тебя твоею простотою,
Убогим видом чёрных хат…

Так сын, спокойный и нахальный,
Стыдится матери своей —
Усталой, робкой и печальной
Средь городских его друзей,

Глядит с улыбкой состраданья
На ту, кто сотни вёрст брела
И для него, ко дню свиданья,
Последний грошик берегла.

Анализ.

Какими эпитетами характеризует Бунин Родину?

(
«усталой, робкой и

печальной»).

Каково отношение поэта к родине?

(
Поэт не идеализирует образ Родины, наоборот, он явно видит все её проблемы. Родина нищая, голодная, но любимая.)

Найдите метафору, определите её роль.

(
Метафора «Родина-мать» — бредущая по пыльной дороге старая женщина, мать, идущая к своему нравственно больному ребёнку – один из самых щемящих и пронзительных образов.)

Слайд 13.

Определите тему и идею стихотворения «У птицы есть гнездо».

У птицы есть гнездо, у зверя есть нора.

Как горько было сердцу молодому,

Когда я уходил с отцовского двора,

Сказать прости родному дому!

У зверя есть нора, у птицы есть гнездо.

Как бьётся сердце, горестно и громко,

Когда вхожу, крестясь, в чужой, наёмный дом

С своей уж ветхою котомкой!

(Тема бездомности, чужбины и тоски по родине.

Идея — оторванность от родины заставляет человека страдать, наполняет его душу горечью, болью, одиночеством.)

Философская лирика

Сообщение уч – ся.

Обращение к философской лирике происходит после первой русской революции (1906-1911 гг.) Важнейшим мотивом лирики поэта является превосходство естественного бытия над общественной жизнью. Бунин — великий жизнелюб. Любовь для него – священное чувство, состояние его души. Жизнь для Бунина – путешествие в воспоминаниях. Особая атмосфера философских стихотворений Бунина – атмосфера тишины. Шум, суета отвлекают от главного – от духовной жизни. Лирический герой Бунина тяжело переживает своё одиночество; в стихотворениях лирический герой пытается осмыслить быстротечность человеческой жизни и времени.

Слайд 14.

Настанет день — исчезну я,

А в этой комнате пустой

Всё то же будет: стол, скамья

Да образ, древний и простой.

И так же будет залетать

Цветная бабочка в шелку,

Порхать, шуршать и трепетать

По голубому потолку.

И так же будет неба дно

Смотреть в открытое окно

И море ровной синевой

Манить в простор пустынный свой.

Каковы тема и идея стихотворения?

(Тема: стихотворение о неотвратимости смерти. Идея:
смерть — это совсем не конец, не катастрофа: пусть человек и исчезнет, но весь Мир будет существовать, такой же вечный и прекрасный.

Какие эмоции вызывает?

(Эмоции: печаль и надежда.)

Определите роль образа бабочки.

(Роль образа бабочки: в образе бабочки представлена нескончаемая череда жизненного цикла, рождения новых людей, которые будут жить и работать после (круговорот жизни и смерти (Буддистский мотив).

Слайд 15 (аудио). Бунин учился у Тютчева претворению отвлечённой мысли в художественный образ, в котором отражал философские мотивы в бытовых соответствиях. У своего же учителя Бунин подхватил родственную идею о замкнутости человека в себе самом.

…Зачем и о чём говорить?
Всю душу, с любовью, с мечтами,
Всё сердце стараться раскрыть —
И чем же? — одними словами!
И хоть бы в словах-то людских
Не так уж всё было избито!
Значенья не сыщете в них,
Значение их позабыто!
Да и кому рассказать?
При искреннем даже желанье
Никто не сумеет понять
Всю силу чужого страданья!

Слайд 16. Поэзия Бунина стилистически сдержанна, чеканна, гармонична. Поэт чужд поискам нового. Его поэзия традиционна, он последователь русской классики. Бунин — тонкий лирик, прекрасный знаток русского языка.

И цветы, и шмели, и трава, и колосья,
И лазурь, и полуденный зной…
Срок настанет – Господь сына блудного спросит:
“Был ли счастлив ты в жизни земной?”

И забуду я все – вспомню только вот эти
Полевые пути меж колосьев и трав –
И от сладостных слез не успею ответить,
К милосердным коленам припав.
(Иван Бунин, 1918)

Как решается философская проблема человеческого счастья в этом стихотворении И.А. Бунина?

(Счастье, по мнению Бунина, в общении с природой, в гармонии с ней, в наслаждении видеть лазурное небо, полевые цветы, изумрудную траву, золотые колосья…

Счастье — это просто шагать по полевым тропинкам “меж колосьев и трав”.

Счастье — в благостной полевой тишине, в аромате спелых колосьев и сенокоса, в полуденном зное, в шёпоте ветерка…)

Что слышите вы в полисиндетоне (многосоюзие) начала стихотворения?

(Многосоюзие передаёт половодье чувств лирического героя. Кажется, он без остановки, взахлёб будет перечислять всё, что приносит радость, даёт наслаждение, душевный покой, дарит счастье.)

Вы верите, что лирический герой был счастлив в “жизни земной”? Почему?

(Искренность его чувств передаётся не словами, чувства переполняют его:

И от сладостных слов не успею ответить,
К милосердным коленам припав.

)

Стихотворение пронизывает чувство прекрасного, чувство счастья… О каком ещё чувстве мы не сказали?

(О чувстве благодарности Творцу.

Когда в жизни человека много проблем, страданий, когда нет ни покоя, ни богатства, ни взаимной любви, когда ты одинок и тебе кажется, что ты самый несчастный человек на земле, ты начинаешь роптать или ещё хуже — проклинать эту трудную земную жизнь… Вспомни, что у тебя есть бесценные богатства — воздух, земля, вода, небо, леса, озёра, море, степь, поле, речка… Вспомни, какой душевный покой и умиротворение приносят шум морского прибоя, птичье пение, свет земляничной поляны, шелест золотых колосьев.

Человек, любящий природу, понимающий её красоту, — счастливый человек.)

Тема поэта и поэзии.

Слово учителя.

Как и любой поэт, И.Бунин пытался осмыслить своё предназначение, роль творца, суть поэзии. Программным для него стихотворением на эту тему является лирическое произведение «Поэту» — кодекс его поэтической чести. Муза Бунина – природа, потому он больше пишет именно о ней, а тема поэта и поэзии не получила широкого воплощения в лирических произведениях Бунина.

Слайд 17.

«Поэту»

В глубоких колодцах вода холодна,
И чем холоднее, тем чище она.
Пастух нерадивый напьётся из лужи
И в луже напоит отару свою,
Но добрый опустит в колодец бадью,
Верёвку к верёвке привяжет потуже.

Бесценный алмаз, обронённый в ночи,
Раб ищет при свете грошовой свечи,
Но зорко он смотрит по пыльным дорогам,
Он ковшиком держит сухую ладонь,
От ветра и тьмы ограждая огонь —
И знай: он с алмазом вернётся к чертогам.

К чему призывает поэта Бунин?

Любовная лирика.

Слово учителя.

Тема любви в лирике менее заметна. В ней автор избегает нарочито красивых фраз.

Я к ней вошёл в полночный час.
Она спала, — луна сияла
В её окно, — и одеяла
Светился спущенный атлас.
Она лежала на спине,
Нагие раздвоивши груди,-
И тихо, как вода в сосуде,
Стояла жизнь её во сне.

Чтение наизусть стихотворения уч – ся:

Слайд 18.

Я – простая девка на баштане,
Он – рыбак, весёлый человек.
Тонет белый парус на Лимане,
Много видел он морей и рек.

Говорят, гречанки на Босфоре
Хороши… А я черна, худа.
Утопает белый парус в море –
Может, не вернётся никогда!

Буду ждать в погоду, в непогоду…
Не дождусь – с баштана разочтусь,
Выйду к морю, брошу перстень в воду
И косою чёрной удавлюсь.

Чем это стихотворение отличается от ранее прочитанных? Какие эмоции вызвало?

Интимная лирика И.Бунина трагедийна, в ней звучит протест против несовершенства мира. Вновь в любовной лирике встречается мотив одиночества, так свойственный для всей поэтики Бунина. Лирический герой расстаётся со своей возлюбленной, испытывая трагичное чувство и продолжая любить. Тема любви, не получившая широкого воплощения в поэзии Бунина, была продолжена им в прозе.

Слайд 19.

«Одиночество» (аудио).

Слайды 20 — 21.

Вопросы для написания сочинения – анализа стихотворения

«Одиночество».

Как тема стихотворения «Одиночество» отражает общественную позицию автора?

Какую форму выбирает И. Бунин для своего стихотворения? Как это отражает авторский замысел?

Проведя параллель между природой и героем, определите характер взаимосвязи между ними.

Как синтаксические и лексические средства помогают поэту выразить внутреннее состояние героя?

Понаблюдайте над тропами и определите причину их скупости.

Чем интересна рифма стихотворения, как она связана с формой?

Как меняется эмоциональный строй стихотворения от начала стихотворения до конца?

Сочетание каких стихотворных размеров присутствует в стихотворении? Чего добивается автор благодаря этому?

Докажите, что жанр стихотворения – элегия. Какие строфы наиболее ярко подчёркивают это?

Найдите кульминационные строки. Как они отражают основную идею стихотворения?

Какую функцию выполняют глаголы?

В чём оригинальность концовки стихотворения? Какой троп здесь присутствует и как это характеризует лирического героя?

Домашнее задание:

напишите сочинение «Анализ стихотворения А. А. Бунина «Одиночество».

Слайд 22. Закрепление.

Определите особенности поэтики стихотворений Бунина.

(1.сохранение традиций поэзии мастеров 19 в.

2.чёткость и «меткость» подбора эпитетов

3.простота и естественность поэтического языка

4.приемы:

звукопись

цветопись

оксюморон

«три эпитета» — приём подбора трёх последовательных эпитетов, достаточно полно характеризующих образ

олицетворение

метафора

высокая лексика библейских цитат (для философской лирики)

5.экзистенциальные мотивы).

Слайд 23.

Вывод.

Читая стихотворения И.А. Бунина, мы вдыхаем “осинников поблекший аромат”, чувствуем “лугов прохладное дыханье”, “благоуханье сада”, “сена душистую истому”… Мы радуемся встрече с пугливой стаей голубей, “сверкающих снежной белизной”…

В мире его поэзии “соловьи всю ночь поют”, “беспечно иволги болтают”…

А ещё мы непременно услышим “гул молотилки на гумне”, “стук валька и топора, шум мельницы”…

Счастье, по мнению Бунина, — это полное слияние с природой, это мирный труд на родной щедрой земле. Себя он относил к числу счастливых, ведь “счастье только знающим дано”.

Поэзия Бунина учит видеть, слышать, понимать, любить мир, жизнь, родную землю, её красоту — и быть счастливым

Поэзия И. Бунина — “родник, живой и звонкий”, “живая вода”…

Использованные ресурсы:

1.И. А. Бунин — Стихи

2.Айхенвальд Ю. И.

«

Иван Бунин»

Конспект по теме: «Лирика И. А. Бунина».

Слайд 2

. Цели и задачи: познакомить учащихся с поэтическим миром И. А. Бунина, выявить основные темы его поэзии, особенности поэтики стихотворений, совершенствовать навыки анализа лирического текста.

Слайды 3,4,5

Видеолекция Бибигон – урок И.Бунин (с первой минуты до 11.49) в сопровождении презентации.

Слайд 6,7.

Иван Алексеевич Бунин — выдающийся русский писатель, прославившийся как писатель-прозаик. Но начинал свою литературную жизнь Иван Алексеевич с поэзии и вошёл в прекрасную плеяду поэтов Серебряного века.

«Я всё-таки… прежде всего поэт. Поэт! А уж потом только прозаик» — говорил И. А. Бунин.

«На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое», — писал
Ю.Айхенвальд

. В поэзии Бунина чётко прослеживаются традиции русских поэтов, его предшественников, в первую очередь Пушкина, Тютчева и Фета.

Бунин – верный хранитель пушкинской традиции. Для него являются родственными мысли Пушкина о том, что подлинная поэзия в простоте, естественности реальных чувств, явлений, настроений. Оба поэта отражают в своих стихотворениях существующую гармонию между человеком и природой.

Слайды 8,9

. Рассказ видеолекторов о семье, роде Буниных

Слайд 10

. Первое стихотворение Бунина было напечатано, когда ему было лишь семнадцать, через четыре года вышел первый сборник стихов, но известность пришла к нему лишь через десять лет, после выхода сборника “Листопад” в 1901 году, отмеченного Пушкинской премией Академии наук.

Слайд 11.

Чтение отрывка из стихотворения «Листопад».

Лес, точно терем расписной,

Лиловый, золотой, багряный,

Весёлой, пёстрою стеной

Стоит над светлою поляной.

Берёзы желтою резьбой

Блестят в лазури голубой,

Как вышки, ёлочки темнеют,

А между клёнами синеют

То там, то здесь в листве сквозной

Просветы в небо, что оконца.

Лес пахнет дубом и сосной,

За лето высох он от солнца,

И Осень тихою вдовой

Вступает в пёстрый терем свой

Сегодня на пустой поляне,

Среди широкого двора,

Воздушной паутины ткани

Блестят, как сеть из серебра.

Сегодня целый день играет

В дворе последний мотылёк

И, точно белый лепесток,

На паутине замирает,

Пригретый солнечным теплом;

Сегодня так светло кругом,

Такое мёртвое молчанье

В лесу и в синей вышине,

Что можно в этой тишине

Расслышать листика шуршанье.

Анализ.

Найдите тропы, помогающие поэту создать цветовой эффект (цветопись).

Найдите обонятельный образ. (Лес пахнет дубом и сосной).

Расслышать … шуршанье).

Слайд 12.

Художественные особенности лирики Бунина

Слово учителя. Верный традициям реалистического пейзажа 19 века, И.Бунин вместе с тем подчёркивает самодостаточность и независимость природы от человека. Поэт переживает одиночество человека среди природы и одиночество природы без человека, «блаженную тоску» пустынности.

Слайд 13

. ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ ЛИРИКИ И.А.БУНИНА.

Пейзажная лирика.

Сообщение уч – ся. Пейзажная лирика характерна для поэзии И.Бунина на рубеже веков и является преобладающей во всём его творчестве.

Стихи И. А. Бунина своеобразны. Это скорее рифмованная, определённым образом организованная проза, чем стихи в их классическом виде. Но именно своей новизной и свежестью привлекают они читателей.

И.З.: Презентация стихотворения «Осыпаются астры в садах».

В пейзажной лирике более всего ощутимо отличие Бунина от поэзии символистов.

Слайд 14

.Стихотворение «Вечер» написано в жанре классического сонета. Шекспир и Пушкин писали сонеты о любви, философские сонеты. У Бунина же в сонете воспеты мир человека и мир природы.

Окно открыто. Пискнула и села
На подоконник птичка. И от книг
Усталый взгляд я отвожу на миг.

День вечереет, небо опустело,
Гул молотилки слышен на гумне.
Я вижу, слышу, счастлив. Всё во мне.

Как вы понимаете последнюю фразу — “Всё во мне”?

Подумаем над вопросами:

1. Определите тему стихотворения.

2. Какие образы стихотворения вас удивили и почему?

3. Как передаётся в стихотворении ощущение времени и пространства?

4. Назовите эмоционально окрашенные эпитеты.

5. Объясните смысл строки: “Я вижу, слышу, счастлив…”

Слово учителя. Бунинский пейзаж правдив, тонок и прекрасен, как ни одному символисту и не грезилось. В стихах Ивана Алексеевича мы не видим личности автора. Из своей поэзии он исключает главную составляющую лиризма — “я”.

Слайд 15

. Тема России.

Тема России ярко выражена на протяжении всего творчества поэта. В ней отразились ностальгия и философия Бунина. Он стремился прочесть и разгадать сокровенные законы нации, которые, по его мнению, вечны. Легенды, предания, притчи (народная мудрость) становятся стихами. Как и многие другие темы в лирике, тема Родины раскрывается с применением элементов пейзажа. Поэт связал воедино образ природы и родины. Для него природа России – это степи Орловщины, где писатель родился и вырос…

«Родине» — стихотворение, представляющее одну из ведущих тем в поэзии Бунина – тему России.

Они глумятся над тобою,
Они, о родина, корят
Тебя твоею простотою,
Убогим видом чёрных хат…

Анализ.

Какими эпитетами характеризует Бунин Родину? («усталой, робкой и печальной»).

Каково отношение поэта к родине? (Поэт не идеализирует образ Родины, наоборот, он явно видит все её проблемы. Родина нищая, голодная, но любимая.)

Найдите метафору, определите её роль. (Метафора «Родина-мать» — бредущая по пыльной дороге старая женщина, мать, идущая к своему нравственно больному ребёнку – один из самых щемящих и пронзительных образов.)

Слайд 16.

Определите тему, мотив и идею стихотворения «У птицы есть гнездо».

У птицы есть гнездо, у зверя есть нора.

Как горько было сердцу молодому,

Когда я уходил с отцовского двора,

Сказать прости родному дому!

У зверя есть нора, у птицы есть гнездо.

Как бьётся сердце, горестно и громко,

Когда вхожу, крестясь, в чужой, наёмный дом

С своей уж ветхою котомкой!

(Мотив бездомности, чужбины и тоски по родине. Тема родины. Нет покоя на чужбине.

Философская лирика

Слайд 17.

Настанет день — исчезну я,

А в этой комнате пустой

Всё то же будет: стол, скамья

Да образ, древний и простой.

И так же будет залетать

Цветная бабочка в шелку,

Порхать, шуршать и трепетать

По голубому потолку.

И так же будет неба дно

Смотреть в открытое окно

И море ровной синевой

Манить в простор пустынный свой.

Каковы тема и идея стихотворения?

Какие эмоции вызывает? (Эмоции: печаль и надежда.)

Определите роль образа бабочки. (Роль образа бабочки: в образе бабочки представлена нескончаемая череда жизненного цикла, рождения новых людей, которые будут жить и работать после (круговорот жизни и смерти (Буддистский мотив).

Тема поэта и поэзии.

Слово учителя. Как и любой поэт, И.Бунин пытался осмыслить своё предназначение, роль творца, суть поэзии. Программным для него стихотворением на эту тему является лирическое произведение «Поэту» — кодекс его поэтической чести. Муза Бунина – природа, потому он больше пишет именно о ней, а тема поэта и поэзии не получила широкого воплощения в лирических произведениях Бунина.

Слайд 18. «Поэту»

К чему призывает поэта Бунин?

Любовная лирика.

Слово учителя. Тема любви в лирике менее заметна. В ней автор избегает нарочито красивых фраз.

Слайд 19

2.Айхенвальд Ю. И. «Иван Бунин»

3. А. Т. Твардовский «О Бунине»

Иван Алексеевич Бунин входит в число признанных классиков русской литературы. Мало того, его имя известно и за рубежом, ведь долгие годы поэт и писатель был вынужден жить в изгнании. Многие знают его исключительно как писателя, между тем начинал он в качестве поэта. Лирика Бунина занимает огромное место в его творчестве.

Иван Алексеевич Бунин: детство

Будущий литератор родился в 1870 году, в семье из старинного дворянского рода. Отцу Бунина принадлежало небольшое поместье на Орловщине — там и прошли детские годы маленького Вани. Впечатления тех лет он позднее отразит в своем творчестве, а тихую жизнь в усадьбе будет вспоминать до конца дней. Иван с ранних лет любил читать и стал сам сочинять небольшие стишки. Кроме того, он рос очень артистичным ребенком, что впоследствии помогло ему стать замечательным чтецом.

В десять лет он уехал учиться в гимназию в город, и городская жизнь пришлась ему не по нраву. Тем не менее он выдержал четыре года, а затем попросту не приехал с каникул и его исключили. После этого четырнадцатилетний Иван стал жить в имении бабушки вместе со старшим братом Юлием, который и занимался вплотную образованием Вани. Надо сказать, что братья на всю жизнь сохранили близкие, теплые отношения. Таким образом, и подростковые свои годы Иван Алексеевич провел в любимой деревне среди крестьянских детей, от которых услышал множество интересных историй, позже выраженных им в творчестве.

Начало творческого пути

Первые робкие стихи маленький Ваня написал еще в семь-восемь лет. Тогда он зачитывался Пушкиным, Жуковским, Майковым, Лермонтовым, Фетом. Им он и пытался подражать в своих «виршах». Первые же серьезные стихотворения, которые даже были опубликованы, Иван Алексеевич сочинил в возрасте семнадцати лет. В свет они вышли в одной из санкт-петербургских газет — всего двенадцать штук в течение года. Там же появились и два дебютных рассказа юного автора — «Нефедка» и «Два странника». Иван Алексеевич вступил на путь литераторства.

Писатель или поэт?

Большему количеству населения Иван Алексеевич известен прежде всего как прозаик. «Темные аллеи», «Митина любовь», «Антоновские яблоки» и другие знаковые рассказы его изучаются в школах и университетах. Что уж говорить об обширной автобиографии «Жизнь Арсеньевых»! Но тем не менее сам Бунин считал себя в первую очередь поэтом. Это неслучайно — ведь именно с любви к стихотворным формам началась его страсть к литературе в принципе.

Влияние коллег

В середине 1890-х Бунин познакомился со Львом Николаевичем Толстым — им он восхищался и ранее. Его идеи, характер и взгляды оказали огромное влияние на жизнь Бунина, что проявилось как в его прозе, так и в лирике. Также большое впечатление на автора произвело знакомство с Антоном Чеховым, Максимом Горьким, актерами МХАТа, а также композитором Сергеем Рахманиновым. Нашло отражение в творчестве Бунина и вхождение в московские литературные круги, и вращение среди таких личностей, как Александр Куприн, Константин Бальмонт, Федор Сологуб и других.

Первые сборники

Первый стихотворный сборник Ивана Алексеевича вышел в 1891 году. Назывался он незамудренно — «Стихотворения 1887-1891 гг.», содержал первые, пробные, юношеские стихи, которые восприняты были рецензентами в целом благосклонно. Уже тогда отмечали, насколько точно и живописно начинающий поэт передает красоту природы — первые стихи Бунина принадлежали именно к пейзажной лирике. Говорили и о том, что перед читателями предстал будущий «большой писатель».

Однако настоящей известности, масштабной, те стихотворения Ивану Алексеевичу не принесли. А принесли следующие два сборника: первая книга рассказов 1897 года издания и вторая — стихотворений, вышедшая годом позже (сборник назывался «Под открытым небом»). Тогда Бунин, как говорится, проснулся знаменитым.

«Листопад»

Третья книга стихотворений Ивана Алексеевича увидела свет в 1901 году в московском издательстве. Называлась она «Листопад» и содержала стихи, написанные под впечатлением от общения с символистами. Отзывы критиков разнились — кто был сдержан, кто восхищался, кто недоумевал. Но два года спустя все по местам расставила Пушкинская премия — ее Ивану Бунину присудили именно за данный сборник.

Особенности поэзии Бунина

Возможно, лирика Бунина не изучается так усердно, как его рассказы и повести, однако она занимает почетное место в русской литературе, что легко подтвердят все литературоведы. В ней множество особенностей, которых не найдешь больше в творчестве ни одного другого автора.

В первую очередь вспомнить нужно о том, в какое время жил Иван Алексеевич — рубеж двух столетий, время поисков себя, что отразилось и в русской литературе. Сколько возникало различных кружков и движений! Футуристы, акмеисты, символисты… Поэты стремились стать новаторами, экспериментировали, искали новые формы слова. Ивана Алексеевича Бунина, в отличие от большинства его коллег, подобное никогда не прельщало. Он остался консерватором в литературе, продолжая воспевать классические русские традиции, продолжая дело своих предшественников — Тютчева, Фета, Лермонтова, Пушкина и прочих.

Лирика в творчестве Бунина занимает важнейшее место. Он писал в «традиционном» стиле, но показывал тем не менее новые грани и возможности стихотворения. Литератор всегда оставался верен один раз и навсегда найденному стилю — четкому, сдержанному, гармоничному. Кажется порой, что язык его сух, однако как удивительно точно передает он и красоту природы, и боль любви, и переживания о жизни… Состояние души автора — вот что впитала в себя лирика Бунина. Ее философичность, лаконизм и изысканность не оставляли равнодушными и читателей, и многих его коллег-литераторов, и критиков, восхищавшихся способностью Ивана Алексеевича чувствовать и передавать слово. О его чувстве языка и великом мастерстве говорили повсеместно.

Еще одна характерная особенность лирики Бунина в том, что даже показывая отрицательные грани жизни, задумываясь об этом, он не дает себе права судить кого-либо. Он лишь предоставляет читателю право решать самому, «что такое хорошо, а что такое плохо». Его поэзия реальна, не зря же принято называть Ивана Алексеевича продолжателем чеховского реализма.

Если говорить об особенностях поэтики стихотворений Бунина, можно выделить следующее: сохранение традиций девятнадцатого века, точное употребление эпитетов (ими изобилует его лирика), простота и естественность слова (оно будто живое в его стихах), присутствие экзистенциальных мотивов даже в стихотворениях на другие темы, непременное использование стилистических фигур и приемов, таких как звукопись, оксюморон, метафоры, олицетворения, уже упомянутые эпитеты и многие другие. Он активно применяет и синонимы, как бусины, нанизывает слова одно на другое, чтобы у читателя сложилась яркая картинка.

Темы лирики Бунина

Условно говоря, стихотворения Ивана Алексеевича Бунина можно разделить на три большие части — пейзажные, философские и любовные. Конечно, он касался и других тем в своем творчестве, но именно эти три преобладают в лирике Ивана Бунина.

Пейзажная лирика

Именно с пейзажных стихотворений начал свой творческий путь Иван Бунин. Стихи пейзажной лирики Бунина обладают невероятной выразительностью, они настолько живописны, что кажется — ты смотришь на картину, а не читаешь текст. Недаром коллеги Бунина отзывались о нем, как о творце природы, говорили, что в изображении пейзажа он схож с Левитаном, что, кроме него, мало кто чувствует и понимает природу, как он. Пожалуй, это правда — по Бунину, природа единственно гармонична, она является неотъемлемой частью жизни человека. Только в ней и есть красота, которая способна исцелить человечество — таков закон стихов пейзажной лирики Бунина.

Наиболее часто используется поэтом образ осени и русского леса. Лес для него — точно музыка, которую он поет с огромной любовью, поэтому и все его стихи — музыкальны. В изображении пейзажей у Бунина встречается множество различных цветов и звуковых эффектов, точно подобранных эпитетов, олицетворений, метафор, помогающих автору создать удивительно точные образы. Лирического героя здесь нет, все внимание сосредоточено на красоте природы.

Очень часто Бунин показывает ночные пейзажи, поскольку ночь — его любимое время суток. Ночью уснувшая природа кажется волшебной, манящей, очаровывает еще более — именно поэтому много стихотворений посвящено ночи. Как правило, в большей части его стихов встречаются, помимо ночи и леса, образы неба, звезд, бескрайних степей. Сочиняя пейзажную лирику, поэт видел перед собой любимую Орловщину, где прошло его детство.

Философская лирика

Пейзажная лирика Бунина постепенно уступила место философской, вернее, плавно перетекла в нее. Началось это на рубеже веков, с начала нового столетия. Тогда поэт сильно увлекался Кораном, читал Библию, что, разумеется, не могло не отразиться в его произведениях.

Философская лирика Бунина говорит о жизни и о смерти. Бунин хотел разобраться, почему случается какое-либо событие, он размышлял о вечном — о добре и зле, о правде, о памяти, о прошлом и настоящем. В этот период в его стихотворениях можно найти множество обращений к истории разных стран. Он интересовался легендами Востока, античной Греции, божествами, христианством. Одиночество и обреченность, вечность, человеческая судьба — эти темы также нередки в философской лирике Бунина. Он стремился в своих стихотворениях понять смысл жизни — и характерной при этом становится связь философских стихотворений с пейзажными: именно в любви к природе и почитании ее поэт находил спасение для человеческой души.

Философская лирика Ивана Алексеевича отличается особой атмосферой — абсолютной тишиной. Когда читаешь стихотворения этой тематики, кажется, что даже воздух перестает колебаться. В переживания лирического героя (здесь он присутствует) погружаешься полностью, им отдаешься, как своим собственным. Такая тишина, по Бунину, нужна, чтобы иметь возможность слышать Бога, который является носителем Света, Истины и Любви. О Боге и библейских мотивах написано немало стихотворений автора.

Любовная лирика

Стихи о любви в творчестве Ивана Алексеевича Бунина представлены несколько в меньшем количестве, но тем не менее играют большую роль среди его произведений. Давным-давно любовную лирику Бунина определили как трагедийную — пожалуй, это наиболее емкое и точное определение.

Любовь для Ивана Алексеевича — самое сокровенное, важное, главное, то, ради чего стоит жить на земле. Он абсолютно уверен в существовании настоящей любви, и, хотя много стихотворений посвящено у него любовным страданиям, о взаимной, счастливой любви он пишет тоже, хоть и реже. Одним из основных мотивов любовной лирики Бунина считается одиночество, неразделенность любви, невозможность испытать счастье. Она потому и трагедийна, что преобладают в ней мысли о том, что не сбылось, воспоминания об ушедшем, сожаления о потерянном, непрочность человеческих взаимоотношений.

Соприкасается любовная лирика Бунина и с философской — любовь и смерть, и с пейзажной — любовь и красота природы. Бунин пессимистичен — в его стихотворениях счастье не может жить долго, за любовью следует либо разлука, либо смерть, благополучного исхода не дано. Однако любовь — все равно счастье, поскольку это высшее, что может познать в жизни человек. При этом сам поэт в личной жизни после нескольких неудачных попыток все же обрел семейное счастье и жену, до конца его дней поддерживавшую его во всем.

Как и в любой другой, в любовной лирике Бунина есть ряд особенностей. Это, например, избегание красивых фраз, использование природы в роли наблюдателя за любовными страданиями, упоминание весны (любимого времени года поэта) как символа любви, открытый протест против несовершенства мироздания, непременное соединение духовного и телесного (невозможно узнать душу, не постигнув плоти). При этом в поэзии Бунина нет ничего постыдного или пошлого, она святая и остается для него великим таинством.

Иные мотивы лирики Бунина

Помимо вышеозвученных тем, в творчестве Ивана Алексеевича присутствуют следующие: гражданская лирика — стихотворения о тяжелой судьбе простого народа; тема Родины — ностальгия по старой России, стихотворения на подобные темы нередки для эмигрантского периода творчества поэта; тема свободы, истории и человека; тема поэта и поэзии — предназначение поэта в жизни.

Иван Алексеевич Бунин внес большой вклад в развитие русской литературы. Не зря именно он стал первым русским литератором, получившим Нобелевскую премию — по сути, мировое признание. Как прозу, так и поэзию Бунина должен знать каждый человек, особенно если он считает себя ценителем литературы.

Источник

Е.М.
Болдырева, А.В. Леденев Творчество Бунина
в критике и литературоведении Ю.И.
Айхенвальд Айхенвальд отмечает:

«На
фоне русского модернизма поэзия Бунина
выделяется как хорошее старое. Она
продолжает вечную пушкинскую традицию
и в своих чистых и строгих очертаниях
дает образец благородства и простоты…
его почерк самый четкий в современной
литературе, его рисунок сжатый и
сосредоточенный». Критик дает оценку
«спокойной» поэзии Бунина, которой
«послушны и нежные, и стальные слова»:
она «не горит и не жжет», это «поэзия
опустелой комнаты, грустящего балкона,
одинокой залы». Достоинством бунинской
лирики, по мнению Айхенвальда, является
то, что автор «не боится прозы, для него
нормально сравнить крылья скользящих
чаек с белой яичной скорлупой», «не
боится старых ценностей мира… не
стесняется петь то, что воспевали уже
многие», «не навязывает природе своих
душевных состояний… своего лиризма не
расточа- ет понапрасну». Айхенвальд
подробно анализирует бунинскую философию:
«из одиноких страданий личности выводит
Бунин мысль о вечности красоты, о связи
времен и миров». «Бунин верит солнцу…
он знает, что неиссякаемы родники
вселенной и неугасима лампада чело-
веческой души». Как многие критики,
Айхенвальд замечает, что «Бунин с
удивительным искусством возводит прозу
в сан поэзии», представляя нам «естественный
отбор событий, единствен- но необходимый
— большая редкость в литературе». Особое
внимание уделяет критик анализу повести
«Деревня»: «он кошмарной пеленою
расстилает перед нами деревню, ее
ужасающую нищету, грязь, душевную и
физическую скверну, рабство, безмерную
жесто- кость, но… сквозь поруганную,
оскверненную человечность опять светится
оправдание добра. Бунин представляется
Айхенвальду «одной из разновидностей
кающегося дворяни- на», «потомком
виноватых предков», который «тем больнее
сделает самому себе, чем сильнее заклеймит
рабье лицо современной деревни». Статье
Айхенвальда присущи парадоксальность
оценок, художественное чутье, оригинальность
и яркость стиля (вот как, например, он
характеризует рассказ «Господин из
Сан-Франциско»: «каскад словесных черных
бриллиантов», «желанно-тяжелые, как
спелые колосья, фразы», «драгоценнейшая
парча»).

В.В.
Воровский

Много
писали о Бунине и критики общедемократического
направления. В. Воров- ский, последовательно
отстаивавший принципы реализма, отмечает
неспособность писате- ля ориентироваться
в политической ситуации, оторванность
его от общественной борьбы. В статье
«Литературные наброски» (Мысль, 1911, №
4), посвященной анализу «Деревни»,
Воровский заявляет, что странно, когда
«утонченный поэт» пишет «такую
архиреальную, грубую, пахнущую перегноем
и прелыми лаптями вещь». Воровскому
«интересно по- смотреть, какою кажется
деревня поэту мирному, чуждому политических
интересов, но чуткому и… искреннему».
Критик упрекает Бунина в пессимизме
(«безотрадна картина жизни деревни…
даже в моменты наивысшего подъема
общественной борьбы») и в том, что он не
увидел «новую деревню», дал «неполную
и одностороннюю картину»: «нарож- дение
нового… ускользало из поля его
художественного зрения». www.a4format.ru 2 В.Ф.
Ходасевич

Один
из лучших поэтов и критиков русского
зарубежья, В. Ходасевич

(статьи
«О поэзии Бунина», «Бунин. Собрание
сочинений»), считал, что «эмиграция
сделала Бунина своим любимцем», что
«ранние поэтические шаги Бунина» совпали
«с началом символизма»; «символисты до
последней минуты считали Бунина своим»,
однако «разрыв последовал очень скоро».
Причину разрыва Бунина с символизмом
Ходасевич видит в том, что в сравнении
с символистами Бунин как бы «ставит
форму на место»: он снижает ее роль,
урезывает ее права… его форма, конечно,
безукоризненна… благородна и сдержан-
на», что «спасает Бунина от дешевых
эффектов». «Символист — создатель
своего пей- зажа… Бунин смиреннее и
целомудренней: он хочет быть созерцателем».
Критик отмечает и сдержанность
Бунина-поэта: «из своей лирики Бунин
изгнал сильнейший фермент лиризма. Это
и есть причина того, что Бунина называют
холодным». Анализируя бунинские рассказы,
критик выделяет в качестве «предмета
бунинского наблюдения» «непостижимые
законы мира»: «У символистов человек
собою определяет мир и пересоздает его,
у Бунина мир «властвует над человеком»,
«философия Бунина» — «смотрите и
переживите». Ф.А.

Степун
Известный философ русского зарубежья

Ф.А.
Степун посвятил творчеству Бунина
статью «По поводу “Митиной любви”»,
где дал обобщенную характеристику прозы
писателя, сравнивая ее с произведениями
классиков и современников: «рассказы
Бунина — не в себе законченные миниатюры,
а художественно выломанные фрагменты
из какой- то очень большой вещи». «Бунин
никогда не навязывает себя своим
читателям», «бунин- ская проза — Священное
писание самой жизни», «бунинские
описания… воспринима- ются… всеми
пятью чувствами». Степун точно подмечает,
что отношение, в которое Бунин «ставит
природу и человека», не похоже на
привычное в русской литературе, когда
«природа аккомпанирует человеческим
переживаниям» — «у Бунина не природа
живет в человеке, а человек в природе».
Анализируя повесть «Митина любовь»,
критик очень точно определяет суть
трагедии героя: «Бунин вскрывает трагедию
всякой человеческой любви, проистекающую
из космического положения человека,
как существа, поставленного между двумя
мирами». «С потрясающей силой раскрыта
Буниным жуткая, зловещая, враждебная
человеку дьвольская стихия пола», «Бунин
показывает, как музыка пола приводит
Митю ко греху и смерти». Значение «Митиной
любви» совсем не только в том, что в ней
мастерски рас- сказана несчастная любовь
запутавшегося в своих чувствах гимназиста,
но в том, что проблема Митиного несчастья
включена Буниным в трагическую
«проблематику всякой человеческой
любви».

В.В.
Набоков

Интересна
краткая и выразительная рецензия на
сборник стихотворений Бунина, написанная
В. Набоковым. Он отмечает, что «ныне
среди так называемой читающей публики»,
предпочитающей советских поэтов, «стихи
Бунина не в чести», но это «лучшее, что
было создано русской музой за несколько
десятилетий»: «музыка и мысль в бунин-
ских стихах сливается в одно», «это есть
до муки острое, до обморока томное
желание выразить в словах то неизъяснимое,
таинственное, гармоническое, что входит
в широкое понятие прекрасного». Набоков,
обычно предпочитавший «выуживать» из
виршей поэтов «смешные ошибки, чудовищные
ударенья, дурные рифмы», считает, что у
Бунина «все прекрасно, все равномерно»,
«всеми размерами; всеми видами стиха
владеет изумиттель- но». Ценно для
Набокова «необыкновенное зрение Бунина»,
который «примечает грань черной тени
на освещенной луной улице, особую густоту
синевы сквозь листву». www.a4format.ru 3

Г.В.
Адамович

В
«Воспоминаниях» Г. Адамовича описываются
его встречи с Буниным, взаимо- отношения
с поэтами-символистами, жизнь Бунина
во время второй мировой войны. Адамович
рассуждает о религиозности Бунина: «Он
уважал православную церковь, он ценил
красоту церковных обрядов. Но не более
того. Истинная религиозность была ему
чужда». «С величавой простотой и величавым
спокойствием он жил чуть-чуть в стороне
от шумного, суетливого и самонадеянного
века, недоверчиво на него поглядывая и
все больше уходя в себя. Он был символом
связи с прошлым… как с миром, где…
красота была красотой, добро — добром,
природа — природой, искусство —
искусством»

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Источник

Б.К. Зайцев: «…Из-под его пера выходят шедевры художественной прозы, в которых беспощадная правда изобразительности, внутренне напряжённой, внешне бесстрастной, сочетается с недосягаемым совершенством формы. И тут надо отметить одно обстоятельство, весьма примечательное. Если в стихах Бунина… постепенно стирается грань между поэзией и прозой в том смысле, что поэзия в стихах Бунина приобретает всё больше характер не внешне-зву-чальный, а смысловой, то в прозе Бунина начинает наблюдаться движение, так сказать, встречное: проза Бунина всё более и более обретает музыкальный характер, в каком-то совершенно особом смысле. Нельзя сказать, чтобы проза Бунина приобрела какое бы то ни было внешнее сходство со стихами или музыкой — нет. Но в ней появляется свой собственный внутренний ритм и своя собственная чисто музыкальная логика. Не случайно и то, что Бунин именно с этого времени приобретает способность непогрешимой архитектурной композиции своих поэтических произведений — тот “дар построения, ритма и синтеза”, который проницательно отметил в Бунине французский писатель Рене Гиль — способность вообще редкую, а среди русских писателей не встречающуюся».

Ю.И. Айхенвалъд’: «На фоне русского модернизма поэзия Бунина выделяется как хорошее старое. Она продолжает вечную пушкинскую традицию и в своих чистых и строгих очертаниях даёт образец благородства и простоты. Счастливо-старомодный и правоверный, автор не нуждается в “свободном стихе”; он чувствует себя привольно, ему не тесно во всех этих ямбах и хореях, которые нам отказало доброе старое время. Он принял наследство. Он не заботится о новых формах, так как ещё далеко не исчерпано прежнее, и для поэзии вовсе не ценны именно последние слова. И дорого в Бунине то, что он — только поэт. Он не теоретизирует, не причисляет себя сам ни к какой школе, нет у него теории словесности: он просто пишет прекрасные стихи. И пишет их тогда, когда у него есть что сказать и когда сказать хочется.

За его стихотворениями чувствуется ещё нечто другое, нечто большее: он сам. <…>

К.Г. Паустовский: «Срединная наша Россия предстает у Бунина в прелести серых деньков, покое полей, дождях и туманах, и норой — бледной лучезарности, в тлеющих широких закатах. Здесь уместно будет сказать, что у Бунина было редкое и безошибочное ощущение красок и освещения. Мир состоит из великого множества соединений красок и света. И тот, кто легко и точно улавливает эти соединения, — счастливейший человек, особенно если он художник или писатель.

О.Н. Михайлов: «Своеобразие Бунина — архаиста и новатора, новореалиста — раскрывается в ех’о любовной лирике. Принадлежавшая своим эмоциональным строем XX веку, она трагедийна, в ней вызов и протест против несовершенства мира и самых его основ, тяжба с природою и вечностью в требовании идеального, бескомпромиссного чувства. Красота “мира стремится вперед”, она порождает любовь — страсть, совершающую прорыв в одиночестве и одновременно приближающую роковые силы смерти. В конечном счёте любовь не спасает от одиночества. Исчерпав “земные” возможности, она свергает героя в состояние спокойного отчаяния».

Ю. Мальцева: «Рассказ “Господин из Сан-Франциско” многие критики считают самым совершенным из всех, написанных Буниным до революции. Действительно, техника письма достигает здесь виртуозного блеска. Выразительность деталей и точность языка поразительны. Но чего не отметил никто из критиков — это абсолютного и необычного для Бунина отсутствия поэзии. <…> От виртуозного блеска “Господина из Сан-Франциско” веет холодом ужаса».

Источник

«На фоне русского модернизма начала века творчество И. А. Бунина выделяется как хорошая, старая литература», — писал о Бунине современник писателя Ю. Айхенвальд. Его строки — испытанного старинного чекана, его почерк — самый четкий в современной литературе. Читая Бунина мы убеждаемся, как много поэзии в нашей прозе и как обыкновенное сродни великому.

Чтобы постичь секрет очарования прозы Бунина, нужно обратиться к художественному миру писателя, к тем приемами способам художественной выразительности, которые делают то или иное произведение неповторимым, уникальным.

Рассмотрим творчество И. А. Бунина в свете критерия художественных особенностей его рассказов. Заметим, что произведения Бунина очень богаты различными формами иносказательной выразительности. Среди них ярко выделяется использование писателем символики, причем символики на всех уровнях. Символика встречается у писателя практически везде: и в названиях рассказов, и в ею сюжете, и в композиции, и в образной системе.

Символика в бунинских рассказах является их неотъемлемой частью, становясь неким орудием в руках автора, помогает ему подчеркнуть свои мысли и вместе с тем создать свое особое, отличное от других писателей, настроение в рассказе. Я считаю, что такой прием помогает Бунину передать свою мысль неравнодушному читателю. Но ничто не может более доказать такое утверждение, как конкретный пример.

Рассказ «Антоновские яблоки» символичен уже своим названием. Антоновские яблоки воплощают собой благополучие, изобилие в дворянских усадьбах. Их запах присутствует на страницах рассказа постоянно. Но если в начале рассказа этот запах доминирует, наполняя собой окружающее пространство, то в конце повествования он практически исчезает, и на смену ему приходят другие запахи. Постепенное исчезновение запаха антоновских яблок символизирует у Бунина уход в прошлое дворянского благополучия, его затухание, его осень. Неслучайно здесь и композиционное разделение на четыре хронологически-последовательных части: конец августа, середина сентября, октябрь и, наконец, ноябрь. Ноябрь — это последнее время уже даже не аристократического дворянства, а мелкопоместного, обедневшего и пришедшего в упадок.

Особое мастерство автора заключается в его способности постепенно, не заостряя при этом внимания читателя, показать все эти переходы времен и запахов, сопутствующих им, в развитии. Светлое и восторженное чувство радости в начале рассказа переходят в ностальгию, в грусть по прошлому в его конце. Но эта грусть светла: для Бунина нет безысходности и покорности судьбе.

Другой рассказ, «Господни из Сан-Франциско», также символичен своим названием. Эта символичность воплощается в образе главного героя — человека без имени, называемого автором просто господином из Сан-Франциско. Отсутствие имени у героя — символ его внутренней бездуховности, опустошенности. Более того, автор наводит читателя на мысль о том, что герой его не живет в полном смысле этого слова. а лишь физиологически существует. Он неспособен воспринимать эстетические ценности, он видит лишь реалии материального миро. Особо подчеркивает эту мысль символичная композиция этого рассказа, его симметрия. Так, после внезапной смерти героя все продолжается, абсолютно не изменившись. Корабль «Атлантида» плывет в обратном направлении только уже с телом мертвого богача в ящике из-под содовой, потерявшего после смерти все былое величие . А на корабле все те же балы, все та же фальшивая, играющая в любовь пара. Сам корабль воплощает собой общество со своей иерархической структурой, богатая аристократия которого противопоставляется людям, управляющим движением корабля. работающим в поте лица у гигантской топки, которую автор называет девятым кругом ада. Символичен и даже вызывает удивление изображенный писателем-реалистом образ дьявола, огромного, как утес, наблюдающего за кораблем, который является как бы символом надвигающейся катастрофы, своеобразным предупреждением человечеству

Следующий рассказ, помогающий нам глубже раскрыть тему, — «Легкое дыхание». Легкое дыхание, по мысля Бунина, — это главное из качеств, которыми должна обладать женщина, часть ее красоты, Нечто прекрасное, неуловимое, эстетическое И этим качеством в полной мере обладает Оля Мещерская. Ее легкое дыхание — в способности жить естественно, жить, не претворяясь, не жеманничая не делая ничего специально Оля Мещерская — воплощение «живой жизни», в отличие от противопоставленной ей, символизирующей неспособность жить, классной дамы, которая живет воображением создавая для себя некий идеал, некий искусственный смысл жизни: сначала своего брата, затем —Оли Мещерской. Но осудить классную даму не за что, потому что она по сути не живет. Здесь также символична композиция. Этот рассказ начинается и заканчивается описанием кладбища. Получается циклическая, замкнутая композиция.

Легкое дыхание, вобранное в себя Олей Мещерской, после смерти ее снова рассеивается в мире, а ясные и живые даже после смерти глаза героини сияют с фарфорового медальона на ее могиле.

И. А. Бунина, часто использующего символы в своем творчестве, тем не менее ни в коем случае нельзя считать писателем-символистом — он писатель реалистического направления, а символы для него — лишь одно из средств художественной выразительности, расширяющие содержание и придающие его произведениям особую окраску. Придавал всему изображаемому, символическое начало, Бунин лишь углубляет свою мысль.

< Предыдущая		Следующая >

Источник

На фоне русского модернизма поэзия бунина выделяется как хорошее старое сочинение

Похожие темы научных работ по языкознанию и литературоведению , автор научной работы — Л. П. Егорова, Е. И. Солнышкина

Другие статьи в литературном дневнике:

История создания

Жанр, направление, размер

Композиция

Образы и символы

Темы, проблемы, настроение

Смысл

Средства художественной выразительности

Добавить комментарий Отменить ответ

Последнее

Архивы

СПЕЦИФИКА ПОЭТИКИ СТИХОТВОРЕНИЙ А.И.БУНИНА

СПЕЦИФИКА ПОЭТИКИ СТИХОТВОРЕНИЙ А.И.БУНИНА

Иван Алексеевич Бунин: детство

Начало творческого пути

Писатель или поэт?

Влияние коллег

Первые сборники

«Листопад»

Особенности поэзии Бунина

Темы лирики Бунина

Пейзажная лирика

Философская лирика

Любовная лирика

Иные мотивы лирики Бунина

Не пропустите также: